Петрова Елена " /> Петрова Елена " /> Петрова Елена " />
0
Корзина пуста
Войти | Регистрация

Добро пожаловать на Книгоман!

Или войдите через:


Новый покупатель?
Зарегистрироваться
Главная » 3. Лейна. Сделать выбор (эл. книга) » Отрывок из книги «Лейна. Сделать выбор (#3)»

Отрывок из книги «Лейна. Сделать выбор (#3)»

Автор: Петрова Елена

Исключительными правами на произведение «Лейна. Сделать выбор (#3)» обладает автор — Петрова Елена . Copyright © Петрова Елена

Часть первая

Глава 1

В голове слышался грохот –

рушились грандиозные планы…

NN

 

Торрен

Хорошо! Собственная предусмотрительность греет душу… и не только ее. Хоть Сартар и прикрыт магической завесой, спасающей жителей города от снега и холодов, сквозняки и ледяные полы в замке никто не отменял. Поправив шерстяной клетчатый плед и подпихнув под себя еще одну декоративную подушку, одолженную в ближайшем гостевом покое, я расслабленно откинулся на створку двери и задумался.

Нет, что за жизнь настала, а?

Лейна и белобрысый Демиург, надевший на наивную девчонку брачные браслеты, вернулись на Эдем шесть недель тому назад, а Трион по-прежнему не терпит ни малейшего упоминания о них, переводя тему или просто обрывая беседу. Я понимаю, что ситуация изменилась кардинальным образом, но разве это повод вести себя как самец кур’таха1 во время гона? Я просто не узнаю брата.

Он же до сих пор успокоиться не может! Я уже неоднократно пытался поймать его и поговорить, но братец избегает встреч с упорством, достойным лучшего применения. Словно заведенный, мотается по всей стране, от границы с Дилонией до Тирилийских островов, «наверстывая упущенное» и стараясь как можно реже появляться во дворце. Тренируется до потери пульса, восстанавливая «былую форму» и отрабатывая на собственных телохранителях такие приемы, что я, глядя на это, чувствую себя безнадежно юным и неопытным желторотиком. Мда, не хотелось бы попасть ему под горячую руку. Смешно и грустно, но, похоже, Трион решил повторить мою ошибку… Видимо, примитивные реакции на любую сердечную проблему у нас в крови и передаются по наследству вместе с темным цветом волос и прочими приятными фамильными чертами. Смешно… Будто убегая от проблемы, ее можно решить!

Но теперь он вынужден был вернуться. Не каждый день Светлый Лес оказывает такое доверие «условно дружественному» государству. А если точнее, то впервые за последние десять тысячелетий нога светлоэльфийского Повелителя ступит на золотистые плиты Сартара. Трион не сможет найти достаточно веской причины для отказа. Наследник Трона обязан присутствовать при этом событии.

Так что рано или поздно я его поймаю.

 

 

В конце концов, заняв единственную стратегически верную позицию возле резных дверей, ведущих в покои старшего брата, я решил подкараулить его для обстоятельной беседы с глазу на глаз. И, ближе к полуночи, чудо, наконец-то, случилось!

Трион вынырнул из неизвестного мне доселе тайного хода за гобеленом с изображением высокомерно вздернувшей нос Ташры Д’Орсвит и едва не поскользнулся на остатках моего ужина. Презрительно-обреченным взглядом окинув уютное лежбище, состоящее из полудюжины подушек и пушистого пледа, он понял, что я просто так не отстану, и молча указал на двери, приглашая войти.

И не надо думать, что я идиот! Без сомнения, существуют, как минимум, два секретных хода, ведущих непосредственно в его личные покои: первый с выходом где-то на территории дворца и второй — в старые катакомбы под городом… по крайней мере — в моих есть два. Но глупо было бы считать, что Трион воспользуется ими только для того, чтобы пройти мимо надоедливого младшего братца, рискуя «рассекретить» один из потайных лазов на всякие непредвиденные случаи, вроде заговора или мятежа. Ведь любопытные и, зачастую, недобрые чужие глаза оказываются всегда именно там, где они меньше всего нужны.

А вероятность, что он использует один из известных в узком семейном кругу ходов, чтобы очутиться как можно ближе к покоям, была очень даже велика. Расчеты оправдались! Пожалуй, можно слегка погордиться собой.

— Снова ты?.. — холодно, глядя куда-то поверх моего плеча, произнес мой добрый братик. — Торрен, тебе не кажется, что ты лезешь не в свое дело?

— Лучше скажи, наконец, что ты собираешься делать? — проигнорировал я его вопрос.

Вместо ответа Трион одарил высокомерным взглядом из серии «отстань, мелюзга», видимо забыв, что подобные уловки с некоторых пор на меня не действуют. Затем поморщился и уточнил:

— Ты о чем?

— Не прикидывайся, что тебя не волнует ситуация с Лейной. Хотя… полагаю, теперь ты не рискнешь назвать ее своей диали даже в мыслях. Все-таки не простая человечка… — не выдержав, съязвил я.

— Торрен, не зли меня, — вежливо предупредил братишка, активируя на дверях и стенах покоев старую, но удивительно мощную охранную сеть с изящно вплетенным заклинанием от подслушивания. Я невольно отвлекся на пару секунд, чтобы полюбоваться этим шедевром. Какое счастье, что его магия все же вернулась и даже почти стабилизировалась! Если он теперь еще и арсенал Демиургов сможет освоить…

— А, между прочим, очень хороший вопрос, — раздался подозрительно знакомый певучий голос из глубины покоев.

Мы с братом моментально развернулись, выхватывая клинки. Да уж. Лучше бы это действительно были враги или заговорщики! По крайней мере, их можно со спокойной душой порубить в мелкий фарш. А от этого так просто не отделаешься…

На низком кожаном диванчике гостевого покоя развалился насмешливо скалящийся Сирин Ро’Шерр. Я с трудом сдержал почти неконтролируемое желание полоснуть клинком по наглой смазливой роже — все равно успеет увернуться. И какой смысл ставить на двери защиту, если эта ехидная зараза смогла сюда пролезть?! И, кстати, как он это сделал? Братец — законченный параноик, который всегда тщательно защищает личную территорию.

Я убрал клинки и осторожно отступил за спину Триона. Тот окинул королевского советника невыразительным взглядом, но от вопросов воздержался. Насколько мне известно, он всегда уважал белобрысого за абсолютную преданность, ум и жестокость, но никогда не был с ним особенно близок.

Сирин перевел взгляд на мою персону, приторно улыбнулся и подмигнул. Сволочь ехидная! Скрежетнув клыками, я с тихой ненавистью посмотрел на обманчиво хрупкого белокурого юношу — за выражения, характеризующие мое отношение к данной ситуации, мама в детстве мазала мне язык горьким соком лларра. Бр-р… Но искренне надеюсь, что этот гад когда-нибудь все же нарвется, и я с удовольствием полюбуюсь на его голову, насаженную на пику! Мгновение я позволил себе помечтать, умом понимая — увидеть что-то подобное в реальности вряд ли доведется. Уж кем-кем, а дураком Сирин Ро’Шерр не был никогда. Возможно, не сделай он меня своим любимым объектом для шуток, я бы по-прежнему наивно восхищался этим мерзавцем.

— А не пойти ли вам, советник… — подозрительно ласково предложил мой старший братик, — в свои покои?

— Ну, зачем же так грубо? — удивленно вскинул брови его визави. — Меня, так же как и Торрена, крайне интересует ответ на заданный вопрос.

— Сирин, повторяю для непонятливых — это мое личное дело! — Похоже, что Трион еле сдерживался. Все же постоянное напряжение дает о себе знать, даже если ты темный эльф. — Не лезь!

— А вот здесь ты ошибаешься, — холодно отрезал Ро’Шерр, сбрасывая маску светского щёголя и сразу становясь тем, кем был в действительности — тайным советником темноэльфийского короля, самым жестоким и целеустремленным дроу из всех, кого я знаю. — Это было твоим личным делом, пока ты справлялся. Но сейчас… ты невменяем, Трион. Еще немного, и окончательно сорвешься. И тогда единственное, что нам останется — избавиться от тебя, как от Саш’Ранна, твоего старшего брата, не выдержавшего бремени власти наследника темноэльфийской короны.

— Я всегда подозревал, что его убил именно ты, — задумчиво отозвался Трион, оценивающе глядя на хрупкого блондина, безмятежно улыбающегося в ответ.

