0
Корзина пуста
Войти | Регистрация

Добро пожаловать на Книгоман!

Или войдите через:


Новый покупатель?
Зарегистрироваться
Главная » На Бумаге » Ветер самоцветов, или Не влюбляйтесь в фейри » Отрывок из книги «Ветер самоцветов, или Не влюбляйтесь в фейри»

Отрывок из книги «Ветер самоцветов, или Не влюбляйтесь в фейри»

Автор: Шерстобитова Ольга

Исключительными правами на произведение «Ветер самоцветов, или Не влюбляйтесь в фейри» обладает автор — Шерстобитова Ольга . Copyright © Шерстобитова Ольга

Пролог

 

Ночь была прекрасная. Такая вся из себя чисто-звездная, теплая и наполненная ароматами цветов. В такое время на свидание бы идти да целоваться где-нибудь под волшебными фонариками, которыми усыпан город. Но нет же! Тут есть я, мечта о радуге, дар, чтоб ему, и... часовая башня с камнем из Ветра самоцветов. Предмет желаний любой девицы. Сумасшедшей девицы, если делать поправочку. Я ей не была, но почему-то босая, одетая в штаны и рубашку не по размеру, с молотком за пазухой и обмотанная веревкой лезла на эту самую башню.

— И посильнее там алмаз ударь! — прокричал Тристан.

Ага, чтобы нас весь город услышал и сбежался посмотреть, как невеста герцога ворует камень с часовой башни, а брат этого самого герцога ее подбадривает, давая советы и стоя на стреме. Красота! Бабушка, когда проведает, чем была занята ее внучка, ну о-очень обрадуется.

Тьфу! Ну что за жизнь у меня! Надо срочно что-то менять...

А как Даниэль будет зол, когда узнает. У-у-у! Золотая Рыбка, спаси меня, несчастную! Вот интересно, если я этому несносному фейри, по которому схожу с ума, возьму и признаюсь в любви, удастся избежать гнева его светлости или нет? Ну хотя бы подобным способом его шокирую и отвлеку, и Тристан успеет спрятаться. Все лучше, чем ничего.

Вот примерно с такими мыслями, подбадривая себя, я и лезла. Или ползла. Однозначный ответ дать было бы сложно. Я отнюдь не альпинист. А в Академии Клевера нас не учили, как на башни залезать с неблаговидным предлогом, даже если очень надо. Ногти обломала, рубашка в двух местах порвана, ноги норовят соскользнуть с камня, который является ненадежной опорой, а я ведь, такая красивая и абсолютно нормальная, все равно лезу.

Главное — вниз не смотреть, а то уж совсем страшно. Все кажется маленьким и хрупким. И на звезды бы лучше не заглядываться. Они мне помочь не могут. Только отвлекают, напоминая своим сиянием одного несносного фейри.

— Времени осталось мало!

Это опять Тристан хочет, чтобы поторопилась. Жаль, кинуть в напарника нечем. Из всех вещей, что с собой, только молоток и имеется. Ох, как жаль! Молоток, в смысле. Где мы среди ночи еще один раздобудем? Ну и напарник... За него я сама и в огонь, и в воду. Это после всего, что мы пережили. Да и злиться на Тристана я не имела права. Вообще-то идея стащить этот проклятый камень... моя. Так что... ползем, дышим и наслаждаемся.

А-а-а! Это я что — падаю?

Золотая Рыбка, мы так не договаривались!

Мы вообще не договаривались, что я окажусь в другом мире, кого-то буду спасать и это... влюблюсь!

А-а-а! Золотая Рыбка, если ты меня сейчас не спасешь, я из тебя уху сварю! Просто обещаю!

А ведь все так хорошо начиналось! Ну... ладно, преувеличиваю, дело обстояло отнюдь не так. Но лебедей теперь на дух не переношу и никогда, честное рыбкино золотое, не буду ввязываться в подобные авантюры.

 

 

Глава первая

 

 

Где же это озеро с лебедями? Уже час брожу по тайге, а найти что-то даже отдаленно похожее на водоем с прекрасными птицами не получается. И хуже этой новости может быть только одно: я окончательно заблудилась. И ориентиры, которые пыталась запомнить, не помогают. Все деревья кажутся одинаковыми.

Присела на камень, поросший мхом, задумалась.

Понимаю же, что паниковать нельзя, я — взрослый человек, а это значит... надо искать выход! Но где и как? Посмотрела в одну сторону, в другую, зачем-то потрогала мох на камне. Такой валун наверняка бы приглянулся Мерлину, чтобы всадить в него меч для Артура.

Тьфу! Опять я не о том. Нельзя верить сказкам моей бабушки Аглаи. Знала же! Она любого убедит в чем угодно.

Вспомнилось, как накануне вечером бабушка рассказывала очередную историю. Правда, слушала я ее вполуха. Сказка про зачарованного принца и волшебное озеро, услышанная до этого, не выходила из головы. Далась она мне!

Нет-нет, я вовсе не собиралась отправляться искать водоем с лебедем! Но проклятое любопытство сводило с ума. Да и что греха таить, хотелось хотя бы на мгновение вернуться в шальное детство, поверить в чудо и отправиться в лес раскрывать его тайны.

Может, я и удержалась бы от подобного соблазна, но бабушка Аглая умеет найти нужные слова в удобное время. И когда я натягивала ветровку, решив все же прогуляться и посмотреть на озеро с белоснежными птицами, она подробно рассказала, где искать водоем. Да пожелала удачи.

Как же мне последняя сейчас пригодилась бы!

Нет, надо же! Заблудилась! А ведь эту часть леса как свои пять пальцев знаю! И даже не волновалась, когда калитка бабушкиного домика исчезла за деревьями. Шла потихоньку, наслаждаясь тишиной и дивными ароматами, слушала птиц, рассматривала белок, скачущих по соснам.

И вот, Золотая Рыбка, в существование которой я до сих пор почему-то верю, куда ты меня завела?

Я снова посмотрела по сторонам, прикрыла глаза, вдыхая запахи леса. Тянуло смолистым кедром, травами, прелыми листьями и иголками. Совсем немного — грибами. Для того, кто живет в большом городе, непривычные ароматы, дурманящие. Где-то вдали раздавались трели птиц, шумел в макушках елей и сосен легкий ветерок.

Вдруг разом все стихло. И я буквально кожей ощутила, как настроение леса, словно он был живым существом, изменилось. Он замер в ожидании... чего? Опасности? Или чуда?

Раздался треск, я вскочила, подозревая худшее — встречу с медведем — но поблизости никого не оказалось. А шум только нарастал. В небо взлетела стая птиц, а из-за деревьев, совсем неподалеку, взвился дымок. Похоже, я наткнулась на лесорубов, которые валят деревья. По крайней мере, это объясняет жуткий треск. Словно лес стонет!

Я тряхнула головой, понимая, что моя фантазия снова разыгралась.

Дымок стал сильнее, четче. Похоже, костерок немалый развели, решив прервать работу и перекусить. Наверняка и охотников встретили! Даже интересно, кто лес-то валит? Но главное, мне смогут подсказать, в какой стороне находится деревня.

Недолго думая, я поднялась и направилась в нужную сторону. Но чем дальше забиралась в лес, тем сильнее возникало желание вернуться. Интуиция вопила, чтобы я не шла вперед. Но разве я послушалась?

И теперь оказалась в чаще, которая полыхала от пожара. Бросилась в сторону, надеясь развернуться и бежать обратно, но упавшее дерево перегородило дорогу. Я взвизгнула, попятилась, наблюдая, как все вокруг превращается в серый пепел. И тот кружится, словно снежинки.

Главное — не паниковать! Успокоиться и найти выход! Но подумать легче, чем сделать. Особенно когда вокруг все в дыму, полыхает лес, трещит и скрипит, стонет на все лады. И воображение у меня, конечно же, в подобной ситуации только ужастик и может воссоздать. А о пожарах в тайге я столько наслушалась и насмотрелась по телевизору, что представление уже имела, насколько они страшны и опасны.

