Янук Елена " /> Янук Елена " /> Янук Елена " />
0
Корзина пуста
Войти | Регистрация

Добро пожаловать на Книгоман!

Или войдите через:


Новый покупатель?
Зарегистрироваться
Главная » 2. Чудеса (эл. книга) » Отрывок из книги «Волшебство. Чудеса (#2)»

Отрывок из книги «Волшебство. Чудеса (#2)»

Автор: Янук Елена

Исключительными правами на произведение «Волшебство. Чудеса (#2)» обладает автор — Янук Елена . Copyright © Янук Елена

От автора:

Это вторая книга серии, если не читать первую часть, «Волшебство», многое будет непонятно. Например, почему одного и того же героя зовут по-разному, и Дрионом, и Андро и Андриэлем; о какой войне постоянно идет речь; о бытовых и географических названиях и т.д. и т.п.

 

 

Пролог

Не нужно принимать молчание за игнорирование, спокойствие за бездействие, доброту за слабость.

Сенека

 

Иол

 

Дверь внезапно распахнулась и в комнатку, снятую на ночь в убогой таверне на окраине Тирнака, с ворчанием шагнул мой самый страшный кошмар — Райдер.

Горло перехватило. Судорожно стиснула ладонью ворот людского дорожного платья, не в состоянии выдохнуть. То, от чего убегала столько лет, настигло меня. Вновь нахлынула горечь. Сложив руки на груди, я замерла, с ненавистью вглядываясь в мужа.

Он вел себя крайне пренебрежительно: с ворчанием плюхнулся на кровать, положил ноги в блестящих сапогах на покрывало и с неподдельным возмущением заявил:

— Представляешь? Взял я к себе погостить сына, а он разрушил замок! Тот, что на южном краю империи, шестой по счету, но все же… Ты вообще можешь вообразить себе подобное безобразие? — Райдер в наигранном сокрушении сурово покачал головой. — И кому такое еще могло сойти с рук? Но дело знаешь в чем? По нему сразу видно, ребенок рос на улице! Без отцовского воспитания!.. Что скажут люди?! — Дракон продолжил паясничать, произнося это все так, будто мы расстались не сорок лет назад, а только вчера.

Нащупывая кинжал на поясе, я механически ответила:

— Нет у меня никакого сына... — и с раздражением добавила. — Хватит ерничать!

Дракон с досадой отмахнулся:

— Очнулась! Он женился! Понимаешь? Женился! Пора внуков нянчить, а ты еще о сыне не знаешь?! — В негодовании дракон покачал головой, поправил подушку и улегся на кровати удобнее.

У меня опустились руки. Все отдала, всем пожертвовала, чтобы он не узнал о Андриэле. Отдала самое дорогое — свое дитя. Один Лорм знал, чего мне это стоило! Я помешалась от горя и боли, а он...

Райдер, одетый в костюм из тонкой черной кожи с серебряной отделкой, совершенно не изменился ни внешне, ни внутренне. Сложив руки на груди, довольно улыбаясь, лежа на кровати, он с любопытством наблюдал за моей реакцией.

В бешенстве стиснув зубы, я кинула в Райдера эльфийскую стрелу… Которую, не напрягаясь, он ловко поймал. Взорвавшись мириадами искр в его руке, она погасла, не нанеся урона. Дракон демонстративно сдул пыль с ладони, будто я кинула в него подушкой, а не смертельным заклинанием и продолжил беззаботно болтать:

— Кимра, ты где? Принеси мне вина! Во рту пересохло с этими полетами. Занесло вас к троллям...

— Чего тебе надо? — сухо спросила я, вновь сложив на груди, похолодевшие и дрожащие от ужаса руки.

— ВИНА! — с раздражением громко сообщил Райдер. — Я хочу вина! Что-то нечетко произношу? В этой хибаре вообще слышали такое слово?

