0
Корзина пуста
Войти | Регистрация

Добро пожаловать на Книгоман!

Или войдите через:


Новый покупатель?
Зарегистрироваться
Главная » 2. Прятки с демоном (эл. книга) » Отрывок из книги «Академия колдовских сил. Прятки с демоном (#2)»

Отрывок из книги «Академия колдовских сил. Прятки с демоном (#2)»

Автор: Романовская Ольга

Исключительными правами на произведение «Академия колдовских сил. Прятки с демоном (#2)» обладает автор — Романовская Ольга . Copyright © Романовская Ольга

ЧАСТЬ 1. Свидание

 

— Вот!

Малица разжала ладонь, и на стол лег холщовый мешочек. Хозяин лавки артефактов глянул на него скептически, но нехитрый узелок развязал. По синей форме девушки с нашивкой «АКС» маг понял, перед ним адептка Академии колдовских сил. Значит, либо амулет связи сломался, либо срочно понадобились деньги — адепты, как известно, народ бедный, — поэтому решила подзаработать и продать безделушку. Однако в этот раз он ошибся, Малица пришла вовсе не за деньгами. Как только улеглась история с похищением, саламандра решила проверить подарок ректора. Девушка сразу поняла: это не простое украшение. Малица подозревала, ректор следит за ней. Из добрых побуждений, чтобы защитить, прийти на помощь, но адептка не собиралась терпеть вмешательство в личную жизнь.

События недавнего прошлого воскресли перед ее мысленным взором, стоило выложить кулон на стол. Он попал в руки Малицы накануне вызова на дуэль от лорда шан Теона — того самого князя вампиров, который жаждал поквитаться с гробовщиками своих надежд. И, наверное, спас ей жизнь. Кто знает, чем бы все закончилось, если бы не украшение!  

Последние полгода жизни девушки напоминали страшный сон. А начиналось все обыденно: очередная шалость, очередной выговор от ректора. Потом Кристоф предложил вызвать демона. И Малица вызвала, благо всегда мечтала хоть одним глазком взглянуть на хвостатых обитателей Закрытой империи, только вот заклинание выдернуло из ванной комнаты лорда ти Онеша. Так и выяснилось, что ректор — демон.

Дальнейшее превратилось в один нескончаемый кошмар. Отчисление, навязанный родителями жених, на поверку оказавшийся вампиром. И не простым, а кузеном князя, то есть главы клана, всесильного лорда Эльмира шан Теона, тайного советника правителя Закрытой империи. Двоюродный брат отправил его вместо себя с официальным визитом осматривать магические учебные заведения соседней страны, там неспящий и увидел Малицу. Ни о какой любви и речи не шло — только похоть и холодный расчет. Саламандра должна была поделиться с ним огнем крови, тем самым подарив неистощимый источник сил. Девушка не пожелала мириться с незавидной участью, попортила внешность вампира и стала его кровницей. А после и врагом самого всесильного князя. Лорд Эльмир шан Теон похитил девушку и сделал фиктивной супругой, якобы чтобы спасти от кузена, а на самом деле сделать пешкой в смертельной игре, однако просчитался. Малица на пару с ректором помешали убить императора на ежегодном Осеннем балу, и взбешенный вампир жаждал крови. Только вновь просчитался и пал жертвой устроенной ректором Дикой охоты, но прежде успел полакомиться кровью обидчицы.

Девушка зажмурилась, прогоняя тени прошлого, и сосредоточила внимание на кулоне. Артефактор тоже соизволил глянуть на него. Он ожидал увидеть камень, но сапфир или изумруд, а не янтарь. Маг даже не стал скрывать эмоций: презрительно скривился и фыркнул.

Янтарный кулон! Толку от него! Камень хрупкий, для артефактов вследствие этого непригодный, никакими особыми свойствами не обладает. Информацию неплохо хранит, это да. И еще янтарь — застывший огонь. Именно поэтому ректор выбрал именно его: символ родной стихии для любимой девушки. Он знал, подарок понравится Малице, и не ошибся. Адептка и дальше бы с радостью носила подвеску, с улыбкой вспоминая одного зеленоглазого демона, если бы не чары. Девушка собиралась выяснить, какими заклинаниями ректор опутал янтарь. Слишком много совпадений, чтобы не верить в их наличие.

Владелец лавки внимательнее присмотрелся к Малице. Да, определенно, саламандра. Даже веснушки есть. С приходом солнечных дней — природа таки сменила гнев на милость и, пусть снег не до конца растаял, облагодетельствовала лаской — они проступили на светлой коже неясным намеком. Бледные, будто капли того самого янтаря, который принесла адептка. Только волосы подкачали — каштановые. Но и в них играет огонь, зажигая алыми бликами.

Саламандра с нетерпением ожидала вердикта. Она ерзала и все норовила перегнуться через добротный, переживший не одно поколение стол, будто, оказавшись ближе к артефактору, сможет проникнуть в его мысли.

Маг медлил, и подозрения Малицы лишь усиливались. Неужели ректор наложил на подарок страшное заклинание? Например, ментальное. Или покойный Эльмир шан Теон успел проклясть? Камни хорошо впитывают чары, способны хранить их вечно, пока не будет проведен специальный ритуал очищения.

Артефактор с первого взгляда внушил Малице уважение. Мнение о маге складывается с порога, а хозяин лавки озаботился специальным колокольчиком. Не тем, которым пользовались обычные люди, а магическим. Стоило посетителю ступить на половичок перед дверью, как в лавке раздавался мелодичный перезвон.

Внешность артефактора тоже говорила в его пользу. Никакой бороды клочками, неопрятной одежды и рассеянности вечного изобретателя в глазах — строгий серый костюм, идеально выбритый подбородок, цепкий взгляд. Только вот сейчас в нем читалась легкая брезгливость, а тонкие губы кривились.

— Много не дам, — сразу предупредил артефактор и провел по кулону пальцем.

Тот отозвался странным теплом, заставив присмотреться. Показалось или что-то есть?

— Я не продавать, — гордо задрала носик Малица. — Взгляните, пожалуйста, нет ли на кулоне чар.