Пламя ползло, бежали зайцы и лисы, я металась, пытаясь уйти от бедствия, спрятаться, скрыться. Глаза слезились, горло саднило. Я глухо закашлялась, споткнулась о корень какого-то дерева и упала. Поднялась, понимая, что ушибленное колено — не повод здесь оставаться. Снова бросилась бежать. Задыхалась, падала и снова поднималась, надеясь, что этому безумию наступит конец. Но огонь был быстрее и коварнее, мчался по пятам, лизал макушки деревьев, сжимал в пламенных объятьях беззащитный лес.

Я в очередной раз споткнулась, выругалась и снова поднялась, глухо кашляя. Глупо моргнула. Вздрогнула и завизжала. Больше не от страха, а от неожиданности. Неподалеку, шагах в десяти, стоял олень. Огромный, красивый... Словно сошел со страниц сказки Андерсена о Снежной Королеве. Ветвистые рога, казалось, сыпали разноцветные искры. И чего только не привидится, когда паникуешь? Даже северный олень в тайге!

Глупо хихикнула, поднялась. Но олень не исчез. М-да... Вернусь — схожу к доктору.

— Ты что тут делаешь? Пожар же! — зачем-то спросила я и снова закашлялась от дыма, вытирая набежавшие слезы грязным рукавом ветровки.

Зверь, посмотрев внимательными и умными глазами, осторожно подошел ко мне, наклонил голову. Я же, растерянная и уставшая от бесконечного бега, почему-то потянула руку и к нему прикоснулась.

М-да... Похоже, у меня шок, не иначе. И у оленя тоже. А как еще объяснить, что вместо того, чтобы скрываться от пожара, мы оба совершаем странные поступки? Ну, зверь — не знаю, а я-то точно.

Сгорим же! Ой, мамочки! Бежать и не останавливаться!

Зверь неожиданно пригнул передние ноги, мотнул головой с рогами, от которых все так же сыпались разноцветные искры, внимательно посмотрел на меня. Нет, я точно сошла с ума!

Треск же стал нестерпимым и глушил остальные звуки. А потом... Я взлетела, визжа, и оказалась на олене. Не знаю как. И даже под пытками не вспомню и не объясню. Зверь рванул через полыхающий лес. Я вцепилась в его шерсть, моля небеса только об одном: не упасть. Куда меня несет олень и зачем — сейчас не имело значения.

Кругом же все мельтешит, сливается. Летят огненные искры, падают деревья. Треск, свист ветра в ушах, мой уже не крик, хрип, потому что голос окончательно сел. А если учесть, что глаза по-прежнему слезятся от дыма... Прелестная картина, получается.

Голова вдруг закружилась. Только не это! Если потеряю сознание — меня ждет верная смерть! Вцепилась в шерсть еще сильнее, так, что побелели пальцы, часто задышала, пытаясь отогнать подкатившую к горлу тошноту и унять страх.

Сосредоточиться, впрочем, не получалось. Если кому это удастся сделать, мчась на олене через тайгу, полыхающую в огне, порадуюсь. Я даже прийти в себя не могла. Все казалось страшным, сюрреалистическим сном.

Перед глазами неожиданно замелькали разноцветные искры. Окружили, касаясь рук и лица. Мне это опять кажется? Или нет?

Глаза ослепила белая вспышка. Резкий рывок — и я все-таки потеряла сознание.

 

 

Когда пришла в себя, первое, что увидела — трепещущую от порывов теплого ветерка легкую белую ткань балдахина над головой. Зажмурилась. Снова открыла глаза, села и огляделась.

Я находилась в приятной комнате, отделанной в зеленых и белых тонах. Изящная мебель из светлого дерева: шкаф, стол со стульями, зеркало в узорчатой раме и пушистый ковер под ногами. Взгляд упал на потолок, который почему-то был украшен гирляндами белых цветов. Они обвивали арки и спускались вдоль стен, придавая помещению уют, а воздух наполнял их дивный сладкий аромат.

И где я? Помню же, что отправилась в лес искать озеро с лебедями, а потом начался пожар, появился олень... Или мне все приснилось? Хорошо же я дыма наглоталась!

Я потрогала мягкую подушку, еще раз окинула взглядом незнакомую комнату, пытаясь понять, где нахожусь. Посмотрела на белоснежную тунику, что была на мне. Длина ее едва достигала колена. Моей собственной одежды при беглом осмотре в комнате не обнаружилось.

Дверь неожиданно растворилась, в комнату вошел мужчина. Я глупо моргнула. Да я подобных только на обложках модных журналов видела, если честно! Стройный, мускулистый. Короткие, белые как снег волосы сверкают и искрятся. Он их что, блестками посыпал? А глаза... пронзительные, зеленые. Таких точно в природе не существует. Наверняка линзы! Но если внешности незнакомца я могла найти хоть какое-то оправдание, то одежда... Может, у них тут костюмированный бал-карнавал? Тогда в него точно вписываются и ботфорты, и изящный черный камзол, и даже белоснежная рубашка с воланами.

Мужчина, который до этого так же бесцеремонно рассматривал меня, чуть улыбнулся, играя восхитительными ямочками на щеках.

— Светлого дня, нари...

Он замер, словно ожидал, что я отвечу. А я просто не могла. Мне хотелось одного: встать, подойти к этому очаровашке и его потрогать.

Я прикрыла глаза, а потом вскочила и оказалась рядом с мужчиной. Некрасиво, чувствуя, что веду себя, как ребенок, дернула его за волосы. Незнакомец от неожиданности ойкнул, растерянно уставился на меня, а я тем временем уже пощупала его камзол.

— И как это понимать, нари? — хрипловатым голосом поинтересовался он.

— Должна же я была убедиться, что вы — настоящий, и мне не снитесь, — нашлась я, очаровательно улыбаясь.

— А были сомнения? — в голосе мужчины послышались удивленные нотки.

Похоже, он принимал меня за сумасшедшую.

А по моим действиям непонятно?

— Как вы себя чувствуете, нари?

— Нари? — переспросила я. — Почему вы так ко мне обращаетесь?

— Как?

— Нари... Мое имя — Инга, — на всякий случай представилась я.

— Тристан.

М-да... Ну и имечко! Никогда не думала, что кто-то может назвать своего сына так! Наверное, когда Тристан учился в школе, столько насмешек натерпелся! Но уточнять не стала.

— А нари — это уважительное обращение к девушке или женщине.

Потрясающий ответ! Интересно, он меня разыгрывает или я все же сплю?

— А как уважительно обращаться к мужчине?

— Да можно просто по имени, иногда прибавляют титул.

Хм... Ничего не понимаю. Но обязательно разберусь!

— Вас принес к нашему дому Харавель.

Я моргнула, чувствуя себя глупо.

— Вы потеряли много сил, — мягко заметил Тристан. — Может быть, скажете, как связаться с вашими родными? Они наверняка волнуются.

— Если дадите мне телефон, я...

— Телефон — это что? — уточнил он.

— Вы надо мной подшучиваете?

— Что вы, нари Инга! Никто бы в Онруне не посмел оскорбить...

— Где? — хрипло поинтересовалась я.

— В Онруне.

— А страна, где находится этот город...

— Королевство Ладария. Вы потеряли память, нари Инга?

И голос такой ласковый, участливый... Так у нас психиатры с больными разговаривают.

Вздохнула и честно созналась:

— Я живу в России, в Москве. На данный момент гощу у бабушки в Сибири.

Глаза Тристана округлились.

— Так вы из другого мира? С Земли? Не с нашей Малируны? — взволнованно спросил он, оказываясь близко-близко и снова меня рассматривая, как неведомую зверушку. — А мы-то с братом понять не могли, почему вы так странно одеты!