Да, все как всегда, говорить с ним абсолютно невозможно. Я отвела взгляд.

Ну что же… хорошо. Пора подводить итоги.

У меня где-то лежал сурный жемчуг. Яд. Для себя. Сын уже вырос и, судя по словам дракона, может постоять за себя. Если меня не станет, Лорму станет легче, наконец исчезнет позорное пятно, в виде сестры, и даже проклятому Райдеру будет легче найти более сговорчивую пару. И все будут счастливы.

Сияя радостью от встречи с господином, в комнату вошла моя служанка с подносом, на котором стоял глиняный кувшин с вином и огромные кружки. Мило улыбаясь наглому дракону, она ловко расставила посуду на столе, и подобострастно поклонилась, ожидая приказа. Дракон поднялся и подошел к столу, собираясь налить себе вина.

Наблюдая, как перед Райдером лебезит та, которой я полностью доверяла и подумать не могла, что она связана с драконом, меня одолел гнев. Приблизившись к столу, рывком скинула на пол все, резким жестом отослала Кимру вон, и сквозь зубы сказала:

— Какого тролля явился, Райдер? Ты, испортил мне жизнь, опозорил Лорма! Из-за тебя мне пришлось оставить драгоценного сына, и каждую ночь горько плакать о том, что чужая женщина кормит и укладывает моего сына спать! — выговаривая это, я наступала на него, грубо тыкая в грудь пальцем, с которого сыпались искры.

С неподдельным сожалением рассматривая, как вино растекается из-под черепков разбитого кувшина по грязным доскам пола, отступая, дракон молчал.

Впору обеспокоиться, но мне хотелось одним ударом уничтожить его как этот кувшин!

— …Ты, ущербный дракон, никому ненужная полукровка, ты со своим проклятьем ломаешь все, к чему прикасаешься! Ты, по сути, ничтожество...

Он поймал меня за руки и, склонившись к лицу, раздраженно сказал:

— А ты — дикая и высокомерная эльфийская зануда!.. И ты знаешь, что мне от тебя нужно!

Задыхаясь от омерзения, я попятилась…

Райдер желчно усмехнулся.

 

Глава первая

 

Фиалка

 

Вот и осень. В прохладном воздухе, под высоким прозрачно-голубым небом, едва ощущался горьковатый аромат сухой опавшей листвы. К вечеру воздух остывал все больше, и мир вокруг мало-помалу смирялся с приближением неизбежных холодов.

Я шла по полю, намереваясь добраться до дороги в Лазурь. Чтоб в руках не тащить саквояж, привязала к нему косынку и повесила на плечо. Идти стало легче. Из-под ног вспорхнул жаворонок, но петь не стал, — защищать некого, подросшие малыши давно разлетелись.

Наконец я выбралась на дорогу, мощенную гладкими каменными плитами. Из-за холма послышался топот копыт и дребезжание колес по камням. Взволновано всмотрелась вдаль, ожидая того, кто должен вот-вот появиться из-за поворота.

Карета? Может, подвезет? Шум быстро нарастал — движется быстро.

К моему немалому огорчению небольшим экипажем, запряженным парой вороных, правил эльф.

Эх, эти не подвозят. Проедет и не заметит. Я расстроено вздохнула и отвернулась, медленно шагая вдоль дороги по траве. Придется идти пешком дальше…

Сделала шаг и остановилась.

Идти одной, ночью, в этой глуши? Страшно. Наплевав на здравый смысл, решилась на последнее: твердо вышла на дорогу и энергичными жестами попросила возницу остановиться.

Эльф, не показывая удивления, раздражения, или что там еще у них положено испытывать при виде подобной наглости. Он остановил лошадок и склонил голову в ожидании пояснений. Не эльф, а воплощенное внимание.

— Уважаемый... — начала я, но тут вгляделась в его лицо.