Она достала кошелек, демонстрируя платежеспособность. История с похищением, балом в императорском дворце и Дикой охотой сэкономила ей немало средств. Во-первых, платье подарил ректор. Малица бы до сих пор любовалась им, если бы не обстоятельства. Увы, от произведения портновского искусства остались лишь лохмотья. Платье пострадало на королевском балу, где Малица вместе с ректором пыталась помешать лорду Эльмиру шан Теону по приказу суверена обезглавить верхушку Империи раздолья. Во-вторых, саламандра неделю провела в лазарете, приходя в себя после укуса вампира. Князь ведь не просто полакомился, а подпитал свои силы, то есть кровопотеря вышла серьезная. Тут уж не до увеселений. После и вовсе пришлось уехать домой, чтобы ухаживать за отцом и матерью. Малица по гроб жизни благодарна мастерству некромантов, вернувших к жизни убитых вампирами родителей.  В итоге деньги спокойно копились у казначея, и теперь девушка могла потратить нежданные излишки скудной стипендии на важное и секретное дело. Настолько тайное, что адептка не посвятила в него даже друзей, учившихся на курс старше: эльфийку Индиру и человека, будущего демонолога Кристофа. Из Академии тоже выбралась чуть ли не крадучись, хотя ничего не нарушала. Боялась, кто-то увяжется следом.

Артефактор кивнул и отвернулся, скрывая капельки стыдливой испарины на лбу. Это надо так ошибиться! Какой конфуз! С его-то опытом! Пусть саламандра заплатит мало, но она клиентка, а всякого клиента надлежит уважать.

— Присаживайтесь! — уже совсем другим, предупредительным, голосом пропел артефактор, махнув рукой на стул.

Он опасался, Малица уйдет к конкуренту — предприимчивому адепту-старшекурснику, который в обход Устава Академии снял комнатушку и переделал ее в мастерскую. И пусть артефактор свысока посматривал на «несмысленыша», тот нарабатывал клиентуру. Брал дешевизной и готовностью взяться за любое дело. По мнению мага, позорил гордое имя артефактора, но адепты к нему бегали. И, увы, не только они. Самое время забеспокоиться и начать улыбаться даже саламандре с кулоном.

Малица осталась стоять, но, не выдержав, легла-таки грудью на стол, жадными глазами следя за действиями хозяина лавки.  Огненная натура брала свое, кипучая энергия рвалась наружу, подстегиваемая любопытством, — какое там сидеть!

Артефактор кашлянул. Девушка расстегнула пальто, и с этого ракурса ему открывался неплохой вид. И пусть платье закрытое, но обрисовывало все хорошо, оставляя мало простора для фантазии. Повезло же ее кавалеру! Не то что магу: грудь жены можно только с фонарем найти.

Позволив себе минутку помечтать о юных прелестях и вернуться в далекие годы молодости, когда он эти самые прелести тискал, владелец лавки надел окуляры в роговой оправе с увеличивающей линзой и склонился над кулоном.

Теплый янтарь лег в выемку ладони. Пальцы осторожно прошлись по всей поверхности, стараясь уловить мельчайшую щербинку. Камень заметно нагрелся. Артефактор понимал, вовсе не только от человеческого тепла: кому-то очень не нравилось его стремление проникнуть в чужую тайну.

А вот и зацепка! Маг улыбнулся и аккуратно переложил камень на бархатную скатерку. Снял окуляры и начал медленно водить руками над кулоном.

Малица с замиранием сердца наблюдала за отточенными годами движениями. Девушка не понимала, откуда возникала магия, но видела, как она слой за слоем оплетала камень, будто паутиной.

Янтарь начал светиться!

— А синий — это хорошо? — шепотом, боясь спровоцировать разбуженные чары, спросила саламандра и на всякий случай сделала шажок к двери.

Малица напряглась, готовая в любой момент через огонь уйти в первый попавшийся очаг Ротона: в чрезвычайных обстоятельствах неважно, где окажешься, лишь бы в знакомом городе. Незнакомом тоже можно, но как потом из него выбираться? Вот у артефактора свечка теплится, несгорающая, между прочим, усовершенствованная магией, можно в ее пламя прыгнуть.

Маг промычал что-то неразборчивое. Он даже не расслышал вопроса — так увлекся работой.

— Ай!

Меньше всего артефактор ожидал болевого разряда. Не иначе, создатель чар послал привет. Но если он полагал, будто маг отступит, то просчитался. Сопротивление только раззадорило мастера.

— Тут магия демонов, — покусывая губы, пробормотал он.

Малица раздраженно топнула ногой. Это уж слишком! Может, лорд Ариан нейр Эльдар ти Онеш и ректор, но должность не дает права вмешиваться в личную жизнь адептов.

— Следящие чары, так? — Саламандра повторила вслух чужие выводы.

— Совершенно верно, — кивнул артефактор. — Они отслеживают ваше перемещение, позволяют знать, с кем вы общаетесь, даже слышать разговор при наличии соответствующих навыков.

Малица сжала кулаки и шумно выдохнула через рот.

Подарок, значит, от друга? Ничем не лучше лорда шан Теона: тот тоже прислал цветы «с подвохом». Все жители Закрытой империи одинаковые!

— Сколько я вам должна? — немного успокоившись, спросила она.

Артефактор назвал цену. Она показалась саламандре завышенной, но спорить девушка не стала, выгребла из кошелька монеты, забрала кулон и быстрым шагом, сухо попрощавшись, вышла из лавки. Душа требовала поделиться с кем-то недозволительными методами контроля администрации Академии, и Малица потянулась к амулету связи. Старый, подаренный Индирой, навеки пропал во время истории с вампирами, и саламандра купила новый. Кристоф ворчал, что подруга напрасно транжирит деньги, лучше бы отложила на «черный день».

— Индира, ты где? — Малица нервно расхаживала перед лавкой, то и дело бросая гневные взгляды на сумку, куда в сердцах кинула мешочек с кулоном. — Нужно поговорить.

Эльфийка, которую на самом деле звали Индерэль лор’Альен, недовольно замычала в ответ и раздраженно шепнула в сторону:

— Да подожди ты!

Кончики ушей Малицы покраснели. Кажется, подруга не одна — на свидании. И хорошо, если они просто целуются, а не… Хотя строгие эльфийские нравы запрещали вступать в интимные отношения с мужчиной до свадьбы, но Индира утверждала, можно и удовольствие получить, и чести не лишиться. Кроме того, она целитель, вдруг может и эту проблему решить? Саламандра слышала, за большие деньги это делают. В Академии колдовских сил и не такое узнаешь! Адепты — народ любопытный, свободный и любвеобильный, за ними глаз да глаз!