Я о Саш’Ранне мало что знаю, даже его портрета в галерее предков ни разу не видел. Он родился до того, как наши родители взошли на трон, и умер задолго до моего появления на свет, когда наивно решил, что отец на этом троне засиделся. Но, если честно, его печальная участь не слишком меня волнует, как бы это не казалось жестоким со стороны. А вот судьба Триона, практически вырастившего меня, тайком читавшего по ночам старинные хроники, смешившего, когда было грустно, и в любых конфликтах принимающего сторону младшего братика — волновала очень.

— Сирин, если я узнаю, что ты хоть как-то замешан в смерти моего брата, то будь уверен — приложу все усилия, чтобы превратить твою жизнь в аналог Бездны, — мягко произнес я, невежливо встревая в диалог.

— Что, даже убивать не станешь? — искренне удивился тот.

— О нет! Предпочту, чтобы ты жил, помнил и мучался…

— Вот видишь? — Советник удовлетворенно кивнул и расслабленно откинулся на спинку дивана, будто бы не ему только что пообещали все мучения Бездны еще при жизни. А Трион бросил на меня какой-то недоуменно-одобрительный взгляд, словно уже слышал где-то подобное обещание. — Замена тебе выросла вполне достойная!

— Трэш! Слушай ты, белобрысая ехидна, — прошипел я, — если ты полагаешь, что меня можно не принимать в расчет ввиду моей молодости, то подумай еще раз. Я все-таки Д’Орсвит!

— Он тебе верит, — отозвался Трион и подарил мне усталую и неожиданно теплую улыбку. — Поэтому и радуется. Ты действительно повзрослел…

— Психи! — поморщившись, резюмировал я.

— Но вот с Лейной ты несколько переобщался, — ухмыльнувшись, добавил брат, а Сирин одобрительно кивнул.

— Расслабься, малыш! Это была вовсе не угроза, а предупреждение, — тихо произнес советник, как-то сразу становясь старше и печальнее. Таким мне видеть его еще не доводилось. — Мне, знаешь ли, тоже нравится твой брат. Иначе стал бы я тратить свое время на взлом защиты его апартаментов, чтобы поговорить без свидетелей и вправить мозги!

— Кстати, о взломе мы с тобой после еще потолкуем, — флегматично отозвался хозяин покоев.

— Угу, куда я денусь? — вздохнул блондин и неожиданно серьезно добавил: — Придется мне присматривать за тобой.

Вынужден констатировать, что живу среди безумцев…

Поскольку драку явно решили то ли отложить, то ли вообще отменить, я слегка расслабился и предпочел занять позицию наблюдателя. Подхватив из вазы с фруктами спелый плод ос’така, впился зубами в кисло-сладкую, хрусткую мякоть и устроился в кресле напротив Ро’Шерра.

Пожалуй, стоит временно забыть о моей неприязни и послушать, что скажет этот хитрый мерзавец…

Не знаю, почему Сирин здесь, но, похоже, сейчас он на нашей стороне. Советник явно заинтересован в Трионе и даже не скрывает этого, а значит нужно попытаться использовать его в этой ситуации, раз уж не удается избавиться. Похоже, намечается крайне интересная беседа...

 

 

Лейна

Чихнув, я еще раз мысленно прокляла своих друзей-предателей, бросивших меня в этом забытом всеми богами пыльном архиве. Нет, умом я понимаю, что здесь идеальный для хранения всяких древностей микроклимат и никакой пыли нет, но мне этот воздух кажется слишком сухим, раздражая носоглотку и рождая постоянное желание то ли чихнуть, то ли выпить что-нибудь холодненькое.

Вздохнув, я снова создала пару полупрозрачных ступенек, чтобы добраться до верхнего стеллажа с информационными кристаллами небесно-голубого цвета. Конечно, можно было бы туда слевитировать, но делала я это еще крайне неуверенно, и, стоило забыть о концентрации, тут же летела носом вниз. А нужные мне кристаллы, в которых была записана история становления Совета Тринадцати, начавшаяся после «отречения» последнего Императора Эдема, как назло, находились именно на верхних полках. Тщательно, я бы даже сказала, любовно, подчищенная история. Хотя иногда, крайне редко, попадались совершенно не отредактированные хроники — настоящие сокровища! Но большая часть… Уж слишком празднично-плакатными были заложенные в них сведения, напоминая не столь отдаленное прошлое моей собственной родины. Любой, кто не поленился бы включить мозги при прочтении данной информации, понял: тут явно что-то не так, и сделал вполне очевидный вывод — он видит только то, что ему хотят показать. Ну не может все быть так радужно в мире, где отгремела гражданская война! Даже если в большинстве кристаллов ее называют не более чем «легкими волнениями» и «недовольством». Кстати, забавный факт: именно после этих «волнений» большинство Глав выживших Домов перевезли свои поредевшие семьи в собственные ареалы, оставив на Эдеме только представительства.

К сожалению, найти информацию о более ранних периодах пока не удалось. Единственная надежда, что где-то в этих кристаллах все же остались подсказки, в каком направлении продолжать поиски.

Хранилище Древностей, допуск в которое я выклянчила у Гроххе’шэнна, было огромным, редко посещаемым и, полагаю, далеко не единственным. Зуб даю, что в одном из них, возможно, на самом видном месте, хранится так необходимая мне информация. И я обязательно ее найду. Вероятно, для экономии времени и стоило рискнуть задать некоторые вопросы, так, вскользь, на общие темы. Просто чтобы определить направление поисков. Но пока я еще не настолько отчаялась, чтобы обращаться к Хранителю Знаний с прямой просьбой. Ведь в этом случае не удастся отделаться полуправдивым рассказом о желании узнать реальную историю Эдема. Придется признаваться, что именно ищу. А я пока не готова делиться с окружающими данными о том, сколь важным для меня является возвращение в родной мир. Это — моя слабость. А на Эдеме слишком любят пользоваться чужими слабостями…

Задумавшись, снова потеряла концентрацию и забыла мысленно передвинуть созданную полупрозрачную «лестницу». Буквально в последний момент почувствовав, как ступенька под ногой неожиданно заканчивается, я сгруппировалась и вместо того, чтобы пропахать носом мозаичные плиты пола, взлетела под потолок, уронив вожделенный кристалл и едва не впечатавшись макушкой в балку потолочного перекрытия. Уже третий раз за последние два часа… Наверное, на сегодня с поисками пора завязывать!

Грустно окинув взглядом непаханое поле деятельности, я аккуратно спланировала в проход, и, невольно поморщившись, подобрала упавший кристалл. Воровато оглянувшись, водрузила его на полку, слабо надеясь, что никто из Хранителей не видел непочтительного обращения с ценными историческими «документами». А то так и пропуск потерять недолго!

Зализывая почти затянувшуюся ранку на левом мизинце, побрела к выходу вслед за блекло светящимся шаром-проводником. Уж не знаю, почему древние кристаллы признали меня «чистокровным демиургом», но я им за это была крайне признательна. Ведь доступ к информации они открывают только после того, как впитают в себя каплю крови чистокровного Творца. Не удержавшись, хихикнула, вспомнив обалдевшего до легкого заикания Кэртена, осознавшего, что я на полном серьезе прошу его накапать в мензурку немного своей крови. Оказывается, это требует о-о-очень большого, почти запредельного уровня доверия. Ведь, фактически, вместе с кровью Творец полностью отдается во власть другого человека: геном и врожденные способности, возможность контроля и доступ к семейному ареалу. А уж просить подобного у Кэртена, последнего Творца Жизни его уровня… такое, действительно, могла ляпнуть только я, да и то — по незнанию.

К счастью, привычка надеяться на русский «авось» сослужила на этот раз добрую службу. В качестве эксперимента, я капнула немного своей крови на кристалл и неожиданно получила доступ к заложенной там информации. Хотя друзья, с которыми поделилась своей радостью, так и не смогли понять, почему древние информационные накопители приняли меня за «чистокровного» Творца. Пояснения, что в нашем мире нет эльфов и прочих магических рас, поэтому я чистокровный человек, тоже делу не помогли. Имеющихся знаний пока не хватало, чтобы делать выводы. Единственное, в чем мы были уверены, так это в том, что не стоит рассказывать посторонним об этом неожиданном открытии. Остальным Творцам ведь и в голову не придет, что древние кристаллы «согласились» поделиться со мной информацией. Все на Эдеме, включая Совет Тринадцати, считают меня смеском, а смескам старые кристаллы времен Империи не открываются. Теоретически, мне должны быть доступны только поздние «исторические документы» — защищенные ментальным паролем и тщательно выхолощенные новой властью.