— Это я-то странно? Вы себя в зеркало видели? И волосы...

— А что с ними не так?

— Они блестят!

— У всех фейри они...

— У кого?

— У фейри, — отозвался Тристан.

И так невозмутимо плечами пожал, будто рассказывал о погоде.

Я снова себя ущипнула. Нет, однозначно, не сплю.

— Ой! — встревожился он. — У вас же там магии совсем нет! Простите, нари...

— Может, хватит? — жалобно попросила я.

— Что именно?

— Этого обращения!

— А как...

— По имени и на ты.

— Договорились, — очаровательно улыбнулся Тристан. — Расскажешь, что случилось?

— Я отправилась в лес искать...

Замялась, не зная, стоит ли говорить правду. На смех ведь поднимут!

— Что именно? — поинтересовался мужчина.

И взгляд такой любопытный, как у ребенка!

— Озеро с лебедями.

— Только не говори, что тоже хотела расколдовать Эмилиана! — как-то разочарованно воскликнул он.

— Кого?

— Принца светлых эльфов! Его десять лет назад кое-кто превратил в лебедя. Так девушки с ума посходили! Такое паломничество устроили к озеру Аруна, что слов нет! А бедному Эмилиану чары не позволяют покинуть водоем. — Нар... Инга, почему ты так странно на меня смотришь? — поинтересовался Тристан.

Я нервно сглотнула. Ни за что не сознаюсь, что бабушка Аглая рассказывала мне эту историю.

— Извини. Я просто на красивых птиц полюбоваться хотела, — нашлась я.

— И? Нашла?

В голосе мужчины слышалось едва заметное ехидство.

— Не успела. Сначала заблудилась, потом пожар начался. Олень этот...

Тристан нахмурился, задумался.

— Ваша история выглядит весьма странно. Обычно люди попадают к нам, если сами того желают.

— Я не из таких.

— Да уже понял, Инга. Но...

— Что?

— Ты просто не разучилась удивляться.

— Почему ты так решил?

Тристан усмехнулся, заставляя ощутить странный жар. На мгновение мне даже показалось, что я задыхаюсь.

— Иначе бы не увидела Харавеля.

— Это кто?

— Олень, который тебя спас.

Я потрясла головой, словно надеялась, что все прояснится. Увы, не помогло. Зажмурилась, открыла глаза и взвизгнула. Рядом с Тристаном стоял еще один мужчина. Золотая Рыбка, откуда ты таких берешь?

Черты лица слишком правильные, слишком красивые, слишком... В этом мужчине все кажется слишком. Волосы словно серебро. Искрятся, переливаются, будто их посыпали снегом, который никогда не растает. Глаза изумрудные, манящие. И если бы не они, такие живые и сверкающие, он бы казался прекрасной статуей из... льда. Холодный, недосягаемый, как звезда, и не менее желанный.

Поймав себя на последней мысли, подумала, что точно наслушалась сказок бабушки Аглаи. А ведь знала же — до добра они не доведут! Только принцы в этих сказках даже рядом не стоят. И не сравнятся с мужчиной, один взгляд которого тревожит душу.

И откуда он на мою голову взялся? Стараясь отвлечься, стала рассматривать его темно-зеленый костюм и выглядывающий из-под камзола ворот белоснежной рубашки. Перевела взгляд на руки. На пальцах — всего два кольца. Одно с крупным изумрудом, другое — тоненькое, серебряное.

— Это Даниэль, мой старший брат, — представил Тристан.

И пока эта мечта девичьих грез меня внимательно рассматривала, он ухмыльнулся и уточнил:

— Его тоже будешь трогать, чтобы убедиться?

— Убедиться в чем?

И этот голос — спокойный, уверенный — заставил меня забыть, как дышать. По телу прокатилась волна жара, сердце забилось чаще, ноги подкосились.

Я прикусила губу, надеясь, что это меня отрезвит.

— Ты представляешь, Дан, Инга, когда меня увидела, думала, будто я не настоящий! И она вовсе не с Малируны! Ее Харавель принес с Земли! И там магии нет! Но...

— С Земли? — как-то странно уточнил Даниэль, не двигаясь и не сводя с меня глаз.

— Да, — пролепетала я, чувствуя, как начинают дрожать руки, а перед глазами темнеет.

Что со мной происходит? Похоже, я переволновалась. Или Даниэль какие-то чары применил?

— Инга, тебе нехорошо? — тут же подскочил Тристан.

Я не ответила, пытаясь справиться со странным наваждением. Вдруг до безумия захотелось ощутить, как сильные руки Даниэля касаются моей обнаженной кожи. Кончики пальцев скользят, изучая и лаская. И мои ладони путаются в этих серебряных волосах, надеясь разгадать тайну их блеска.

Колдовство какое-то! Я с трудом отвела взгляд, пытаясь успокоиться.

Даниэль вдруг резко пересек комнату, оказался совсем рядом. Замер, глубоко вздохнул.

— Почему у меня ощущение, что я вас знаю? — тихо спросил он.

Я вздрогнула.

Мужчина осторожно взял меня за подбородок, приподнял мою голову, давая почувствовать себя воском горящей свечи.

— Мы никогда не встречались, — ответила я. — Вас бы я точно запомнила.

Еще бы! Такой красавец!

Даниэль медленно провел пальцем по моему подбородку, заставляя едва ли не стонать, отпустил, задумчиво отошел к окну и там замер.

Тристан удивленно перевел взгляд с брата на меня.

— А что это было?

— Ты о чем? — хором поинтересовались мы с Даниэлем.

— От вас только что искры не летели! Вы, часом, не влюбились?

Мы с Даниэлем вздрогнули. Снова вместе.

— Глупости говоришь, — сухо заметил он. — Нари Инга переволновалась, а я устал.

— Устал? — переспросил Тристан так, словно не верил услышанному.

— Представь себе! Силы-то еще не восстановились!

— А на что вы их потратили? — поинтересовалась я, пытаясь отвлечь себя от этого чудесного слова «влюбились».

Понимаю же, что такое невозможно. Я же самая обычная. В меня просто не может с первого взгляда влюбиться этот красивый, уверенный в себе мужчина.

Даниэль обернулся, смерил меня тяжелым взглядом.

— На вас, нари, разумеется.

— Разве я была ранена? — поразилась я.

— Когда Харавель принес вас к границе леса, где по счастливой случайности находится наш с Тристаном дом, на вас полыхала куртка.

— Я не помню...

— Позвольте поинтересоваться, откуда на ней взялись следы огненной магии, если на Земле ее не существует?

И взгляд зеленых глаз изменился, став жутким. Возникло ощущение, будто я в одной рубашке стою под порывами ледяного ветра, не в силах сдвинуться с места.

— Я не знаю ничего об огненной магии. На Земле волшебство живет только в сказках.

— А полыхающая куртка и ожоги на спине...

— В лесу начался пожар.

— И вы туда направились...

— Я заблудилась. Потом увидела дым...

— Инга, ты что, правда, полезла в огненную метель? — поразился уже Тристан.

— Я думала, там лесорубы и охотники разожгли костер.

— А они-то вам зачем понадобились? — недоверчиво поинтересовался Дан.

— Говорю же, заблудилась! Думала дорогу спросить. А там лес полыхает... И куда не брошусь — всюду огонь!

— А что дальше было?

— Почти отчаялась, — созналась я честно. — Потом олень появился...

Братья переглянулись.

— Похоже на правду, — признал Даниэль.

— Стала бы я лгать! — воскликнула возмущенно.

— Не кричите на меня, нари.

— А вы перестаньте меня допрашивать! И тон бы тоже сменили.

Даниэль нахмурился. Тристан вдруг расхохотался.

— Что, братец, привык, что тебя все либо боятся, либо табуном бегают?

— Трис! Забываешься!

Голос такой... ледяной до жути. Я даже поежилась, словно от холода. И все же... этот мужчина меня спас, как ни крути!

