0
Корзина пуста
Войти | Регистрация

Добро пожаловать на Книгоман!

Или войдите через:


Новый покупатель?
Зарегистрироваться
Главная » 3. Бессмертник на зеленом сюртуке (эл. книга) » Отрывок из книги «Сапфирные грани. Бессмертник на зеленом сюртуке (#3)»

Отрывок из книги «Сапфирные грани. Бессмертник на зеленом сюртуке (#3)»

Автор: Романовская Ольга

Исключительными правами на произведение «Сапфирные грани. Бессмертник на зеленом сюртуке (#3)» обладает автор — Романовская Ольга . Copyright © Романовская Ольга

 Глава 1.              

 

Утро Зары Рандрин, дочь всесильного Советника и некоронованного короля Антории Рэнальда Хеброна Рандрина, герцога С'Этэ не заладилось. Нет, ночь вышла чудесная, хотя бы потому, что девушка провела ее не одна. Меллон Аидара, первый помощник главы Департамента магической обороны, постарался стереть тревоги прошедших недель. Вопреки опасениям Зары, скромник оказался не девственником и прекрасно знал, как обращаться с женщиной. А уж если его направить... Несмотря на скудный любовный опыт — всего один мужчина, — сеньорита Рандрин прекрасно знала, чего хочет. Меллон даже побаивался ее страсти. Видимо, это фамильное: Рэнальд Рандрин славился непостоянством и огненным темпераментом. Сказывалась демоническая кровь: и отец, и дочь были э-эрри — потомками демонов и людей. Оба синеглазые и не просто, а с меняющей цвет в зависимости от настроения радужкой, оба упрямые, порывистые и опасные. В свое время маленькая Зара, еще понятия не имевшая о полученном в наследство даре, сумела подчинить своей воле мага из Терра. Тот не только не прогнал дерзкую девчонку, но и выучил, подготовил и сопроводил в столичную Высшую школу магического искусства. Тогда Зара преследовала две великие цели: выбраться из низов общества и покарать вероломного отца, бросившего ее мать задолго до рождения дочки. Мечты сбылись, только вот родитель стал самым близким человеком на свете.

Но все это — дела минувших дней, в то утро же Зара едва не опоздала на работу. Пусть служила она на низшей должности Департамента иностранных дел, казалось бы, не приди, никто и не заметит, но выговор бы заработала. Унижений Зара Рандрин не терпела, предпочла бы бой с демонами смешкам коллег. Поэтому никаких опозданий!

 — Просыпайся, соня! — Меллон, уже в брюках, но еще без рубашки, с влажными после мытья волосами подсунул под нос любимой чашку кофе.

Зара заворочалась и неохотно открыла глаза.

 — Сколько времени? — зевая, пробормотала она и поправила сползшее одеяло. Не потому, что стеснялась, — холодно, сквозняк.

 — Без десяти девять, — с готовностью сообщил маг и поставил чашку на стул.

 — Что?! — подскочила Зара. Сон тут же пропал, глаза потемнели от недовольства. — Ты почему меня раньше не разбудил? — набросилась она с упреками. — Сеньор Эрш меня убьет! И ладно бы он — отец узнает. Демоны!

Ругнувшись, девушка вскочила с кровати, проигнорировав кофе в постель.

 — Не хотел будить, — признался пристыженный Меллон. — Ты так улыбалась... Впервые не жесткая, слабая.

 — Так тебе рохли нравятся? — Она фурией заметалась по спальне, силясь привести себя в порядок.

 — Ты, — маг решил не вдаваться в подробности и благоразумно присел на кровать, чтобы не мешать.

С ответом он угадал: Зара улыбнулась. Сгребла одежду и, не прощаясь, юркнула в портал. Завтраки в доме Рандринов готовили быстрее, там и поест. Сваренный Меллоном кофе сиротливо остался стоять на стуле.

Вопреки опасениям, Зара не опоздала, влетела в приемную вместе с боем часов на одной из городских башен. Но, как выяснилось, могла бы и не торопиться: начальство задерживалось, на месте оказался только второй помощник. Девушка с облегчением перевела дух, причесалась в уборной, эффектно разметав светлые волосы по зеленому жакету служащей Департамента иностранных дел, подкрасила губы и вплыла в родной Третий отдел королевой.

Ничего особенного день не принес, даже удалось уйти пораньше и поболтать немного с Несс, девушкой из Второго отдела. Они обсудили грядущий музыкальный вечер в среду, сойдясь на мысли, что подобные мероприятия во Дворце заседаний лишь на пользу старым стенам, вносят оживление. Если уж в Антории возродили монархию, нужно позаботиться и об увеселениях под ее патронатом.

Несс нравилась Заре. Милая девушка, совершенно незлобивая и, главное, не претендовавшая ни на чье место.

По возвращению домой сеньориту Рандрин ждал сюрприз. Скинув жакет, она поднималась по лестнице, размышляя, к кому бы поехать, благо теперь все желали видеть у себя первую даму королевства, когда услышала голоса.

 — Рэнальд, я настоятельно прошу подумать, — доносилось из гостиной. — Дело, разумеется, ваше, но сначала нужно разобраться с внешними и внутренними врагами, а потом уже затевать подобные мероприятия. Полагаете, Фрегойр пришлет горячие поздравления? Даже если прибудет их делегация, я первым буду настаивать на том, чтобы Департаменты магической обороны, внутренних дел, а также Военный департамент подняли по тревоге. Повторяю, пока мы не решили эту проблему, о... – Собеседник отца закашлялся, едва не сболтнув запретного. – Словом, лучше пока оставить все, как есть.

Зара удивленно прислушалась: нет, не показалось. Уж что-что, а голос начальника она узнает! Семь часов вечера, пятница. Нормальные люди оставили дела на работе, а отец с Нубаром Эршем превратили гостиную во Дворец заседаний. Неужели им дня мало?