— Все, слушаю, — отдышавшись, чем еще больше навела подругу на пикантные мысли, бодро сообщила Индира.

— Я точно тебя не отвлекаю? — подозрительно спросила Малица

— А, обычное свидание! — махнула рукой эльфийка, приложив палец к губам, чтобы кавалер не возражал. — Мы воздушных змеев пускали.

О том, где они их пускали, Индира скромно умолчала.

— Мне один… — саламандра замялась и в последний момент решила не выдавать ректора, — человек кулон со следящими чарами подарил. Что делать?

— Выбросить, — категорично заявила Индира. — А человеку морду набить, чтобы такими вещами больше не баловался.

— А если он сильнее и может из Академии выгнать?

Малице и самой жутко хотелось последовать совету подруги, останавливали лишь возможные последствия.

— Тогда не бей, — тут же пошла на попятную Индира.

Устав ждать, кавалер вновь принялся целовать шею эльфийки. Разомлевшая, она выгнулась, прикрыла глаза и пробормотала:

— Слушай, решай сама, Аля, ты не маленькая.

Малица постояла пару минут, уставившись на похолодевший амулет, потом тряхнула волосами и решительно направилась к Академии. Сегодня выходной, адепты и преподаватели разбрелись, свидетелей меньше. Ректор тоже наверняка ушел, и саламандра без труда оставит ему гневное послание. Лично бы сказать побоялась, а в письменной форме выскажется.

С каждым шагом улегшийся было гнев вновь поднимался из желудка к сердцу. Теперь Малица горела решимостью присовокупить к письму злосчастный кулон. Вдруг следящие чары только начало? Опыт подсказывал, жители Закрытой империи любой предмет способны превратить в клубок больших проблем. И ведь наступила на те же грабли! Мало ей лордов шан Теонов, опять темному поверила! Ректор — демон до кончиков ногтей. Точнее, хвоста. Саламандра видела его истинное лицо на Дикой охоте. Не в хтоническом облике дело, а в этом взгляде палача. Бесчувственном взгляде. Страшно очень. Вдруг ректор планировал забрать Малицу в Закрытую империю и использовать в собственных целях? Демонам тоже нужны саламандры, они нередко угрозами добивались согласия несчастных на брак. И ничего хорошего юных жен не ждало. Никто из них больше не вернулся, не связался с родными. Как, спрашивается, как Малица могла поверить в любовь такого существа и начать ему симпатизировать? Не возникают чувства на пустом месте, а тут вдруг — единственная. Как у Эльмара шан Теона — так звали неудавшегося жениха адептки, которого разорвали гончие по приказу ректора. Тот не простил вампиру обид, нанесенных любимой. А двоюродный брат Эльмара, как выяснилось чуть позже, не простил гибели непутевого родственника. Как же хорошо, что князь тоже мертв!

Нет, бежать без оглядки, не давать никаких авансов!

Малица не помнила, как добралась до ворот Академии. Рассеянно кивнула привратнику и свернула к женскому общежитию. Но дойти не успела: на полпути повстречался лорд Ариан нейр Эльдар ти Онеш, тот самый ректор, которого саламандра хотела видеть сейчас меньше всего на свете.

Зеленые глаза лорда сверкали в солнечном свете. Казалось, это изумруды, нечто мертвое, холодное. Радужка ректора и прежде поражала неестественным цветом, сейчас же и вовсе лучилась невообразимым оттенком.

Лорд ти Онеш приоделся, сменил будничный строгий костюм на рубашку шафранового тона и брюки подходящего спокойного цвета. Сверху накинул пальто с длинным шарфом в клетку. Все вместе смотрелось удивительно гармонично и притягательно, но Малица внешнего вида ректора не оценила. Ойкнув, дернулась и отшатнулась. Рука непроизвольно вытянулась в защитном жесте. На ладони затрепетали языки пламени. Глава Академии переменился в лице. Совсем не страха он ожидал и теперь пытался понять, чем тот вызван.

Лорд собирался пригласить Малицу на прогулку. Не на полноценное свидание, для этого пока рано, всего лишь на магическую ярмарку, открывшуюся на два дня в Ротоне. Помочь адептке выбрать артефакт, поговорить о будущих занятиях, заодно осторожно поинтересоваться, с какой целью девушка передавала кулон в чужие руки. Пусть ректор и знал, что привело саламандру в лавку мага, но хотел послушать ее версию событий.

— Ирадос? — Лорд вопросительно поднял брови.

— Вот! — Малица нервно дрожащими руками расстегнула сумку и вытащила мешочек.

Ректор не спешил принимать из ее рук кулон: на то, что это именно он, указывало торчащее «ушко». Нахмурившись и мгновенно утратив хорошее настроение, лорд глухо спросил:

— Как это понимать?

Скулы свело от раздражения и обиды. Сама того не понимая, Малица оскорбила ректора: приняла подарок, а теперь чуть ли не швырнула в лицо.

— А как понимать, что вы вмешиваетесь в мою личную жизнь, милорд? — позабыв о страхе, выпалила саламандра.

Ее не волновали ни возможные свидетели, ни будущие последствия, хотелось выплеснуть эмоции здесь и сейчас. Глаза Малицы пылали, фигуру тоже окутал огненный ореол. Позабыв о страхе, саламандра наступала на ректора, не давая сказать ни слова. Руки активно жестикулировали, между пальцами пролетали искры. И ректор отступал, теснимый грудью разбушевавшейся адептки! Лорд банально опешил от такого напора и упустил главенство в маленькой шахматной партии.

— Вы следили за мной! — задыхаясь от возмущения, выкрикивала обвинения Малица. — Это запрещено Уставом, законами Империи раздолья, наконец! Может, даже подглядывали… извращенец!

— Почему извращенец? — с трудом вклинился в словесный поток ректор.

Это живой огонь, самый настоящий живой огонь, а не девушка! Ведущая, как бы она не отнекивалась. Такая команду построит и за собой поведет. Если уж Малица сумела ректора дезориентировать, то и с врагом справится. Знает, что слабее, что перед ней демон, директор ее учебного заведения, и не боится!

— Потому что! — раскрасневшись, отмахнулась саламандра. — И подслушивали. Вы не имели права! Может, может… — она не находила подходящих примеров и выпалила первый попавшийся: — Может, я голой ходила и женские дела обсуждала.