Размышляя о превратностях Судьбы, я подошла к одному из библиотекарей, искренне поблагодарила за помощь и направилась к выходу.

К немалой радости и искреннему облегчению, добраться до своей комнаты я теперь могла без каких-то проблем и магических затрат. Чудесный артефакт, собственноручно созданный Кэртеном, всегда был с собой, позволяя в любую секунду и практически отовсюду перенестись в одно из самых безопасных мест. И я бы даже искренне порадовалась этому подарку, не грызи меня весьма обоснованные подозрения, что подобным образом Кэри просто избавился от необходимости отрываться от семейного Архива и сопровождать мою персону в Хранилище Древностей лично. Впрочем, не будем о грустном…

Одновременно нажав на три зеленых камня в кольце, я привычно шагнула сквозь гостеприимно распахнутый портал в собственный кусочек рая — небольшой пляж на берегу неизвестного моря в далеком от прочих ареалов мире. Хороший артефакт, хоть и не идеальный, так как завязан строго на одно место и на конкретную ауру — мою. Я даже демонов своих с его помощью провести. Зато ничто не мешало им перемещаться на пляж из моей комнаты. По крайней мере — Малышу.

Сначала, выбирая координаты, я хотела закрепить выход на отведенные мне в вечное пользование гостевые покои королевского темноэльфийского дворца на Ларелле, но врожденная практичность взяла верх над «инстинктом гнезда». Все же пляж был жестко сцеплен с моей комнатой в общежитии Творцов Миров на Эдеме и тщательно замаскирован, а добираться «до учебы» с Лареллы после каждого перехода как-то не комильфо. Можно ведь случайно попасть на выходе из портала какому-нибудь неуравновешенному Творцу под горячую руку. Поверьте моему опыту — мало не покажется! Или, что не многим лучше, привлечь внимание Совета Тринадцати. Кто знает, вдруг у них переходы по центральному стационарному порталу где-то фиксируются. Меня бы, например, будь я местной администрацией, весьма заинтересовало — куда это постоянно шастает приблудный смесок без роду и племени…

Шагнув на теплый песок пляжа, я была моментально сбита с ног и облизана «во все доступные части тела». Мой сэльфинг здорово соскучился без Хозяйки. Но выпускать Малыша на прогулку где-то, кроме закукленного на меня кусочка мира, было страшно. Я по-прежнему опасалась, что студенты могут «подшутить» над демоном-хранителем, несмотря на установленную мощную защиту. Или взломать ее, просто так, «по приколу» проверяя свои силы. Так что, отправляясь на поиски информации, оставляла его развлекаться на пляже, чтобы бедный демон не томился в четырех стенах моей комнаты.

Я бы и гарр’краши сюда притащила, но тут имеется одна ма-аленькая проблемка, которую еще необходимо как следует обдумать. Дело в том, что единственная возможность попасть на этот пляж — пройти сквозь зачарованное зеркало на стене моей комнаты. Но для того, чтобы это сделать, надо пересечь самый посещаемый коридор замка и миновать кабинет не в меру любопытного декана факультета Творцов Миров — Тарнума дер Корентса. В общем, я пока еще не придумала причины, по которой мне срочно понадобилась в комнате здоровенная клыкастая скотина с мерзким характером, а также объяснение — куда эта зверюга вдруг пропала. Конечно, я искала другие пути. Но в комнатные окна Тигр, увы, не пролезает… уже пробовала. А расширить оконный проем магически или «разбить» переплет не дает наложенное на здание заклятие. Вообще, как я выяснила, на нашем общежитии стоит куча ограничений. Например, на телепортацию кого-то, кто официально не проживает в Замке и не имеет гостевой метки, поставленной лично Тарнумом. Самое обидное, что данное ограничение ввели совсем недавно. После того, как пара излишне веселых засранцев — не будем показывать пальцем и называть по именам — телепортировали в коридоры общежития несколько стай плотоядной фауны с экзаменационного полигона Творцов Жизни.

Ладно, я упрямая, все равно что-нибудь придумаю!

 

 

Выйдя из здания общежития, я искренне улыбнулась, взглянув на яркое, склоняющееся к закату солнце. Ветер растрепал волосы и дружески поделился медвяным цветочным ароматом, подхваченным с растущих вокруг замка разнообразных клумб. Как же здорово! Малыш, отвлекая от грустных дум, носился вокруг меня лохматой ракетой, повизгивая и крутя хвостом от переизбытка эмоций. Идея взять Тигра и отправиться на прогулку была встречена сэльфингом на ура.

Любопытные и откровенно изучающие взгляды провожали меня до загона с верховыми животными. «Конные» прогулки в гордом одиночестве с некоторых пор стали настоящим отдыхом. Выведя Тигра из персонального стойла, я забралась на теплую спину гарр’краши, и мы неспешным шагом отправились к полюбившемуся каменному изваянию дракона. Наверное, это глупо, но рядом со статуей Нес’тарра я чувствовала себя увереннее и спокойнее.

На данный момент прошло уже четыре декады после объявления о нашей с Кэри помолвке, а феерическая новость об этом по-прежнему будоражила умы и рождала нездоровые слухи. А самое обидное то, что Кэртена почти никто не доставал. Мне же приходилось буквально отбиваться от нападок. Особенно усердствовали однокурсницы блондина, явно считавшие себя лучшей парой для наследника рода дер Сэннет, нежели безродный смесок. К счастью, ни одной из вышеупомянутых девиц даже в голову не пришло, что наш брак может быть фиктивным. И Кэри здорово для этого постарался, тиская на переменах «любимую невесту», словно резинового пупса. Хотя, с моей точки зрения, он излишне увлекся своей ролью ревнивого жениха, с нездоровым энтузиазмом отгоняя от «сокровища» любопытствующих сокурсников. А когда, забывшись, попытался сорвать наедине пару поцелуев, получил неслабый подзатыльник и отповедь. Вроде мозги на место встали с первого раза, хотя периодически попытки познакомиться «чуть ближе» повторялись. Но это, наверное, у всех мужчин на уровне инстинктов заложено. Тем более я отлично помню, что до нашего знакомства монахом он не жил. Не удивлюсь, если и сейчас не живет. Просто достаточно умен, чтобы не попадаться. Хотя, может пока и не рискует…

Дамы решили последовать старому проверенному принципу: нет человека — нет проблемы. Что было очень, очень поспешным и непродуманным решением. Но кто я такая, чтобы их учить? Одно могу сказать точно — первая же напавшая на меня ларра здорово об этом пожалела! Я даже почти узнала ее в лицо… точнее «в декольте» — она на всех переменах крутилась рядом с Кэри, демонстрируя умопомрачительно глубокие вырезы на платьях и идеально откорректированную грудь.

Не ошибусь, если скажу, что пропавшую красотку особо и не искали. Видимо решили, что она отправилась в семейный ареал. И если бы спустя пару дней после нашего с ней «общения» директор, Вайрин дер Ортес, не заинтересовался странным экземпляром липучей лианы, который переполз под его окна и тщательно вывязал из своих побегов герб рода дер Крестэр… то, полагаю, ее поисками занялись бы еще не скоро. Что сказать? Были бы мозги — был бы скандал. А так, возмущенная Тибра дер Крестэр, перемежая визгливые ругательства с угрозами, сама призналась, что напала на меня первой. Ну и огребла… только на этот раз уже не от меня, а от руководства Академии.

Следующая атака была спланирована гораздо тщательнее и умнее. Подкараулили по дороге с занятий, когда все мои мысли были нацелены на предстоящие поиски в Хранилище. И только благодаря экспериментальной защите, наложенной на меня переругивающимся дуэтом Кэри и Харона, мне удалось «отзеркалить» атакующую сеть обратно на агрессора. Какое счастье, что ребята отнеслись к произошедшим на меня нападениям так серьезно!