 — Я давно говорил, нам нужен посол во Фрегойре, — Рэнальд пропустил возражения графа мимо ушей. Он и так это знал, но не собирался идти на поводу у обстоятельств.

 — Не спорю, нужен, — согласился Нубар, бросив рассеянный взгляд на дверь. Показалось, или он слышал шаги? Безусловно, дворец Рандринов — место безопасное, но, может, стоит поставить чары против подслушивания? Шпионов везде хватает. Впрочем, это дело Рэнальда, Нубар в его доме ничего сделать не мог. — Увы, в департаменте самоубийц нет, — усмехнулся Эрш. — На постоянной основе во Фрегойр никто не поедет.

Помолчав, Нубар добавил:

 — Положим, я согласен встретится с Ша-эль-Ди на нейтральной территории, обсудить взаимные претензии, хотя, полагаю, они лежат в рамках кровной мести. Род Рандринов для фрегойев — как красная тряпка для быка.

Он выразительно посмотрел на хозяина дома. Рандрин нахмурился и с силой сжал пустой бокал так, что тот едва не треснул.

 — Когда-то этому должен прийти конец. Будь моя воля, я бы уничтожил всех фрегойев.

 — Именно этого они и добиваются — войны, — покачал головой Нубар. Он осуждал вспыльчивость Советника, но спорить не стал. Не у него убили сестру, может, окажись Эрш на его месте, тоже бы жаждал крови. — Хорошо, я подумаю. В королевском семействе найдется кто-то вменяемый, только, боюсь, разговор не принесет желаемых результатов.

 — Нужно также поговорить с Темной госпожой.

 — И как вы себе это представляете, Советник? — усмехнулся Нубар. Вот уж задание для сумасшедшего! — Приехать в один из храмов и предложить душу взамен на дружескую беседу? Нет, я, конечно, на многое пойду ради блага Антории, но позвольте душу оставить при себе. Поговорить с Темной госпожой... — Он фыркнул и покачал головой. — После покушения на вас богиня скорее натравит на послов слуг, чем снизойдет хотя бы до пары слов. Разумеется, если к ней не придете вы.

 — Нубар, я всегда полагал, что вы...

 — Я в своем уме, Советник, и не хочу вмешиваться в чужое личное дело, — резко, наплевав на титулы, оборвал Нубар и жестом отказался от предложенного Рэнальдом бокала. — Там были вы и ваша дочь, именно ваши действия рассердили ее, вам же ее и успокаивать. Или через посредника, но из фрегойев.

 — Уж лучше самому! — усмехнулся Рандрин.

Он не обиделся на Эрша, хотя не терпел неповиновения. Их с Нубаром связывали приятельские отношения, которые, впрочем, не дошли до стадии абсолютной откровенности. И не дойдут: оба оберегали свои секреты. Рандрин дорожил главой Департамента иностранных дел. Не только как умным политиком, но и как магом. Эрш, пусть и не родился э-эрри, тоже обладал опасным даром — ментальной магией. Не такой, которой учили в аспирантуре, а высшего порядка, способной обойти любую защиту, даже провести демона. Если бы Нубар жаждал власти, стал бы опасным противником, но, к счастью, он изначально негласно принял сторону Рэнальда в борьбе с Консулатом и предпочитал дипломатические войны реальным.

Толкнув дверь, Зара поставила в жаркой беседе многоточие. Мужчины мгновенно замолчали, а потом нарочито сменили тему, заинтересовавшись текущими столичными новостями. Они не желали обсуждать "фрегойскую проблему" при Заре. Пришлось сделать вид, будто девушка ничего не слышала.

Бутылка с бокалами тоже исчезла. Ничего не напоминало о том, что разговор начался не пять минут назад, как оба силились изобразить.

Нубар остался на ужин и, надо отдать ему должное, внес оживление в привычный ритуал принятия пищи. Его усадили рядом с Апполиной, которая ради такого случая очнулась от вечной задумчивости. Да еще как! Зара чувствовала себя четвертой лишней за столом. Она вынужденно молчала и силилась разобраться в потоке эльфийских слов, сыпавшихся, будто из рога изобилия. Эльфийский девушки был не настолько хорош, чтобы оценить игру фраз и не потерять нить беседы, пришлось, наплевав на гордость, прибегнуть к помощи отца. "Они говорят о Заповедном лесе, — пояснил герцог. — Апполина расспрашивает о родных, интересуется новостями. А теперь обсуждают конфуз, произошедший с эльфийским посольством в Герте. Всякая чепуха, большей частью шутки". Зара поджала губы. Сама могла бы перевести, ведь учила эльфийский. Оказалось, недостаточно хорошо, чтобы понимать разговорную речь. Девушка искоса взглянула на кузину. Та улыбалась, в глазах играли смешинки. Непривычно: обычно Апполина Рэнальд Рандрин замыкалась в себе, сидела с отрешенным, серьезным видом и молчала. Если и высказывалась, то только по важным вопросам или на совещаниях родного Департамента внутренних дел. Полуэльфийка — Апполина родилась от союза сестры Рэнальда и племянника князя Заповедного леса — числилась там советницей, приходящим помощником лорда Жемира Андеша. А тут вдруг такие перемены. Видимо, жизнь эльфийского народа вызывала в Апполине неподдельный интерес. Разумеется, по складу ума и характера обитатели Заповедного леса были ей гораздо ближе жителей Айши, но переезжать в герцогство С'Этэ, поближе к предкам, полуэльфийка не желала: воспоминания — слишком тяжелая вещь. Неподалеку, уже во Фрегойре, погибли родители Апполины. Их подло убили, заманив в ловушку. Фрегойев не волновала мораль, они хладнокровно расправились с беззащитными гостями. Заботу о маленькой Апполине взял на себя дядя. Пусть Рандрин не любил детей, бросить девочку он не смог — как-никак, единственная память о погибшей сестре.