Лорд закашлялся и не стал возражать, что вид обнаженной Малицы как раз не для извращенцев, а для нормальных мужчин. Наверняка возбуждающее и красивое зрелище. Пока ректор оценил только грудь. А женские дела… Нет уж, слушать это глава Академии отказывался!

— Все высказали? — холодно поинтересовался ректор, когда Малица выпустила пар.

— Нет, — смело ответила она и насильно всучила лорду мешочек с кулоном. Довольно улыбнулась и сообщила: — Вот теперь все. Приятного дня, милорд!

Для полноты картины не хватало гордо удалиться с высоко поднятой головой, но ректор не позволил, ухватил за плечо и развернул к себе. Малица попыталась вырваться, однако лорд держал крепко.  Глаза его сузились от гнева, но в остальном глава Академии казался спокойным. И это пугало еще больше. Запоздало сообразив, что натворила, Малица со страхом ожидала наказания. Вряд ли лорд отправит мыть полы или чистить картошку, вышвырнет из Академии в пять минут.

Первым делом ректор вытащил из мешочка кулон и насильно надел на Малицу. Та попыталась помешать, но замерла под грозным взглядом.

— Вы будете это носить, — поставили ее перед фактом. — Теперь о вашем поведении, Ирадос. — Лорд сделал эффектную паузу, во время которой сердце саламандры ушло в пятки, и продолжил: — С понедельника начинаются занятия со мной. Два часа в день. Я найду, куда деть излишки вашей энергии, раз ее слишком много. Далее о вашем поведении. Надеюсь, вы понимаете, подобное обращение к преподавателю, а тем более ректору недопустимо.

— Так вы мне как преподаватель кулон подарили? — Раз терять нечего, можно не стесняться в выражениях.

Если в Академии колдовских сил норма — делать адептам подобные подарки, стоит ли дорожить учебой здесь? Пусть это самое престижное магическое заведение во всей Империи раздолья, пусть конкурс на каждый факультет заоблачный, порядки ректора-демона Малице определенно не нравились. Ничем хорошим это не закончится, как и прошлое общение с темными.

Все еще сжимавшие плечо саламандры пальцы напряглись, причиняя боль. Лицо ректора посерело. Сначала он хотел ответить словом, но передумал. Порывисто стиснул в объятиях и запечатлел на губах Малицы страстный поцелуй. Саламандра боялась, он высосет душу.  Малице не хватало воздуха, она пробовала и не могла бороться с чужим языком, подчинившим себе ее губы, рот. Саламандра отчаянно барахталась, силясь вырваться, а потом обмякла, признавая силу ректора. Тот, почувствовав это, ослабил напор. Лорд корил себя за несдержанность, опасался, саламандра больше не подпустит к себе, но, ощутив едва заметное ответное движение, успокоился.

Пытка поцелуями длилась пару минут. За это время Малица успела уяснить три вещи. Первая: ректора лучше не злить. Вторая: лорд ти Онеш целуется лучше Кристофа и прочих мальчишек. Третья: чужой язык во рту может быть приятен. Но ее до дрожи пугала четвертая вещь: ректор действовал точно по плану, нарисованному воображением.

— Не надо, милорд! — жалобно попросила Малица, стоило лорду отстраниться.

— Почему? — удивился тот и быстро проверил, не застал ли их кто-то за пикантным занятием. Обошлось, сплетни не поползут. — Вы не обручены, у вас нет молодого человека…

Ректор все еще чувствовал вкус чужой кожи и податливую мягкость губ. Судя по всему, по-взрослому Малица никогда не целовалась, и лорд уже предвкушал неумелые, неуклюжие попытки научиться. Ради такого он позволит ей упражняться часами, дыхания хватит.

И еще запах… от Малицы чрезвычайно приятно пахло: собственный аромат смешивался с мылом и простенькими духами из лавки «Тысяча и одна мелочь». Ректор поймал себя на мысли, что ему хотелось слизать этот запах с кожи саламандры.

— Зато у вас есть. Алиса! И я не хочу в Закрытую империю!

При имени брошенной оборотницы лицо лорда помрачнело. Упоминание же Закрытой империи заставило крепко задуматься. Он не понимал, какое отношение попытка сближения с саламандрой имеет к родному краю. Малица опасается, что он увезет ее туда? Но лорд ти Онеш — ректор Академии колдовских сил и подавать в отставку не собирается. Столичный дом не хуже родового замка, в котором Малица, конечно, побывает. Ректор даже планировал провести там первую ночь: кровать подходящая — широкая, с пологом и кучей подушек. В спальне большой камин, вид из окна красивый, Малица сможет наутро позавтракать, наслаждаясь солнечными лучами.

Воспользовавшись моментом, девушка по большой дуге обогнула ректора и припустила к общежитию. Украдкой дотронулась до губ: они горели огнем. Будто вампир укусил.

Сердце подскакивало в груди, гулко ударяясь о ребра. Второй поцелуй! Да еще какой! Теперь Малица не сможет смотреть на ректора и не вспоминать сминающие преграды губы и теплый язык, не оставляющий даже крошечного шанса на сопротивление.

Голова пошла кругом, перед глазами поплыли радужные круги.

Малица непроизвольно облизнулась, повторяя путь языка ректора. Сердце гулко ухнуло и рванулось к горлу. Саламандра едва не задохнулась от необычно острых эмоций и неожиданно очнулась в объятиях. Тот, кто обнимал ее, стоял за спиной, бережно поддерживая за талию, но она сразу поняла, это лорд ти Онеш. «Запах!» — с горькой усмешкой подумала саламандра. Она начала его узнавать.

— Вы споткнулись и едва не упали, — объяснил ректор.

Странно, всего минуту назад Малица боялась и ненавидела его, теперь же не желала отпускать.

Упала? Споткнулась? Саламандра нахмурилась. Она не помнила такого. Шла, но точно не спотыкалась. Только на миг Малицу захлестнули эмоции, будто в кровь что-то впрыснули.  Наркотик! Уж не было ли во рту у ректора какой-то горошины, которую он протолкнул ей в рот языком? Ну не могло девушку бросать то в жар, то в холод, а сердце душить от поцелуев, пусть даже таких страстных. Нет, бред.  Не станет ректор ее опаивать, как лорд шан Теон. Или станет? В любом случае, с демонами нужно держать ухо востро. Даже если ректор и не преследует никаких преступных целей, пусть не рассчитывает на легко добытую и так же легко забытую девичью честь. Лорд он или не лорд, Малица не растает от высочайшего внимания. На общих условиях со всеми. И вообще, саламандре дракон нравится. Она уже видела, как станет кружиться с Анаисом в танце на зависть всем девушкам, есть мороженое и смеяться над остроумными шутками. Скорей бы Весенний бал!