Я подошла к Даниэлю, заглянула в глаза.

— Спасибо, что вылечили.

Наверняка же он помимо ожогов и синяки с ушибами убрал. Сдается, без магии я бы сейчас даже не смогла сдвинуться с места после бешеной скачки на олене. Мужчина усмехнулся, слегка наклонил голову, снова заставляя меня смутиться. Стараясь скрыться от его пронизывающего взгляда, я посмотрела на себя в зеркало и завизжала.

— Что случилось? — тут же подскочил Трис, оказываясь рядом.

— Что это? — поинтересовалась я, рассматривая копну светлых волос, окутывающих мои плечи и спину. Да Рапунцель от зависти удавится!

— Я всего лишь привел вас в нормальный вид! — спокойно заметил Даниэль, явно не понимая, что сотворил.

— Да я за стрижку безумно много денег отдала! Тристан, принеси ножницы!

— С ума сошла! — воскликнул Даниэль, зло отбрасывая мои руки с моих же волос. — Не позволю! Да ни одна женщина не обрежет такую красоту! Это же стыд и позор!

Я так поразилась, что даже не сразу поняла, что он забыл про эти свои «нари» и перешел на ты.

— Слушай, я, конечно, безумно признательна за помощь. Правда. Но ты не имеешь никакого права решать, как мне выглядеть.

Мы зло уставились друг на друга. И стоило неимоверных усилий не сдаться под этим сверкающим взглядом. Да что же он со мной творит-то?

— Почему тебе не нравятся длинные волосы? — вдруг спокойно уточнил Даниэль.

— Это же неудобно! Их не промоешь толком, не расчешешь, не...

— Зато красиво.

Убийственный аргумент. Я глупо заморгала, не зная, что ему сказать. Если у этого твердолобого мужчины свои понятия о красоте, его точно не переспоришь! Можно даже не пытаться доказать, что стрижка — это удобнее и комфортнее. М-да... интересный экземпляр со средневековыми замашками мне попался! Перевоспитать, что ли...

— Могу и длиннее, если хочешь.

— Ты... да ты...

От возмущения у меня не находилось слов, а мысли о возможной войне между нами мгновенно вылетели. Сразу же понятно — проиграю!

— Я сам тебе их, если хочешь, буду мыть. И расчесывать. И даже научусь плести косы. Обещаю.

Признаться, мне делали всякие предложения, но такие...

— Что? Дан, ты серьезно? — воскликнул Тристан.

— Допустим.

— Но...

— Я не собираюсь оставаться в этом мире! — пораженно выдохнула я.

— Почему? — удивились оба брата.

— Я домой хочу. У меня там...

— Что? — спросил Тристан.

— Или кто? — тихо уточнил Даниэль.

— Да какое вам дело!

— Большое! — рявкнул Даниэль, заставив меня подпрыгнуть.

— Вы что, меня силой тут будете держать?

Братья переглянулись, вздохнули.

— А может...

— Нет, — оборвала я Тристана.

Знаю же, что хочет предложить. Мир посмотреть. А потом снова начнет убеждать остаться. А я вот всеми фибрами души чую — не стоит этого делать.

Даниэль снова взял меня за подбородок, заглянул в глаза и тихо-тихо спросил:

— Ты точно хочешь вернуться домой?

— Да, — ответила я, не думая.

Такое ощущение, что я на все готова согласиться, когда смотрю в эти восхитительные глаза. С любой глупостью. Даже если бы Даниэль предложил сейчас остаться, тоже бы согласилась. Ох, Золотая Рыбка! Уха по тебе плачет!

— Уверена?

— Да, — отозвалась я, отводя взгляд и немного приходя в себя.

Вернуться и забыть, что со мной произошло. Я к бабушке Аглае ехала душу успокоить, а не по другим мирам путешествовать!

— И даже если я попрошу остаться, ты не согласишься?

И взгляд такой пронзительный, обволакивающий.

— Зачем? — поразилась я, чувствуя, что явно не понимаю происходящего.

— Попросить? — удивленно воскликнул Тристан. — Я не ослышался? Ты хочешь...

— Не вмешивайся!

Я вздрогнула, скинула его руку и попятилась.

Сумасшедший! Я пробралась за Тристана и спряталась за его спину. Надеюсь, если что, он сможет меня защитить от собственного брата.

— Да не трону я тебя! Не бойся!

Ну-ну. Маньяк!

В комнате тем временем воцарилась тишина.

Я пыталась отдышаться и немного прийти в себя, но получалось с трудом. Перед глазами почему-то упорно плясали звездочки. Хотелось, наплевав на все доводы и инстинкты самосохранения, выйти из-за спины Тристана, снова утонуть в изумрудных омутах глаз Даниэля и забыться. Не помнить ни случившегося пожара, ни то, что чуть в нем не умерла. Осознав это желание, запаниковала еще больше. Меня ни с того, ни с сего потянуло к незнакомому мужчине. К красивому незнакомому мужчине, который владеет магией. Ну если чары применил, если... Но в глубине души я была уверена: нет, не применил. Это желание — искать защиты в объятьях Даниэля — мое собственное.

На миг прикрыла глаза, пытаясь унять все еще бешено колотящееся сердце.

— Простите мое поведение, нари, — вдруг раздался спокойный голос Даниэля. — Я потратил много сил, когда... Неважно когда. Пока они восстанавливаются, у меня бывают непредсказуемые эмоциональные всплески. Да и действие приворотного зелья, которым опоили пару дней назад, не до конца прошло. У него тоже есть побочные эффекты.

— Заметно, — отозвался Тристан. — И в объяснения пустился, и прощения попросил...

Я осторожно выглянула из-за надежной спины мужчины.

— Так вы вернете меня домой?

— Разумеется, нари. Все будет готово к обряду через четверть часа. Одевайтесь и пойдемте.

Мужчина говорил настолько вежливо и официально, что я растерялась.

— А где моя одежда? — шепотом поинтересовалась я.

Даниэль взмахнул рукой, на кровать опустилось легкое белое платье.

— Ваша одежда пришла в негодность. Я взял на себя смелость...

— А другой не будет?

— Какой именно? — нахмурился Даниэль.

— Брюки там, рубашка...

— Нари... Инга, — зло прошипел он, — имейте совесть! Женщина не должна носить мужские вещи! Исключение только для студентов Академии Клевера и капитанов кораблей.

М-да... Похоже, тут ну о-очень дремучее средневековье.

— Вы вернете меня туда, где я была, так? — пошла я в наступление, решив действовать хитрее.

— Да, но...

— И как я по лесу буду вот в этом... — я потрясла перед мужчиной платьем, — разгуливать? И как объясню бабушке, что ушла в одном, а потом вернулась в другом?

Даниэль нахмурился, Тристан весело хмыкнул.

— И в платье даже от медведя не убежишь! — закончила я.

— От него вы, нари, в любом случае не сможете уйти. У него скорость и реакция в несколько раз лучше человеческой.

Я задохнулась от возмущения.

— Одевайтесь!

И вышел, закрыв дверь.

— Слушай, Тристан, я, конечно, понимаю, он — твой старший брат, но вот любопытно, как ты его терпишь?

— А у меня выхода нет, — усмехнулся он. — И у тебя, кстати, тоже. Одевайся. Дан сегодня явно сам не свой. Ведет себя странно...

— Боюсь и представить, как он ведет себя обычно, — заметила я, рассматривая белое платье, а потом и собственные отросшие волосы.

— Тристан, а ты ножницы не принесешь?

— Не поможет. Дан на твои локоны чары наложил. Я их снять не смогу. Да и вряд ли кто-то из фейри сможет. Даже пробовать не будут, если попросишь. Не рискнут с Даном связаться.

Я поморщилась и тут же улыбнулась, решив не унывать. Ничего, вернусь и обрежу. Все же коса до пояса — весьма сомнительное удовольствие.

