0
Корзина пуста
Войти | Регистрация

Добро пожаловать на Книгоман!

Или войдите через:


Новый покупатель?
Зарегистрироваться
Главная » 2. Круговорот разоблачений (эл. книга) » Отрывок из книги « Сказ о Воительнице и Рыжике. Круговорот разоблачений (#2)»

Отрывок из книги «Сказ о Воительнице и Рыжике. Круговорот разоблачений (#2)»

Автор: Мозговая Екатерина

Исключительными правами на произведение «Сказ о Воительнице и Рыжике. Круговорот разоблачений (#2)» обладает автор — Мозговая Екатерина Copyright © Мозговая Екатерина

Глава 1. Семейное воссоединение

 

Карета ехала медленно, осторожно прорываясь сквозь не успевший ещё утрамбоваться снег, и непрестанно скрипела. И в скрипе этом чудились постанывания старушки, у которой радикулит в купе с повышенной активностью не давал спокойного жития-бытия. Причём, как правило, не самой болезной, а многочисленным слушателям, которых она находила - превеликое множество! Вот и я уже где-то часа два наслаждаюсь "жалобами" повозки, в которую имела неосторожность сесть!

Но к слову, сие раздражало не сильно, поскольку весьма успешно отвлекало от нелёгких дум, о скором приезде домой…

Подумать об этом раньше мне не позволил Мир. Да-да, Демирин из рода Алых Фениксов не желал покидать влюбленные мысли весь остаток вечера, после того как, научив целоваться, перенёс к моей комнате. О нём же я думала ночью, продолжая стесняться и счастливо улыбаться, вспоминая нашу встречу и его "победу". Не исключено, что он мне даже снился…  Но поскольку следующее утро после поединка выдалось суматошным, сон не запомнился! А всё потому, что начались зимние каникулы и все рамиизкие обитатели спешили паковать сумки, чемоданы и прочую ручную поклажу, дабы разъехаться - кто куда!

Меня сия процедура тоже коснулась, поэтому всё утро мы с Инкинией пытались разобрать наши вещи, а вернее определить – где чьё? Ведь за четыре месяца совместного проживания границы личного между нами так размылись (а вещь-запас так возрос), что упомнить, например, кто из нас приобрёл вот эту симпатичную шапочку из лисьего меха – совершенно не выходило!

- А я говорю, её купила я! Ты только посмотри, как она к моим огненным локонам подходит! – отстаивала права владения приглянувшимся головным убором Инка.

- К моим локонам она подходит ничуть не меньше! И вообще, у тебя и так огонь на голове, зачем тебе ещё и шапка такая же?! – наверное, понятно, что я была с ней в корне не согласна!

В итоге победила дружба. Шапочку мы решили подарить Марисе, дабы поднять её печальное настроение. А печальным оно было от того, что наша девочка-ромашка (вот уж маги Смерти нынче пошли! Да её нежить, когда видит, дохнет тут же, но исключительно от неконтролируемого ржача!) поссорилась с Рином и не собиралась его в ближайшее время прощать.

Давно уже ни для кого секретом не было, что эти двое неровно дышат друг к другу. Однако до вчерашнего вечера тролль предпочитал изображать из себя целомудренную недотрогу знатных кровей и границу дружбы не переступал. Видите ли, не мог он рассказать о своих чувствах Одиночке, будучи беден, как бюджетный работник какой-нибудь сельской лечебницы! А Мари и вовсе, являясь девушкой с непростой жизненной судьбой, воспринимала всё на свой счет, считая, мол, Эринир не хочет связываться с её ужасным даром.

Но вчера случилось чудо, не иначе! Потому как вследствие последних событий тролль, наконец, решился признаться своей зазнобе в любви. По законом жанра, дальше должны были последовать: счастливые девичьи рыданья, ответные признанья и прочие восторги, но… Но по мере рассказа Рина о том, почему он так долго не решался поведать о своих чувствах, Посредник лишь мрачнела и зло щурила глаза. А затем и вовсе обозвала Эринира – "тупицей" и заявила, дескать, если он думает, что она станет с ним встречаться, лишь потому, что у него появились деньги…  Пусть лучше сразу катится в публичный дом: там и ассортимент побогаче, да и девушки посговорчивее!

Всё это я узнала тоже сегодня утром, когда опечаленная подруга зашла к нам в гости и застала эпический момент – перетягивая лисьей шкурки. Мы при виде Одиночки усовестились, а шапка и вовсе вздохнула с облегчением! Ей и так в жизни через многое прошлось пройти, не хватало ещё быть разорванной двумя склочными и забывчивыми девицами!

- А ты не слишком категорична, Мари? – решила стать парламентером между двумя друзьями. Что ж поделать, люблю-то я их одинаково, и принимать ту или иную сторону – мне претит! – Просто тебе не довелось видеть, в каких условиях приходилось жить его семье.  А ты - девушка из рода далеко не бедного. Он и так разрывался между заработками для болеющей матери и учебой! Мужчине же важно быть сильным, а жалость унижает. Попробуй взглянуть на ситуацию с его стороны! – и закрепила эффект, усевшись рядом с подругой, обняв её одной рукой за плечи. Да-да, это мужчин жалость бесит, а нам, девушкам только дай кого-нибудь пожалеть… Сразу растаем!

Вот и с насупленной подругой вмиг произошли метаморфозы: обиженный лобик разгладился, губы перестали упрямо сжиматься, как у ребенка при виде зубного лекаря, и взгляд стал рассеянным. Словно она уже была не с нами, а мысленно неслась поскорее помириться с её "неотесанным чурбаном". Этот эпитет тоже принадлежал ей, но и мне вполне приглянулся, так что возьму на вооружение и буду троллика дразнить!

Задумавшись, подруга стала вздыхать совсем уж горестно, но всё же упрямо озвучила:

- Ничего, пусть помучается! А то, ишь, он, видите ли, созрел для признания! Теперь вот пусть ещё малость подождёт, - многозначительный взгляд в нашу с Ини сторону, и победное, - для профилактики!

Инкиния улыбнулась, а я и вовсе, хихикнув, поддержала подругу:

- А вот это по-нашему! Даже спорить не буду. Смотри, только не затягивай… - многозначительная пауза, и поясняю, - чтоб не переспел и не забродил!

- Ты лучше сама признавайся, куда вчера умчалась ни с того ни с сего? – полюбопытствовала Мари.

- Ага, и домой вернулась невменяемая: глаза блестят, улыбка шальная, губы опухшие! – недовольно отозвалась Ини.

Почему недовольно? Ну, просто она ещё вчера порывалась устроить допрос с пристрастием. Но я, лишь счастливо улыбаясь, покружила её по комнате и рухнула в постель, сказав всего одно слово: "Спать!". Потому соседка с утра пыхтит, как злобный, огненный ежик, и придирается, к чему только может! Вымещает на мне свои обиды от неудовлетворенного любопытства.

Вспомнив вчерашнее примирение, ещё раз блаженно вздохнула и засияла загадочной улыбкой, лукаво поглядывая на подруг.

- Нет, это невозможно больше терпеть! Немедленно говори, где была, Лия? Иначе я за себя не ручаюсь! – злобный, огненный ёжик перестал сопеть и перешел к угрозам.

Пришлось признаваться девчонкам, где и с кем вчера пропадала… После моего рассказа – блаженно вздыхали уже втроём!

- Наконец-то, вы выяснили отношения, - довольно проговорила Ини.

- И всё-таки он тебя обхитрил! – с восторгом промолвила Мари. А после серьёзно добавила, - его поступок заслуживает искреннего восхищения, а я как заинтересованная сторона, так и вовсе никогда не забуду этой поддержки.

- Угу, - мой ответ вышел наредкость лаконичным. По правде, до сих пор не верилось, что вчерашние события мне не примерещились, и я, действительно ему небезразлична. Правда, рыжий интриган так и не озвучил, что ко мне чувствует, но я над этим поработаю! И пусть здравый смысл даже не заикается о том, что в этом деле главное - поступки… Я имею полное право услышать своё первое признание в любви!!!

 Совсем замечтавшись, скользнула невидящим взглядом по Одиночке, и в голове созрел вопрос иного плана:

- Мариса, а ты чего вещи не пакуешь? Неужели после вчерашней пирушки у тебя хватило сил на сборы? – просто наши были в самом разгаре, и комната скорее напоминала разгромленную лавку готовой одежды, нежели пристанище двух магичек - первокурсниц.

- Мне нет нужды себя этим утруждать, всё равно остаюсь на каникулы в академии. Ты же знаешь, из родни у меня только дед. А отношения у нас с ним… непростые. Так что лучше уж тут пережду праздники, - сказано было наигранно-бодрым тоном.

Но я не поверила.

- Так, отставить скучать в академии в гордом одиночестве! Быстро беги собирать вещи! Я приглашаю тебя на каникулы погостить у себя.

- Нет, Ли, это неудобно и…

- Неудобно будет нам знать, что ты томишься в общежитии, в ожидании доблестного рыцаря тролльей наружности. И потом, мне, по правде, и самой необходима поддержка. Чувствую, по приезду домой меня ожидает, как минимум сомнительное удовольствие - разговор с папочкой. И лучше, если рядом будет подруга, которая непременно окажется на моей стороне! – умение правильно преподнести информацию - великая вещь! Не зря нас учат дипломатии. Чувствую, Аластар был бы мной доволен.

- Но твои родители не ждут гостей… - попыталась найти лазейку в моих железных аргументах Посредник.

- Перестань, Мари! Моя мама в прошлом – оперная дива. Гости у нас явление обыденное! А уж увидеть моих друзей, для родителей будет праздником. Жаль, Инкиния с нами поехать не может, но там всё очень запущенно… Поскольку Далин на каникулы вновь едет к Миру, Ини потеряна для адекватного общества, - заключила сокрушённо.

 После последней фразы злобный огненный ёжик вновь возмущенно засопел. Но влезать в разговор не стал, ожидая ответа Одиночки.

Мариса смущенно потупилась и промямлила:

- Ну, если так, то…

- Бегом на сборы! – прикрикнула на неё. – И шапку эту настрадавшуюся с собой забери. А то чувствую, мы с Инкинией из неё сделаем две!

Кстати, к карамельному оттенку волос Марисы сей головной убор, шёл ничуть не меньше, чем к нашим!

Это я смогла оценить, когда дождалась подругу, вконец замерзнув возле нашего общежития. Аскрин тоже был не в настроении, (вчерашние отмечания не желали покидать бедовую голову дядюшки без последствий!) потому кутался в пальто и вид имел донельзя несчастный…

- Аск, давай по пути заедем в аптекарскую лавку и купим тебе антипохмельной настойки, - решила позаботиться о великовозрастном дитяте, который почему-то винил меня в своём нынешнем состоянии!

- Вот ещё! – угрюмое фырканье. – В отличие от тебя, мелочь пузатая, я свою норму знаю, и похмелья у меня нет!

Диалог протекал как раз по пути к выходу из РАМИиЗ. Мариса старалась в полемику по этому поводу не вступать, поскольку чувствовала неловкость рядом с моим угрюмым родичем. А вот меня так просто смутить было нельзя!

- Во-первых, с пузатой ты явно перегнул… - весело стала перечислять абсурдные моменты отповеди Аска. – С тощей мелочью, оно как-то по правдивее было бы! Зря отошёл от выбранного обзывательства. Во-вторых, если тебя не мучает похмелье, и ты совершенно по другому поводу плетешься весь такой недовольный, бледный и беспрестанно морщащийся… Тогда будь любезен, не срывай своё плохое настроение на…

Не договорила. Потому как в этот самый момент мной была замечена огненноволосая макушка возле охранных столбов на выходе из академии! Разглядеть огненный кошмар среди многочисленных, спешащих студентов было… легко. Да настолько, что вмиг шальная и счастливая улыбка, появившаяся на моём лице, заставила позабыть о недочитанных дядюшке нотациях… Мир! Мой Мир, в прямом и переносном смысле этого слова, стоял возле выхода и, очевидно, ждал меня! А я уже, грешным делом, собиралась надуться – мол, даже попрощаться сегодня не соизволил рыжий бабник! А он пришёл! И заметив меня, тоже засиял радостной полуулыбкой, направляясь в нашу сторону.

- Ой, счастливые какие, аж смотреть противно, - не унимался декан магии Смерти.

Некромант, ещё и похмельный, что с него взять?

На провокацию не поддалась. Всё моё внимание было приковано к медовым глазам, завораживающим своей искристой радостью от встречи. Хотелось проделать остаток разделяющего нас расстояния бегом, ухнуть в его объятья и прижаться к несносному Рыжику крепко-крепко. Да и не уезжать никуда! Ведь я теперь даже не представляю, как проведу столько времени вдали от этого парня… Парня, для которого уже давно моё сердце бьётся в залихватском, бешеном ритме. И ему совершенно неважно, что любой целитель с самым скептичным видом заявит, мол, так не бывает. От опрометчивых действий удерживало только то, что я ещё не дала Демирину согласия на наши отношения и теперь гордость разъяренной кошкой, шипела мне: «Не смей!!!». Да и при Аскрине, выкинуть нечто подобное было бы чревато. Он же меня потом, за время совместной поездки – шпильками заколет!

Поэтому к Рыжику я подошла, как самая степенная сирина… Разве что с лучистой улыбкой не смогли совладать: ни гордость, ни страх перед дядей.

Демирина же явно не интересовали подобного рода заморочки и условности, потому как он сразу сцапал мою талию в кольцо своих надежных объятий. Коротко поприветствовал остальных спутников и уже потянулся было к губам, с самыми, что ни на есть очевидными действиями… Как сзади меня, разгневанно прошипели:

- Не забывайся, мальчишка… Я не настолько демократичный дядюшка! Так что не борзей!

Ответом ему стали – мои раскрасневшиеся щёки (от мороза не иначе!) и насмешливо приподнятая бровь, соответственно от "мальчишки".

Тем не менее, Мир не стал обострять ситуацию, и поцелуя действительно не случилось (надеюсь, мой разочарованный стон никто не услышал!). Но на этом компромиссы с его стороны закончились, потому как талию мою он отпускать и не подумал.

- Я как-то бывал проездом в Риброне… - спокойный, родной голос Демира за это время стал для меня, что волшебное урчание Файри. Можно так заслушаться, что и из разговора недолго выпасть! – Вот и подумалось мне, чего вы будете трястись три дня по заснеженному тракту, да ещё после стационарного портала отходить? К вашему поместью, конечно, путь не проложу… Потому как бывать там пока не доводилось, - слово "пока" было выделено особой интонацией, которая не оставляла сомнений - в скором времени, сия вопиющая оплошность будет исправлена! – Но в самом городе пространство выжгу спокойно.

- Так, чего ж ты ждешь?! – и это не мой вопль!

Аскрин преобразился за секунду. Судя по всему, новость о таком сокращении нашего путешествия вернула дядюшку к жизни, как заклинание "Новый вздох" свежего мертвеца. – Давай, скорей прожигай свою огненную дырку, а то я закоченел уже весь!

 Ну, точно, покойничек!

Я воззрилась на Аска с возмущением, Мир с иронией, а Мариса с укором. Но беспардонный, похмельный некромант не внял ни одному из адресованных ему взглядов! Сам же наглец нетерпеливо и требовательно глядел лишь на Демирина, всем своим видом словно крича: "Чего стоим, кого ждём?!"

И только я собралась встрять в беседу и напомнить своему родичу о правилах приличия и о банальной благодарности, как Рыжик перехватил инициативу и с деланной ленцой проговорил:

- "Дырку", - насмешливо, - непременно, прожгу. Вот только мне бы хотелось взамен получить несколько мгновений наедине, - последнее слово было произнесено с нажимом, - с вашей племянницей.

Аск и не подумал препираться! Право слово, да, у меня сложилось впечатление, будто за возможность не трястись три дня в пути, он сейчас вообще заявит: "Да забирай насовсем, мне для хорошего оборотня ничего не жалко!" Потому как он лишь довольно махнул рукой, взял под локоток опешившую Одиночку и, со словами: "Мари, а вы сами из каких мест будете?", удалился от нас на приличное расстояние!

Успела только возмущённо фыркнуть. Но обжигающе горячая ладонь, погладившая меня по щеке, вмиг стёрла все обиды, касающиеся дядюшки!

- Я буду скучать… - всего три слова, и вовсе даже не магического содержания. Однако в животе вновь заворочался пушистый, проказливый котейка, а улыбка приобрела так и вовсе запредельный размер! Мир же, коротко застонав, уткнулся своим лбом в мой и, обжигая дыханием, договорил: - Девочка моя, да за такую улыбку и умереть не страшно.

Не смогла и слова вымолвить. Было так запредельно хорошо стоять в его объятьях, смотреть в медовые глаза, оказавшиеся недопустимо близко. И испытывать безграничную нежность, вперемешку с грустью от расставания. Пусть ненадолго, но… Но глупые девичьи слёзы тут же навернулись на глаза и в носу знакомо защекотало… Вот рыхт! Я же не плакса! Да и не увидимся мы всего неделю!