— Спасибо за помощь, милорд, — холодно поблагодарила Малица.

Ректор правильно понял ее слова и отпустил. Однако не отошел, продолжая смущать своей близостью.

У саламандры чуть подрагивали колени; от взгляда лорда по телу побежали мурашки.

— Не хотите обсудить происшедшее? — тем же официальным тоном, что и Малица, осведомился ректор.

Саламандра каждой косточкой ощущала его взгляд — словно теплые пальцы скользили по спине. Теперь мурашки добрались до живота и сбились в тугой клубок.

— Сегодня выходной. — Малица отчаянно хотела скорее разрешить некомфортную ситуацию — попросту сбежать.

— Вот и обсудим во время прогулки. Мне нужно кое-что в городе, вам как будущей Ведущей тоже полезно посмотреть на артефакты и послушать советы по их выбору.

— Милорд, я хотела бы извиниться, — промямлила саламандра.

— За очередную выходку? — усмехнулся ректор. — Я устал слушать извинения, отныне вы должны за каждую по поцелую. Целовать будете сами. Надеюсь, это приучит сначала думать, а потом говорить или делать.

Лорд все еще злился на Малицу. Оттолкнула, оскорбила — и это, не считая нарушения распорядка Академии! Он мог исключить ее прямо сейчас, но тогда бы лишился возможности видеть саламандру… невыносимая пытка!

Саламандра закашлялась, вспыхнула и, развернувшись, прошипела:

— Это уже слишком, милорд! Сегодня же пожалуюсь в министерство на домогательства.

— А если у меня серьезные намерения, Малица? — он впервые назвал ее по имени. Смотрел пристально, с налетом легкой усталости. Голос звучал ровно, без начальственных ноток, придавая словам особую весомость. — Вы даже не допускаете такой мысли? Или предубеждение против выходцев из Закрытой империи столь велико, что в каждом вам видится обманщик, убийца и насильник?

Пристыженная, Малица не знала, что ответить. Лорд прав, из-за истории с вампирами она перегнула палку. Но в серьезность намерений не верила. Развлечься — да, только вот Малице хотелось большего, чем частичного исполнения грез о потери невинности. Мало оказаться наедине с красивым демоном и на шелковых простынях, нужно еще и по любви. Сердце болезненно сжалось, и саламандра, вздохнув, покачала головой. Вслух же сказала:

— Я могу пойти с вами в город, милорд, но не как ваша спутница, а как адептка. Во сколько занятия в понедельник?

Ректор задумался и задал вопрос, которого Малица не ожидала:

— Вас смущает моя должность?

Саламандра сначала покраснела, потом побледнела. Она стояла, переминаясь с ноги на ногу, и жалела, что вообще открыла рот. Ну, следит за ней ректор с помощью кулона — не носи его и все. Малица же закатила скандал и теперь будет объяснять каждому встречному, отчего у нее припухшие губы.

— Малица тер Ирадос, я задал вопрос, — напомнил о своем присутствии ректор.

Ему не хотелось обсуждать это здесь и сейчас, но раз обстоятельства сложились подобным образом…

— Смущает в связи с чем, милорд?

— С вашим отказом. Вы дали понять, мое общество вам неприятно.

— Вовсе нет, милорд, — отчеканила Малица. — Общество такого мага, как вы, полезно любому новичку, и я почту за честь…

— Поцелую! — пригрозил лорд, делая шаг вперед.

Саламандра сделала точно такой же назад.

— Не надо, милорд, — она опустила глаза, — я усвоила урок.

— А я целовал не для урока.

Между ними повисло тяжелое молчание.

Малица ковыряла землю носком ботинка и стремительно краснела. Лорд терпеливо ждал, потом не выдержал и бережно сжал хрупкую девичью ладонь. Ласково погладил большим пальцем, разгоняя дрожь, и, поцеловав, отпустил.

— Может, не за артефактами? — с надеждой в голосе спросил ректор.

Ему совсем не хотелось идти на ярмарку. Поход в город затевался исключительно ради Малицы, а не из-за сомнительных артефактов, годных только для адептов. С гораздо большим удовольствием он отвел бы девушку в ресторан или просто прогулялся по бульвару.

— Увидят, — чуть слышно ответила Малица.

— Пусть! — отмахнулся лорд и окинул адептку лукавым взглядом. — Или вы собираетесь заниматься чем-то предосудительным? Умеете вы удивить, Ирадос! Сначала желание спать в моей постели, затем мечта — потрогать хвост, милое кокетство… и вдруг — увидят.

— Пользуетесь положением? — саламандра подняла голову и дерзко глянула на ректора.

Еще не поздно, можно и поцелуи припомнить.

— Вашим расположением, — поправил лорд и повторил предложение: прогулка по городу, осмотр ярмарки, кондитерская.  — Как видите, все невинно и ни к чему не обязывает, — заключил он.

Малица покачала головой и огляделась. Неужели все ушли в город? Не может быть, чтобы у общежития не нашлось пары любопытных глаз.

— Увы, милорд, мне придется отказаться, — медленно ответила саламандра и просияла, заслышав голоса. Уж при посторонних ректор себя сдержит! Что на него вообще нашло? Холодный демон — и вдруг прохода не дает. — Я чту моральный кодекс мага и гордое звание адептки Академии колдовских сил и, с вашего позволения, предпочла бы провести остаток дня с друзьями.

— По-вашему, я дурная компания? — продолжал настаивать лорд.

Он тоже слышал приближавшийся веселый смех адептов и раздраженно размышлял о том, почему они не в городе.

Минута, и в поле зрения парочки, застывшей на дорожке в напряженных позах, показались три девушки. Все стихийницы, знакомые Малицы. Не разглядев сначала ректора — тот предусмотрительно повернулся спиной, — весело помахали саламандре, призывая присоединиться. Девушки собирались переодеться и отправиться на танцы. Не успела Малица обрадоваться нежданному спасению и ответить поспешным согласием, как лорд ти Онеш обернулся и смерил троицу тяжелым, придирчивым взглядом.

