0
Корзина пуста
Войти | Регистрация

Добро пожаловать на Книгоман!

Или войдите через:


Новый покупатель?
Зарегистрироваться
Главная » Трилогия. Ахроматика богов (эл. книга) » Отрывок из книги «Ахроматика богов»

Отрывок из книги «Ахроматика богов (трилогия)»

Автор: Людвиг Светлана

Исключительными правами на произведение «Ахроматика богов (трилогия)» обладает автор — Людвиг Светлана Copyright © Людвиг Светлана

1

Тик-так, тик-так – звенело у девушки в голове, когда она наблюдала, как медленно закат вытягивает и гонит тень от большого валуна. Механические часы девушка уже не застала, так что не представляла себе, как они говорят, а звук откуда-то знала. Он ей не нравился, он был тревожным.

– Проводить тебя домой? – спросил высокий накачанный парень.

– Нет, – отрезала она, взмахнув золотыми кудрями. Она выглядела забавно в своей категоричности, как обиженный маленький ребёнок – губки бантиком, бровки домиком, огромные голубые глаза смотрят с укором. – Мне кажется, это случится сегодня.

– Ты уже неделю так говоришь, – усмехнулся он.

– И вдруг сегодня окажусь права? Брендон, ты же знаешь, если я вернусь, то из дома уже не выберусь. Я не хочу возвращаться, я боюсь не успеть.

– Фрея, – ласково протянул парень, погладив её по голове. – Наверняка все компании уже разошлись. Ты устала, тебе пора отдохнуть – одной тебя на всё не хватит.

Он знал, сколько приступов случилось в этом году в Сан-Франциско, где он учился, – и вряд ли кто-то им помог, ведь Фрея оставалась в их родном маленьком городке, а сам Брендон исцелять был не способен.

– Я не смогу спокойно спать, если где-то случится вспышка, – заявила девушка категорично. Давай ещё подождём.

– Давай, – легко согласился парень и развернул её к себе лицом.

Он коснулся губами сначала родинки слева у виска, отодвинув забранную на бок светлую чёлку. Потом гладкой щёки. Затем губ. Медленный поцелуй незаметно стал вожделенным, скрыл за дымкой наслаждения реальность и отогнал все страхи. Но забвение прошло, стоило поцелую закончиться. Всё вернулось на свои места.

– Мне страшно, – пожаловалась Фрея, крепче прижимаясь к своему парню.

– Не бойся ничего – я с тобой, – попытался приободрить Брендон.

Ей хотелось в это верить, но она знала, что не от всех напастей можно спасти. От самой себя Фрею никто не защитит, а это последнее время самый подлый и опасный враг.

Она высвободилась из объятий и задумчиво посмотрела на речную гладь, окрашенную яркими красками угасающего дня. Луч солнца скользнул по щеке, ослепил на мгновение… Резко ударило в голове, оторвав от раздумий. Фрея вздрогнула, чуть покачнулась и тут же застыла на месте, боясь двинуться. В ушах зазвенело, перед глазами пропала картинка, оставив только перемешанные вечерние цвета, словно она проваливалась в сон.

Брендон придержал её за плечи, чтобы не упала, обречённо выдохнул:

– Ух ты, действительно началось.

– Я не понимаю пока где, – тревожно отозвалась она, – надо подождать, – а в голове звенело «тик-так». Ждать было хуже всего.

– Третий раз за месяц, и вспышка-то крупная, – сказал Брендон, прислушиваясь к чему-то далёкому, неуловимому для слуха обычных людей. – Если так пойдёт и дальше, мы не справимся.

– Если мор расползается, возможно, и способных исцелять его становится больше, – с надеждой в голосе предположила блондинка, но под насмешливым взглядом кавалера стушевалась, зажмурилась крепко-крепко и торопливо зашептала: – Я боюсь, Брендон. Боюсь, что в какой-то момент не справлюсь и не смогу помочь. Или и вовсе… – Фрея на секунду замерла – но нет, всё ещё не ясно, где приступ, – и рассеянно договорила: – мы потеряем контроль над ситуацией.

– Я давно уже тебе говорю, что пора пробудить все силы. У дочери стихий их куда больше.

– Опять ты об этом, – в голосе прорезалось раздражение. Да, сил у неё куда больше, чем она использует, но они пугают даже сильнее мора, поэтому пользоваться ими Фрея не станет. И уговорить себя не даст. – У меня самый просто дар исцеления. И всё.

– Поверь мне, уж я-то узнаю дочь стихий, я же повелитель земли. Тот, кто должен тебя защищать.

– Но ты-то помнишь о своих прошлых жизнях, а я нет! – обиженно сказала Фрея. До боли надоевший разговор, одни и те же слова. Как она от них устала!

Брендон усмехнулся. Дочь стихий никогда не переносила воспоминания, в отличие от своих слуг – повелителей. Поэтому не раз случалось, что в очередном перерождении она проводила всю жизнь только с одним из хранителей или вовсе терялась среди обычных людей. Но разве Фрее докажешь? Каждый раз отрицает очевидное.

 – Но даже если я действительно та самая. Или у меня есть другие скрытые силы, – девушка намеренно говорила условно. – Это всего лишь капля в океане. Мне кажется, – задумчиво произнесла блондинка, прищурившись, чтобы поглядеть на солнце, замершее у самой кромки воды, – чтобы исцелить всех, надо начинать с неба. Мы должны…

– Фрея, – ласково перебил парень, обняв её за плечи, – там нет никого, это глупость.

– Есть! – встрепенулась девушка, вырываясь из объятий. Отскочила на шаг и едва сдержалась, чтобы, как маленький ребёнок, не топнуть ногой. – Есть, Брендон! Мор – не просто так! Бог-вулкан, что спрятал жидкое сердце нашей планеты под земной корой и даровал людям место для жизни, наказывает нас за грехи! Люди захлёбываются собственным злом!

– Это не научно, – попытался миролюбиво улыбнуться Брендон, подходя ближе, но она отпрянула. – Мор уже давно свирепствует. Будь он карой божьей, людей бы уже не осталось. Это просто вирус…

– От которого твоя наука никак не может найти вакцину! Даже симптомы не выявит! – встрепенулась блондинка, задетая словами приятеля, а потом на секунду замерла. – В парке.

Они пошли, сначала медленно, чтобы не вызывать подозрений, а потом все прибавляли и прибавляли шаг, будто боясь не успеть. К мотоциклу, оставленному на одной из запустелых улочек, почти бежали, понимая, что каждая секунда на счёту.

Ловко лавируя среди неповоротливых автомобилей, они почти не заметили дорогу. Только ветер навстречу, да мысли в голове путаются. Хорошо, что их не остановили за превышение скорости или неосторожно срезанный поворот.

Припарковавшись у ворот парка, парень с девушкой спешно соскочили с мотоцикла, побросав шлемы. И застыли в недоумении, торопливо озираясь по сторонам. Фрея нахмурилась, не понимая. Последние запоздалые отдыхающие мирно гуляли, а не бежали с криками и не бросались друг на друга, как всегда происходило во время мора. Безмятежное спокойствие настораживало ещё сильней.

– Я точно чувствую, что мор здесь, – упрямо заявила девушка.

Брендон тоже чувствовал, но утверждать не мог. Что ни говори, а способности у Фреи превышали его собственные даже не в пару раз. Парочка прошла за ворота. Повелитель земли ещё раз осмотрелся, убрал рукой каштановую чёлку, сползшую на глаза. Внимание привлекла приоткрытая дверь на технический уровень парка. Обычно её плотно затворяли и закрывали на замок, чтобы посторонние не проникли, куда не следует. Но не сегодня – рядом висело объявление о бесплатной раздаче еды и тёплых вещей для бездомных.

– Фрея! – позвал он девушку. От громкого звука та испуганно вздрогнула. Сегодня блондинка полностью погрузилась в свои мысли, болезненно воспринимая окружающую действительность.

Она перевела на Брендона рассеянный взгляд. И только после того, как парень приглашая открыл дверь, всё поняла.

– Ох, что за подлость – загонять несчастных людей в это мерзкое место, чтобы не портить вид! – возмутилась Фрея.

Брендон лишь пожал плечами, придержав створку двери, чтобы девушка вошла, но тут же проскочил вперёд, на пару ступенек вниз, и уверенно повёл. Последовав за ним, Фрея уверилась в выбранном направлении. Вот только сердце, сегодня волнующееся больше обычного, не желало спускаться.

Лестница скользила под ногами, но к перепачканным слизью стенам не хотелось прикасаться. Мерзкое место, жуткое – полная противоположность находящегося на поверхности уютного зелёного парка с каскадами фонтанов. Но не будь одного, пропадёт и другое.

Неразборчивые отголоски людских воплей долетали до самого входа, и словно вели их всю дорогу. Открывать дверь, за которой находились заражённые, не хотелось, но пришлось. Рывком. Фрея скользнула своему парню под руку, но тут же пожалела.

За дверью их встретило безумие: от смеси запахов пота, вожделения и крови затошнило; уши заложило от истошных похотливых и испуганных криков. Люди – или уже не люди – сходили с ума, уничтожая друг друга. Удар за удар, кровь за кровь, боль за боль, пускай и не понятно, кто в этой толкотне первый начал. А может даже не в отместку, а просто так, потому что захотелось. Перед глазами пришедших предстала не то драка, не то оргия, где надругались не только над живым, но и над мёртвыми.

Однако «любоваться» зрелищем пришлось недолго: не прошло и секунды, как заражённые заметили новых гостей – замерли. Их тяжёлое дыхание давило в тишине. Вдох…выдох…вдох, выдох, вдох-выдох-вдох, и словно по команде обернулись: всё прочь, не важно – старые игрушки померкли перед ярким свечением внутренней силы этих двоих. Взять, захватить, забрать! И тогда ничто не помешает им освободиться.

Брендон шагнул вперёд, загородив свою девушку. С металлическим полом труднее работать, но можно. Встав поудобнее, тряхнул землю в первый раз. С остервенением, до звона в ушах, но толчок вышел слабым. Лишь первые ряды повалились, задевая соседей. Все остались в сознании, только большими черепахами катались по полу. Брендон чертыхнулся, готовясь работать кулаками. Если и дальше так безрассудно использовать силу стихии, то можно себя быстро вычерпать, так ничего и не добившись.

Полученной форы Фрее хватило: собраться с духом, сосредоточиться. Она закрыла глаза. Полностью погрузилась в себя, барахтаясь в пугающей темноте подсознания, настроилась и, на выдохе выплёскивая силу, пустила первую волну исцеления. Та, прокатившись белым успокаивающим маревом, задела едва ли с десяток заражённых, которые тут же потеряли сознание. Организм не приходит в себя сразу после мора – и хорошо, потому что иначе люди пережили бы слишком много потрясений.

Вдох, выдох. Сила стекается от кончиков пальцев к сердцу. Вторая волна. Вдох, выдох. Третья, совсем слабая. Уже дыхание сбивается и в глазах мутнеет, а людей больше сотни. Долго не продержаться! А ведь можно попробовать посильнее, чтобы дотянулось до всех. Только страшно.

Брендон дрался отчаянно, раздавая удары почти вслепую. На него напирали, теснили, сжимали, пока он отмахивался. Голова кружилась от напряжения, а Фрее и без того плохо. Парень в очередной раз оттолкнул нападавших и сотряс землю. Сам едва удержался на ногах, на мгновенье перестал следить за заражёнными. Один, добравшись до него, саданул по голове. Брендон пошатнулся, дал слабину. И тут же волной набежали остальные, избивая, пиная, победоносно вопя. Попался! Добыча! Ничего не видя, прикрывая лицо, повелитель земли добрался до стены, чтобы защитить спину. Не хватило одного вдоха, попали по ногам, свалили, и толпа заглотила его как штормовое море свою жертву.

– Нет! – крик Фреи, отчаянный до хрипоты, прокатился по стенам, оттолкнулся и разошёлся эхом. И пропал. Всем плевать, они уже нашли цель. Время утекало: ни подумать, ни остановиться. Широко распахнутые глаза,  душа мечется в груди, норовя выскочить. Только ещё один вдох. Только раскрыть все замки, спрятанные внутри.

Стремительные лучи кроваво-красным заревом прорвались из сердца, расчертили давящим злобным светом затхлое помещение, на миг стирая полностью.

Красное, белое – Брендон не заметил разницы, главное Фрея в безопасности. Тела падали, повелитель земли тоже не выдержал, отпустил угасающее сознание. Блондинка же, перестав сиять, чуть пошатнулась и упала на колени, а затем и на одно из тел.

***

Очнулась Фрея не скоро. Лежала на чём-то холодном, неровном. Открыв глаза, приподнялась на руках. Оказалось, что упала на одного из исцелённых. Только странный он какой-то, лицо и вправду как у простого человека, не поражённого мором, но выглядит неестественно. Девушка инстинктивно, по велению внутреннего голоса, протянула руку к пульсу и застыла. Ничего: ни движения, ни стука. Мёртвый.

Быть такого не может! Она же исцелила их? Она же всех спасла?

Фрея встала, покачнувшись на негнущихся ногах. Запнулась о другое тело. Скользнула по нему взглядом. Присела, коснулась – и снова леденящее душу спокойствие там, где должна биться жилка. Этот тоже. А как же остальные? Их же здесь много, очень много! Некоторых она успела исцелить раньше, до того как сорвалась, должны же остаться выжившие?

Паника била дрожью изнутри, Фрея металась между телами, падала на колени, пачкая светлые брюки, трясла за плечи, трогала пульс, била по щекам – нет реакции, ничего. Слёзы проступили от бессилья, скатывались по лицу и падали на кожу мертвеца. Да не может этого быть! Она же спасла! Спасла? Выходит, убила?

Это она сделала?

Сердце ухнуло, горячей волной пришло осознание содеянного и сотрясло тело. Глаза остекленели, только одна мысль в голове, забилась на краю сознания… Её страшно было признавать. Как же жить с таким грузом дальше?

Все мертвы? Абсолютно все?

С ужасом, разрывающим изнутри, пришла правда: она всех убила. Силой, которую бездумно выпустила на свободу. Убийца.

Чувства больше не горячили кровь, наоборот, сердце словно заледенело, и иней покрыл вены. Слезы прекратились. Сознание не могло убегать от правды. Точка. Всё. Произошло то, чего она боялась, ведь знала же, чем все закончится. Дочь стихий, святая, спасительница…с невидимой кровью на руках. Такая не должна жить, она опасна, опаснее самого мора.

Это несправедливо. Никто из этих людей больше не встанет, не рассмеётся, не сделает ничего полезного, а она спокойно дышит? И что потом? Снова по кругу: исцелять мор, потому что не можешь пройти мимо, и убивать невинных, потому что не сдержалась? Нет, так не правильно. Её должны покарать, должны осудить, да разве сможет какая-то кара вернуть всех к жизни?

Неестественно спокойная девушка добрела до края резервуара, за которым плескалась сточная вода. Последний вздох и Фрея прыгнула, вынося себе приговор. Пусть судит бог, она принесёт себя ему в жертву.

Вода мгновенно окутала тело, силясь забрать его на самое дно, где больше нет спасения, и больше нет горя. Неприятно защипало глаза, заложило уши, жидкость просачивалась в лёгкие, мешая дышать, двигаться, и словно настаивала: смирись, успокойся. Веки обессилено опустились, девушка отдалась на волю стихии. Так правильно.

Смерть – это не когда тело умирает, а когда человек перестаёт бороться. Вот тогда наступает конец, потому что больше нет ни надежд, ни желаний. А значит, нет и будущего – оно никому не нужно. И ты пропадаешь из этого мира, брошенная всеми и в первую очередь самой собой.

Но не прошло и нескольких секунд, как девушка, решительная и уверенная в себе, всплыла, тяжело дыша, и злобно остервенело откашливаясь. Рывками, с усилием она выползла на пол, сумев отхаркнуть воду из лёгких. И, привалившись к ближайшей стене, как будто найдя в ней спасение, с чувством выдохнула:

– Дура.

Голова склонилась на бок, веки закрылись, а руки разметались безвольно. Всё, спасена, можно и расслабиться.

2

Блондинка, лежавшая у стены, шевельнулась, и неуверенно, медленно открыла глаза. Размытые очертания постепенно складывались в картинку. Непривычным казалось моргать, осматриваться. Взгляд сфокусировался. Теперь техническое помещение виделось очень чётко, с непривычки даже слишком.

Десятки неестественных блестящих бабочек порхали вокруг, переливаясь всеми оттенками спектра. Цвета резали глаз, ослепляя. Девушка щурилась, моргала, пытаясь присмотреться внимательнее. Насекомые, ненормальные, с округлыми и треугольными идеально ровными крыльями, но реальные, оставляли за собой длинные шлейфы искрящейся пыли. Небольшой след, подобный тому, что они оставили при жизни.

Не сразу, девушка осознала, что перед ней души умерших. И удивилась ещё больше, потому как глаза смертных не различают подобных вещей.

Рука послушно коснулась виска, чтобы убрать мокрую прядь волос за ухо. Так странно. С ума бы не сойти. Произошедшее, казалось просто немыслимым, невозможным, невероятным!

Воспоминания потянулись чередой, пытаясь связаться друг с другом и не запутаться. Давным-давно, слишком давно, чтобы помнить всё отчётливо, неожиданно очнувшаяся в затхлом подвале девушка была богиней. Всесильной, справедливой и бессмертной. Как тогда казалось. Удар в спину ножа из сверкающего гладкого обсидиана смог умертвить вечно молодое тело и перевернуть установленный порядок с ног на голову.

Блондинка улыбнулась своей маленькой победе. Значит, всё же сумела скрыться и спастись. И повелители стихий хорошо поработали: выполнили приказ и защитили всеми силами. Да, пусть почти тысячу лет богиня провела заточённой силой внутри своевольных женщин, но она осталась жива. А сейчас и вовсе получила тело.

Девушка хотела встать резко – не вышло. Тело ослабло. Ещё и босоножки на платформе. Первый шаг. Неожиданно нога накренилась, вывернувшись. Подвернула, нет? Вроде в порядке, скорее испугалась, что повредит. Богиня огляделась вокруг. Ради интереса протянула руку вперёд, напрасно сжав пальцы в том месте, где ещё мгновение назад летало насекомое с фиолетовыми треугольниками крыльев.

Из тёмного угла неспешно вышла старуха в чёрном балахоне до пят с белёсыми тонкими космами, спадающими ниже колен. Богиня улыбнулась, наблюдая за тем, как банши ловко сгребала бабочек в свой мешок, что-то бормоча себе под нос, недовольное и возмущённое. Старых знакомых всегда приятно видеть, особенно, когда их появление даёт надежду вернуть утраченное.

Банши же, разглядев блондинку, не стала церемониться и резко заговорила, разрубая мёртвую тишину:

– Я, конечно, всё понимаю, но можно было бы появиться и без такого пафоса! Намусорили вы тут, госпожа!

Голос звучал противно и резко, хрипя, словно испорченный граммофон, но настолько отрезвляюще, что для той, кто вновь получила тело, это стало последней каплей. Её узнали, она снова существует.

Богиня кивнула, ещё не сообразив, что волшебному существу ругать создательницу не положено. Впрочем, в чём-то банши права, так что отмахиваться бесполезно. Трупов оказалось столько, что впору прямо здесь организовывать кладбище, причём свободных мест после погребения не останется. Может, и этим придётся друг на друге лежать. А страннее всего, что это не она, богиня, устроила. В смысле, она, но с подачи бывшей хозяйки тела. С учётом того, что Фрея старалась всех спасти, результат вышел интересным. Неудивительно, что захотелось утопиться. И очень удачно.

Богиня огляделась ещё раз, теперь ища. Глазами не нашла, но чернокрылая бабочка сама толкнулась в плечо, неуверенно попросившись обратно в своё тело.

– А! Вот ты где! – заявила богиня, безошибочно опознав Фрею. Тонкие пальцы аккуратно схватили добычу за бархатное крыло, поднимая на уровень глаз. – Видела, что натворила, спасительница? Ты своими потугами только хуже сделала. Сначала разобраться с силой надо было, а потом действовать. Глядишь, тогда бы тебе повезло, а так доигралась. Не с неба надо начинать, а с себя.

Бабочка, очевидно слыша, печально обвисла.

– Непонятно только, почему из тела вылетела, – пожала плечами банши.

– Вдруг совесть не выдержала, – пришла к единственному не логичному, но всё объясняющему выводу богиня. Но потрогав мокрые волосы, неуверенно нахмурилась. Может, умерла? Только вот встречались уже среди её хозяек самоубийцы, что-то ни разу тело в наследство не осталось.

– А у вас выдержит? – с вызовом спросила банши, и получила в ответ насмешливый решительный взгляд.

– У меня? Да я ещё и не такое видела. Как-нибудь переживу, – небрежно дёрнула рукой богиня, заставив бабочку снова пошевелиться. Ощущения, когда тебя качают за крыло не самые приятные, но Фрея не сопротивлялась и не вырывалась. Наверное, и правда, всё равно. – Пристрой её куда-нибудь получше. Всё-таки я у неё в долгу.

– А вы разве не туда? – удивилась старуха, пряча поданную ей бабочку за пазуху, словно дорогую посылку.

– Не сейчас, – поморщилась богиня, понимая, что за время мыканья по смертным телам у неё убавилось замашек самоубийцы. – Не хочу без пафоса появляться.

…а на губах играла дикая безумная ухмылка.

– Ну, как знаете! – банши махнула рукой, резким движением собрала добычу в мешок и мгновенно растворилась в пустоте.

Блондинка, оставшись одна среди бездушных трупов, поёжилась, возможно, больше от холода, и решила поскорее уйти. С остальными планами пока не определилась. В голове были одни догадки и сумбурные воспоминания о судьбе легкомысленной и доброй девушки Фреи и о самой первой жизни, которая теперь называлась прошлой. Что делать, оказавшись на расстоянии вытянутой руки от исполнения желания? Одно дело холить и лелеять месть внутри себя, когда знаешь, что никогда не суждено её исполнить. А другое – обрести тело и полное право использовать его, как хочется.

 Ловко перескакивая через тела даже в босоножках на платформе, к которым она довольно быстро привыкла, богиня почти дошла до выхода. И вдруг кто-то зашевелился. Подавив желание сбежать, блондинка прищурилась, стараясь разглядеть счастливчика.

– Фрея, – медленно простонал Брендон, открыв глаза, и блуждающим взглядом рассматривая всё вокруг.

За что богиня любила этого парня, так это за способность выходить живым из таких передряг, в которых многие и вовсе не бывали. Это восхищало её, одновременно забавляя и заставляя с интересом гадать, кто же он такой. Его возлюбленная, конечно, понятия не имела о том, что Брендон не простой парень и даже не просто великий повелитель стихий. А вот богиня догадывалась, впрочем, сейчас она может потратить сколько угодно времени на то, чтобы узнать наверняка. Ведь  теперь Фрея – это её имя и её судьба. Надо привыкать.

– С тобой всё в порядке? – поколебавшись секунду, девушка бросилась перед ним на колени. Неожиданно природная бережливость пожалела светлые брюки, в которых ей ещё предстояло добраться до дома. Хотя бывшая хозяйка своим самоубийством их прилично замарала.

– Да, в полном, – со стоном пытаясь подняться, ответил шатен.

Фрея критически оглядела синяки, ушибы, кровоподтёки, царапины, ссадины, посиневшие места, намекающие на растяжения или переломы, но решила парня не расстраивать. Если он думает, что всё в порядке, просто невежливо убеждать его в обратном. Пусть храбрится сколько хочет, а она его подлатает по дороге.

– Пойдём отсюда… – Брендон с трудом встал, опираясь на стену, и заодно подал руку Фрее. Та едва удержала брови на месте.

Настоящий мужчина. Никогда не подумает, что в таком состоянии он её не поднять может, а только придавить. Но вот предложение дельное. Фрея этим и занималась до того, как Брендон зашевелился. Хотя оставлять его живого на месте трагедии куда опаснее. Поймёт, что все убиты, проблем не оберёшься.

– С тобой что-то случилось? Почему ты вся мокрая? – парень явно начал соображать.

– Оступилась и упала, – лаконичный ответ. – Пойдём? – предложила она, открывая перед ним подвальную дверь. А то ещё чего доброго он свалится под тяжестью или доломает себе что-нибудь.

Лестница оказалась ещё хуже, чем о ней думала настоящая Фрея, но, к счастью, быстро закончилась.

После холодного помещения улица встретила их приятным тёплым ветром, отогревая ласковым воздухом замёрзшие конечности. Брендон старался держать себя в руках, чтобы не волновать подругу, но та сегодня о нём не беспокоилась. Сейчас ей хотелось петь и танцевать, изматывая себя до того состояния, когда лениво даже поднять руку. Те несколько столетий, пока маялась по чужим телам, она напоминала себе больного параличом: ты все понимаешь, чувствуешь, но не можешь сделать абсолютно ничего. Всё, что у тебя остаётся – воля и разум.

А теперь у неё собственное тело и свои чувства, от которых можно захлебнуться. Как же она по всему этому соскучилась!

– Тебе нельзя за руль, – решительно заявила Фрея, заметив, что Брендон поплёлся к мотоциклу. Она его даже обнять не сможет, неизвестно где кость треснет. – Давай я поведу?