- Тихо-тихо, Воительница… - и он невесомыми прикосновениями стирает влажные дорожки от сорвавшихся всё же капель. – Не доводи, а то сейчас схвачу в охапку и похищу свою колючку со всеми вытекающими последствиями, - последние слова были произнесены до того провокационным тоном, что не оставляли сомнений, на какие последствия он намекает!

И тут же мой гордый, веснушчатый носик, занял боевую стойку и вздернулся к хмурому, тяжелому небу. А расслышав довольный смешок рыжего интригана, обиделся ещё сильней!

- Гордость моя, ты прекрасна даже, когда разыгрываешь маленькую, капризную девочку, - прошептали мне на ушко. Затем ушко подверглось поцелуям… после и щекам перепало от коварного Рыжика… Но носик был твёрд и позиций сдавать не собирался! Пока и его не зацеловали вражеские губы… - Жди в гости, малыш! – напоследок тихонечко проговорил Демирин.

Но узнать, что он имел в виду, не успела, ибо дядюшкиного благодушия надолго не хватило, и рядом с нами он оказался как-то резко. Разом разрушив всё волшебство, возникшее между мной и Миром.

- Речь шла о нескольких мгновениях, - нетерпеливо напомнил он.

 

******

 

Собственно, именно вот так мы и оказались внутри старой перечницы-кареты, сев в оную, когда очутились возле Рибронского портального вокзала. До нашего поместья оставалось чуть больше получаса езды, и нервы мои в связи с этим немного расшалились, предчувствуя встречу с отцом. По нему я, бесспорно, скучала, но и от нотаций уже как-то успела отвыкнуть!

Одиночка, сидевшая рядом со мной, с любопытством таращилась в окно. Оно и верно – это в окрестностях Рандии выпал снежок…  А назвать наши кучугуры так уменьшительно ласкательно, язык не повернётся точно! Всё пространство было просто завалено снежными нагромождениями, напоминающими крепостные стены. Зачем эти стены в поле, уже другой вопрос… Но, тем не менее, снега было настолько много, что от неуёмной фантазии даже становилось страшно – вот сейчас проглотит нашу повозку эта белая пасть, и поминай, как звали! Может быть, именно поэтому, карета так натужно попискивала – ей просто боязно продираться сквозь первозданные владения пришедшей зимы. Причём, вызывать службу дорожных магов бессмысленно. Пухлые, хмурые, свинцового отлива облака прекращать снегопад не торопятся и, словно даже бурчат наставительно: "Ишь, просили снега? Так получайте теперь, по самую макушку!"

А вот дядюшка мой пейзажами не был заинтересован совершенно. Его будоражащий храп очень удачно входил в резонанс с подвываниями кареты, внося в поездку некий, истеричного типа, смешок, который мы с Мари время от времени не сдерживали, стоило Аскрину взять особенно высокую ноту!  Однако для молодецкого сна сие явно не было помехой, ибо некромант даже не морщился, продолжая самозабвенно выводить замысловатые рулады.

Но как бы я не оттягивала момент появления блудной дочери и воссоединения её с семьёй, он всё равно настал.

Надо же, за четыре месяца моего отсутствия здесь совершенно ничего не изменилось! Всё тот же трёхэтажный особняк, выстроенный необычным полукругом, словно раскрывал руки для объятий и тихонечко шептал: "С возвращением…" Огоньки в окошках мерцали, подмигивая, и будто бы манили, обещая путникам тепло и уют. Да даже левая, кованая створка ворот, до сих пор осталось несмазанной…  Ибо успела обменяться парой слов с въезжающей через неё повозкой, проскрипев той нечто, понятное лишь им двоим.

Нас не ждали… Оно и понятно, ведь мы должны были явиться только через три дня, аккурат в канун самого праздника. Поэтому родители в числе встречающих не числились. А вот наш седовласый, но еще довольно статный и нестарый дворецкий Лазар был крайне "счастлив" лицезреть нашу компанию. И я его понимаю! Уж кто точно вздохнул с облегчением, после моего отъезда, так это прислуга. Однако, дело не в том, что я капризная или избалованная особа, нет... Как раз снобизмом мне болеть не доводилось. Но моя на редкость деятельная натура, да еще и вовсю поддерживаемая средним Фирсеном, доставляла окружающим людям и нелюдям массу проблем. Наши слуги за период моего взросления пережили: взрывы, подпаленные гардины, наводнение в комнатах, смерчи, обжившиеся на кухне и водившие хороводы с нарезанными овощами и общипанной курицей. А уж, когда ожили деревья в кадках и, словно преданные собачонки, стали ластиться ко всем обитателям особняка... В общем, я думаю, что слегка приоткрыла завесу недопонимания между мной и работниками отца. Да и Лазар по той же причине сверкает сединой. Впечатлительный мужчина, не повезло ему со мной!

Поприветствовав дворецкого, распорядилась, чтобы о нас не докладывали. Мы и сами прекрасно с этим справимся! Бросив короткий, вопросительный взгляд на Аскрина и получив от того кивок, символизирующий согласие, мужчина поспешил удалиться под предлогом подготовки хозяйских и гостевой комнат. Ага, думаю на самом деле, просто поспешил ретироваться подальше от проблемы – то есть меня. А то мало того, что сама приехала, так еще и подругу магичку притащила, как будто ему и так "спокойно" жилось!

Но душевные недовольства Лазара на данный момент меня заботили мало. Потому как, добравшись, наконец, до холла отчего дома, я вмиг окунулась в какофонию родных запахов, звуков, предметов. В обеденной зале сейчас явно накрывали на стол, о чём свидетельствовали потрясающие запахи снеди и недовольные бормотания нашей экономки Риззы, распекающей не столь расторопных поварят, как ей хотелось бы. А в гостиной музицировала мама... Знакомая мелодия, одна из моих любимых - легкая, задорная песенка о том, как король увлёкся пастушкой и решил облагодетельствовать красавицу. Но дамочка оказалась верной женой и пренебрегла королём, предпочтя истинные чувства звонкой монете.

Я так бы и осталась стоять в прихожей, переминаясь с ноги на ногу от волнения, если бы Мариса не оказалась рядом.  Протянув руку, Одиночка ни слова не говоря, повела меня на звуки льющейся песенки, в пару к которым добавился ещё и мамин красивый, звонкий голосок. Вот так, исполняя роль поводыря, Мари довела нас до комнаты, в которой отдыхали родители...

Меня не заметили, потому как Эдель, полностью поглощённая игрой на фортепиано, прикрыла глаза от удовольствия. А отец любовался ею. Это дало возможность какое-то время незаметно за ними наблюдать. Мама была, как всегда, прекрасна: точёную фигуру не скрывало домашнее платье кремового цвета, великолепно гармонирующее со светлыми, пышными локонами её прически. Я всегда засматривалась на родительницу, когда она играла или пела. Наверно, это правильно, и сразу видно, если человек занят любимым делом. Тогда его действия приобретают магическую лёгкость и неповторимость, без всяких заклинаний и плетений. Талант - тоже магия: тяжёлая, кропотливая и порой изнурительная!

Перевела взгляд на отца...

Надо же, и Лиррена Фирсена изменения не коснулись за эти четыре месяца! Не знаю, чего я ждала? Или, вернее сказать, страшилась? Да, так будет правильнее. Но чего бы моё, порой изощрённое воображение себе не напридумывало, действительность оказалась куда лучше, чем представлялась. У папы не появилось новых морщин, хотя и старых оставалось предостаточно, однако против натуры не попрёшь. Ведь что-что, а хмуриться - одно из его любимейших занятий! Седины, слава Кайриссе, у отца тоже не наблюдалось. Да и в целом выглядел он, если не довольным жизнью - сие слишком редкое явление, практически вымирающее (угу, его нужно занести в "красный альбом"!), то пребывал в приподнятом настроении. Лёгкая полуулыбка слегка закругляла левый уголок его рта, что делалось с правым собратом, точно сказать не могу, потому как это от меня было скрыто рукой, задумчиво подпирающей подбородок. Взгляд пронзительных зелёно-карих глаз сейчас был на редкость мягок, спокоен и даже умиротворён. Любование красавицей-женой явно приносило ему эстетическое удовольствие.

А я, напротив, смутилась, будто бы застала момент, совершенно для меня не предназначенный... Личный. Такой, о каком дети только и могут сказать: "Фу! Не хочу это видеть!" Да, эти эгоистичные, маленькие малыши продолжают жить в нас всю жизнь, и им совершенно невмоготу лицезреть какие-то интимные моменты жизни их родителей. Вот и мой внутренний, вредный, капризный карапуз тут же недовольно затопал ногами, требуя, чтобы я немедленно остановила сей романтический кошмар!

Не стала ему противиться! Налюбуются друг на друга как-нибудь позже. Поэтому, дождавшись очередной короткой паузы между переливами мелодии, громко возвестила на всю гостиную:

- А вот и я!

Мама сбилась с правильной ноты и сфальшивила, папа удивлённо перевёл взгляд на нарушителя его умиротворенной неги... И наступила неуютная тишина. Да уж, моего запала только и хватило на это бодрое приветствие, а что делать или говорить дальше, я себе не представляла! Мне было стыдно за свой побег, но и безумно обидно от поступка родителей. И сейчас внутри бушевал адский коктейль непонимания и дочерней вины. Противоречивые чувства не давали и с места сдвинуться, словно коктейль сей был излишне горячительным напитком, выпитым неопытным ценителем, и введшим его в ступор.

Первой опомнилась Эдель. С радостным вскриком (который совсем "неподобающ" для воспитанной замужней сироны! Главное, меня этим этикетом с малых лет пичкает, а самой, значит, можно им пренебрегать!) подскочила ко мне, обхватила руками плечи, секунду изучала жадным взглядом, словно не веря, что я действительно перед ней... А после обняла, да до того крепко, что я заподозрила её в знакомстве с моим тролликом! Честно, только у него столь крепкие объятья! Мама была счастлива, беспрестанно приговаривая: "Моя девочка, как же я скучала!!!", она зацеловывала мои щеки и начинала хохотать каждый раз, когда я предпринимала попытку вырваться из захвата. Ну, или хотя бы его ослабить! Но куда там? Родительница явно не собиралась выпускать меня из своих рук, опасаясь, что я опять куда-нибудь денусь. И, между прочим, в чём-то она была даже права, потому как с дороги хотелось посетить комнату для раздумий, поесть, ну и отдохнуть, в конце концов! Однако судя по всему, её такие мелочи, как мои естественные потребности волновали мало.

- Эль, отпусти синичку. Никуда она от тебя не денется, - внес разумное замечание папа. Но в следующее мгновение, вопреки всем его предыдущим словам, сам присоединился к обнимашкам блудной дочери.

Причём, его руки обхватили сразу и меня, и маму, а я поняла - освободиться шансов нет!

Последовавшие полчаса пролетели за весёлыми разговорами о том, как я провела прошедшие четыре месяца. Родители разумно не затрагивали неприятных тем по поводу свадьбы или моего побега. Я в свою очередь тоже приберегла гневную, обвинительную тираду на более удобный момент. В тайне надеясь, что такой и не настанет!

Затем был обед, на котором я представила им Марису. Родные не подвели и встретили гостью со всем радушием. Даже обычно хмурый папочка был сироном - сама галантность и общительность, стараясь выведать у Посредника, как можно больше сведений о моей учебе в академии. Но жертва "скрытого" допроса уходила от щекотливых тем с изобретательским мастерством, подтверждая, что специальность выбрала верно.

А я была счастлива! Тихое, теплое и нежное чувство, поселившееся в моей душе, заставляло лукаво жмуриться и весело улыбаться. Как хорошо вернуться домой! Конечно, безумно не хватало Эринира и Инкинии, да и ещё одного огненноволосового бедствия. Но здесь и сейчас мне было очень хорошо и спокойно! И как замечательно, что получилось добраться за два дня до праздника Нового Времени. Как раз застану все предпраздничные приготовления!

 

Глава 2. Секретные посиделки

 

"Свеча горела на столе, свеча горела…" – мысленно проговаривал про себя сей поэтический труд Волин Сейхери, пялясь задумчивым взглядом на упомянутый восковой светоч.  Вот уже как час был собран внеплановый Совет Пятигранной Короны, на котором присутствовали представители правящих верхушек их королевств. Ну и он… так сказать, за компанию.

 По правую сторону от мужчины восседал правитель Рандии: Чивиан Сейхери - братишка всегда был образчиком спокойствия и невозмутимости. Волин досадливо скривился, бросив косой взгляд на брата. Сидит, видите ли, весь такой доброжелательный… Остроухий паршивец! Сбагрил, главное, неуёмную женушку на его попечение, мотивируя тем, что дворец нынче небезопасен. И сидит теперь, лучится довольством! А то, что Волину в его же собственном доме теперь и места не осталось, короля нисколечко не волнует!

Недовольство пришлось извести на корню, словно сорняк, едва расправивший свои стебли. Сейчас не время и не место для выяснения семейных дрязг. Да и выяснять особо нечего. Ректор Рандийской академии магических искусств и знаний и сам понимал, что действия брата были целиком и полностью продиктованы нынешними обстоятельствами. И даже был согласен с его решением – как всегда, выверенным и грамотным. Это-то и бесило большего всего! Да, его раздражала невозможность покачать права и заявить брату, что он не намерен терпеть больше заботу его женушки – Илайяры из рода Снежных Барсов!

Но буря негодования, царившая в его душе, быстро развеялась. Вокруг собрались не те личности, рядом с которыми можно позволить себе проявление настоящих эмоций.

Кстати о них…

Рядом с братцем восседал Дарек Ларцефен, правитель Ампирии - вампир неопределенного возраста. Но обманываться не приходилось, сей черноволосый клыкастый хитрец был старше всех здесь присутствующих. Волин даже позволил себе лукавую ухмылку, стоило в голову закрасться мысли - как бы вампир не оказался старше всех их суммарно. И вот же, рыхт плешивый, умудрялся ведь при этом не выглядеть древним старикашкой, рассыпающимся, словно песчаная дюна от ветра. А уж о его похождениях так и вовсе гремела слава на весь Союз!

Дальше под прицел изучающего ректорского взгляда попал… человек.  Вот ему Сейхери улыбнулся искренне и встрече был действительно рад! Правитель Катаминии - Трастамар Северный, наоборот, являлся самым молодым носителем венца из здешних представителей власти. Всего-то двадцать семь лет. Практически мальчишка, и как только получилось забраться так высоко? Этим вопросом наверняка не раз задавались остальные участники нынешнего собрания. А зная ответ (всё же дар властвования над металлами, давал массу привилегий), исходили от бессильной злобы и зависти. Посему Волину, искренне недолюбливающему эту правительскую шайку, Трастамар тут же пришелся по душе. Да и уважал он молодого правителя за силу, цепкий ум и искрометное, граничащее с хамством чувство юмора. Особенно за него! Ведь Трастамар каким-то непостижимым способом всегда умудрялся обставить свои шутки таким образом, что объект его насмехательства прекрасно осознавал, в чём подвох. Но сознаться в этом не позволял статус и ряд других причин, озвучив которые он бы попал в ещё более глупое положение. Вот и сегодня человек отличился...

Наверно, для того, чтобы стало понятно, в чём именно - следует припомнить предыдущую встречу глав Союза, на которую Волина вновь занесла нелегкая. Собственно, он и появился в эпический момент, когда седобородый гном Алмин Горовой (естественно, представитель Верберии), шипя не хуже стали, опущенной в воду, неосмотрительно высказывался в адрес Трастамара:

- Знай своё место, сопляк! - разгневано вещал седой, высокопоставленный коротышка. При этом борода его, словно змея, сплетенная воедино тремя косицами, будто бы тоже обличительно указывала на человека. - Что ты понимаешь в возложенных на тебя обязанностях?! Ты сначала поживи с наше... Да и примеру не мешало бы следовать.

Что именно они не поделили, Сейхери пропустил, но за дальнейшим следил с нескрываемым любопытством.

Трастамара задевали редко, наученные опытом своеобразного отпора человеческого короля. Поэтому ректор нисколечко не сомневался, что дальше будет нечто интересное.

Голубые глаза "сопляка" опасно сверкнули, словно отраженный солнечный луч в зеркале, но сам Трастамар оставался наигранно спокоен, лишь задумчивая улыбка выдавала его мстительные планы. Он расслабленно откинулся на прямую, высокую спинку не особо удобного тронообразного кресла, для отделки которого применялись шпалеры, золоченые по левкасу. И так удачно совпало, что голова его расположилась как раз между иконными ликами Творца и богини Созидания. Вид божественные сущности вмиг приобрели осуждающий и со спинки кресла глядели на гнома со снисходительной жалостью.