Да это тот самый эльф, с которым я недавно столкнулась в саду «Домов над морем», причем, в прямом смысле слова. Как раз читала письмо, полученное от прежней хозяйки, когда наткнулась на одного из постояльцев.

В руках у него было распечатанное послание, видимо, он занимался тем же самым, читал. Удара не произошло только потому, что эльф мягко схватил меня за плечо за секунду до удара. Пережив миг неловкости, я извинилась и ушла.

И вновь случайная встреча на дороге.

Эльф терпеливо воззрился на меня, ожидая пояснений. Я начала с главного:

— Мне страшно идти по этой дороге одной. Вы могли бы подвезти меня хотя бы до ближайшего поселка? Буду вам очень признательна!

— Я еду в Лазурь.

— Я тоже!

Он равнодушно кивнул на пустое место сиденья и, поднял вожжи, собираясь тут же трогаться.

Я миг замялась возле невысокой дверки — перед ней отсутствовала лестничка для пассажиров, — размышляя, как приличней попасть внутрь экипажа.

Мне пришлось сначала уложить саквояж на пол, потом довольно вульгарно вцепиться в бортик руками, чтобы влезть внутрь. Я приподняла юбки и ловко перекинула ногу через препятствие, словно садясь на коня.

Выдохнув после скачки, я вежливо улыбнулась эльфу и тихо присела рядом, сдерживая недоумение.

Ладно, не важно. Просто давно с эльфами не общалась, потому глупо ждала с его стороны хоть намека на галантность. Не распахнул дверь, не помог сесть, а чего я хотела? Эльф, и этим все сказано! То, что он согласился подвезти — уже верх вежливости, и надо быть благодарной!

Я и была — отодвинулась в уголок и притихла. Но эльф первым прервал молчание:

— Уволились? — любезно поинтересовался он. Я удивленно моргнула. Не ожидала услышать такой вопрос. Эльфов дела смертных не волновали, мы для них бабочки-однодневки, которые древних не интересовали. Но все же странный возница ждал моего ответа.

— Тетю навещала... — скрывая растерянность, вежливо отозвалась я.

— Я думал, вы там работаете.

Ага, тоже вспомнил наше столкновение в саду. Я подняла брови — отметил вниманием прислугу? Выдающееся достижение для эльфа. Чувствуя себя почти обязанной подобному вниманию с его стороны, вежливо пояснила:

— Хотела устроиться, но слуги там уже есть, а портних не надо...

— Печально. — Явно сочувствуя — какой все-таки странный эльф! — возница покачал головой и поторопил лошадок.

Мой спутник сосредоточенно правил вороными. Где-то высоко в кронах деревьев весело напевали птицы, словно спутав осень с весной. Приятно пахло высохшей травой. Но чем ближе мы подъезжали к Лазури, тем прохладнее становился воздух. Высокие деревья сменились кустами, и все чаще среди пожелтевшей травы торчали огромные камни.

Скоро въедем в горы.

Несмотря на шум, тряску и цокот копыт по камням, я боролась со сном, так как последние ночи из-за тяжких раздумий, больше походили на болезненный бред…

Вдруг, откуда не возьмись, на узкую дорогу из окрестных кустов высыпали люди.

Эльф, слегка притормозив, схватился за меч.

Только после этого я спросонья осознала, что это разбойники. Сон как рукой сняло. Распахнув в тревоге глаза, напряженно вгляделась вперед. Как раз вчера тетушка рассказывала, что, пока королевские войска воевали с порками в приморье, на перевале появились лихие люди.

Оценив обстановку, эльф решил не вступать в бой. Убрал меч обратно и, демонстрируя готовность раздавить копытами любого преградившего путь, крепко огрел кнутом самого дерзкого из бандитов. Затем оглушительно свистнул, подбодряя лошадок бежать быстрее.

Не дыша, я с ужасом вцепилась в сиденье, ни на миг не расслаблялась, пока мы не укатили. Бандиты сделали пару выстрелов из арбалетов, но, на такой скорости, это было всего лишь самоуспокоение.