Опознав в агрессоре очередную претендентку на браслеты моего благоверного, а в атакующей сети — «Важий полог»2, я откровенно разозлилась, нарастила девице острые ушки, замаскировала ауру «под Литу» и убедила, что она — эльф. Затем потребовала, чтобы ларра забыла, что вообще видела меня сегодня, и немедленно отправилась ближайшим порталом на Ярмарку. После, исполненная тихой радости, уселась в медитационном круге Творцов Миров и постаралась окончательно успокоиться. Там, спустя некоторое время после происшествия, и нашел меня Харон… Сначала, выслушав мой рассказ, дер Альтер схватился за голову — ведь пойманная и отправленная на Арену бесхозная «эльфийка» будет иметь далеко не эльфийский разрушительный потенциал — силу-то я ей заблокировать не додумалась. И если после моего демарша поднять из-под земли «Веселый Дом» все же удалось, то после выпущенной на арену местного Колизея ларры, восстанавливать там будет просто нечего! Арена ведь рассчитана на магически сильных, но все же — Созданий, а сражаться там станет далеко не самый слабый Творец-Универсал. Тех же, кто приложил к этой истории свои шаловливые лапки, распнут разъяренные преподаватели Академии — ведь это им придется разбираться с Магистратом и последствиями локального Армагеддона. Но потом Харон сообразил, что при проверке на запретном «Важьем пологе» будут стоять отпечатки ауры ее создательницы, а вовсе не наши, и, распираемый непонятной радостью, рванул делиться новостями с Кэртеном.

Мои приятели последнее время вообще как-то подозрительно оживлялись, услышав об очередном нападении. Если они переживают из-за меня, то проявляется это довольно странно…

Правда всплыла позднее. Причиной нездорового ажиотажа было вовсе не беспокойство о моей драгоценной персоне! Эти меркантильные заразы просто устроили тотализатор и умудрились заработать немалый капиталец, делая на меня ставки в череде «поединков» с озабоченными конкурентками.

В тот день, когда я об этом узнала, моих друзей посетил не в меру упитанный земной зверёк — Alopex lagopus3. Устроенный скандал был столь зрелищным и громким, что коммерсантам пришлось бежать от меня телепортом, унося честно награбленное добро. Их даже не впечатлила в сердцах обещанная «страшная мстя», хотя предусмотрительные демиурги на их месте задумались бы о вечном…

Жутко разозлившись, я всю ночь перебирала злобные планы мести нераскаявшимся грешникам, изредка срываясь на мрачное мерзопакостное хихиканье, но в результате с некоторым сожалением выбрала наименее кровавый сценарий. Все же вдовой становиться мне рановато. Итогом стало то, что на следующее утро, впервые за время моего пребывания на Эдеме, я позволила себе прогулять урок. Первый.

Подкараулив Харона, я наложила на него сложную иллюзию Брадоса. Это прелестное заклинание отличалось от аналогов очень малым радиусом действия, что не давало возможности буквально превратить муху в слона, зато имело два неоспоримых плюса — требовало после наложения минимума подпитки Силой и было практически необнаружимо. Использовали его крайне редко — столь миниатюрные иллюзии не пользовались большой популярностью. Но мы не жадные, нам хватит!

Хихикнув, я оценила получившуюся картину, подкорректировала размер и, довольная, помчалась взламывать жилище Кэртена. Помнится, он как-то обмолвился, что ненавидит розовый цвет…

Харон, не выдержав, сбежал от одноклассников в середине первого занятия, когда те окончательно достали его шутками о «бедном мальчике, та-ак скучающем по своей юной невесте». На меня он, кстати, даже не подумал, дав этим немного бесценного времени и позволив закончить череду приятных сюрпризов для предприимчивых друзей. Вместо меня он нашел другого виноватого: вытащил с полигона Творцов Жизни ни о чем не подозревающего Кэртена и потребовал объяснений. Рыдающий от смеха Кэри оценил шутку и снял с друга иллюзию, развеяв тщательно «взращенную» мною эрекцию, распирающую лосины Творца Миров.

Решив, что на сегодня занятий с них достаточно, хихикающий Кэртен и взбешенный, сыплющий проклятиями Харон отправились к блондину, дабы спрыснуть нервы парой капелек спиртного.

Полагаю, лечить нервишки пришлось обоим! Я очень-очень постаралась произвести впечатление. Строгое убранство комнат Творца Жизни сменилось на гламурное розовое чудо, от которого даже у меня рождались позывы спрятаться в уборной и пообщаться с местным Ихтиандром. Хотя, зуб даю, больше обитых розовым плюшем стен и расшитых стразами диванов владельца жилплощади и его гостя поразили реалистичные картины, развешанные на месте старинных гобеленов с батальными сценами. Полотна, заключенные в эпатажные ярко-розовые рамочки с цветочками, изображали застывших в эротичных позах оголенных сокурсников мужеского полу, а напротив входной двери висела самая большая картина, на которой, краснея и скромно держась за ручки, стояли закадычные друзья в том же неодетом виде — уж натуры-то я на пляже понаблюдала достаточно…

Надеюсь, что проверять свои храны с учебными заданиями мой жених после такой бомбы не станет. Или, по крайней мере, не вспомнит, в каком порядке они лежали. А то я, пользуясь случаем, скопировала информацию по заданиям первого курса для Творцов Жизни. Обещала ведь Тиль и Триону.

После того, как матерящиеся парни уничтожили розовое непотребство, привели в относительный порядок разгромленные покои и подлечили нервы несколькими бутылками хорошего вина, они приняли мудрое решение честно поделить барыш на три равные части и даже накинуть мне десять процентов за «вредность» — лишь бы я прекратила их терроризировать!

Вот только судя по мечтательным улыбкам для меня готовилась просто замечательная ответная пакость…

 

 

Помимо вышеперечисленных радостей, преподаватели Академии словно с цепи сорвались, решив, что надо в кратчайшие сроки впихнуть в пустые головы студентов как можно больше знаний. Домашние задания были огромными до неприличия, как будто нас пытались проверить на износ. Сначала я хотела окончательно забить на учебу, посвятив все свободное время потрошению Архивов, но, поразмыслив, решила не давать лишних поводов для пересудов. В результате выполнение домашек отнимало львиную долю времени и сил, так необходимых для поисков.

В общем, скучно не было. Так мне не приходилось вкалывать никогда в жизни. Приползая по вечерам в комнату, я жаловалась Малышу на свою нелегкую долю и засыпала под утешительное ворчание демона-хранителя.

В конце концов, завтра будет новый день, и возможно, я найду способ попасть домой…

 

 

Глава 2

 

Судьба неизбежнее, чем случайность.

Рюноскэ Акутагава

 

Торрен

Многочисленное светлоэльфийское посольство прибыло сегодня днем и расположилось в восточном крыле, выделенном им в полноправное пользование. Кстати, хочу отметить, что темные эльфы всегда были гораздо гуманнее своих «светлых» сородичей. По крайней мере, мы не заставляем уставших гостей выстаивать длительные «приветственные» церемонии, а вежливо переносим мероприятия на следующий день, давая возможность отдохнуть с дороги. Впрочем, сейчас мои мысли были совсем о другом…

Линиэль, подозреваю, не просто так притащил к нам свой царственный зад, но все же была слабая надежда, что причина приезда в чем-то ином. Вспоминая наш разговор… Мне почти жаль, что Сирин был так бескомпромиссен. Ро’Шерр действительно умеет быть жестоким и мастерски бить в самые уязвимые места. И подчинять тоже умеет. Но раньше я и не подозревал, что он может согнуть моего брата. Трион… Тот, кто слепо шел за своим Долгом, едва не сломался под его тяжестью. Да, не зря эта белобрысая сволочь получила должность советника темноэльфийского Правителя.

Конечно, я уже далеко не ребенок, и понимаю, что отец и Линиэль обговорили все задолго до того, как светлоэльфийское посольство сделало из Веллариэля первый шаг. Причем не только обговорили, но и заключили предварительное соглашение.

Хотя оперативность Светлого Повелителя меня впечатлила — провернуть такое дело за полтора месяца! Да еще с учетом того момента, что время для эльфов далеко не столь значимая величина, как, например, для людей. Но они все же договорились, иначе Сирин вряд ли бы потребовал от Триона подчинения.

Но неужели все закончится именно так?

Демоны побери мою молодость! Будь я чуть старше и опытнее, со мной считались бы при Дворе. Возможно, тогда я смог бы придумать, как вытащить брата из этой поганой ситуации. Неужели я ничего не могу сделать?

Хмм…

Ничего? Возможно, окажись на моем месте кто-то другой, он бы смирился. А я… я неправильный дроу, который слишком любит своего брата! Похоже, что это единственный выход. Да и Линиэль, возможно, согласится с таким выбором, сочтя меня более слабым и податливым материалом в силу молодости и неопытности в политических игрищах. Уверен, у него нет точной информации ни о «воскрешении» Триона, ни о последствиях экспериментального лечения, проведенного пришедшим с Эдема Творцом Жизни. А значит, меня он тоже считает потенциально удачным приобретением. Полагаю, что добрые эльфы ему давно донесли о том, как я прыгаю по телепортам без малейшего истощения ауры. Итак, решение принято. Оно окончательное и обжалованию не подлежит.