Парень глянул на неё так, что она сразу поняла: он скорее обезьяне доверит гранату, чем своей девушке мотоцикл. Но не за технику переживает – обычный металлолом, который он взял в аренду на время летних каникул. Просто не верит, что они живыми доберутся.

– Может, пройдёмся? Мне кажется, у меня ребро сломано, – нашёл он отмазку, а Фрея взяла на заметку посмотреть. – До дома не больше получаса пешком. Мотоцикл завтра заберу.

– Уж лучше так, – согласилась богиня. И пока Брендон прицеплял мотоцикл цепочкой к ближайшему ограждению, она потихоньку залатала основные повреждения у парня. С ребром, кстати, всё оказалось в полном порядке.

Они двинулись неторопливо, молча. И Фрея, пользуясь моментом, думала над ситуацией. От прежней хозяйки тела она сильно отличалась, пусть и в лучшую сторону, но родители могли не оценить. Как и друзья. И родственники. Да и Брендон, хотя он меньшая из бед. Как ни смотри, опасно оставаться здесь и притворяться, где-нибудь да совершишь ошибку. Если кто-то поймёт, что она не их Фрея, случится конфуз. Не объяснять же им, что она богиня? На костре сейчас за такое не сожгут, но психушка тоже забавная замена смертной казни. Самое страшное, что скандал окажется громким, а у богов уши в самых неожиданных местах.

– О чём ты думаешь? – спросил Брендон, устав от тишины.

– О том, как прекрасна жизнь, – машинально ответила Фрея.

– Действительно, – улыбнулся повелитель земли, глядя на небо, усыпанное блёстками звёзд.

Славный парень, доброжелательный, но в меру. Стоит задеть его родных или друзей – глотку перегрызёт, как и за любое правое, на его взгляд, дело. И не глупый, в отличие от девушки и друзей поматёрей, с которыми он частенько водил непонятные дела, когда приезжал на каникулы. Их город Сан-Доминик считался крупным, да и до центра штата Карсон-Сити недалеко, но отец уговорил Брендона учиться там, где он обустроился после развода.

– Брендон, а в Сан-Франциско же хороший Университет? –  спросила богиня как бы мимолётом, неожиданно наткнувшись на интересную мысль.

– Да, очень! – с готовностью подтвердил парень, не почуявший подвоха. – Он считается одним из лучших не только в Америке, но и по всему миру, уступая только Старо-европейским. Ты же знаешь, мой отец всегда хотел, чтобы я получил самое лучшее образование.

Фрея кивнула, думая над формулировкой следующего вопроса. Осторожность подсказывала, что в лоб вываливать информацию не стоит. Спутник может слишком удивиться.

– Тебе сложно было туда поступить?

– Вообще нет, – похвалился Брендон. Богиня поспешила прикусить язык. Прежняя Фрея не ёрничала, а нынешняя грешила острым языком. Не выдать бы себя. – Но я целый год перед этим занимался физикой и математикой.

Физика и математика. Фрея раньше разбиралась в обеих. Много веков прошло с тех пор, она уже и забыла, в чём суть, но можно и выучить заново. К тому же вспоминать старое легче, чем узнавать новое. Они не должны были измениться за прошедшее время.

– Как думаешь, а я смогу? – невинно спросила она, приводя парня в замешательство.

Вопрос чисто риторический, на данный момент шансы выходили пятьдесят на пятьдесят. Точного ответа не могла дать даже сама Фрея. Брендона же задачка совсем поставил в этический тупик. С одной стороны, парень знал уровень интеллекта своей подружки, совсем не годный для хвастовства – иначе бы он давно сам уговорил её поступить вместе с ним, и не пришлось бы расставаться так надолго. Она была добрая, отзывчивая, милая, наивная, чересчур доверчивая, но никак не умная – не давалась ей учёба, а лишь клонила в сон. С другой – на правду девушка могла и обидеться.

– Ты же учишься в колледже на дизайнера? – нашёл Брендон ловкий выход.

Воспоминание Фрею не порадовало, только ещё раз уверило в правильности принятого пять минут назад решения. Если девчонке нравилось рыться в цветных тряпках, делая аляпистые коллажи, хотя профессия её не прельщала, то богиня даже поделки на дух не переносила. С любой модой в любое время она находилась на ножах, просто не понимая полёт фантазии. Спускаясь к людям, она предпочитала жёсткую классику и минимум украшений, за что её частенько ругали. Поэтому лучше физика с математикой, они хотя бы разум в тонусе поддержат.

– Ты же знаешь, я всегда мечтала строить самолёты, – попыталась придать голосу как можно больше трепета девушка. Странная мечта для ребёнка, который гипотенузу от катета отличал через раз. Почерк, правда, хороший, каллиграфический, таким только проекты подписывать. – Если поступлю, то брошу колледж.

Брендон промолчал, да и пришли они уже. Фрея легко чмокнула его в щёку, пожелав выспаться до рассвета, а потом, словно беззаботная невинная девочка, взбежала на крыльцо, осторожно открывая ключом пластиковую дверь бледно-лилового цвета. Парень помахал ей рукой, глядя с необъяснимой нежностью, и пошёл дальше, стоило ей только скользнуть вовнутрь.

Дом молчал. Каждый шорох в нём звучал слишком громко. Фрея пробиралась наверх в полной темноте и на цыпочках, чтобы никого не потревожить. Однако мать, которая так и не смогла уснуть, вышла на лестницу, поймав девушку с поличным.

– Фрея, – позвала она с облегчением, но укоризненно. Чего только она не напридумывала, пока дочь отсутствовала. Даже воображения не хватит перечислить всё. – Где ты была, почему так поздно? Да ещё и коммуникатор дома забыла!

– Мы с Брендоном гуляли, – заявила она, как ни в чем не бывало, а потом, вдохновившись идеей, начал врать. – Ты знаешь, это так романтично… гулять под луной, когда уже никого нет! Я просто счастлива. Настолько, что даже трудно описать! Только мы телефон его разбили, кажется.

– Девочка моя, – покачала мать головой, но уже мягче. Брендону она безгранично доверяла, хотя и заволновалась сегодня, когда не смогла дозвониться. – В следующий раз постарайся не задерживаться так долго или хоть предупреждай.

– Хорошо, мам!

– А отчего ты вся мокрая? – неожиданно заметила женщина и напряглась, заподозрив неладное.

– Я споткнулась на берегу. Правда глупо? – спросила Фрея, зная, что только таким глупостям и верят. Всё сложное вызывает сомнения, чем проще, тем понятнее. А если ещё и смотреть уверенно…

– Милая моя, давай быстро раздеваться и спать! Утром поговорим! – мать развернулась и ушла к себе, наконец, ощутив скопившуюся за день усталость.

Дочь тоже утомилась за день, и организм требовал отдыха. А ещё расслабиться и согреться. Она рискнула взять из бара в холле бутылку южноамериканского рома, который за пару лет не потребовался никому в семье, не пьющей ничего крепче кагора. Надеясь, что больше ни с кем не столкнётся, Фрея добралась до своей спальни и закрыла дверь на замок. Поставила бутылку на прикроватную тумбочку и уловила своё отражение в высоком зеркале.

К встроенному шкафу она подошла неспешно с некоторым трепетом. Осторожно, словно боясь спугнуть мимолётное счастье, богиня приблизилась к заляпанному пальцами по краям стеклу. Она выглядела так же, как раньше. Немного моложе, чем привыкла, с короткими волосами до плеч, с потёкшей косметикой, но всё-таки она до мельчайших изгибов и родинки. Фрея коснулась руками гладкой поверхности, добавляя ещё пятна. И вновь вернулась холодная рассудительность.

Радостно видеть себя прежней – внешность богиню вполне устраивала. Но если её заметит кто-то из старых знакомых, девушке серьёзно не поздоровится. Богов, конечно, видно и можно их обходить стороной, но от случайностей никто не застрахован. А барьером скрыть использование силы просто необходимо, иначе засекут на раз.

Перестав разглядывать себя, она внимательно осмотрела комнату. Везде фотографии с друзьями или с родителями, а напротив кровати висит икона бога-вулкана. Вот и ещё одна причина, по которой лучше уехать из города побыстрее: долго она на этого незнакомца смотреть не сможет – хочется грохнуть изображение об пол.

– Ничего, это ненадолго, – пробормотала богиня, хлебнула ром из горла.

Фрея выдохнула жар, которым обожгло горло, прокашлялась. Тепло постепенно спускалось внутрь, согревая, и отдавалось в голове лёгкой размытостью. Привкус постепенно проходил, пришла едва ощутимая слабость и общая разбитость, тело ломило, особенно под лопатками, будто крылья резались, между горлом и носом противно горело.  На всякий случай она сделала ещё два глотка – некогда сейчас болеть.

Девушка распахнула шкаф, с удивлением осматривая ряд одежды на плечиках и полки. Оказывается, она на многое не обращала внимания, когда жила духом.

Воздушные платья с рюшами и воланами, похожие на них туники, чрезмерно короткие шорты и юбки-солнце, набедренные джинсы и бриджи. Туфли на высокой платформе и балетки на совершенно плоской подошве, сапоги в дырочку и пальто с рукавом три четверти. И всё светлое, нежное, девичье… Маркие, бесполезные и неудобные вещи на вкус новой Фреи. Всё же она слишком отличалась от той, умершей.

Безнадёжно. Оставалось лишь взять махровый халат и направиться в душ, а проблемами заняться и позже – они никуда не убегут.

В комнату девушка вернулась уже чистая, пытаясь полотенцем просушить волосы. Горячая вода отлично подняла настроение и распарила потную и грязную после приключений кожу. Заодно, от греха подальше, девушка поставила вещи стираться, а то с утра мать на них посмотрит и задумается, где же дочурка нашла такую грязную реку.

– Говорите, физика? – Фрее нравилось слушать свой голос. Оставалось чувство, что она живая.

Электронная книга с учебной литературой нашлась в нижнем ящике тумбочки. Бывшая богиня уселась на диван и принялась листать, пытаясь угадать, с какого класса начинают преподавать предмет. Организм устал и требовал разрядки, но тратить время на сон не хотелось. И спать в первую ночь казалось страшно.

3

У Тьера сегодня целый день всё валилось из рук, будто бы кто-то навёл на него сильнейший сглаз. Сам он подозревал, это просто вредность Фелисити, которой он в очередной раз чем-то не угодил. Но предъявить обвинения взбалмошной женщине не мог – удача дело бездоказательное.

Перечислять все его сегодняшние беды оказалось делом бессмысленным, долгим и совершено бесперспективным. К тому же, Тьера само воспоминание о сегодняшнем дне сильно устрашало тем, что ночь-то ещё не наступила. Стоит ли говорить, что когда он обнаружил в официально закрытых от всех садах множество волшебных существ, почти не удивился.

Существа расположились везде, окропляя зал магической пылью и заливая весёлыми напевными мелодиями. Они танцевали, не смея сбиться ни на шаг, пили амриту, которая фонтанами хлестали из, казалось, давно уже пересохших огромных чаш, и радостно смеялись.

Тьер вообще ненавидел маленьких наглецов, которые слушались только своих хозяев, и то не всегда. При его правлении они притихли и повиновались, как и подобает слугам. Но сегодня, словно сорвавшись с цепи.

–  Что здесь происходит?! – крикнул Тьер грозно, но внутри расправлял крылья страх – есть вещи, которые не происходят просто так.

Зал замер, не дыша и только с тихим шорохом поворачивая головы на крик. Волшебные существа смотрели на Тьера, Тьер смотрел на волшебных существ. Что-то важное мелкие обитатели небес сегодня упустили. Ох, им же всего лишь принесли хорошую весть...

 Молчаливое разглядывание друг друга прервалось чьим-то смешком, после которого существа бросились врассыпную, сметая всё на своём пути. Они летели по коридорам, распадаясь на несколько течений, а потом и вовсе растворяясь поодиночке. Казалось, что все небеса заполнены ими.

Тьер всё слышал и слышал их восторженные крики, их издевательский  смех. И звучал он как дурное предзнаменование.

–   Натан, Дафна! – выбрал король самых проворных из своих слуг-теней – остальные бы просто так бегать по небесам не стали, – как только покинул сады.

–  Что случилось, Тьер? – появились прямо перед ним мужчина с короткими иссиня-чёрными волосами.

Смертные бы сказали, что он уже разменял третий десяток лет, но до четвёртого ему далеко. На молодом лице ярко сияли большие зелёные глаза, а на губах, сколько Тьер помнил, лежала лёгкая загадочная полуулыбка. Чаще всего деланная. Среднего роста, подтянутый, но явно не спортивный, и в целом совершенно обычный.

Угловатая худая девушка, которая появилась следом за ним, наоборот обычной не казалась. Взять хотя бы темно-зелёные волосы, которые привлекали внимание.

–  Схватите кого-нибудь из них! – Тьер неопределённо махнул рукой – волшебные существа были буквально везде. – Встретимся в тронном зале.

Сам он ничем подобным заниматься не собирался, опасаясь подорвать репутацию. Вот бы кельпи с амурами повеселились, попробуй он поймать кого-то из них. Ещё бы подножку подставили и от души посмеялись.

Зачем Тьеру потребовались волшебные существа, Натан спрашивать не стал. Он вообще мало интересовался делами своего хозяина, обычно уже после наблюдая результаты – не хотел ввязываться в бессмысленные интриги.

Вместе с Дафной они переместились в самую гущу волшебных существ, но беглецы умудрились ловко обойти их с разных сторон, слившись в сплошной разноцветный поток. Натан попробовал выхватить кого-то из толпы, но не смог даже дотронуться – край тут же оказался дальше.

Лёгкие волшебные создания играли с ним. Крылатые пегасы пролетали за спиной, почти касаясь копытами; свирепые единороги несколько раз чуть не сбили с ног; весёлые лепреконы то и дело подстилали под ноги радугу и путали так, что тени Тьера теряли чувство направления. Давно уже Натан не чувствовал себя таким беспомощным. Убить бы их было гораздо проще, но хозяин чётко сказал: поймать.

Всё закончилась неожиданно и совершенно случайно: один из гномов неловко повернулся, угодив прямо в руки Натану – выносливость не у всех оказалась волшебной, а амрита неподготовленных валила с ног.

– Наконец-то! – измученно выдохнула Дафна и поспешно перенесла всех в тронный зал, пока никто не бросился вызволять «приятеля». Там она на всякий случай прикрыла все двери и поставила барьер, чтобы гном просто так не исчез.

Натан же доставим «добычу» к трону. Он бы сам с удовольствием ушёл, выполнив поручение, но Тьер не отпускал, да и собрались почти все.

Вместе с Тьером их уже ждала Эстель, устроившаяся возле ног хозяина. Можно было сказать, для Тьера она являлась правой рукой, если знать, что король богов – левша. Её дымчатые часто вьющиеся волосы спадали на белый меховой воротник. Узкие сизо-серые глаза буквально впились в пойманного гнома. Натан даже заволновался, что Эстель сейчас не сдержит свою силу и заморозит мелкого, но инея на волшебном существе не заметил и успокоился. А вот Дафна встряла:

– Если он из-за тебя окочурится, я второй раз не побегу.

Взгляды встретились – мгновенно дамы позабыли о цели собрания.

Обаятельный утончённый Тьер пользовался немалой популярностью среди женской половины небес. И нечему удивляться, что его же прислужницы не обошли хозяина вниманием. Слегка надменная и чопорная Эстель при первой же встрече на зимнем курорте, где она управляла гостиницей, влюбилась в галантного постояльца. И Дафна, присоединившаяся к теням Тьера не так давно, увлеклась постоянным покупателем цветочного магазина, где работала.

Тьер не брезговал ни одной, но претензий и разборок не терпел, пресекая на корню.

– Хватит уже, – одёрнул Тьер своих любовниц, а потом обратился к гному: – И что вы здесь устроили?

–  У нас праздник! – пьяно и вальяжно заявил гном, ничуть не смутившись собеседника.

–  И по какому поводу? – скептически уточнил Тьер. Сколько жил ни об одном не слышал, а тут такое веселье.

–  Это секрет! – приложил гном палец к губам, с трудом оторвав руку от пола.

– Ох, как жаль, – покачал головой Тьер, решив схитрить, – я бы тоже с удовольствием отметил, если б знал что. И по кружечке бы нам налил…

Глаза гнома загорелись – они все на это велись.

– Так скажешь?

– А точно… нальёшь?

– Если скажешь, – пообещал король.

– Хозяйка наша вернулась, – доверительно сообщил гном. – Правда другая наша хозяйка её не любит, но мы больше любим нашу хозяйку, чем другую хозяйку. Поэтому и празднуем.

– Бред какой-то, – проворчала Эстель, Натан лишь улыбнулся, а вот Тьер неожиданно взволнованно подался вперёд.

– Вернулась, говоришь? А где она сейчас?

– Нет, это совсем секрет! – решил гном и выжидающе уставился – про обещанную амриту он помнил.

Тьер лично отправился в сады, где набрал целый кувшин. Наивный гном даже не заметил, что пьёт он один, а бог сидит прямо на полу напротив него и чего-то ждёт.

– Она прячется, твоя хозяйка? – спросил король богов, когда его собеседник захмелел ещё сильнее.

– Сюрприз, наверное, хочет сделать, – нечаянно подтвердил гном. – Банши сказала, без пафоса появляться не хочет. Ой… ик! Что же это я…

И прежде чем он понял свою оплошность, Тьер буквально влил в него остатки кувшина – вряд ли он вспомнит свою откровенность, когда проспится.

– О ком это он говорил? – заинтересовалась Дафна.

Король глянул на неё, сомневаясь, стоит ли посвящать в свои секреты. Посмотрел и на Натана рядом, а потом решил:

– Да кто его знает? Я думал, там что-то серьёзное, а тут глупости сплошные.

– Ты уверен, что глупости? – засомневалась она. – Ведь если действительно какая-то их хозяйка…

– Конечно, глупости, – с нажимом ответил король богов. – Разве мне с венцом что-то страшно?

Тени с доводом согласились – что может быть страшно богу вулканов, когда он носит артефакт, дающий безграничный запас силы? А вот сам Тьер в душе паниковал, боясь потерять спокойную маску – была одна женщина, которую венец вряд ли остановит. И которая захочет ему припомнить старые грешки.

***

Фрея днями не выходила из комнаты, изредка спускаясь до кухни поесть. Немного печенья и горы тетрадей. Карандаш бежал по строчкам, цифры становились в ряды, столбцы, потом зачёркивались. И снова задача начиналась сначала. Богиня раньше знала предмет, но так тяжело вспоминать заново. А вместе с цифрами, правилами и законами в голову приходили старые обрывки из прошлой жизни.

Когда-то её муж рассказывал о том, что он хочет сделать. Некоторые люди раньше могли летать – он создал закон притяжения, чтобы никто не завидовал. Но в последствии нашлось топливо для машин – боги подсказали.

Одинокая слеза пробежала по щеке. Девушка проворно слизнула языком. Солёная.

А ещё Фрея с подругой, уже намного-намного позже придумывали, как дать смертным возможность узнать обо всём. Как сделать так, чтобы каждый мог раскрыть тайны природы. Она не помнит, как именно они отдали информацию в руки умных людей. Показывались ли? Давали ли подсказки? Вариантов точно перебрали множество. Кажется, тогда они понемногу стали организовывать школы, словно оставаясь в стороне.

Их переполняли идеи. Они хотели так много подарить смертным, хотя и знали, что им ни в коем случае нельзя говорить о своей божественной сущности. Люди завистливы и алчны, но когда они не подвержены этим порокам, они могут быть поистине величественны. Не стоит их смущать. Пусть лучше тянутся к доступному, чем пытаются искать путь на небеса.

Слёзы текли, заставляя захлёбываться. Записи размылись. Отложив карандаш в сторону, богиня закрыла лицо руками, досчитала до десяти. Ну и идиоты, всё зря и всё ни для кого.

Дверь осторожно приоткрылась, в комнату вошёл Брендон. Фрея неодобрительно глянула на парня, попрекнув про себя, что вошёл без стука. Она едва успела утереться.

Парень смутился. Он не привык видеть свою подругу такой. Конечно, она вела себя как обычно, но взгляд изменился. Внимательный, прозорливый, уверенный. И так необычно, когда с такими глазами у неё на лице появляется улыбка, и она говорит:

– Привет! Я по тебе соскучилась! Почему ты так давно не заходил?

– Я ждал звонка, – спокойно ответил он, подходя ближе. – Но в результате позвонила твоя мама. Ты третий день почти не выходишь из комнаты. Она волнуется.

– Я просто решила серьёзно подготовиться к экзаменам! – заявила Фрея, хитро склонив голову набок. – Но у меня ничего не получается!

Брендон, словно невзначай попытался посмотреть на исчёрканные листочки за её спиной. Но девушка вскочила, как ни в чем не бывало, обращая всё внимание на себя. Взгляд у неё стал такой же открытый, как и прежде. Странно. Наверное, тот первый ему померещился – освещение сыграло злую шутку.

– Пошли лучше прогуляемся? – предложила она и потащила его за руку. Только бы он не смотрел, что сейчас она решает задачи первого курса. Только бы ничего не заподозрил раньше времени.

– Погоди, – хитро ответил он, и совершенно неожиданно Фрея оказалась у него в объятиях.

Девушка не сопротивлялась, потому что сопротивление подозрительно. Она поняла, чего хочет парень, и сама потянулась к нему за поцелуем. Волна ощущений пробежала по телам от соприкосновения губ.

У Фреи не кружилась голова, как в дамских романах. Просто она целовала его так, чтобы заставить чуть застонать, гореть желанием прижать её сильнее и не отпускать. У неё было много мужчин, после того, как умер муж. Она научилась любить без чувств. Хотя помнила она и страсть, и упоение, и нежность, и что-то неуловимо-неземное в сердце.

4

Тени – это смертные с даром. Их путь на небо лежит через смерть предшественника. Это – истинный смысл их существования. Постоянная смена власти, смена силы. Вот только провернуть такой трюк не просто, особенно с матёрыми богами. Другая дорога – пойти в услужение к другому богу, не своему. Он способен увеличить их способности и продлить жизнь.

Тьер держал при себе четверых. Поговаривали, будто взял бы больше, да собственных силёнок маловато, а венец богов тут не помощник. Эстель и Персиваль постоянно находились рядом с хозяином, вместе с ним вынашивая планы. Дафна появилась намного позже, после двух крупных извержений вулканов. Она предпочитала крутиться неподалёку, на случай если Тьер решит отвлечься, ведь сама особым умом не блистала. Натан же в их кухню не влезал, выполнял, что сказано, но не более. Бегать в мир смертных ему надоело в первые два столетия, потом потянулась непонятная череда однообразных дней, когда он уже потерял всякий смысл бессмертия.

Но в последний век Натану улыбнулась удача, причём в буквальном смысле. Как-то раз мужчина столкнулся в коридоре с абсолютно пьяной и счастливой богиней, которая тут же доложила, что зовут её Фелисити для друзей Лесия. Васильковые чуть-прищуренные раскосые как у лисицы глаза заворожили, персиковые влажные от блеска губы нашёптывали сладкие речи,  длинные сильные руки с лёгкостью утащили «приятного молодого человека» за собой. Когда Лесия привела тень смерти в гости к богу смерти, вышла небольшая заминка: встречи не ждали ни бог, ни тень. А потом разговорились, и с тех пор Натан стал своим в маленькой компании.

Сегодня, освободившись от дел, тень смерти по привычке спустился на нижний этаж небес, который почти единолично занимал Ремус, и вошёл в гостиную. Как ни странно, бога смерти там не оказалась, зато мирно чаёвничала Лесия, с приветливой улыбкой пригласившая составить ей компанию.

– Ремус далеко? – уточнил мужчина. Сегодня он по делу, не опоздать бы с сообщением.

– Не имею ни малейшего представления, – отозвалась Лесия и прозорливо осведомилась: – Есть какие-то новости?

– Есть, – не стал увиливать Натан, Лесии тоже не помешает. – Сегодня волшебные существа устроили в садах гулянье. Тьер, хоть и пытается от нас скрывать, зол как свора голодных собак. Молчал-молчал, и вдруг сцепился с Геей, которая некстати попалась ему на глаза, из-за какой-то ерунды. Грозился упечь в темницы, но старая карга сыпанула ему в глаза землёй и смылась в мир смертных.

– Зря она так резко. Хотя дипломатическими склонностями старуха никогда не страдала, – пренебрежительно фыркнула богиня, не понаслышке зная, что для хорошей жизни лучше не заводить врагов. – Все равно ей придётся возвращаться, чтобы восстановить силы, а ваш Тьер злопамятный. Да и дымящиеся зеркала здесь опять же…

– Небеса большие, с ней он может и не столкнуться. А вот остальным хозяевам волшебных существ лучше ему на глаза не попадаться. Он кого-то ищет…

Ремус зашёл внезапно, разгневанный и кипящий от негодования, выдохнул, выпуская пар. Прямые с изломом брови сошлись на переносице, бог раздражённо потёр горбинку на носу, откинул назад каштановые пряди из отросшей чёлки, которую последнее время разводил по сторонам, открывая лоб. Ни следа привычного спокойствия – горячность вместо сдержанности. Оставалось только гадать, кто разбил крепкую стену терпения бога смерти, казавшуюся всем знакомым безграничным.