Вороные неслись вперед, содрогаясь от напряженного бега, их дыхание было прерывистым и громким. Эльф полностью сосредоточился на дороге. У меня по виску потекла струйка холодного пота.

Через полчаса, оглядываясь назад, я с облечением выдохнула. Как хорошо, что набралась наглости и напросилась к древнему в попутчики. Идти мне здесь ночью, да прямо в лапы к разбойничкам!

Дальше ехали молча, эльф подгонял вороных, я крепко держалась за подлокотники, подпрыгивала на кочках, в душе поддерживая поспешность возницы.

Ночь началась как-то излишне резко. На подъезде к горам она обрушилась внезапно, укрыв облаками небо и устроив темень по все правилам.

Я шепотом спросила:

— Не опасно ехать ночью?

— Смотря что, считать опасностью... — сухо ответил эльф.

Я пожала плечами, так как единственное, что уловила с ответа, — эльфу беседовать не хотелось.

Ветерок приносил уже не приятную прохладу, а легкий холодок. Звезды весело мигали, навевая беззаботное настроение, правда, я отдавала себе отчет, что это все это спокойствие длится, лишь пока нахожусь в коляске и более-менее защищена эльфом.

— Все-таки, какие они негодяи! Пока все воевали, они прохожих грабили... — проворчала я и тяжело вздохнула. — Слышала, сборные войска уже покинули побережье. Мой отряд наверно был там...

— Воевали?

О, наконец, я его чем-то заинтересовала.

— Я? Нет... брат воевал, я готовила и стирала, — улыбнулась я, наблюдая, как в глазах эльфа мой статус окончательно опустился до неизведанных глубин.

Ну, ничего, я не в том положении, чтобы волноваться о том, что обо мне подумает случайный спутник. И даже наивно считаю, что лгать случайным попутчикам и болтовней набивать себе цену, просто глупо.

Я беспечно улыбнулась:

— Хорошо, что порков в приморье остановили, и все быстро кончилось.

— Угу...

От мыслей об Ольюшке и отряде, я вернулась к Лелю и тому, что случилось позже.

Чтобы не думать о нем в тысячный раз, вспомнила как мы с мамой и папой проводили подобные вечера. Я восседала за большим столом, в высоком деревянном кресле как взрослая, чему очень радовалась, прислушиваясь к спокойным беседам родителей.

Любимая часть детских воспоминаний, момент, когда на улице постепенно становилось темно. Я приносила из кухни красивую медную лампу и ставила ее в центре стола, а папа ее зажигал, пока мама делала нам чай.

В камине весело пылал огонь, в комнате было радостно и удивительно уютно. И чем ненастней было на улице, тем лучше было дома. Мои родители любили друг друга, и эти волны безоблачной радости щедро попадали на меня. Конечно, тогда я не осознавала, как мне повезло. Это понимание пришло позже, когда детство осталось в прошлом.

Всего три года назад я счастливо жила с родителями в нашем домике. Затем в Ракушечнике, моем родном поселке, появилась лихорадка "черный камень", так называли страшную болезнь, от которой в течение нескольких часов больной чернел и умирал, твердея как камень. Родители, при появлении первых слухов о страшных смертях, отправили меня к тете в "Дома над морем", так что мне осталось только страдать, представляя, как там папа и мама мучаются от боли, когда выяснилось, что в Ракушечнике все заболели.

 Когда из Лазури прибыли маги, обуздавшие болезнь, они сожгли поселок полностью, не оставив камня на камне. От самых любимых людей ничего не осталось, будто их никогда и не было…

От этих мыслей я горько вздохнула, но тут эльф сбавил скорость, давая лошадкам отдышаться, чем отвлек меня от тяжелых воспоминаний.