- Опыт и скромность имеют много общего, - спокойно произнес Трастамар, и лики святых за его спиной будто бы благосклонно кивнули. - И тем, и другим кичатся, когда похвастать больше нечем, - спокойный тон никак не хотел гармонировать с веселящимися глазами молодого правителя.

Гном напыжился, борода его воинственно вздыбилась в сторону обидчика, а глаза метнули... Нет, не молнии, гномы больше ядра метать привыкшие, али булыжники из катапульт. Но подобрать достойный, умудренный всё тем же упомянутым опытом ответ не успел. Трастамар вновь взял слово:

- И уж не с вас ли, достопочтенный Алмин, мне брать пример? - ироничный вопрос.

- Да хоть бы и с меня, - самодовольный ответ.

Король Катаминии задумчиво хмыкнул. Подпёр кулаком подбородок, при этом оттопырил указательный палец, расположив его на щеке - в ещё одном задумчивом жесте и изрек:

- Что ж... Пожалуй, я прислушаюсь к вашим словам, - но вопреки учтивому тону, глаза его продолжали лучиться весельем, а губы, то и дело кривились в предвкушающей улыбке.

 Все при этом понимали, что Трастамар сказал сие не просто так.

 И вот сегодня, наконец, Волин Сейхери дождался ответной любезности человека! Он действительно прислушался к совету короля Верберии и взял с него пример... Правда, никто не ожидал, что до такой степени!

На заседание человек заявился в традиционном одеянии правящей гномьей верхушки, в так называемом - бунаде, который, видимо, шили на заказ, иначе вещи были бы безбожно малы! Белая рубаха со стоячим воротником, снежным ореолом облегала его стан. Цветастый шейный платок издали можно было бы спутать с попугаем, уставшим восседать на плече и решившим прикорнуть на шее Трастамара. Удерживался он на вороте коготками - серебряной застежкой. Сверху сие великолепие украшал солидный, чёрного цвета жилет, посередине которого расположились большие, круглые, оловянные пуговицы, блестевшие, словно паучьи глазки в асимметричном порядке. По краю жилет был обшит алой вышивкой, создавая ощущение, будто паук ранен.

На этой мысли Волин Сейхери задумчиво почесал опять небритый подбородок (глава академии РАМИиЗ брился редко - принципиально. Это был маленький протест, предназначенный для помешанной на этикете женушки брата), пытаясь припомнить уроки арахнологии. А в частности, что там, у пауков с кровью? И вынужден был признать, что так удачно подобранный образ - с научной точки зрения правильным совершенно не является. Ибо у пауков кровеносная система не замкнутая, и течет в ней гемолимфа совершенно не алого цвета.

Расстроено вздохнув, ректор вновь вернул всё своё внимание королю Катаминии. И расстроился ещё сильнее, так как остальную часть костюма от него скрывал коварный стол! Но мужчина не любил оставаться в неведении даже в таких прелюбопытных мелочах, посему стол был им обыгран. "Случайно" выронив монету, которую вертел до этого в меланхоличном ожидании, он с показным неудовольствием забрался под стол, дабы её поднять. Ну и заодно убедиться, что Трастамар таки на себя и узорчатые, вязаные, шерстяные носки с завязками выше колен нацепил! Это было эффектно! Комично, забавно, издевательски, но зря! Ибо, судя по всему, носки эти, облепив конечности человека, доставляли ему не самые приятные ощущения, оттого он беспрестанно тер одну ногу о другую. Конечно же, они кололись! Тут и в обычных шерстяных носках ходить, то ещё удовольствие, а уж в таких... В общем, Волин парню искренне сочувствовал и даже восхищался совершенно невозмутимой физии, которую тот при всём при этом мастерски удерживал.

А уж полной достоверности заданному образу поспособствовала борода, которой человек обзавелся за это время. Естественно, она была магического свойства, потому как за месяц отрастить такое внушительное украшение для подбородка у него бы не вышло. Но, тем не менее, белёсая коса, сплетенная из трех косиц поменьше, делала Трастамара отчасти даже похожим на Алвина Горового. Правда, сходство носило, скорее, пародийное свойство, но, видимо, на это расчёт и был.

Публика оценила! Это читалось в глазах, улавливалось в лёгких ухмылках, которые старательно прятали, но как говорится, шило в мешке...

А вот гном был в бешенстве! Глаза его зло выпятились, дыхание было шумным, угрожающим, словно у быка, готового сорваться и атаковать. Но зная магический потенциал противника, ему приходилось сдерживать своё рвение, а о том, чтобы высказать претензии вслух, так и вовсе речи не шло. Выставлять себя на ещё большее посмешище ему не хотелось.

Волин довольную улыбку прятать и не собирался, за что получил от старшего брата укоризненный взгляд, а от Ирайсы из рода Черных Соколов, королевы Энилии - заинтересованный. Впрочем, обращать на сие внимание он и не подумал, кокетство давней знакомой уже давно перестало волновать. Если для остальных здесь присутствующих жизненно необходим был воздух, то для неё - притворство. Жгучая брюнетка была красива, но хищный, внимательный взор, порой казалось, принадлежит не хрупкой барышне, а прожженному, циничному мужику, не гнушающемуся жестокими играми. Пожалуй, из всех здесь присутствующих Сейхери опасался только её.

Ректор РАМИиЗ вновь крутанул золотой рилл, мысленно загадав, что если монета упадёт гербом вверх, то долгожданный гость (которого они уже дожидаются больше часа!) не придёт вовсе. Но выяснить, что предсказала ему судьба на сей счет, он не смог, потому как в этот раз монета сама скатилась со стола без его помощи, а поднять эльф её не успел. Дверь деликатно отворилась, и в зал совещаний вошёл лакей, объявив, дескать, некто Салисен Гархэ прибыл для назначенной аудиенции. Правители милостиво дали дозволение впустить визитера. Угу, милостиво... Небось мысленно уже поджарили задержавшегося посла Окаянного Владычества, раз …надцать! Но поскольку встреча сия была нужна исключительно нашему Союзу, приходилось своё мнение держать при себе и строить благожелательные мины.

Дверь вновь открылась, и в помещение вошёл он - песчаный рарх, представитель дипломатической делегации от Окаянного Владычества и по совместительству его наследник. Сия информация давала повод для раздумий... С чего это соседи прислали для налаживания дипломатических отношений столь венценосную персону? Неужто совершенно не опасаются, что с ним здесь "совершенно случайно" может произойти некий несчастный случай? Или же представитель высшей касты демонов настолько силён, или излишне самонадеян. Однако по заверениям Чарчера, товарищ сей был ещё той загадкой, и в силе его сомневаться не стоило, это ректор чувствовал и сам.

Да собственно, все здесь присутствовавшие враз ощутили практически осязаемую, сильную магию чужака. Она придавливала к креслам, словно сила земного притяжения увеличилась в несколько раз. И правителям приходилось прилагать немалые усилия, чтобы сохранять внешние невозмутимость и спокойствие.

Долго разглядывать себя во весь рост демон не позволил и, не дожидаясь приглашения присесть, облюбовал свободное кресло почему-то именно возле Волина. Но странным образом это не вызвало в душе никакого недовольства или отторжения. Наоборот, появилась возможность рассмотреть поближе маску, скрывающую лицо Салисена. Волин, конечно же, старался проделать сие незаметно, но вырезанные незнакомые руны на маске так его увлекли, что вся конспирация полетела к бесам! И встретившись взглядом с сапфировыми глазами, пристально за ним наблюдающими, Сейхери порядком смутился (чего давненько уже с ним не случалось). Даже не видя лица демона, он был полностью уверен, что тот сейчас иронично лыбится, уж очень взгляд был соответствующим.

- Км, простите мне мой несдержанный интерес, - через мгновение спокойно озвучил ректор. Первым тем самым нарушив тишину, прокравшуюся вслед за гостем. - Наши державы живут столь обособленно, что сведений о вашей культуре ничтожно мало... вот и увлёкся слегка.

Демон склонил голову в знак того, что не имеет претензий и произнес:

- Что конкретно вас заинтересовало? - приятный мужской баритон был, в принципе, ожидаем. Но весь мистический, загадочный вид собеседника почему-то предполагал, что голос демона должен был изрядно удивить окружающих.

- Много чего, - уклончиво начал Сейхери, не желая вести сей диалог при посторонних. Но потом послал этих самых посторонних к рыхту! В самом деле, когда ещё такой случай подвернётся? - Например, я не могу определить, из какого дерева была изготовлена ваша маска? И уж поверьте, как эльф - в растительной флоре я не то чтобы знаток, но и не профан точно. Ещё меня интересует, что она из себя представляет? Не думаю, что вам есть необходимость скрывать своё лицо. Это дань традициям? Или быть может, маска не простой аксессуар? Ну, а больше всего меня заинтересовала руническая вязь, её украшающая. Никогда ранее не доводилось видеть подобного.

- Что ж, по поводу первого... На самом деле древесный материал, послуживший для создания маски, вам отлично знаком - это бук. Просто он подвергся специальной обработке, о составе которого мы можем поговорить с вами в другой раз, слишком долго. Поэтому вы и не узнали его изначально. По поводу же рун... - пауза и невероятное действие: рарх преспокойно сдернул с себя маску!

Волин опешил, совершенно не ожидая такого поступка. Заметив это собеседник улыбнулся задорной мальчишеской улыбкой, которую ректору доводилось лицезреть у своих студентов не раз и не два. К слову, сидевший рядом наследник оказался непозволительно юн. Даже Трастамар рядом с ним смотрелся взрослым дядей, плюс ещё и бороду сегодня нацепил! От силы демону можно было бы дать двадцать два-двадцать три года, да он ровесник Чарчера, скорей всего. Волосы цвета спелой пшеницы или для песчаного демона лучше подобрать сравнение с родной стихией - золотистым, пустынным песком, были густыми, вьющимися и собранными в небольшой хвост. Резкие черты лица не отталкивали. И хотя Сейхери как мужчине не было до внешности собеседника никакого дела, он не мог не признать, что у Салисена Гархе с поклонницами проблем нет. А маска служит явно не для того, чтобы скрыть какой-то изъян. Но больше всего мужчину удивило то, что вместе со снятой маской, изменился и цвет глаз рарха. Из неестественно бирюзовых, они стали.... ещё необычней! Потому как радужка глаза оказалась поделена на два сектора: ближе к переносице она была бледно-бледно желтой, а, соответственно, вторая её часть - дальняя сияла расплавленным золотом. Нельзя сказать, что Волин раньше совсем уж не сталкивался с представителями Окаянного Владычества, но наследный рарх сумел его удивить!

Тем временем, Гархэ продолжил:

- Можете изучить поближе столь заинтересовавшие вас руны, а вообще рекомендую восполнить пробел знаний о наших культурах, так сказать, воочию... Уж не настолько мы обособленны, чтобы не принять такого уважаемого деятеля в образовательной сфере в гости, - и рарх приветливо улыбнулся, давая понять, что приглашение – не банальная дань вежливости.    

- Сироны, думаю, мы немного отошли от запланированной темы встречи, - а вот и братишка решил вмешаться в дискуссию.

Волин мысленно хмыкнул - это его братца ещё надолго хватило. Поэтому Салисену он лишь утвердительно кивнул, подтверждая два факта: что идея действительно здравая, и приглашение он, конечно же, принимает.

Рарх понимающе ухмыльнулся и перевел свой взгляд на Чивиана Сейхери, попутно вопросив:

- И какова же цель сегодняшнего собрания? - весь его вид указывал на то, что демон настроен на благоговейное внимание.

Однако Волин прекрасно понимал, что брата тому переиграть будет непросто... Всё-таки три выращенных и воспитанных оболтуса такого же возраста, как и его оппонент, дают определенное преимущество. Правителя Рандии тяжело чем-то удивить!

И действительно, Чивиан, по-отечески добродушно улыбнувшись, покачал головой и с укором произнёс:

- Вы здесь уже четыре дня, и думаю, ваша свита предоставила исчерпывающие сведения о творящихся в Союзе проблемах. Не буду ходить вокруг да около, мы оба знаем, что проклятые андрогины вновь представляют угрозу для нашего общества. И без помощи нам придётся нелегко... Мы рассчитываем на вашу военную поддержку.

Рарх перестал изображать заинтересованность и буднично подвёл итог:

- Кратко, честно, но... - пауза, - неинтересно, - спокойное выражение лица, сколько в него не вглядывайся, не отображало ни единой муки совести по поводу отказа в помощи. - Сироны, мы же демоны: корыстные, беспринципные, алчные... Кажется, именно так вы рассказываете своим детям о моём народе. Вот и приходится соответствовать вашим же ожиданиям. Я пока не вижу ни одной причины, по которой моё Владычество должно ввязываться в эту заварушку. Вам нечего нам предложить, - и он развёл руками в сожалеющем жесте, обведя печальным взором правителей Союза, чуть дольше других, задержав его на Ирайсе. Словно она была единственным исключением - по поводу "нечего предложить".

Волин Сейхери позволил себе злорадную усмешку: "Ой, напрасно... Связаться с этой дамочкой - верх безрассудства". Ему, не без оснований, между прочим, думалось, что у оборотницы название рода ну совсем неподходящее. Какой из неё сокол? Чёрная вдова, как есть, чёрная вдова!

Следующим слово взял вампир:

- А вам не кажется, что вы сейчас рассуждаете не как стратег, а как обиженный ребенок? К чему такие детские упреки? - бордовые очи смотрели насмешливо и с явной долей превосходства.

И вновь ректор не смог сдержать злорадства - самый старый и самый глупый... И додумался ж ляпнуть? Можно подумать, что после его слов Салисен усовестится, вспомнит, что он взрослый мужчина, и сразу выдаст им своё согласие на военный союз!

- Не кажется, - холодность тона ощутила даже кожа.

 Враз показалось, словно в помещении перестал гореть камин. Он и сам будто бы усомнился… Однако дров в нише было вдоволь, и жар утихать не собирался ещё долго. Камин успокоено вздохнул и перестал обращать внимание на беспокойных созданий. Какое ему дело до их проблем?

- Прежде всего, меня заботит, что моему народу сие совершенно не выгодно. Это основная причина для отказа.

- А вы не боитесь, молодой человек, что следующими можете оказаться вы? Безымянный, чтоб его адрогины разорвали себе на иконы - тварь ненасытная. Падём мы, куда он, по-вашему, направит дальше своё воинство? - Алмин Горовой хоть и был Волину не особо приятен (просто, по его мнению, ректор тоже чрезмерно молод для того, чтобы хоть в чём-то разбираться. Это не могло не раздражать, как минимум...), но всё же, действительно высказался по делу. Сейхери сам мысленно задавал такой вопрос Салисену.

Наследный демон посмотрел на гнома в упор и категорично заявил:

- Не боюсь. Как говорится, милости просим. Признаться, андрогинов на вкус пробовать ещё не доводилось, - последнее выражение сопровождалось весьма кровожадной и ну очень предвкушающей усмешкой.

- Кто никого не боится, тот самый страшный... - задумчиво протянул Чивиан. - Допустим, вашему народу действительно не страшен Безымянный вместе с его прихвостнями. Для чего же тогда вы прислали свою делегацию? Давайте обойдёмся без полемики и прочих словесных хитросплетений. Если бы вас ничего не интересовало, вы просто не ответили на наши послания. Что вы хотите взамен, за свою поддержку? - взгляд эльфа больше не был по-отечески понимающим. Сейчас он глядел серьёзно, собрано, выжидающе, приковывая своим взором собеседника надежнее, чем кандалами к стене.

- Без хитросплетений, говорите... - ответ рарха вышел столь же серьёзен. - Хорошо. Военный союз между нашими народами действительно возможен... Цена же... - Салисен скептически хмыкнул. - Честно говоря, уважаемые правители Союза Пятигранной Короны, для начала, хотелось бы понять, с чего вы вообще так переполошились? Пара зафиксированных случаев применения проклятой магии ещё не говорит о том, что андрогины дышат вам в затылок. Остались же зараженные...

Демона перебили:

- Вы, наверняка, слышали о пропавшем без вести селении в предгорном районе... - слово взял Трастамар, и даже его комичная борода сейчас казалась олицетворением едва сдерживаемой скорби. За что ещё Волин уважал человека, так это за то, что тот не переставал ценить такое понятие как жизнь. - Так вот, неделю назад его нашли. Представьте себе погребальный костер, сооруженный не из дров, а из живых, разумных существ... Селяне, абсолютно нагие пролежали там в стазисе больше четырех месяцев. А пентаграмма, на которую их побросали, как кучу хлама, тянула из них жизненные силы, словно гурман любимый коктейль, не за три глотка, а из трубочки. Я думаю, вы понимаете, что до спасения дожили не все... - правитель Катаминии, не сдержав гнева, так сильно стиснул кубок, сжимаемый в левой руке, что тот, предчувствуя неминуемую деформацию, жалобно звякнул. - Не знаю, происки ли это андрогинов или заражённых, но могу с уверенностью сказать - они пытались развеять заклятье короля фейри. Это вы тоже назовёте пустяком? - в тоне звучала неприкрытая ярость.

