0
Корзина пуста
Войти | Регистрация

Добро пожаловать на Книгоман!

Или войдите через:


Новый покупатель?
Зарегистрироваться
Главная » 1. Увезу я ведьму в тундру... (эл. книга) » Отрывок из книги «Увезу я ведьму в тундру...»

Отрывок из книги «Увезу я ведьму в тундру...»

Исключительными правами на произведение «Мир ведьмы Иветты. Увезу я ведьму в тундру... (#1)» обладает автор — Сокол Таль Copyright © Сокол Таль

Глава 1

 

  

Экстрим и колдовство настоящей любви не помеха!

 

Поезд уносил девушку всё ближе и ближе к заветной цели. Накануне приезда на небольшой полустанок на Кольском полуострове, у которого и названия-то никакого не было, Иветта видела странный сон. В нём причудливо  переплелись безмолвная просьба о помощи и предупреждение об опасности. Кто пробрался в её разум, пока она, убаюканная перестуком колёс поезда, задремала, так и осталось непонятно. Слов не было, только ощущение того, что надо спешить. Так как безжалостное время утекает, точно вода в жаркий песок пустыни.

 

За окном уже весело пробегали сопки, одетые в тёмно-зелёный убор из сочной листвы. Кое-где шелестели на ветру карликовые деревья. Тундра затронула какую-то потаённую струну в душе ведьмы. Ветка, прикрыв глаза, направила свой дар в удивительное путешествие. Она тысячу раз успела пожалеть, что никогда не бывала в этих местах раньше.

 

Сероглазый Виктор с неизменной гитарой за спиной, которая всегда путешествовала с ним ещё со школьных времён, встретил Иветту на неприметной платформе. Дитя научно-технического прогресса смотрелось на фоне дикого пейзажа также неуместно, как жираф на северном полюсе. Говорить он ничего девушке не стал, а только осторожно притянул к себе и уткнулся носом в рыжевато-каштановые пряди.

 

Ведьмочка сразу  же поняла, что молодой человек очень соскучился и просто так уже никогда и никуда её не отпустит. Впрочем, она совсем не возражала против подобного поворота событий. Иногда прижаться щекой к надёжному плечу было не так уж и плохо. Слов им не надо было совсем: они понимали друг друга и так. 

 

От маленькой станции, название которой Ветка даже не запомнила, пришлось целый час трястись в небольшом «Уазике». Правда, все неудобства окупились с лихвой. Да и Виктор, как мог, скрасил неприятную дорогу рассказами о нюансах местной жизни, и что они уже обнаружили на раскопе.

 

– Мне сегодня странный сон приснился, словно мы очень скоро найдём что-то очень важное. Только вот попасть в руки к людям оно не должно, – выдохнула ведьмочка, когда их никто не мог услышать.

 

– Значит, надо будет следовать за твоими видениями и обнаружить то, что может нести серьёзную опасность. Сделать это придётся до того, как артефакт обнаружат ничего не подозревающие об этом археологи. Есть хоть какие-то подсказки по поводу природы находки?

 

– Пока нет. Может быть, если мы немного побродим по окрестностям вокруг раскопа, что-то и прояснится. Надеюсь, что мой дар найдёт хоть какую-то зацепку.

 

Было видно, что девушка злится на себя за то, что никак не может ухватить решение проблемы за куцый хвост. Ведь она слишком хорошо знала, какие страшные события могут вызвать подобные посланники давно ушедшего прошлого. Особенно в руках тех, кто ни сном, ни духом об их особых возможностях.

 

Парочка, прихватив с собой фотоаппарат и альбом для зарисовок, отправилась побродить по окрестностям. Ведьмочка впервые так долго путешествовала на поезде, поэтому ей до полусмерти хотелось, как следует, размять ноги. собых возможностях. . и

 

– Уверен, что тебе здесь тоже очень понравится. Только осторожно. Внимательно смотри, куда идёшь. Местность тут слишком холмистая, чтобы ходить без проблем. Тебе придётся приноровиться к местному рельефу.

 

Иветта только сейчас заметила, что даже походка у Виктора изменилась. Он ставил ногу чуть под углом, учитывая малейшее изменение поверхности дороги, и никуда не торопился.

 

Взгляд студентки неожиданно зацепило небольшое растение, щедро усыпанное малиновыми цветами. Почему-то дар проснулся и заворочался в её душе. Она ласково погладила яркие лепестки, мысленно попросив защиты. Вслух же с любопытством, горящим в светло-карих глазах, спросила:

 

– Что это за цветы?

 

– Княженика. Ты ведь ничего подобного ещё ни разу в жизни не видела, ведьма? – вывалившийся из зарослей полярной ивы кряжистый ширококостный мужчина девушке сразу не понравился.

 

– А с чего вы взяли, что колдунья? – во взгляде Ветки проскользнуло лёгкое недоумение. – Вы так всех гостей встречаете? Я – культуролог. Приехала поработать во время летних каникул в археологической экспедиции на раскопках. Только и всего!

 

– Рыбак рыбака видит издалека! Будьте осторожны, эта земля под завязку нашпигована древними легендами. Далеко не все из них безопасны. К тому же, тундра не любит чужаков и убивает тех, кто слаб духом или подл!

 

Злорадство в чёрных, как полночь, бусинках глаз девушке совсем не понравилось. Ведьмино чутьё говорило, что незнакомец совсем не тот, за кого пытается себя выдать.

 

– Спасибо, что предупредили. Мы будем начеку.

 

Иветта сфотографировала растение и, бросив вопросительный взгляд на спутника, присела на кочку. Потом она принялась быстро зарисовывать кустик княженики, время от времени прикасаясь к малиновым лепесткам.

 

Мужчина с копной всклокоченных чёрных волос ушёл так же неожиданно, как и свалился на головы парочки. Подчиняясь внутреннему порыву, девушка ласково провела подушечками пальцев по листикам. Тут на её ладонь упали два кулона на серебряных цепочках, похожих на яркие соцветия. Пожав плечами, ведьма надела один на шею себе, а второй отдала Виктору.

 

Парень давно привык, что окружающий мир слишком часто поворачивается к ним обоим своей потаённой стороной. Поэтому лишь молча сделал, о чём молили светло-карие глаза. Ласково обняв спутницу за плечи, прошептал:

 

– Странный человек. Хотя вот человек ли он, сильно сомневаюсь. У меня нет никакого дара. Чутьё же в здешних краях обостряется настолько, что грядущие неприятности начинаешь предчувствовать, минимум, за пару недель. Надеюсь, что мы,  всё же, сумеем их избежать.

 

Иветта не один раз пожалела, что впервые с начала лета оказалась без помощи фурий. Та же Мегера застращала бы незнакомца так, что тот счёл бы за благо всё рассказать начистоту. Не стал бы ничего утаивать. Ведьмино чутьё голосило об опасности. Только, увы, оно не дало ни единой подсказки об её природе.

 

Тут девушка непроизвольно вздрогнула, когда на поясе джинсов истошно заверещал мобильный телефон. Бросив на Виктора весьма озадаченный взгляд, торопливо ответила. Из динамика раздался зычный голос Петра Даровича:

 

– Доброе утро, Иветта. Надеюсь, Виктор с вами?

 

– Здравствуйте, Пётр Дарович. Да, он показывает мне окрестности. Спасибо, что подписали разрешение на моё участие в археологических раскопках.

 

– Не за что, Местина. Немедленно возвращайтесь обратно! Местные жители доложили, что в окрестностях бродит медведь! Дикий зверь нападает не только на одиноких путников, но и парочки. Летальных исходов пока не было, но может запросто дойти и до них. От безнаказанности животное изо дня в день ощутимо наглеет. При этом так умело обходит капканы и ловушки, что охотники были вынуждены обратиться для его поимки в посёлок Ловозеро. Создаётся впечатление, что матёрый самец обладает сравнимыми с человеческими способностями к принятию решений. Собаки, как только почуют его, сразу же забиваются, кто куда. Они наотрез отказываются выходить на открытую местность.

 

– Хорошо, Пётр Дарович. Мы ещё не успели уйти далеко. Минут через десять будем в лагере археологов, – отключившись, с явным сожалением в голосе, сказала спутнику. – Виктор, нам надо возвращаться. Объясню всё чуть позже. Странные дела тут творятся. Причём явно неспроста. Поэтому, давай, не будем ссориться с ректором. Нам ещё три года под его началом до диплома учиться.

 

Сероглазый парень неопределённо передёрнул плечами, и парочка быстро заспешила по дороге в сторону видимых невдалеке деревянных строений. Именно их местные власти выделили для учёных и их помощников.

 

Ветка услышала треск в кустах малины, росших на пологом склоне кочки, мимо которой они сейчас проходили. Ведьмочка торопливо закопалась в сумке, отыскивая мешочек с порошком. Состав мог отпугнуть любого противника. Человека или зверя, ему было совсем не важно. Прибавив ходу, молодые люди заспешили в сторону полевого летнего лагеря. Вслед им донеслось весьма недовольное рычание. Потом лесной исполин насмешливо фыркнул и бросился догонять беглецов.