— Ой! — улыбки тут же сошли с лиц. — Здравствуйте, милорд. Мы не хотели мешать.

И девушки поспешили затеряться в парке, решив, что форма — это не так плохо, даже красиво и для танцев подойдет. Никто не хотел, чтобы ректор наказал и их: адептки полагали, будто лорд за что-то выговаривал Малице.

— Танцы, значит, — задумчиво повторил ректор.

Это даже лучше, великолепный повод для близкого знакомства. Пусть лорд тысячу лет не принимал участия в народных гуляньях, это повод тряхнуть стариной.

— Вы изволили назвать меня извращенцем, Ирадос. — Малица подобралась, приготовившись к худшему. — Это недопустимо. Ни по отношению к ректору учебного заведения, ни в адрес мага.

— Наказание? — упавшим голосом спросила саламандра, приготовившись выслушать приговор.

А Кристоф вечером звал на магический фейерверк. Он сам собирался устроить. Видно, не судьба.

Ректор расплылся в улыбке, больше напоминавшей оскал, и кивнул:

— Именно. Этот день вы проведете со мной.

— Лучше в лазарет, на кухню, полы драить, только без вас! — взмолилась Малица.

Она ни на мгновение расслабиться не сможет, весь выходной насмарку.

— Бездна вампирам в глотку! Что со мной не так?! — не выдержав, взорвался ректор. — Ирадос, вы мне полчаса нервы мотаете, убеждаете, будто я чудовище, смотрите так, словно в рабство собираюсь продать. Никогда из себя не выходил — с вами же постоянно. Так какого?..

Малица хотела промолчать: ответ, несомненно, оскорбит лорда, но тот требовательно смотрел в глаза, с каждой минутой все больше хмурился, и она решилась.

— Вы демон, — отведя взгляд, чуть слышно пробормотала саламандра. Дорожка под ногами превратилась в миниатюрную полосу препятствий: Малица просверлила носками обуви не одну ямку. — Взрослый опытный демон, ректор. Подарили кулон, напичканный чарами, неожиданно воспылали чувствами — я банально не могу вам верить.

Ректор поджал губы. Плечи его опустились, и лорд на пару минут будто стал меньше ростом. Совсем не это он ожидал услышать: «боюсь», но не «не верю». И это после искреннего признания! Ректор ведь открыл душу, заискивал — и ничего. Затем спина демона выпрямилась, плечи поднялись, только вот уголки губ все так же смотрели вниз.

— Хорошо, Малица, не стану настаивать. Передумаете, приходите. Я еще час буду в Академии. Очень жаль, что вы выросли с предубеждением по отношению к моей расе. Хотя, помнится, — ректор не удержался от шпильки, — прошлой осенью придерживались иного мнения, мечтая о демоне.

Саламандра вспыхнула. Он не забыл! Ну да, она ведь так пялилась, глаз не могла отвести. Демоны — это ух, не смотреть невозможно. А ректор сегодня безумно красивый. И двигается так пластично… Может, сходить с ним на танцы? Право слово, не станет ведь он рисковать своим креслом, не похитит при свидетелях?

Лорд видел, упрямство собеседницы дало трещину, и, воспрянув духом, загнав обиду и уязвленную гордость в дальний угол души, продолжил кормить «пряниками»:

— Кисточку разрешу потрогать и ничего взамен не потребую.

— Во время танцев? — глаза Малицы игриво блеснули.

— Ирадос, уважайте приличия! Дома, без угрозы для вашей чести. Так как, согласны?

Саламандра выдержала драматическую паузу, прошлась оценивающим взглядом по напрягшемуся ректору и кивнула.  Лорд с облегчением выдохнул. Он не предполагал, что пригласить Малицу на свидание окажется чуть ли не непосильной задачей. Обиженные девушки страшны, а обиженные и напуганные саламандры и вовсе способны свести с ума.

— Вам, наверное, нужно переодеться… Давайте я вас у ворот подожду.

— Чтобы все видели и потом дразнили? — фыркнула Малица.

Она вновь стала прежней, расслабилась и перестала бояться.

— А вы им правду скажите, — посоветовал ректор. — Станут донимать вопросами, отправляйте сразу ко мне.

— Тогда все решат, будто вы… будто вы мой любовник, милорд, что мы встречаемся. Нет уж, — мотнула головой саламандра, — давайте прогуляемся как адептка и ректор.

— Это как? — не понял лорд.

И для себя отметил: нужно аккуратно выяснить, отчего девушка боится отношений. Только ли из-за неприязни к жителям Закрытой империи — покойные кузены шан Теон постарались, то ли там другое? Скорее всего, страх первого сексуального опыта. Значит, нужно показать, ректор готов ждать, сколько нужно, ему интересна сама Малица, а не ее тело. Сущая правда, между прочим.

Узнать бы, как у нее с мальчиками. Судя по сцене в парке, саламандра совсем неопытна. Впредь никакого языка, впредь исключительно легкие поцелуи в щечку. В губы — только если сама захочет, но без страсти. Лорд осознал ошибку: сам напугал, настроил против себя. Но уж больно Малица разозлила!

И после, ректор сам не знал, как сдержался, не развернулся и не ушел, когда она сказала о недоверии. Хорошо, сообразил, виной всему мимолетные эмоции, но внутри ведь все равно осталось, мучило. Лучше б по щекам отхлестала!

— Ну, — задумалась Малица, — мы как бы случайно встретимся…

— Нет уж! — лорд разрушил планы на корню. — Хватит с меня! Дважды оскорбили, сбежали, теперь еще комедию устроите. Я подожду в общей гостиной на вашем этаже. Оденьтесь нарядно: ухаживать стану нормально. Нормально, Малица, — это не домогаться и обманывать, а развлекать и делать приятное.

Саламандра обреченно кивнула. Возможно, она слишком критична к ректору и тот действительно не хочет ничего дурного. А если хочет, всегда можно сбежать.

Может, даже поцелует на прощание. Малице понравилось. Не то чтобы она хотела, просто… И демон ведь. Они все такие, что дух захватывает. Нужно действительно приодеться, чтобы не выглядеть на его фоне замухрышкой. «Серая мышка» — это не про нее. Выбор наряда стал глобальной проблемой, ректор даже решил, будто саламандра сбежала: слишком долго ее не было.

— Простите, милорд.

Малица наконец возникла на пороге гостиной, камин которой некогда пострадал от ее неуемной энергии. Его восстановили, но воспоминания все равно отзывались жгучим стыдом.