Богиня удивлённо вздёрнула изогнутую дугу брови, бледно-рыжие крупные кудри в высоком хвосте чуть качнулись, словно тоже удивляясь.

– Рем, ты в порядке? – спросила она невозмутимо-ироничным тоном.

– Это невозможно! – Ремус в праведном возмущении с силой хлопнул железной дверью. Чашечка из костяного фарфора, которая дожидалась своего хозяина на краю стола, слетела на пол и разлетелась на мелкую бело-синюю мозаику.

– Что опять случилось? – вздохнула Лесия, печально оглядывая осколки.

Жалко фарфор. Сейчас уже подобного не найдёшь, конец восемнадцатого века, один из первых в своём роде. Утешает только запрятанный в шкафу запасной набор.

– Твой хозяин выжил из ума?! – обратился Ремус к Натану, игнорируя вопрос богини. Если бы он мог пускать огонь, то уже бы захлёбывался в собственном пламени. Но сила смерти опасна, и Ремус контролировал её отменно – ничего не истлело и не завяло, даже давно забытая богом коралловая герань на подоконнике у заложенного кирпичом окна.

– Тьер предъявил тебе какие-то претензии насчёт участия банши в общем дебоше? – уточнил Натан настороженно. Непонятно тогда, почему бог смерти здесь, а не последовал за Геей.

– Рискнул бы! Встреть я его лично, он бы пару раз умер, – проворчал бог, присаживаясь за стол и принимая новую налитую удачей чашку терпкого чая без сахара – Лесия никогда не разбавляла напитки. Ремус отхлебнул, выдохнул, умерив гнев, и пояснил: –  Персиваль и Эстель по его приказу пытались поймать моих банши. Ты хоть представить это можешь?!

Натан не жаловался  на воображение, так что живо нарисовал сцену, где надменная Эстель в длинной юбке и на каблуках гоняется за служителями подземелий. Да, он бы с удовольствием посмотрел вживую, позлорадствовал, сам вдоволь набегавшись за волшебными пронырами. Сочувствие не самая сильная черта его характера.

– И как успехи? – усмехнулась богиня, прекрасно зная прислужниц Ремуса. Хоть весь день за ними гоняйся – без толку.

– Естественно, никак. Но сам факт! – Ремус стукнул по круглой тонкой столешнице. Опустевшая чашка Лесии подскочила к краю. Богиня шустро переставила её на середину, укоризненно посмотрев на бога:

– Рем, если у тебя лишний сервиз, подари мне!

– Прости, – обессилено откинулся на спинку стула хозяин комнаты, разглядывая пожелтевший от времени известковый потолок. Натяжной бы сделать, да на небеса рабочих не проведёшь. Уходить в тяжкие думы о ремонте не стал, вернулся к волнующей теме: – Знаете, они даже не удосужились сказать, зачем им мои слуги. Жуткое хамство, вопиющая наглость. Что возомнил о себе этот сопляк? Думает, ему всё с рук сойдёт? Ладно, он злоупотребляет темницей, молодым – наука, старым – развлеченье. Плевать, что в затяжные кровавые конфликты между богами, когда одно его слово могло бы рассудить, даже влезать не желает! – Ремус, распалившись, всё повышал голос и продолжал перечислять: – У смертных бардак начинается. Как там они это называют, мор? Давно пора решать проблему, а то всё население на планете перемрёт такими темпами. Он думает, я любые его выходки стерплю?

– Рем, – чуть натянуто попросила Лесия.

– Что Рем, что Рем?! Скажешь, что я не прав? Да прав я, здесь и говорить не о чем.

– Он все-таки король богов.

– Силёнок у него для короля не густо! И ответственности. Он же добьётся, я сражусь за венец, хотя мне и даром не нужны прилагающиеся проблемы!

– Поверь мне, если бы никто не боялся атама в его руках, с ним бы сцепились очень многие, – злобно проинформировала Лесия. – Только я всё же советую тебе не играть в самоубийцу и подождать, может, получится что-то сделать. Атам это тебе не тень найти, удар в сердце – и нет бога.

– Фелисити! – повысил голос Ремус, подаваясь вперёд. – Не говори ерунды, атам – отговорка для амбициозного молодняка. Вот их он пугает, да. А мы, боги старой закалки, ещё на что-то способны, особенно вместе. Мы вполне можем подобрать оружие, чтобы потягаться с ножом, который без ритуала ничего не сделает. У нас основная беда, что некому доверить власть – передерёмся за венец, как только кто-то его перехватит. С Тьером свыклись, чтобы избежать крупной резни. Но сколько лет так можно жить? Пока он мир не угробит?

– А не хочешь объединиться с Геей, которая сыпанула Тьеру земли в глаза и смылась?! Очень героический порыв, и все знают, что закончится он либо в темницах, либо её смертью, если у Тьера настроение окажется совсем мерзким. Зато протест! К тому же ритуал наш король тоже знает, есть чего опасаться.

– С Геей я объединяться не намерен, она и мне может залепить пощёчину и сбежать, если я ей не угожу. Только не сделает ей Тьер ничего – не драматизируй. Тётке под семь тысяч лет! Так она ему и далась в руки…– Ремус устало потёр виски, и на этом беседа ненадолго прекратилась.

Лесия признавала, что он прав, но отговорить бога смерти от бессмысленной стычки хотела любыми способами – не гнушалась даже врать и утрировать. Да, место возле трона она не против получить, но с неприкрытой спиной в драку лезть не любила. Ремусу же спокойно жилось и без всякой власть, но безответственность и бардак его раздражали.

Натан задумался. Возможно всё же стоит в кои-то веки ввязаться в божественную чехарду. Если в деле Ремус и Лесия… с ними намного интереснее, чем с Тьером или с малознакомыми ушлыми богами, которые обычно пытаются заполучить слугу короля в союзники. Обычно он не вмешивался – себе дороже, но сейчас словно шило свербит в одном месте, скука встала поперёк горла.

– Наверняка, Тьер паникует из-за слов того пьяного гнома, – заявил тень, серьёзно озадачив уставших спорить богов. – Если я правильно понял, банши видели какую-то женщину, которую все они ждут. Поэтому и закатили праздник в садах.

– Может, кто-то решил устроить Тьеру мелкую пакость? – усмехнулась Лесия, успевшая подумать над новостями.

– Да сомневаюсь, – покачал головой тень, хмурясь. Он мало что знал, но анализировать умел. – Их собралось слишком много. Кто в одиночку приведёт столько?

– Да, действительно странно, – задумчиво протянул Рем, – их давно уже почти не видно, я и банши кучками вижу только в подземелье. С чего бы…

– Кстати, там и банши гуляли. И парочку лепреконов я тоже заметил, –уточнил Натан, глядя в удивлённые глаза Лесии.

Ещё в первый год правления Тьера он «сократил» лепреконов на две трети – так закончился первый скандал богини удачи и нового короля. И чтобы её слуги, памятуя о прошлом, полезли на рожон?

–  А кого они там ждут? – прервав размышления, поинтересовалась женщина и наклонилась чуть ближе к Натану, не отрывая взгляда.

– Вроде, вернулась хозяйка, которая не в ладах с их хозяйкой – попытался сформулировать Натан, посмеявшись. – Бред, если честно.

– А что ещё знаешь? – внезапно напряглась Лесия.

– Да ничего. Ещё он говорил, что она без пафоса на небеса возвращаться не хочет, как-то так.

В ответ из ослабевших пальцев богини удачи выскользнула тонкая фарфоровая ручка, и вторая чашка, как подстреленный лебедь спикировала вниз и вдребезги разбилась об пол.

Казалось бы, Натан ничего конкретного не сказал, но какой резонанс. Лесия мгновенно стала взволнованной, взвинченной, глаза её бешено горели, а на лице появилась дьявольская полу-улыбка, полу-усмешка.

– Знаешь, Лесия, я, пожалуй, оставлю сервиз у себя, – пошутил Ремус.

– Рем, – удача с минуту пристально глядела в глаза богу смерти, почти безумная в своём открытии, – ты совсем не понял, о ком речь?

– Даже близко, – ничего не смутился бог, фыркнув насмешливо.

– Рем! – прикрикнула на него Лесия, вставая со стула. Оперлась руками о столешницу, перегнулась, чуть не задевая скатерть грудью, и столкнулась нос к носу со старым другом. – Подумай-ка головой. Вернулась хозяйка, возможно создательница, с которой другая хозяйка гномов, очевидна Гея, не ладит. Она не хочет появляться на небесах без пафоса, а Тьер делает вид, что всё в порядке, хотя на самом деле в панике.

– Уж не хочешь ли ты сказать, что Мари вернулась? – опешил бог смерти, а Лесия строго глянула на него, на секунду скосив глаза на Натана. Бог смерти осёкся, понимая, что зря назвал имя. – Но ведь это почти невозможно…

– Отчего ты так думаешь? – пожала плечами женщина, немного успокаиваясь и присаживаясь обратно на стул. – Она умерла не как обычная богиня, так что все шансы вернуться у неё есть. Пафос она тоже любит. Да и Тьер из-за кого другого вряд ли бы пошевелился. Она способна возглавить оппозицию, сильна и знает очень много нюансов, о которых нынешний король и не догадывается. К тому же там личные счёты, так что мимо она не пройдёт. Напрашивается только один вывод. Если я не права, то Тьер в любом случае думает так же. На этом можно сыграть.

–  А кто такая Мари? – полюбопытствовал Натан.

–  Меньше знаешь – крепче спишь, – отрезал бог смерти и, соскочив с места, умчался из комнаты, только не в коридоры небес, а в свои мрачные владения – подземелья. Тяжёлая не оббитая ничем железная дверь в ржавых потёртостях наглухо закрылась за его спиной.

–  А ты что об этом скажешь? – обратился Натан к Лесии, впрочем, не слишком надеясь на успех.

Негодование кипело, покорно не выплёскиваясь за края. «Взрослые» боги водили его за нос как маленького мальчика. Он ведь прекрасно понимал: творится неладно, да никто не собирался его воспринимать всерьёз и брать в союзники. Ни Тьер, ни Ремус, ни Лесия. Только Натан всё равно окажется замешан, даже не зная, в чём именно. Словно слепой котёнок. А он, между прочим, не намного младше, с Тьером так вообще ровесники.

– Я, конечно, хорошо к тебе отношусь, да и Рем тоже. К тому же, ты всегда держись слово, ты благороден, – не спеша начала Лесия, которой тоже не терпелось действовать, но она осталась рядом с Натаном, как будто карауля его. Она подошла к серванту, заполненному посудой, выбирая, а потом поставила на стол точную копию разбитой чашки. В конце концов, посуда бьётся на счастье. – Но, понимаешь, при всех твоих хороших качествах ты всё-таки слуга Тьера, и он держит тебя на коротком поводке. Если он отпустит тебя, ты просто рассыплешься в прах. Не хотелось бы мне подвергать тебя опасности.

– Ты темнишь, Лесия, – нахмурился Натан, глядя на богиню. Насколько он помнил, она никогда не утруждала себя лживой заботливостью, которая сейчас так и сочилась. Здесь каждый сам за себя. – Я вполне самостоятелен, чтобы решать идти на риск или нет. Мне уже давно надоела бессмысленная жизнь.

– О, поверь, сейчас жизнь всех на небесах преисполнится смыслом! – заверила Лесия, Натан попытался встать, но она проворно схватила его за руку, удерживая рядом с собой.

– Лесия, я при желании смогу перейти к другому богу под опеку!

– Да кто тебя возьмёт? – возмутилась она, а потом, смягчившись, добавила: – Я в том отношении, что Рем не может взять свою же тень в услужение, а у меня, несмотря на почтенный возраст, недостаточно сил, чтобы содержать слуг. С остальными не припомню у тебя приятельских отношений.

– Но в любом случае, моя смерть –  мой риск.

– А сведения – наш!

– Но ведь Тьер и так всё знает!

– Во-первых, далеко не всё, – стала деловито объяснять богиня, чуть поправив причёску.

А внутри неё теплился и разгорался страх, будто она превращалась в загнанную лисицу. Скоро начнётся охота. Любые сведения опасны, каждая случайность может стать роковой. Лесия не жаловала Тьера. Он захватил трон ударом из-за спины, стоило только эту спину открыть. Конечно, Мари уничтожил не он – кишка тонка. Да вот только мстить она ему будет как за себя. Даже сильнее.

– Во-вторых, Тьер довольно умён, он может узнать от тебя информацию случайно, и ты ненароком выдашь нас. Мне бы не хотелось, чтобы ты знал хоть что-то.

– Но ведь мне это и так может сказать Тьер, – пожал плечами брюнет. Он не понимал, зачем она темнит, не догадывался о захвативших её страхах.

– Он не доверит, – покачала головой Лесия, зная, что он сейчас в таком же положении. – У Тьера не слишком чистая биография. Мы же выяснили, как много он от тебя скрывает. А ты честный, устал от жизни, можешь и рискнуть восстановить справедливость. Предатель всегда боится предательства. К тому же если вдруг он тебе ничего не скажет, а ты выдашь при нем «лишнюю» информацию, о которой тебе знать неоткуда, он может насторожиться.

В комнате повисло напряжённое молчание, которое словно провело черту между двумя людьми. Странно, казалось, они друзья. Но вот вспомнилось прошлое –  у каждого своё – и снова чужие.

– Это невозможно! – в комнату вбежал взбешённый Ремус.

– Так ты что-нибудь узнал? – Лесия, пока хозяин комнат усаживался, принесла из другой комнаты торт и своим охотничьим ножом начала разрезать его на маленькие кусочки. Натан только сейчас понял, что богиня носит с собой не просто полезную вещь или безделицу. Удача тоже должна держать оружие да, Лесия? И если бы знала, что Ремус что-то выяснил, ни за что бы не заговорила при Натане.

– Ой, ну их! – пробурчал Ремус и взял кусочек.

– А поконкретнее, – усмехнулся Натан, но богиня удачи злобно на него посмотрела, уведомив:

– Тебе здесь вообще находиться не положено, так что радуйся лучше, пока не выставили.

– Да толку-то его выгонять! – досадливо сообщил Ремус, доедая кусок, и расстроено утираясь салфеткой. – Банши не сказали мне, где видели Мари!

–  Да? – удивлённо вздёрнула брови удача.

– Они вообще отрицают тот факт, что её видели!

– И правильно делают, – задумчиво решила Лесия. А чего она ещё могла ожидать? Боги не хотят говорить Натану, банши не хотят говорить им. Конечно, таким образом они лишают её союзников, но и от врагов огораживают хотя бы на то время, пока она не встанет на ноги и сама не заявит о себе. Странно только, что дебош устроили в тронном зале, хотя, может после него и решили вести себя умнее.

– Это ещё почему?

– Они же не знают, что ты задумал.

– Но я их хозяин!

– Их хозяйка в первую очередь она, – отрезала Лесия, – а тебе они служат только потому, что сама Мари их подарила.

– Но всё равно, могли бы и исключение сделать.

– Не могли. Захочет, она сама на нас выйдет, а мы пока переждём.

Натан сузил зелёные глаза. Они не станут сидеть на месте, и Тьер тоже захочет найти загадочную Мари, пока она не застала его врасплох. Что-то новое начиналось в мире. Что-то неизвестное и загадочное, возможно то, что способно перевернуть всё. И если они думают, что Натан останется в стороне, то сильно ошибаются.

5

Фрея сидела за столом в просторном аудиторном амфитеатре, ожидая, когда абитуриентам выдадут бланки с заданиями. Ни страха, ни волнения – непоколебимая уверенность в своих способностях. Не перестараться бы.

Наконец, помощница дошла до их ряда и неторопливо выдала тесты. Бывшая богиня тут же начала читать и до того, как им разрешили взять ручки и одновременно начать, решила несколько заданий в уме. Легко, просто, естественно. Главное не увлечься и сделать несколько ошибок, иначе слишком выделится. Другая грань – не много, вдруг не поступит.

Фрея первой встала со своего места, закинув канцелярию в сумку. Не прошло и получаса. С невозмутимым видом прошла вниз по вытянутым ступеням аудиторских ярусов, положила бланки на стол контролирующему преподавателю.

– Девушка, а вы не хотите ещё подумать? – предложил старый профессор, глядя на девчонку с укоризной. Знал он таких, беззаботные и глупые, даже не прикладывают усилий. Чего только бумагу марают на экзаменах.

– Нет, всё равно больше ничего не вспомню, – улыбнулась Фрея и выскочила из кабинета.

Профессор ради интереса решил посмотреть работу и, не веря своим глаза, обомлел. Без единой помарки и слишком мало ошибок, подозрительно мало.

***

Тьера чуть ли не трясло, когда он зашёл в комнату. Все его знакомые могли подумать, что он гнева, но лишь он сам знал истинную причину – страх. Эстель, с интересом поглядывая на него, молчала. Мужчина с волосами огненно-рыжего цвета демонстративно не обращал внимания на короля богов – невозмутимо восседая на циновке, он собирал икебану.

Его звали Персиваль. Вид он имел нарочито небрежный, двигался манерно, а волосы его, неаккуратно собранные в короткий хвост, лежали разрозненными прядями. Ещё один из слуг Тьера, тень воды.

– Как ваши успехи? – осведомился король, присаживаясь напротив своих подчинённых.

Рыжий вскинул на хозяина раскосые светлые глаза – хитрые, лукавые, ироничные. Уже они предупреждали: осторожно, берегись, тень воды не прост, он коварен, обманчив и беспощаден. Персивалю нравился такой образ, он намеренно подчёркивал его словами и вкрадчивостью движений. Только Тьера никогда не заботила созданная картинка, без оглядки на риск, он доверял тени воды больше, чем другим слугам, возможно, обманчиво видя в нём своё отражение.

– Никак, – лаконично отозвался рыжий. – Ремус застал нас и пришёл в бешенство. Вскипел так, что чуть не убил на месте, сдержался из последних сил.

– Я думаю, если ты сам потребуешь у него выдать банши, он всё же не станет возражать, – предложила Эстель, но Тьер лишь покачал головой.

Не станет возражать – понятие растяжимое. Да, пустит, да не убьёт, но без скандала на все небеса не обойдётся и все, правдами или неправдами, узнают, зачем им банши. Даже если возвращение богини чудес просто слух, даже если сейчас возродившаяся Мариам не захочет на самом деле никаких разборок, то с подачки некоторых недовольных вполне может изменить своё мнение. Слишком много «если».

– Не стоит лишний раз связываться с Ремусом из-за такой мелочи, – урезонил её Персиваль. – Если мы продолжим настойчиво лезть к слугам бога мёртвых, то рискуем разругаться не только с Ремусом, но и с Фелисити. Причём, если скандал с первым нам просто не прибавит спокойствия, то Фелисити во врагах намного страшнее. Исподтишка эта женщина может сделать много неприятного. И ей нет никакого резона сдерживаться, в отличие от Ремуса, почерк которого легко узнать.

– Что верно, то верно. Фелисити и так меня не любит после случая с лепреконами, так что всё приходится делать, рассчитывая только на свои силы, – усмехнулся Тьер, не без удовольствия вспоминая, как тогда поставил её на место. Нашла кому указывать, следует ему разбираться с проблемами богов или нет! – Но просто ждать опасно.

– Никто же не предлагает бездействовать, – пожал плечами и одновременно развёл руками Персиваль. – Но к банши лучше не лезть.

– И что ты предлагаешь?

– Поискать её самим. Ведь должна же она как-то проявиться.

– Как, например? – Эстель вступила в разговор за своего хозяина, понимая, что действовать придётся скорее всего ей. Персиваль стратег, Тьер хозяин, а она всегда была и будет исполнителем. Никого другого сюда не допустят. – Искать бога среди людей, что иголку в стоге сена. Пока лицом к лицу не встретишься –  не поймёшь. Сила, конечно, «ловится», но ей можно и не пользоваться. Или поставить барьер.

– Тьер, а расскажи о ней побольше? – попросил Персиваль, размышляя. Первые планы он уже набросал, но хотел подправить с учётом полной информации. – Я знаю только, что её зовут Мариам.

– Боюсь, я не смогу пролить свет на историю. Хотя и стал богом незадолго до её смерти, но встретится нам так и не удалось: я обещал помощь группе мятежников в обмен на божественные силы, но мы разошлись во мнениях, и я долго не появлялся на небесах, скрывался. Я знаю, что она достаточно древняя богиня и очень-очень сильна. Во время попытки захвата власти, в первую очередь все силы бросили на её уничтожение, позабыв о короле, Кристиане. В итоге, пускай она и умерла, зато почти в одиночку одолела противников. Говорят, всех семерых взяли обессилевшими.

– Ты уверен, что это она? Как вообще бог может воскреснуть? От них ведь даже бабочек не остаётся.

– Её убили не привычной заменой бога на тень, а тем самым атамом. Его редко использовали, так что о последствиях ритуала ничего не известно, может, так и задумано, – пожал плечами Тьер. – И к тому же, её сила – чудеса. Говорят, она могла почти всё.

– Чудеса, да, – задумчиво протянул Персиваль, дослушав. – Интересно, а она жалостливая или нет? – задумался, ответил сам себе: – Впрочем, в любом случае вреда не будет.

– Что ты хочешь сделать? – напрягся Тьер.

– Если я правильно понял, о ком речь… Она же не останется равнодушной после парочки катаклизмов, попробует помочь смертным? Сейчас так называемые святые всё меньше прячутся, есть шанс затеряться среди них. Ей может показаться, что она ничего не теряет.

– Ты только не верь в правдивость сказок, – предостерегла Эстель, тоже припоминая легенды. – Наверняка она не ходячая добродетель, какой всем показывалась, иначе как смогла прожить на небесах так долго?

Тьер молчал, чуть поджав губы и раздумывая над предложением. Побежит ли она спасать мир, если почувствует опасность уничтожения? А есть ли у неё та сила, с помощью которой она сможет это сделать? Ведь могло статься, что она всё потеряла. Вообще не ясно до сих пор, что произошло. Как она смогла снова вернуться? Мёртвые боги не воскресают, откуда же она явилась? С другой стороны, если сил нет, так и она сама не страшна…

– Не знаю. Боги и так бурчат, что я за миром не слежу, и скоро все вымрут, а ты предлагаешь подлить масла в огонь, – сомневался король. Тьер не до конца понимал, что задумал его подопечный, но Персиваль ещё ни разу не подводил. – Да и сам говоришь, сейчас очень много святых спасителей объявилось. Ты знаешь, как её среди них искать?

– И какие именно катаклизмы ты задумал? А если она окажется на другом конце планеты? – хитро спросила Эстель, но тень воды отмахнулся от обоих.

– Ну, это уже не ваша забота. Я думаю, что кота в мешке не утаить, она рано или поздно себя выдаст… – Персиваль только хитро усмехнулся, когда Тьер тяжело кивнул, решившись.

И слуга, получив разрешение, удалился из комнат короля богов. Он направился длинными коридорами небес до того, кто мог ему помочь решить проблему. На всякий случай прятался и плутал, стараясь никому не попадаться на глаза. Потому что о его замыслах лучше ничего не говорить, иначе найдётся слишком много недовольных.

***

Гуляя с компанией чужих бывших одноклассников, Фрея постоянно улыбалась, чтобы никак себя не выдать. Говорила мало, ничего существенного, изредка издавала боевые кличи, когда видела где-нибудь легкомысленную кофточку, и ругалась про себя на свою последнюю хозяйку. Чтобы вести себя так беспечно требовалось слишком много сил. Никогда раньше богиня не думала, что глупые поступки и безмятежная радость изматывают сильнее, чем мозговой штурм.

Брендон сидел рядом, постоянно прижимая девушку к себе. Фрее в ответ приходилось только улыбаться, сдерживая про себя причитания о сломанных рёбрах и наступающем на позвоночник сколиозе. Ох, молодёжь! А потом в старости удивляются, что болит всё. Но больше всего девушку беспокоила раскалывающаяся голова. Хорошо хоть бессмысленные вопли можно издавать, не вслушиваясь в монологи подружек. Реагировать стоило либо вместе со всеми, либо самопроизвольно, что тоже никем не возбранялось.

– А вы слышали про последний приступ мора? – неожиданно спросила одна из подруг Фреи, Белла.

Брендон ощутимо напрягся, Фрея же просто изобразила заинтересованность.

– Последний раз никто не выжил, – шёпотом доложила рассказчица, наклоняясь над столом.

– Как? – испуганно вскрикнула-пискнула бывшая богиня, стараясь придать голосу жалостливые нотки. Её парень и вовсе замер, но он удивился искренне.

– Так. Один человек спасся, но такие страсти рассказывает!

А тут уже забеспокоилось сама Фрея, пропуская удар сердца – опасная ситуация. Она напряглась, мельком глянула на обнимавшего её парня и использовала силу, медленно обволакивая жертву.

Вместо горестного крика она чуть не засмеялась, когда Брендон повалился на пол, упав в оборок. Да, можно сказать, она подарила ему ещё одно необычное воспоминание, потому как другой возможности падать в обморок у такого парня не появится никогда.

– Брендон! – бывшая богиня кинулась к нему, кричала и надрывалась, остальные пытались понять, что же происходит.