 

Девушка выдернула руку из ладоней спутника и повернулась к преследователю лицом. Зачерпнув в мешочке горсть синевато-чёрного порошка, она быстро зашептала наговор и попросила о помощи трёх фурий и Геката. Именно так ей настоятельно рекомендовали поступать всегда, когда ситуация накалится чересчур сильно.

 

Внезапный порыв ветра унёс засиявшее призрачным лунным светом облачко. Осколок серого камня у самого носка сапога стал излучать приятное тепло. Решив, что поломает голову над этой загадкой в более безопасном месте, Иветта подхватила странный предмет. Он точно недоверчиво наблюдал за чужаками. Студентка торопливо запихнула его в карман ветровки и потянула за собой Виктора, шепнув:

 

– Не нравится мне этот зверь. Что-то в нём очень неправильное присутствует. Как и в осколке булыжника. Знать бы ещё, с чем мы столкнулись. Правда, сейчас главное – добраться до лагеря, не попав медведю в лапы.

 

Раздался обиженный рёв. Потом треск в зарослях карликовых берёз и ив дал беглецам понять, что страшный гость предпочёл прекратить преследование и по-тихому слинять. Видимо, отправился искать для поимки более безобидных жертв.

 

– Я вас предупреждал, как и ваше начальство! Злые духи бродят по окрестностям! К чужакам они ещё злее, чем к местным! Хотя, старики и поговаривают, что пора переносить стойбище подальше из этих богами проклятых мест, но ничего не меняется!

 

Ведьмочке черноглазый незнакомец нравился даже меньше, чем сбежавший зверь. Поэтому она взглядом попросила Виктора промолчать и потянула за собой, даже не сбавляя скорость.

 

Мужчина что-то крикнул им вслед на родном языке, но с удивлением понял, что проклятие вернулось к нему ещё и усиленным. «Вот ведь незадача, от этой заразы и её приятеля надо как можно скорее избавиться. Девка, и правда, ведьма, как мне и почудилось. Я –  всего лишь колдун. Мне доступна лишь сила амулетов, напоённых чужой болью и силой. С этой чужачкой сам, точно, не справлюсь, кишка тонка. Вот ведь принесла нелёгкая! С виду совсем девчонка, а справилась с моими хитростями, даже не замедляя бега! Как от малой мошки отмахнулась! Придётся просить помощи у хозяина! Я даже не знаю, что ему понадобилось там, где особо древних вещей так и не нашли. Точно знаю, что сильные нойды в этих местах никогда не жили. Так что же ему тут понадобилось?»

 

Ветка кулём осела на землю. Она бежала во весь опор до тех пор, пока парочка не оказалась у самых ворот ограды из плотного частокола из оцинкованных металлических столбов. За ней и раскинулся летний посёлок, отданный под лагерь археологов. Чем больше колдунья раздумывала над странным поворотом событий, тем меньше всё происходящее начинало ей нравиться. Девушка уже знала, что снова вляпалась по самые уши в такие неприятности, справиться с которыми будет совсем не просто. Только вот, если раньше она была одна, то теперь нужно было придумать, как защитить других людей. Честь ведьмы требовала уберечь от лиха тех, с кем предстоит работать до конца лета.

 

Иветта вскоре совсем помрачнела, что не укрылось от взгляда седенького старичка с карими глазами. Местный житель явно был чем-то не на шутку встревожен:

 

– Пётр, сын Дара, а почему ты не сказал, что оказался столь прозорливым, что, словно в ответ на наши молитвы, прихватил на раскопки настоящую ведьму? Девица, хоть и молодая ещё совсем, но очень могучая! Теперь всё не так страшно, как могло бы быть!

 

Ветка задумчиво посмотрела на незнакомого гостя начальника экспедиции и недовольно проворчала:

 

– Пётр Дарович, а почему меня тут все кому не лень обзывают? Я что-то не так делаю?

 

– Не знаю, Местина, но у тебя во взгляде, и правда, есть что-то колдовское.

 

Девушка насмешливо фыркнула и лукаво покосилась на Виктора. Парень улыбнулся в ответ, ласково обнял Иветту за плечи и усадил рядом на чисто выскобленную дубовую скамью. Выудив из кармана осколок зеленовато-коричневого камня, на поверхности которого ещё можно было разобрать незнакомые полустёртые символы, принялась с интересом изучать свою находку. Ничего подобного ей ещё видеть не приходилось ни разу в жизни.

 

Странный контур, похожий на человека, держащего в руках едва угадываемый бубен. Рядом с ним расположился другой, явно с чем-то, сильно напоминающим меч, в руках.

 

– Это обломок сейда – древнего алтаря. Священный камень долго хранил наше селение от бед и злых духов. Год назад кто-то разбил его и украл осколки. Видимо, это последний, который враги не нашли. Наш нойд пытался им помешать, но погиб. Он столкнулся с чем-то, что оказалось не по силам даже ему. С тех пор и начали твориться в округе странные дела. Словно кто-то ищет кусочек, где и схоронился дух. Она долгие века защищала эту землю. Вот это, наш верховный бог – Каврай. Он покровительствует шаманам и заклинателям. Это его брат, воитель Рухтнас. Раз он попал тебе в руки, будь осторожна, ведьма. За ограду одна не ходи, иначе пропадёшь. Лучше будет, если, когда будешь уезжать отсюда, заберёшь его с собой. Следи за своими снами и рассказывай всё, ничего не утаивая. Кто знает, что задумали те, кто затаил злобу против всех нас?

 

Девушка совсем приуныла, поймав на себе строгий взгляд ректора. Она уже поняла, что о прогулках вдвоём на ближайшее время им лучше позабыть. Зазря расстраиваться Иветта не любила. По глазам Виктора поняла, что и он сильно недоволен неожиданным поворотам событий. Впрочем, странный камень слишком сильно раззадорил её воображение. Вырвав лист из блокнота, с помощью карандаша попыталась перевести довольно сложный рисунок на бумагу в надежде, что её колдовской дар сможет подсказать, как лучше поступить.

 

– Мне бы книги по мифологии саамов Терского берега, со сказками, легендами и поверьями. Может быть, смогу хоть что-то полезное раскопать, не покидая лагеря. Раз уж вы мне не советуете и носа высовывать за ворота, лучше занять себя чем-то полезным.

 

Старейшина лишь лукаво улыбнулся. Иветта сразу же поняла, что с этой проблемой ей придётся разбираться самостоятельно. Хотя все книги, какие были, незнакомая девушка принесла сразу же и стопкой положила на чисто выскобленный стол. Местные деревянной мебелью не пользовались. Ведь такую роскошь привозили только с большой земли. Да и кочевой образ жизни не предполагал подобной обузы.

 

Ветка долго шелестела потемневшими от времени страницами, пока не нашла раздел о сейдах. С удивлением она узнала, что важен дух, живущий в нём, а не камень или коряга. Упавшая на пол ещё одна книга раскрылась, и ведьмочка с удивлением увидела упоминание о медведях-оборотнях. Прочитав всё до последней строчки, узнала и о равках – местных вурдалаках. Холодок от неприятного предчувствия пробежал по спине, точно порыв стылого зимнего ветра. Перед глазами тут же встало видение: странный чужак, пытавшийся напугать их с Виктором. Потом показался и не в меру обнаглевший медведь.  Для того чтобы отогнать странного зверя, понадобились ведьмины уловки.

 

Иветта уже поняла, что угодила в очередной переплёт. Судьба снова решила попробовать на зуб бедовую колдунью. Только вот, на этот раз, небожители не поспешат ей на помощь. Бедолаги угодили по воле фей в такую передрягу, что им можно было лишь посочувствовать. На то, чтобы выйти с честью из испытания, уходили все их силы. Ещё рядом был Виктор и другие люди, которые нуждались в защите от того, чего и понять-то толком не могли.

 

Она и не заметила, как наступила ночь. Виктор ушёл к себе, пожелав девушке спокойной ночи. В связи с безобразничающим в округе медведем мужчины вместе с местными охотниками в тёмное время суток по очереди дежурили на специально обустроенных смотровых вышках.

 

По металлической стене точно заскребли когти, что сразу же отвлекло внимание ведьмочки. Ветка тут же придвинула к себе поближе сумку с колдовскими снадобьями и распустила ремешки. Дар всегда загодя предупреждал, когда неприятности готовы постучаться в окошко к одной кареглазой чародейке. Поставив поближе кочергу, Ветка сжала в руках амулет, подаренный Тизифоной. Как смогла, приготовилась к встрече незваного гостя. Девушка надеялась, что это будет что-то, с чем сможет справиться своими силами.