Глядя на то, с какой живостью участвует в беседе кузина, Зара подумала, что та ошиблась с выбором департамента: из нее вышел бы великолепный посол. Уехала бы в Заповедный лес, осуществила бы свою мечту и помогла государству. Но сделать карьеру на поприще дипломатии Апполине помешал бы существенный недостаток: она не терпела лжи.

Полуэльфийка перешла на родной язык случайно, не задумываясь, прокомментировав на нем известие о рождении у князя наследника: традиционное эльфийское пожелание долголетия и благоденствия. Собеседник ответил на том же языке. Для Нубара Эрша эльфийский давно стал привычным средством общения. Глава Департамента иностранных дел, казалось, мог на нем думать и, найдя благодарную слушательницу, легко перешел на чужой язык. Они обсудили, какой подарок надлежит послать князю. Нубар поинтересовался, не желает ли Апполина лично передать поздравления. Эрш уже составил текст и, если угодно, может показать ее светлости: полуэльфийка носила герцогский титул. Расстегнув ворот форменной рубашки с зеленой вышивкой — цветом родного департамента, — граф, казалось, скинул напряжение дня и позволил себе расслабиться. И не скажешь, что полтора часа назад он и хозяин дома ожесточенно спорили о Фрегойре.

Дав пару советов и одобрив выбор Нубара, Апполина перешла к обсуждению сплетен. Странно, но Эрш не имел ничего против.

Вдоволь посмеявшись над леди Мильгиэль и ее головным убором, в котором несчастная дама явилась на бал, полуэльфийка спохватилась, что Зара скучает, а дядя, хоть и слушает, не принимает участия в разговоре. Но если Рандрин просто думал о своем, то кузина банально не улавливала суть беседы. Апполина видела, как та хмурилась и шевелила губами, силясь выхватить из быстрой речи сотрапезников знакомые слова.

 — Прости, Зара, мы увлеклись, — извинилась полуэльфийка. — Может, и ты что-нибудь расскажешь?

 — Боюсь, мой эльфийский не столь хорош, — холодно улыбнулась девушка.

За мнимым спокойствием скрывалась злость на себя: Зара привыкла все уметь.

Эрш заинтересованно глянул на подчиненную и покачал головой. Ну вот, сейчас девушка схлопочет еще одно замечание насчет своей подготовки! Зара нахмурилась и прикусила нижнюю губу. Глаза стали цвета грозового неба.

Нубар цокнул языком, будто намекая: держите эмоции под контролем, не тот случай.

 — Знания — дело поправимое, — заверила Апполина, проигнорировав недовольство кузины. — Да и ты быстро учишься. Уверена, даже сейчас без труда сможешь поддержать светскую беседу.

 — Это легко можно проверить, — вступил в беседу Эрш и поправил запонку на манжете. Сапфирные, они невольно привлекли внимание Зары: ее камень. Только вряд ли начальник выбрал запонки из-за нее. – На каком уровне вы владеете эльфийским? Помнится, — очередной укоризненный взгляд, — вы указывали средний уровень.

 — На школьном, — окрысилась девушка и, не выдержав, встала, с шумом отодвинув стул. Салфетка полетела на стол. В глазах Зары плескалась тьма.

 — Спокойно, все хорошо, — голосом гипнотизера произнес Нубар, подав знак порывавшемуся остановить дочь Рандрину: не надо, справлюсь. — Никто не собирался вас оскорбить. Вдох-выдох и задержите дыхание.

Странно, но Зара подчинилась. Ровный голос заставлял повиноваться. Рвавшаяся наружу демоническая сущность не расправила крылья, превращение в э-эрри не состоялось.

 — Умница! — похвалил Рэнальд, когда дочь опустилась на место. — Пора учиться контролировать гнев.

 — Не в тот департамент вы ее определили! — рассмеялся Нубар. Он снова расслабился, по-кошачьи прикрыв глаза. Пальцы сжали ножку бокала. — Зара молода, ей трудно следить за эмоциями. Для э-эрри это нормально, к тридцати годам пройдет. Но в одном сеньорита Рандрин права: невежливо говорить на том языке, который она плохо понимает. Мы в Антории, значит, должны говорить на анторийском. Если угодно, я слово в слово перескажу весь разговор.

 — Угодно, — блеснула посветлевшими глазами девушка. Ей тоже хотелось посмеяться.

Эрш кивнул и, сделав глоток, выполнил обещание.

Происшествие с леди Мильгиэль заставило девушку улыбнуться, а вот намек на участие в отправке подарка вызвал изжогу.

 — Ничего, Зара, иногда приходится заниматься неприятными вещами, — постарался успокоить Нубар. — Утешайтесь тем, что князь — ваш родственник. Если быть точным — троюродный дядя.

 — Избавьте ее от эльфов, Нубар! — подал голос Рандрин. — Сами знаете, как им сложно угодить и легко обидеть.

Эрш пожал плечами. Вопрос непринципиален, он не собирался настаивать. Заре действительно не стоило поручать столь ответственное задание.

 — Завтра в?.. — Нубар поднял бровь, намекая: Рэнальд должен назначить время встречи. Появление Зары прервало важный разговор, его следовало закончить.

 — В десять, — кивнул Рандрин.

Эрш удовлетворенно кивнул и допил вино. Сразу после ужина он откланялся, мысленно сказав хозяину дома: "Подумайте над моими словами, Рэнальд. Не время для упрямства".