Как ни странно, но Салисен посмотрел на Трастамара с уважением. А следующий вопрос был задан без былого ощущения пустячности происходящего:

- Как их обнаружили?

- Чистая случайность, - слово взял вновь Чивиан. - Неподалеку от места проведения ритуала охотился двенадцатилетний оборотень. Мальчишка заигрался и ушёл слишком далеко от заселенной территории. И он бы, конечно, ничего не нашёл, если бы не одно но... Он оказался Видящим, силы которого проявились как раз в этот момент. Вернее, проклятая ворожба такой мощности и стала толчком, пробудившим дремлющий дар. Оборотень из рода Медных Лисиц оказался пареньком смышлёным, испугался, конечно, знатно, но патрульным магам, хвала богине Созидания - доложил.

- Что ж... - задумчивый, расфокусированный взгляд рарха заставил насторожиться собравшихся. Все ожидали вердикта такого молодого, но такого влиятельного мужчины. - Быть посему - мы окажем вам поддержку, в случае, если станет понятно, что сами вы не справляетесь. Пока что, я буду оставаться здесь, и в ваших же интересах держать меня в курсе событий, - одновременно насмешливый и требовательный взгляд в сторону венценосных особ. Затем Салисен вновь развернулся к Волину, который предпочёл в словесной битве роль слушателя, и проговорил: - Не возражаете, если я заберу свою хомарэ [хомарэ - защитный артефакт рода] обратно, а то боюсь, без неё меня подчинённые не признают. Давненько я её не снимал...

Ректору потребовалось несколько мгновений, дабы понять, о чём демон вообще толкует. Но вспомнив, что до сих пор не вернул тому маску, не без сожаления, но всё же отдал её.

Песчаный рарх нацепил деревянную, исчерченную рунической вязью маску и вновь превратился в чуждое, непонятное и непостижимое существо. Однако это не помешало ему вновь удивить Сейхери.

- У меня к вам будет одна маленькая просьба, - весело начал он. - Понимаю, что предстать в образе посланника в вашем статусе не особо приятно. Но всё же, буду очень признателен, если вы передадите одной из своих студенток, некоей Лианель Фирсен, что моё предложение всё ещё в силе... - после чего демон коротко со всеми попрощался и покинул ошарашенных правителей.

Тут же нетерпеливые и жаждущие подробностей взгляды были сфокусированы на Волине. Ему даже показалось, будто помимо этого, к его горлу приставили сразу пять клинков!

 Однако больше всего его злило то, что сию девчонку он действительно знал! Вернее, был на удивление наслышан... О ней с восторгом вещал Валдек, водил дружбу Чарчер, защищал и не желал втягивать в расследование с плакальщицей Демирин, да ещё и Аскрину она приходилась племянницей. Теперь же выясняется, что она уже и с демоном успела пересечься!

Желание поскорее передать послание Салисена, ну и пообщаться лично с этой особой, росло в нём с каждым мгновением всё сильней и сильней!

 

Глава 3. Праздник Нового Времени

 

Следующий день протекал... излишне спокойно. Мне всё казалось, что отец вот-вот подымет тему моего несостоявшегося замужества, но он был на удивление увлечен приготовлениями к празднику. За это время мы с Мари успели определить, какое из деревьев в нашем саду подвергнется чести быть обряженным в разноцветные ленты. Разворотить кухню в попытке самостоятельно испечь летиши, а затем полдня прятаться от нашей главной поварихи - совершенно лишенной почтения к юной хозяйке! После мы предприняли попытку пробраться в святая святых Аскрина с целью потырить редкие магические декокты в подарок для Инкинии. И ещё полдня потратили на догонялки с разгневанным и жадным некромантом, не согласным с нашими планами!

  Моя настороженность продлилась до вечера. После сытного ужина я, наконец, окончательно расслабилась, сидя возле украшенного разноцветными, полосатыми носками камина, умиротворенно попивая какао. Вся семья собралась в гостиной и с неподдельным интересом слушала Аска, который с небывалым энтузиазмом и чуть ли не в лицах, вещал о моём поединке с Демирином. Мы с Марисой только и успевали весело переглядываться и прятать смешки в кружках с моим любимым напитком. Фантазия дядюшки разыгралась не на шутку, и мне периодически хотелось и самой удивленно приоткрыть рот и воскликнуть: "Вот это да!" Ну, просто с его слов вырисовывалась совсем уж фантастическая картина, в которой я умудрилась призвать не потустороннего змея, а дракона! А когда дядюшка, вместо того чтобы поведать, как Мир был закован в ледяные некромантские путы, заявил, что этот призрачный дракон его съел, я и вовсе подавилась напитком! И какао хлынуло из носа, ещё больше развеселив окружающих.

Но бдительность, как водится, потеряла я напрасно... Окончательно расслабившись под весёлые истории Аска, не насторожилась, когда отец задал вопрос о моих успехах:

- Лиани, расскажи-ка нам о твоём обучении? Что это за новая специальность, которую ты избрала? Нет ли проблем с учебой?

Стоило бы прислушаться к давнему совету Аскрина и дозировать информацию, но разнеженную и подхватившую пьянящий энтузиазм дядюшки, меня понесло... Нет, сначала, пока я рассказывала о группе, о преподавателях и предметах, всё было спокойно. Отец благосклонно кивал и вид имел донельзя довольный, это позволило мне надеяться, что он мой выбор принял и одобрил. И вот тогда я сглупила! Просто очень уж хотелось, чтобы он не просто был мной доволен, а чтобы гордился. Поэтому я с достоинством возвестила, что вместе с куратором занимаюсь изучением проклятой магии, и у нас уже есть первые разработки по отслеживанию её воздействия, без применения дара Видящих.

И так я увлечённо углубилась в свои мысли по этому поводу, что далеко не сразу заметила перемены, произошедшие в гостиной...

Из рассказа меня выдернуло громкое и явно на что-то намекающее покашливание дяди. Оборвав себя на полуслове, непонимающе посмотрела на него и в ответ удостоилась ОЧЕНЬ выразительного и недовольного взгляда! Глаза Аскрин старался расширить как можно сильнее, из-за чего стал походить на краба, убегающего от обнаглевшей чайки. И хоть и слова не озвучил вслух, я прямо-таки словно услышала у себя в голове восклицание: "Что ты несешь?!!!" Метнув испуганный взгляд на папу, наконец, увидела произошедшие с его благодушным настроем метаморфозы... От прежней легкой улыбки не осталось и следа. Из глаз исчезли задорные искорки, вместо них, словно тучи в небе, наползли морщины на лоб. Взгляд сделался строгим, холодным и, казалось, в зрачках родителя то и дело мелькал и снова прятался страх.

- Так... - протянул он очень мрачно, отчего моё настроение тут же сникло, словно цветок, не дождавшийся дождя. Какая там родительская гордость? Чувствую, сейчас, как минимум, будет выговор! - Я знал, что этим закончится, - еще один недовольный взгляд в мою сторону, и отец поворачивается к Аску: - Ты знал? - тон был не просто требовательным, он словно заранее предполагал ответ и обещал неминуемую расправу.

Дядя не стал увиливать. Да и смысл? Попробуй, обмани Знающего на конкретно заданном вопросе!

- Узнал, когда приехал в академию, - Аск тоже позабыл про былое веселье, и ответ прозвучал отстраненно серьёзным. - И я считаю это поводом для гордости, Лир. Не нужно так остро реагировать. Лиани всего лишь...

- Не нужно? - Аскрин был перебит. А у меня стало создаваться ощущение, будто тучи обосновались не только на лбу родителя, но и просочились сквозь оконные щели и нависли прямо в гостиной. Казалось, ещё мгновение, и я услышу громовой рокот, совершенно не свойственный этому времени года. - Очень интересно... - рокот действительно прозвучал, даже не знала, что отец так умеет! - Повод для гордости, говоришь? О да, я буду очень горд, когда до моего ребенка доберутся четырехрукие твари! Да даже без всяких пророчеств перволюды не смогут не обратить внимания на Лию, с такими-то опасными открытиями! Как ты мог такое поощрить? – и, не дожидаясь ответа брата, вновь обратил весь свой разгневанный лик на меня: - Как много народу об этом знает? - вопрос прозвучал очень зло.

Я растерялась. Таким тоном родитель со мной ещё не говорил, и с ответом я нашлась не сразу. Ибо никак не могла понять, что я такого плохого сделала, дабы заслужить проявление столь сильной злости?! А придя немного в себя, растеряно пролепетала:

- Куратор, мои друзья и Аск, - попыталась припомнить, кому ещё об этом может быть известно, и взволновано добавила: - Всё!

Папа резко мотнул головой, словно не веря моим словам, а затем припечатал непоколебимо:

- В академию ты не вернёшься.

И не дожидаясь моей ответной реакции, покинул комнату резким, чеканным шагом.

Мне осталось только недоуменно переводить взгляд с дяди на маму, а от неё на Мари. И бороться с подступившим к горлу комом, который жёг похлеще креплёного вина. Произнести хоть слово не получалось, казалось, если я сейчас заговорю, всё неминуемо закончится слезами... Но оставить всё так я тоже не могла - хватит с меня недомолвок! Поэтому резко выдохнула с силой воздух, поднялась с нагретого места, и ни на кого не глядя, направилась следом за отцом.

Я хочу знать правду, и я её узнаю!

Мысли путались, словно клубки ниток, до которых добрался годовалый малыш. Бессчётное количество вопросов, сменяли один другой, и пока я добиралась до отцовского кабинета, не раз поменяла начало заготовленной речи.

  А войдя в комнату, так и вовсе забыла о негодовании и требованиях всё мне объяснить…

Отец сидел за своим старинным, даже на первый взгляд огромным столом, шоколодно-чёрного цвета из амаранта и прятал лицо в ладонях. Плечи его поникли, враз превратив зрелого мужчину, не привыкшего отчаиваться, в сломленного старика. Я так растерялась, увидев его таким, что вся моя бравада поспешила удалиться, оставив нас с родителем наедине. Напоследок намекнув мне, дескать, дело-то, поди, семейное, а значит, сами разберёмся! А я, больше не обращая внимания на сумбурные мысли, не останавливаясь, преодолела разделяющее нас расстояние и просто обняла своего папу. Крепко-крепко, без слов обещая ему, что всё будет хорошо и его волнения совершенно излишни.

Как иногда много нам дают простые объятия. Такая незначительная поддержка способна подарить те недостающие крупицы силы, чтобы встряхнуться и продолжить прерванный путь... Вот и отец, с минуту прижимая меня к себе, уже гораздо спокойней смог проговорить:

- Что-то я погорячился немного в гостиной, не находишь? - усадив к себе на колени, мой снова сильный и решительный папа с печальной улыбкой заглянул мне в глаза.

- Да нет... - притворно отрицаю. - Там было излишне весело, нужно было срочно прекратить это баловство, - утверждаю убеждённо, но не могу подавить лукавую улыбку.

Родитель от моих слов тихонечко рассмеялся, потрепал по голове, а затем вновь обнял и положил голову мне на макушку. Я не стала сопротивляться, в отцовских объятиях было замечательно, тепло и надежно.

- Ты расскажешь мне о мамином предсказании? - с надеждой спросила я. Спрятав лицо в вороте его домашней синей рубахи, интересоваться было гораздо безопасней.

Лиррен Фирсен тяжко вздохнул, и, гладя меня по волосам, заговорил:

- Видишь ли, синичка, я бы с радостью... Но последние строки видения твоей мамы ненавязчиво так намекают, что тебе сего лучше не знать.

Ожидаемо. Я много думала, почему отец до последнего вообще ничего мне об этом не рассказывал, да ещё и клятвы стребовал с Аска и Эдель… И пришла к выводу, что на то есть веские причины. А уж поискав информацию о ведуньях и их видениях в преподавательском отделе библиотеки (не зря столько сил потратила, чтобы да него добраться!), узнала, что часто знание предсказанных событий лишь ещё больше усиливает вероятность их осуществления. Здесь работает принцип магических взаимосвязей, между ведуньей и объектом проявления её дара, которые устанавливаются во время произнесения, так сказать, приговора. Сие, своего рода, тоже заклинание, которое, словно голодный пёс, удерживаемый цепью, ждет своего освобождения, дабы настичь жертву. И неважно, что прошло уже много времени, от этого он, стал только голоднее и есть вероятность, что события станут развиваться в ускоренном темпе.

В итоге вопрос был отклонён из-за его опасности, но тут же появился новый. Как говорится, свято место, пусто не бывает.

- Строки? Это что же, были стихи? - отец не рассказывал мне, насколько мама была сильна в своём даре (о ней я вообще знала до обидного мало!). А из всё тех же книг я выяснила, что ведуньи, выдающие свои предсказания в стихах - самые сильные. Сия мысль неприятно кольнула мою подозрительность, и та тут же отозвалась, словно недовольный еж, заворочавшись и царапая душу иглами непонимания. - Подожди, если мама была столь сильной ведуньей, как же тогда её мог выжечь дар? Насколько я знаю, эти случаи хоть и встречаются иногда, но происходят с девушками слабыми и неопытными...

 Отец молчал долго, мне даже показалось, что он и вовсе не ответит, потому как говорить на эту тему ему до сих пор было тяжело. Но вот комнату вновь наполняют звуки его голоса, и он начинает свой рассказ, повествуя медленно, неторопливо, словно стараясь продумать заранее каждую сказанную фразу.

- Мы познакомились с твоей мамой в Веджеском столичном парке. Я со своим другом, прогуливал пары по... - тут он осёкся, заметив мой ошарашенный взгляд, усмехнулся и подтвердил, что его слова мне не послышались: - Да, твой отец в молодости, тоже совершал много разных, не очень-то обдуманных поступков. Но вдаваться в подробности, уж извини, не стану, ибо в таком случае дам тебе слишком много поводов, припомнить мне это в самый неподходящий момент. Так вот, этот день выдался на диво замечательным, весеннее долгожданное тепло кружило голову ароматами цветущей санцетии, и сидеть на скучной лекции по хиромантии не было никакого желания. Собственно, поэтому мы с приятелем и решили провести время с куда большим удовольствием... Там-то я и заметил свою фею, - сказано было до того нежно-обречённо, что у меня тут же навернулись слёзы на глаза. Но отец, уйдя с головой в воспоминания, не смог бы этого заметить. - Как сейчас помню, повернув голову на донесшийся девичий вскрик, я увидел самую красивую девушку в этом мире. Она растеряно глядела на озеро, неловко протягивая к нему руки. Ветер разметал её длинные русые волосы и дразнил меня, не давая, как следует, рассмотреть лицо незнакомки. А рассмотреть хотелось… Да, что там! Я бы запомнил каждую черточку, каждую веснушку на её лике, дабы потом вспоминать свою мечту.

Мама, кстати, была не одна, - резко поменял тон отец, и мечтательность сменилась глухим раздражением, - с ней рядом ошивался долговязый ведьмак-одноклассник. Оказалось, сильный порыв ветра унёс в воду шляпу Арсении, и она беспомощно провожала свою уплывающую потерю грустным взором. Ну а я... не смог вынести её печали и, позабыв про все свои магические таланты, сдуру, бросился в воду, чтобы догнать беглянку, ну и впечатление произвести.

- Произвёл? – не смогла сдержать весёлого смешка.

Папа по-мальчишески весело усмехнулся и подытожил:

 - А то. Твоя мама так впечатлилась моей безрассудной глупостью, что собственноручно потащила к себе в общежитие отпаивать травяным сбором. Ну а я, не будь дураком, ещё с неделю имитировал простуду и полный упадок сил. Ари, чувствуя за собой вину, стала сама меня навещать, и противный ведьмак был забыт. Это была поистине самая лучшая награда за мои купания в холодной водице.

- И что она не догадалась, что ты притворяешься? – позволила себе усомниться.

- Догадалась, конечно, - согласился папочка, продолжая пребывать в счастливом прошлом. В том прошлом, когда у него ещё не было разбито сердце, и горе казалось чем-то эфемерным, выдуманным и неопасным. – Но, будучи ведуньей, твоя мама не была лишена женской мудрости и позволила мне эту хитрость. С тех пор мы были неразлучны. Я подождал, пока она окончит школу и поступит в Сандридский университет провидцев, и сделал ей предложение. А через год после её выпуска, на свет появилась ты... Твоя мама действительно была сильнейшей ведуньей, лучшей на курсе. Но даже у сильнейших из них иногда дар выходит из-под контроля. Поверь, я посвятил сему вопросу много сил и времени, - мне осталось лишь коротко мотнуть головой, давая понять, что даже не сомневаюсь в нём, - и выяснил, что такие случаи действительно зафиксированы. Сила такого дара, как маятник - удача, если тебе досталась золотая середина. Но тем, кто излишне силён или наоборот, очень слаб, управлять ей нелегко.