 

Лето выдалось жаркое даже в этих краях, поэтому закрывать окна ведьмочка не стала. Теперь же уже было поздно что-либо предпринимать. Иветта деловито припоминала всё о методах защиты от живых и неживых нежданных визитёров. Мимолётно сожалея лишь о том, что Аор и Фаор навсегда лишились быстроты и силы, присущих ламиям. Чутьё ворчало, что сейчас бы ей такого рода помощь пришлась весьма кстати.

 

Положив перед собой полотняный мешочек с порошком «Покров Гекаты», Ветка сделала вид, что совсем ничего не замечает. Она никак не могла взять в толк, почему у неё возникло непреодолимое желание ещё раз перечитать статью про местную опасную разновидность нежити. О тех самых равках, которые частенько тревожили не только саамов, но и людей, которые поселились тут позже. Да и тех, кто и вовсе просто приехал в служебную командировку, как небольшой коллектив их археологической экспедиции.

 

Спрятав осколок сейда в мешок с порошком сушёной травы, прекрасно отводящей глаза любому, Ветка с удивлением обнаружила, что прямо-таки сгорает от любопытства. Было безумно интересно узнать, с каким из осколков туманного прошлого здешних краёв ей предстоит столкнуться нос к носу. Здравый смысл тут же ворчливо поумерил исследовательский пыл своей неугомонной хозяйки: «Нашла чему радоваться! Это, конечно, не медведь-оборотень! Вряд ли незваный гость лезет по стене, стуча когтями, с добрыми намерениями. Соберись! Возможно, тебе и удастся справиться в одиночку».

 

Чужак был уже совсем близко. Ведьмочка услышала тяжёлое сопение и невнятное бормотание. Видимо, подъём оказался не настолько лёгким, как надеялся незнакомец.

 

В оконном проёме показалась любопытная морда. На этот раз это было всего лишь дикое животное с тёмно-коричневым мехом и умными карими бусинками глаз. Впрочем, оружие в передних лапах и внушительные клыки заставили девушку сомкнуть пальцы на кочерге и поудобнее её перехватить:

 

– Уходи, тебе нет места в человеческом жилье! Возвращайся в тундру!

 

Вот к чему девушка была совершенно не готова, так это услышать голос незнакомца. Именно его они с Виктором повстречали в день её приезда сюда.

 

«Отдай осколок с сейдом, ведьма! Иначе пожалеешь, что вообще на свет родилась! Отдай моему слуге камень и проваливай туда, откуда тебя злые ветры принесли, чужачка! Можешь даже забрать своих людей, колдунья»!

 

«Что такого важного может быть в осколке камня, что ты, не таясь, творишь, что пожелаешь»?

 

«Просто мне не хватает именно его, чтобы собрать воедино расколотый грозой сейд. Ему поклонялись многие поколения моих предков»!

 

«Знаешь, никакой ты – не колдун, а просто наглец! Этот дух нужен просто для того, чтобы развязать тебе руки и обворовывать местных жителей! У бедолаг сейчас нет своего нойда, чтобы защитить их от твоих козней»!

 

«Глупая девчонка, тебе, что, жить надоело? Этот зверь легко справится с тобой, оставив истекать на полу кровью с разорванным горлом»!

 

«Твоя самонадеянность говорит лишь о том, что ты беспросветно глуп»! – выпущенное на волю заклятье «Покровы Гекаты» вместе с травяным порошком привело к ожидаемому результату.

 

Животное сначала застыло точно каменная статуя. Лишь маленькие карие глазки с проблесками разума зло посматривали на свою мучительницу. Лишь через несколько мгновений выронило каменный нож и рухнуло вниз, не издав ни звука.

 

Девушка сжимала в одной руке кочергу, в другой – небольшой кинжал с самозатачивающейся кромкой, который ей подарили Марс и Беллона. Богиня неистовой битвы всегда славилась прозорливостью. За этот своевременный дар с ручкой из слоновой кости девушка была безмерно ей благодарна.

 

Странная зверюга уцепилась когтями за дерево, которым был обшит первый этаж. Ветка только сейчас поняла, почему жилыми были этажи, начиная со второго. Это была суровая необходимость: слишком уж жестоки были здешние края к людям. Ведьмино чутьё снова заворочалось, точно беспокойная кошка, пытаясь предупредить об опасности. Иветта только сейчас заметила крошечный медальон из оленьего рога со странными значками на поверхности. Кожаный шнурок она сразу и не разглядела в густой шерсти.

 

Перегнувшись через подоконник, ведьмочка пустила вперёд всю силу своего Таланта, чтобы заполучить украшение с большим подвохом. Трогать амулет руками могло быть чревато. Поэтому она просто перерезала полоску оленьей кожи. Кончиком лезвия осторожно подцепила петельку для шнурка или цепочки и завернула опасную добычу в тряпицу.

 

Ужаснувшись, что до земли было гораздо ближе, чем хотелось бы, задумалась. Нужно было обеспечить не только собственную безопасность. В свете новых фактов ситуация выглядела совсем уж неприглядно. Девушка даже помрачнела. Оставалось, как следует, расспросить старейшину обо всём, что творится в здешних окрестностях. Потом постараться придумать, как уберечь всех от большой беды.

 

Странный разум, просматривающийся в бусинках глаз, исчез без следа. Росомаха чихнула. Запах дыма и человеческого жилья ей явно не понравился. Решив, что странная двуногая с тяжёлой железякой – слишком опасная добыча, зверюга предпочла ретироваться. Незваная гостья, неловко пятясь, попыталась спуститься по бревенчатой стене. Увы, не удержалась и с громким треском рухнула в кусты полярной ивы, росшей под самыми окнами.

 

Иветта сразу поняла, что гибкие ветви достаточно смягчили падение. Хищник ещё мог натворить страшных дел в округе. Особенно, если был ранен. Впрочем, росомаха сейчас была занята слишком важным делом, чтобы отвлекаться на что-то ещё. На шум сбежались спущенные на ночь собаки и часть дежуривших людей. Впрочем, несчастному животному удалось ускользнуть тем же путём, которым оно и пробралось в летний лагерь археологов.

 

– Как мы такой пролом в частоколе умудрились не заметить?! Ума не приложу! – Пётр Дарович впервые в жизни столкнулся с чем-то, чего не смог объяснить с помощью привычной логики.

 

– Колдовство, – неопределённо передёрнул плечами старейшина и тут увидел, что Иветта направляется прямо к нему, а в пальцах зажата тряпица, в которой явно что-то лежит.

 

– Могу я с вами переговорить без свидетелей? Просто не знаю, что это вообще может быть. Этот кулон был на росомахе, которая так неожиданно нас покинула.

 

Старик внимательно рассмотрел каменную безделку, оправленную в полированный олений рог, и проворчал:

 

– Плохо дело. Тот нойд, что нашего сгубил, возможно, уже к тому времени был мертвецом. Дух, живущий в старом сейде, многим колдунам не давал слишком много воли. Так что, ходите с оглядкой, а ночью чужаков в доме не оставляйте на постой! Как бы беды какой не вышло. Спроси у той, что всегда берегла эти земли, как избавиться от опасного амулета или у своих покровителей помощи попроси.

 

Иветте ответ убелённого сединами саама совсем не понравился. Как и переплёт в который она, так некстати, угодила с головой. Встревоженный Виктор лишь заглянул в светло-карие омуты глаз и молча обнял подругу за плечи. Он прекрасно понимал, что излишнее любопытство сейчас никому из них на пользу не пойдёт. Ведьмочка утянула парня за отдельный столик в общей столовой и сплела заклятье, чтобы никто и ничто не смогло их подслушать.

 

– Плохо дело. Старейшина говорит, что тут без сильного колдуна не обошлось. К тому же, раз он такие амулеты на зверей вешает, то, скорее всего, уже мёртв. Нам ещё только местного аналога вурдалака для полного счастья не хватало! На ночь придётся собак спускать во двор без привязи. А что ещё можно сделать я не знаю. Дали пачку легенд и сказок и велели самой разбираться. Вот как только они прознали, что я, и правда, ведьма?

 

– Чутьё, видимо, сильно развито на сверхъестественные силы. Как и всё, что с ними может быть связано. Ты бы спросила у духа из осколка. Того, который в день приезда тебе в руки попал. Не может это быть обычной случайностью, хоть тресни!

 

Ветка решила, от греха подальше, рассмотреть более пристально странную находку в собственной комнате. Вместе с Виктором они тихонько пробрались в выделенное новой сотруднице жилище. При этом в серых глазах парня было столько беспокойства за неё, что даже хвалёное ведьмино ехидство не нашлось к чему придраться. Привычно язвить Иветта в этот раз не стала.

 

Девушка выудила из кармана небольшой осколок камня и положила на него тонкие пальцы, пытаясь с помощью колдовского дара достучаться до духа. Он ведь знал гораздо больше о той чертовщине, что начала тут твориться примерно полгода назад. Оставалось лишь выудить его из последнего приюта и заслужить доверие древнего хранителя здешних мест. Хотя, вряд ли нойд склонен доверять людям. Особенно чужакам. По вине неизвестного колдуна бедолага попал в весьма неловкое положение.