— Все равно неси ножницы. Я длинные платья никогда не носила. Споткнуться в нем недолго, зацепившись за подол. Шею, знаешь ли, сломать не хочется.

— Я бы не стал рисковать. Дан может навечно тебя в нем оставить. К тому же в нашем мире неприлично...

— Тристан! Неси ножницы. Я не собираюсь здесь оставаться!

— Хорошо-хорошо, — рассмеялся он. — Знаешь, Инга… вот смотрю я на тебя и понимаю... А ты бы стала прекрасной парой моему брату.

— Ты с ума сошел? — возмутилась я, так и не сумев представить рядом с собой красавца Даниэля.

— Я пошел разыскивать ножницы. Наверняка у матушки в шкатулке для шитья должны быть. А ты пока рукава к платью подбери.

— Ты о чем? Какие рукава?

Тристан не ответил, щелкнул пальцами. На кровати появился ворох кружев, шелка и атласа.

Пока я пораженно на это смотрела, Тристан исчез из комнаты, оставив меня одну.

 

 

Глава вторая

 

 

Я присела на кровать, вытянула из огромной кучи пару рукавов. Один из них был кружевным, расшитым маленькими жемчужинками, а другой напоминал голубые чешуйки. М-да...

— Выбрала? — поинтересовался Тристан, появляясь в комнате с ножницами в руках.

— Нет, — отозвалась я, выуживая светло-зеленый рукав с вышивкой. — А для чего они вам нужны?

— Для определения статуса женщины, разумеется, — ответил Тристан, очаровательно улыбаясь. — Разве у вас не так?

— У нас подобное было только в эпоху Возрождения, — созналась я. — И сейчас нет необходимости определять статус женщины.

— Надо же! А у нас сменные рукава всегда были. Или нет... — забавно поморщил нос Тристан.

— А у мужчин тоже...

— Нет, конечно! У нас определяют по силе. У женщин там потоки другие, сложно разобраться...

— Хм-м... Ладно. Поможешь выбрать?

— Конечно! Вот смотри: те, что украшены драгоценными камнями...

— Для герцогинь и принцесс?

— Угадала.

И откуда тогда в доме у двух братьев они взялись? Они же не принцы, а дом не похож на дворец. Или же...

— А вы с Даниэлем кто по статусу? — на всякий случай уточнила я.

— А это имеет значение? — тут же поинтересовался Тристан, внимательно смотря на меня.

— Не особо. Просто любопытно.

— Герцоги, — отозвался Трис. — Меня это не особо радует.

— Слишком большая ответственность?

— Разумеется.

— А Даниэль?

— Он тоже не в восторге. Просто привык. И моя мечта, что однажды Дан избавит меня от всех этих обязанностей, все еще жива. И тогда я...

Тристан вдруг покачал головой, отбрасывая какие-то варварски-красные рукава, расшитые черными розами.

— Что?

— Я отправлюсь путешествовать! — выпалил он. — У нас огромный мир, Инга! И в нем много всего прекрасного. Я бы хотел побывать на Жемчужных Островах...

— А что в них особенного?

— О! Ты же не знаешь! — воскликнул он, сделав круглые глаза. — Жемчужных Островов всего пять. Они находятся безумно далеко от Онруна! Там все дно усыпано жемчугом! Красота неописуемая!

Я улыбнулась, стараясь представить подобное место.

— И рассветы с закатами там такие... Все небо полыхает красками радуги! Те, кто бывал, говорят, нет на свете ничего прекраснее. Даже Дан поразился.

— А почему он там был, а ты нет? Что мешает отправиться на эти Жемчужные Острова прямо сейчас?

— Так у меня практика едва закончилась. Через неделю возвращаться в Твируну. А до Жемчужных Островов две недели пути. Это если на летучке. А если на обычном...

— В Твируне ты учишься? — поинтересовалась я.

— Да. В Академии Клевера. И пока не закончу, не видать мне Жемчужных Островов! Ни отец не отпустит, ни Дан. Ну, ты знаешь, все родители и старшие братья трясутся над младшими, как курица над неразумным цыпленком. Родные считают, что опасно отправляться в такое путешествие одному. Да и силы до конца не проявились.

Тристан как-то грустно вздохнул.

Я покосилась на фейри. Интересно, он задумывался, что все может быть не так радужно? Я вот уже давно вышла из того возраста, когда читают сказки. За спиной — пять лет университета. И новенький диплом экономиста лежит в кармане. Только почему-то душу не радует. Ощущение, что я долго бежала, не зная куда, надеясь на лучшее, а в итоге путь оказался замкнутым кругом.

Друзей за эти годы у меня тоже так и не появилось. Была, правда, Юлька, лучшая подруга, но... Дружба закончилась, когда я застала ее целующейся с тогда еще моим парнем. Банальная до тошноты история. Что тут скажешь? Не я первая, не я последняя, кто оказался в подобной ситуации. Порыдала, успокоилась и живу дальше.

Только тревоги и сомнения не отпускают. Мерзкое это чувство, когда жизнь складывалась неплохо, а потом в одночасье рухнула. Теперь впереди неопределенное будущее.

Можно было, конечно, позвонить родителям, уехавшим в очередную командировку. Но чем бы они помогли? Да и доверия между нами особого нет. Так уж сложилось. И папа, и мама у меня по профессии археологи. Вечно летом в разъездах, а в остальное время, свободное от командировок, чуть ли не живут в институте, изучая находки. Я их почти и не вижу. Пока не повзрослела, меня воспитывала няня, а на лето всегда уезжала к бабушке Аглае.

Тристан что-то недовольно проворчал, отвлекая меня от нечаянных воспоминаний. Решив не разочаровывать этого мечтателя, я сменила тему и поинтересовалась:

— Скажи… А как получилось, что вы с братом — оба герцоги? Да еще при живом отце? В моем мире такое нереально…

— Так люди и живут меньше, — хмыкнул Трис. — А фейри — долго, титула герцога можно и не дождаться. Не сыпать же из-за него яд в кружку любимого папеньки? Если серьезно — из-за наследования титулов среди нашей аристократии чуть не разразилась война. Ой, что было…

Я удивленно уставилась на него.

— В общем, в результате приняли закон, по которому титул герцога распространяется и на старшего сына фейри, перешагнувшего за сотню лет.

— А ты? Ты младший, но, насколько помню, тоже не какой-нибудь маркиз.

Тристан почему-то вздохнул и нахмурился.

— Повезло. Однажды отец спас жизнь принцессе. И Его Величество не нашел ничего лучше, как отблагодарить нашу семью еще одним герцогским титулом.

Странно, почему он кажется недовольным? С минуту я помялась, терзаемая любопытством, но совладала с собой и спросила:

— А что такое «летучка»?

— Так мы называем корабли, которые могут подниматься в небо, — с облегчением ответил Трис. — Их немного. Они строятся из особого дерева, которое растет, кстати, на тех самых Жемчужных Островах. Летучие деревья выращивают эльфы, а потом создают из них корабли. Из одного дерева получается один корабль. На Аруне их почти сотня, и то не на всех хватает. Если планируется путешествие, билеты на них выкупают заранее.

— Погоди, Арун — это место, где принц Эмилиан находится? — сориентировалась я.

— Да. И второй из Жемчужных Островов. Первый — Карисандра — принадлежит русалам. На нем водоемов больше, чем суши. Хвостатым там удобно мастерские создавать. И видела бы ты их украшения! Знаешь, берешь в руки, и кажется, что море в ладонях держишь!

— А ты, оказывается, романтик, Трис! — улыбнулась я.

— Так все фейри такие, — совсем не обиделся он. — Правда, некоторые, вроде моего брата Дана, пытаются это скрыть. — Усмехнулся, сощурился и напомнил: — Давай лучше рукава подберем! А то чую, терпение Дана скоро закончится. И тогда он на тебя их все наденет.

Я хихикнула и придвинула к себе ворох тканей.