 

*       *        *

  

 Субботним вечером семейство Рандрин пригласили на бал в доме лорда Андеша. Предпочитавшая обычно отсиживаться дома Апполина на этот раз не могла отказаться: прием давал начальник. Но привычной тактике она не изменила: отсиживалась в уголке, предпочитая политические беседы танцам. Зара не понимала, зачем приезжать на бал, если не встаешь со кресла. Сама она меняла партнеров, как перчатки, попутно высматривая в толпе Меллона. Но взгляд неожиданно наткнулся не на любовника, а на принца Арилана. Тот стоял рядом с симпатичной шатенкой и не просто стоял, а держал два бокала шампанского. Заинтересовавшись, Зара во время очередного пируэта рассмотрела лицо принца: подчеркнутое внимание и улыбка, искренняя, открытая. Червячок сомнения закрался в душу. Он усугубился, когда, почувствовав чужой взгляд, Арилан поспешил отойти от незнакомки. Через пару минут он уже стоял возле Апполины. Короткий разговор, и полуэльфийка протянула принцу руку, согласившись вклиниться в круг танцующих.

Какую игру затеял Арилан? Оказывал знаки внимания одной, потом отошел к другой. И к кому! Апполина не танцует, а тут безропотно согласилась, будто ждала приглашения. Или это банальная вежливость, нежелание отказать принцу? Пусть и номинально, но он правитель Антории. И кто та шатенка, которая поспешила затеряться в толпе? Теперь Зара одновременно следила и за Ариланом, и за незнакомкой. Последней не понравилось, что он предпочел ей общество другой женщины. Девушка заметила гримасу недовольства, на миг исказившую лицо.

Танец закончился, музыка смолкла, и Зара избавилась от ставшего помехой кавалера. Он обиделся, но какое девушке до этого дело, у нее есть дела важнее, нежели светская болтовня.

По воле случая Зара оказалась рядом с кузиной и отвергнутым женихом: некогда, желая упрочить шаткое положение марионетки на троне, Арилан пытался породниться с Рандринами. Принц появился в Антории благодаря герцогу, который отыскал последнего отпрыска низложенного королевского рода. Но вовсе не из благородных порывов: Рандрин сам жаждал абсолютной власти, и юный Арилан Сеговей стал орудием в руках умелого интригана. Только вот игрушка оказалась умной и быстро смекнула: в любой момент она может стать ненужной. Принц сдружился с Зарой и, воспользовавшись разрывом с Меллоном, сделал предложение. Рэнальд Рандрин дал согласие — еще бы, законный способ основать династию, — только вот девушка не пожелала покориться голосу долга. Тем не менее, эти двое сохранили теплые отношения. Заре не хотелось терять интересного собеседника, общество Арилана сулило больше плюсов, чем минусов. И вот теперь у него общие секреты с Апполиной. Подозрительно!

Девушка уловила обрывок разговора, только подлившего масла в огонь сомнений.

 — Прошу, повлияйте на нее! — Арилан крепко сжимал пальцы полуэльфийки. — Вы кузина Зары, она вас послушает.

 — Вашему высочеству так необходим этот брак?

Вопреки ожиданиям, Апполина не отняла руки, сделав вид, будто не замечает вольности, проявленной молодым человеком.

 — Вы умная женщина, я не стану лгать. — Принц низко опустил голову и пробормотал с неизбывной тоской: — Да, необходим. Может статься, от него зависит моя жизнь.

 — Никогда не одобряла браков по расчету, — покачала головой полуэльфийка и мягко высвободила руку. — И давления на других людей тоже.

 — Обещаю, она будет счастлива! — Арилан с мольбой заглядывал в глаза спутницы. Он перешел на шепот, и Заре пришлось прибегнуть к магии, чтобы не остаться в неведении. Подслушивать нехорошо, но зачем даются знания, если нельзя их использовать? Да и в родном департаменте регулярно твердили: уши — наше все. А тут речь не о каком-то чужаке, а о ней, Заре. — Я питаю определенные чувства к Заре. Они... весьма нежного свойства. Зара ко мне тоже неравнодушна, пусть только как к другу. Любовь, — воодушевленно продолжил принц, снова сжав ладонь Апполины в своей, — часто приходит во время брака, но даже если нет, ничего страшного. Умоляю, поговорите с ней, образумьте!

 — Арилан, скажите мне, только честно: вы любите кузину?

Полуэльфийка осталась глуха к патетичной речи собеседника, а Зара в очередной раз уверилась в правильности принятого некогда решения. Только, что тут лукавить, девушке хотелось узнать о чувствах Арилана. Чужая влюбленность тешит тщеславие, добавляет очков в копилку женской привлекательности. Зара привыкла к обожанию и хотела услышать еще одно признание. Пусть Арилан совсем ей не нужен, пусть уж окажется влюблен, а не грезит только о троне.

Чтобы не привлекать внимания, девушка взяла с подноса проходившего мимо слуги бокал и, притаившись за спинами увлеченной самими собой парочки, приготовилась жадно внимать ответу принца. Оставалось надеяться, они с Апполиной не уйдут к рядам кресел у стены, тогда безопасно подслушать не получится. Безусловно, для мага не проблема узнать, о чем говорят на расстоянии, только вот могут застукать за неблаговидным занятием, а то и чары хозяина дома зазвенят, предупреждая об опасности. Зара не сомневалась, глава Департамента внутренних дел не забыл о собственной безопасности и озаботился запретом на следящие чары. Увы, девушка не достигла высот мастерства, при которых охранные заклинания не становились помехой для собственных.

 — Она мне нравится, — признался Арилан. Он стоял спиной к Заре и не видел самодовольной улыбки несостоявшейся невесты. Апполина же не заметила бы и пролетевшего мимо дракона: как всегда, витала в облаках. — Какую бы пользу ни сулил политический брак, я ни за что не свяжу жизнь с абсолютно безразличной мне женщиной. Не знаю, насколько глубоко это чувство... Может, оно и перерастет в любовь, — чуть слышно добавил он. — Если Зара позволит.