 

Иветта перепробовала все заклятья, снадобья и ритуалы, которые только пришли ей в голову. Увы, живущее в камне создание категорически отказывалось идти на контакт. Спрятав осколок камня в тумбочку, девушка сплела тугую сеть из защитных и отводящих взгляд заклятий. Обложила самыми сильными, из прихваченных в дорогу, амулетами. Подумав пару мгновений, добавила к защитным барьерам силу всех знаний, которыми поделились с ней Нокс, фурии и Гекат. Только после этого Ветка устало опустилась на диван рядом с Виктором, расстроенно пробормотав:

 

– Я не смогла до неё дотянуться. Это явно женщина. Только вот она не пожелала прислушаться к моим доводам. Может быть, просто не поняла. Боюсь, что придётся изрядно поломать голову, чтобы сейда снизошла до ответа.

 

Молодой человек с удивлением понял, что Ветка провалилась в сон, едва только последнее слово сорвалось с её губ. Осунувшееся и побледневшее лицо ясно говорило, насколько сильно молодая ведьма вымотана и растеряна.

 

Сокурсник неугомонной девицы, постаравшись не разбудить подругу, сдёрнул с кресла собственную куртку и накрыл сладко посапывающую девушку. Уткнувшись носом в благоухающие летней тундрой волосы, он не заметил, как и сам задремал. На их счастье, в эту ночь незваные гости лагерь археологов так и не навестили. Впрочем, как все подспудно понимали, расслабляться ещё было слишком рано.

 

Ведьмочка, проснувшись по сигналу смартфона. Непонимающе захлопала спросонья светло-карими глазами, понимая, что она не одна. Сероглазый гитарист, от которого тихо млели и таяли все дамы в университете, включая молоденьких преподавательниц, легонько коснулся чуть припухших со сна губ и улыбнулся, ласково проворчав:

 

– Просто не хотел тебя будить, поэтому и остался. Ты же меня теперь не превратишь в болотную жабку, а, Веточка?

 

По тону девушка сразу поняла, что он попросту дурачится, чтобы она не чувствовала себя совсем уж неловко. Всё было ясно без слов. Достаточно было увидеть, как наливаются жарким румянцем её обычно бледные щёки.

 

– Да ну тебя! Скажешь тоже! – Иветта попыталась тут же встать и удрать, но не тут-то было.

 

– Я тебе что, ни капли не нравлюсь? – в голосе проскользнули явные нотки обиды.

 

– Наоборот, очень-очень! – ошарашила его наглая колдунья и прижалась к тёплому боку. – Только вот не уверена, что Пётр Дарович будет несказанно рад. Если мы будем филонить в рабочее время.

 

– А вот тут ты меня уела, Ветка! Ссориться с ректором нам с тобой явно не с руки. Надеюсь, вчерашний ухарь сегодня не припрётся?

 

– Кто знает? – ведьмочке совсем не хотелось выбираться из-под куртки, под которой было так тепло и уютно, но пришлось вставать и топать приводить себя в порядок в ванную комнату.

 

Времени у них оставалось только-только на то, чтобы поспеть в общую столовую на ранний завтрак. За окошком стоял полярный день. Поэтому определить, который сейчас час, можно было только по часам или мобильнику.

 

Когда ведьмочка проходила мимо зеркала, висящего в коридоре, она с удивлением заметила, что там заклубились какие-то тени. Сразу же возникло ощущение, что оттуда надо обязательно взять предмет, стоящий по ту сторону серебристой поверхности. Иначе удачи сегодня никому будет не видать, как собственных ушек. Ветка привыкла доверять своему чутью безоглядно, поэтому, попросив спутника не дать кому-нибудь её застукать на месте преступления, деловито выудила трофей. Две пары глаз, округлившись от крайней степени удивления, воззрились на веерные грабли, сто пудово принадлежавшие Лире.

 

– И зачем вы мне? – строгим голосом напустилась Ветка в притворном гневе на хозяйственный инвентарь, грозя кулачком собственному отражению в зеркале.

 

– Слушай, прихвати и обычные. Просто так, на всякий случай. Я как вспомню, как ты рассказывала, какой шишак у Фаора на лбу вскочил после неожиданного свидания с ними, даже жалко становится бедолагу. Как-то сразу подумал, а не поставить ли их у порога твоей комнаты? Думаю, что даже тому черноглазому наглецу совсем не придётся по вкусу колоритное украшение, которое будет стремительно наливаться лиловым на лбу его безмозглой башки.

 

– Кто знает, что будет, как только мы выйдем за ограду? Думаю, что никакая предосторожность не будет излишней, – и она вручила Виктору свою добычу, а через миг в руках ведьмочки оказались их садовые собратья с на совесть заговорённой цветочной феечкой ручкой. – Пожалуй, пару небольших лопат, которые приволокла откуда-то Талея, тоже придутся весьма кстати. Вдруг придётся что-то откапывать? А обычная их совковая товарка подойдёт далеко не во всех случаях.

 

Вооружившись зачарованными феей Лирой инструментами, парочка отправилась восвояси. Подтрунивая друг над другом и откровенно дурачась, молодые люди появилась в столовой под удивлёнными взглядами сослуживцев. Впрочем, выслушав доводы Иветты, Пётр Дарович был вынужден признать очевидное. Здравый смысл девушки снова оказался выше всяких похвал.

 

– Местина, откуда у тебя такие маленькие лопаты? – ректор университета Культурологии так и не смог скрыть искреннего удивления выходкой собственных студентов.

 

– Взяла взаймы у подруги. Она работает ландшафтным дизайнером, а вот где она их приобрела, честно говоря, не в курсе. Уверена, что веерными граблями мы соберем даже самые мелкие черепки и осколки, не повредив их. Обычными же удобно рыхлить грунт. Лопатки без проблем помогут удалить землю в узких местах между сопками и валунами. Всё лучше, чем руками или палкой? Не правда ли, Пётр Дарович?

 

– Сколько тебя знаю, постоянно ты умудришься окружающих так удивить, что и сказать-то ничего не смогут. Доедайте завтрак. Нам пора на раскоп.

 

Иветта сразу почувствовала, что сейда не идёт с ней на контакт не из-за природной вредности. Это происходит потому, что просто-напросто она не может этого сделать. Девушка завязала себе узелок на память: рассмотреть осколок вечером ещё раз и гораздо внимательнее.

 

«Если камень был с умыслом разбит на осколки, то если какой-то фрагмент специально отбили, должны остаться следы», – подумала девушка.

 

Иветта ощутила вполне заслуженный прилив гордости. Ведьмочка клятвенно пообещала себе, что впутывать небожительниц и прочих друзей, без крайней нужды, на этот раз, не станет.

 

Остаток дня прошёл совсем не романтично. Их небольшая бригада в количестве тридцати человек точно заправские кроты усердно перелопачивала грунт вплоть до слоя вечной мерзлоты.  В этих широтах он залегал совсем неглубоко под тонким слоем почвы.

 

В одном месте Ветку точно током ударило, а тихий голос предупредил: «Колдунья, разведи костёр прямо тут. Пусть снежник чуть растает. Там ты найдёшь небольшой осколок от камня, который попал тебе в руки. Только в этом случае мы сможем не только спокойно поговорить без лишних ушей. Получишь право рассчитывать на мою посильную помощь. Нойд Угар, пока что, только присматривается и принюхивается к тебе. Но очень скоро он решит попробовать тебя на зуб сам. Перед этим же науськает на тебя своих слуг. Далеко не все из них – обычные люди».

 

«Сейда, тот черноглазый нахал какой-то совсем уж странный. Даже мой друг это сразу заметил, а он не имеет особых талантов».

 

«Оборотни очень опасны, особенно когда облачаются в звериную шкуру. Тот медведь…» – тут собеседница замолчала, давая Иветте возможность самой сложить два и два и получить в качестве награды совсем неутешительный ответ.

 

«И есть этот самый ухарь. Давно он мёртвому колдуну служит»?

 

«Да уже не одну сотню лет. Если ты сможешь отомкнуть запоры моей темницы, я смогу защитить и тебя и твоих сослуживцев, и местных жителей. Только вот тебе от встречи с нойдом никак не отвертеться. По законам этой земли в селении может быть только один колдун или шаман».

 

«Постараюсь тебе помочь, чем смогу, сейда. Вот как сейчас быть? Чую, что этот ухарь рядом по кустам бродит, да напасть не решается. Пётр Дарович запретил ходить группами меньше, чем по десять человек и без охотничьих ружей и собак».

 

Покопавшись в своей памяти, Ветка выудила проклятие, которым они с Гекатой, из чистого озорства, плавили ледяные кубики в стакане с мартини. Хорошо ещё, что осколками стекла никого из посетителей «Смеха Феи» не задело. Тогда им сильно влетело от Юноны за непотребное хулиганство.