Мельком поймал в отражении зеркал собственную злую улыбку и невольно вздрогнул: никогда прежде я не был так похож на отца.

 

 

Забравшись на крышу дворца и закутавшись в старый меховой плащ, я наблюдал за заходом солнца. Это всегда меня успокаивало, давая возможность серьезно обдумать принятое решение и пути его претворения в жизнь. Когда-то, кажется, вечность назад, я так же сидел на крыше, любуясь закатом и планируя свой побег из Сартара. Тогда сделанный выбор стал тем камнем, что вызвал лавину. Многим это стоило головы, и, будем откровенны, кардинальным образом изменило нашу жизнь. Интересно, чем все закончится на этот раз?

Тихий шорох открывающейся двери, ведущей на лестницу, вырвал меня из раздумий и заставил насторожиться. Шпили королевского дворца поднимались выше магической защиты от холода, наложенной магами Ковена на город, так что здесь, на высоте, царила настоящая зима. Интересно, кому взбрело в голову вылезти на крышу в этот морозный вечер?

Тонкая фигура, с головой закутанная в плащ, бесшумно проскользнула сквозь глубокие синие тени шпилей к смотровой площадке и зачарованно застыла, наблюдая, как алый шар солнца опускается за пики Таррильского хребта. Надо же, похоже, не только меня завораживает эта огненно-снежная красота. Вид отсюда, с самой высокой башни дворца, и впрямь был потрясающий: Сартар, зеленеющий садами и играющий фонтанами, а за крепостной стеной — безбрежный вьюжный холод, ледяные шапки гор и замерзшее озеро.

Интересно, кто это? Один из новичков, набранных в стражу внутреннего покоя? Судя по юношеским порывистым движениям, мой визави довольно молод. Тот же Сирин, при всей своей обманчиво юной внешности, двигается удивительно экономно, словно бережет силы для более важных дел.

Я заинтригованно застыл между зубцами парапета. У них не было особых оборонительных свойств — один из далеких предков спроектировал мерлоны для красоты, создания светотени и большей архитектурной выразительности замка. Но я нашел им лучшее применение — в данный момент они защищали меня от ледяного зимнего ветра и внимания нежданного визитера.

Вообще-то, я не любитель наблюдать — всегда предпочитал непосредственное участие, но что-то в этом эльфе было не так. Шалый ветер дергал незнакомца за полы плаща, раздувал капюшон и кружил вокруг хороводы снежинок. Но тот, не замечая холода, застыл на краю крыши, вглядываясь в алое закатное солнце, будто ожидая какого-то знака.

Ледяной иглой в сердце кольнуло понимание — похоже, нас привели сюда сходные чувства…

 

 

— Красиво, не правда ли? — мелодичный, чуть хрипловатый голос незнакомца стал неожиданностью. И обращался тот, определенно, ко мне. Значит, все же заметил. Хорошие учителя у этого парня.

— Да, идеальное место для размышлений, — отозвался я, после секундного раздумья. Все же ему удалось меня заинтриговать.

Из-под капюшона сверкнули пониманием темные глаза:

— Прости, что невольно прерываю твои раздумья. Мне уйти?

— Нет, останься…

Несколько легких шагов и неразличимая в складках плаща фигура незнакомца прислоняется к зубцам парапета совсем рядом — так близко, что можно коснуться, всего лишь протянув руку.

— Иногда одиночество пугает даже перворожденных, не правда ли? — голос моего собеседника стал печальным. Трудно не согласиться… Похоже, он знает, о чем говорит.

— Бывает. Хотя… мне кажется, ты слишком молод, чтобы это осознавать, — отозвался я.

— Молодость эльфа — величина относительная, — улыбнулся мой собеседник, отбрасывая капюшон. Ветер подхватил удивительно короткие для благородного перворожденного золотистые волосы, взвихрил нимбом, и отступил, оставив на время свою игрушку.

А я, наконец, понял, что с ним не так — это был Светлый. А точнее — светлая эльфийка. Девушка! Вот только двигалась она как воин. Молодой, но все же боец. Именно это и сбило меня с толку. Вероятно, мне повезло встретить одну из телохранительниц Линиэля, прибывших в составе дипломатической миссии.

— Удивлен? — усмехнулась эльфийка.

— Только тем, что тебе удалось найти выход на крышу дворца, — спокойно ответил я. То, что охрана светлоэльфийского Повелителя первым делом отправилась осматривать «условно дружественную» территорию, доказывало лишь их профессионализм.

— Я хотела забраться повыше и осмотреть город. А ты полукровка? — без малейшего стеснения полюбопытствовала эльфийка. — Как тебя зовут?

— С чего ты взяла, что я не чистокровный эльф? — усмехнулся я. Диалог становился забавным. — Может, я такой черноволосый, потому что отношусь к правящей семье Д’Орсвит!

— Конечно, — с серьезным видом покивала девушка. — Я наслышана, что наследные принцы Д’Орсвит обожают одеваться как простые наемники и морозить носы на крыше собственного дворца!

Ну, тут она меня уела — волосы, заплетенные в простую косу, старый плащ и любимый тренировочный костюм — слегка потертый, без малейших украшений, действительно не очень подходили для приема коронованных гостей. Но я их, собственно, здесь и не ждал.

— Зови Тором, — улыбнулся я, сдаваясь. — А как мне называть прекрасную эльфийскую деву?

— Зови Синтой, — передразнила нахалка и серебристо рассмеялась. — Хотя с прекрасной ты слегка переборщил!

— Вообще-то, ты действительно довольно красивая. Ну, на мой вкус, — искренне отозвался я, рассматривая собеседницу. Ровно обрезанные, чуть вьющиеся золотистые пряди на пару сантиметров не доставали до плеч. Миндалевидные темно-синие глаза и крупный сочный рот делали девушку если и не «прекрасной», то, однозначно, очень привлекательной и запоминающейся. — Хотя странно, что ты так коротко стрижешь волосы. Я слышал, что ваша принцесса отрастила косы до земли, и весь светлоэльфийский Двор с энтузиазмом, достойным лучшего применения, следует ее примеру.

— Совсем недавно у меня тоже были «косы до земли». Но буквально перед отъездом мы проводили в лаборатории небольшой эксперимент… — Синта вздохнула: — Хорошая была лаборатория! Очень жаль, что она сгорела. А волосы пришлось обрезать — слишком сильно подпалила. Знаешь, а я даже рада — надоело с этой косищей возиться. А так, с короткими — удобно и легко! Обидно, что ненадолго мне эта радость. Отец, как увидит, заставит пить настой полунника и втирать всякую гадость для ускоренного роста волос. Ибо «невместно приличной эльфийской деве…» Тьфу! И зачем добрую сотню лет учил меня сражаться? Чтобы потом сделать из меня декоративного домашнего питомца?

Девушка выглядела столь искренне возмущенной, что я не выдержал и рассмеялся. Фыркнув, она расхохоталась вместе со мной. Странно, но на душе почему-то стало легче. Если большинство светлых эльфов такие же, как Дариэль и Синта, то, пожалуй, меня ждет не самое худшее будущее.

— Твой отец учил тебя сражаться? — не удержался я от вопроса. Вообще-то, среди эльфов это было не слишком распространенным явлением. Женщин у нас почти в два раза меньше, чем мужчин, и они всегда предпочитали заниматься интригами, а не войной.

— Не совсем так, — усмехнулась Синта. — Тактику и стратегию мне действительно преподавали, а вот в казармы я бегала уже самостоятельно. Одевалась в мальчишескую одежду, переплетала волосы и тренировалась вместе с другими. С тех пор у меня появилась дурацкая привычка: переодеваясь парнем, могу порой говорить о себе в мужском роде. Естественно, окружающие знали, кто я, но никаких поблажек не делали — раз уж пришла, то будь любезна работать как все. Или проваливай. Отец, конечно, мог бы сразу запретить, но не стал. Они с капитаном стражи решили сделать вид, что ничего не замечают, и посмотреть, что получится. Вот и получилось… Теперь, небось. и сами не рады!

— А мне результат нравится, — подмигнул я девушке. Почему-то мне было с ней удивительно легко. Может, потому, что она не пыталась кокетничать или завлекать меня, как это делали наши придворные дамы, когда Трион лежал в коме? Впрочем, они и сейчас не прекратили охотиться на меня, просто делали это не столь явно…

— Не обольщайся, — невесело усмехнулась эльфийка. — Если ты думаешь, что я всегда такая, то сильно ошибаешься! Но сейчас можно позволить себе немножко побыть собою, как бы глупо это ни прозвучало. Наверное, эффект попутчика.