Вопли, шум, суета и беготня студентов вокруг приятеля. Они не сразу сообразили, что с ним, а Фрея только кричала и убивалась, не подпуская никого. Нашатыря не нашлось, при попытке облить –  встревоженная блондинка подставилась сама, бить по щекам не дала, завизжав дурным голосом. Наконец, один из официантов поднял его ноги вверх, и парень неожиданно пришёл в себя. А официант, довольный выполненной работой по спасению человека, получил искреннюю благодарность от Фреи и совершенно не догадывался, что две лишние разбитые тарелки за сегодняшний день ему обеспечит именно эта милейшая девушка. Чудеса, конечно, не удача, но насолить могут.

Брендона отвели домой, хотя он и сопротивлялся. Пришлось сдаться, когда вся компания пообещала проводить Фрею в целости и сохранности. И вот, отделавшаяся от досадной помехи и весьма довольная этим обстоятельством бывшая богиня, вновь начала опасный при приятеле разговор:

– Так что произошло во время последнего приступа мора?

– Все погибли, только один старик выжил! – мгновенно вернулась к теме последних сплетен Белла, казалось, воодушевляясь ужасным событием. – И он утверждает, будто их всех девушка убила!

– Да? – оживилась Фрея, прекрасно понимаю, кого выживший имеет в виду.

– Да, говорит, будто не сами все умерли. А пришла какая-то девушка, и убила всех! Клянётся, что опознает её, где бы ни увидел! Наши журналисты к нему скоро прийти собираются, его как раз сегодня должны из больницы выписать.

– Странно как-то, – задумчиво проговорила бывшая богиня. – Я не понимаю, что значит приход этой девушки…

– Раньше, от мора, чтобы избежать последствий, исцеляли, – начал говорить Джон, как самый подкованный в этом вопросе. Впрочем, как и в любом касавшемся политики и общества. – Но приступов становится всё больше. Возможно, кто-то создал специальную группу, которая убивает людей, не давая им шанс на спасение. Это не гуманно.

– О какой гуманности мы можем говорить? – недовольно поморщилась Белла. – Власти из кожи вон лезут, чтобы скрыть всё. В прессе никаких громких упоминаний, могут разве что чиркнуть статейку в укромном уголке, а причины происшествия то одни назовут, то другие.

– Их тоже можно понять, – рассудительно заметил Джон. – Засылались группы исследователей, но, если и обнаружили что, то живыми не вернулись. А паники допускать нельзя, иначе в мире начнётся хаос.

Он говорил ещё много того, чего Фрея взять в толк никак не могла. Оказывается, этот мор большая политическая и социальная проблема. Его все боялись, потому что редко кто мог с ним справиться. Заражение переставало распространяться быстро, но обезумевшие люди наносили вред как себе, так и окружающим. Нередко во время вспышки заражённые успевали перебить друг друга. Или калечили так, что живые завидовали мёртвым. Власти ничего не могли поделать.

Не удивительно, смертные не способны противостоять богам.

Под шумок она смогла узнать, где живёт этот единственный выживший после последнего случая старик. И, как только калитка захлопнулась, и друзья ушли, Фрея, не заходя домой, шагнула вперёд, мигом оказавшись на лестничной площадке незнакомого подъезда. Тонкий пальчик нажал на звонок, а девушка только улыбнулась. Непредусмотрительно не было глазка.

Он открыл, гордо сверкнув глазами. Так всегда смотрят честные люди, которые уверены, что смогут повлиять на мир своей принципиальностью. Старик узнал её сразу, шагнул внутрь, с лица его, казалось, медленно стекали краски, словно на изрисованное стекло кто-то выплеснул банку с водой. Фрея зашла без приглашения, не оборачиваясь, закрыла дверь на защёлку, и тихо сказала:

– Здравствуйте.

Она уже обрадовалась и хотела предложить сделку. Страх смертного, давал Фрее надежду на мирный исход. Но дедок, неожиданно забыв про испуг, заорал дурным голосом:

– Ты! Убийца!

– Послушайте, – попыталась она вставить хоть слово, но её проигнорировали. Глаза старика лихорадочно метались, пальцы дёргались, кисти тряслись, но он смотрел на неё уверенно и зло, готовый до конца стоять за правду.

– Ты пришла убить меня?!! Да не достанется тебе моей крови!

– Мы можем договориться…

– Да чтобы я разговаривал с исчадьем ада! Да я всем расскажу, кто ты! Убийц…

Он захлебнулся кровью, несколько струек стекли по подбородку, глаза остекленели, тело неожиданно обмякло, падая на застеленный линолеумом пол. Фрея укоризненно вздохнула, разглядывая выскользнувшую из тела болезненно-жёлтую бабочку-душу человека, который чуть не выдал её всем соседям, даже не желая выслушать.

– Это просто невозможно, – проворчала девушка, прикасаясь пальцами к виску, где пульсировала венка.  – Мне, похоже, просто не дадут остаться хорошей. Зато на будущее запомню, что даже разговаривать не стоит. Умер и всё… умер и молчит… Молчал бы сразу, и не умер бы вовсе… Странно всё, но просто…

И шагнула вперёд, оказываясь перед дверью в родительский дом.

***

Лесия ввалилась в подвал Ремуса, издав какой-то вздох разочарованья и усталости, и уселась на стул, пододвигая к себе чужую чашку с недопитым чаем.

– Рем, это катастрофа! – сообщила она раздосадовано, глядя на давнего друга с толикой раскаяния. – Я неделю пытаюсь поймать след Мари, но это бесполезно. Ты представляешь? Неделя, а мне даже никаких намёков не попалось в руки.

– Ну, а ты думала, она ждёт, когда ты придёшь? – Ремус не преминул опустить шпильку в адрес удачи. Ведь до этого она ущемила его, сказав, что банши правильно прячут информацию. Вот теперь пусть принимает ответ.

– Но, Рем! Я не думала, что она закроет себя таким барьером, что даже я не смогу её найти. Ладно, её силу нельзя почувствовать, вполне логично. Но я даже просто случайно не могу на неё выйти! – возмутилась Лесия, а потом махнула рукой, залпом выпивая остатки чая. – В любом случае, завтра ещё попробую…

***

Невысокий полноватый мужчина вышел из технического корпуса университета, словно куда-то направлялся. Походка уверенная, в руках дипломат и какие-то бумаги. Вот только глаза бегали по сторонам, как у вора. Он давно уже работал с абитуриентами. Пройдя вход и убедившись, что сейчас все, кто находится рядом, не обращают на него внимания, он быстрым профессиональным движение руки разместил листики на стене. И тут же, увидев оживление, ретировался обратно. И как оказалось не напрасно.

Абитуриенты и просто любопытные студенты, «совершенно случайно» гулявшие сегодня в скверах университета, мгновенно окружили стену со списками. Они напоминали голубей на площади, которым бросили крошки. Впрочем, как крошки доставались не всем, так и задним рядам, отчаянно давившим на передние, всё загораживали.

– Ничего себе! – ошарашено почесал голову парень. Он давно уже перерос абитуриентов – учился вместе с Брендоном на четвёртом курсе, но любопытство протолкнуло его в первый ряд.

– Что там, что? – спросили из толпы.

– Посмотрите, пожалуйста, Эрнеста Клементона!

– Девушка первая в рейтинге сдала все экзамены просто шикарно. По два-три балла по каждому не хватает. Уже лет пятнадцать такого не было! – оповестил всех удивлённый третьекурсник.

– Посмотрите, пожалуйста, Эрнеста Клементона!

– А как зовут?

– Зубрилка небось!

– Посмотрите, пожалуйста….

– Да сдал ты! – отошёл от шока парень. – Фрея Годвик её зовут.

– Не может быть! – раздался удивлённый возглас.

Вся толпа обернулась, и задние ряды оказались ближе к центру событий. Брендон сбледнул, не понимая, что происходит. Мир только что перевернулся с ног до голову. Нет, он, конечно, всячески поддерживал свою девушку, видел, как она старательно занимается, но то, что Фрея может преодолеть вступительный порог, казалось ему невозможным.

– Милый ты во мне сомневался? – ехидно отозвалась Фрея, показывая всем, что вот она – звезда. Хотя в душе нервно скребли кошки. Слишком выделилась, а хотела не привлекать внимания. Остаётся надеяться, что богам абитуриенты не интересны.

– Нет, солнышко, я всегда знал, что ты поступишь, – запинаясь, врал Брендон, отчаянно краснея.

– Ты у меня золотце, – работая на публику, богиня поцеловала его в щеку, посмеиваясь про себя над забавной реакцией.

А смертные пусть смотрят, что поделать. Не смогла рассчитать, сколько ошибок надо сделать, чтобы остаться в тени – сама виновата. Теперь остаётся только преподнести зрителям шоу. Глядишь, пошумят и забудут.

6

Фрея вяло записывала текст под диктовку. Голова клонилась к столешнице, мысли изредка судорожно дёргались, пытаясь не дать хозяйке уснуть. К сожалению, политиков среди её блондинок не нашлось – максимум предприниматели и чиновники, – так что похвастаться умением спать с открытыми глазами, богиня не могла. Удивительно, что за несколько тысяч лет её жизни остаются вещи, которым ещё можно учиться и учиться. Кстати, об учёбе.

Учёба – такой процесс, когда человеку предлагается освоить за определённое время объём знаний, который нельзя за этот период даже прочитать полностью. Более того, порой источники знаний друг другу противоречат, и понять, что правда, а что ложь невозможно. Да и на практике проверять полученную информацию крайне неудобно, нецелесообразно, а порой и вовсе невозможно.

Но в университете приходится со всем этим смириться, сидеть на лекциях и по полтора часа слушать кого-то другого. Слушать не всегда получается, иногда ничего не разобрать, но всё же это предполагается. Ты записываешь материал, который тебе диктуют, но который ты всё равно потом не прочитаешь, даже если захочешь, потому половину слов пропускаешь. А вообще читать всё и не надо. Потому что всё написано в методичке.

Методички на официальном языке называются учебным пособием. Это документ, с которого слово в слово диктуется лекция. Списан он с другого источника и несколько приправлен цитатами из третьего. Впрочем, ту литературу, которая подверглась жестокому переписыванию, тоже в своё время кто-то списал. Потому что наука в мире прекратила своё развитие довольно давно. Но «учёные» этого понять никак не смогли, продолжая свой титанический труд переписывания чужой литературы. И сейчас они гордо именуют себя преподавателями.

Преподаватель – такой человек, который из-за возраста, умения переписывать чужие работы и нежелания работать руками делает вид, что он всех умнее. Конечно, можно сказать, что наукой заниматься тоже призвание. Но, на взгляд Фреи, самым умным со стороны людей было бы заметить, что наука ни на шаг не ушла вперёд. Но не ей судить, она просто слушатель.

Сегодняшний преподаватель математики, немолодой уже человек с шикарными усами, которые он причёсывал перед каждым занятием, взял маркер и, подойдя к доске, начал что-то писать. Да, это тоже отдельная история.

С чего лучше начать? Блондинка вздохнула, переложила голову на другую руку и отодвинула ручку. Ну, собственно, маркер. Выбор был не велик, либо исписанный чёрный, так как в университете новые чёрные маркеры ценятся на вес золота, либо зелёный, который даже не исписанный заставляет студентов мечтать о бинокле. Далее идёт почерк. Конечно, есть преподаватели, у которых он хороший, но почему-то редко кто-то из них увеличивает шрифт при написании на доске. Ещё бы с тетради показывали.

Пытаться разобрать то, что они написали не всегда обязательно. Потому что преподаватели пишут формулы, которые бывают двух видов. Первые – особо сложные, до которых, видимо, додумался маньяк в редком нервном припадке. Откуда там что берётся – неизвестно и запомнить их нереально. Вторые – наоборот те, которые даже записывать не стоит. Потому что нормальный человек знает, как это посчитать даже без формулы.

Фрея вздохнула ещё тяжелее. Наверное, это в ней говорить доктор математических наук, да. По жизни дура редкостная, но считать умела, что несказанно радует.

– Извините, я правильно понял что…

А ещё на лекции бывают ботаны. Ботаны – студенты, которые хотят учиться. Конечно, желание похвальное и по сути-то никому не мешающее, если не считать, что из таких появляются преподаватели. Да, ещё нужно добавить, что при всём своём желании учиться, ботаны не всегда понимают смысл выученного. Зазубрили и ни шагу в сторону.

– Девушки, если хотите поговорить, то выйдите вон! – разгневанно сверкнул глазами под пышными, как усы, бровями преподаватель.

– Простите, мы обсуждали тему, – ответила одна из девушек, в то время как другие тихо хихикали себе в кулак.

Позвольте назвать этих персонажей девицы. На потоке их набирается несколько групп. Отличает их излишняя смешливость и не всегда удавшаяся миловидность. А ещё они думают, что их не слышно, и это серьёзно раздражает.

Ещё есть гламурные девицы. Принцип тот же, но в основе обсуждения лежит продукция фирм с известными марками, которая не всегда им по карману.

– А что там написано? Я не вижу! – раздалось с заднего ряда. Фрея обернулась, чтобы разглядеть разместившихся на камчатке «братков».

Вопрос то верный, ничего не разглядеть, да только задававший подкачал. Преподаватель пренебрежительно пробормотал, что надо ближе садиться и слушать внимательнее. Фрея чертыхнулась, но не стала уточнять, что первой парте тоже не видно.

Бывшая богиня просто переложила голову на другую руку, взяла ручку и начала рисовать. Цветочек на полях получался корявым, с острыми углами, но годился, чтобы обводить в пятый раз, добавляя новые подробности и рисовать тени. Цветочками на полях можно заниматься, когда слушать совсем не хочется. То есть на определённых лекциях.

И вот, наконец, долгожданное объявление о том, что пытка закончена. Блондинка с трудом не поддалась порыву выскочить отсюда опрометью, собирая сумку уже на ходу. Желание оказаться от этого места подальше зашкаливало, но она осталась, с улыбкой складывая тетради и канцелярию. Не стоило привлекать внимания.

– Ты сейчас свободна?

Бывшая богиня подняла голову, озадаченно глянув на девушку с высоким каштановым хвостиком вьющихся волос.

– Да, Лия. Ты что-то хотела? – Фрея дружелюбно улыбнулась, узнавая одногруппницу. Милая девушка, по крайней мере, не относящаяся к разряду девиц, ни гламурных, ни обычных.

– Мы хотели сходить в кафе. Ты с нами? – Лия, повернувшись в пол оборота, указала рукой на кучку девчонок, что-то оживлённо обсуждающих. Опрятные и не слишком вычурные, они показались Фрее неплохой компанией. Одиночек ведь не любят.

– Почему бы нет, – весело улыбнулась она, но, глянув другую сторону, увидела возле аудитории Брендона. – Только… не уходите без меня?

– Хорошо, – кивнула Лия, отошла к подругам и уже вместе с ними покинула класс.

Фрея, опередив их на несколько шагов, проскользнула через дверной проём и оказалась рядом со своим парнем.

– Привет! – поздоровалась она, чуть запыхавшись, хотя пришлось пройти не так уж много.

– Уже отучилась, милая? – спросил он, словно старший брат проведя по волосам. Она не отстранилась, только внутренне поморщилась. В её бытность богиней никто не позволял себе подобного.

– Да, последняя лекция закончилась. Мы с девочками хотим посидеть в кафе, – отчиталась Фрея. Странно и неприятно, но хорошо только Брендон её контролирует. Если бы он не учился в Сан-Франциско, сбежать от родителей не удалось.

– Я тебе позвоню после своих пар, провожу до дома, – он улыбнулся, а богиня, как и полагалось, с довольным видом кивнула и, чмокнув своего парня в щеку, убежала к однокурсницам. Девушки стояли неподалёку и глядели в сторону парочки с интересом.

– Твой парень? – спросила одна из них.

– Да, пять лет встречаемся, – подтвердила Фрея, сама только что с ужасом осознав масштаб трагедии. А ведь его не бросишь под предлогом «не сошлись характером».

Они весело чирикали ни о чём. Половину девушек Фрея видела впервые, что нисколько не мешало. Все первокурсники оказались на равных, пытаясь в ужасе запомнить несметное количество имён и фамилий.

Кафе располагалось недалеко от здания университета и пользовалось популярностью среди студентов, забитое до отказа. Девушки расселись за столиком в углу, который освободился, когда они подошли.

Приглушённо играла музыка, перебиваемая равномерным гулом посетителей. По всему залу висели искусственные цветы, радуя глаз яркими красками. Мягкие диванчики стояли в углах, а стулья то и дело кочевали от столика к столику.

После того, как девушки сделали заказ, Фрея неожиданно предложила:

– Давайте для начала каждый расскажет о себе. Ведь мы ничего друг о друге не знаем, а нам предстоит долгое время учиться вместе.

Для себя бывшая богиня решила, что в университете лучше играть роль недалёкой девочки, какой её знал Брендон. Если она покажет свой настоящий характер, то парень может её раскусить по слухам. Да и если она станет слишком выделяться среди сверстниц, то привлечёт не нужное внимание. Даже лучше всех сдав экзамены, Фрея хоть и потешила самолюбие, но рискнула безопасностью.

– Меня зовут Селина, – начала общительная девушка с чёрными крупными кудрями и милым лицом азиатского типа. – Я приехала в Сан-Франциско из Союза, хочу получить знания, чтобы развивать производство. У нас техник – очень престижная профессия, но я бы хотела внести в неё что-то новое, возможно, с помощью заграничного образования.

Руки во время монолога теребили край салфетки, девушка неуверенно натянуто улыбалась.

– У нас хорошее образование, хотя в Союзе техническое оснащение, конечно, высочайшего качества, – важно кивнула Лия, желая поддержать новую знакомую.

Фрея отметила, что стоит взглянуть на политическую карту. Слово Союз навевало странные ассоциации. Когда она последние годы находилась в этом мире, то никаких Союзов не существовало. Разве что Советский распался, а Европейский начал собираться, но никто из богов не предполагал, что он долго просуществует.

– А если не о карьере? – неожиданно оборвала Фрея. – Расскажи о себе, чем ты увлекаешься, что любишь? Чем занималась раньше?

– Ну… – Селина ненадолго задумалась, но эта тема далась ей много легче, чем формальное представление, – Я люблю фигурное катание, немного занимаюсь живописью. Вообще раньше хотела стать актрисой или модельером. Обожаю одежду! Если получится, то попробую устроиться в дом моды Эвиты Фринглер, у меня тётя с ней знакома, надеюсь, поможет!

– Ой, как здорово! Обожаю её последнюю коллекцию. Такие яркие модные вещи, в них и на праздник и на каждый день, – намного более воодушевлённо и искренне поддержала однокурсницу девушка с пепельно-русыми волосами.

– Вообще! – радостно отозвался кто-то ещё. – У них всегда самые классные идеи. И цены приемлемые. Когда их модный дом устраивает распродажу это нечто!

– А вы видели их последнюю кофточку в стиле «Розовый кот»? Хит сезона! Сейчас полстраны в таких ходят. Я тоже хочу купить, только до магазина доберусь, – влезла в разговор Лия, поддерживая неожиданно разгоревшуюся беседу.

Фрея первую минуту сидела молча, пожалуй, растерявшись от этого мира. Конечно, она не бесчувственный чурбан, чтобы ничему не удивляться, но это перебор. Женщины, одежда съест ваш мозг! Кто там только что техником хотел стать? Бывшая богиня так и представила себе эту дамочку в розовой кофточке с искусственным котом на плечах, командующую отважными рабочими в замызганных комбинезонах и в касках.

– А! Это же так круто быть модельером! – Фрея влезла в разговор буквально с визгом, демонстрируя отсутствие интеллекта всему кафетерию. – Красивые платья, юбки, кофточки! Это супер! А у Эвиты просто потрясающий вкус! Сапожки-босоножки просто прелесть!

И твой мозг, Фрея, тоже когда-нибудь съедят эти пресловутые вещи. И телевизор, от которого каждый раз хочется отшатнуться, как только проходишь мимо. В конце концов, где ещё можно увидеть такую ересь как зимние сапоги с дырками? Ах, простите, она что-то похожее оставила в гардеробе в родительском доме.

Спасибо, Лия догадалась пустить «круг» дальше, предложив рассказать о себе следующей однокурснице.

 Дальше Фрея уже не слушала, уныло думая, что нервы у неё за годы заточения порядком поистрепались, как бы она не хорохорилась. Имена девушек она не запомнила, лица тоже. Она сидела в полной прострации, напоминая себе паралитика, который нервно дёргался при каждом упоминании знакомого слова. Обсудили и телепередачи, и известных звёзд и модные тенденции по второму кругу.

Фрея всякий раз водила глазами по залу, каждые две минуты поглядывала на телефон, но Брендон всё не объявлялся, игнорируя давно отправленное сообщение. Взгляд устало возвращался к собеседницам, и она восторженно поддакивала, возможно, невпопад. Но собеседниц всё устраивало.

Неожиданно разговоры перешли на парней. Беседа пошла намного приятнее, но тема почти сразу же вильнула, оказавшись рядом с Брендоном.

– Он такой милашка. Где и когда вы познакомились? – спросила Лия, которая, казалось, больше всех интересовалась чужой личной жизнью.

– Мы жили по соседству, сложно сказать, как мы познакомились, –улыбнулась Фрея, не став вдаваться в подробности. Детство другой хозяйки тела она помнила смутно.

– А как здесь оказались?

– У него здесь отец. Мать не возражала против переезда,  – пожала плечами блондинка. – А я в этом году поступила. Не могу без него, – добавила она, желая придать весомость своим словам. И все собеседницы серьёзно закивали, будто она сказала пароль к тайной комнате. О собственном пустом доме бывшая богиня решила не упоминать, чтобы никто не строил на него планы.

– Простите, девушки, – вмешался в беседу мужской голос. Возле столика стояли двое. В переполненном кафе никто не заметил, что парочка молодых людей оказалась слишком близко. – Можно к вам присоединиться?

Фрея, тряхнув кудрями, недовольно нахмурилась, но высказаться, к сожалению, не успела, потому как невысокая полненькая девушка уже согласилась на компанию. Что же, остаётся помолчать какое-то время.

Парни бывшей богине кого-то смутно напоминали, но, скорее всего, просто знакомый типаж. Оба высокие, с чуть сгорбленной спиной. Один из них, не снявший кепку в помещении, оказался посмелее, то есть более наглый. Другой, с губами, скривлёнными на один бок постоянной усмешкой, молчаливо следовал за вожаком.

Снова пошли знакомства, и Фрея отметила, что дружелюбную студентку звали Дебра, а худенькую скромную девочку, которой и с малознакомыми однокурсницами неудобно, Элиза. Парни представились как Эрик и Майкл, впрочем, бывшая богиня их сразу же перепутала.

Разговор шёл, только усечённый и односложный. Кто-то из девочек откровенно клеился, некоторые кривились, почуяв гнилой запашок.

– Я, пожалуй, пойду, – наконец решилась Фрея, вставая из-за стола.

– А что так рано? – с напускным расстройством уточнила Селина.

Блондинка не стала говорить, что просто не хочет устраивать драку в кафе. Не то чтобы жалко заведения или парней, но хрупкая девочка хотя бы по идее не способна завалить двух мужчин. Фрея могла, но не хотела портить людям стереотипы. Иначе весть о ней пробежала бы по всему университету, привлекая лишнее внимание.

– Я недавно переехала, в доме такой кавардак, – решила упростить всё бывшая богиня, пробираясь как раз мимо одного из парней.

Но и у Фреи, и у парня с подвешенным языком, стаж был хороший, только в разных областях творчества. Никто не понял, что произошло раньше: новый знакомец якобы случайно хватанул блондинку за весьма привлекательную часть тела пониже спины или она отвесила ему звонкую пощёчину.

– Ты чё?! – заорал парень, словно волк, немедленно скинувший овечью шкуру.

– За руками следи, – тихо предупредила Фрея, отступая на шаг.

Как ни пыталась бывшая богиня уйти до неприятностей – не смогла. Можно было отбросить гордость, но старые привычки давали о себе знать. Раздражение, скопившееся за день, нашло выход. Теперь оставалось надеяться, что ей повезёт. Удача, кажется, её совершенно разбаловала.

– Сама-то! – парень хотел ещё что-то добавить, но обмяк, поджал губы и утих, сосредоточенно глядя Фрее за спину.

7

Оборачиваться девушке не пришлось. Властное прикосновение руки этого смертного бывшая богиня научилась различать среди тысячи. Да и, что греха таить, она привязалась к нему, что одновременно усложняло и упрощало ей жизнь. Брендон появился как раз вовремя – удача по-прежнему ей благоволила.

– Какие-то проблемы? – спросил повелитель земли. Он в такие моменты всегда оставался спокоен. На самом деле ему не хотелось устраивать разгром в кафе, не меньше, чем Фрее. Бешенство зашкаливало, требуя крови, но благоразумие советовало сначала поговорить.

– А ты кто такой? – с нарастающим гонором заявил новый знакомый, но уже не так уверенно.

Майкл серьёзно перетрусил, на самом деле сразу узнав парня агрессивной блондинки. Брендона Хейкла в Сан-Франциско знала каждая собака, если, конечно, она имела отношения к криминалу. А ещё знала, что связываться с ним лишний раз не стоит.

Зато Фрее поведение парней показалось странным. Эта искра общей тайны, что проскользнула между ними, будоражила любопытство, и бывшая богиня задумчиво переводила взгляд с одного на другого, пытаясь разгадать секрет.