 

Замёрзшая вода хоть и отступала под натиском ведьминого дара, но совсем неохотно. Сунув нос в углубление неправильной формы, с помощью лопатки прокопала небольшую канавку, чтобы спустить талую кашицу. Через несколько минут в руках у ведьмочки оказались каменные фигурки, от которых веяло такой седой древностью, что голова пошла кругом.

 

Осколок камня, который сам туда никак не мог попасть, был с такими острыми гранями, что одна из них прочертила глубокую царапину на тонком запястье. Помянув добрым словом пресловутое колдовское везение, Иветта спрятала в карман куртки ценную добычу и с помощью простенького заклятья заставила кровь остановиться.

 

Удивлённый взгляд Петра Даровича пролился бальзамом на измученное тревогой сердце ученицы самой Гекаты:

 

– Вот ведь говорят правду: новичкам везёт! Откуда всё это богатство-то взялось?

 

– Да вот слегка замёрзла, решила костёр небольшой развести, погреться. Воды скопилось много в итоге. Вот и решила посмотреть, а нет ли там чего интересного.

 

Старейшина загадочно улыбнулся и проворчал:

 

– Ведьмина кровь своё дело знает справно! Только даже вам, Иветта, настоятельно не советую ходить в одиночку по округе даже вместе с Виктором.

 

– Нет, конечно! С вашим медведем мы уже сталкивались. Как и со странным черноглазым чужаком, который уже посмел мне угрожать!

 

– Значит, точно с колдуном связан. Раз думает, что его наглость останется безнаказанной!

 

Они и не заметили, как наступило время обеда. Увидев, что Ветка не осознаёт ничего из того, что творится вокруг, Виктор обнял девушку за талию и увлёк вслед за остальными. Он чувствовал странную возню вокруг. Как пристально молодой человек ни вглядывался в кусты полярной ивы, образовывавшие вокруг раскопа некое подобие рощи, ничего необычного не заметил. Археологи за полмесяца полевых работ успели протоптать внушительную тропинку, которой стали пользоваться и местные жители.

 

– Ведьма, отдай отпирающий камень! Иначе сами придём и отнимем! Вместе с жизнями всех, кого сможем застать врасплох! – в прозвучавшем, точно гром среди ясного неба, голосе не было и тени эмоций. Точно сухой тростник шелестел на стылом осеннем ветру.

 

– Это вы о чём, любезный? – Иветта терпеть не могла, когда ей смели угрожать, особенно в открытую и при посторонних. – Так вот для чего эти похожие на людей фигурки из местных минералов! А что они открывают? Зачарованный клад чуди, древнего нойда или ещё какого скопидома местного пошиба?

 

– Ведьма, не играй со мной в эти игры: пожалеешь! Я убью вас всех! Сама же ты будешь бессильно смотреть, как злые духи по капле выпивают души тех, кто тебе так дорог!

 

– В очередь, колдун! Ты – далеко не единственный, кто хочет поквитаться со мной за то, что оказалась более везучей и успешной!

 

Басовитое ворчание, перемежаемое тоскливым волчьим воем, явно не могло принадлежать человеку. Впрочем, идти было недалеко. Вдоль всей ограды девушка лично замкнула охранные колдовские контуры и развесила амулеты. Самые сильные из них она всегда таскала с собой даже тогда, когда и тени никаких неприятностей не маячили на горизонте.

 

Вот чего не ожидал собеседник, так это того, что его не только проигнорируют, но и, когда он будет излишне настаивать, с помощью несложного заклятья зашвырнут в неглубокую лужицу от подтаявшего с края снежника и грозно пообещают:

 

– Знаешь, у меня нет ни времени, ни желания выслушивать твоё сакраментальное нытьё! Убирайся туда, откуда вылез! Иначе, если сильно допечёшь, я на тебя фей натравлю, а то и кого погаже! – ведьма демонстративно замкнула последнее заклятье и припустила к Виктору. Тот уже устал звать подругу. Время обеденного перерыва неумолимо убегало точно вода в решете.

 

Раздумывая над превратностями ведьминой судьбы, девушка даже не заметила, что съела до крошки столь нелюбимую ею рисовую кашу. На этот раз блюдо, почему-то, было щедро сдобрено морской рыбой. Повариха была из местных. Поэтому предпочитала потчевать гостей дарами моря и олениной. Молодая женщина справедливо полагала, что ничем подобным их там уж точно не угостит никто на «Большой Земле». 

 

Проглотив остатки слегка подгоревшего кушанья, Ветка пробралась в собственную комнату. Наложив следящие и охранные чары, выудила из запиравшейся на ключ тумбочки свою находку с томящимся внутри духом. Внимательно рассмотрев поверхность, она нашла место, куда полагалось приставить каменный ключ. Не мудрствуя лукаво, густо покрыла шероховатую поверхность прихваченным из дома суперклеем. Потом приставила фрагмент туда, где ему и полагалось находиться изначально.

 

В воздухе раздался странный скрежет. Точно где-то на очень ржавых цепях опускали подъёмный мост в средневековом замке у нерадивого хозяина. Потом снова раздался тоскливый волчий вой. Через мгновение пространство комнаты разделилось на две части. Невысокая девушка с умными чёрными глазами проказливо улыбнулась и поманила ведьмочку за собой, озабоченно бормоча:

 

– Идём скорее. Внутри моего дама нам никто не помешает. Открытый камень-ключ заберу с собой. От греха подальше. Запомни, Иветта, пока что тебя лишь пугали угрозами, но так долго продолжаться не будет.

 

Внутри странного помещения со стенами, явно изготовленными из оленьих шкур, сейда предложила гостье сесть на многослойный пол и продолжила разговор:

 

– Никогда не говори вслух своего имени сама, иначе попадёшь в беду, ведьма.

 

– Так его все вокруг, наверно, уже знают. У нас этого скрывать не принято.

 

Дух-хранитель ненадолго задумалась, а потом выдохнула:

 

– Айкэ буду звать тебя, но только в стенах моего дома! Не вздумай даже думать о нём!

 

– Как скажешь. Только вот как мне не дать не только себе навредить, но и чтобы с людьми ничего худого не случилось? Не нравится мне слишком уж сильно этот неправильный медведь!

 

– Думаю, что сама оберегись своими чарами и уловками. Ещё я попрошу помощи у племянника и пособлю, чем смогу, с помощью северного колдовства.

 

Девушка запела. Где-то вдалеке сначала раздался оглушительный раскат грома. Потом зазвенел бубен, что-то ухнуло и загрохотало. Через пару мгновений входная шкура откинулась, и внутрь вкатился невысокий розовощёкий парень, одетый в кожаные штаны и рубаху, вышитую по вороту алой нитью.

 

– Негостай, присмотри за этой девицей. Она заклятье мёртвого нойда разбила. Только вот теперь ей придётся иметь дело не только с его слугами, но и с ним самим.

 

– Так она не нашей крови. На место здешнее не претендует.

 

– Мёртвого нойда и его главного подручного Талу-медведя такие мелочи не волнуют. Если есть колдунья, то надо её, хотя бы, выгнать прочь. Лучше же и вовсе со свету сжить вместе со всеми чужаками!

 

– Дурной он, колдун этот. Жил бы себе тихо, не трогал никого. Так нет, вздумал тебе вредить! Зря он так поступил. Духи обид не прощают. Его сила теперь будет вытекать до тех пор, пока совсем не утратит способность тревожить мир живых людей. Только вот сначала ведьме придётся одержать над ним верх. Надеюсь, у тебя хватит сил отстоять не только свою жизнь?

 

– Вот и помоги ей победить в этом состязании! Когда сейд будет снова восстановлен из осколков, Угар получит сполна! Только вот без помощи этой девушки нам никак не обойтись!

 

Парень, чем-то лицом похожий на хранительницу этих земель, лишь проказливо улыбнулся и с непроницаемым видом присел на ворох оленьих шкур. Хотя Иветта чувствовала, что это спокойствие обманчиво, как северная погода весной.

 

– Ищи дальше осколки, твоё чутьё подскажет, что – простой, а что – часть моей вежи. А теперь тебе пора, скоро хватятся пропажи. Виктор уже беспокоиться начал. Так что, возвращайся, откуда пришла, и готовься к нежданным гостям сегодня ночью. Будет тебя мёртвый нойд с помощью слуг своих пытаться на зуб попробовать.

 

– Защиту я поставила всю, какую только смогла. Наши люди поодиночке теперь не ходят. Спасибо медведю: страху нагнал на всех. Так что не думаю, что сегодня ночью случится что-то из ряда вон выходящее. Спасибо за объяснения, пойду, пожалуй.