Не позволит. Девушка не собиралась давать принцу ни единого шанса. А вот кузина, кажется придерживалась противоположного мнения.

 — Хорошо, я попробую, — кивнула Апполина.

Обрадованный Арилан поцеловал руку благодетельницы и поспешил к шатенке. "Интересно, кто она ему? — подумалось Заре. — Просто знакомая, возлюбленная, любовница?" Покусывая губы, девушка быстрым шагом направилась в противоположный угол бального зала. Не выдержав, обернулась: принц взял шатенку под руку и повел на балкон. Влюбленная парочка! Такие довольные, счастливые... Быстро же он нашел замену! Лжец! Ему нужен династический брак? Пусть сам на себе и женится, Зара в этом участвовать не намерена. А отец еще утверждал, будто дочь резка с принцем, убеждал еще раз подумать, расписывал достоинства молодого человека. Интересно, брачный контракт они уже подготовили? Наверняка.

Гениальный план: породнить Сеговеев и Рандринов! Брак приносил выгоду всем: одним — трон, другим — власть и частичное восстановление прежнего статуса. Только, на беду, невеста попалась строптивая.

Та шатенка... Зара должна выяснить, серьезно у них или нет. Если нет, Арилан станет настойчиво домогаться руки бывшей подруги, а если да, существует шанс, что он выберет другую жену. Эйфейя, в первый раз Зара молила богиню, чтобы поклонник полюбил другую. Но как узнать... При Заре Арилан будет разыгрывать отвергнутого возлюбленного, клясться в вечной любви до гроба.

Будущей герцогине С'Этэ, безусловно, стыдно подслушивать чужие разговоры, но не в том случае, когда они касаются ее будущего. Загнав обиду и гнев на Арилана в дальний угол сознания, девушка поспешила обратно к балкону. Принца и незнакомку она не застала, зато заметила две подозрительно знакомые фигурки в саду. Не мудрствуя лукаво, Зара воспользовалась заклинанием перемещения в пространстве. Увы, не слишком удачно: девушка угодила в сердце раскидистого розового куста. Шипы царапали кожу, но Зара не могла даже пошевелиться: парочка приближалась. И если бы принц не почувствовал магии, шатенка точно бы ее уловила. Бель! Как же Зара сразу ее не узнала! Не так уж много времени миновало с тех пор, как вместе выпускные экзамены сдавали. И вот встретились уже не за партой. Занятно, очень занятно! Арилан не прогадал и выбрал знатную девушку. Бель Мейлир, конечно, не герцогиня, а виконтесса, зато у родителей богатые связи. Сами они не последние люди в Антории. А еще Бель троюродная племянница бывшего консула Арекса Метисьена. Он не проявлял такого рвения, как его коллеги, Джеральдин и Теодор, предпочитая держаться в тени, но, по словам отца, был опаснее открытого Джеральдина. Зара видела Арекса пару раз в школе и во Дворце заседаний, разумеется, еще до падения Консулата. Пронзительный взгляд, вечно занятые руки, небольшая бородка. Девушка еще тогда поняла: этот человек опасен.

Парочка остановилась у беседки, увитой плющом.

Зара затаила дыхание. Шпалера розами и ее куст совсем рядом, руку протянуть. Если Бель повернет голову, заметит. И что тогда? Арилан решит, будто девушка за ним бегает и снова пойдет к Рандрину просить ее руки. Оставалось надеяться, Эйфейя не оставит в беде свою верную почитательницу.

В воздухе стрекотали цикады. Воздух пропах ночными фиалками. Простенькие цветочки, но способны заменить парфюмерную лавку.

Принц усадил спутницу в беседку, а сам встал рядом, облокотившись спиной о перила. Бель смущенно поправила волосы — совсем на нее не похоже. Виконтесса за словом в карман не лезла, верховодила парнями, а тут превратилась в Бланш. Зато выглядит потрясающе, такой только с принцем танцевать. Вроде, обычная серебристая ткань, пусть и эльфийская, простой приталенный фасон, а вид наряда королевский. Зара не завидовала: место первой красавицы занято, уж сеньорита Рандрин об этом позаботилась.

 — Зачем вы позвали меня сюда, ваше высочество? — Бель огляделась и поправила юбку. — Не на звезды же смотреть?

Нет, язык виконтессы по-прежнему бойкий. В этом они с Зарой похожи.

 — Бель, мне нужно поговорить с вами. Очень серьезно поговорить.

Принц хрустнул пальцами и, не решаясь продолжить, бросил взгляд на луну, будто ночное светило могло придать смелости.

Удивление прошло. Зара догадалась, для чего Арилан позвал Бель в сад. Теперь он казался еще более гадким и двуличным. Неужели так боится за свою жизнь, так хочет власти, если любит одну, а сделал предложение другой? И эту другую, то есть Зару, он уверял в преданности до гроба! Ложь, сплошная политика и ложь! Но ведь Арилан любил, она не могла ошибаться! Или могла? Вдруг принц — великолепный актер? Но все так естественно: признания, объятия, взгляды... А теперь он так же, только с еще большей тоской смотрит на Бель. Предатель, бессовестный лгун! Ничего, Зара еще прилюдно даст ему пощечину.

 — Серьезно поговорить? — подняла брови Бель. — О чем же? Меня уже просветили насчет вашей помолвки. Что ж, желаю счастья! Только с Зарой не так-то просто сладить. Я проучилась с ней шесть лет и знаю, о чем говорю.

 — Бель, поймите меня, Бель, — в волнении Арилан мерил шагами посыпанную песком дорожку перед беседкой, — у меня нет выбора. Бель, я не хочу лгать. Хочешь, скажу всю правду? Только тебе!