Дорога начала подниматься. Не знаю, было ли это предчувствием опасности, но, не успев проехать до следующего поворота, я будто почуяла повисшее в воздухе напряжение. По спине пробежал холодок и неприятное ощущение, что за нами наблюдают.

Раньше ездила здесь совершенно спокойно, но сегодня все было иначе. Я повернулась к эльфу, пытаясь разглядеть выражения его лица при свете звезд. Вероятно, он тоже что-то почуял, так как запустил вперед два светлячка.

— Вам тоже кажется, что за нами кто-то наблюдает? — прошептала я, с легкой опаской, что он не удостоит меня ответом.

— Да…

Плохо. Очень плохо.

Я подумала и полезла в саквояж, перегружая золото и прочие нужные вещи по скрытым карманам. Привычка, приобретенная на войне. Натянув на себя запасную кофту, завязала вокруг пояса теплый платок. Руки должны быть свободными и лучше пусть будет жарко, чем холодно.

Эльф, подгоняя лошадей, бегло посмотрел, чем я занимаю, и тут же вернулся взгляд на дорогу. Ничего, выживу. Лучше быть смешной, чем мертвой.

Жаль, оружия нет. Бредис нас столько тренировал…

Крошечный нож, укрытый в теплом носке, подарок Ольюшки, для защиты не годился, им можно только разозлить. Из оружия с собой только шарик с огнем против эльфийских построек, который случайно остался в кармане, когда я уходила из пещеры. Но он толком не горит, хотя шума от него немало. Да и дорог он мне, как память.

Закончив со сборами, я отодвинула к стенке полупустой саквояж и, спокойно сложив руки на коленях, невозмутимо уселась на место.

Обстановка пока не менялась: вороные двигались вперед, но медленно — дорога серпантином круто шла вверх. Эльф сосредоточенно следил за окрестностями, магические светлячки освещали путь.

Сейчас я с грустной усмешкой вспоминала, какой глупой и наивной была, когда покинула тетушку и перебралась в Лазурь. Как опасалась лишний раз напомнить о себе хозяйкам, наивно верила в ум и честность людей, безумно боялась обидеть невнимательным словом или равнодушием. Вот только меня обижать не боялись. И мою доброту считали слабостью.

В суете спасения своих жалких ценностей я как-то отвлеклась, но закончив хлопоты, вновь поймала себя на ощущении, что за нами следят. От накопившегося напряжение сводило скулы, но пока все было тихо, и подобное ожидание тяготило больше всего. Потому, повернувшись к вознице, шепотом спросила:

— Если там кто-то есть, что будем делать?

— Убегать.

Хороший ответ. Вот никогда бы не догадалась!

Поджав губы, с досадой отвернулась. Разумно держаться вместе, но, судя по всему, эльф так не думает. Хотя, чего я ожидала от древнего?

Надеюсь, он хоть не думает, что магией и клинком справится с десятком разбойников?

Справа за скалой раздалось громкое уханье совы. Мы с эльфом переглянулись. Здесь совы не живут, слишком высоко. Эльф вынул меч и вновь подстегнул бег лошадок, которые от усталости уже еле ползли.

— Что ж разумно, — шепотом, почти как Ольюшка сообщила я свои выводы, — засада в самом узком и крутом месте на подъеме. Сбоку обрыв, позади петляющая вдоль горы дорога…

— Если все столь разумно, не посоветуете, что делать дальше? — обернувшись, с легкой насмешкой поинтересовался эльф.

— Могу только вернуть ваш совет — «убегать», — тем же насмешливым тоном ответила я.

Но тут он что-то заметил в кустах на скале и, не выслушав мой ответ до конца, резко спросил:

— Сможете скакать без седла на лошади? — От волнения он сбился на эльфийский, но даже без слов, по короткому жесту в сторону коней, я бы догадалась о замысле.

— Да. Смогу. — Подушечки пальцев неприятно покалывали от напряженного ожидания, мышцы ног дрожали от напряжения, тело требовало действий.