 

Когда она оказалась снова в отведённой ей комнатушке, скупо обставленной колченогой кривоватой мебелью, то поняла, что Негостай незримо встал на страже. Из-за двери раздался встревоженный голос Виктора:

 

– Ветка, у тебя всё в порядке? Выходи: обед закончился. Пётр Дарович и остальные тебя уже обыскались.

 

Ведьмочка смерила взглядом веерные и садовые грабли. Первые взяла с собой, вторые поставила у порога. Довольно улыбнувшись, активировала заклятие, которому её обучила неугомонная цветочная феечка. От проказ Лиры временами даже у Талеи голова шла кругом.

 

Проверив, все ли плетения и защитные контуры работают в полную силу, она прихватила и «счастливые лирины лопатки». После чего лесной птичкой выпорхнула за дверь. Ведьмочка заранее предвкушала, какой великолепный сюрприз ждёт любого, кто посмеет сунуть не в меру любопытный нос в эту комнату в отсутствие хозяйки.

 

Виктор, увидев особое выражение в светло-карих глазах, сразу же заподозрил подвох для любого незваного гостя:

 

– Ветка, зуб даю, ты уже приготовила шикарный подарок для любого воришки.

 

– Я не люблю ничего оставлять на волю случая. В нашей же невесёлой ситуации это чревато слишком большими неприятностями на нижние и верхние девяносто.

 

В зарослях полярной ивы слышались звуки возни, но на тропинку, протоптанную местными и археологами, так никто и не вылез. Виктор, дурачась, сгрёб сокурсницу в охапку и прорычал ей в ухо, едва слышно:

 

– Если ты сегодня ночью посмеешь высунуть нос за порог своей комнаты, пока я в Дозоре, то оборотень и мёртвый нойд покажутся тебе детским лепетом, ррррр!

 

– А в лоб не желаете, господин из Сумрака? Могу по блату устроить роскошный фингал со всеми оттенками сине-фиолетовой палитры! Причём, даже абсолютно бесплатно! – то, что девушка не стала уворачиваться от весьма пылкого поцелуя, дало ясно понять балагуру, что его шутка оценена по достоинству. Его правила игры были приняты полностью. – Да я-то не против спокойно поспать, да вот только вряд ли сегодня мне светит такая благодать. Даже не уверена, что до вечера ничего этакого не стрясётся. Извини, но с моим Даром не больно-то и поспоришь.

 

– Поживём-увидим. Надеюсь, что ты разгадаешь головоломку: как поскорее избавиться от мёртвого нойда и его прихвостней. Иначе наши изыскания придётся прекратить. Здешние власти предупредили, что как только кто-то серьёзно пострадает, местных переселят в более безопасное место. Нас же отправят прямиком на Большую Землю. Им не нужны проблемы из-за увечья или гибели археологов и их добровольных помощников.

 

– Завтра полнолуние, может, ворожба что-то дельное посоветует. Честно говоря, даже с небожителями было проще, чем в этом кавардаке в тундровом антураже, – посетовала Иветта.

 

Девушка с удивлением поняла, что ей всё больше и больше нравится сероглазый воздыхатель. Смеясь про себя, ведьмочка отогнала шальную мысль: «А почему бы и нет? Это тебе не Ланской, Ветка. Виктор, в отличие от мужа Лили, с головой дружит. Но форсировать события не стану: пусть всё идёт своим чередом. Как любила говорить моя бабушка: «Всяким отношениям – своё время и место, а колдовские штучки, внучка, оставь для существ, с которыми другими методами договориться невозможно»!

 

На месте раскопа было всё перерыто так, словно тут порезвилось стадо диких кабанов. От хрупких фигурок из моржовой кости остались только осколки. Причём было видно, что их намеренно разбили совсем недавно. На потревоженной земле виднелись не только отчётливые отпечатки медвежьих лап, но и следы маленьких ножек.

 

Ведьмочка опустилась на колени и принялась собирать то, что некогда было предметами местного шаманского культа. Она заботливо сложила каждый найденный фрагмент в шёлковый платок, осторожно очищая от грязи. Взгляд девушки не сулил ничего хорошего тем, кто опустился до такого варварского отношения к свидетелям иной эпохи. Судя по тому, как потемнел материал и обветрились уголки каменных наконечников стрел из чёрного камня, сделаны они были довольно давно и прошли не через одни руки.

 

В голове прозвучал голос Негостая: «Иветта, видишь, вон там лежит каменная игла? Возьми её, только не руками, а чем-то. На ней проклятье мёртвого нойда. Если его не развеять, то дальше всё будет ещё страшнее. Злые духи принесут болезни. Тут ни одной живой души уже к концу лета не останется».

 

Ведьмочка выудила из воздуха пару рукавиц из хорошо выделанной тонкой оленьей кожи. Их подогнал под её тонкую кисть племянник сейды. Только после этого студентка осторожно взяла страшную находку. Вытащив из поясной сумки небольшой футляр из ивовой коры, который нашла неподалёку утром, осторожно спрятала опасный дар колдуна внутрь и убрала в поясную сумку. Потом она снова принялась прилежно просеивать грунт в поисках того, что ещё осталось более-менее целым.

 

– Ветка, что это была за каменная иголка?

 

– Подарок от мёртвого нойда. Слишком опасная вещь. Боюсь, что без помощи сейды мне с этой вещицей не справиться. Вернёмся в лагерь, надо будет помощи попросить. Надеюсь, за время нашего отсутствия и там незваные гости не побывали.

 

– Кто знает, – он легонько поцеловал девушку, когда она подняла на него глаза, с радостью увидев, как на губах у Ветки заиграла чуть лукавая улыбка.

 

К сожалению, ничего толкового, кроме костяных обломков и каменного осколка с проклятьем в тот день им обнаружить так и не удалось. С трудом скрыв своё разочарование, Пётр Дарович велел всем возвращаться обратно в летний лагерь. Уже начинало смеркаться, а оставаться без защиты надёжного частокола в сложившихся обстоятельствах было слишком опасно.

 

Иветта замерла у самого порога, услышав странные звуки, доносящиеся из-за запертой двери.

 

– Это ещё что такое?! Подумаешь, перекидываться он умеет! Что-то не уверена, что моя подруга звала тебя в гости! – в голосе «феегоргоны» прозвучали шипящие нотки. Именно они частенько предвещали крупные неприятности для того, кто будил эту часть наследия предков в обманчиво хрупкой и глуповатой на вид рыжей девчонке. – Я тебе покажу, как копаться в вещах Ветки! Да она на такого, как ты, и мельком не взглянет!

 

Раздался шум падающей на пол мебели. Потом треск рвущейся ткани, перемежаемый сначала невнятной руганью. После чего странная какофония увенчалась полным яростью явно звериным рыком. Впрочем, незваный гость впервые сталкивался с ирландской феей. Видимо, поэтому не мог знать, что в таких случаях есть только один правильный выход – уносить ноги. Вторая головная боль бедолаги Морса вполне могла придумать, что сделать с новой игрушкой.

 

Ведьмочка с Виктором переглянулись и решили не вмешиваться в ход экзекуции. Обняв девушку за плечи, Виктор увёл её в общую зону отдыха и присел рядом на диване.

 

– Интересно, кто ко мне нос сунул и попал Лире на зуб? Надеюсь, бедолага выживет…

 

– Если хочешь, можем пойти посмотреть.

 

– И испортить Лире всё удовольствие? Последствия могут быть совсем непредсказуемые. Подождём, нам спешить некуда. Она сама выйдет, когда ей надоест развлекаться с несчастным, которого принесла нелёгкая в мою комнату.

 

– Тогда давай не будем рисковать. Честно говоря, у меня до сих пор не идёт из головы тот кавардак, который она устроила в «Смехе Феи».

 

– Да уж. Хотя чего ещё было ожидать от интриги, к которой приложил руки бог мрака?

 

Парочка, вполголоса переговариваясь, тихонько обсуждала планы дальнейших действий. Виктор обнял девушку за талию и вполголоса выдохнул:

 

– Пообещай мне, что будешь тихо сидеть в своей комнате и не станешь искать приключений в пустых коридорах?

 

– Вить, но это же скучно будет! Или все развлечения только вам с Лирой?

 

Недовольное ворчание цветочной феи, читающей кому-то нотацию, заставило парочку подпрыгнуть от неожиданности. Потом же и тщетно пытаться не ржать:

 

– Ну и что, что ты оборотень, лапоть ушастый?! Тебя к Ветке в гости никто не звал! Это ж ясно! Это такая же истинная правда, как и то, что я – чистокровная ирландка из Волшебного народа! Конечно, мой род не такой древний, как у Талеи! – продолжала она вправлять мозги чужаку, запеленгованному на чужой территории. – В первый раз вижу такого неправильного оборотня! Ну, ладно ещё б волк был, а то наполовину медведь! А, да, Моргана мне ещё про тигра рассказывала! Только они в здешних краях не водятся, – крепко ухватив черноглазого чужака за куцый хвост, забияка уверенно потащила пленника в сторону входной двери.