— Эти не бери, — сказал Трис, когда я рассматривала нечто ярко-малиновое. — Тебе не подойдут. Такие, кстати... — он показал на алые, расшитые разноцветными нитками, и на малиновые, которые были у меня в руках, — носят торговки. И внимание привлекает, и смотрится красиво с их разношерстными нарядами.

— А эти? — показала я на светло-зеленые, расшитые серебряной нитью.

— Эти? Можешь смело надевать. Зеленый и серебряный — цвета моей семьи. Если в них кто-то увидит, сразу поймет, что ты под нашей защитой, — лукаво улыбнулся Трис.

Я заподозрила какой-то подвох, но в комнате появился Дан, и ничего уточнить я не успела.

— Кто-то, кажется, домой хотел? — ехидно заметил он, прерывая такое увлекательное занятие, как рассматривание рукавов.

— Почти собралась, — ответила, опять чувствуя, как у меня горят щеки.

Даниэль осмотрел меня с ног до головы. Многообещающе так, красноречиво. Да-да, я все еще сижу в тунике! Подумаешь!

— Даю пять минут на сборы! Иначе портал будет открывать Трис. И я не гарантирую, что ты попадешь домой, а не на ужин к химерам.

— И долго ты мне эту случайность припоминать будешь! — возмутился Трис.

Даниэль хмыкнул, покачал головой и вышел.

— Платье надевай, — велел младший, отворачиваясь.

Понятно: про химер лучше не уточнять.

Я быстро переоделась, взяла ножницы.

— Не жалко? — поинтересовался Трис, поворачиваясь.

Я кинула ножницы на кровать. И правда. Не резать же красивое платье из мести Даниэлю.

— А откуда ты знал, что я взяла ножницы? Спиной же стоял!

Тристан бросил взгляд на зеркало.

— Ты...

— Тихо-тихо! — Он выставил ладони в защищающем жесте. — Я не смотрел.

— Да неужели? — шагнула я вперед, сгорая от желания чем-нибудь его поколотить.

— Хорошо-хорошо! Самую чуточку! Да и нечего тебе скрывать! Красивая же!

Он увернулся от подушки, которую я бросила в его сторону.

— Трис! — раздался голос Дана.

— Уже идем! — отозвался он, помогая мне надеть рукава. Быстро продел шнуровку в вырезы платья, закрепил.

— Да ты, смотрю, в этом деле мастер! — не удержалась я от шпильки.

— И не спрашивай!

И снова так лукаво улыбнулся, показывая очаровательные ямочки на щеках.

Мы вышли в коридор, отделанный в светло-бежевых тонах. Вдоль стен, на которых красовались круглые светильники, высились горшки с цветами.

— Мама любит заниматься садом, — сказал Трис, заметив мой заинтересованный взгляд. — И растения есть почти во всех комнатах. Нам туда.

Мы свернули и вышли к лестнице, ведущей в огромный холл. Дан стоял спиной к нам, о чем-то разговаривал с горничной, одетой в белый передник. Как только мы спустились, девушка исчезла. Дан обернулся, посмотрел на меня, глаза потемнели.

И что опять не так?

— Это ты мне назло сделал? — уточнил он у Триса.

— Вовсе нет! Она сама их выбрала! — возмутился младший, трусливо прячась за меня.

— Вы о чем?

— О рукавах! — пискнул Трис.

— И чем они не угодили вашей светлости? — фыркнула я.

— Наверное, тем, что предназначены для моей невесты, — глухо ответил Дан.

— Что? — воскликнула я. — Трис, гад такой, ты почему мне не сказал!

— Ну прости, Инга! Пошутить хотел! — выпалил он. — Матушка их приготовила, Дан зачаровал. Они таким образом… Вернее, матушка, таким образом хотела проверить, стоящая ли девушка достанется в жены старшему сыну или...

— Что? — хором воскликнули мы с Даниэлем.

Видимо, просила матушка фейри совсем о другом, судя по возмущению старшего. И о настоящей свой цели сыну не сообщила.

— Ну а что... Если девушка побогаче возьмет рукава, так, значит, не жених ей нужен, а сокровища. И не смотри на меня так, Даниэль! Инга их сама выбрала! Хотя я ей показал все, что были в доме. Даже те, что камнями драгоценными расшиты.

— Тристан! — холодно процедил Дан. — Ты...

— Не был обязан сообщать, для кого они предназначены. Про цвета рода все сказал, про защиту — тоже.

— Тристан! — рыкнул старший фейри, и я чуть не подскочила.

— Пойду я лучше воды попью, пока вы для ритуала готовитесь. Жарко что-то стало...

И для достоверности рукой, как веером, помахал, исчезая.

— И ведь не раскаивается ни на грош! — спокойно заметил Даниэль.

Затем усмехнулся, прищурился, подул и...

— А-а-а-а! Дан, пыльца лепреконов, крылья мыши! Ты что творишь!

Тристан влетел в комнату, весь покрытый сосульками.

— Я-то? — невинно уточнил Даниэль. — Всего лишь хотел пошутить.

Трис насупился, но при этом выглядел так забавно, что я рассмеялась.

— Принеси лучше пару свечей, может не хватить, — попросил Даниэль, щелчком пальцев высушивая на Тристане одежду.

Едва мужчина снова исчез, фейри подошел ко мне.

— Ты правда сама выбрала эти рукава?                       

— Да. Трис сказал, что так я буду под защитой вашей семьи, если мне кто-то встретится. Но полагаю это не совсем так...

Даниэль посмотрел мне в глаза, заставляя сердце биться чаще, а потом провел рукой по рукаву возле запястья.

— Видишь, здесь нет герба на основании?

— И?

— Значит, ты под защитой того, кто влил силу в вышивку, а не рода.

— То есть под вашей?

— Разумеется. И давай уж на «ты» перейдем. Только всем подряд не разрешай такого обращения. По крайней мере, в нашем мире. Здесь позволительно забывать про условности родственникам и близким людям. И друзьям, разумеется.

Я кивнула, про себя подумав, что ни старомодные рукава, ни знания об этикете этого мира мне не нужны. Совсем скоро я вернусь домой.

— Нари... То есть Инга, что-то не так?

Я покосилась на него и решила поделиться сомнениями.

— Вы... то есть ты так говоришь, будто я собираюсь здесь остаться.

Даниэль сверкнул изумрудными глазами.

— У меня, как у любого фейри, бывают предчувствия.

Расспросить подробнее я не успела, потому что появился Тристан.

— Пойдемте во двор. Я все принес.

Мы вышли, и я оглянулась. Дом, где жили братья, оказался небольшим двухэтажным особнячком, построенным из крупного неровного камня. Чем-то он напоминал гранит. Стены обвивали плющ и белый вьюнок. И ничем дом не отличался от тех, что существовали на Земле. Я даже немного разочаровалась.

— Инга, ты готова? — поинтересовался Даниэль, отвлекая.

Я обернулась, теперь рассматривая цветущий сад, окруживший жилище фейри. Никаких необычных деревьев, огромных цветов и чего-то из ряда вон выходящего. Вокруг кусты красных и белых роз, а за ними — стеной тонкие осинки с молодыми елочками. Пахло медом, дикими травами, хвоей, розами и почему-то жасмином. И все эти запахи перемешивались, создавая невероятный аромат. Жужжали мохнатые шмели, садясь на цветы. Порхали пестрые бабочки и белые мотыльки. В густой листве деревьев пели птицы. Просто сказка!

— Инга...

— Здесь так красиво! — заметила я, смущенно улыбаясь.

— Вечное лето, — усмехнулся Трис. — А вот в Твируне наоборот вечный холод...

— Правда? А у нас времена года разные. Одно сменяется другим.

— У нас тоже, — отозвался Даниэль, задумчиво на меня посматривая.

— Но Трис сказал, что тут вечное лето...

— Мы же фейри, забыла?