Лорд встал и, склонив голову набок, с удовольствием осмотрел саламандру с ног до головы. Совсем не так, как положено ректору — лаская взглядом, стараясь ощутить каждый изгиб тела. Для обычных танцев слишком шикарно, исключительно ресторан. Белый цвет — Малица в итоге выбрала бальное платье, в котором собиралась вторично пойти на прошлый Осенний бал, — подчеркивал огонь волос и невинность хозяйки. Фея и только!

— Вы обворожительны! — сглотнув, выдавил из себя ректор и, поддавшись порыву, поцеловал саламандре руку. — Только не замерзнете ли? На улице прохладно.

— Я пальто надену.

Нравится, ему понравилось! Малица мысленно раздулась от гордости. Восхищение и восторг неподдельные, а это дорого стоит, можно рискнуть, с демоном-ректором потанцевать.

— А где хоть какая-то верхняя одежда? — Лорд поискал глазами пальто и пригрозил: — Чтобы плечи прикрыли! Знаю я вас, девчонок, ради красоты в лазарет загремите.

Малица невольно улыбнулась: какая трогательная забота! Напрасно она на него накричала, ректор добра желал, только своими методами. Ничего, отныне она будет оставлять кулон в кровати, когда опять куда-то с Кристофом и Индирой соберется. Это совсем нетрудно, никак жизнь не осложнит, а лорд успокоится и ничего незаконного не узнает.

— Аля, вот ты где!

В гостиную влетел Кристоф с сумкой в руках и замер, ошарашенно переводя взгляд с разряженной подруги на ректора. Улыбка стремительно исчезла с лица юного демонолога. Поджав губы и нахмурившись, он вежливо, но холодно поздоровался и буркнул:

— Я потом зайду, не буду мешать.

Лорд проводил Кристофа пристальным взглядом. Спрашивать ничего не стал, но понял, юноша питал к Малице вовсе не дружеские чувства. Посмотрел, как на соперника. Интересно, когда успел влюбиться? Помнится, прежде Кристоф Нойр только подбивал Малицу на шалости.

— Догоните его, — неожиданно предложил ректор, — я подожду. Вдруг у него важное дело?

Малица сорвалась с места. С лестницы донесся ее голос:

— Крис, ты чего надулся? Вечером все в силе.

Теперь пришла очередь ректора хмуриться. Значит, вечер она проведет не с ним. А лорд планировал после ресторана немного посидеть с Малицей у камина. Она бы с незамутненным детским любопытством щупала и гладила кисточку, а лорд наслаждался бы лаской. Не следует саламандре пока знать, что хвост — крайне чувствительное место. Ректор потом расскажет.

Кристоф что-то ответил, ректор не разобрал, и расстроенная Малица через пару минут вернулась в гостиную.

— Отказался? — сочувственно поинтересовался ректор, хотя в душе ликовал. Он не собирался сегодня ни с кем делить саламандру.

— Да, милорд, мы планировали кое-что вечером… Никаких шалостей! — поспешно добавила Малица, ковыряя пальцем стену.

Пора бороться с дурными привычками, а то и в обществе начнет портить интерьер.

— Вот и хорошо, проведете вечер со мной, — хмыкнул лорд. — Уберегу Академию от очередной кражи или ритуала. Вам обоим пойдет на пользу: лимит моего терпения давно исчерпан. Уже пришлось исключать вас однажды, второй раз навсегда, Ирадос.

Малица надулась, но промолчала. Вместо бурных возражений решила мстительно подарить первый танец любому другому мужчине. Ректор сам виноват: зовет на свидание — и вдруг отчитывает. Если девушка нравится, ей не указывают на недостатки.

Памятуя о времени года, саламандра накинула на плечи кофточку, а сверху — пальто и в таком виде спустилась вслед за ректором вниз.

Никогда прежде никто из кавалеров не отворял перед ней двери. Это оказалось приятно. Малица начала улыбаться и кокетливо опускать ресницы. Вечер обещал приятное времяпровождение. Красивый галантный мужчина, вкусная еда, развлечения… Подумать только, Малица впервые пойдет в ресторан! Адептам вечно не хватало денег, максимум, который мог предложить юноша девушке, — кондитерская.

— Простите, милорд, я вспыльчивая, — теперь уже искренне извинилась саламандра.

 Навстречу им попалась стайка адептов. Первым желанием Малицы было отпрянуть от спутника, но она сдержалась. Все равно увидят, узнают. Подумаешь, на свидание сходила! Она даже целоваться не станет, хватит на сегодня с лорда ти Онеша.

Лица адептов вытянулись, губы сложись в букву «о». Малица приосанилась и стрельнула глазами на лорда, едва сдерживая смех. Теперь ситуация казалась ей донельзя забавной. С саламандрой тоже ведь почтительно здоровались, раз она вместе с ректором. Невольно почувствуешь себя знатной особой.

— Я заметил, — усмехнулся ректор, когда адепты скрылись из вида. — Огонь и есть огонь.

— Ну, демоны тоже не ледяные. — Малица намекала на вспышку лорда ти Онеша в Закрытой империи.

Ректор качнул головой в знак согласия.

— И все же пора взрослеть, Малица. Можно мне сегодня называть вас по имени?

— Можно, — разрешила саламандра и уже серьезно добавила: — Я умею быть взрослой, милорд, только…

Она ненадолго замолчала, подбирая слова.

— Я недавно стала совершеннолетней, и мне хочется насладиться последними безмятежными годами в жизни. После Академии их не предвидится. Начнется работа, в которой нет места веселью, но много труда, боли и смерти. В жизни тоже придется всего добиваться самой.

— Ну, не все так мрачно, Малица! — ректор бережно сжал ее ладонь в своей.  — Заверяю, взросление — это не одна сплошная ответственность.

— Именно ответственность, милорд, — возразила саламандра и осторожно высвободила руку. — Я это прекрасно поняла, когда лорд Эльмар шан Теон объявил охоту на моих родителей. И когда лорд Эльмир шан Теон убивал милорда-проректора, я тоже должна была ему помочь. Именно потому, что стала совершеннолетней и не могу больше стоять в стороне, не должна бояться и прятаться.