– Я её парень, – спокойно сказал Брендон.

Девушки восторженно смотрели на героя, защищающего честь дамы. Майкл думал, что худшую ситуацию сложно вообразить. Запасть на пассию младшего Хейкла надо умудриться. Но отступать позорно, да и выйти победителем из такой схватки всё равно, что схватить птицу счастья за хвост. Стоило рискнуть.

Фрея же оценивала затравленный взгляд наглеца. Брендон выглядел внушительно, но Майкл явно не из тех, кого пугает внешний вид. Наверняка, у этого Казановы и ножичек припрятан. С другой стороны –  неожиданно поняла блондинка – Брендон тоже мог ходить не безоружным. Даже топорик при большой изобретательности спрячется за спиной.

– Ты того, следи за своей девушкой, – неуверенно пробормотал Майкл, желая оставить последнее слово за собой.

Брендон тяжело вздохнул. Зря этот вякнул – нарвался. Стерпеть такое не позволяет репутация, да и гнев рвётся на выход. Повелитель земли без лишних слов сгрёб зачинщика за шиворот, перехватил за пояс и протащил до двери, с размаху выкинув на улицу.

– Подожди немного, – предупредил Брендон свою девушку тихонько, – тебе лучше не смотреть, – и вышел сам.

Фрея украдкой глянула на часы, не зная, сколько выждать. Безразличие может удивить людей, но ей же сказали не мешать. Подождать две минуты, а потом оттащить приятеля от жертвы, или до первого крика?

Первый крик раздался почти сразу. Застывшие в ожидании посетители кафе вздрогнули и как в горлышко воронки ломанулись на выход. Бывшая богиня рассудила, что решили за неё.

– Брендон! – Фрея подскочила к парню, сжульничав, и перескочив через толпу божественным способом. О, как она соскучилась по переносам в пространстве, но сейчас не время ностальгировать.

Сперва её не услышали. Повелитель земли вновь замахнулся, но она вцепилась в его руку, из-за разницы в росте на секунду зависнув в воздухе. Умоляюще попросила:

– Не надо!

Если не народ, она бы не стала мешать так рано. Майкла можно и ещё побить, глядишь, наглостью выйдет вместе с кровью. Но Брендон не мелочился в драке – первым ударом сломал противнику нос. Если так пойдёт дальше, придётся объясняться уже в участке.

– Фрея, отойди, пожалуйста, – недовольно нахмурился Брендон. Голос с нотками досады звучал тихо, но уверенно.

– Брендон, хватит, пожалуйста, – лепетала Фрея, быстро и тревожно, волнение переполняло. И неудивительно, очень волнительно упрашивать, когда привыкла давать подзатыльник и орать на всю округу. – Пошли домой, он того не стоит!

Повелитель распрямился и выдохнул, выпуская пар. Расслабил руки, глаза перестали гореть азартом драки. Если не вслух, то в душе с разочарованием вздохнули все, кроме пострадавшего. А он так и лежал ни жив, ни мёртв от страха. Чёрт с ним с носом, минуту назад он не в силах был подняться на ноги – сама земля притягивала его.

Пока сердобольные оказывали первую помощь, Брендон и Фрея поспешили покинуть студенческий городок. Выскочили прямо к остановке на оживлённой магистрали. Бывшая богиня потащила своего парня за руку к удачно притормозившему автобусу – до дома останется пять минут по тихой улочке. Водитель подождал торопящихся пассажиров, и только после того, как парень с девушкой заскочили, закрыл двери с лёгким шипением.

Всю поездку они молчали, поэтому путь показался длиннее, чем был на самом деле. Две остановки растянулись до полноценной поездки. И только отойдя на два квартала от центральной автострады, Фрея решилась на разговор:

– Зачем ты это сделал?

– Он же тебя оскорбил! – возмутился Брендон. Глупейший вопрос, сама же пощёчину залепила без раздумий, а он бы развернулся и ушёл?

– Я не о драке, – странно посмотрела на него блондинка, с намёком.

Парня передёрнуло от степенного упрёка, которого он никогда раньше не замечал во взгляде голубых наивных глаз. Он предпочёл отмолчаться, а бывшая богиня продолжила:

– Зачем ты использовал силу? По-моему, не подходящий случай, – в её голосе прозвучала непривычная укоризна. Фрея и раньше ругала его, но всегда с жаром, яростно до слёз и обид, а сегодня иначе. И как она вообще поняла, что он пользуется силой?

– Прости, вышло машинально. Я просто очень разозлился, – отмазался Брендон и украдкой посмотрел на неё.

Необычная стать, абсолютное спокойствие. Она не отчитывала его за беспечность, а просто говорила. Так непохоже на неё, но в её духе. Фрея изменилась, неуловимо, изящно. Словно превращаясь из маленькой беззаботной девочки во взрослую умудрённую опытом женщину. А может просто пытается казаться такой?

– Будь внимательней, пожалуйста, – просто сказала она, прекращая этот  разговор. Но немедленно начала новый, не менее неприятный: – Вы с ним знакомы?

– С кем? – Брендон понимал, что играть сейчас в непонятки глупо, разве что время потянуть. Но отвечать не хотелось. Такая правда пусть лучше поздно всплывёт.

– С тем парнем, которому ты сломал нос, – уточнила бывшая богиня, намеренно давая исчерпывающую характеристику.

– Нет, я его не знаю, – решился спокойно ответить Брендон. Он же не врёт.

– Он тебя знает! – Фрея не спрашивала, застав парня забеспокоиться. Она давила простыми словами, не давая увернуться и увести тему.

– Почему ты так думаешь?

– Он смотрел на тебя, как будто узнал. Узнал и испугался.

– Тебе показалось, – неуверенно и нервно пробормотал Брендон.

– Не хочешь говорить – не надо, – резко пожала она плечами и прибавила скорость.

Шаг, другой. Брендон смотрел ей вслед. Странно, у неё будто походка изменилась. Парень чертыхнулся, понимая, что думает совершенно не о том. Бросился вдогонку, казалось, в одно мгновение преодолев пропасть, вырастающую между ними.

– Фрея, я действительно не понимаю, почему он на меня так смотрел! А что касается использования силы, то я не прав. Прости!

Блондинка только покачала головой, но ничего не сказала. Её раздражало нежелание откровенничать, но время вытянуть из Брендона правду ещё оставалось. Жаль только, не так много как раньше.

– Ладно, я тебе верю, – нехотя признала она, а парень тут же повеселел.

Он стал рассказывать ей о том, как прошёл день. Вспомнил и лекции, и друзей, которых не видел всё лето. Воодушевления, с которым он говорил, бывшая богиня не понимала. На её взгляд, что первые, что вторые должны за четыре года-то надоесть. Но Брендон проявлял странные эмоции: за лето он начинал по ним скучать. Сама же Фрея пересказала искажённую версию сегодняшних событий: как будто бы ей всё понравилось, а не нагнало тоску.

Так они не спеша дошли до особняка, который любезно предоставила после смерти бабушка семьи Годвик. Последние пять лет его сдавали в аренду, но из-за поступления Фреи продлять договор ещё на год не стали. Родители поначалу сопротивлялись, но через пару недель смирились с мыслью о переезде дочери – всё равно её парень в Сан-Франциско, а из больших городов молодёжь редко возвращается обратно.

Помахав Брендону рукой, девушка достала таблетку электронного ключа. Открыла дверь, сделала шаг, включила свет, выключила сигнализацию, скинула туфли. Вот и осталась в долгожданном одиночестве.

Как бы миссис Годвик не настаивала на переезде Брендона, чтобы не оставлять девушку одну в доме, сейчас он этого сделать не мог. Он опекал больную бабушку – хозяйку съёмной квартиры, а её дочь обещалась вернуться из деловой поездки не раньше, чем через месяц. Фрея всё понимала и даже слишком активно поддерживала парня.

Не став надевать тапки с медведями-дистрофиками, которые всучила ей в дорогу мама, бывшая богиня прошла на кухню. Включила чайник, насыпала сахар, поменяла радиоволну, на которой объявляли про извержение вулкана в Африке. Услышала о сборе денег для жертв цунами где-то на островах, заглянула в холодильник. Машинальные действия, привычки, которые развиваются у любого человека. Но пора бы заканчивать с ними. Она потратила и так слишком много времени на обустройство, и пока совершенно не задумывалась над тем, что хочет сделать. Пора решать.

***

– И как успехи? – ехидно осведомилась Эстель, стоило ей увидеть Персиваля.

– Ещё не вечер, – улыбнулся он, подавив желание отправить женщину куда подальше.

– Конечно, не вечер, только на твои стихийные бедствия не обратил внимание никто из святых. Ни-кто! – по слогам выговорила тень зимы, радуясь чужой неудаче.

– Тебе бы расстроиться, ведь Тьер не обрадуется, а сама ты ничем помочь не можешь. Но нет, злорадствуешь. Ревнуешь, что ли? Успокойся, мы оба любим девушек, а продолжишь зубоскалить, так Тьер предпочтёт улыбчивую Дафну, – поддел Персиваль, не переваривая критику в свой адрес. И вообще, много ли она знает, чтоб лезть с комментариями?

– Прости, – мигом пошла на попятную Эстель, вместо того чтобы взвиться от замечания. Она уже один раз взвилась, и на целый месяц этот прохвост устроил Дафне с Тьером романтическое турне. Повторять опыт не хотелось. – Я правда не знаю, что делать, поэтому нервничаю. Может, помочь чем? Скажем, заморозить местность, где ты ещё не успел пройти с катаклизмами?

– Богиня лета сейчас на нервах, я только за последние три месяца с десяток раз уводил её подальше от Тьера. Изольда не удовлетворилась тем, что захомутала нового бога весны, она то там, то тут влезала не в свой сезон. Если ещё и ты вклинишься в их разборки, скандала точно не избежать.

– Да, Тьер не обрадуется, – согласилась тень зимы. И они ненадолго замолчали.

У Персиваля оставались варианты, но основные он уже все проверил. Признаться, он надеялся на большую социальную сознательность воскресшей богини. Как найти иголку в стоге сена, если она даже блестеть отказывается? Очень осторожная надо сказать иголка.

– Эх, нам бы сейчас чуточку помощи от богов, – расстроено пробормотал Персиваль. Время утекало как песок сквозь пальцы, а ведь если враг не появляется это намного более подозрительно. – Я бы, признаться, не отказался от содействия удачи. Тьер сильно с ней поругался? Может, стоит пойти на компромисс?

– От неё бы никто не отказался, – фыркнула Эстель, подойдя к одному из окон. Внизу по-прежнему висели небесные сады в своём молчаливом великолепии. – Да только фигу она нам покажет, а не помощь. Ты тогда в мире смертных свои последние дела улаживал, а я-то присутствовала при их скандале. Она требовала от него заняться делами, рассудить богов, ругалась. Вспомнила, что Кристиан, если не мог сам, то всегда просил Мариам. И Тьер так же может свои обязанности хотя бы на кого-то скинуть. А наш хозяин вместо ответа велел мне подчистить её лепреконов. Так он до сих пор жалуется, что то споткнётся на ровном месте, то струна на гитаре лопнет.

– Так надо было сразу её в каталажку или и вовсе убирать.

– Ох уж эти твои репрессии… Это ты Тьера сажать и убивать надоумил, вы тогда знатно оторвались – нашего хозяина до сих пор за маньяка некоторые принимают. Нет уж, хорошо, что ты тогда ещё, на наши головы, не влез в дела, и Фелисити не тронули, иначе бы она всех нас точно со свету сжила – она злопамятная. Хотя сейчас Тьер вообще не уверен, что это она мстит. Богиня удачи как-то вступилась за него перед недовольными богами, не помню обстоятельства. Но, мне кажется, просто подольститься пыталась.

– А если не напрямую? Пойти на сделку?

– Прямо, криво, а я бы всё равно не стала с ней сотрудничать. Между прочим, лепреконов-то ей подарила та самая Мариам. Она без них сильно отстаёт в гонке за силой. Но можешь придумать какой-нибудь фальшивый предлог и попробовать помочь через Натана.

– Натана? – удивился Персиваль, переваривая полученную информацию. Зря он в своё время не гонялся за сплетнями – много интересного бы узнал. Хотя всего не упомнишь, это у женщин чутьё на такие мелочи. А ведь из рассказа получается, что богиня удачи сама не откажется поучаствовать в поисках своей старой знакомой.

– Да, он же постоянно с ней и с богом смерти время коротает. Наверняка Фелисити не откажет своему любовнику.

Персиваль закусил губу и думал. Наверняка богиня удачи захочет вернуть себе лепреконов, и ей придётся найти их настоящую хозяйку. А раз они с Натаном общаются, значит, он рассказал ей всё, что знал. Достаточно ли он знал? Вряд ли, Натан мог и не обратить внимание на произошедшее. Пожалуй, стоит с ним «посекретничать», чтобы потом точно сесть удаче на хвост.

8

Лесия, раздражённая, залетела в подвал к Ремусу, безжалостно хлопнув дверью. Не найдя бога в его покоях, она, подобрав подол платья, распахнула самую страшную дверь на небесах и направилась в царство мёртвых.

Там было не так ужасно, как представляли многие, но после путешествия оставался осадок. Спускаться в подвал бога смерти редко кто рисковал. В принципе, только Ремус и Лесия. Первый на правах хозяина, а вторая в полной уверенности, что ей повезёт выбраться.

На стенах вокруг длинной винтовой лестницы висели бронзовые цветы светильников, исчезая в самом низу. Последние ступени Лесия не различала, осторожно нащупывая ногой. Вторую запретную дверь было не разглядеть, только ручка поблёскивала. За ней начинался настоящий мир мёртвых, переполненный сотнями диковинных мотыльков и бабочек, оставлявших свой след в воздухе. Те, кто прибыл недавно, собирались у двери, словно, была возможность уйти отсюда. Остальные же просто летали по безграничному сумеречному пространству, подсвечивая уголки.

– Рем, – позвала женщина.

Голос эхом разлетелся, отскочив от стен. Светящаяся пыль, мешавшая смотреть, расступилась. Ремус разговаривал с одной из банши не так далеко от Лесии.

Богиня сделала несколько шагов, не приблизившись ни на йоту. Опять ошиблась с расстоянием. Ориентироваться здесь безнадёжно: время и пространство теряются и играют с гостями.

Упорства Лесии было не занимать – она продолжила путь вперёд. Долго ли коротко… удача оказалась рядом с богом смерти. Коснулась плеча, чтобы убедиться.

– Я не знаю, – ещё раз сказала банши, бесстрастно качая головой.

– Мы хотим ей помочь! – с жаром доказывал Ремус.

– Пусть так, но я всё равно не знаю, где она, – снова ответила банши без эмоций.

– Ладно, ступай, – разрешил хозяин и повернулся к богине.

Сейчас, окружённая десятками бабочек, которые уже знали, кто она, и пытались снискать её милость, она выглядела особенно очаровательно и загадочно. Чуть смазывало впечатление печальное лицо. Обычно, Лесия всегда появлялась с улыбкой, озабоченность – не её настроение.

– Ну, как успехи? – спросил Ремус, разглядывая персиковые локоны, ниспадающие на плечи.

– Никак, – коротко отозвалась она, скрестив руки на груди. – Ты представляешь, я неделю не отхожу от телевизора, беспорядочно листаю страницы в интернете, пытаюсь хоть что-то найти, и абсолютно никаких намёков. Даже к зеркалам пробралась – не надо ругаться! Не маленькая. Сегодня весь день бродила по миру смертных, в разных местах. Эффекта нет. Я не знаю, что творится. Либо её и вовсе не существует, либо я не вижу очевидного.

– Это единственные возможные оправдания? – уточнил Ремус, взяв её под руку и как бы между делом добавляя: – Пошли отсюда, пока ты всех к себе не собрала. Они после тебя к двери летят, как мухи к мёду, зайти невозможно.

– На самом деле нет, – задумчиво проговорила богиня удачи, послушно позволяя себя выпроводить. – Возможно, она поставила вокруг себя какой-нибудь мощнейший барьер. Но тогда ещё хуже. Вероятность найти её сводится к нулю. Хотя всё равно остаётся возможность, что я на пике своих сил что-нибудь выдерну. Знать бы только что! А у тебя, я так поняла, тоже ничего?

– Абсолютно, – подтвердил бог смерти, чуть поджав губы. – Все они были в разных местах, какая из них с ней виделась, не узнать и под пытками. Никаких следов, никаких намёков. Может, и правда зря мы надеемся? 

– Вряд ли, – уверенно заключила Лесия, степенно поднимаясь по лестнице. Свет от огня сверкнул в глазах. – Друг другу-то врать не станут, а они сильно осмелели.

– Ты знаешь, может не стоит её искать? Может прекратить всё? – неожиданно предложил старый друг.

– Что это на тебя нашло? – удивился богиня удачи, замирая возле двери.

– Лесия, её не было с нами тысячу лет! – Ремус перекрыл женщине выход, словно опасаясь вести разговор за пределами своих владений. – И именно тогда мы заметили первые случаи мора. Они не прекращаются до сих пор, а сейчас, когда все трезвонят о её возвращении, они участились. Может это она делает? Я всё больше думаю, и всё больше боюсь того, что мы можем обнаружить, когда увидим её вновь.

– Брось, – резко оборвала его богиня, даже забыв о собственном упадническом настроении, и открыла дверь. – Она не такая. Просто верь в неё. А тысячу лет назад ещё много чего произошло, всего и не упомнишь. Хотя бы разброд и бесконтрольность на небесах взять.

***

Несколько дней желание действовать не давало Фрее покоя, буквально снедая изнутри. Брендон переживал, волновался, но не мог помочь. Бывшая богиня же словно в агонии билась, не в силах схватиться за всё и сразу. В итоге через несколько дней начала ремонт, в одночасье купив материалы и наняв бригаду. В доме развели пыль и грязь, девушка трижды пожалела о своём решении… зато неожиданно успокоилась.

Ремонт, который она затеяла, был ей абсолютно не нужен. Но, если уж начался, пусть выполняет стратегическую функцию – отвлекает Брендона. Только бы денег хватило, а то родители поскромничали с выделенной суммой. Хорошо бы найти где-то ещё подработку. Да вообще хорошо бы хотя бы что-то начать делать!

Фрея безжалостно выдрала лист из тетрадки, нисколько не смутив преподавателя, который продолжал монотонно болтать об информационных системах. Вот и отлично, пока идёт лекция как раз можно подумать над планами.

Бывшая богиня задумчиво поставила точку посредине листа, немного подумав, сделала из точки витую букву «Ф». Пусть это будет она. Кто она сейчас? Смертная, которая очень хочет стать богом и разобраться с делами на небесах. Наверняка, ей захотят помешать, а кто?

Неприятелей за прошлую жизнь у неё накопилось с лихвой, друзей было куда меньше, да и те могли запросто пересмотреть свои взгляды. Одно она знала точно: найдутся желающие умертвить её насовсем. Не один и не два.  К сожалению, очень похоже, что среди них и король богов.

Фрея прикинула, хватит ли ей трёх дюймов, оставив на всякий случай четыре, поставила красивую «Джи» – вот он. Кажется, его сейчас называют Тьер. Интересно, кто из её убийц решил сменить имя? Венец собирался забрать Эмиль, но его она ранила в сражении, да и Церен быстро соображает, что к чему… Впрочем, сейчас это не важно, кем бы ни был король – он её враг, это поймут все и сразу. И ей нельзя тягаться с ним сейчас, она слаба и уязвима, она ему не соперник. Для начала, ей самой надо стать богом.

Если бы её место заняла другая богиня чудес, то все было бы просто: стать тенью, убить бога. Столько раз она проводила других теней по этой дороге, что знала все уловки и возможности. Она бы справилась с блеском и никаких проблем. Но все силы у неё, место вакантно, а значит, Фрее предстоит другой тернистый и опасный путь.

Когда-то давно она уже прошла по нему, вместе с сыном. Тогда тылы тени чудес прикрывал бог создания, о ней узнал весь мир, смертные признали её великой, склонили головы как перед королевой. Сейчас, если она вновь станет тенью, придётся труднее: без защиты любой запросто сможет её убить – нужны союзники. А ещё без тени чудес ничего не получится. И вот это, реальная проблема.

Фрея поставила маленькую точку возле «Ф», подписав её коротко «тень» и провела двойную стрелку между ними.

Поговаривали, у бога со своей тенью есть связь. Как-то же находила безумная Фортуна своих и убивала? Но Фрея никогда не проверяла, боясь стать параноиком. Кажется, самое время менять привычки и искать.

Теперь, о безопасности. Самой за всем не углядеть, а связываться с богами нет желания – за столько лет и заклятые враги умудряются стать друзьями. Придётся найти себе теней, чем быстрее, тем лучше. Можно брать любых, главное, верных. Наверняка, сейчас этот Тьер держит при себе таких же соратников. Интересно сколько? Здесь венец не помощник, важны собственные силы – предел.

Фрея при своём накопленном за почти три тысячи лет лимите может позволить себе двенадцать. И блондинка поставила двенадцать звёздочек между буквами «Ф» и «Джи».

Вот и всё, легко выглядит на бумаге. Только в жизни проблемы и неприятности могут начинаться чуть ли не с самой буквы «Ф», не говоря уже о том, что ей будет мешать буква «Джи», а красивые чёткие звёздочки не попадутся в руки самостоятельно. Поиски нужно начинать прямо сейчас, время летит, словно бы и нет его – Фрея не бог, чтобы ждать. А ещё надо разжиться деньгами: ремонт отбирает много и теней придётся содержать. Знать бы, где такое богатство взять.

Как обычно сразу, как закончились лекции, бывшая богиня выскочила за дверь, махнув на прощание рукой приятельницам. Это было какой-то странной непонятной никому игрой. Надо сбежать, хотя никто догонять и не хотел. А может, и хотел, да только она никогда не проверяла. Она не ходила домой с подругами, никогда не спрашивала преподавателей ни о чём и всегда скрипела зубами, когда у них с Брендоном одновременно заканчивались пары.

А если серьёзно, то последнее время у неё был смысл торопиться. И не надо долго думать какой! Ремонт всему оправдание. Кстати и тому, что Брендон ещё какое-то время не сможет переехать к ней. Негоже жить в полном кавардаке, когда у тебя выпускной курс.

Фрея торопилась по улицам, обгоняя нерадивых медлительных прохожих. Ей не мешали ни каблуки, ни дамская сумочка. Она распахнула дверь особняка и, не снимая обуви по паркету, заляпанному белой штукатуркой и грязной ремонтной пылью, пробежала в зал. Вовремя.

– Стоп-стоп-стоп! – закричала девушка, привлекая к себе внимание. Рабочие удивлённо замерли с кисточками, перемазанными медной краской. – Вы дальтоники что ли?

– Что кричишь, хозяйка? Всё как заказано, – удивлённо пожал плечами бригадир.

– Вы пшеницу хоть раз в жизни видели? Так вот, она не рыжая, – категорично заверила Фрея. Хорошо, что успела, иначе бы покрасили они её спальню в броский раздражающий цвет – и без того нервы ни к чёрту.

– Ну как объяснили, – упёр руки в бока дородный мужик.

Хозяйка дома отстранённо подумала, с каким удовольствием оторвала бы ему голову. Но нельзя – обычные люди. Девушка вздохнула, и высказала им доступно, на понятном для рабочих языке. Плюсы были на лицо: Фрея выпустила пар, рабочие сразу вспомнили цвет пшеницы, а в доме нашёлся чистый уголок для разгневанной работодательницы.

Когда ремонтники ушли, Фрея осталась довольна, но жутко голодна, и от этого зла. И с такими смешанными чувствами, девушка накинула куртку и выскочила в прохладу вечерней улицы – дома еды не найти.

Ближайший супермаркет располагался через несколько кварталов, длинных и неосвещённых рядами слепых фонарей, которые покалечили хулиганы. Один или два горели на всей дороге. В магазине бывшая богиня набрала готовой еды, расплатилась по карточке и вышла вон, через светлую парковку вновь в темноту переулков.

В желудке урчало. Без стеснения Фрея распаковала холодный хот-дог и жадно вцепилась зубами. Голод потихоньку затихал, злость уходила, разрасталось благодушие. Блондинка сбавила скорость, игнорируя покалывающий кожу даже через куртку холод. Ночь приятно успокаивала, погружая в свой мир – сейчас никому нет дела до того, что это за девушка и куда идёт. И что жуёт хот-дог на улице, тоже всё равно.

– Кого я вижу! – неожиданно услышала она отдалённо знакомый голос у себя за спиной.

Фрея обернулась, как ни в чем не бывало, оглядывая в свете случайно горящего фонаря фигуры двух парней. Девушка так и замерла, забывая откусить булку, сосиску от которой съела вне очереди. Вот дела, старые знакомые из студенческого кафе – Майкл и  Эрик.

Странно, что после встречи с Брендоном, они ещё хотели с ней разговаривать. Но здесь в безлюдной подворотне после очередного напряжённого дня полуголодная бывшая богиня по-настоящему обрадовалась встрече.

– Здесь-то нет твоего дружка, – довольно ухмыльнулся Майкл, подходя ближе, в круг света. Напарник его держался чуть поодаль. – Поэтому я особенно рад этой встрече!