— А жаль, я бы хотел увидеть тебя еще и поговорить. Нет, правда! Знаешь, раньше я не понимал этого — у меня не было женщины-друга, да и вообще слабо верилось, что такое бывает. Но год назад в мою жизнь ворвалась одна сумасшедшая девчонка и перевернула все устоявшиеся принципы с ног на голову. Она умудрилась стать моим другом…

— Познакомишь? — поинтересовалась Синта.

— Я бы и рад, но Лейна сейчас далеко отсюда, — грустно улыбнулся я.

— Да, понимаю. Я тоже скучаю по своим друзьям…

— Ты, наверное, очень хороший воин, раз Линиэль взял тебя в Сартар. Я вообще в первый раз вижу девушку-телохранителя столь высокого ранга.

— Э-э-э… не хочу тебя обманывать…

— Не понял? — насторожился я.

— Видишь ли, ты ошибся, — вздохнула Синта. — Я, конечно, тренировалась вместе с дворцовой стражей, но вовсе не являюсь телохранителем светлоэльфийского Повелителя. Нет, я действительно пришла вместе с посольством, но оте… В смысле… Понимаешь, мне нужно было сюда пробраться по личным причинам. Недавно выяснилось, что нашу принцессу собираются выдать замуж за Наследника темноэльфийского престола. Она… ну, можно сказать, она мой близкий друг. Линиэль и не подозревает, что я здесь. Для него я просто один из младших членов дипломатической миссии, — усмехнулась Синта, вытягивая из-за ворота великолепно сделанный, пульсирующий в такт ударам сердца амулет «Ока Врана», отлично отводящий глаза даже перворожденным. Между прочим, редкость неимоверная! Наверняка фамильная реликвия…

Я хмыкнул. Интересно, она действительно считает, что достаточно снова активировать амулет после нашего разговора, и глупый полукровка ее не узнает? Ну, в принципе, так бы и случилось, не имей я в кармане ма-аленький козырь — подарок Лейны. Несколько месяцев назад она умудрилась локализовать, перенастроить и привязать ко мне одну из Нитей Сил. Естественно, я сделал все, чтобы вытянуть максимум пользы из этого подарка. Д’Орсвит я, в конце концов, или нет? Теперь, помимо иммунитета к различным приворотам, у меня есть возможность видеть «сквозь» маскирующие амулеты. Весьма важное умение, на освоение которого пришлось потратить почти три месяца! Хватило одного показательного урока от той же Лейны: я отлично помню, что можетскрывать подобный амулет.

— О… понятно. Значит, эффект попутчика? — Мой взгляд стал ледяным. Теперь ее просто запредельная для эльфа откровенность становилась понятной.

— Прости, — тихо попросила Синта. — Когда я заговорила с тобой, то и не думала, что…

— Продолжай, что же ты остановилась?

— Я не думала, что ты мне так понравишься! — удивительно открыто и тепло улыбнулась девушка. — Это правда, я была столь искренней потому, что уверена — мы больше никогда не сможем встретиться. А если случится чудо, и это произойдет, ты просто не узнаешь меня. Извини, но я все для этого сделаю. Однако сейчас… Сейчас мне безумно жаль, что мы те, кто мы есть. Потому что впервые мне хочется рискнуть и подпустить кого-то так близко к себе.

Вот такого я не ожидал. Смущения, извинений, оправданий? Да. Но не этой совершенно сумасшедшей откровенности, сбивающей с ног. Повернувшись, я внимательно всмотрелся в синие глаза эльфийки. А ведь правду сказал — она действительно прекрасна!

— Мне жаль, что мы не встретились в другом месте, в другое время…

— В другой жизни, — почти неслышно отозвался я.

Печально и понимающе улыбнувшись, девушка наклонилась и легко поцеловала, коснувшись моих губ своими, удивительно теплыми и мягкими, несмотря на зимнюю стужу. Развернувшись, она накинула капюшон и медленно пошла к выходу на лестницу. Снег тихо поскрипывал под ее сапогами, а ветер привычно дергал за полы плаща.

Я смотрел ей вслед, чувствуя, как на сердце опускается серая хмарь. Удивительная девушка! Если бы я только мог... Но решение уже принято, оно окончательное. Это единственная возможность дать шанс моему брату. А Синта… Теперь мне нечего ей предложить. Она достойна быть супругой, а не диали. Единственной — такой, какой является моя мать.

 

Лейна

Просто отвратительно! И вообще — это натуральный плагиат! Парочка мерзавцев, по какому-то недоразумению считающихся моими друзьями, наложила на меня уже известную иллюзию Брадоса, благодаря которой я получила кучу ну о-о-очень понимающих взглядов и недопуск к практическим занятиям на полигоне. После весьма кислого поздравления от Тайши, преподавателя «лайʼтесс», я сообразила, наконец, в чем дело, зажала в углу вяло сопротивляющегося и краснеющего Вентера и выспросила, что именно во мне изменилось. И спустя четверть часа, пылая гневом, отправилась ловить Кэртена, дабы открыть этому нехорошему Демиургу глаза на интимные извращения его родни до седьмого колена включительно. Почему я злюсь? Да потому, что эти умники наколдовали мне живот! Вполне себе заметную беременность, недель на двадцать… Самой-то не видно, черти дери эту иллюзию Брадоса! И ведь дотерпели же до того дня, когда я, в качестве разнообразия, надела платье, вместо привычного свободного охотничьего костюма!

Теперь доказывай — не доказывай, все равно не отмоешься. Большинство уже сделало вполне логичные, хоть и в корне неверные выводы по поводу нашей с Кэри грядущей свадьбы. Разубедить их будет очень непросто. Вот ведь засранцы… И что обиднее всего — поймали меня в мою же ловушку! Рр-р-р…

 

 

Вечером, обидевшись на весь свет, устроилась за столом и попыталась отвлечься, систематизируя данные в хранах и готовя их к отправке на Лареллу. Желательно распределить информацию максимально компактно, ведь Трион вряд ли сможет читать сразу по несколько штук. Однако просить в этом помощи у Кэртена или Харона мне совсем не хотелось, а разобраться самой, с наскока, не очень-то получалось. Наверняка есть какой-то способ, но… Запрашивать такую информацию в Хранилище Знаний казалось не очень хорошей идеей: обострившаяся паранойя подсказывала, что в последнее время вокруг крутится слишком много любопытного народа. Может, я и не права, но раньше, когда мы с Кэри посещали Хранителей, там было на порядок меньше посетителей. Не стоило давать моим недоброжелателям лишние козыри в руки.

Вздохнув, запихнула недоделанные информационные накопители на полку, где лежали прочие храны с домашними заданиями — здесь, на самом видном месте, вряд ли кто додумается искать компромат — свистнула развалившемуся на постели Малышу, и, игнорируя дверь, выпрыгнула через окно на клумбу со свежепосаженными живунцами. Следом серым пушистым облаком бесшумно вылетел сэльфинг. Смирившиеся с нашими постоянными походами «по газонам» Творцы Жизни посадили под моими окнами самый неубиваемый сорт растений, выведенный за последнее столетие на испытательных полигонах. Не знаю точных причин, по которым вырастили этих зеленых упрямцев, но, полагаю, теперь, случись здесь ядерная война, выживут живунцы и тараканы. Хмм… Может их создали, чтобы последним было, что лопать в подобной ситуации?

Я быстро дошла до «конюшен», вывела оттуда довольного Тигра и упирающуюся Шаарти Кэртена и отправилась к общежитию Творцов Жизни. Надеюсь, что резко обросшие изнутри колючками штаны эта парочка интриганов мне уже простила. Тем более, что Кэри, в отличие от Харона, сесть в них так и не успел… За дело ведь! Тем более, беззвучно ухохатываясь в ближайших кустах и наблюдая за невольным стриптизом, я почти простила им наложенную на меня неприличную иллюзию. И теперь готова позволить Кэртену скрасить свой вечер моим присутствием. В конце концов, жених он или кто? Пускай развлекает, раз мне скучно!

 

 

— А, Лейна, ты вовремя! — открывший дверь дер Альтер хмыкнул, покосившись на мою туго перетянутую талию, и кивнул, приглашая войти. — Кстати, ты похудела…

Так. Они снова без меня собрались! Опять что-то планируют? Ну, я им сейчас устрою!