— Так вы за погоду отвечаете?

Братья переглянулись и расхохотались.

— И откуда ты такая наивная взялась?

— Это я-то наивная? — возмутилась в ответ.

— А скажешь, нет? — продолжил веселиться Даниэль. — Тебя даже не смутило, что ты в доме с двумя мужчинами находишься. И одежду взяла.

— В моем мире другие порядки, — сухо заметила я. — Будь моя одежда в целости и сохранности, то я бы ни за что не взяла это вот, — показала руками на платье. — Никогда не думала, что вы, герцоги, такие жадные!

— Инга! Ты все не так поняла! — возмутился Трис.

— Обиделась, да? — поинтересовался Даниэль. — Мы с братом то и дело забываем, что ты с Земли. Одежду в Малируне женщина может взять у мужчины в одном-единственном случае — если ему доверяет. То есть либо у родственника, либо у жениха. Да и свою мужчина может отдать только невесте или там...

— И откуда мне это было знать? Сами же предложили! Не голышом же ходить!

Мужчины вздрогнули. Трис покраснел, а Дан улыбнулся.

— Знаешь, теперь даже мне жаль, что ты не хочешь остаться.

— Почему?

Я покосилась в сторону темнеющей стены леса, который казался непроходимым.

— Ты искренняя, светлая, открытая, — улыбнулся Даниэль.

— Можно подумать, у вас таких нет!

— Есть, конечно. Только...

Дан не договорил, качнул головой. И понимай все, как хочешь! Можно, конечно, спросить. Но не уверена, что готова услышать ответ.

— Вставай в центр поляны, Инга. Трис зажги свечи, — велел он.

Я двинулась в указанном направлении, остановилась, но сколько ни вглядывалась, не увидела никаких пентаграмм. Трис тем временем зажег несколько свечей, расположенных между мной и Даниэлем. Странно как-то! Похоже, я просто начиталась романов, а теперь пытаюсь соотнести свои представления с тем, что сейчас вижу. Впрочем, о чем речь? Я в другом мире, разговариваю с фейри, слушаю их рассказы о сменных рукавах, а сейчас планирую переместиться при помощи магии. Нечему удивляться. Вот совсем.

Я с трудом сдержала смешок, посмотрела на Даниэля. Глаза у него засияли, и воздух вокруг меня словно сгустился. Засверкали разноцветные искры, опутали всю, спеленали.

— Прощай, Инга! — крикнул Трис.

— Прощайте!

Меня озарила вспышка, подбросило так, что перед глазами заплясали звездочки. Я зажмурилась, боясь представить, на какой высоте нахожусь, и стала... падать. Летела через пространство, кричала и... вот в прошлый раз подобного просто не было!

Золотая Рыбка! Я же сейчас разобьюсь! А-а-а!

Рывок — и я удивленно смотрю на растерянного Даниэля, который, похоже, удачно меня поймал и теперь держит на руках. Это какую же силу надо иметь, чтобы устоять!

И Дан сейчас совсем близко. Серебряные прядки касаются моего лица, изумрудные глаза превращаются в темные омуты. И я тону, забыв обо всем на свете. И этот запах... чуть горьковатый запах жасмина. Я-то думала, что он цветет в глубине сада, а оказывается, этим ароматом окутан Даниэль.

— Не ушиблась? — раздался взволнованный голос Тристана.

— Нет, — отозвался Даниэль, не сводя с меня глаз и как-то тяжело дыша. — Стоять на ногах сможешь?

— Д-да.

— А, по-моему, нет, — ответил Даниэль. — Ты дрожишь, как лист на ветру. Испугалась...

Хотелось съязвить, но в голосе мужчины слышалась... нежность. Или мне кажется?

— Инга, ты там как?

— Вернусь на Землю — напьюсь, — честно созналась я.

Трис рассмеялся, Даниэль фыркнул и осторожно отпустил. Но рук с талии не убрал, придерживал, словно боялся, будто я упаду.

— Что случилось? Почему я снова здесь?

— Ты нам совсем не рада? — удивился Тристан.

Я нахмурилась.

— Тебя что-то не пустило.

— В смысле — что-то не пустило? Все же, как в прошлый раз было! Искры сыпались, вспышка...

Братья переглянулись.

— Ты видишь искры? — осторожно спросил Даниэль.

— А не должна? — возмутилась я.

— Нет. Ты же не фейри.

— А их только фейри видят?

— Их видят те, в ком есть дар, — отозвался Трис.

— Во мне ничего такого нет, — быстро ответила я.

— Хочешь попытаться еще раз переместиться? — сухо поинтересовался Даниэль.

— Давай!

— Самоубийца! — фыркнул Тристан. — А ведь так была похожа на нормальную девушку!

Я красноречиво посмотрела на младшего фейри, обещая ему много хорошего, если доберусь.

— Хорошо, попробуем, — согласился Даниэль, правильно оценив мое настроение. — Трис, неси еще свечей.

Пока фейри ходил за требуемым, старший задумчиво смотрел вдаль, но своими мыслями со мной не делился.

И вскоре все повторилось: зажженные между нами свечи, искры, мой полет, падение и крепко сжимающие руки Дана.

Я застонала, уткнувшись в его сильное и могучее плечо.

— Инга, ты как? — снова поинтересовался Трис.

— Ты повторяешься, — заметила я. — И что теперь?

Сейчас Даниэль не стал отпускать меня на землю, а я не попыталась выскользнуть из его рук сама. В них как-то надежнее, что ли.

— Будем выяснять, что не пускает, — отозвался Даниэль, присаживаясь вместе со мной на скамейку. — Итак, в тебе есть дар к волшебству.

— К нам и раньше попадали люди со способностями, но все они спокойно перемещались обратно, когда хотели, — напомнил Трис, с сомнением смотря в мою сторону.

— Что, тоже не захотели в этом чудесном мире оставаться? — не удержалась я от ехидства.

— В смысле?

— В прямом. Вы тут рассказываете, как у вас замечательно, а люди возвращаются на Землю.

— У них там семьи, — глухо отозвался Дан. — Тебя на Земле ничто и никто не держит.

— Может, поэтому она и не может вернуться?

— Как это — не держит! У меня там бабушка и родители!

— Отношения хорошие? — тут же поинтересовался Даниэль.

— Родителей редко вижу, вечно в разъездах и увлечены наукой. А бабушка Аглая...

— Как-как? — вдруг заинтересовался Трис. — Уж не та ли самая Синеокая Аглая, прозванная...

— Ведьмой, — закончил Даниэль.

— Вы с ума сошли? — возмутилась я. — Это моя бабушка! Да она...

— А что ей мешает помимо твоей бабушки быть еще и ведьмой? — поинтересовался Даниэль.

Я нахмурилась.

— А откуда вы про нее знаете?

— Помнишь историю про принца Эмилиана, что я тебе рассказывал?

— Да.

— Так вот... Синеокая Аглая его и заколдовала! Сознавайся, у твоей бабушки тоже глаза цвета...

— Да при чем тут это!

Даниэль сощурился.

— Итак, давай сначала. Ты приезжаешь в гости к бабушке...

Я прикусила губу.

— Ты зачем в лес-то отправилась?

— Погулять, — буркнула в ответ, понимая, как глупо выгляжу.

Ну не рассказывать же, что каждый раз, когда я приезжаю к бабушке погостить, заслушиваюсь ее историями! Уж они такие...Про самоцветные камни, волшебного оленя да заколдованных принцев. Если еще учесть, что дом бабушки находится на окраине деревни, а за спиной начинается тайга, полная манящих тайн, которые, казалось, только меня с самого детства и ждали, много ли надо для счастья?

— А мне говорила про озеро с лебедями, — напомнил Трис. — Ты же его, Инга, отправилась искать.

— Даже так... — протянул Даниэль, улыбаясь. — Значит, в чудо мы все же верим.

— Прекрати! Мне двадцать три года! Я не ребенок.