– А я-то как рада, только вы да я и тёмный безлюдный переулок! – Фрея спокойно дожевала булку, поставила пакет на землю, шагнула навстречу. – Давайте так: вы быстренько отвечаете мне, откуда вы знаете Брендона, и мы расходимся – я вас не трогаю.

– На понт нас хочешь взять? – усмехнулся Майкл, не воспринимая угрозы от миловидной девушки. Дружок молчал и крался в тени за спину Фреи.

«Удачи!» – только фыркнула блондинка в мыслях, подыгрывая.

– Просто предложила, – пожала она плечами, сложив руки на груди. Неудобно, когда они просто так болтались, но не брать же пакет ради этого. Скоро наверняка руки потребуется по назначению приложить.

– Нет, девка, ты нам за всё заплатишь! – покачал головой Майкл, а его приятель резко бросился к Фрее, пытаясь скрутить.

Блондинка отступила, схватила пособника за затылок одной рукой, второй придержала за грудь. Капелька волшебства – резко завернула его голову за плечо, до хруста, и отскочила, чтобы безвольно упавшее тело не задело её. Бабочка выпорхнула в момент.

– Что за чёрт?! – истерично взвизгнул главный задира, у которого ещё не сросся нос

Майкл испугался не на шутку и хотел дать деру, но Фрея сделала шаг вперёд, на тень – словно на грудь парню наступила. Он молчал, не в силах шевельнуться, и смотрел на неё, греша на кошмарный сон. Он мог двигать руками и ногами, да без толку, ведь девушка стояла далеко.

– Я ещё раз спрашиваю, ты знал моего парня до того, как он разбил тебе нос? – спросила бывшая богиня, снова складывая руки на груди.

– Ведьма! Моровка! – орал он, а глаза его стекленели. Фрея только вздохнула, вытянув руку вперёд.

Быстрый короткий луч через сердце – ещё одна бабочка на свободе. Толку с крикуна нет, что время терять? Между прочим, бывшая богиня до сих пор голодная.

– Приятно знать, что девушка моего сына обладает столь впечатляющими талантами, – услышала она другой мужской голос в темноте, на этот раз незнакомый.

Фрея не спеша повернулась в сторону, откуда прозвучали слова. Солидный старый джентльмен с первой, но ещё очаровательной сединой в каштановых зачёсанных назад волосах, вышел в круг света. За ним три человека – остальные проступали силуэтами  возле автомобилей в конце улицы. Девушка едва удержалась от желания стукнуть себя по лбу в наказание за невнимательность, но ограничилась очень тяжёлым вздохом.

– Брендон говорил, что ты обладаешь уникальными способностями, но я не думал, что такими.

– Простите, мы с вами знакомы? – улыбнулась блондинка, отказываясь от мысли перебить всю толпу. Сил-то хватит, но самопальное кладбище рядом с домом подозрительно до боли. Не таскать же их в разные концы мира, право слово.

– Заочно, – уклончиво ответил мужчина, а наткнувшись на строгий взгляд голубых глаз, попытался отделаться обаятельной улыбкой.

– Так, – жёстко сказала Фрея, понимая, что на провокацию он не ведётся. – Я, конечно, девочка умная, но если вы продолжите ходить кругами, то я начихаю на всё, и вы поляжете, как стояли. Ваше имя?

– Праймус Хейкл, – коротко представился он, и для верности добавил: – Отец Брендона и один из теневых лидеров города.

– Фрея Годвик. Я полагаю, обо мне вы уже всё знаете?

Блондинка про себя просмаковала определение «теневой лидер». Красиво себя именовал один из местных авторитетов, изыскано. Да и сам он производил вид отнюдь не грубого простого человека. В её времена преступники не всегда походили на удачливых бизнесменов. По крайней мере, не манерой речи.

То, что у Брендона отец местная знаменитость, и порадовало и озадачило. Парень и в их городе водил знакомство с не самыми добропорядочными ребятами. Представить, что он занимается, скажем, подпольными казино или разбирается с разгулявшейся шпаной, Фрея могла, но связать со всей преступностью в городе – едва ли.

А вот Праймус о личной жизни своего сына знал намного больше. Только не ясно, присматривал он за «невесткой», чтобы ничего не случилось, или проверял. Может, и вовсе сделал из их встречи эффектную постановку. Хотя он в любом случае не признается, даже если парнишек подослал специально проверить способности девушки или чтобы самому красиво просто «спасти».

– Разумеется, – ещё раз улыбнулся теневой лидер, словно желал произвести на Фрею благоприятное впечатление, но ничего не изменилось. – Разве что, о ваших умениях я не знал. То есть знал, Брендон рассказывал об исцелении людей от мора, я надеялся и на другие способности, но вы превзошли все мои ожидания.

Бывшая богиня кивнула, понимая, что об её «особых» талантах Брендон при всём своём желании не мог рассказать.

– Надо пожурить сына за то, что прятал такое сокровище от отца.

– Что вы хотите за то, чтобы скрыть от Брендона наше знакомство? – не выдержала бывшая богиня и задала вопрос в лоб. Рано или поздно они бы всё равно пришли к требованиям и ультиматумам, и лучше рано – Фрея хотела есть.

– Неужели вы думаете, что я такой корыстный? – развёл он руками и попытался укорить её взглядом.

– Да, – без зазрения совести ответила девушка, не первый раз встречалась с подобными людьми. – Иначе я просто не понимаю, зачем вам за мной следить. Много чести.

– Ох, ну хорошо, – вздохнул отец Брендона, словно бы принимал условия. – У нас в городе есть очень талантливые молодые люди. Я был бы не против, если бы вы временами оказывали им определённую помощь…

– Убийства, кражи, мошенничество? – без обиняков спросила Фрея, смутив на этот раз всех присутствующих. Ни мускул не дрогнул на лицах, но чувствовалось.

– Фу, как грубо, – покачал головой Праймус, – вы всегда так разговариваете?

– Нет, но, к вашему сожалению, сейчас на дворе ночь, весь день я занималась ремонтом, и я жутко хочу есть. А посему мне все эти ваши реверансы не милы, – откровенно объяснилась Фрея, поставив всех на место. Держать голодной девушку как-то не по-мужски, но никто же не знал, что её желудок только недавно балансировал на грани добра и зла и, возможно, скоро туда вернётся.

– Фрея, покорнейше простите, может, вы со мной поужинаете в ресторане? Не хочется оставлять о себе плохое впечатление,

– Пожалуй, – согласилась девушка, и тут же оказалась в кругу приятной мужской суматохи.

Пакет так сиротливо и лежал на дороге, совершенно забытый в суете предстоящего ужина. Её усадили на переднее сиденье чёрного люксового автомобиля. Вёл сам Праймус, она же всю дорогу смотрела в окно. Только один раз бросила взгляд на приборную панель, увидела расход топлива и, едва сдержав свист, больше смотреть не стала.

Ужинать Фрею привели на последний, закрытый от простых людей, этаж ресторана в центре. На выбор представили блюда из дичи и редких морепродуктов, которые ещё и обещались приготовить в кратчайшие сроки. И радовало это даже больше, чем своевременная сосиска из хот-дога.

Свита внутрь не пошла – беседовали вдвоём с Праймусом. Он, кстати, оказался человеком начитанным и образованным, темы для разговора подбирались сами, даже если обходить главную.

А главным оставалось всё-таки то, что Фрее предложили помочь с делами. Праймус вначале засомневался, почти наугад уточнил, не сможет ли она поработать взломщицей вместо одной взявшей бессрочный отпуск особы. Блондинка даже не стала спрашивать, что и как взламывать, а только вяло махнула рукой. Кем она только ни работала – привыкнет. К тому же, накормленная, она мигом забыла о том, что ей не понравилось знакомство, зато припомнила, что хотела получить много денег срочно и без отрыва от учёбы. Кажется, удача её не оставляет.

– Ты потрясающая! – восхищённо заметил Праймус после её заявления о том, что найдёт время взломать лишнюю пару тройку систем охраны. – Я понимаю, что в тебе нашёл Брендон!

Фрея кашлянула, поперхнувшись куском мяса, который пошёл не в то горло, и с укором подняла на мужчину глаза:

– Нет, Брендон ничего такого во мне не нашёл. И буду рада, если ему никто не подскажет, где искать.

– И смысл скрываться?

– Хм, дайте подумать, – сделала вид, что размышляет блондинка, – сегодняшней ночью я собственноручно изготовила два трупа. Как думаете, он будет в восторге?

– Нет, мой сын всегда предпочитал обойтись без убийств. Мне иной раз кажется, он представляет, что мы занимаемся благими делами, – усмехнувшись грустно, покачала головой Праймус. – Ладно, сделаем по-твоему, – согласился мужчина и, достав из кармана пистолет, протянул его Фрее рукояткой, – кстати, это теперь твоё.

Девушка только недоуменно вздёрнула бровь, без слов пытаясь выразить своё мнение. Но Праймус своего решения не изменил, пришлось спросить вслух:

– Я работаю другими методами, не думаю, что он мне понадобиться.

– Во-первых, это это своеобразный знак, «печать» принадлежность к нашей организации. А во-вторых, всегда могут возникнуть случаи, когда тебе не захочется использовать твой дар по каким-либо причинам. Небезопасно ходить по улице без оружия.

Признав правильность аргументов, Фрея покорно взяла пистолет, за несколько секунд осмотрела его, после чего бросила в сумку, печально вздохнув в глубине души. Оружие в женской сумке похлеще гранаты в руках обезьяны. Если уж в этой чёрной дыре всё теряется и самопроизвольно звонит мобильный, то пистолет тоже может начать собственную жизнь. И простым разорением баланса, как в случае с телефоном, тут может не ограничиться. К тому же и Брендон может его случайно найти. Немного подумав, бывшая богиня достала подарок обратно и провела над ним рукой, скрыв за личиной невидимости. Так проще.

9

Две богини, тайком закрывшись в роскошных апартаментах одной из них и хитро смеясь, достали из бара очередную бутылку вина. Напитками богов сейчас никто разжиться не мог – путь в небесные сады король закрыл вместе со всеми чашами Мохини. Так что боги баловались тем спиртным, к какому привыкли, будучи смертными. А забродивший сок, который богиня науки готовила сама, ещё и напоминал о давней почти забытой молодости. Открывалась бутылка, закупоренная пару десятков лет назад, тоже отнюдь не божественным способом, а самым прозаичным штопором, что придавало обряду особое таинство.

– Ну-с, – сказала Лесия, когда в очередной раз справилась с торжественной церемонией и бледно-рубиновая жидкость заструилась изящным водопадом по прозрачному стеклу бокалов. – За что в этот раз пьём?

Её собутыльница только пожала плечами. Ей уже давно стало безразлично, за что пить – на каждый бокал тост не придумаешь.

Богиня науки представляла собой худую женщину с черными волосами, хаотично разбросанными по плечам, и тусклыми глазами цвета стали, один из которых едва угадывался под отросшей чёлкой. Раньше она олицетворяла величественную и гордую силу, движущую миром, и перед которой преклоняли колени и бедняк, и император. А сейчас наука – нечто старое и давно забытое, растерянное и безразличное.

Богиню звали Таис. Она стала бессмертной довольно давно по нынешним меркам, сразу же заняв значимое место в пантеоне, особенно при поддержке хозяев неба того времени. Сколько открытий и изобретений пришлось на период её процветания, не могли подсчитать даже те, кто пытался. Но в основном никто и не брался за это неблагодарное дело. А строгая женщина, которая тогда ходила с аккуратно собранными волосами и предпочитала деловые костюмы и белые накрахмаленные блузы, стремилась всё быстрее вперёд. К тому же, Таис пользовалась полным покровительством матери короля небес того времени, так что значилась фигурой особой, неприкасаемой.

– А за что сейчас можно пить? – пожала плечами Таис, издав нервный смешок. – Выбирай сама, мне уже всё равно.

– Только не говори, что ты умирать собралась? – строго покачала пальчиком Лесия. – Предлагаю выпить за тебя!

Таис нервно хихикнула – тонкие губы растянулись в шрам улыбки. Последнее время она всегда вела себя так, безразлично и странно, напоминая городскую сумасшедшую или юродивую.

– Тебе не стыдно пить за алкоголичку? – с усмешкой спросила Таис, но бокал послушно опрокинула внутрь. Лесия последовала примеру, но допила вино не так поспешно.

– Я пью за богиню науки, – тихо с намёком сказала удачи, прямо глядя в глаза.

– Брось! Я сейчас богиня ничего, – отмахнулась женщина, с жадностью хватая бутылку худой костлявой рукой, которая больше напоминала бы смертным руку смерти. – После убийства Мари не случилось ни одного открытия, как бы я не выбивалась из сил. То ли случайное стечение обстоятельств, то ли она что-то сделала, да только всё одно. У меня больше ничего нет, и я никому не нужна.

– С чего бы Мари тебя наказывать? – всерьёз удивилась рыжая женщина.

– Веришь, нет, мне сейчас без разницы. Она перед смертью действовала аффективно, Рем потом пару месяцев сам не свой ходил, вроде, поругались они в тот день. Ладно, плевать! За смертных! Им вообще всё равно, так пусть и живут в счастливом неведении.

Лесия подняла бокал в ответ, но ничего не сказала. Только снова, осушив ёмкость до дна, взяла бутылку из синего стекла и разлила последние капли. А потом неторопливо достала из бара следующую, чтобы неспешно поработать штопором, а заодно подумать. Разговор, который планировала вести богиня удачи, не клеился, спотыкаясь об декадентское настроение Таис. Вряд ли она сейчас верила в счастливое будущее, и уж точно не собиралась за него сражаться. Но удача вновь предложила тост, призывая свои силы, незаметно от собутыльницы.

– Ну, может не всё печально? Это просто временный застой, и скоро снова всё вернётся в правильное русло.

– Лесия, почти тысяча лет, по-твоему, временный? – Таис вздёрнула тонкую, словно нарисованную карандашом бровь, внимательно глядя на удачу, которая, казалось, не замечала ничего особенного.

– Ну, всё может быть, – уклончиво ответила её собеседница, убирая за ухо бледно-рыжую прядь и таинственно улыбаясь. И они выпили ещё по бокалу.

А потом по второму, по третьему, следом пошёл коньяк, который после первого же литра надоел обеим дамам. После коньяка в расход пустили ром, потому как понижать градус нельзя, а другой замены женщины сходу придумать не смогли. К вечеру у двух богинь уже заплетался язык, а способности плохо поддавались контролю. Божественные силы небольшими огоньками заполнили комнату и разлетелись во все углы, то и дело искрясь и с тихим хлопком взрываясь. Но поскольку никого кроме двух весёлых женщин в комнатах не нашлось, то доставалось от «снарядов» самим создательницам. А они не слишком печалились, да и вообще обращали мало внимания на окружающую действительность.

– А ты, Лесия, шутница. Вот до сих пор не только силы духа не теряешь, но и безобразничаешь, – погрозила указательным пальцем Таис, подаваясь вперёд. И едва не потеряла равновесие. Но тут же отпрянула назад, откинувшись на спинку кресла и на всякий случай вцепившись в подлокотники.

– Что ты имеешь в виду? – непонимающе вздёрнула бровь удача. Последнее время она пыталась найти след Мари – озорничать не находилось ни минутки.

– Та девочка в Сан-Франциско. Дурочка дурочкой, едва школу закончила, а поступила в университет на инженера. Почти высший бал! – Таис восторженно закатила глаза, словно давно уже мечтала о чем-то подобном. – Если бы я не знала, что там нельзя списать... Как ты умудрилась ей так помочь?

– Это не я, – покачала головой Лесия, но наука снова нагнулась так, что чуть не упала, и строго заглянула в глаза.

– Лесия, ты даже не думай меня обманывать! Кроме тебя больше некому. Она не могла всё выучить, не доказывай даже! У неё на это мозгов не хватит, не говоря уже об усердии. С этим у всех сейчас проблемы, а уж у красивых вертихвосток…

– Ну, может, кто-то другой, – предположила богиня удачи, отчаянно хмуря лоб. Мысль зрела, да только никак не могла сложиться правильно. Раздражает, будто пытаешься расправить кальку, которая долгое время лежала свёрнутой в трубочку.

– Не-е-ет, – скривилась Таис, наливая им ещё по рюмочке, хотя Лесия, уже думала увильнуть. – Дать мозги на время ей никто не мог, да и вообще у нас сейчас единицы со смертными общаются. Зазнались все, для себя живут.

Стопка пошла плохо, голова закружилась сильнее, зато ясно и чётко сформировалась та догадка, которая всё это время витала рядом.

– А... а как эта девушка выглядела?

– Я не видела её лично, – покачала головой богиня науки, – но говорят, слишком красивая, натуральная блондинка. А ты знаешь, их всегда ценили, равнялись на Мариам. Как следствие девочки внешности уделяли куда больше внимания. Ну не может она знать физику! – Таис даже стукнула по столу кулаком для пущей убедительности. – Вот зачем она ей?

Следующую рюмку Лесия отодвинула, попытавшись сделать серьёзный вид:

– Таис, спасибо, но мне идти надо.

– Ну, ещё одну!

– Не-е-ет, – покачала головой Лесия, но изображение не стало единой картинкой – расплылось в разные стороны. – Если я выпью ещё одну, я просто никуда не уйду. А мне надо кое-что очень срочно сказать Рему.

– Тебе помочь добраться? – сердобольно предложила Таис, видя, как неуверенно, с усилием опираясь на спинку кресла, встала богиня удачи.

Лесия скептически посмотрела на свою собутыльницу и предусмотрительно отказалась. Несмотря на приличный опыт и устойчивость к алкоголю подруги, стены казались надёжнее. Они ведь вообще не пили.

Но не была бы Лесия богиней удачи, если бы в этот момент в дверь деликатно не постучали.

– Кто там? – на всякий случай грозно уточнила Таис, подмигнув своей компаньонке. Кто бы ни пришёл в гости, они уже решили, чем занять нежданного посетителя.

– Это Натан, Лесия здесь?

– Здесь, проходи! – довольно заверила хозяйка, и тень смерти на всех парах влетел в помещение:

– Лесия, я бы хотел кое-что у тебя спроси… – начал он с порога, но споткнулся на полуслове, когда один из висящих огоньков взорвался возле лица. Не столько больно, сколько противно, и полностью отвлекает от дел.  – Чёрт! – возмутился парень и осмотрел обстановку. – Лесия, я тебе не помешал? – с издёвкой спросил Натан.

Про себя же подивился, чем старые богини занимаются втихаря. Хотя чего он ждал? Таис давно пила, он и не видел её трезвой, зато Ремус и Лесия частенько вспоминали о тех временах. Говорят, принципиально не брала ни капли в рот и табаком, как многие, не баловалась. Да только сейчас с трудом верилось в подобное.

– Нет! – поспешно возразила богиня удачи, делая шаг вперёд и буквально падая в руки Натану. – Ты как раз вовремя! Мне надо Ремусу кое-что срочно очень сказать! – слова путались, но говорила она чрезвычайно уверенно.

Лесия, помимо обаятельной и притягательной улыбки, с помощью которой когда-то очаровала Натана, обладала ещё и очень соблазнительными формами. Когда она прижалась к парню всеми прелестями, едва прикрытыми просторным шёлковым одеянием, а в некоторых местах и случайно открытым, промелькнула мысль отвести её к себе. Ремус мог и подождать. Но потом он вспомнил, что имеет дело с Лесией, и желание вмиг пропало. Бог смерти часто жаловался, что трезвая Лесия и пьяная Лесия это две разные богини. И не понравиться поведением могут обе.

– Ты уверена, что срочно? Ты сейчас не слишком хорошо говоришь, – поддел парень, поудобнее перехватив богиню. Комнаты удачи располагались ближе комнат бога смерти, а переместиться вряд ли получится.

– Просто срочно!

– Почему ты не можешь сначала немного отдохнуть?

– Потом, – сделала Лесия страшные глаза, прижимаясь к Натану ближе, – потом будет поздно... я забуду!

– Действительно, – вздохнул Натан и, не церемонясь, перекинул богиню через плечо. Своими ногами она точно не дойдёт, только помешает. – Забуду – это серьёзный повод. Надо ковать железо пока горячо.

Таис, которая на удивление хорошо держалась на ногах, открыла парочке дверь и, сделав странный жест рукой, чуть поклонилась. Тень смерти поднял несуществующую шляпу, приседать по понятным причинам не стал. А Лесия, нисколько не смущаясь своим положением, махала богине науки на прощание, посылая воздушные поцелуи. До комнат Ремуса добрались настолько быстро, насколько могли. И вовсе не потому, что Натан заботился о сохранности важной информации в опьянённом разуме богини – просто все прелести Лесии весили немало, одна грудь четвёртого размера чего стоила.

На счастье тени, покои бога смерти всегда оставались открытыми для старой подруги. Так что ждать не пришлось, для ускорения Натан и вовсе открыл дверь с пинка, порядком устав. Удача, встав на ноги, сначала потеряла ориентиры – пришлось её разворачивать к Ремусу. Засияв, когда увидела удивлённого бога смерти, Лесия сделала пару неуверенных шагов. Подойдя к стулу, за которым устроился Ремус, она нахально забрала у него книгу, кинула её подальше на стол, затем устроилась у бога на коленях, обхватив для равновесия за шею.

– Рем! – заявила она громогласно, заметив, что Натан до сих пор стоит в дверях и заинтересованно прислушивается. – Я тебя люблю, давай займёмся сексом!

И, пока Ремус открыл рот, чтобы возмутиться, богиня впилась в губы страстным, неаккуратным поцелуем. Натан только глубоко вздохнул, поспешно удаляясь из покоев бога. У Лесии существовал тысяча и один способ выпроводить нежелательных слушателей из комнаты, которые она активно использовала при Натане и на Натане. Причём, даже если «лишние уши» прекрасно знали, что их выпроваживают, оставаться не находилось ни единого предлога. Вот и сейчас, как бы тени не хотелось узнать, что такого важного на самом деле узнала богиня удачи, замри он на пороге, Лесия дошла бы до конца. А Ремус вряд ли бы воспринял зрителей с энтузиазмом, он слишком щепетильно относился к своему личному пространству.

– Лесия, я, конечно, понимаю, что ты женщина любвеобильная, но в прошлый раз после такого с утра я получил пощёчину и обвинение в совращении. Давай ты сначала проспишься! – Ремус, как только дверь закрылась, на удивление легко отстранил Лесию. На всякий случай придержал, чтобы богиня не распласталась на полу.

– Дурак, – заметила она спокойно, уже не пытаясь лобызаться. – Мог бы и порадоваться, что тебя такая женщина целует!

– Поверь, я радуюсь каждый раз. Но после прошлой гулянки ты заставила меня серьёзно пересмотреть взгляды. Так что теперь только с трезвой.

– Злопамятный ты, давненько я не пила, – проворчала женщина, но спорить не стала, и с достоинство сообщила: – Вообще, я не по этому поводу, просто потребовалось деликатно выпроводить Натана, чтобы он ничего не заподозрил.

– Оригинальный метод, – фыркнул бог, не разделяя гордости старой подруги.

– Разрешаю взять на вооружение, – великодушно предложила богиня удачи, а потом попыталась стать серьёзной и говорить как можно тише: – В общем так, недавно проходили вступительные экзамены в Сан-францисский университет штата. Специальность что-то с инженерами связанное. Девушка получила самый высокий бал. Блондинка, не слишком хорошо училась в школе. Мне надо её найти!

– А сама? – возмутился Ремус, не понимая, во что его пытаются втянуть.

– Рем, я пьяна как чёрти кто! Куда я сейчас? – Лесия тем временем поднялась на ноги и довольно активно, опираясь на все подручные предметы мебельного гарнитура, начала движение к дивану в углу.

– А это срочно?

– Чем быстрее, тем лучше, – заверила его женщина, уже прикладывая голову на мягкий подлокотник и постепенно отпуская сознание. Свой долг она выполнила, теперь можно с чистой совестью расслабиться и подремать.

Настроение у бога смерти стремилось к нулю, и он бы ни за что не отправился к смертным, если бы не знал Лесию так давно. Сомнительно, что она стала бы дёргать его по пустякам. О пустяках навеселе женщина даже не задумывалась.

– Что тебе хоть от неё надо?

– Имя и адрес. Можно фотографию, но это не обязательно, – сообщила Лесия, после чего провалилась в манящую зыбучую темноту.

10

Фрея заподозрила неладное, когда в неё на полном ходу по дороге домой врезался босоногий мальчишка. Хотела отловить его на всякий случай, но в руке после встречи остался клочок бумаги с незнакомым адресом и временем далеко за полночь. Девушка только усмехнулась, узнав адресата без подписи. Зато никаких лишних встреч и подозрений. Да и Брендона поблизости нет – всё удачно спланировано.

Она ещё раз глянула на бумажку, заставила её незаметно раствориться, а потом отправилась домой по тонущим в сумерках, но ещё чересчур людным улицам.

Фрея пришла, когда строители уже покинули особняк. Перекусила, включила телевизор послушать последние новости. Как раз поймала последний выпуск, попутно решив изучить географию. Диктор рассказывал об очередном конфликте защитников животных с зоофилами относительно смешанных браков и о том, что парламент не может занять определённую позицию в вопросе, чьи права защищать.