Эльф резко остановился, кинул вожжи мне, сам довольно неуклюже спустился на землю.

Придерживая лошадей, я вгляделась в темноту. Он как раз отсек крепление первого коня, когда и из-за поворота появились тени. Забытые светлячки, плывущие вперед, открыли поворот и поваленное дерево, — явный признак работы разбойников.

— Быстрее… — прошептала я, но он это и сам понял. Подхватив освобожденного коня под уздцы, кое-как на него запрыгнул и подъехал ко мне, протягивая руку. Но я запрыгнуть не успела.

С выступа за кустом с занесенным ножом спрыгнул первый разбойник. Эльф хотел заставить нервничающего жеребца отпрянуть назад, но в это мгновение сталь мелькнула в воздухе, и кинжал угодил в шею скакуну. Тот заржал от боли и взвился на дыбы. Эльф кубарем полетел на землю. 

Да что же он такой неловкий!

Я отбросила вожжи, и спрыгнула, помогая эльфу подняться. В этот момент нас окружили остальные разбойники:

— Наконец мы тебя нашли, остроухое чучело! — проревел один из них. Эльф ударил по толпе огненной вспышкой и, схватив меня за руку, потянул за собой.

Мы карабкались по склону вверх, оставив внизу ослепших от вспышки разбойничков в бешенстве ругаться. В темноте перепрыгивали через поваленные деревья, рискуя в любой момент слететь вниз, но останавливаться было нельзя, разбойники гнались по пятам, загоняя нас в ловушку как зверей.

Мы и неслись, не разбирая дороги. Туфли скользили по покрытым вечерней росой камням, волосы растрепались, руки вспотели... Сердце выскакивало из горла, дыхания не хватало, но ноги куда-то несли.

Остаток ночи прошел как в тумане. Мы бежали, бежали, бежали. Карабкались вверх, спускались вниз, но не останавливались. Я уже падала от невыносимой усталости, готовая сдаться, но эльф качал головой и тащил меня дальше.

— Постойте, дайте хоть минуту дух перевести, — взмолилась я, согнувшись, повисла на вытянутой руке, ладонь которой была у эльфа. Он непроизвольно сжал ее и все также упрямо потянул дальше:

— Лучше бы мы пошли вдоль реки. В этих чащах легко заблудиться, — будто не услышав мою мольбу, прошептал он.

— Неужели эльфы в лесу могут заблудиться? — задыхаясь, пробормотала я, еле перебирая ногами.

— Если они в этом лесу впервые… — устало сообщил эльф.

— Куда мы попадем? Ведь мы удаляемся от Лазури.

— В Привражье. Горы остались позади.

Я словно очнувшись, огляделась. Завывающий ветер колыхал высокую траву на холме, играясь с пышным перекати-полем. Странно, но здесь еще не все пожелтело, словно время в нашем королевстве шло по-разному.

— Холодно… — вздохнула я, кутаясь в платок.

— Чуть ниже начнется лес, который я знаю, там и отдохнем.

Я мягко отобрала свою руку у эльфа и, укрыв теплым платком голову, с напряженным вниманием огляделась, прислушиваясь к вою ветра. Хотя разбойников не было слышно, в душе снова ожили дурные предчувствия. 

— Мы на виду, если что, попадем им прямо в лапы.

— Поэтому надо торопиться!

Отвечать сил не было, угрюмо уставившись под ноги, я энергично шагала за эльфом и, не предполагая, как далеко заведет нас эта дорожка.

 

Глава вторая

 

Наконец чудесное место, где я могла упасть и умереть, было найдено. Эльф обрубил ветки и закрыл вход в дупло у основания большого дерева, где лежа можно поместиться только в одиночку. Со стоном, на коленях я вползла под низкий земляной полог и, согнувшись, пристроилась у стенки из переплетных корней, земли и камней.