Он в волнении остановился перед хранившей ледяное спокойствие виконтессой и сжал ее ладони, чтобы тут же, будто обессилив, отпустить.

 — Стоит ли, Арилан Сеговей? — усмехнулась Бель, старательно пряча боль. Не стоило соглашаться. Зачем она пошла с ним? — Людям нельзя доверять, а уж мне при моей работе...

Зара задумалась. Куда же определили Бель? Кажется, она тоже служила во благо Антории и вовсе не вольным магом, только вот где? Ладно, потом узнает через Элену. Секретарь Рандрина знала все обо всех.

— Но кому же мне доверять, кроме тебя? — в отчаянье, чувствуя пробежавшую между ними трещину, пробормотал Арилан и, вмиг обессилив, присел на соседнюю скамью. — Захочешь предать — предай! Пойми, Бель, я никто, принц низложенного рода, целиком и полностью завишу от милости Рэнальда Рандрина. Он в любой момент может избавиться от меня. Зара — мой шанс укрепить свое шаткое положение. Советник не посмеет тронуть зятя, да и этот брак ему выгоден. Рандрин — человек с амбициями, он хочет власти, абсолютной безграничной власти, которую может даровать только королевский титул. Породнись он с Сеговеями — путь к трону стал бы гораздо короче. А мои дети получили бы привилегии, которых лишили меня. Да, я подписал отказ от трона за себя и своих потомков, но если мы с сеньоритой Рандрин поженимся, эта бумага потеряет силу, я рано или поздно получу трон. Зара править не сможет. При всем моем уважении к ней, она ничего не смыслит в политике и государственном устройстве. Я же целенаправленно готовлю себя к управлению королевством, бываю на каждом заседании Совета, слежу за внешней и внутренней политикой Антории. Если я стану мужем Зары, то, когда герцог умрет, именно я стану королем, не принцем-консортом, а королем.

— А как же я? В вашей комбинации нет места для меня, — вздохнула Бель. — Фаворитка, любовница... Как мерзко! – По лицу пробежала тень. —  А ведь мне казалось, будто я вам не безразлична.

Виконтесса отвернулась, пряча навернувшиеся на глаза слезы. Заре стало ее жаль. Бель не виновата, Арилан обманул ее, использовал. "А что, если я все расскажу отцу? — злорадно подумала девушка. — И голова с плеч". Но сначала она узнает, чем закончится мелодраматичная сцена.

— Не казалось! — пылко возразил молодой человек и, встав на колени, поцеловал руки Бель. — Вы самое дорогое для меня существо, но что я могу предложить сейчас? Шаткую судьбу принца без королевства, жизнь в страхе в любую минуту отправиться в изгнание, а то и на плаху? Вы помните, что случилось с консулами и Отолором Кастером? Советник — страшный человек! Он подобен спящему льву, и я не хочу, чтобы, проснувшись, он растерзал мою семью. Я жив, пока представляю интерес, а главная моя ценность — фамилия. Я продам ее, получив взамен уверенность в завтрашнем дне. Сеговеи вновь взойдут на престол, разве это не прекрасно, Бель?

— Возможно, — грустно улыбнулась виконтесса, отнимая руки. — Но, повторяю, где в вашем плане место для меня?

— Я разведусь с ней, Бель, сразу же после коронации! К этому моменту бумага, которую я некогда подписал под давлением Рандрина, бесследно исчезнет. Ты станешь моей королевой, Бель? — Принц притянул виконтессу к себе, приблизил ее лицо к своему лицу и нежно прошептал: — Я люблю тебя, Бель, только тебя и никого другого! А Зара... Она красивая, нравится мне, и только!

— Не верю! — Бель отстранилась и пересела подальше от Арилана. — Ей ты говорил то же самое.

Принц сжал пальцы так, что они побелели, порывисто сел подле виконтессы, снял с пальца кольцо и протянул ей.

— Это фамильный перстень. В нашей семье есть традиция: мужчина вручает его невесте. Возьми!

Бель помедлила и сжала кольцо в кулаке. Бросила короткий взгляд на раскрасневшегося Арилана и с тоской покачала головой.

— Но нам так долго ждать... Маги живут очень долго. Советнику только век, он проживет еще, как минимум, половину этого срока. Со мной-то ничего не случится, а ты... Ты ведь человек без капли магической крови. Вы очень быстро стареете.

— Он умрет раньше, Бель, если ты пожелаешь, — непривычно жестко заверил Арилан. — Всего лет пять-шесть, максимум десять, и мы прольем скупую слезу на похоронах Рэнальда Рандрина.

— Ты хочешь...? — в ужасе посмотрела на него виконтесса. — Прошу тебя, не надо, Арилан! — Она в ужасе сжала руки любимого и замотала головой. — Он же умный и хитрый, ты не сможешь его убить, а я не переживу, если тебя казнят. Я не стою этого, Арилан, не рискуй!

— Если не будет другого выхода, я это сделаю, — без тени сомнения заявил принц, сжав Бель в объятиях. — Мне ведь тоже безумно тяжело жить с нелюбимой женой, когда на свете есть ты. Каждый день как пытка! Бель, ты будешь меня ждать? — с надеждой спросил он.

Виконтесса кивнула и, подавшись вперед, поцеловала его.

— Да, Арилан Сеговей, я буду вас ждать. Уже привыкла. Скоро год, как мучаюсь, страдаю, видя, как вы любезничаете с этой Зарой Рандрин. Какая разница, сколько еще ждать. Она вам отказала, да? Поэтому вы пришли к Бель, которая, — девушка грустно улыбнулась, — всегда примет, приголубит.

— Она согласится, Бель, я сделаю все, чтобы она согласилась, — без тени сомнения произнес принц. — И быстро станет мне не нужна. Коронуют тебя, не ее!