 

Неизвестно, что сотворила с бедолагой неугомонная экспериментаторша, но смотреть на Талу было жутковато. Нижняя часть его тела была медвежьей. Верхняя – человеческой. Под горящими жаждой убийства чёрными угольками раскосых глазок наливались лиловым те самые фингалы, за которые Лиру за глаза прозвали феей тумаков и граблей. Впрочем, девчонку это совершенно не волновало. Она всегда любила развлекаться с размахом, при этом до чувств жертв проныре не было совсем никакого дела.

 

Когти задних лап оставляли на чистом полу безобразные борозды, когда их хозяин пытался остановить неумолимое приближение выхода на свободу. Чары Лиры привели к тому, что несчастный застрял между двумя ипостасями. Ему оставалось лишь злобно зыркать на свою мучительницу. Да ещё вполголоса бормотать слова, сильно смахивающие на грубую базарную брань, если судить по интонации.

 

Пыхтя и отдуваясь, точно портовый грузчик, девчушка дотащила чужака до ворот. Лихо заставила их распахнуться и что-то прошептала над увесистым брёвнышком. Тому в недалёком будущем предстояло стать дровами для бани, которую каждый вечер исправно топили для археологов и их помощников.

 

– Знаешь, – доверительно выдохнула подручному мёртвого нойда забияка прямо в ухо. – Всегда хотела сыграть в крикет, но всё никак не было подходящей оказии. Хотела бы я посмотреть, как ты будешь и дальше пугать народ и вредить. Если и останешься тем, чем ты и так, по сути, являешься! Стыд и срам один! Ни человек, ни дикий зверь! Жертва неудачной случайной мутации! Теперь никто не перепутает тебя ни с тем, ни с другим даже по пьяни.

 

Бревно само приподнялось и так наподдало по покрытому тёмно-коричневым мехом заду, что его хозяин взвыл больше от обиды, чем от боли. Ломая ветви густых зарослей, улетел кусты полярной ивы. Попутно обещая наглой девчонке поквитаться с ней при первом удобном случае.

 

– Мечтать не вредно – вредно не мечтать! – фыркнула Лира и превратила бревно в небольшую, но очень аккуратную поленницу.

 

Довольное собой стихийное бедствие местного масштаба захлопнуло ворота, заперло замок и заложило стальной засов. Феечка удивлялась вслух:

 

– Зачем такие сложности? Достаточно, всего лишь, с умом наложить чары! – весело насвистывая липучий мотивчик, подслушанный в «Смехе Феи», она отправилась на поиски неугомонной парочки. Она хотела только одного: поделиться с Веткой последними новостями из мира небожителей.

 

Увидев мило любезничающих друзей, цветочная проныра тяжело вздохнула и решила, что она тут явно третий лишний. Девчонка чувствовала, что ей придётся изрядно потрудиться, чтобы найти достойную замену Фаору. Ведь он больше не был ламием. Причём, отчасти, и по её вине.

 

Расстроенно шмыгнув носом, ученица Талеи решила вернуться в комнату Иветты, чтобы через зеркало попасть обратно в бар, принадлежащий Либере, временно ставшей дамой. Настроение у проказницы и так было не слишком хорошим, а сейчас норовило и вовсе упасть ниже плинтуса. 

 

Негостай с любопытством рассматривал незнакомку, но пока не спешил свести более близкое знакомство. «Феегоргона», тяжело вздыхая, доползла до зеркала и исчезла в серебристом мареве под озадаченным взглядом племянника сейды. Она так и не соизволила обратить внимания на гостя из Мира Духов.

 

«Иветта, а кто это была»?

 

«Цветочная фея. Она не здешняя, как и я».

 

«Это видно и так. Будь осторожна. Сегодня мёртвый нойд может попробовать тебя на зуб. За порог не выходи, побудь в твоей комнате. Только там моя тётка сможет помочь тебе против чар колдуна».

 

Поцеловав Виктора перед уходом, девушка не только заперла дверь на замок, но и заложила металлический засов. Подумав пару мгновений, наложила все защитные заклятья, которые только смогла вспомнить. Дух-защитница этих земель появилась сразу же и попросила показать ей все находки, которые Пётр Дарович не счёл достойными внимания.

 

Иветта осторожно разложила обломки моржовой кости на столешнице. Девушка внимательно складывала их так, чтобы восстановить первоначальный вид древних колдовских амулетов. Она чуяла, что мёртвый нойд специально разбил их вместе с камнем сейды. Ведьмочка и не заметила, как порезалась об острый край. Тоненькая струйка крови потекла прямо на то, что ректор счёл бесполезным хламом. Вспыхнул и погас призрачный серебристый свет, странно похожий на не совсем привычное лунное сияние.

 

– В первый раз в жизни вижу, чтобы артефакты признали ведьму не саамской крови, – сейда с удивлением увидела, что от порезов не осталось и следа, а обереги выглядели так, словно только вчера вышли из-под ножа мастера-резчика. – Пошли, нам надо успеть расставить их в нужной последовательности. Тогда мёртвый нойд не сможет нам навредить. Хотя, сначала попробуй сама разобраться. Если ты сможешь их услышать, то никто не сможет причинить зло ни тебе, ни остальным, кого нелёгкая доля принесла сюда в такой недобрый час.

 

Иветта долго рассматривала склеенные из костяных пластинок и иголочек амулеты. Она осторожно проводила над ними в воздухе подушечками пальцев, не прикасаясь к поверхности. Ведьмочка справедливо опасалась какого-нибудь подвоха, на который были так щедры колдовские предметы. Особенно в руках чужака.

 

Ветка услышала едва слышный звон. Причём с удивлением поняла, что каждый оберег звучит в иной тональности, чем соседи. Взяв в руки тот, который «вопил» громче всех, девушка принялась неспешно ходить по комнате. Ведьмочка услышала довольное мурчание, сильно похожее на кошачье, у самого порога. Положив хранителя у самой двери, поражённо охнула от неожиданности. Костяная безделка тут же слилась с деревянной деталью в одно целое. Да так, что, не зная где искать, просто так нипочём было не найти, где древний амулет притаился.

 

Девушка успела расставить всё по своим местам буквально за несколько минут до полуночи. Потом присела на стул, чтобы перевести дух. После чего зажгла, по совету сейды, три свечи в глиняном подсвечнике. Его колдунья нашла в собственной тумбочке. После этого принялась терпеливо ждать, что же будет дальше.

 

Скрежет когтей по полу коридора возвестил, что колдун послал кого-то из своих слуг по души двух девиц, притаившихся за хлипкой деревянной дверью. Впрочем, на этот раз, голос, потребовавший, чтобы ему открыли и отдали камень с сейдой, был всё тот же. Он принадлежал Тале, которому мёртвый нойд дал последний шанс исправить свою оплошность.

 

– Ведьма, тебе не должно быть никакого дела до выжившего из ума саамского старика, призрака и местных! Если ты отдашь мне камень, который по ошибке попал тебе в руки, то никто из пришлых не пострадает! Вы просто окажетесь дома. Будете жить, как раньше, позабыв дорогу в эти заповедные края!

 

– Да, видимо, Лира слишком крепко приложила тебя башкой обо что-то твёрдое. Сразу видно, что ты совсем с головой не дружишь! Эта земля признала меня, как колдунью! Так что, забирай своего дохлого хозяина и валите туда, откуда припёрлись! – хвалёное ведьмино ехидство уже вовсю поднимало свою ядовитую голову. – Или тебе моя рыжая подружка приглянулась? Принцип: «Бьёт, значит, любит!» многими ошибочно принимается за чистую монету.

 

– Ведьма, ты ещё пожалеешь о своей строптивости, когда мой хозяин придёт стребовать с тебя своё.

 

– Шёл бы ты, любезный Тала, откуда пришёл. У меня есть более важные дела, чем выслушивать весь тот колоритный  бред, который ты несёшь.

 

Сейда прижала пухленький пальчик к губам, призывая к молчанию. Взгляд бездонных чёрных глаз предупреждал заранее, что ни звука не должно донестись с их стороны двери. Иветта покопалась в своей сумке и вытащила оттуда зеркало, положив серебряной поверхностью вниз.

 

Раздался глухой удар, от которого дверь жалобно скрипнула и задрожала, но устояла. Ведьмочка и выудила из-за ворота футболки за цепочку старинный оберег, который передавался в их роду от одной колдуньи к другой. Потом принялась дышать на отполированный до идеального блеска камень, стараясь поскорее согреть золотистую поверхность медового янтаря.

 

Зеркальце на столе Иветты мягко засветилось, показывая обеим невольным затворницам донельзя раздосадованную жертву лириного произвола. Оборотень перетекал из одной ипостаси в другую. Временами бедолага настолько напоминал бесформенное желе, что девушки переглянулись и тихонько рассмеялись. Наблюдая за мучениями наглого вражины, который никак не мог в толк взять, что нужно уносить ноги, пока ещё может.