— Еще какой! — отозвался мужчина, пряча ухмылку. — Да и разве важен возраст, чтобы верить в сказки? Без этой веры, знаешь ли, Инга, невозможно ничто в этом мире.

— Можно подумать, ты тоже веришь!

— Еще вчера я сомневался, — тихо ответил Даниэль.

— А сейчас?

— Ты сидишь у меня на коленях.

— И?

Даниэль почему-то посмотрел на Триса, покачал головой и не ответил. Чудной какой!

— Давай вернемся к твоей бабушке. Значит, это она тебя отправила озеро с лебедями искать, так?

— Так, — созналась я, чувствуя себя весьма глупо.

Откуда в тайге этим птицам-то быть? Я гостила у бабушки Аглаи два раза в год, сколько себя помню, но о подобном водоеме слышала тогда впервые! А уж лебеди... да в тайге... Я бы меньше удивилась, если бы встретила на улице города, где жила, белого медведя! И все же... когда я отправлялась на эту чудесную во всех отношениях прогулку, подобное мне даже не пришло в голову!

— И как же родственница тебя убедила?

Голос Даниэля был мягким, вкрадчивым, а в глазах плескалось нездоровое любопытство.

Я покраснела, вздохнула и честно созналась:

— Я ее сказок наслушалась.

Дан каким-то образом сумел скрыть улыбку, явно боясь меня обидеть. Только в глазах сверкали смешинки, выдавая правдивое отношение к моим словам.

И так захотелось расплакаться! Знал бы Даниэль, как на тот момент мне было тоскливо. И да, я слушала о принце светлых эльфов, которого злая колдунья превратила в лебедя, смотрела на мерцающие свечи, и все тревоги затихали. А когда бабушка Аглая, поправив цветастый платок да сверкнув ярко-синими очами, намекнула, что у них есть в тайге озеро с лебедями, я удивленно приподняла глаза. Нет, озера в лесу имелись, куда им деться! Да и болот была тьма-тьмущая! Только и успевай за клюквой ходить да полные ведра домой относить. А там бабушка Аглая заливала ягоды родниковой водой, а банки потом грузила моим родителям в машину. Обычно на этом моменте я начинала рыдать. Как правило, жалобно и громко, понимая, что разлука с самым близким мне человеком неизбежна аж до Нового года. Но тогда я была совсем маленькой. А тут... другое. Хотелось отвлечься, забыться, собраться с мыслями. И бабушкин ласковый голос, рассказывающий сказки, все печали забирал. Так, по крайней мере, мне казалось.

— Озера ты, естественно, не нашла.

— Я заблудилась, — напомнила в сотый раз.

— Думаю, не просто так с дороги сбилась. Да и желание отправиться в лес возникло...

— Хочешь сказать, бабушка еще какие-то чары наложила? — пораженно перебила я фейри.

— Возможно, но... Инга, ты должна понять, что без твоего желания отправиться в лес на прогулку ворожба была бы невозможна. Если ты хоть чуточку верила в существование озера, то подтолкнуть тебя к нужному решению, используя магию, реально. Что дальше случилось?

— Пожар...

— Полагаю, не просто так заполыхал лес. Синеокая Аглая обладает даром вызывать огонь.

— То есть это бабушка Аглая специально сделала?

— Разумеется!

— Но ведь я могла погибнуть!

— Это вряд ли. Тот лес любит Харавель. Он бы тебя в любом случае учуял, помог выбраться, — заметил Даниэль.

— А переместилась я как? — уточнила осторожно. — Там точно не было свечей!

— А ты уверена, что Синеокая Аглая не шла следом и не зажгла их в нужный момент? Чары невидимости наложила, и...

— Я на олене мчалась, — прошептала я. — Она бы не догнала...

Мужчины переглянулись и снова рассмеялись.

— Это Синеокая Аглая не догнала бы? Да ей переместиться по воздуху — раз плюнуть!

 Я представила свою родную бабушку Аглаю, сумевшую провернуть такое, и тряхнула головой. Да быть такого не может! Это же... это же самый близкий мой человек! Где бы я ни была, что бы ни случилось, я всегда твердо знала: у бабушки Аглаи, живущей в глухой таежной деревне, я найду и хороший совет, и дружеское участие. Жаль, что в последнее время мы с ней так редко виделись. И сейчас, когда у меня возникла неопределенность в жизни, я поехала именно к ней. Да и навестить близкого человека, конечно, хотелось. В последнее время у меня находилось столько дел и забот, что никак не получалось к ней выбраться. А может, это и есть самое важное и необходимое!

Сколько же я у бабушки не была? Пять лет или больше? Вспомнилось, что пока я шла по деревне, рассматривая низкие деревянные домики с резными наличниками, да прислушивалась к лаю собак, даже слезы на глаза навернулись! Все казалось таким родным и желанным!

Вон там дом тетки Марьи, веселой хохотушки, которая угощала всех детей в деревне безумно вкусными плюшками с изюмом. Она пекла их в огромной печи, что была в полкухни. И иногда нам дозволялось рассесться прямо на полу, укрытом разноцветными ковриками, и наблюдать, как тетка Марья колдует у огня. Иначе эти действия просто назвать не получалось!

 А чуть дальше, в небольшом, но аккуратном домике, крыши которого почти касались ветки огромного кедра, жила бабушка Люцина — маленькая, худощавая, но с цепким пристальным взглядом. Ее немного побаивались, считая не от мира сего. Всю жизнь она прожила одна, собирая по лесам травы, чтобы лечить тех, кто обратится к ней за помощью. Говорят, бабушка Люцина одна в тайгу ходит, никого не боится! И даже Иван, охотник с самого рождения, иногда у нее уточняет дорогу. Чудеса, да и только!

Тогда, идя по знакомой улице, я свернула влево, поправив лямку рюкзака и рассматривая привычные дома, которые за то время, что я здесь не была, словно ничуть не изменились. Только казались более низкими. Или это просто я выросла?

Вдохнула смолистый запах тайги, улыбнулась. Впервые за долгое время почувствовала себя... дома! Дошла до избушки бабушки Аглаи, остановилась, вспоминая, сколько сюда не приезжала. Даже было неловко и стыдно открывать ветхую калитку, за которой цвели мальвы, наполовину скрывая домик. Но старушка мне искренне обрадовалась. Мы с ней долго обнимались, делились новостями, расспрашивали друг друга обо всем на свете. Словно и не было долгой разлуки. А вечером бабушка привычно зажгла свечи, уселась у окна и начала рассказывать одну из волшебных историй. Про злополучное озеро и заколдованного принца. И теперь меня пытаются убедить, что она оказалась наделена магическим даром и отправила меня в другой мир!

— Не веришь? — спокойно поинтересовался Даниэль, который явно заметил, что я задумалась.

— Слишком неправдоподобно звучит, — заметила я.

— Возможно все, — философски пожимая плечами, заметил Трис.

— Но беда-то не в этом, — растерянно сказал Даниэль. — Боюсь, Синеокая Аглая отправила внучку в наш мир с определенной целью.

— Это с какой же?

— Вернуть принцу светлых эльфов его облик.

— Снять колдовство? — поразилась я.

— Разумеется. И тогда уже можешь попробовать вернуться на Землю, — закончил Трис. — Ты лучше вспоминай, что она тебе в той сказке рассказывала? Как уничтожить чары?

— Пройти по радуге и встретить того, кто поможет, — ответила я.

Трис выругался, но тут же посмотрел на Даниэля и замер.

— Все настолько плохо? — уточнила я.

— До безумия, — ответил Даниэль и широко мне улыбнулся, заставляя сердце биться чаще.

Чему он радуется-то?

— Инга, теперь ты останешься в этом мире, пока не сможешь создать радугу.

 

Около 3 лет
на рынке
Эксклюзивные
предложения
Только интересные
книги
Скидки и подарки
постоянным покупателям