А Фрея листала купленный политический атлас мира. Страны по-прежнему пестрили своим разнообразием, но три крупные зоны очертили разноцветными линиями: Соединенные Штаты Америки, занимавшие оба Американских континента; Еврафрика, охватившая Европу, Африку и к удивлению когда-то подвергаемый нападкам Ближний Восток; Добровольный Азиатский Союз, куда входил приличный кусок от Европы, который богиня помнила как территорию России и Белоруссии. Прикупленный в том же магазине школьный учебник географии подсказывал, что в этих зонах существует единое правительство, валюта и армия. Вот так укрупнились, нечего сказать!

Новости закончились скандальным известием о том, что одна из популярных певиц, выступая обнажённой, подверглась нападкам представителей радикально-консервативного движения, которые закидали её натуральными яйцами. И коротким сообщением о публичной порке малолетнего хулигана, который принёс отцовское оружие в школу и по нечаянности нанёс тяжкие повреждения всем одноклассникам. Дальше началось ток-шоу, где семейная пара гомосексуалистов непонятного полу давала советы новобрачным.

Переварив информацию и словно толчком вернувшись в реальность, Фрея переключила канал. Что она там говорила? Одежда съест мозг? Нет, кажется, она не права, одежда не поможет, всё давно съели.

Первый раз удача ей не помогла, на женском канале она наткнулась на сериал о нелёгкой доле влюблённых мужчин из разных слоёв общества. На третий раз всё-таки нашла совершенно обычную мыльную оперу, и с чистой совестью побежала собираться – время поджимало.

Переодевшись в рабочие джинсы с водолазкой, она закрыла шторы в своей комнате и встала перед зеркалом. Итак, первый шаг, и ей навстречу вышел абсолютный двойник, только безмозглый. Но не большая беда. Второй – она сама обернулась брюнеткой с большими карими глазами, длинным носом и острым подбородком на вытянутом лице.  На любителя, тоже симпатичная, но совершенно другой типаж.

Двойник – под присмотром из-за полуприкрытой двери – прошла в зал, где уже успели доделать ремонт. Уселась на единственное свободное от клеёнки кресло, по дороге выключив свет, и принялась смотреть подобранный сериал. Фрея же, в полутьме найдя на карте нужный дом, шагнула в пустоту.

 ***

Со старого соседского миндаля, сквозь ворох подёрнутых красным кантом листьев Ремус внимательно следил за сосредоточенной над школьным атласом девушкой. Узнал её с первого взгляда, и никаких подтверждений не нужно: внешность, манеры, привычные жесты. Безусловно, это Мариам. Но та ли, которую знали они с Лесией? Раньше она сияла, а сейчас всё больше хмурится. И взгляд холодный.

Когда в комнате остался гореть только большой в полстены телеэкран, девушка словно изменилась. Не просто отвлеклась от учёбы, а замерла с бестолковой улыбкой. Блондинка просидела так почти четверть часа, и вдруг новоиспечённый детектив осознал свою невнимательность.

Умелый всегда может найти больше, чем неопытный, особенно, зная, что искать. Следы богов быстро меркнут, но Фрея всегда подделывала свой под банши – для Ремуса они как яркая красная черта, затухающая со временем. Только для бога смерти, если он присмотрится… Среди других похожих следов он совершенно не заметил тот, что протянулся из дома Годвиков. Усмехнувшись, Ремус ухватился за него и пошёл, ведомый. След увлёк в узкий переулок между домами, едва освещённый сиянием от проходных улиц. И куда теперь? Бог попытался обнаружить движение сил, но бесполезно. Хотя чего он ожидал?

В голове роились воспоминания, старые давно забытые. А ведь она всегда так делала, выбирала закуток понеприметнее, чтобы не появляться прямо посреди улицы. Или чтобы запутать преследователей, когда сил оставалось мало. И всегда выбирала одинаковый маршрут, чтобы друзья смогли найти. Бог развернулся и повернул направо.

Непривычный средневекового фасона плащ-невидимка, который Ремус давно не доставал с антресолей шкафа, привлекал бы внимание, встреться на улицах прохожие. Перешить бы вещицу, да не ясно, не потеряет ли она свою единственную способность скрывать божественный свет.

Вкрадчивыми шагами прятался стук каблуков. Завидев людей в одном из палисадников, Ремус и вовсе схоронился за кустами персиков.

Вполне привычная брюнетка улыбалась подозрительным ребятам, держа руки возле двери. Бог смерти загородился барьером для отведения глаз, прежде чем Фрея различила черты между кустами, и настороженный взгляд девушки скользнул словно сквозь него. Между тем, она открыла дверь и запустила всех в дом, сама же вошла последней.

Надо же, столько лет прошло, столько он не видел старую подругу, а привычки всё те же. Хотя странное у неё нынче хобби, неужели домушничает?

Потом брюнетка вышла на порог, покрутила головой по сторонам. Место, где за барьером, за полуголыми кустами, под плащом скрывался Ремус, чуть не прожгла взглядом, но не увидела ничего – на всякий случай тоже поставила барьер, как у бога смерти. Но в то же время Фрея не могла отделаться от противного ощущения чужого взгляда на спине, и постоянно оглядывалась. Бог смерти больше не видел её, но знал, куда смотреть.

Ждать, пока они закончат, мужчина не стал. Старые привычки, знакомые уловки. Мариам всегда отличалась завидным постоянством, только непонятно, почему не вышла на давних друзей. Уж она бы могла узнать через банши, что творится на небе. Или задумала что-то такое, в чем боги ей не помощники? Или не простила?

Ремус переместился из переулка прямо к себе и, закинув плащ на полку, устало присел на стул. Недовольный взгляд уткнулся в спящую на его диване вот уже не первый час Лесию. Вздохнув, бог смерти достал из внутреннего кармана куртки коммуникатор. Бесполезная штука для богов, зато весьма универсальная и компактная. Если, конечно, найти подходящую модель. Ремус перелистывал снимки, зачем-то удаляя те, на которых Фрея разбирается с учебниками. Оставил только парочку, причём не её, а двойника. С таким выражением лица даже не поверишь, что это она. Может, Лесия оставит идею поисков?

– Рем, у тебя есть что-нибудь солёное? Лучше питьевое, но согласна на всё, – раздался требовательный не привыкший к возражениям голос.

– Откуда ты взяла эту девушку? – вместо ответа спросил Ремус, даже не глядя на гостью.

– Кого? – недовольно уточнила Лесия, вставая с дивана и поправляя сбившуюся причёску. – Рем, дай попить, я тебя умоляю! У меня во рту как табун кошек пробежал за ночь.

– Ночь ещё не началась, – буркнул бог смерти, но щёлкнул пальцами. Банши послушно подала стакан с пузырящейся водой и исчезла – ей недосуг.

Лесия не стала уточнять, где началась ночь, а где нет. Выпила залпом и с облегчением вздохнула.

– Как ты вышла на эту девушку, я спрашиваю? – ещё раз уточнил Ремус, поднеся подруге под нос коммуникатор.

– Мари! – выдохнула Лесия от удивления, тут же прикрыла рот рукой и шёпотом уточнила. – Рем, ты всё-таки её нашёл!

– Слушай ты! – жёстко отрезал бог, которому и так хватило загадок за последнее время. – Не умеешь пить с Таис, даже не начинай! Я, конечно, знал, что ваша пьянка ничем хорошим не окончится, но чтобы ты настолько наклюкалась, я даже представить не мог. Завалилась ко мне вчера на руках у Натана, начала приставать, якобы, чтобы его спровадить. Потом выяснилось, что оказывается, тебе срочно нужно найти какую-то девушку, которая поступила с высшим балом в университет Сан-Франциско, а сама ты не в состоянии. И вот, когда я нашёл нужную девицу со всеми её координатами, и даже сделал пару фотографий, ты у меня спрашиваешь, как я это сделал?! Мне, между прочим, тоже интересно, откуда ты узнала. И важно. Я, конечно, понимаю, что раз Мари в силе она могла послать знак. Но, чёрт побери, нельзя, что ли, передать тебе всю информацию трезвой!

Лесия, выслушав монолог, невольно моргнула несколько раз и даже открыла рот от удивления. Потом сделала несколько странных движений челюстью, и, наконец, прорезался звук озарения:

– А, да… мы же вчера пили с Таис… Но вот видишь, как я оказалась права насчёт того, что с утра всё забуду!

– Если ты сейчас не вспомнишь, я тебя на пыточный стул посажу! – пообещал Ремус.

– Ключи от темниц у Тьера, – машинально уточнила Лесия, но, все же испугавшись, начала поспешно выкладывать то, что вспоминала. – Мы вчера с Таис пока говорили… она возьми да и скажи, что я балуюсь… видите ли какая-то девушка в Университет поступила. С высоким балом, а тупая как пробка. И Таис уверена, что это мои проделки, потому что больше некому. А я-то точно помнила, что ничего подобного не делала! И… вот! Так ты говоришь она ещё и в силе?

– Я ничего не говорил, – пошёл на попятную Ремус, понимая, что вспылил и сказал лишнее. – Я вообще не уверен, она ли это, пусть и похожа до безумия. Она может и ничего не помнить, а банши обознались. Не знаю, стоит ли к ней лезть.

– Конечно, стоит! – возмутилась женщина, с недовольством глядя на бога смерти. И он опять понял, что не удастся отговорить её от неудачной затеи. – Полагаю, она не откажется от помощи.

Ремус не знал, что и думать. Та Мариам, конечно, отказываться бы не стала, но сейчас в ней многое изменилось. И мор всё не давал ему покоя, и её нынешнее занятие. Она и раньше не строила из себя святошу, но некоторые принципы старалась не нарушать: не воровала, не гуляла с двумя мужчинами одновременно, не врала друзьям, разве что иногда умалчивала.

– Ты как хочешь, а я пойду, – решительно заявила Лесия, видя, что бог сомневается. – Где она живёт?

– Её сейчас зовут Фрея Годвик, дальше сама найдёшь…

***

Среди теней Тьера не принято было беспокоить друг друга по пустякам. Все встречи они проводили в тронном зале, личные же комнаты оставались неприкосновенны. Как же удивился Натан, когда к нему постучался Персиваль, с милой улыбкой попросив поболтать. Тень смерти ухмыльнулся, пока наливал им разбавленный водкой апельсиновый сок, – уже догадывался, что привело к нему коллегу. Надо же, какая интересная девушка эта Мари. Ещё не появилась, а уже перевернула все небеса. Тень смерти всё больше и больше хотел свести с ней знакомство, она точно способна развеять его скуку.

– Натан, я пришёл тебя просить об одном одолжении, – после болтовни о всяких глупостях приступил к главному Персиваль.

– Внимательно слушаю.

– Я надеюсь, все подробности останутся между нами? Потому что Тьер не поощряет мои действия, а я всё же не хочу сидеть на месте.

Натан улыбнулся, не скрываясь. Мало ли что, могла значить его улыбка? На самом деле его забавляла мысль, что Персиваль с Тьером разошлись во мнениях, особенно касаемо интриг. Обычно король богов без лишних вопросов доверял своему слуге.

– Конечно. Так что ты хочешь?

– Ты, конечно, помнишь, что не так давно волшебные существа совсем потеряли страх? Говорят, причина в возрождении их богини. Я не знаю, как это случилось, но многие сейчас захотят воспользоваться ситуацией. Богиня, хоть появившаяся новая, хоть возродившаяся старая, совершенно не знает текущей ситуации на небесах. А враги Тьера могут представить его в невыгодном свете. Но наш хозяин совершенно не желает о ней разговаривать. Да, вроде как, и не знает её лично. Говорят, к тебе неплохо относятся Ремус и Фелисити. Ты не мог бы у них узнать что-нибудь о старой знакомой? Может, они успокоят меня, сказав, что она довольно миролюбивая особа?

Персиваль заискивающе улыбался и старался заглянуть в глаза, а Натан хотел рассмеяться ему в лицо. Красивая сказка, да только даже дурак найдёт бреши. Если они так беспокоятся о намерениях богини, значит, Тьеру есть чего бояться. Значит, умудрился провиниться, даже не встречаясь.

– Наверное, если бы ты смог поговорить с ней, ты бы обрадовался ещё больше? – с сарказмом уточнил тень смерти.

– О да! – поддержал Персиваль, но настороженно нахмурил брови, почувствовав подвох в словах собеседника.

– Так вот, они её уже ищут. И очень не хотят мне хоть что-то рассказывать. Поэтому твою просьбу я не смогу удовлетворить. Да и я не думаю, что тебе нужна информация, сам, небось, знаешь предостаточно. Но мне последнее время очень скучно, так что если ты поделишься со мной, то я выужу всё, что они знают. Даже помогу найти, если нападут на след.

С минуту оба молчали, чуть приподняв края губ – словно зеркально отражая улыбки друг друга.

– А ты не так прост, как я думал, – покачал головой тень воды, на этот раз разливая сам.

– И да, Тьеру лучше ничего не говорить. Он может неожиданно начать лучше относиться ко мне или косо глядеть на Рема с Лесией. Ты же знаешь, как он не сдержан в эмоциях, – в словах Натана была только доля правды. На самом деле он уже подумывал начать строить свои планы на новую богиню. И если с Персивалем можно договориться, то Тьер явно настроен категорически против любых переговоров. Боится он её, иначе бы даже искать не начал.

– Хорошо, я в деле. К тому же почти уверен, что если они в курсе о её возвращении, то бросились на поиски. А Фелисити единственная, кому под силу отыскать конкретного человека в целом мире без всяких координат. Что ты хочешь узнать?

– Всё, – решительно потребовал Натан. – Я вообще не представляю о ком речь. И даже если встречу на улице, то пройду мимо.

Тень воды почти равнодушно пожал плечами, будто и не собирался говорить ничего особенного, и начал действительно с простых деталей:

– Мы же с тобой жили в мире смертных в одно время? Так вот, тогда ещё  пользовалась популярностью старая религия, если напряжёшься – вспомнишь. Ты как раз из Европы, если я не ошибаюсь. И эта женщина – мать прошлого верховного бога. Ей поклонялись не меньше, чем ему.

Натан ничем не выдал своего напряжения, спокойно выпив до дна. Он послушно внимал Персивалю и дальше, стараясь не упустить ничего. Хотя, наконец, осознав, с кем имеет дело, тень смерти немного пересмотрел свои планы. С этой женщиной у него давние счёты, и он бы очень не хотел, чтобы кто-то нашёл её раньше.

11

Незаметно пролетела большая часть самого обычного дня. Хотя простые смертные вряд ли бы охарактеризовали его тем же словом.

Бывшая богиня успела с утра с тысячу раз проклясть сон, в котором приходила её тень. Да, она её отлично чувствует, но не более! Здорово, конечно, что тень чудес существует, но совершенно непонятно, где её искать. Да и, как она выглядит, представлялось скверно. Разве что светлые волосы удалось разглядеть.

Так же Фрея уже погоняла строителей, велев, не слишком торопиться, но убраться из дома к вечеру. Посетила университет, между делом вскрыла пару замков и обезвредила тройку сигнализаций. Удивилась бы, что столько в одном доме, да нашла кольцо Соломона. Простенькое с виду, одноразовое – зато с помощью него можно отклонить силы богов. Неплохая вещица, удивительно, что до сих пор сохранилась, делали-то её давно, хоть и много таких раскатилось по миру смертных. С разрешения Джо, старшего в группе, Фрея прихватила её себе. Может и не пригодится вовсе, да только зачем артефактами разбрасываться?

И вот бывшая богиня, медленно обкусывая прохладный шоколад с пломбира, возвращалась домой. В основном все мысли занимало буквально ускользающее из рук время. Она так и не нашла теней. Конечно, она непременно столкнётся за всю жизнь хотя бы с одной, но ждать, надеяться и верить не в её интересах.

Небольшой киоск для туристов, где помогали подобрать подходящую программу на любой вкус, пришёлся как нельзя кстати. Продавщица бодро подсказала самые популярные мероприятия этой осени, а заодно подсунула стопку пёстрых афиш на предстоящую зиму, выделив самое интересное. Людные места – как раз то, что нужно. Тени, конечно, на каждом углу не попадаются – их не так много, но найти парочку в Сан-Франциско реально.

Хотя сейчас бы Фрее серьёзно не помешала капелька удачи. Наверное, в своё время подруга её разбаловала, поднося всё буквально на блюдечке. А сейчас такого не предвидится – предстоит побегать. Терпение и труд всё перетрут! Но, чёрт возьми, когда же спать, если надо учиться, помогать в делах Праймусу, обеспечивающему неплохой доход, так ещё и уделять внимание Брендону, которому вообще не объяснишь, что у неё должно оставаться свободное время?

Выбросив обёртку от мороженого в урну возле ворот, Фрея тяжело вздохнула и решила подумать об этом позже. Впрочем, как обычно – всё равно разом всех проблем не решить. Какие бы громадные планы ни строились, распроклятая действительность рушила всё, словно песчаные замки. И каждый раз, стоило подумать о будущем, только злость накатывала. И обречённость.

Уже открывая дверь,  бывшая богиня знала, что внутри ждёт гость из тех, с кем ей не хотелось бы встречаться. Не узнать бога на своей территории она не могла – разве что пришли бы в плаще невидимке, и то заметила бы неладное. Но, что её выследили так точно и так быстро, не верилось. Может, совпадение? Хотя готовиться лучше к худшему.

Фрея с трудом нашла в сумке кольцо Соломона, достала невидимый пистолет. Почти бесполезно – один шанс и смертное оружие – но пользоваться чудесами девушка сейчас опасалась. Во время драки могли выплеснуться силы, которые выдали бы её с головой. И если нежданный гость по каким-то причинам ещё не растрепал всем небесам о своей находке, то Фрея эффектным жестом заявит во весь голос.

Хозяйка вошла в собственный дом осторожно, крадучись. Неслышно, чтобы не щёлкнул замок, прикрыла дверь, прислушалась. Словно крыса, которая пытается броситься на льва, – страшно до отчаяния, ведь у другой стороны слишком большое преимущество. Боги – бессмертны, а Фрея легко может свернуть шею, неосторожно оступившись. Оставалась надежда запугать гостя и ввести с заблуждение. И один удар противника вхолостую. Поможет ли?

Через минуту смертный инстинкт самосохранения уступил место рассудку, который тут же демонстративно покрутил пальцем у виска. Бог наверняка распознал приход смертной – можно не красться. Если ей не стали сворачивать шею с порога, то, как минимум, хотят поговорить. А значит, ожидать засады глупо.

Фрея разулась и смело направилась в гостиную. В руке по-прежнему держала пистолет, но напряжение спало, осталась только сосредоточенность. Дыра в голове – это тоже неприятно и отвлекает.

Рывком открыв дверь в тёмное из-за задёрнутых штор помещение, блондинка с удивлением воззрилась на гостью. Забравшись на двухместный диван с ногами, хозяйку дома внимательно разглядывала Лесия. Она улыбнулась радостно, но с некоторой долей превосходства. Гостья не злорадствовала, увидев старую знакомую смертной, просто свой внешний вид богиня оценивала выше.

Оружие оказалось не нужным – Лесия пришла с миром. Богиню удачи Фрея знала достаточно хорошо, и если уж одежда занимает гостью больше, чем божественная сущность, то переживать не о чем. Только б на хвосте никого не притащила.

Но шанс, даже стремясь к бесконечности, остаётся шансом и глупо его отбрасывать. На всякий случай блондинка спросила, скорее провокационно:

– А вы кто и что делаете в моём доме?

– Вот только не надо этого, – попросила богиня удачи, снова недовольно осматривая Фрею с ног до головы. В том, кто перед ней, Лесия не усомнилась ни на секунду. Кроме внешнего сходства, осталось что-то непередаваемое в манере говорить, двигаться, смотреть. Если по фотографиям с глупым выражением лица Мариам можно не узнать, то сейчас ошибиться нереально. Особенно старой приятельнице. – Кстати, что на тебе надето? Джинсы, какая-то майка.

– Пошла вон, старая кошёлка, – без особой злости отбрила Фрея, с размаху сев в кресло. Пистолет всё же убрала в сумку, которую тут же бросила на ближайший стул, ответно изучила гостью и с ноткой иронии уточнила: – Вообще, что за хамство, прийти в чужой дом и критиковать хозяйку? Сама-то, между прочим, нацепила сарафан, где вместо выреза безразмерная дыра и трясёшь своим четвертым размером, привлекая внимание всех мужчин на улице. Здесь так не принято, милая. Или совсем забыла про адаптацию на местности? К смертным-то давно не заходила? – спросила с усмешкой, а взгляд острый, едкий, невольно пробирающий до костей.

– Я просила без показушности, а не без вежливости, – покачала головой богиня удачи, примирительно улыбаясь. Только вышло натянуто.

– Она тоже показушная. Ты меня напугала, между прочим, – ответила смертная холодным тоном. От Лесии она подвоха не ждала, но и повода мило улыбаться и распахивать объятия не видела. У Фреи свои интересы, у богов –  свои. А богиня удачи беспринципно меняла стороны, если видела выгоду. – Уже все знают, что я вернулась?

– Что вернулась – все. Кто хотел, точно узнал, – подтвердила Лесия, легко покачивая браслетами на запястье. – Но вот о том, где именно ты находишься – я одна.

– Значит, всё-таки есть смысл всадить тебе пулю промеж глаз, – желая потрепать гостье нервы, задумалась блондинка. Впрочем, к сумке, где остался пистолет, руку не тянула.

– Я бессмертна, – попробовала вразумить её Лесия, насторожившись.

– Проверять будем? – уточнила Фрея. Улыбку она скрыть так и не смогла, забавляясь реакцией богини на откровенный блеф. Из-за чего шутку и раскусили.

Удача нахмурилась. Чтобы стать богиней Мариам пришлось пройти путь смертной – от объедков до поклонения – где она научилась великолепно играть на публику. У Лесии за спиной такого опыта не было, так что она часто попадалась на уловки матери бывшего короля. Но сейчас ситуация совершенно иная. Если раньше богиня удачи знала, что подруга просто посмеётся над ней, то теперь верилось – пойдёт до конца. Если Лесия продолжит упорствовать, блондинка возьмёт сумку, достанет пистолет и разнесёт ей полголовы. Скорее всего, убить не сможет, но зато проведёт эксперимент.

От осознания стало не по себе. Ясно, что Фрея не может никому доверять, но такой враждебности Лесия не ожидала. Помимо стати в старой знакомой появилась какая-то жестокость, холодность, надменность и… циничность, что пугало больше всего. С такой силой, которой располагала богиня чудес, очень страшно стать циничной. Раньше Мариам всегда держалась проще. Может, отчасти Ремус и прав в своих опасениях.

– Не дури. Много ли ты сделаешь одна, не зная, как обстоят дела? – голос Лесии стал серьёзным, исчезла улыбка. Вспомнилось, что Мариам умерла тогда от распроклятого ритуала… Возможно, она и знает, как умертвить бога, даже без ножа. Рыжая женщина едва удержалась, чтобы не сглотнуть.

– Я так понимаю, ты сейчас пришла, чтобы не дать мне это проверить? – усмехнулась блондинка, откидываясь на спинку кресла и разглядывая золотистое свечение богини удачи. Такое манящее и заветное, что хочется вцепиться в него с жадностью, да только ускользнёт сквозь пальцы.

– Так, на всякий случай, – всё же решила подстраховаться Лесия, – я немного приврала. О тебе ещё знает Рем, так что смысла прикончить меня – нет.

Фрея заливисто рассмеялась, чуть ли не падая со смеху. Волосы беспорядочно метались, из стороны в сторону, пока она качала головой и утирала слезы. Лесия только смотрела на неё, неприязненно поджав губы. Конечно, сейчас становилось ясно, что подруга её развела, но приятней от этого не было. Злая шутка. Неудачная.

– Ну и юмор у тебя, Мари, как у покойника! – укорила богиня, на что Фрея только подняла глаза и утёрла ладонью последние слезинки в уголках.

– А кто я сейчас, по-твоему? Самый настоящий покойник, – проговорила медленно, а потом, последний раз фыркнув, серьёзным тоном продолжила: – И, кстати, зовут меня Фрея. И больше – никак.

– Была же раньше какая-то богиня Фрея? – напрягла память Лесия.

– Нет, та знаменитая чистой воды выдумка, собирательный образ, а других я не помню, – отвергла вариант хозяйка дома. – Поэтому теперь именно это моё имя.

– Скрываешься?

– Ну, если ты не заметила, – закатила глаза блондинка и чуть иронично спросила: – Тебе не кажется, что мне подходит это имя? «Госпожа». Моё старое имеет такое же значение, но Фрея звучит не так затаскано.

Лесия только пожала плечами, смирившись. Как себя называть это личное дело каждого, не воспринимает себя больше как Мариам – имеет полное право. Потом, если захочет, расскажет почему, а сейчас лучше поговорить о другом, о чём-то более важном.

– Поделись со мной своими планами?

– Хм, какими планами? – заинтригованно протянула хозяйка дома, снова не в силах удержать усмешку, и, подперев подбородок костяшкой указательного пальца, подалась вперёд.

Лесия чертыхнулась про себя, возмущённо глядя в коварно блестящие глаза. Чистый голубой цвет и ни капельки наивности. Больше всего хотелось выругаться так, чтобы весь этот дом покраснел от ушей до пяток. Но богиня боялась, что даже если дом и соизволит покраснеть, Фрея только опять засмеётся, раздражая ещё больше.