 — А, может, не нужно? — испугалась Бель. Позабыв об условностях, она прижалась к Арилану и запустила пальцы в его волосы. — Вдруг это воля богов, и они хотят уберечь тебя от смерти?

 "Вы" в этой ситуации звучало неуместно, и виконтесса без тени сомнения его отринула.

Арилан промолчал, заключил лицо Бель в ладони и вернул поцелуй, долгий и нежный. Виконтесса обвила руками шею любимого и прикрыла глаза, мимоходом активировала охранное заклинание. Подумала и, с трудом оторвавшись от губ принца, оплела беседку разученным специально для этих целей заклинанием невидимости. Контуры парочки расплылись в молочном тумане, а потом и вовсе исчезли. На месте беседки возникла мастерски выстроенная иллюзия осеннего сада.

Они так редко оставались наедине, не могли на людях демонстрировать даже симпатию. Улыбнуться, принести бокал шампанского, станцевать тур вальса, поговорить о всяких мелочах — и все. Постоянно бояться, что до Зары Рандрин дойдут слухи о неверности предполагаемого жениха, флиртовать с другими мужчинами, а думать только о нем.

Арилан прав, его положение шатко, а выгодный политический брак принес бы стабильность, заставил замолчать недоброжелателей. Теперь их прибавилось. Департаменту внутренних дел стало известно, что Амасфея Сеговей косвенно причастна к покушению на дочь Советника и связана с последователями Темной госпожи. Пусть принц ничего не знал об общении матери с духами, но ведь люди разбираться не станут, припишут измену.

Да, Бель все понимала, но не желала делить любимого с другой. Слабым утешением служило то, что Зара его не любит. Арилан рассказал о развитии их отношений, признался, что когда-то увлекся Зарой Рандрин ("Первая любовь юноши, впервые повстречавшего необычную девушку"), но потом все прошло, остался только голый расчет. Чувствуя дружескую симпатию со стороны дочери Советника, принц решил воспользоваться случаем и вернуть незаконно отобранный трон. Продолжал разыгрывать влюбленного, а сам в это время думал о Бель.

Они познакомились на ежегодном новогоднем балу, том самом, на котором из-за покушения не смогла присутствовать сеньорита Рандрин. Танец. Бокал глинтвейна. Случайные встречи в коридорах Дворца заседаний (Бель работала у отца, в Департаменте безопасности, отсюда и ее знание маскировочных заклинаний), на музыкальных вечерах и приемах. О чувствах не говорили до лета, хотя каждый видел странности в поведении другого, понимал, как они друг другу дороги. После отъезда Зары принц наконец-то признался Бель в любви. Та ответила взаимностью.

Они сидели на берегу Шина, вдалеке от людских глаз и просто смотрели на воду. Как позже говорила виконтесса, любить — это "вместе смотреть в одну сторону".

В воде отражались деревья и лица сосредоточенные влюбленных.

Бель проводила отпуск в имении отца, Арилан написал ей, что приедет, попросил прийти в соседнюю деревушку. Тогда она еще не понимала, почему он не желает заехать к ним, но после слов: "Я люблю тебя, но не свободен: я обещал матери вернуть трон Сеговеев" все встало на свои места.

Теперь, целуя его, наслаждаясь прикосновениями, Бель мечтала о том, чтобы поскорее все кончилось. Нет, не этот миг, а их двойственное положение. Чтобы не прятаться и не лгать. Как это и ни странно звучит, как только Арилан женится, станет легче. Первый шаг будет сделан. Вопреки собственным словам, Бель согласится на роль любовницы. Если иначе нельзя, лучше так, лишь бы рядом. Но Бель старалась об этом не думать. Все потом, не стоит портить вечер.

Сняв заклинание, виконтесса шепнула, что они могли бы провести вместе несколько дней у подруги. Принц обещал подумать и, как обычно, ответить тайнописью. Шифр изобрела Бель, а книгу для него подобрал Арилан.

В бальную залу молодые люди вернулись по отдельности и в разное время. Виконтесса первой, принц — вторым, сделав вид, будто за чем-то посылал слугу.

Зара сбежала из сада при виде первого же поцелуя. Воспользовалась заклинанием перемещения в пространстве и оказалась в одной из проходных комнат дома главы Департамента внутренних дел. Все внутри девушки клокотало от гнева и обиды на подлого Арилана Сеговея. Ее использовали, подло обманывали все эти месяцы! Хотелось немедленно рассказать обо всем отцу, отомстить предателю. С другой стороны, Зара отказала принцу, не выйдет за него замуж, значит, план сорвался. Пусть кусает локти.

— Зара, кто это вас? — послышался смутно знакомый изумленный голос.

Девушка вздрогнула и очнулась от состояния болезненной задумчивости. Вместе с этим пришло раздражение. Она не желала, чтобы кто-то донимал глупыми расспросами. Только вот собеседник попался настойчивый и, увы, высокопоставленный, не пошлешь к вампирам шишки собирать.

Нубар Эрш, хмурясь, подошел ближе. В руках он держал пустой бокал, который тут же испарился. Ну да, не время искать слугу. Хотя, признаться, Зара не понимала, каким ветром сюда занесло начальника. Встречался с кем-то, пытался выведать секреты чужого департамента?

 — Зара, что случилось? — требовательно повторил вопрос Нубар и тут же смягчил грубость приказа: — Не спорю, это не мое дело, но у вас такое лицо... С ним только казнить, простите за откровенность. И платье в крови. Кого-то убили? Скажите, все равно всплывет.

Девушка изумленно распахнула глаза. Он решил, будто?.. Ну да, э-эрри — потенциальная убийца.