Заслушавшись разоткровенничавшегося родителя, я не сразу смогла сформулировать следующий вопрос. Теперь мне пришлось тщательно подбирать слова, дабы получить наиболее полый ответ.

- Почему тебя так расстроило моё изучение проклятой магии?

- Синичка, ты же у меня умная девочка и должна понимать - андрогины не отступятся и найдут способ если не развеять горы, то как-нибудь их обойти... Да и послушных их воле кукол, так называемых "заражённых" у нас осталось предостаточно. Как думаешь, долго твои открытия будут оставаться втайне от этих монстров? Твоя умная головка представляет для них опасность, и я боюсь, что вскоре на неё объявят охоту! - волнение и тревога в его голосе передались и мне.

 Однако я решила отставить панику и выразить несогласие:

- Но я же могу помочь нашим народам противостоять перволюдам! Ты правильно сказал, действительно настанет такой день, когда мы столкнёмся с этими тварями. И что тогда? Добровольно надеть на себя поводок и идти на убой к бесполым проклятым? Или мы пожертвуем ещё одной расой, создавая новый защитный барьер? На данный момент нам практически нечего им противопоставить!

- Это не так, - перебил меня родитель. - В закрытых научных центрах ведутся исследования и...

- А я с Валдеком из рода Аспидных Пантер разработала первый амулет, фиксирующий проклятую магию! - запальчиво выпалила я. И тут же сконфуженно добавила: - Правда, он срабатывает один раз, а дальше сгорает от перенапряжения в контрасте сил, но... Но это же, только начало, пап! Я не могу сейчас остановиться, понимаешь? Не могу!

- А я не могу позволить тебе рисковать собой, - с горечью промолвил отец.

Заглянув ему в глаза, я лишь покрепче обняла родителя и решила перевести тему, прекрасно понимая, что наши разногласия никуда не денутся, и каждый останется при своём мнении. Но как правильно мне когда-то сказал Аскрин - это моя жизнь, и только мне решать, как я её проживу...

- Почему ты не приехал вместе с дядей? – признаюсь, сие тоже был весьма наболевший вопрос! Аск в своих письмах заверял меня, дескать, практически силой удерживает старшего брата от немедленного выезда, а он так и не объявился за четыре месяца! А я, между прочим, ждала. Страшилась, конечно, нагоняя, но ждала же!

Папа понимающе улыбнулся, потрепал меня по макушке и… задал встречный вопрос:

- А ты почему не писала?

Задрав повыше встрепенувшийся носик, с достоинством поведала:

- Я на тебя обижалась!

Папочка же, посмеиваясь, ответил:

- Видишь, ты точно моя дочь. Я не появился по той же причине.

Мы посмотрели друг другу в глаза и, не сговариваясь, засмеялись уже вдвоём. Момент примирения настал неожиданно, зато очень правильно, без всяких оправданий или извинений.  Родным и любящим людям это ни к чему…

Однако отсмеявшись, я вспомнила ещё об одном важном обещании, которое и так оттянула, уже дальше некуда! Ещё чуть-чуть, и оно грозится, как перетянутая резинка, лопнуть и больно щёлкнуть меня по носу.

- Пап, мне нужна твоя помощь в одном щекотливом деле…

История о одногруппнице и её сестрёнках не заняла много времени. А мой справедливый родитель, вникнув в суть отвратительной ситуации, обещал по завершению каникул, отправиться в Радалэн вместе со мной и разобраться с тамошними бесчинствами одного оборзевшего сирона.

После того, как не дающий мне покоя момент был улажен, я состроила просительную мордашку и жалобно протянула:

- Расскажи ещё о маме, пожалуйста...

******

Весь остаток вечера мы так и просидели в обнимку, делясь друг с другом тем, чем раньше делиться не доводилось. Заразившись откровенностью, я даже рассказала отцу о Демирине и о том, что влюбилась в сие огненноволосое чудище, кажется с первого взгляда... Папа при этих словах естественно скривился, словно от приступа в разнывшейся спине, и печально вздохнул. Заметив такую реакцию, поспешила его немного успокоить, заявив, мол, зато с первой фразы - я его сразу же возненавидела! А получив насмешливый взгляд, тоже хихикнула и поведала, что для профилактики собираюсь Демира ещё чуток помучить, так сказать, в отместку за былые заслуги.

 Родитель тут же согласился со мной, заявив:

- Это самое верное решение. Кстати, можно мучить не чуть-чуть, а очень даже долго, чтоб уж наверняка отбить охоту, впредь говорить и делать глупости!

- Я не сомневалась, что ты будешь на моей стороне, - ответила насмешливо, распознав за его согласием извечную отцовскую ревность.

 Под очередную историю из папиного студенческого прошлого, я и задремала у него на плече. Да до того крепко, что совершенно не запомнила путь до моей комнаты, и то дошла ли я сама, или отец донёс меня туда на руках?

А снился мне... Рыжик. Будто бы он появился в своём ярком, ослепительно алом портале, от которого воздух в комнате словно стал потрескивать. Хотя камин уже давно поглотил свой ужин из берёзовых поленьев и сейчас так же тихонечко посапывал, как и я. Демирин, склонив голову к левому плечу, несколько мгновений рассматривал меня с затаённой нежностью в глазах. Затем не спеша подошёл к моей постели, поправил сползшее с озябших плеч одеяло и подарил неуловимо-короткий поцелуй, словно к губам моим прикоснулся тёплый, игривый ветерок. Печально вздохнул и тихонечко прошептал:

- С праздником Нового Времени, любимая...

Сон был прекрасен, оттого я смогла позволить себе, услышав долгожданные слова, самую счастливую улыбку, из всех возможных!

После же…

Снилось мне нечто путанное, муторно-мрачное: будто бы я видела со стороны, как над столицей Рандии нависают неестественно тяжёлые, опасные облака... Облака грязно-бордового оттенка, словно сгустки крови, смешанные с грязью и закинутые неким злым гением на небо. А ещё шёл дождь, тоже весьма характерного кровавого цвета и на вкус он был солоновато-тёрпким, что убивало всякую надежду о другой природе этой воды...

Неожиданно передо мной резко очутилось страшное лицо, исчерченное шрамами, как земля вырвавшимися наружу корнями столетнего дуба, с четырьмя безресницыми, шарообразными глазами, такого же цвета, что и тучи над городом. Плоский лик существа, несмотря на удвоенное количество органов зрения, словно плохо видел и куда больше доверял двум крючковатым носам, (смотревшимся донельзя несуразно на и так страшной морде) потому к чему-то усиленно принюхивался…

Мне тут же стало страшно. Возникла совершенно определённая, уверенная мысль - вот-вот и учует! Однако, хвала Кайриссе, монстра нечто отвлекло, потому как он вдруг разъярённо зарычал и на своём, похожем на звериный рык языке, произнёс непонятные слова. Но вот странность: я точно знала, что это означают: "Живой источник найден!"

Проснулась я резко, словно со дна озера выплыла на пределе своих возможностей, и долго не могла надышаться, делая бесполезные, судорожные вздохи. Воздух будто бы не желал становиться моим спасением и играючи уходил от попыток вздохнуть его в лёгкие. Волосы взмокли, рубашка прилипла к телу, руки судорожно сжимали край одеяла, как будто он был спасительным островком для меня...

 Осознание того, что я нахожусь в своей комнате, пришло не сразу. Какое-то время пришлось потратить на борьбу с упрямым кислородом и на попытки перестать трястись. "Это сон, это всего лишь сон" - шептала я себе потрескавшимися от жажды губами в попытках обуздать неуправляемое и сжирающее меня чувство страха.

 На помощь пришла Файри. Услышав её жалобное мяуканье, я перестала паниковать и оглядела пространство возле себя уже более осмысленно. И тем неожиданней стало увидеть возле себя сразу четырёх своих питомцев. На моей памяти, без предварительной просьбы все скопом они ко мне не захаживали ещё ни разу! А сейчас же передо мной предстала удивительная картина: огненная кошка сидела на моих коленях, вздыбив шерсть, растопырив усы, и круглыми от страха глазами вглядывалась в меня. Сбоку возле стены не менее испуганный, сидел Ватр и, сложив вместе синие лапки, гладил меня по руке жалобно попискивая. Ленивая пандочка обреталась на полу, устроив свою голову, на вторую мою ладонь, и тоже весьма тревожно порыкивала. Триур восседал на быльце кровати и нахохленным сторожем не сводил с меня напряжённого фиолетового взгляда, словно я злоумышленник какой-то.

Стараясь успокоить своих друзей, бездумно стала попеременно их гладить. Мысленно пытаясь понять, что это было? Что за странный, но до ужаса реалистичный сон? Нет, я, конечно, могла бы списать всё на излишне разгулявшееся воображение после высказанных опасений моего папочки... Но беда в том, что я уверена - увиденное мной чудище является андрогином! Слишком реалистичный образ: изрезанная страшными шрамами двухлицая, серая голова не могла быть плодом моего воображения! Я и не представляла себе их такими. На картинках в учебной литературе перволюдов рисовали немного иначе. И я не думаю, что моё воображение смогло воспроизвести такой образ самостоятельно... Нахмурив от попыток понять, что произошло лоб, перевела взгляд на своих встревоженных друзей и задала другой интересующей меня вопрос:

- Вы чего тут делаете? Да ещё и вместе? - вопрошаю, а сама продолжаю одной рукой чесать Файри горлышко, а второй то ли гладить, то ли мять мордашку Айры (просто она у неё размеров немалых, и чтоб ласка почувствовалась, приходится прилагать усилия!). Получая неимоверное удовольствие от мурчания моих красавиц и потихоньку восстанавливая душевное спокойствие, словно разбитую чашку из осколков страха.

Ответил мне Ватр, мысленно взволновано проговорив:

"Мы испугались! Тебя окружала плохая магия: странная, горькая... С трудом развеяли, едва успели..." - испугано тараторил водный элементаль, не внося при этом особой ясности в происходящее.

- Понятно... - протянула тихо и задумчиво, - что ничего не понятно. Что за рыхтовы шутки разума? – сказала и ни на секунду не поверила, что это просто подсознание шалит, словно оставленный на самоусмотрение подросток. Ситуация пугала... Неужели четырёхрукие действительно осведомлены о моих исследованиях? Но как? Хотя на мне же висело их проклятье... Но ведь рарх его развеял! Или нет? А быть может, и вовсе повесил новое? Однако в сие верилось слабо, ибо то облегчение, которое я испытала после его фокусов, ни с чем сравнить нельзя. И ведь уже успела сломать себе голову в попытках понять, кто на меня его вообще навесил? Да и когда? Можно было бы ещё добавить к этому перечню вопрос "За что?", но боюсь для проклятых он не актуален, лишняя энергетическая кормушка им никогда не помешает, а я всё же маг неслабый...

"Мы пытались тебя разбудить, но ты не реагировала на мысленные просьбы!" - вырвала меня из нерадостных размышлений Файри. Огненная кошечка задними лапками упиралась мне в живот, а передними приподнималась до шеи, стараясь дотянуться до лица. А получив такую возможность, стала бесконтрольно ластиться к моим щекам. - "Уже отчаялись тебя дозваться...", - продолжала жаловаться огненная мурлыка.

"Нужно было просто клюнуть её по лбу, вот тогда бы она быстро в себя пришла!" - недовольно возвестил ворон, поглядывая на нашу идиллию со своего насеста то ли с неодобрением, то ли с завистью.

Возмутиться такому заявлению я не успела.

"А тебе лишь бы клюнуть, старый кладбищенский ворчун!", - вступилась за меня, как ни странно Айра. А заметив мои широко распахнутые от удивления очи, обратилась уже ко мне, подставляя свою огромную, но удивительно мягкую голубую мордашку: "Меня тоже на шейке почесать не забудь", - просительные нотки ленивой пандочки были куда более привычными, нежели предыдущий выпад. Однако свою негодующую тираду она ещё не закончила и продолжила меня удивлять: "Девочка пережила ментальный выброс из собственного тела и пси-атаку очень ядовитой магии, а ты не можешь проявить банального такта!"

Я говорила, что удивилась? Забудьте! По-настоящему я зависла после последних её слов!

- Что я пережила? Какую атаку? - мало того, что эти магические термины мне были совершенно не знакомы... Так в голове ещё никак не могло уложиться, откуда о них знают мои элементали?!

Но, видимо, Айра решила, что с полезной информацией пора завязывать, и снова превратилась в милую, пушистую пятнашку, которую интересовало только то, что я перестала почесывать её нос.

- Айра..!

Негодующие и требовательные нотки моего голоса были напрочь проигнорированы. Пандочка состроила обиженную гримасу и развернулась ко мне спиной! Всячески демонстрируя, мол, не хочешь нос, тогда хвостик почеши...

Ну, прямо, острячка!

Голубенький хвостик, прилагающийся к наглой попе, был проигнорирован уже мной, а вот по филейной части я не удержалась и прошлась лёгким шлепком. Давая понять, что по-прежнему жду объяснений! Однако в ответ мне досталось лишь ироничное пофыркивание. Вы когда-нибудь слышали такое? И не услышите! На него способна только конкретно эта - самая ветреная, легкомысленная и ленивая зверюга, медвежьей наружности и приличной округлости!

Поняв, что от пушистой пятнашки ответов не дождусь, осмотрела поочередно остальную свою магическую шайку.

- Может, кто-нибудь объяснит, что со мной произошло? - вкрадчиво так поинтересовалась.

Однако енот и кошка очень слаженно опустили при этом очи долу. И ведь враждующие же стихии, а ты смотри, какое вдруг единодушие!

Перевела взгляд с них на ворона. Триур смотрелся по-прежнему насуплено, но, в отличие от остальных, отводить фиолетовые глазюки не стал. Он же и прокаркал недовольно:

"Что произошло, что произошло... Да, чтоб я знал!" - ворон ещё раз громко каркнул, расправил крылья, и перелетел ко мне на плечо, ворчливо заметив: "На тебя воздействовали магией проклятых. Но с какой целью, не спрашивай - мы не знаем...", - а затем задумчиво: "Может быть, твой отец не так уж и не прав, не желая пускать тебя обратно?"

- И ты туда же! - возмущаюсь я.

Триур легонько клюнул меня за ухо, не больно, а скорее обидно и проворчал:

"В любом случае одна ты теперь спать ложиться не будешь. Пока кто-то из нас рядом, мы сможем поглотить эту дрянную энергию, и тебя не утянет больше из тела. Так что придётся нам поработать плюшевыми игрушками для сна", - затем он лукаво прищурился и добавил: "По крайней мере, до момента пока это место не займет твой Феникс. Там, уж извини, сами разберётесь, мы свечку держать не станем..." - выпалив сие, дух Смерти довольно закаркал, смеясь над собственной, как он думал, удавшейся шуткой.

Я же прилагала титанические усилия, дабы не спихнуть пошляка с плеча подушкой! И удержалась, прежде всего, потому как взволновал ещё один момент:

- Для вас это не опасно? - и видя, что меня не совсем понимают, пояснила: - Поглощение проклятой магии вам не навредит?

"В разумных пределах, нет..." - судя по всему, ОЧЕНЬ уклончиво ответила на вопрос Файри и тут же поспешила меня отвлечь от этой темы, доверительно замурлыкав, мол, она с удовольствием составит мне компанию во время сна. Видите ли, я вся такая тёплая, удобная и пахну вкусно... В общем, как кошку её во мне всё устраивало!

- Чем это я таким вкусным пахну? - спросила с подозрением, ибо обычно её братии нравятся два запаха: рыбы и валерьянки. А мне ни тем, ни тем пахнуть совершенно не хотелось!

"Мур-р-р, ты пахнешь костром: ярким, сильным, пылающим, но неопасным. Ещё весенним солнечным ветерком и водной лилией, распустившей свои лепестки в знойный летний денёчек. И, конечно же, молоком, м-м-м..." - последнее было произнесено с особым удовольствием!

А я вновь опешила от такой детальной и удивительной характеристики. Но не могла не признать, огненная кошечка меня приятно изумила. Поэтому я великодушно с ней согласилась:

- Ладно... молоком я пахнуть не прочь...

И только хотела повернуть разговор вновь на неудобную для элементалей тему, как дверь в мою спальню была осторожно приоткрыта, и внутрь заглянула мама. А убедившись, что я уже не сплю, она радостно ко мне подлетела и, обняв за плечи, выдохнула:

- С праздником Нового Времени, родная! - сияющие голубые глаза смотрели тепло и нежно. И не прошло и пары минут, как все страхи пережитой ночи отступили, словно мгла, проигравшая рассвету.

А, ладно! Подумаю об этом потом! А сегодня только праздник. Не хочу его себе портить!

Поэтому так же счастливо заулыбавшись, тоже обняла родительницу и, поцеловав ту в щеку, воскликнула:

- Где мои подарки?!!! - получилось наигранно требовательно. А на деле озорно, да и традиция у нас уже сложилась такая...