– Чего ты сейчас пытаешься добиться? – со злостью спросила Лесия.

– Определить, правильно ли я выбрала для себя стратегию, – призналась хозяйка дома, отбросив шутки. – Я уже кое-что решила, но не уверена…

– Цели масштабные?

– Более чем, бери полный набор.

– Сообщники-соратники?

– Ты и Рем, – решила Фрея, раз уж они сами напросились.

– Прекрасно, спасибо и на том, – проворчала рыжая. – Козыри в рукаве?

– Моё обаяние подойдёт?

На такое собеседница даже не сразу нашлась, что ответить. Какое-то время поражённо молчала, а потом сорвалась.

– Чёрт, как ты вообще собралась куда-то лезть?! – возмутилась Лесия, мгновенно выпрямив спину. Это самоубийство, сумасбродство, да всё, что угодно, только не стратегия, которой она ожидала!

– Хорошо, – легко согласилась блондинка, в очередной раз понаблюдав за забавной реакцией подруги. – Как тебе моя полная сила бога, даже немного увеличившаяся за время моей «смерти», возможность восстанавливаться без посещения небес и очень много опыта?

– Уже куда ни шло, – вновь расслабилась рыжеволосая женщина, поняв, что над ней опять посмеялись. – Для меня так сойдёт, но на твоём месте я бы побоялась.

– Лесия, я не хочу стареть и умирать. По-моему, хорошая мотивация? – пожала плечами Фрея, запрокидывая голову и откидываясь на спинку кресла. – К тому же, с нынешним королём небес у меня, кажется, личные счёты.

Ненадолго в комнате, вместе с приятным полумраком, воцарилась тишина. Лесия побоялась затрагивать опасную тему, а у Фреи глаза начали слипаться. Организм, привыкший спать по человеческим меркам, а не по божественным привычкам, потребовал отдых. Каким-то чудом смертная девушка удержала сознание, распахнув глаза и резко встряхнувшись. Глупость какая – спать в одной комнате с богом, пока ты сама непонятно кто.

– Да, стимул у тебя и правда мощный, – медленно сказала Лесия, чуть прикусив губу. Ситуация и странная, и неудачная. Богиня даже немного пожалела, что сунулась сюда. Но пока Тьер ни о чём не догадывается, а Фрея сильный противник и с некоторой помощью может изменить положение вещей в свою пользу. Так что возможно, у удачи получится вернуть себе место под солнцем. – Я бы тоже, наверное, из кожи вон лезла. Но тогда тебе остаётся что?

– Ну, есть у меня мыслишка… но пока не поддающаяся проверке. Какая-то проблема у меня с медитацией и контактами… наверное, стоит просто спать больше… – Фрея от души зевнула, чем смутила собеседницу:

– Слушай, ты совсем очеловечилась. Хоть бы постеснялась.

– Пошла вон, старая кошёлка, – без энтузиазма посоветовала блондинка, забираясь на кресло с ногами и пытаясь свернуться калачиком на подлокотнике.

– Ты повторяешься, – надменно произнесла Лесия, сузив глаза и внимательно глядя на бывшую подругу. Всё-таки она изменилась, сильно и не в лучшую сторону. Нет уверенности, что она сможет победить, но при этом никто не сможет утверждать, что она проиграет. Бывшая Мари, нынешняя Фрея. Кого в ней больше? И кто страшнее?

– А если это единственное, что меня сейчас радует? – проворчала хозяйка дома, напрягая губы в неестественной нервной улыбке.

Лесия сразу поняла, что эта улыбка адресована не ей, а коварному подпространству, злобному стечению обстоятельств. Вспомнилось поведение старой доброй Мари в таких ситуациях. И сразу стало понятно, как именно обстоят дела у Фреи, как она себя на самом деле чувствует.

– Что, всё так плохо? – сочувственно спросила рыжеволосая женщина, наклоняясь к несчастной, не выспавшейся молодой смертной. А даже если возможность победы крохотная, Лесия пройдёт с ней до конца. Потому что её подруга выбиралась из самых ужасных ситуаций и, на зависть проигравшим, с лихвой осыпала наградами тех, кто прошёл путь рядом.

Неожиданно Фрея ответила на вопрос.

– Так плохо? – скептически уточнила богиня, но вопреки логике не расстроилась. Если у бывшей богини чудес хватает ещё желания ругаться и острить, то сдаваться рано.

Фрея только кивнула, потом подумала, и изложила основную суть проблемы:

– У меня ещё и время подпирает ко всему прочему. Да и вы меня слишком быстро нашли, как бы кто не повторил подвиг. Конечно, сил у меня свернуть шею паре человек хватит, и с тенями я вполне могу потягаться. Но если сюда завалится хотя бы три бога – меня накроют.

– Положим, твои поиски никто после меня не повторит. Можешь не волноваться! – Лесия, чуть успокоилась и обворожительно улыбнулась, в очередной раз хвастаясь и показывая себя в выгодном свете. – И я-то со всеми своими способностями сбилась с ног тебя искать. Ты же барьер выставила?

– Барьер. От всего. Хороший получился, но сил на него трачу... Кстати, о твоих. Я ведь только из-за них не убежала от тебя со всех ног. Я соскучилась и мне очень не хватает твоего внимания, – решила немного пооткровенничать блондинка. Всё же Лесия не убила её даже после всех насмешек, значит, может и помочь. – И тени искать тяжело. И шанс снова стать богом не велик.

– Так у тебя есть нормальные соображения на этот счёт? – обрадовалась удача, понимая, что ей просто не доверяют. Недоверие, конечно, обижает, зато куда лучше отсутствия плана.

Но с ответом не спешили.

12

Фрея чуть прикусила губу, медленно поводила по ней зубами, а потом резко вскинувшись, уточнила:

– Ты же сможешь мне помочь, даже если я тебе не скажу, что задумала?

– Ты хотя бы приблизительно дай мне знать, о чём речь? – в голосе Лесии различалось недовольство, но претензий богиня не предъявляла. Сама же пришла.

– Я хочу кое-кого увидеть во сне. Даже больше скажу, уже несколько раз видела, но картинка нечёткая.

– Чудненько! – заключила рыжая, улыбаясь немного натянуто. – Ложись сегодня спать пораньше, утро вечера мудренее.

– Дежурить будешь? – усмехнулась Фрея.

– Сегодня – да. Если не получиться, возможно, ты приоткроешь мне подробности, и придумаем другой вариант.

– Отлично! И да! Я ещё думаю разжиться тенями, поэтому если ты решишь поработать за всё время, что отдыхала от меня, я не расстроюсь.

– Сегодня не обещаю. Сколько надо?

– Чем больше, тем лучше, – лаконично ответила Фрея, уже начиная бесить богиню удачи недоверием.

– Сколько ты сможешь держать?

– Лишних можно сделать богами.

– Фрея, – впервые назвала Лесия свою подругу новым именем, удивляясь, как легко изменила старым привычкам, – ты не хочешь мне даже сказать, сколько теней способна удержать? Боишься открыть мне свою силу? Что я с ней сделаю, в конце концов!

– По-моему это вполне разумно, – пожала плечами блондинка, помедлила минутку и решилась: – Но если тебе требуются доказательства, то, пожалуй, сделаю аванс по старой дружбе. Я планирую держать двенадцать, это не стеснит мои ежедневные потребности, даже если я захочу схлестнуться с парочкой богов.

– Прилично, – заметила богиня удачи. – Столько я вряд ли смогу привести в город.

– И да, учитывай, что меня интересуют молодые и с полезными способностями. Мудрость с солнцем мне ничем не помогут, – манерно потребовала собеседница. Это стало последней каплей.

– У тебя и запросы, знаешь ли! – возмутилась Лесия, все же выходя из себя. – Вообще могла бы и с благодарностью отнестись, а не наглеть и выдвигать свои требования, когда…

– Лесия, – строгим громким голосом прервала Фрея, а потом продолжила тихо, но очень чётко выговаривая слова: – Ты не пришла бы сюда, если бы тебе не потребовалось что-то от меня.

– Я недовольна нынешним королём богов и его условиями, – гордо заявила богиня удачи, но по лёгкой усмешке на кукольном лице поняла, что Фрею ей провести не удастся.

– Ты вполне самостоятельная личность и в состоянии лавировать между невыгодными условиями и водить короля богов за нос столько, сколько захочется. Тебе нужно что-то для себя. И прими с благодарностью, что я у тебя не спрашиваю, что именно. В итоге ты получишь с лихвой, а может и в процессе.

 – Ладно, – недовольно согласилась Лесия. Нельзя сказать, что богиней двигали исключительно корыстные чувства, но в словах Фреи оказалось слишком много правды. Пришлось смолчать, чтобы окончательно себя не выдать. – Твои требования к теням вполне логичны. Я сделаю всё, что от меня зависит, но если не получится, то привлечём банши Рема.

Лицо у блондинки вдруг вытянулось, побледнело, и она судорожно уведомила:

– Спасибо, лучше я сама, чем так!

– А что? – сморгнула Лесия, демонстрируя невинные синие глаза.

– Банши о моём возвращении всем растрепали. Они сейчас под особым надзором. Или ваш король такой дурак, что быстро отстал?

– Вообще Ремус отпугнул Тьера. Я не думаю, что тот рискнёт сунуться к банши ещё раз. Но раз ты боишься, то не станем,  – задумчиво согласилась богиня и, подмигнув, сменила тему: – Надеюсь, сегодня тебе будет сопутствовать удача.

– Я тоже надеюсь, – вздохнула Фрея.

Очень не оптимистично, но выбора не оставалось. Ждать, надеяться, верить и… драться. При последней мысли сразу вспомнился день её смерти. Спрашивать было страшно, намного страшнее, чем умирать насовсем. Она знала, что после ответа всё никогда уже не вернётся на свои места, разобьётся вдребезги, как ни бывало. Однако смысл закрывать глаза на правду? Лучше знать. И бывшая богиня отважно немеющими губами задала вопрос:

– Кстати, расскажи… чем всё закончилось в тот раз?

– Тот?

– Тот раз, когда меня убили.

Лесия покачала головой, пожала плечами, словно тоже оттягивая этот разговор, и уклончиво ответила:

– Я уже плохо помню. Хотя некоторые сцены так и стоят перед глазами. Мы сильно пострадали, я уж думала – умру.

– Само сражение меня не интересует, – отрезала блондинка, нахмурив брови. – Давай подробнее о последствиях? Итоги, если можно. Я просто не могу сообразить, кто из заговорщиков встал у трона, имя нынешнего короля мне не знакомо.

– Никто. Ты очень дорого продала свою жизнь. После Крису не пришлось ничего делать, он взял мятежников полумёртвыми и заключил в темницу. Постепенно нашли тени и заменили всех семерых…

Фрея распахнула глаза, подалась вперёд, впиваясь ногтями в подлокотники кресла. Сердце внезапно застучало как бешенное, напитавшись нежданной надеждой. Неужели ещё не всё потерянно? Неужели она сможет увидеть своего сына?

– Погоди…– внезапно охрипшим голосом попросила хозяйка дома, – так Крис жив?

– Нет, – выдохнула Лесия. Как будто пулю выпустила… У бывшей богини чудес словно что-то из груди вышибло, внезапные слёзы подступили к глазам. Проклятье, ведь смирилась уже… Как же больно бьёт по душе надежда, так и сердце раскрошить недолго. Раз – и на осколки. – После той битвы много чего произошло… А вообще осталось ощущение, что мы проиграли. Крис тяжело переживал. Отец-то сам ушёл, а ты… вообще неясно было, что с тобой. Ко всему прочему, Таис лишилась сил. Кстати, это не ты её так?

– Я? – удивлённо уточнила блондинка.

Она, конечно, плохо помнила момент своей смерти, но не настолько. Да, отбивалась как проклятая, сила буквально искрами металась по тронному залу. Тогда Фрея умудрилась не просто вырваться, пока часть повстанцев нараспев читала молитву и кружилась в ритуальном танце, а вытащить обсидиановый атам и пырнуть им кого-то… Но точно противника!

– А кто ещё?

– С чего бы мне вредить Таис? – вопросом на вопрос ответила хозяйка дома.

Лесия только неопределённо пожала плечами. Откуда она знала, что да зачем, она вообще застала только самый конец сражения, а вот Ремус видел начало и действительно долго пришибленный ходил, сам не свой. Они никогда не заговаривали о том дне, но чувствовалось, что дело не только в смерти общей подруги.

 – Наука в любом случае встала как вкопанная, ты это или нет. Мы уже смирились, почти отошли от потрясений… и тут случилось неожиданное: один из новеньких богов, Тьер, который нам якобы усиленно помогал находить тени и разбираться с повстанцами, получил атам и узнал секрет ритуала. Уж не знаю, откуда: то ли шепнул кто перед смертью, то ли сам нашёл… Никто даже пикнуть не успел, переворот буквально за одну ночь случился. А ведь он на тот момент ни одной тени не держал, только получив венец, взял троих.

– Так Крис умер так же, как и я? – внезапно оживилась Фрея. Даже глаза заблестели от радости, пускай и преждевременной.

– Думаешь, есть надежда? – нерешительно уточнила Лесия, боясь ухватиться за такую тонкую ниточку.

– Но я же здесь, перед тобой, – легкомысленно пожала плечами блондинка. – Значит, и он может так же перемещаться по чужим телам. Шанс есть!

Богиня удачи только неуверенно пожала плечами. Но старая подруга не стала добиваться от неё точного ответа, просто, решив всё для себя, ловко перевела тему:

– А что за Тьер? Расскажи мне про него? Говоришь, он новенький? Действительно, что ли, бог вулканов?

– Да, только он не слишком заморачивается насчёт своей силы, – поморщилась богиня.

Фрея вздёрнула бровь.

– Да, очень интересный экземпляр! У него всего четыре тени, и ему словно больше и не надо. В смысле силу даже не растит. Хотя, наверное, это к лучшему. И без того мор свирепствует, только вулканов смертным и не хватало.

– Кстати, а как этот Тьер относится к мору?

– Наплевательски, – проворчала Лесия и, почувствовав любимую тему, завелась: – Ему вообще ничего не надо: все споры богов, проблемы, перестановки – побоку, мир смертных – побоку. В своё время половина небес в темницах пересидела, особо придурковатые боги даже соревнования устраивали. Смех да и только. Правда, потом всё подуспокоилось, говорят, после пятого покушения. И ведь парнишка-то не глупый, просто странный. Я не понимаю, зачем он схватил венец.

– Амбиции?

– Знаешь, – задумчиво прикусила губу богиня, – я сначала тоже так думала, но чем больше смотрю на него, тем больше сомневаюсь. Не нужно ему, чтобы перед ним преклонялись. Тут что-то другое.

Фрея с интересом рассматривала старую подругу. Неплохого она мнения о короле, о многих богах раньше она думала куда хуже. Да всё равно зачем-то пришла к ней. Ремуса ещё можно понять, наверняка, из-за мора весь извёлся – его людские беды задевают. А вот Лесия…

– Слушай, он ведь не тиран. Но ты пришла ко мне. Значит, недовольна сама и считаешь, что остальные меня поддержат.

– Он не тиран, – согласилась рыжая, наклоняясь ближе к подруге и пристально заглядывая в глаза. – Он – бомба замедленного действия. Никто не знает, когда рванёт. На небесах стало небезопасно, любого могут запросто заменить, и защищать нас некому, кроме близких друзей. Да и Тьер… молчит-молчит, а потом бах! Один бог в темнице, второго досчитаться не могут. Однако насчёт остальных не обольщайся, потому что с порядками притерпелись, просто так, рискуя жизнью, на рожон не полезут.

– И зачем я тебе? Только не говори, что силёнок не хватает с ним тягаться – не поверю, ты слишком изворотлива.

– На небесах много авантюристов, способных ввязаться в борьбу за власть, когда рухнут привычные устои. Но я не знаю ни одного, кто рискнёт перейти тебе дорогу, если ты получишь венец.

– Почему это? – Фрея вздёрнула брови.

– Тобой новичков пугают, милая!

Блондинка усмехнулась. Затем спросила:

– А как думаешь, как Тьер ко мне отнесётся? Если я не захочу отбирать власть, а просто приду на небеса с миром?

Богиня удачи задумчиво посмотрела на собеседницу. Шутит, что ли? Или издевается? Только выглядит удивительно серьёзно – не похоже. Ещё только союза с этим сопляком не хватало, даже временного.

– Фрея… – протянула Лесия. – Ты о чём вообще? Он убил твоего сына, он боится даже упоминания о тебе настолько, что готов рассориться со всеми богами, только чтобы найти первым. Не поверит он сказочке про мир, дружбу, жвачку.

Хозяйка дома ответила не сразу. Молча постучала ногтями по ручке кресла и задала очередной интересный вопрос:

– Кстати, как так получилось, что Крис позволил себя убить новичку? Меня не смогли удержать даже семеро довольно древних.

– Крис с Тьером сильно сдружился, почти везде вместе...

От приступа гнева отвлёк внезапный шорох в коридоре. Хозяйка дома напряжённо вслушалась в тишину, потом, будто в испуге подскочила, бросилась к одному из окон, распахивая занавески. Взгляд скользнул по остальным, но девушка уже понимала, что не успеет. На мгновение она нахмурила брови...

– Привет! – Фрея с улыбкой развернулась ровно в тот момент, когда все шторы в комнате распахнулись, а Брендон открыл дверь.

– Привет, – ответил парень сдержано, словно улавливая движение волшебных сил. Но уличить свою девушку в использовании способностей не мог. К тому же внимание привлекла Лесия, которую он никак не ожидал увидеть.

Лесия, кстати, отвечала ему взаимностью, придя в полное замешательство при виде смертного, перед которым хозяйка дома ломает комедию. Такой тупой улыбки на лице подруги богиня удачи не видела никогда. А уж то, что она не искренняя, видно было невооружённым глазом. Хотя, возможно, для молодого смертного и не так ясно.

Фрея же в свою очередь хотела скрипеть зубами. Умудрился же Брендон явиться совершенно не вовремя.

– Представляешь, по дороге домой я познакомилась с Лесией! – затараторила хозяйка дома, жестом показывая на подругу, которой только и оставалось, что подыграть. Фрея натура радикального характера, особенно в критической ситуации, что с её способностями могло создать определённые трудности – Лесия же совсем не горела желанием почувствовать, как её душат. Поэтому оставалось только так же глупо улыбаться и кивать. – Лесия, это мой парень – Брендон!

– Очень приятно, – кивнули оба, но без должного воодушевления, общая знакомая же, несмотря ни на что, продолжила:

– Лесия художница, которая приехала к нам из Лос-Анджелеса! Она меня уже пригласила на свою выставку!

Богиня удачи опять улыбнулась, раздумывая над тем, как бы не забыть новый факт своей биографии. Когда-то она и правда увлекалась рисованием, на небесах в подсобной комнате скопилось множество собственных картин. Сейчас можно и выставку устроить, чтобы появилось прикрытие на небесах и для знакомых Фреи. Хотя знакомых Лесия при всей гуманности предпочла просто ликвидировать.

Хозяйка дома почему-то так не считала, дефилируя на грани между двумя плохими событиями. Возможно, сохранив родню и знакомых, она избавится от излишнего внимания со стороны. Но так же легко те, кто знал другую наивную Фрею могут и навредить. Одно заявление, что в их дочь вселился демон, может поднять на небесах такую волну, о которой лучше не думать.

После знакомства устроили безумное чаепитие, как в сказке про Алису в стране чудес. Только тут чаепитие организовывала сама Алиса, и казалась намного более сумасшедшей, чем любой шляпник или мартовский заяц. На этой мысли Лесия представила Фрею в шляпке, в которой она смотрелась ещё милее, и пропустила какой-то вопрос Брендона. Но его девушка сгладила все шуткой про вдохновение, и безумство продолжилось.

В итоге, дом Лесия покидала выжатая, как лимон, но на пороге смогла собраться с мыслями.

– Стоять, красавица! – опомнилась Лесия, в последний момент ухватив бывшую подругу за руку, чтобы та не успела закрыть дверь. – И когда мы с тобой встретимся?

– Через две недели, в пятницу, шестнадцать часов, кафе «Моя любовь», – шепнула Фрея и, прежде чем старая подруга успела что-то уточнить, добавила: – И не смейте звонить мне на мобильный или пытаться нагрянуть в университет!

– Так долго?

– Зато я постараюсь сделать как можно больше полезного. И ты не ленись. До встречи!

И дверь захлопнулась, оставляя Лесию за пределами сумасшедшего дома.

– Вот стерва, – грустно проворчала богиня удачи, качая головой, – а мне сегодня ради неё ночью «дежурить». Кажется, надо заполнить силы до предела, кто знает, сколько их растратится.

Богиня обвела улицу глазами, остановив свой взгляд на одиноком молодом человеке возле соседнего дома. Он курил рядом с классическим белым седаном с двигателем явно больше необходимого в городе. Похоже, что парень не знал, чем заняться. И богиня удачи чувствовала, что для красивой женщины автомобилист выкроит пару минуток.

– Молодой человек! – с улыбкой обратилась Лесия, словно бы невзначай тяжело вздохнув. Бюст тут же соблазнительно качнулся. – Вы не откажетесь меня подвезти? Мне за город, а такси такие цены задирают!

– Конечно! – поспешил он открыть дверь, чтобы удача от него никуда не упорхнула. Но она и не собиралась. – Вам куда?

– В сторону аэропорта, а там покажу, – туманно ответила она, присаживаясь.

Парень завёл мотор, включил музыку, создавая подобие романтической атмосферы, и на солидной скорости покатил по трассе.

– Какой у вас прекрасный автомобиль, – завела разговор богиня.

– Да, я долго искал, именно то, что мне подходит, – с гордостью ответил парень, Лесия только покачала головой. Людская самоуверенность забавляла её, но она взяла за правило не разубеждать смертных ни в чём.

– И вы нашли. Вам повезло, – закинула она удочку. – Вам часто везёт?

– Никогда не задумывался. Но вы спросили, и я понял, что мне чертовски везёт! Кстати, меня зовут Джек, а вас?

– Джессика, – улыбнулась Лесия. Она любила выбирать такие имена, чтобы они сочетались с именем «спонсора». Конечно, слово «спонсор» в должной мере не отражало роль подобного человека в жизни бога, но «жертва» и «донор» ей не нравились.

– Забавно, а вы везучая, Джессика? – Джек любезно поддержал беседу, не понимая, как спешит попасть в расставленные богиней сети.

– Эх, а обо мне этого сказать нельзя. Последнее время у меня одни неприятности, – притворно вздохнула Лесия и покачала головой. – Я обрадовалась, если бы кто-то поделился со мной своей удачей, хотя бы на пару дней.

– Если бы я мог, я бы поделился с вами своей, даже на неделю! – беззаботно ответил водитель, не понимая, на что он на самом деле соглашается.

– Правда? – улыбнулась богиня. – Я была бы вам так признательна! Но удачей нельзя делиться просто так. Что бы вы хотели получить взамен?

Глаза Джека сверкнули, выдавая его тайные желания. Но, видимо, парень недооценивал удачу, поэтому решил поумерить пыл:

– Думаю, одного поцелуя вполне достаточно.

Лесия загадочно улыбнулась, и тут Джек обнаружил, что они уже почти приехали. Странно, ему казалось, что ещё далеко.

– Остановите, пожалуйста, за тем поворотом, – попросила женщина, и Джеку пришлось только повиноваться. – Сколько я вам должна?

– Разве что телефончик, – Джек подмигнул, Лесия стрельнула глазками, извлекла откуда-то бумажку, на которой быстро набросала одиннадцать цифр, и без лишних слов, поцеловала его в губы.

Хоть удача целой недели и стоила куда дороже одного поцелуя богини, но Лесия не любила оставлять «спонсора» разочарованным. Когда она оторвалась от него, парень выглядел так, будто они прогулялись до мира блаженства. Богиня, улыбнулась, вышла из машины, махнула на прощание рукой и прошла за ограду ближайшего дома. Собака не издала ни звука, приняв её за свою. К тому же незваная гостья испарилась, стоило ей свернуть за угол.

Какое-то время Джек отходил от пережитых ощущений, потом встряхнулся и отправился восвояси. Мобильник зазвонил почти сразу же, стоило ему выехать на шоссе – вызывали на службу. Парень чертыхнулся, но не возразил. Работу терять не хотелось. Стараясь подсластить пилюлю, порадовался, что отхватил телефон шикарной красотки! Но стоило ему об этом подумать, как ветер буквально вырвал бумажку с номером из рук, унося вдаль.

– Чёрт! – вслух выругался Джек, даже задумываясь о том, чтобы остановиться и попытаться найти потерю. Но тут неожиданно автомобиль подскочил на незамеченной яме, круто развернулся… Водитель едва успел затормозить.

Некоторое время он сидел внутри, переводя дух, потом вышел из машины, чтобы осмотреть повреждения. Надо же! Два колеса проколото, а запаска всего одна.

– Вот не повезло, – сокрушённо пробормотал парень. Что-то в сознании шевельнулось, но он не стал задумываться.

Около 3 лет
на рынке
Эксклюзивные
предложения
Только интересные
книги
Скидки и подарки
постоянным покупателям