 

Шерсть на жгучем брюнете намокла от пота и встала дыбом. В чёрных, как полярная ночь, глазах появилось выражение обречённости. Он уже начал понимать, что чужачка далеко не так проста, как показалось его излишне самонадеянному хозяину. Мёртвый колдун слишком легко сгубил старого нойда, который властвовал тут задолго до него. Поэтому возгордился сверх всякой меры.

 

– Отдай сейду, глупая девка! Завтра с тобой уже совсем иначе будут разговаривать другие слуги моего господина!

 

– Отстань от нас, Тала! Неужели не видишь, что мы тебе совсем не рады и отпирать не собираемся?

 

В голосе духа-хранителя было столько холода пополам с издёвкой, что оборотень, коротко взрыкнув, вновь боднул лбом дубовое полотно двери. Увы, несчастный лишь набил себе шишку. Усиленная колдовством преграда лишь насмешливо скрипнула и никак не отреагировала на удар живого тарана.  

 

– Тала, уймись. Иначе Лира решит, что и ей тоже стоит присоединиться к нашему веселью. Во что её визит выльется лично для тебя, честно говоря, даже представить боюсь.

 

– Мне колдун амулет дал, на меня никакие чары не подействуют! – незваный гость снова боднул дверь и отлетел как от батута, когда сработали заклятья Иветты, которым она научилась у Талеи.

 

– Святая простота! – насмешливо фыркнула ведьмочка, хитро переглянувшись с сейдой, которая, судя по выражению лица, задумала редкостную пакость для оборотня.

 

Выудив из кармана кругляш, явно обкатанный водами Баренцева моря, протянула его Ветке и шепнула:

 

– Давай обманем его: пусть думает, что я запаниковала и решила сбежать.

 

Из зеркальца выглянула раздосадованная мордашка Лиры, в голосе которой прозвучал мягкий упрёк в адрес подруги:

 

– Иветта, вы тут развлекаетесь, а я с тоски в Тартаре помираю! Ты же обещала, что веселиться мы будем вместе! – зелёные глазищи стали ещё больше против обычного размера, и в них уже дрожали первые слезинки жгучей обиды.

 

– Так я тебя пыталась дозваться! Но, оказалось, ты занята! Устраиваешь райскую жизнь тамошним ламиям мужского пола и чудовищам. 

 

– Надоело, хочу поучить манером этого наполовину медведя! Полуволков и полутигров и тут полно, а вот такого ещё ни разу в жизни не встречала. Кстати, по глазам вижу, что вы уже что-то задумали! А ну признавайтесь, поганки! Иначе я разыграю свою проказу, как по нотам, а вы и сделать ничего не сможете! – и вредная цветочная феечка, сердито надувшись, топнула ногой.

 

– Иветта, отдай ей камень. Лира, беги так быстро, как сможешь, в сторону ворот! Потом ты окажешься в моей веже в другом мире. Оттуда же приходит и мёртвый нойд. Готова пробежаться под моей личиной?

 

Феегоргона проказливо улыбнулась и, скорчив восторженную мордашку, выдохнула:

 

– Мы сделаем веселее! Есть такое заклятье у Волшебного народа, их ещё лепреконами называют. Так вот, оно позволяет на время обмениваться обликом. Правда, действует оно только несколько часов! Жаль тут сейчас вечный день, а то б можно было ещё пару штук провернуть!

 

Феечка, дурачась и выкидывая коленца, обошла подруг по кругу. Вскоре в комнате совершилось немудрёное волшебство. Отважная сейда просочилась прямо через дверь. Щёлкнув оборотня по носу и дёрнув за куцый хвост, ловко подставила подножку. Изрыгая проклятия, слуга колдуна растянулся на полу, со всего маху приложившись подбородком об пол. Когда  же он попытался встать, то под медвежью лапу подвернулись зачарованные грабли. «Баммм!!!» раздалось в полной тишине. Дубовая рукоять оставила на выпуклом лбу стремительно наливающуюся зловещим лиловым цветом внушительную шишку.

 

Когда Тала хотел сломать черенок поганого инструмента об колено, то с раздражением обнаружил, что мерзкая штуковина куда-то исчезла. Полный боли и ярости рык оборотня возвестил об его сокрушительном фиаско всем, у кого были уши. Плюнув на затворниц, брюнет со всех лап бросился вслед за убегающей «сейдой». Он уже наивно предвкушал, что милости от мёртвого нойда повалятся на него, как из волшебной мельницы ведьмы Выгахке.

 

Лира неслась так, словно за ней неслись разъярённые очередной глупой выходкой наглой ирландской девицы Юпитер и Юнона. При этом Мать и Отца Богов в этом случае неизменно сопровождал аккомпанемент молний и грозных проклятий. Как ни пытался оборотень догнать быстроногую пакостницу, она не приближалась и на пару шагов.

 

«Сейда» выскочила через ворота и пропала, точно её тут никогда и не было. Даже медвежий острый нюх так и не позволил обнаружить, куда слиняла наглая добыча. Оборотень был ещё жив, а в Мире Духов правили лишь уже умершие души. Плюхнувшись упитанным задом в ягель, увенчавший точно корона сопку, он горестно завыл. Его тоскливый голос выражал яростный протест против того, что его не только побили, но и лихо обвели вокруг пальца. Вернуться назад в лагерь археологов сейчас не было никакой возможности. Незнакомые чары, которым не было совсем никакого дела до амулета мёртвого колдуна, не позволили бедолаге снова заняться наглой молодой ведьмой.

 

Лира удивлённо захлопала глазами, рассматривая, а куда это её занесло во время очередной проказы. Жилище сейды показалось ей совсем убогим после дворцов Волшебного народа и жилищ небожителей. Даже без поправки на резко изменившиеся вкусы и понятия о комфорте. Пол, устланный мягким мхом, оленьи шкуры на полу и гора подушек, раскиданных то тут, то там небольшими горушками совсем не впечатлили девушку:

 

– Не хотела бы я тут жить! – расстроенно взвыла цветочная феечка, вспоминая уютный загородный домик Иветты.

 

В жилище подруги всегда было весело и шумно. На её временами совсем жуткие проказы всегда смотрели сквозь пальцы. Все прекрасно понимали, что она совсем ещё ребёнок, которому можно простить практически любые шалости.

 

Увидев, как камешек, лежащий у очага, озарился тревожным багровым светом, девчонка сразу поняла, что он хочет. Нужно было, чтобы она унесла его из вежи своей хозяйки. Запихнув серовато-коричневый кругляш в один из многочисленных кармашков, где хранила разные полезные мелочи, сделалась невидимой и выскользнула на улицу. Там же дожидался своего часа и увесистый фолиант, чтобы записывать премудрости, которым её обучали Талея, Геката и Нокс.

 

Шум во дворе, где бродили меланхолично жевавшие ягель северные олени, сразу же привлёк к себе внимание второй головной боли инспектора Морса. Впрочем, феегоргона исправно задавала жару не только несчастному богу смерти. Именно за проказы её частенько отправляли на перевоспитание в Тартар. Только вот и там ничего не смогли поделать с неугомонной фэйрой.

 

Старик, одетый в добротную одежду по местной моде, что-то торопливо искал, проверяя многочисленные тайники и схроны. Подобных местечек, как подсказывало чутьё феечки, тут было немало. Незнакомец совсем не понравился Лире, и она решила задать ему трёпку. Мало того, что нахал припёрся незваным гостем, так ещё вёл себя как воришка, к которым у Волшебного народа была давняя нелюбовь. Даже лепреконы, которые были одной с ними крови, частенько получали хороших тумаков. Именно потому, что тащили в свои дома всё, что плохо лежит. При этом бедолаги ещё и искренне удивлялись, когда подобное поведение вызывало у окружающих крайнюю степень недовольства и безжалостную агрессивность.

 

Показавшись на глаза к мёртвому нойду, девушка напустилась на него, вереща, как кошка, которой на хвост наступили тяжёлым ботинком:

 

– Ах ты, ирод плешивый! Да что ты что себе позволяешь? Разве можно в чужом имуществе грязными лапами копаться?! Не твоё – не смей руки тянуть!

 

Колдун совершенно не был готов к такому повороту событий. Он оступился и с проклятиями покатился с крутого склона высокой сопки, на которой и стояла вежа сейды. Вслед ему понеслись такие насмешливые слова, что бедолага от изумления долго не мог прийти в себя. Впрочем, как и Тала, который так некстати решил прийти с докладом к своему гневливому хозяину.

 

Парочка, ругая, на чём свет стоит, нахалку, которая так их обоих оскорбила, поднялась к жилищу из оленьих шкур. Лиры уже, естественно, и след простыл.

Около 3 лет
на рынке
Эксклюзивные
предложения
Только интересные
книги
Скидки и подарки
постоянным покупателям