Помню, в детстве я была довольно честной девчушкой и никогда не стеснялась поинтересоваться у приезжающего с работы папочки, а что он мне привёз. И сей праздник, так же не стал исключением. Зная, что на него принято дарить подарки, первым делом, открывая с утра глаза, я принималась голосить на весь дом сию "глубокомысленную фразу"... Со временем взрослея, конечно, можно было бы уже и перестать себя так вести, но мама всегда так искренне смеялась, заслышав мой вопрос касательно подарков, что я стала это говорить специально, дабы её повеселить!

Вот и сейчас Эдель заразительно рассмеялась и проговорила:

- Всё будет, дорогая! Быстренько умывайся, буди свою подругу, затем мы так же ускоренно завтракаем и едем в город, обновлять гардероб! Папа сегодня щедрый, этим грех не воспользоваться!

- О-о-о, - только и смогла мечтательно вымолвить я. А затем спохватилась и воскликнула: - Чуть не забыла! У меня же тоже для вас есть сюрпризы! 

...После того как Рин всё же впихнул мне обратно тысячу риллов, я попыталась в свою очередь вернуть их дяде. Ибо с Чарчером рассчиталась, аккурат, перед поединком, одолжив при этом у Аска. Но дядюшка, будучи довольным моим удачным исходом поединка, да и изрядно нетрезвый - расщедрился и назад деньги не взял. Сказал, мол, это мне в счёт предстоящих праздников, а затем задумчиво добавил - многих предстоящих праздников (расточительный некромант, это не про него, мда)! Однако в любом случае подарочек получился, мягко говоря, "неплохим", считай, могу теперь обзавестись собственной жилплощадью в несколько этажей в любой части нашего пресловутого Союза Пятигранной Короны. А если учесть, что я и на "глушилке" подзаработала – так и вовсе теперь весьма завидная невеста и без родительского приданого!

Но всё это предисловие, в общем-то, ведёт к тому, что на сей раз, я припасла и ответные презенты. И для меня преподнести их было особенно приятно, ведь заработала я на подарки лично, своим собственным умом и изворотливостью (спасибо сирину ректору!), а не банально попросила у отца.

Уже собралась было метнуться к шкафу, дабы выудить одну из сумок, в которую и упаковала свои сокровища, как неожиданно обнаружила на прикроватно тумбочке, до этого не замеченную деталь. Невероятно волшебную, неописуемо восхитительную, ослепительной красоты деталь... Удивлённо распахнув глаза, только и смогла ошалело прошептать:

- Что это?

Правильней надо было бы спросить, как эта красота здесь очутилась, или кто её сюда доставил? Но конкретно в сей момент мои умственные способности спасовали перед дивным огненным цветком! Он висел в прозрачной, лишь слегка отсвечивающей приятным, оранжево-синим огненным сиянием, сфере, распуская свои алые, бархатные лепестки подобно атласному одеялу вокруг мягкой и пушистой подушки-сердцевины. Предо мной предстал самый обычный первоцвет, но он был прекрасен! Мне ещё не доводилось видеть работу мага-искусника, работающего со стихиями в непосредственной близости... А это было именно одно из творений этих талантливых волшебников!

Редкий стихийник добивается мастерства владения своей силой, до уровня создания вот такого чуда! А это действительно оно, потому как огненный цветок на моей тумбочке не был фокусом или обычным заклинанием. Он настоящий! Живой, чувствующий, воспринимающий окружающую действительность со своей цветочной позиции. И нуждающийся в заботе, уходе, и регулярной подпитке огненной магией.

Потрясенно выдохнув, аккуратно взяла сферу в дрожащие ладошки и с неподдельным восторгом принялась рассматривать дивное алое видение. "Как же ты сюда попал, Цветик?" - мысленно поинтересовалась у первоцвета, одновременно с этим подпитывая его своей силой. Чудо благодарно зашевелило лепестками и послало мне в ответ маленький толчок своей собственной энергии, словно пытаясь погладить, отчего рукам сделалось тепло и щекотно. Естественно, на вопрос он ответить не мог, но и без его подсказок, размечтавшееся сердце тут же подсунуло в мысли желанный образ тайного дарителя. "Неужели это..." - додумать не успела, в мысли влез ироничный глас Триура, который не постеснялся сбить полёт моих девичьих мечтаний.

"Ну, а кто ещё с тобой рискнет связаться? Он это ночью приходил, слюни на тебя пускал, да взгляды неприличные не прятал..." - и вмиг зарумянившиеся щеки для духа Смерти не были поводом, дабы остановиться, и он спокойно договорил: " Отчаянный малый, отчаянный..."

В общем, подушкой он всё-таки получил! А мне оставалось лишь вздохнуть с облегчением от того, что мама нашу мысленную связь услышать не может. Иначе уже был бы скандал! Где это видано, чтобы в спальню к молодой девице поклонник шастал?!

Но, как выяснилось, невозможность читать мысли, легко компенсировалось интуицией и жизненным опытом...

- Ли-и-и, ты мне ничего не хочешь объяснить? - вкрадчиво поинтересовалась Эдель и взгляд направила соответственно выжидающий. - Судя по всему, ты это чудо магической флоры, видишь впервые. А вчера, перед тем, как уложить тебя спать, его здесь точно не было. Плюс, по твоим счастливо загоревшимся глазкам, я могу судить, что о персоне, тебе это оставившей, ты осведомлена... - обличительно-весёлые нотки её голоса, смутили меня ещё сильнее.

Однако начать оправдываться я не успела. Мама заговорила вновь:

- Это ведь тот парень, с которым у тебя был поединок, верно? - сказала и сама же себе ответила: - Конечно, верно... Юноша ведь одарён возможностью прожигать пространство.

Я наклонила голову, ожидая, что сейчас последуют причитания о падении моей нравственности и о недопущении такого поведения, но... Мама приподняла своей теплой, нежной рукой мой подбородок и тепло улыбнувшись, спросила:

- Скажи мне только одно, ты уверена в своём выборе?

Взирала она на меня, спокойно и светло, давая понять - чтобы я ни ответила, она будет на моей стороне. А я только и смогла головой согласно кивнуть, да снова спрятать взгляд, ибо такое хоть и неловкое признание смутило очень сильно!

- Ну, что ж, тогда я спокойна... - весело воскликнула родительница, и потрепав меня по и без того взлохмаченной после сна шевелюре, мудро решила сменить тему: - Так, что ты там за сюрприз приготовила?

Дальше мы занялись распаковыванием подарков, причём, мои элементали и не подумали исчезнуть. А наоборот, взирали на сумку с живейшим интересом, а Ватр с Айрой ещё и поучаствовали в её опустошении. Не знаю откуда они пронюхали, что у меня и для них припасены подарочки, но их требовательно-нетерпеливые взоры, не оставляли сомнений - осведомлены они наверняка! Им я, кстати, заготовила браслеты с очень редким и соответственно дорогим камнем - сирилинаем. Он способен накапливать в себе природную магию нашего мира, и в случае если мои мохнатые и пернатые друзья не смогут подпитаться самостоятельно, сей камушек сослужит им хорошую службу. Надевала я на них браслеты, с ощущением царственной особы, награждающей своих бравых воинов... Просто вид они имели при этом действе до того торжественно-важный, что мы с мамой не выдержали и разразились весёлым смехом. Однако магическую братию сие не смутило, нас лишь удостоили высокомерными взглядами, мол, не мешайте соответствовать образу, смертные! 

Когда процедура одаривания элементалей подошла к концу, они всё же покинули нас. Ватр одним смазанным движением обратился в миллиарды искристых капелек, намеренно забрызгав и нас при этом, Айра исчезла в маленькой воздушной воронке, образовавшейся посреди комнаты. Файри на прощание довольно муркнула и, воспламенившись, пропала. Ну, а Триур, как всегда, галантно поклонился Эдель, насмешливо каркнул мне, и, взлетев, развеялся черно-фиолетовой дымкой.

И я была им очень благодарна за столь деликатный уход, ибо подарок для мамы, мне хотелось преподнести ей наедине. Это слишком личное...

Немного повозившись в поисках искомого, извлекла пред ясны очи мамы небольшой пузырёк из андрийского хрусталя [примечательного своими небольшими природными  магическими свойствами - зелья в такой таре не имеют своего срока годности. Их можно хранить веками и при необходимом вскрытии, они будут по своим полезным качествам, как только что сваренные]. Собственно, и сам сосуд являлся уже довольно ценным подарком, однако для родительницы, далекой от травнических и зельеварительных практик, он был всего лишь красивым с виду. Вот Ини ему обрадуется точно. Когда мы вновь встретимся после прошедших каникул, я обязательно вручу ей такой же, только пустой - пусть наполняет, чем хочет. Это её стезя.

 Для матери же мой подарок находился внутри сего ценного сосуда. Но поскольку характер он имел весьма щекотливый, вся заранее заготовленная речь, неожиданно застряла в моём же горле и словно, упёршись там одновременно и руками, и ногами, выходить отказывалась наотрез. Попытка прокашляться не принесла положительного результата, и речь, победно подхихикивая, осталась в своём убежище, мстительно заявляя, чтобы я разбиралась сама! Эдель видя мою внутреннюю борьбу, удивлённо вскинула брови, и взгляд её стал заинтригованно-вопросительным. Пришлось встряхнуться и решительно произнести:

- Я знаю, как давно ты мечтаешь ещё об одном ребёнке (крамольную мысль, которая тут же ядовито прокомментировала в моей голове: "О своём ребенке!" брезгливо раздавила, нечего ей там делать! А то только зазеваешься, и оглянуться не успеешь, как страхов-тараканов разведётся целое воинство. Сражаться с таким количеством тлетворных паразитов гораздо сложнее!), - мама сразу как-то поникла после моего вступления и даже попыталась закрыть неприятную ей тему, но я оказалась проворней. Вложив зелье в ее холодные и дрогнувшие ладони, продолжила: - А я давно мечтаю о братишке, - позволила себе мечтательную улыбку, и протянула: - Хотя и от сестрёнки не отказалась бы... - видя, что родительница пока ничего не понимает, сообразила - пора завязывать с плавностью повествования. - В этом пузырьке сокрыта очень сильная ворожба, замешанная на моей крови, -  перехожу к сути вопроса. - Идеально, было бы, конечно, раздобыть пару капель отцовской… Но слишком велик риск вызвать ненужные нам подозрения, поэтому и моя сгодится!

В следующее мгновение меня обняли. Стиснули до того сильно, что удивительно как я это пережила без последствий для своих выдающихся рёбер! Причём, выдающихся в прямом смысле слова - выпирают они очень эффектно! Видимо опыт общения с Эриниром тоже даёт свои преимущества. Потому как на сей раз, мой организм только и заметил равнодушно: "Пф, и всего-то".

 Мы посидели немного молча, и я прекрасно понимала, что маме просто необходимо время, дабы принять данную возможность. Поэтому с вопросами разумно не лезла, лишь ободряюще поглаживала её по напряжённой спине. Не знаю, сколько минуло минут, но когда Эдель отстранилась, в глазах её блестели слёзы, а по грустному взгляду, легко улавливался ответ...

Перейти к уговорам она мне не позволила, взяв мои ладони в свои, крепко их обняла и заговорила:

- Я горжусь тобой, - заправила прядь непослушных по жизни и с утра в частности волос за ухо и продолжила: - Ты выросла очень доброй, светлой и благородной девушкой. Спасибо, родная, что приняла и принимаешь меня всё это время, как полноценного члена вашей семьи...

Нахмурив брови, я, было, начала, протестующе:

- Ма... - но поднятая вверх рука родительницы, словно в волшебном пассе заставила замолчать.

- Пожалуйста, милая, дай я договорю, это не просто... Я действительно благодарна тебе всем сердцем, что ты смогла полюбить меня и выросла такой искренней и заботливой дочерью. Однако я не могу принять этот подарок, Лиани... Это будет подло с моей стороны. Ребёнок должен быть желанен обоими родителями.

- Но ведь неизвестно, решится ли когда-нибудь папа на это или нет! - обречённо напомнила я.

- На всё воля матушки Созидания и батюшки Творца, - пожав плечами, печально улыбнулась мама, а затем всё же вытерла со щёк не уместившиеся в глазах слёзы. – Давай, прихорашивайся, навести Мари и живо на завтрак, пока Лиррен не передумал отвести нас в город. Ты же знаешь, папа ждать не любит... - меня чмокнули в лоб, погладили по щеке и вновь растормошили волосы.

Да сколько ж можно, там и без её стараний, между прочим, то ещё гнездо! Мама, заметив моё недовольное сопение, вновь весело рассмеялась и выплыла из моей комнаты своей коронной грациозной походкой. И ничто уже не напоминало о недавно пролитых слезах.

Грустно вздохнув, посмотрела на пузырёк с зельем, который переливался всеми оттенками радуги, ловя солнечные лучи из окна, и подытожила:

- Ну что ж, как я и предполагала, всё придётся делать самой... - подкинула пузырек в руках и заключила: - Не переживай, будущий братишка, сестрёнка позаботится, чтобы ты у меня в скором времени появился!

****** 

День выдался замечательным! Праздничное настроение гуляющего повсюду народа заставляло улыбаться и каждого прохожего поздравлять с началом Нового Времени. Деревья, украшенные пестрыми, разноцветными лентами на заснеженных ветвях, смотрелись обряженными кокетками, приготовившимися к бал-маскараду. Люди старались не отставать от флоры и рядились в забавные костюмы, в цветовой гамме которых преобладали серебристый, изумрудный и бирюза. Морозный воздух разукрашивал их щеки и носы алым румянцем, словно подрядился у праздника в гримеры. И надо признать, работу свою выполнял он старательно, а уж с фантазией у озорника и вовсе проблем не нашлось!

Взяв из дома приготовленные нашей поварихой лепешки, мы бродили с Мари по центру города и раздавали литиши всем встречным, а ванильные пряники доставались исключительно малышне. Пока добрались до квартала с салонами женской готовой одежды, успели объесться, насмеяться и нашутиться до боли в животе. Ну а там... Там было много-много примерок: платьев, костюмов, шляп, плащей, белья, и прочего-прочего скарба, так необходимого любой уважающей себя женщине. Эдель не давала нам с Марисой продыху и как будто вознамерилась растратить немаленький такой процент состояния Фирсенов. Потому как гора из вещей, увеличивающая и увеличивающая свои размеры, выльется моему папе в ого-го какой счёт! Но на все протесты (а они после двух часов примерок всевозможной одежды превратились в мольбы!), она лишь возмущенно отфыркивалась:

- Моя девочка, даже в этой вашей академии, - сегодня она решила играть роль оскорблённой родительницы, простившей своё блудное чадо, посему ответ в её исполнении звучал так презрительно-важно. А на словосочетании: "эта ваша академия", ставился отдельный, снисходительный акцент, будто бы маменьку она безмерно расстраивала. Ибо там, по её мнению, обретались, исключительно, невоспитанные и наглые маги, которые ничему хорошему научить не могут: - Должна выглядеть достойно! И вообще, Лиани, ты уже взрослая сирина, ну как ты могла сбежать из дома, захватив с собой лишь пару сумок?! И даже остальное курьером после выслать не разрешила!

На этой обвинительной тираде я по привычке закатила глаза и мученически простонала:

- Мам, остальное просто не влезет в мою комнату в общежитии! Или ты предлагаешь нам с соседкой сделать там будуар, а самим поселиться в коридоре? Извини, я ещё не настолько волшебник, чтобы создавать дополнительное пространство магическим путём!

- И чему тебя вообще тогда там учат, если самое нужное ты делать не умеешь! - не осталась в долгу родительница, вовсю изображающая потуги отговорить своё дитятко возвращаться назад.

- А мне зачем все эти обновки, сирона Эдель? - смущенно вклинилась в нашу перепалку Посредник. Ей было очень неудобно от того, что моя мама покупает наряды и для неё.

Но на все попытки отказаться или хотя бы уменьшить количество подарков, Эдель страдальчески поднимала руку ко лбу и надрывно вещала на весь салон:

- О, Мари, ну дай брошенной и позабытой женщине вспомнить, каково это - быть матерью, и порадовать такую замечательную сирину, как ты, парой обновок!

Да, моя матушка талантливая актриса и манипулятор в придачу. Театральное прошлое сказывается! После каждой такой пламенной речи, Мариса тут же забывала про все свои стеснения и скромность, закусывала губу и соглашалась примерить очередной "это восторг!". Я тоже периодически закусывала губы, но вовсе не от смущения, а чтобы сдержать рвущийся наружу хохот! До того мило Одиночка боялась обидеть мою разошедшуюся родительницу.

- Угу, пару... Ты уверена, что сия "пара", влезет в нашу карету? - прагматично поинтересовалась я.

- Тс, не мешай! - шикнула мама. - Ты только посмотри, как радостно улыбается твоя подруга. Да, для неё не так важны обновки, как возможность почувствовать себя нужной и родной...