— Вы не ранены? — спросил эльф и спрятал нож в рукаве. Очень вовремя. Сейчас, минуточку, дрожь пройдет, и начну дышать.

— Все хорошо, — прохрипела я. — А вы как?

Эльф уже сел у входа. Он покачал головой и вдруг спросил:

— Что вы знаете о разбойниках? — настороженно поинтересовался он, пропустив мимо аккуратных остроконечных ушей мой вежливый вопрос о самочувствии.

Помня о том, что он эльф, устало качая головой, пересохшим ртом я прошептала:

— Безумие какое-то… Да, ничего не знаю. Нет, я, конечно, слышала о них. Тетушка как раз рассказала вчера, что раньше жили спокойно, но сейчас, по ее словам, что ни день, то нападение.

Он кивнул, выпрямляясь. Он проверил меч, всунул его в ножны и поправил их на поясе.

Я внимательно за эльфом наблюдала. Глаза у него очень темные, почти черные, как раз под цвет волос, и какие-то чересчур проницательные, словно смотрящие насквозь.

Поймав себя на том, что неприлично так разглядывать незнакомца, смутилась и поспешно задала новый вопрос:

— А вы? Что о разбойниках слышали вы? Они ведь искали именно вас?

— Вы о «остроухом чучеле»? — ухмыльнулся эльф.

Я робко кивнула. Пренебрежительная кличка, используемая людьми по отношению к эльфам, не произвела на него впечатления. Он смотрел на меня с улыбкой, которую можно назвать циничной, если б он был человеком.

— Как же, слышал…

Та часть вопроса о том, что он о них знает, вновь осталась без ответа. Вежливый.

Эльф передвинулся от входа и сел рядом. Я чуть подвинулась, освобождая место, и тихо спросила:

— Мы счастливо спаслись, а я даже не знаю вашего имени…

— Зовите меня Лормом, — позволил себе снисходительно отозваться эльф.

— Хорошо, Лорм, а меня зовут Фиалка.

— Фиалочка, — мягко произнес он и коротко улыбнулся.

Я немного настороженно улыбнулась в ответ. Что именно вызвало у него насмешку? Может, у эльфов цветочные имена постыдны? Его реакция была неправильной, и я не имела понятия почему.

— Сколько мы пробудем здесь? — мне неудобно было сидеть и молчать.

— Если вы имеете в виду, сможете ли вы уйти отсюда в одиночестве? Боюсь расстроить. Этот план подходит, если только вы согласны пожить в Привражье ближайший месяц.

Подняла брови, но промолчала. На самом деле, я никуда не собиралась. Меня никто не ждал, работы в Лазури не было, Ольюшка куда-то пропала и даже на письма не отвечала. Да и мысль, подняться и опять куда-то идти — вгоняла в панику, но приличия ради, попыталась расспросить по пути ли нам дальше:

— Если разбойники перекроют дороги, какой смысл сидеть здесь? И, если не секрет, откуда такая уверенность в том, что преследователи не отстали?

Эльф пожал плечами, видимо считая, что такой мало живущей животинке, как человек, любого ответа достаточно, но все сухо добавил:

— Предлагаю отдохнуть и выспаться, нам предстоит сложный путь.

Я закрыла рот, а за ним и глаза. Легла и отвернулась.

Чего я хотела от эльфа? Нормального ответа? Спасибо, что не промолчал.

Сон не шел, тело дрожало от пережитого, отказываясь спать. Волнение так и не улеглось, в голове бился неприятный вопрос: как избавиться разбойников и скорее попасть домой? Безумно хотелось выбраться отсюда и убежать, но я заставила себя отказаться от глупого порыва. Перед разбойничками гордость демонстрировать бессмысленно.

В тягучих как смола сомнениях прошло несколько часов. Может эльф и вправду знает, как можно выкрутиться?

С этими надеждами, наконец, задремала.