— Эй, не злись, — словно прочитав мои мысли, отозвался Харон. — Мы здесь с обеда сидим, голову ломаем. У тебя, между прочим, занятия были — не все же тебе их прогуливать. А утром так и вообще, благодаря чьей-то дурацкой шутке, пришлось провести целый час в лекарском центре, выковыривая ветрианские колючки из… хмм… неважно!

— Ай-яй-яй, кто же это такой нехороший вас обидел? — «искренне» посочувствовала я. Уж что-что, а свои магические следы я научилась убирать очень тщательно. В общем, фигушки они докажут, что это была моя работа!

Харон смерил меня подозрительно-задумчивым взглядом, явно прикидывая, как бы добиться правдивых ответов и покаяния, но, так ничего и не придумав, отступился. Ответив младенчески-невинным взором, я быстренько перевела тему:

— И чем вы занимаетесь?

Зрелище растрепанного Кэри, устроившегося среди кипы фолиантов и свитков прямо на полу, подсказывало — они нашли что-то действительно интересное. Тот ненадолго оторвался от чтения, нахально подмигнул и послал воздушный поцелуй. Я вопросительно покосилась на стоящего рядом Харона, сделав вид, что не уверена в получателе знака внимания, и демонстративно перевела взгляд на гобелен с парящими драконами. Именно там, напротив входной двери, всего две декады тому назад царил парный апофеоз устроенного мною розового безобразия. Блондин заржал, засчитав равный счет подколок, и снова уткнулся в бумаги. Объяснения взял на себя Харон:

— Это книги из подконтрольных миров наших ареалов. Мы понимаем, что есть информация, до которой нас все равно не допустят, сколько бы мы ни просили. Но следы остаются всегда! А, значит, надо просто поискать в другом месте. Ну, мы и подумали: наши Творения тоже путешествуют между мирами и ведут об этом записи. Почему бы не поискать там? А еще я нашел дневники своей прабабушки — Раниэль… только нифига в них не понял.

— А что, отличная идея! А чего непонятного в дневниках? — решив окончательно простить всех одним махом, я прошла мимо Харона и уселась на пол рядом со встрепанным блондином, внимательно читавшим какой-то древний и хрупкий на вид пожелтевший свиток.

— Да там какая-то дурацкая шифровка, — отмахнулся мой друг. — Вроде написано на древнем всеобщем, но звучит как полная белиберда. Вот, например, здесь: «…И умирая демонову дюжину раз Лирриатэль укажет путь стоящему в Элинтер к Лестнице в Небо, ведущей в чертоги милосердной Смерти, либо в Бездну, хранимую Демиургами…». Бред полный!

— Что ты сказал? Повтори! — подскочила я.

— И умирая… А в чем, собственно, дело? — насторожился парень.

— Харон, ты веришь в Судьбу? — задумчиво спросила я и улыбнулась.

— Лейна, мы же Демиурги, какая судьба? — насмешливо хмыкнул Творец Миров.

Кэри, заинтригованный моим тоном, отвлекся от свитка и вопросительно вскинул брови.

— А зря… кажется, она все же существует! У меня есть как минимум половина расшифровки этой загадки. А еще больше об этом знает Тиль — сестра Рани. И что-то мне подсказывает — там мы найдем многие ответы.

— Да где там-то? — не выдержал Харон.

— На Ларелле, конечно! — удивленно ответила я. — Да и с Тиллиринель тебе давно пора познакомиться.

— И почему я подозревал, что этим все и закончится? — мученически простонал Кэртен. Отпускать меня одну в «заповедник озабоченных дроу» он явно не собирался.

Ухмыльнувшись, я взлохматила и так далеко не идеальную блондинистую прическу своего жениха и мельком заглянула в бумаги: написано на иллаэрини, кто бы сомневался. Отстраненно отметила, что придется все же выучить этот язык. Обязательно возьму завтра хран в Архиве. Но мыслями я уже унеслась совсем в другое место… Интересно, как там сейчас дела у моих друзей?

 

Торрен

Гостей в длинном узком зале было совсем немного: самые близкие и доверенные дроу да члены Светлого посольства. Это одно из самых старых помещений замка и, пожалуй, единственное, которое никогда не подвергалось перестройкам — только реставрации. Его открывали редко, лишь для самых важных государственных церемоний. Стены из амитея были украшены боевыми трофеями: древними знаменами давно павших внешних врагов и мятежных темноэльфийских родов, память о которых сохранилась только в старых хрониках. Они перемежались с портретами моих победоносных предков, горделиво взиравших на нас из прошлого.

Я выступил из тени и занял свое место по левую сторону от трона, на котором восседали родители. Трион кивнул мне и настороженно замер справа. Мы отлично видели приближающееся светлоэльфийское посольство из пяти высокопоставленных эльфов во главе со своим Повелителем. Сейчас они притянули взгляды всех гостей, и на меня никто не обратил внимания. Следуя традиции, они шли «клином», на острие которого был Линиэль. Хмурого, высокомерного эльфа, бесшумно плывущего за правым плечом Повелителя, я не узнал, но предположил, что это командующий войсками. А вот идущего слева — опознал сразу: они с сыном были удивительно похожи. Дариэль, не посвященный в мои планы, но чутьем эмпата определивший, что я что-то задумал, маялся сейчас в первом ряду гостей почти напротив и на отца не обращал ни малейшего внимания. Рядом с моим другом расположилась и остальная часть посольства. Темные эльфы, словно в противовес, стояли с правой стороны от трона.

На шаг позади командующего шел маг, украшенный медальоном члена внутреннего круга Ковена, а за плечом отца Дариэля скорее всего был советник Повелителя, по крайней мере, будь на месте светлых эльфов — темные, это место по праву принадлежало бы Сирину Ро’Шерру.

Оказанное Линиэлем доверие действительно было беспрецедентным. Ведь случись что с делегатами, и оправиться Светлому Лесу от потери будет очень непросто. Поэтому, памятуя, что береженого Демиург бережет, отец вытащил в столицу все верные дому Д’Орсвит войска и лично попросил Вортона и Тиль позаботиться о безопасности светлых. Мы действительно не хотели войны и старались исключить малейшую возможность нападения на наших гостей.

 

 

Мой сверкающе-белый парадный наряд ненаследного принца, который я терпеть не мог, казался бы вызывающим в этом древнем зале, не будь он столь прост и элегантен. Волосы я заплел в сложную, предписанную этикетом прическу, а на лице изобразил столь любимую перворожденными высокомерную непроницаемую маску. В общем, тщательно подготовился к предстоящему разговору. Обратного пути у меня уже не было.

Приветственную речь отца, начавшуюся со слов: «Тар’pен фэн драш’ниир4...», я пропустил мимо ушей, профессионально отключившись уже на третьем слове. Впрочем, как и ответную тираду Линиэля, вместе с вручением даров, верительных грамот и каких-то древних хроник.

Затем отец встал и сделал три положенных шага вперед, протягивая руки с раскрытыми ладонями навстречу гостям — универсальный жест доброй воли и мира. Легкий кивок, и справа возникло еще одно посадочное место — полное подобие темноэльфийского трона. Трион, следуя этикету, вежливо отступил в сторону. Сопровождающие Линиэля плавно влились в ряды гостей, а светлоэльфийский Повелитель чинно уселся на «гостевой» трон. Формальности соблюдены, теперь начнется само действо.

Собственно, начинать должен был Трион.

С каменным лицом мой брат шагнул вперед и изумленно вздернул бровь, когда я зеркально повторил его маневр. Синхронно развернувшись, мы оказались лицом к лицу с тремя зрителями «королевской ложи», расположившимися в украшенных резьбой каменных креслах. Сделав шаг всего на мгновение раньше положенного этикетом, я опередил Триона и опустился на одно колено перед троном, протягивая светлому эльфу, являющемуся представителем невесты, брачные браслеты. Да поможет мне Демиург! Подняв глаза на Линиэля, я напевно произнес положенную древнюю формулу на иллаэрини, с которой обращались к отцам своих невест еще мои прапрадеды, и перевод которой на современный язык звучал бы очень коротко и просто:

— Я Торрен Д’Орсвит из Старшего дома Шаррен, прошу руки вашей дочери…

Трион, Линиэль и ошеломленные родители застыли на своих местах не в силах ни сдвинуться, ни сказать что-либо. Я только что умудрился влезть в продуманный до мелочей матримониальный план и испортить тщательно срежиссированную сцену.