И действительно, чего это я разворчалась? В конце концов, службу доставки ещё никто не отменял! А возможность порадовать свою подругу выпадает не каждый день! Поэтому дальше все тяготы примерок я сносила молча с приклеенной к губам улыбкой.

Но даже меня, не склонную впадать в покупательскую эйфорию, не смогла оставить равнодушной одна вещь...

 Я, как только увидела эту легчайшую, батистовую, небесно-голубую магию, так сразу и поняла: "Моё!!!". И это было не платье, нет... Это была ночная сорочка, очень красивая и очень смелая! Второй мыслью при виде сего чуда стала: "Вот и нашелся Рыжему подарочек!" Демирин, как только меня в этом увидит, дара речи лишится, точно! Он же раскритиковал мою предыдущую ночнушку, вот теперь пусть помучается... Мысленно злорадно потёрла ручки, представив шальной и потерянный взгляд Феникса, увидевшего сие великолепие. Кивнула довольно своим думам и проговорила вслух:

- Беру!

 - Что-то у тебя больно предвкушающий вид, глядя на эту сорочку... Лиани, давай без глупостей, ладно? - раздался над моей макушкой серьёзный голос Эдель.

- О чём ты, мамочка? - я сама невинность, ага.

- Ой-ой, прямо поверила-поверила этим коварным глазкам и хитрющей улыбочке. Не советую дразнить своего поклонника... Огневики они, знаешь ли, мужчины импульсивные, сама не заметишь, как без этой вот, - и указательный пальчик родительницы утыкается в кружево моей находки, - вещицы окажешься... Так что, хорошо подумай, прежде чем её надевать! - затем мама склонила голову набок и задумчиво подытожила: - Но берём однозначно! - и весело хихикнув, оставила меня наедине с моим румянцем, который и без всякого мороза не сойдёт теперь со щёк до самого вечера!

 

******

Праздничная трапеза, протекающая в нашей столовой, была наполнена лёгкостью, счастливым смехом и умиротворяющим весельем. Суматошный день долгожданного Нового Времени давно сдал свои позиции вечеру, тот стремясь поскорее отделаться от возложенных обязательств (конечно, кому охота работать в праздник!), быстро уступил их ночи. А та, по-зимнему холодная и голодная, заглядывала в окна, но дальше забраться ей не позволяли растопленные камины, расставленные свечи и магические светильники. И приходилось ей лишь вздыхать ледяными порывами ветров и хмуриться недовольными глазницами-тучами, ворча потрескивающим от мороза снегом, что её никто не позвал за стол...

А когда часы пробили полночь, мы испили традиционный напиток Ашультабэ, подаваемый, дабы достойно проводить уходящее во временные чертоги - старое время. По вкусу был он для каждого своим... Если у человека прошедший год запомнился удачей и счастьем - вкус напитка становился искристо сладким, напоминающим розовый ликер с яблочным соком, разбавленный в таких пропорциях, что даже самый придирчивый кулинарный критик, не смог бы придраться. Если год наполнился неурядицами, проблемами и суетой, напиток становился кисловатым, будто бы ягоды облепихи были его основой. Ну а если год принёс горе, вкус его напоминал морскую воду - солёно-горькую. И очень важно, каким бы не стал Ашультабэ, испить его до дна. Ведь прошедшее время, в любом случае, заслуживает эту дань уважения, прощания и прощения.

К слову, мой напиток был вкусным! Да и неудивительно сие, потому как со старым временем я прощалась с благодарностью за всё прекрасное, что случилось со мной в этот период. И судя по довольным лицам окружающей меня семьи, им тоже жаловаться было не на что.

После, пожелав нам с Одиночкой приятных снов, старшее поколение утопало на боковую, а мы еще долго секретничали возле тихонечко потрескивающего камина. Он, любопытно навострив огненные всполохи, пытался подслушать девичьи тайны, но лишь досадливо искрил от неудавшихся попыток.

- Спасибо, Лиани, - вдруг на полном серьёзе заговорила Мариса. Хотя ещё секунду назад хохотала над воспоминаниями о нашем первом опыте знакомства с Нежитиведением. Положила свою ладонь мне на плечо и пояснила: - Спасибо, что стала моей подругой. Нет, не надо меня разубеждать в ценности этого дара. Поверь, до встречи с тобой моя жизнь носила некий отстранённый окрас... Я словно и не жила вовсе, а лишь наблюдала за всем со стороны. То одиночество, - она перешла на шепот: - Богиня Созидания, ты не представляешь, как это страшно...  Страшно, когда в семнадцать лет единственные, с кем ты можешь поговорить - это только воображаемые люди. Я ведь привыкла к человеческому отчуждению, страху, скрытой угрозе. И не ждала от судьбы никакой милости, зная, что участь у таких "одаренных" как я - незавидна. Как вдруг появляешься ты: яркая, энергичная, смелая, безумно храбрая и самую малость сумасшедшая, потому как совершенно не обращаешь внимания на досужее мнение и протягиваешь мне руку. Просто так, без скрытой выгоды или ещё чего.

- Ты первая мне помогла, - почему-то оправдываюсь.

- У тебя замечательные родители. Так тепло меня приняли. Я будто бы на мгновение очутилась в прошлом, когда ещё был жив папа. Знаешь, он ведь у меня замечательный, ни разу в жизни не упрекнул в кончине мамы, называл чудом… - голос у Посредника дрогнул, но голубые глаза остались сухими, словно вымерзли за время разлуки с отцом. - Всегда оберегал, сам поведал о моём даре, да так, чтоб я не испугалась, не запаниковала, не почувствовала себя чудовищем.

Его не стало, когда мне было семь. Сезон первых весенних охот, обезумивший от боли медведь, продавший свою жизнь подороже, и невовремя уехавший целитель по срочному вызову. Вот такая нелепость, - она улыбнулась или попыталась это сделать, потому как губы совершенно не желали приподыматься, а вот искривиться в гримасе было им куда сподручней. – Потом в моей жизни появился дед. Но ненадолго. Он и раньше-то не баловал меня своими визитами, опечаленный такой неудобной внучкой, а после того, как я осиротела, и вовсе сбагрил в монастырь. Помню, напутствовал меня ещё, мол, за твоей спиной стоит смерть, нечего ей делать в миру.

Тогда мне казалось, что нет ничего страшнее вечно угрюмых, серых и убогих стен обители какой-то там святой. Но вскоре действительность показала мне, что живя по принципу "хуже уже не будет", обязательно в этом разуверишься. В десять у меня вспыхнул дар, и было бы странно, если с такой покровительницей, как Безликая, я не стала бы некроманткой. Этакого непотребства в своих молебных просторах настоятельница потерпеть не смогла, и деду вновь пришлось обо мне побеспокоиться.

В обычной среднестатистической школе для одаренных мне показали, как я ошибалась. Загнали в угол на заднем дворе и закидали камнями вперемешку с проклёнами. И знаешь, сейчас даже не могу с уверенностью сказать, что из этого было больнее. Физическая боль или же их злые, страшные и совершенно незаслуженные слова. В первый раз учителя и не подумали вступиться…

- В первый раз? - севшим голосом переспросила я. Не сумев задать вопрос вслух, о том были ли и другие случаи? Злость за подругу и так свела скулы, а десна заныли, ибо зубы я сцепила с непривычной для человека силой. Хотелось вернуться в прошлое и поджарить всех обидчиков Мари! Чтоб им к бесам в Окаянное Владычество попасть в качестве главного блюда!

Мариса отведя глаза, лишь коротко кивнула на незаданный вопрос. Без слов подтверждая - тот инцидент лишь "цветочное" начало. А расслышав мой шумный, нервный выдох, попыталась меня успокоить:

- Не переживай, я быстро научилась давать сдачи! Борьба за выживание - хороший стимул к развитию мыслительного процесса и смекалки. Так что благодаря всем этим трудностям у меня и вышло оказаться в рядах изобретательского факультета! - наигранно бодрый тон не сумел меня обмануть.

Однако прекрасно понимая, что ей нужна не жалость, а поддержка, я всё же смогла воспроизвести вымученную, но улыбку.

- Отец? - прикоснувшись к браслету на её правом запястье, скрывающему порезанную руку, тихо спросила я. Меня давно мучил сей вопрос. Нет, я совершенно точно знала, что к богине Тлена моя подруга взывала не ради спасения чей-то трусливой душонки. И подозревала о её родителе давно, но спросить напрямую решилась только сейчас.

Мариса инстинктивно спрятала руку за спину, горестно улыбнулась, и в её глазах застыли слезы...

- Не нужно рассказывать, - тут же пошла на попятную я, кляня своё ужасное любопытство на тролльем, великом и могучем.

- Кому, если не тебе? - голос Посредника дрогнул, и по щеке покатилась первая предательница, чтобы проложить дорогу для остальных, так долго не проливаемых товарок. - Да, когда я узнала о кончине отца, то впервые воспользовалась своим проклятьем. Я хотела... - всхлип и вымученное, - хотела обменять его жизнь на свою. Но эта... эта костлявая гадина лишь рассмеялась мне в лицо и даже репликой не удостоила! - слова были произнесены с такой душевной обидой и ненавистью, что я больше не могла находиться рядом и, сократив между нами дистанцию, с силой притянула подругу к себе.

Это стало последним ударом для осажденной крепости и, распахнув настежь ворота израненной души, Мариса зарыдала в голос, позволяя мне баюкать её и приговаривать, что она больше никогда не будет одна. Не знаю, как долго мы так просидели, продолжая раскачиваться в унисон. Я гладила Одиночку по голове и нашептывала всякие весёлые глупости, чтобы на месте пролитых горьких слёз больше не было болезненной пустоты. Никогда не интересовалась целительством человеческих душ, но сейчас, словно действовала по наитию, заполняя опустевшую рану, самыми добрыми совместными воспоминаниями.

- Ну-ну, хватит плакать, - утешительно приговаривала я едва разборчивым шепотом, - а хочешь, я отдам тебе ту ночнушку, которую сегодня присмотрела себе? - вдруг изрекла я сию гениальную мысль. Очень удачную, между прочим, ибо она таки даже Марису отвлекла от заливания моего платья слезами.

- За-за-зачем? - очень удивлённо и гнусаво, да ещё заикаясь, поинтересовалась она. А потом пару секунд подумав, уже более спокойным тоном, сама же выдвинула версию: - Рина очаровывать?

Не смогла сдержать нервный смешок.

- О, поверь, наш с тобой доблестный и благородный паладин тролльего происхождения, очарован давным-давно. И будь его воля, он бы изничтожил своего главного врага - всю твою одежду и любовался бы, так сказать, исключительно естественной красотой...

- Да ну тебя! - получила я несильный тычок в плечо от засмущавшейся подружки. Как можно было разглядеть смущение на и без того красном и зарёванном лице, неважно. Я знаю, что оно там есть и точка! - А зачем тогда? - всё же не смогла совладать с извечной проблемой влюбленной девушки - желанием знать о своём объекте воздыханий всё.

- О-о-о, - интригующая пауза мне удалась. Мари позабыла о своих печалях и внимала со всей своей возможной заинтересованностью. - Чтобы помучить, естественно! Подстроить сцену, где он тебя "совершенно случайно" застанет в эдаком шедевре мужской выдержки, проще простого. Ты, конечно, при этом изобразишь праведное возмущение и обзовёшь его как-нибудь мудрено, ну-у-у например - охальником или бесстыдником! И поверь, на следующий же день, сей упёртый увалень приползёт к тебе на коленях, прося прощения и умоляя стать его девушкой. Как тебе план по ускоренному дозреванию нашего троллика? - лукаво вопросила я, поведав ей свой коварный план.

На самом деле сию идею я собиралась воплотить этой же ночью с участием совершенно другого охальника - рыжего и бесстыжего, надеясь, что и сегодня он забредёт ко мне на огонёк. Только теперь я встречу его во всеоружии! Но ради подруги - сорочкой, как и идеей, я пожертвую не задумываясь. Хотя... Собственно, зачем жертвовать идеей? В том ворохе обновок, которые я сегодня заимела, наверняка найдётся ещё что-нибудь весьма разжижающее здравый мужской ум.

- Нет, Лиани, я не настолько смелая, как ты. Да и опасаюсь, что ситуация выйдет из-под контроля... - поймав мой непонимающий взгляд Одиночка пояснила: - А если он сразу начнёт каяться во всех грехах и попутно изничтожать мою одежду? Боюсь, его девушкой я стану слишком поспешно!

- И то верно, - не смогла не признать её доводов. Уж кем-кем, а тугодумом Эринир не был. Хваткий тролль вполне может воспользоваться ситуацией. - Ну, я могу где-нибудь спрятаться, для подстраховки! - не самая моя гениальная идея, мда...

- Угу, под кроватью! - скептический тон Мари дал понять, что она тоже не в восторге. - В нужный момент свечку зажжешь!

- У-у-у, да я смотрю, кто-то уже вполне пришёл в себя! - иронично. - Не многовато ли познаний в этой сфере у монашки, а? - говоря это, я знала, что она не обидится. Дружеские подначивания, куда без них?

 

******

В комнате слышалось размеренное, сонное тиканье настенных часов и мои нетерпеливые постукивания ноготков по подоконнику. Уже пробило два часа ночи, а огненноволосый пройдоха так и не появился!

Несмотря на слабые взывания моего здравого смысла и страха потерять контроль над ситуацией, я всё же решилась на свою авантюру. Сему поспособствовали: лёгкая, азартная дрожь, посещающая меня каждый раз, стоило только представить выражение его лица, и желание насладиться откровенным обожанием, таящимся в его взгляде. Именно поэтому я уже с час изображаю сцену "этот неловкий момент - два", и позу приняла оскорблённо-растерянно-соблазнительную и ночнушку, ту самую нацепила, и взгляд смущённый перед зеркалом отрепетировала... А он не пришёл! Нет, ну почему, когда я действительно в одном полотенце не знала, куда провалиться со стыда, он не прошёл мимо? Зато, когда специально приготовилась и, так сказать, вооружилась всем набором женского коварства, у него нашлись дела поинтересней! Мог бы, и заглянуть в праздничную ночь! Вчера-то был здесь, что сегодня, спрашивается, помешало? Гаденькая мыслишка подленько добавила: "Или кто?". Это стало последней каплей! Возмущённо фыркнув собственным думам, недовольно буркнула в пустоту комнаты:

- Для кого собственно стараюсь? Не явился, ему же хуже!

После спрыгнула с подоконника и протопала в ванную. Водные процедуры перед сном, ещё никто не отменял. А расстраиваться из-за всяких недооборотней с повадками самоуверенных нахалов я не собираюсь. Подумала-подумала и решила себе ещё и ванную наполнить. Вот сейчас полежу в тёплой, ароматной водичке и настроение вновь обретёт былую лёгкость! Ведь день сегодня был изумительным, и омрачать его глупыми, мнительными обидами, будет поистине по-детски неразумно.

Чуть не уснув в нежной, снимающей усталость водичке, с большим сожалением покинула её пристанище. И едва приоткрыв очи, практически на ощупь натянула не пригодившуюся сорочку (всё же праздничная ночь, заслуживает праздничного одеяния!), а поверх неё теплый халат, закутавшись в него наглухо.

До постели добиралась и вовсе - не открывая глаз, беспрестанно позевывая и бормоча:

- Кроватка, кроватка, где ты, моя хорошая...

И никак не ожидала в этот момент услышать за своей спиной разочаровано-обиженное:

- Ну вот, а я так рассчитывал на встречу с тем миленьким банным полотеничком, - печальный вздох, за время которого вся моя сонная нега испарилась к более сговорчивым девицам. Глазам больше не пришлось прилагать усилий, дабы открыться. Наоборот, развернувшись к нежданному уже визитёру, взирали они на него, ну очень испуганно, а, следовательно, и максимально расширились.

Демирин занял кресло-качалку в самом плохо освещённом углу комнаты и разглядеть его, если бы он того не захотел, у меня бы не вышло. Не дождавшись от меня каких-либо эмоций, кроме удивления, Рыжик грациозно поднялся со своего насеста (а вот кресло грациозностью не страдало, посему не постеснялось облегчённо проскрипеть, и пару раз радостно качнуться, почувствовав вновь обретённую свободу). И плавной, действующей практически гипнотически походкой - направился к замеревшей мне. Попутно вещая:

- Малыш, так не честно... Сначала та ужасная ночнушка, увиденная мной в лесу, лучшим применением которой, было бы пугалом на огороде подрабатывать. Поверь, у всей, желающей покормиться на халяву фауны, после её лицезрения и кусок в горло не полез! - надув обиженно нижнюю губу, потешался рыжий весельчак. Но гляделся он до того забавно, что мне пришлось приложить усилия, дабы не засмеяться. Однако строптивая улыбка, моих приказов не выполнила и прорвалась на и без того подрагивающие губы. - Теперь вот этот вот... халат, - продолжал сокрушаться пернатый комедиант: - Да за ним и пяток-то не разглядеть, я уже умолчу о чём-нибудь поинтересней! - заметив мой насмешливо-вопросительный взгляд, Мир решил немного сменить тему. Но обвинительную тираду не закончил: - Он даже сидит на тебе воинственно, словно стоит мне прикоснуться, в лучшем случае зарычит, а в худшем... - и замолчал, пытаясь придумать пример по ужасней.