Лорд кивнул, не став спорить. По-новому смотрелась Малица с этим грустным выражением лица, когда без шаловливой улыбки рассуждала о долге. Прекрасная будущая Ведущая! А ребячество — пикантная изюминка. В минуту опасности Малица действительно умела преображаться, хотя, честно, лучше бы иногда не лезла в самую гущу событий. С той же Дикой охотой. Именно из-за саламандры и своего непутевого приятеля лорда Шалла, возомнившего, будто ректор сам не справится с врагом, глава Академии едва не навлек на себя гнев императора. С другой стороны, оказавшись лицом к лицу с разъяренным вампиром, Малица не спасовала и помогла лорду Шаллу справиться с вышедшей из-под контроля ситуацией. Проректора подвели феи. Они пообещали достать эликсир могущества князя и достали, только вот навели на заказчика самого вампира.

— Ничего, — ректор ободряюще похлопал саламандру по плечу, — никто не отберет у вас удовольствие от жизни. И не надо зацикливаться на долге, ответственности, просто уделяйте чуточку больше внимания поступкам. Жизнь прекрасна и удивительна, Малица! И не вздумайте становиться букой, вам не идет.

Лорд улыбнулся, и саламандра улыбнулась в ответ — широко и открыто. Даже на мгновение забыла, что перед ней ректор.

— Наймем экипаж? — предложил лорд, когда они вышли за ворота Академии.

Привратник проводил их потрясенным взглядом, почесал затылок и даже забыл напомнить Малице о требовании вернуться до десяти часов вечера. Зато вежливо попрощался с ректором — тот не ответил.

— Можно пешком? — саламандра просительно глянула на спутника.

Тот изогнул бровь и улыбнулся.

— А как же ваши слова? — мстительно напомнил он. — Совсем недавно вам претило мое общество. Демон, ректор, взрослый мужчина — сколько недостатков для одного существа!

Малица смутилась. Ну да, наговорила лишнего.

— Я очень обиделась на вас, милорд, и лорд шан Теон…

— Хватит, Малица, — твердо оборвал виток новых объяснений ректор. — Я пригласил вас не для того, чтобы обсуждать чье-то поведение или, упаси, Богиня-Мать, кодекс адепта Академии колдовских сил. Оставьте для других и в урочное время.

Саламандра с облегчением выдохнула. А она испугалась, что лорд начнет ее распекать. Демоны ведь злопамятны. Значит, у них действительно свидание. Ух, одновременно страшно и интересно!

— Туфли не жалко? — неожиданно спросил ректор, бросив взгляд на обувь явно не по сезону.

Малица зябко переминалась с ноги на ногу. Ну да, март на дворе, но не идти же в ресторан в ботинках! Сам виноват, если она простынет. «Ректор-то тебя согреет! — глумливо напомнило подсознание. — Может, ему даже лучше, если продрогнешь». Малица покраснела. На что бы там ни рассчитывал лорд, саламандра согласна только на чай.

— Так красиво же и к платью подходят. — Малица выдала неоспоримый аргумент всех девушек в подобной ситуации.

Ректор укоризненно покачал головой. Ох уж эти женщины! Из-за красоты ноги отморозят! И это ради нелюбимого мужчины. Страшно подумать, что Малица во имя любви сотворит. Хотя, пусть она это и отрицает, лорд саламандре определенно нравился, иначе бы не провела столько времени за выбором наряда.

— Очень красиво лежать в лазарете с воспалением легких. — Лорд решил немного пожурить спутницу. — Вот возьму и никуда не пойду, пока не утеплите ноги.

— А как же хвост? — нахмурившись, напомнила саламандра. — Вы обещали!

Эх, не будет прогулки, не увидит она хвоста.

— Тише! — ректор быстро огляделся и, наклонившись к девушке, торопливо прошептал: — Я слово сдержу, только не рассказывайте никому!

Малица невольно хихикнула. Лорд ти Онеш боялся огласки!

Саламандра сделала вид, будто крепко задумалась, даже шкодливо улыбнулась, заставив ректора понервничать, и наконец кивнула. Туфли взамен на молчание.

— Значит, пешком? — прищурив один глаз, повторил лорд, гадая, слышал ли кто-нибудь про хвост. Перед Академией всегда многолюдно, а обещание в высшей степени пикантное, Малице точно не понравится заочно стать ректорской любовницей.  — Чур, не жаловаться на продрогшие ноги!

Саламандра мысленно фыркнула. У адепта-стихийника — и мокрые ноги! Зря она родилась девушкой, зря вампир пробудил инициацию? Малица присела на корточки, обвела указательным пальцем контуры туфель и с победоносной улыбкой пустила по ним язычки пламени. Они тут же впитались в кожу. Пусть ненадолго, но согреют.

— Неплохо, — оценил ректор, — но лучше пользоваться бытовой магией. Вы ее уже проходили. Так как сделать «Кокон тепла»?

Саламандра закатила глаза. Начинается! Ректор всегда останется ректором. Пусть не жалуется, свидание сам испортил. И к лучшему: Малица не знала бы, как себя вести, если бы лорд начал проявлять привычные знаки внимания. И отказать нельзя, и принять тоже.

— Неужели не помните? — издевался лорд. — Второй курс заканчиваете!

— А мужчины на что? — разозлившись, буркнула саламандра.

Ректор залился громким смехом. Вот как на такую сердиться!

— И все же в полевых условиях…

Малица засопела и, сложив руки на животе, заученно забубнила:

— Заклинание «Кокон тепла» относится к третьему классу бытовых заклинаний индивидуального пользования и призвано на пару часов обеспечить мага надежной, непроницаемой для холода и ветра воздушной подушкой.

После обняла себя руками, зажмурилась и, понадеявшись, что получится, прошептала: «Nuro calves!» Увы, заклинание подвело и теплее не стало. А тут еще оценивающий взгляд ректора… Наверняка на пересдачу пошлет. Разозлившись, Малица попробовала снова. Тут же стало сухо, но саламандра чувствовала: собственная магия тут ни при чем, тепло чужое, будто закутали в пуховое одеяло.

Ну лорд ти Онеш!

Саламандра, насупившись, недовольно глянула на ректора.

— Милорд, я не неумеха, сама смогла бы!

Ректор ответил очередной улыбкой и развел руками.

— Что поделаешь, не хочу, чтобы вы заболели. — И лукаво подметил: — Вот уже и не боитесь грозного ректора.

Розыгрыши
и конкурсы
Эксклюзивные
предложения
Только интересные
книги
Скидки и подарки
постоянным покупателям