Встав, я неожиданно встретился взглядом с Сирином. Этот белобрысый мерзавец вовсе не был удивлен — он улыбался! Впрочем, я не стал бы ручаться, что наш разговор «втроем» не был спланирован им заранее — чем больше я узнаю советника, тем больше убеждаюсь, что мы его очень недооцениваем. Но это уже неважно…

 

 

Мертвая тишина в зале, и тихий судорожный вздох на грани слышимости откуда-то слева. Не удержавшись, я обернулся, обежал взглядом светлых эльфов и встретился с испуганно расширенными синими глазами. Девушка стояла чуть в стороне от остальных, возле колонны. Тихие слова вырвались помимо воли:

— Синта, прости…

— Что?.. Синта?! — выдохнул Линиэль, проследив за моим взглядом, и неожиданно рявкнул на свою застывшую охрану: — Схватите ее! Живо!

— Не смейте ее трогать, — яростно прошипел я, одним прыжком перегораживая дорогу рванувшим вперед светлым эльфам. Своей слабостью я невольно подставил девушку, и сейчас стали неважными ни грядущий дипломатический скандал, ни сорванные переговоры. Я просто испугался за нее, увидев бешеный взгляд Линиэля.

— Торрен! — грозный окрик отца не произвел на меня впечатления. Прости, папа, но я давно вырос. В конце концов, ты сам заставил меня повзрослеть…

Вскинув руки, я сосредоточился и развел напряженные ладони. Между ними засиял черным огнем первозданный Хаос. Очень опасное и почти неуправляемое в своей мощи заклинание — практически сырая Сила.

— Стойте, не трогайте ее! — устало скомандовал Линиэль, поднимая руку и жестом останавливая тираду моего отца. Потом задумчиво посмотрел на меня и странно улыбнулся: — Даю слово, что с ней не случится ничего плохого. Уверен, твой отец пойдет мне навстречу, не так ли, Норрен? Отпусти Силу...

— Все вон отсюда! — рявкнул отец, и придворных вымело из зала в мгновение ока.

Светлые дернулись, но сдержались и остались на своих местах.

— Выйдите все! Синта, останься, — приказал Линиэль, и, только убедившись, что двери зала закрылись за последним эльфом свиты, повернулся ко мне: — А ты что, действительно готов был защищать ее от всех нас?

— Я бы не советовал вам недооценивать меня, Линиэль…

На родителей и Триона было страшно смотреть. Только что я пустил под хвост сэльфингу переговоры со Светлым Лесом из-за неизвестной девчонки. Которая, к тому же, прячется под амулетом, что наводит на мысли о шпионаже. Если отец и не убьет меня за это сразу, то только потому, что захочет, чтобы я умирал долго. И все мои планы о помощи брату провалились в Бездну. Трэш! А самое странное, что я ни о чем не жалею. И, случись подобное еще раз, поступил бы так же…

— Ответь, Торрен Д’Орсвит, ты готов подтвердить свои слова? Ты по-прежнему просишь руки моей дочери? — ошарашил меня Линиэль.

Мы изумленно застыли, боясь пропустить хоть слово из происходящего. Отец задумчиво нахмурился, перевел взгляд на Синту, снова на Линиэля, потом на меня… и откинулся на троне с совершенно нечитаемым лицом. Устранился. Трэш фарр рехт! Я пораженно смотрел на светлого эльфа — он что, спятил? Решил закрыть глаза на мое совершенно недопустимое с точки зрения любого этикета поведение? Но почему?! Или, может, это я спятил?..

Ну, была, не была, а что мне теперь терять?

— Да, готов.

— А как же… Синта? — мягко уточнил Линиэль. Сволочь! Решил ударить побольнее? А я-то, дурак, понадеялся, что светлоэльфийский Повелитель закроет глаза на нарушение этикета. Ага, жди! — Или ты собираешься сделать ее своей диали? Я ведь правильно понял, ты неравнодушен к этой девушке?

— Не собираюсь… и никогда не планировал, — спокойно ответил я. Что ж, хочешь посмеяться надо мною — смейся. Но почему бы и не быть искренним? Возможно, это последний раз, когда я могу быть хоть кем-то. — Она достойна большего, чем быть чьей-то диали. Синта достойна быть для кого-то единственной.

— Странные мысли для эльфийского принца, — усмехнулся Линиэль.

— Я научился так думать благодаря одному другу. И, надеюсь, мой брат тоже однажды это поймет…

Решившись, я заглянул прямо в лицо Триона. Изумрудные глаза стали почти черными. Долг, ужас, обреченное понимание… Прости меня, братик! Я знаю, что сам себя погубил. И отлично понимаю, что, скорее всего, отец откажется от меня или вообще отдаст Линиэлю, дабы свести «политические потери» к минимуму, но я действительно не мог поступить иначе. В конце концов, это была хорошая попытка!

— Однако моей дочери ты отказываешь в этом праве? — холодно уточнил Линиэль.

А вот этого не надо! Не стоит перекладывать собственные грехи на чужие плечи. Тем более на плечи того, кому уже нечего терять. Или это Синта заразила меня своей запредельной искренностью?

— Вы сами приехали сюда торговать своей дочерью, — отозвался я. Светлый Повелитель дернулся, как от пощечины. — Я готов предложить ей свое уважение. Простите, но, не зная ее, обещать большего не буду.

Мгновение Линиэль смотрел на меня, словно решая, что сделать: рассмеяться или по-простому набить морду за мою наглость, а потом удивительно ехидно улыбнулся.

— Расинтэль, что скажешь, дочь? — почти пропел светлоэльфийский Повелитель.— Достаточно ли тебе будет предложенного уважения?

— Думаю, это достойная цена… я согласна! — отозвался у меня из-за спины знакомый, чуть хрипловатый голос, заставив владыку светлых эльфов вопросительно вздернуть бровь. Похоже, что столь быстрого и положительного ответа он не ожидал. А я замер, пытаясь осознать его слова…

Синта… Синта? РаСИНТэль!!! Ой, дура-а-ак! Ну, надо же было так вляпаться?! Стать посмешищем сразу двух эльфийских Дворов! Идиот влюбленный… Да ничего ей не грозило!

Линиэль впился взглядом в мое лицо, читая эмоции, как раскрытую книгу. Судя по довольной улыбке, зазмеившейся на тонких губах Повелителя, он счел себя вполне отомщенным. А мне захотелось провалиться поглубже в Бездну и никогда оттуда не выныривать. Или превратить здесь все в развалины! И хотелось ровно до того момента, пока на мои напряженные плечи не легли теплые руки моей невесты, а тихий срывающийся шепот не отозвался жаркой волной, пробежавшей по позвоночнику вниз:

— Спасибо, Тор! Я и не предполагала, что мне так повезет…

И почему-то стало совсем неважно, что надо мною будут смеяться. Ведь, кажется, я умудрился совершить невозможное. И это оказалось удивительно просто — достаточно было сделать всего один шаг в сторону от протоколов и предписаний.

Синта вцепилась в мои плечи, стискивая до боли, и прижалась к спине. Мы почти не знаем друг друга, это правда. Я влюбился в ее потрясающую, нереальную искренность и открытость. Но мне нечего было предложить девушке, поскольку после разговора с Сирином и братом я принял решение сделать предложение принцессе Расинтэль из Старшего Дома Дайлиррин вместо Триона. И, словно смеясь над моими планами, Судьба свела нас с Синтой на следующий день после сделанного выбора.

Понять бы еще, что нашла во мне она… Из уроков политологии я помнил о светлоэльфийской принцессе постыдно мало. Но, если не ошибаюсь, она — один из сильнейших эмпатов современности. В таком случае Синта знает: то, что я сказал сегодня, чистая правда. Я действительно так думаю и чувствую.

Впрочем, теперь у нас есть целая жизнь, чтобы найти ответы на наши вопросы.

Девушка выглянула из-за моей спины, легко, словно танцуя, подошла к трону, подняла выроненные мною в суматохе брачные браслеты и демонстративно защелкнула их на своих запястьях, явно показывая всем, что не собирается отпускать свою добычу. Впрочем, ошарашенные зрители пока и не претендовали… Вообще-то, по традиции надевать браслеты на невесту должен был я сам. Но сейчас мне было наплевать на все традиции. Встретившись взглядом с Трионом, я внимательно посмотрел в глаза своему брату: ты ведь извлекаешь уроки из всего. Ты сам меня так учил. Запомни это, Трион.

Никогда прежде я не думал, что чудеса бывают такими… обыденными.

Около 3 лет
на рынке
Эксклюзивные
предложения
Только интересные
книги
Скидки и подарки
постоянным покупателям