Но видимо, фантазия его на близком расстоянии со мной сбоила. Ибо когда он оказался вплотную ко мне, то только и смог, что уже по-свойски обнять своими загребущими ручищами мою талию и тихо прошептать:

- Я скучал...

Против воли смущённо потупилась и заулыбалась ещё счастливее. Вот ведь! Нельзя давать повод думать, будто бы я таю в его объятьях. Неважно, что правда! Ему об этом знать совсем не обязательно, по крайней мере, пока. А посему:

- По мне или по полотенечку? – сказала насмешливо, пытаясь ненавязчиво вырваться из плена излишне деморализующих, горячих рук (хоть и не хочется, однако надо!). Но куда там, эти, уже в край обнаглевшие конечности, лишь сильней прижали к огненноволосому кошмару! А он, не теряя больше времени на слова, принялся и вовсе лишать меня последних зачатков разума - покрывая невесомыми поцелуями шею. Богиня Созидания, я и представить не могла, что столь лёгкая ласка способна вызвать столь бурную реакцию! Проснувшиеся мурашки, это ладно, это ещё полбеды! В конце концов, к ним я уже привыкла. Но вот что за странное поведение организма в целом? Почему-то бросило в жар, дыхание стало частым, комната перед глазами утратила чёткость, а вот близость Мира, наоборот стала восприниматься гораздо резче. Я уже умолчу, за более постыдные детали! И лишь на чистом упрямстве, продолжила возмущённо отчитывать любимого зазнайку: - Разве можно так подкрадываться, Мир?! Ты что хочешь меня заикой сделать?!

- Нет, я просто тебя хочу... - признание было произнесено жарким шепотом на моё ушко, которое тут же и поцелуям подверглось.

Разве можно с ним столь жестоко? А вдруг не выдержит и растает?

Конечно, я смутилась от столь откровенных слов, и конечно, они были мне дико приятны, ведь сама же мечтала стать для него желанной, красивой и сводящей с ума. Но... Но гораздо больше мне бы хотелось услышать от него совсем не это... Желанных у сего бабника и без меня было предостаточно! А пополнять табун, пусть даже и в качестве, так сказать, "главной" кобылы - мне претит. Поэтому силы на отпор всё же нашлись. Оттолкнув от себя обнаглевшего мага, нахмурив брови, отошла от него к окну и, глядя на усеянное яркими звёздными гирляндами небо, наставительно буркнула:

- Ты сначала женись, а потом и хоти себе на здоровье! - ещё и руки на груди скрестила в непреклонном жесте.

Я всего лишь пыталась опустить Феникса с небес на землю, показав, что со мной нужно считаться. Но никак не ожидала услышать довольный смешок, а после ошеломляющее заявление:

- Лиани, родная, поверь, когда я на тебе женюсь... А к слову, планирую я это сделать в ближайшем цветне. Так вот, потом "просто хотеть" я больше не стану, дальше нас ждёт исключительно практика... - мечтательный вздох и предвкушающее: - Много-много практики.

От такого заявления, глаза мои приобрели размер совиных! Уши, щёки и даже гордый носик вспыхнули огнём. А голос пропал напрочь. Иначе, почему я только и раскрывала ошарашено рот? Демирин же напротив, лучился победным довольством, будто уже сейчас представлял себе эту практику!

- Я... я... я не давала своего согласия! - Творец батюшка, неужели сей испуганный, робкий протест, действительно принадлежит мне?

В ответ получила ещё один снисходительный взгляд и... И меня поцеловали! Да так, что я сразу смекнула - весь мой предыдущий опыт был просто детским лепетом, по сравнению с сегодняшним пожаром, обрушившимся на мои губы! Демир больше не сдерживался, не боялся испугать или дать возможность привыкнуть к такому напору. Здесь и сейчас он был словно соткан из своей стихии, сам стал огнём, и поцелуи ему под стать - жадные, обжигающие и лишающие возможности дышать... И я горела в этом огне, не причиняющем боли и не несущем опасности, наоборот, он согревал, казалось бы, суть мою, наполняя дикой, практически первобытной силой. Не знаю, когда воинственный халат был побеждён и скинут... Я бы даже и не заметила сей детали, если бы не услышала протяжный стон и едва различимое: "Маленькая, ты садистка", прошепченное в районе моих ключиц. Мне бы встрепенуться и подумать о том, что единственный барьер, отделяющий Мира от необдуманных действий, благополучно преодолен... Но вместо этого, только победно улыбнулась и поглубже зарылась пальчиками в невероятные, и так давно желанные волосы!

В какой-то момент даже с удивлением осознала - меня совершенно не страшит близость с ним... Наоборот, безумно хотелось наплевать на все принципы и поддаться своему огненноволосому соблазну. Тем более что рыжиковские губы в конец потеряли совесть и сводили с ума своими прикосновениями, путешествующими по моему телу. Однако должна признать, что дорожки, которые они выбирали, были на редкость невинны для такой ситуации. Почему-то это... печалило. Хотелось более откровенных прикосновений и, честно говоря, одежды на Демире вдруг стало излишне много! 

Но мои попытки исправить сие досадное недоразумение (сама удивляюсь своей смелости!), завершились ещё одним мученическим стоном (не моим!) и прекращением невероятных поцелуев.

В комнате опять прозвучал разочарованный стон, на этот раз мой! Демирин тут же вновь меня обнял и, упершись нашими лбами, лихорадочно прошептал:

- Полагаю, ты только что озвучила свой ответ…

Каюсь, не сразу сообразила, о чём он говорит. Да что там! Я и в себя-то прийти смогла не сразу... Однако тему решила разумно сменить. Хитро ему улыбнувшись, вновь возвела гордый и непокорённый носик к потолку и решила задать свой вопрос (понятно, что предложение я это приму. Но, во-первых, он до сих пор не признался мне в любви, гад такой! А во-вторых, даже согласия нормально не спросил, хорошо хоть вообще уведомить догадался! Поэтому пусть немного побеспокоится...):

- Огненный первоцвет твоих рук дело? - пытаясь перестать дышать так, словно у меня сегодня тренировка с тролликом была, поинтересовалась я.

Феникс хмыкнул, прищурил явно о чём-то догадывающиеся зенки и проговорил:

- Лианель Фирсен, а вас не учили, что отвечать вопросом на вопрос - моветон в этикете? - насмешливо.

- Да-а-а? - протянула удивлённо. - Не, мы северяне - народ простой, этикетами-шметикетами не заморачивающийся. Не ту вы выбрали себе невесту, Демирин из рода Алых Фениксов, ох не ту, - а глазами добавила "я тоже умею играть в эти игры, Феникс!"

Рыжик лукаво улыбнулся и печально заключил:

- Что поделать? Сердцу ведь не прикажешь. Умом то я понимаю, что мой выбор далёк от идеала... - дальше он лишь посмеиваясь, стал уклоняться от разгневанной меня! Однако долго волю моему возмущению давать не стал, и вновь спеленав в свои объятья, прошептал обескураживающие: - О каком ты говоришь выборе, родная? Ты не оставила мне и шанса на него. Я давно и безнадежно пропал...

Вмиг перестав вырываться, я словно довольная кошка, ещё бы немного, и замурлыкала от удовольствия. Такой расклад приоритетов меня определенно устраивал! Чуть-чуть и я дожму его на три заветных слова... Но с другой стороны, куда мне спешить? На сегодня и этого признания вполне достаточно. Придя к мысленному согласию, решила поощрить огненноволосый соблазн, и сама потянулась за новыми поцелуями...

М-м-м, я определенно вхожу во вкус!

Однако противный Рыжик отчего-то очень быстро от меня отстранился, прошептав: "Я же не железный!" и поднял с пола халат. Накинув мне его на плечи, заметил:

- Сорочка, конечно, невероятная, но с халатом как-то понадежней будет! - после подхватил меня на руки и вновь уселся в раздосадовано заскрипевшее кресло.

Я тоже испытала чувство досады и тоже не сдержалась:

- Вообще-то, это мой тебе подарок! - получилось до обидного по-детски, но отступать было поздно. - А ты не ценишь!!! – И вспомнив об ещё одном животрепещущем вопросе, о котором я под натиском чар огненного прохвоста позабыла, обличительно поинтересовалась: - Кстати, как ты вообще ко мне попал? Ты же говорил, что к поместью портал проложить не сможешь, а на деле, даже с комнатой не ошибся! – прозвучало очень обличительно.

- Да? - удивлённо-лукаво. - Тогда немедленно снимай!

- Что? - опешила я. Ведь про первую часть фразы уже благополучно позабыла, ожидая ответа на заданный вопрос.

- Как что? - опять наигранно-изумлённо. - Подарок мой снимай, буду оценивать, - пояснил наглый, рыжий хитрец. - Ты же этого хочешь? А на счёт порталов… Считай, что ты мой маяк. Такую вредную особу, я отыщу без труда.

- Богиня Созидания, как же с тобой сложно, Мир! - возмутилась с нотками усталости. - Неужели не понятно, я хочу, чтобы ты ценил меня! Чтобы сказал, как я красива, невероятна, волшебна... И вообще, мне надоели постоянные недосказанности! То у тебя глаза горят, то тебя выбрасывает ко мне на безлюдную, ночную дорогу, то ты сам являешься, когда захочешь. И все твои объяснения сводятся лишь к самодовольным ухмылочкам и не менее наглым шуточкам!

- С тобой, думаешь, легче, Ли? - не дослушал Демир. – Считаешь, просто видеть свою мечту в таком соблазнительном наряде в непосредственной близости и ничего не делать? Маленькая, мне не пятнадцать лет, я и так прилагаю титанические усилия, дабы не сорваться...

В его словах был такой упрёк, что поневоле усовестилась и забыла о запальчивых обвинениях, на которые он так и не ответил. Ну да, идея получилась так себе... Мама была права, заявляя, что дразнить его не стоит.

- Мне, вообще-то, также уже не пятнадцать, - виновато и в тоже время обиженно, буркнула я. - И вообще, тебя никто и не заставляет сдерживаться! - сказала и только потом поняла, что ляпнула... Это же он сейчас подумает, словно я сама напрашиваюсь...

- Угу, не пятнадцать. Поверь, уж я-то это знаю! Но, видишь ли, Лиани, думается мне, если я буду излишне настойчив в своих желаниях, ты можешь запаниковать. Начать жалеть о случившемся, придумывать себе беспочвенные страхи, мол, я тобой воспользовался и ещё кучу всего, что мне и в голову не может придти. Однако в твоей, я уверен, родится преспокойно. Ты у меня девочка талантливая, с фантазией, так сказать... Посему торопить события чревато, - пояснительный тон сменился мурлыкающим, и мне прошептали на ушко: - По крайней мере, пока ты не будешь абсолютно уверена в моей искренности, - и обжигающе горячая ладонь ложится мне на живот, чем совершенно, вот просто полностью, лишает возможности сказать хоть что-нибудь! – Кстати, отвечу на другой твой вопрос: да, первоцвет это мой тебе подарок. Вот только, малыш, удовлетвори теперь моё любопытство, а что были сомнения, чьих это рук дело? Так сказать, есть варианты?

Грозовые нотки, проскользнувшие в последних вопросах, мне одновременно и польстили, и испугали. Но я решила побыть для разнообразия покладистой, поэтому честно созналась:

- Нет, конечно, какие сомнения? Просто тему хотела сменить.

Демирин расположил свой подбородок на моей макушке и стал раскачиваться на недовольной сим фактом качалке.

- Тебе хоть понравилось? - взяв обе мои ладошки в одну свою, накрыл их второй и теперь медленно водил по ним большим пальцем. Ласка завораживала, а качание кресла и вовсе нагоняло умиротворение и сонливость.

Зевнув, ответила:

- Это просто невероятно, Мир. Ты сам сделал или...

- Сам, - спокойный, короткий ответ.

- Спасибо, - сонная, но довольная улыбка стала подтверждением моей благодарности. - Я и представить себе не могла, что ты искусник.

- У меня масса скрытых талантов, сонная моя, - не вижу, но точно знаю, что на его губах сейчас блуждает умиротворенная улыбка. Тем временем поглаживание моих ладоней доросло до локтей, и я вообще решила больше не подавать голос, блаженствуя и не рискуя спугнуть этот волшебный момент - нежности и единения. - Кстати, пока ты окончательно не пригрелась и не задремала, извещаю, что по истечении каникул, то есть через три дня... Я собираюсь прибыть в твой дом с официальным визитом, так сказать, для знакомства с будущими родственниками.

Не задремала? Да после такого заявления я проснулась в тот же миг! И вряд ли теперь вообще усну до окончания этих самых каникул! Да меня даже перспектива ещё раз встретиться с адрогинами не пугала так сильно, как его последние слова!

- Зачем это? - выдавила из себя ещё одно подобие "негодования".

- Ну, зачем-зачем? У нас не так много времени с организацией свадьбы. До цветня всего-то три с половиной месяца. Так что я думаю, сейчас самое то... - его деловитый, спокойный тон, вгонял меня в панику!

До этого заявления, я ещё тешила себя надеждой, что его высочество - комедиант разыгрывает свою очередную шутку. Но теперь всерьёз стала в этом сомневаться. А следующие его слова меня и вовсе ужаснули! 

- А через недельку и моих родичей посетить можно будет. Мама у меня обрадуется безмерно! Только не удивляйся, если она этого не выкажет... Ей просто нужно будет время на осознание своего счастья, - затем задумчиво-подсчитывающее: - Как раз где-то до свадьбы, времени должно хватить. Да, думаю, так... Однако, даже если она и не успеет проявить всю степень своего восторга, к первому внуку обязательно это наверстает! С отцом, конечно, сложнее, но... Ты, главное, бойкость свою случайно дома не оставь, и, думаю, вы найдете общий язык...

- Какой же? – позволила себе усомниться и предположить более реальный вариант: - Громкий, скандальный и нецензурный?

- Это уже детали, воинственная моя.

Мне бы и сейчас бойкость не помешала! Но, видимо, она тоже прибывала в обалдении от напора пернатого говоруна. Потому как я и сама не могу понять, почему до сих пор не возмущаюсь творящимся произволом?!

 Демирина, по-видимому, тоже заинтересовал сей факт:

- Лиани, что-то ты излишне покладисто воспринимаешь такие известия. Я, конечно, безмерно рад не слышать протестов, но уж больно это на тебя не похоже... - ожидание отповеди, прямо ощущалось в его вдруг ставшем напряженным теле.

А я решила воспользоваться озадаченностью оппонента. Люблю, знаете ли, удивлять людей. Не всё же ему меня шокировать! Поэтому лишь беспечно пожала плечами и с деланной ленцой, заметила:

- Хорошо, огненный мой, как скажешь, - и улыбнулась победно, почувствовав, как степень недоверия Демира после моих слов возросла в несколько раз!

- Хм, - очень глубокомысленный ответ! - Ты же понимаешь, что я сейчас не шучу, да, маленькая моя?

А у меня стало создаваться ощущение, что рыжий интриган блефует! Специально затеял балаган со скорой свадьбой, дабы услышать моё ярое несогласие! А ведь как удобно... Он будто бы со всеми серьёзными намерениями ко мне, а я, неблагодарная не оценила! Ну что ж, Рыжик, я тебе не доставлю сей радости. Сказал, что женишься, значит, так тому и быть. Всё равно я рано или поздно заставила бы тебя это сделать. Выпускать столь полюбившуюся огненную птичку из своих женских сетей, не имею не малейшего желания. Поэтому побуду умничкой и от предложения отказываться не стану!

- Да и я вполне серьёзна, здоровенький мой, - жаль елейность тона скрыть полностью не удалось. То и дело злорадные нотки, нет-нет, да и просачивались в мои слова.

Но, тем не менее, Демир не стал паниковать, а вполне себе удовлетворённо вздохнул, сжал меня в своих объятьях ещё сильнее и довольно заключил:

- Вот и замечательно.

Нахмурила брови, не совсем понимая, где просчиталась... Неужели Феникс сейчас действительно не шутит? Тогда получается, он снова меня провёл? Богиня Созидания, да понять этого невозможного парня даже тебе не под силу! Однако набивать себе сомнениями голову не стала (в конце концов, она не плюшевая!). Ведь люблю его? Люблю! А то, что он мне до сих пор в том же не сознался, ничего! Значит, есть к чему стремиться!

Я все же задремала в столь надежных объятьях и даже не заметила, когда Мир ушёл...

Около 3 лет
на рынке
Эксклюзивные
предложения
Только интересные
книги
Скидки и подарки
постоянным покупателям