Не знаю, отчего проснулась. Я пошевелилась и, тихо застонав, перевернулась на спину. Понемногу, сквозь пелену сна, начали поступать неприятные ощущения. Холод камней, врезавшихся в спину; затекшее тело, которое отказывалось двигаться и в кровь стертые ноги, которые после короткого сна только распухли и заболели сильнее.

— Есть силы идти дальше? — где-то над ухом раздался тихий вопрос.

Я резко подняла голову, чтобы посмотреть на него, но не рассчитала и шею пронзила сильная боль.

— Нет. Да. Не знаю… — зашипела я, медленно поворачиваясь, в попытке безболезненно встать. Эльф так и сидел у стены, вытянув одну ногу.

— Не удалось поспать? — скривившись, спросила я, стараясь не двигать шеей.

Он — о, счастливчик! — в ответ спокойно покачал головой.

— Сочувствую… — сказала я, хотя кому тут еще сочувствовать. Я вздохнула.

Эльф попытался встать, но, не сдержав стона, рухнул обратно. Не вышло, словно цельно выкроенный из камня истукан, я медленно покачала головой и тихо спросила:

— Старая рана?

С минуту подумав, он кивнул. Не размыкая губ. Застонать боится. Знакомо.

У меня что-то от ран было, в кармашке на поясе… Я оглянулась на Лорма. Попросить эльфа отвернуться? Глупо, им плевать на людские предрассудки. Отвернулась, расстегнула юбку и полезла в один из своих тайников.

— У меня есть порошок от жара, тетушка дала. Кажется, он еще от боли помогает.

Еще его можно развести в воде и выпить. Но воды не было, зато были: раненый измученный эльф и проблемы с разбойниками.

Тролль, как же это тяжело, мало мне имеющихся неприятностей! Хотя на фоне последних, отсутствие работы и одиночество — незначительные мелочи.

Лорм по-прежнему сидел у меня за спиной, не в состоянии подняться, при этом, он сказал, как отрезал:

— Я не нуждаюсь в помощи. — Я тяжело вздохнула и вежливо поинтересовалась:

— Неужели травы, которые помогают людям, на эльфов не действуют?

Эльфы не лгут, и Лорм честно ответил:

— Помогают, но я не желаю…

Я раздраженно отмахнулась, нам еще столько идти, чего капризничает?

— Ладно, буду лечить вас насильно! Дороги не знаю, так что у меня в этом своя корысть. Такая причина подойдет? — насмешливо поясняя, я раскрыла мешочек с перемолотой травкой. Эльф молча и с интересом наблюдал за мной, ничего не предпринимая.

Вот это понимаю, четко пояснила, никаких вопросов. Я подползла ближе на коленях, рукой придерживая юбку. Такое тесное, даже сказала бы, настойчивое общение, требовало от меня много сил.

Про себя ехидно хмыкнула, вот такая я вам, Лорм, «Фиалочка». Наверно думает, что я жуткая мегера. Ну, хоть не упирается.

— Давайте обработаю… и вам надо будет поспать.

— Я так понял, еще это повод дополнительно отдохнуть? — усмехнулся эльф, помогая мне стянуть с себя приталенный камзол с кружевами. Я преувеличенно глубоко кивнула, вызвав резкую боль в шее. Забыла. На глаза выступили слезы, но сдержалась от стона, помогая эльфу раздеться.

Рана оказалась в довольно щекотливом месте, на бедре. Хорошо его рубанули, неужели эликсир не нашел? Эльф из бедного рода? Я что-то слышала о строгом делении в их обществе, но, в общем, все это в виде несерьезных слухов.

Размышляя над этим, молча помогла снять Лорму перевязь с ножнами и развязать пояс. Дальше с увлеченным видом отвернулась, давая ему возможность самому разоблачиться.

Около 3 лет
на рынке
Эксклюзивные
предложения
Только интересные
книги
Скидки и подарки
постоянным покупателям