Вот ведь ирония судьбы! Кровь демонов проявляется крайне редко, рождаются себе из поколения в поколение чистокровные люди, а тут бастард от горничной — и э-эрри! Они ведь не демоны, а странные существа, наделенные небывалой силой ментального воздействия, потомки древних союзов между расами. Э-эрри умеют летать, переняли от предков некоторые черты характера, а от волшебников получили магию. Все это переплелось в небывалом клубке, подарив странные, меняющие цвет в зависимости от настроения сапфировые глаза и способность убивать без чар. Достаточно только установить визуальную связь с жертвой, и все, сопротивление бесполезно. Захочет э-эрри, ты выполнишь, будь хоть человеком, хоть демоном. Радовало, что подобные существа рождались крайне редко, а даром нужно было учиться управлять. Зара, например, достигла скромных высот, а вот Рандрин преуспел. С помощью дара он и казнил своих несостоявшихся убийц в герцогстве.

 И ведь не узнаешь в толпе э-эрри даже после оборота. Обычные люди, если крылья магические не выпустят, только глаза странные. Попадешь под их власть, догадаешь, только поздно.

— Не боитесь? — с кривой улыбкой поинтересовалась девушка и перевела взгляд на лиф — действительно, кровь.

Ах да, Зара же оцарапала руки о шипы, потом, видимо, вытерла их о платье.

 — Чего? Устранения ненужного свидетеля? Нет.

 — Почему? — в девушке взыграло любопытство.

 — Потому что кровь, похоже, ваша. Все руки исцарапали. С кем боролись? — Эрш подошел ближе и внимательно рассмотрел сеть кровоподтеков на теле подчиненной.

 — Я сама. О розы. — Зара не собиралась посвящать его в подробности неприглядного поступка.

 — И шея тоже, — неодобрительно цокнул языком Нубар. — Нельзя же так! Хороша дочь Советника!

 — Уйдите, а? — не сдержавшись, огрызнулась девушка.

 — Не уйду, — Начальник попался упрямый. — Можете и дальше грубить, только зачем? Я не собираюсь никому говорить, успокойтесь. Вы ведь огласки боитесь, Зара?

Он заглянул ей в лицо. Девушка чувствовала: не врет, не скажет. Спокойные умные серые смотрели с легким участием, но оно не оскорбляло, наоборот, подталкивало довериться.

 — Нет, просто... У меня разболелась голова, — соврала Зара.

Почему она выбрала для переноса именно эту комнату! Какие боги привели сюда Эрша? Он ведь чувствует ложь, докопается до правды.

 — Зара, давайте дружить, — неожиданно предложил Нубар. — Спрячьте колючки и перестаньте выдумывать небылицы. Врать вы не умеете, а грубость очков не добавляет. Я не злопамятен, но портить отношения из-за розового куста!.. К слову, что вам там понадобилось? Подслушивали? Увидели, что некто прогуливался по парку с другой женщиной, и не утерпели?

Девушка покраснела и опустила глаза. Минимум фактов — а какой быстрый и точный вывод!

 — Я перенервничала, — призналась Зара, — набросилась на вас... Думала, тут никого нет, смогу все обдумать. Простите.

Понурившись, девушка тяжко вздохнула.

Эрш застал ее в минуту слабости. Окажись на его месте другой, она бы выместила на нем злость. И если бы только на Арилана! Теперь же придется терпеть и краснеть.

 — Прощаю, — широко улыбнулся начальник. — Вытягивайте руку. Будем лечить ваши душевные и телесные раны. Пятна-то выводить умеете? — Зара кивнула. — Вот и прекрасно, а то весь Айши шептался бы о покушении на дочь Советника. Это я, который вас хорошо знает, решил, будто убийца вы.

 — Хрупкая девушка, обычная конторская служащая? — сеньорита Рандрин подала руку, гадая, что с ней сотворит Эрш.

 — Ой, не надо! — давясь смешинками, покачал головой Нубар. — Нет, в схватке с нечистью я бы поставил на вас. Но шутки в сторону, от царапин нужно избавиться.

Граф приблизился вплотную, нарушив личное пространство. Зара даже уловила тонкий аромат парфюма. У начальника хороший вкус. Запах явно индивидуальный, подобранный под конкретного человека. Даже мелькнула мысль: не спросить ли имя парфюмера и не заказать ли для Меллона подарок? Потом девушка представила, как воспримет ее вопрос Эрш, и отказалась от идеи.

Одно скользящее прикосновение пальцев — и от царапин не осталось и следа. Зара практически ничего не почувствовала, только приятное покалывание и тепло, будто от камина.

 — Вторую, — скомандовал Нубар и проделал то же самое. — И шею. Нет, Зара, — рассмеялся он, когда девушка попыталась помочь, — не надо, я сам! Потерпите немного, без физического контакта никак.

Сеньорита Рандрин фыркнула. Можно подумать, ей неприятно! Начальник не пристает, а лечит. Близко? Ну и что, он не фрегой, чтобы стошнило. Очень милый мужчина, свой, пусть трогает.

Эрш будто смахнул царапины с кожи и, спросив разрешения, осторожно, медленно, видимо, чтобы не напугать, положил ладонь ниже ямочки на шее: девушка умудрилась оцарапать грудь.

 — Кто увидит, подумает невесть что! — пошутил Нубар, очертив контуры алой полосы, чтобы та тут же пропала. — А если серьезно, делайте-ка сами. Лечебная магия — ваш профиль, а мои действия двусмысленны.

 — Вы обещали! — капризно напомнила девушка.

Хотелось еще раз ощутить приятное покалывание и живое тепло. Лечить себя самой? Ну да, можно, те же ощущения, но ведь лучше, когда заботятся, верно?

— Что обещал? Двусмысленность? – поднял брови Эрш. Он убрал руку и выразительно покосился на лиф.  — Сами, Зара. Мы не в таких близких отношениях. Заодно пятна выведите.

Девушка пожала плечами и поспешила привести тело и платье в порядок. На все ушло не больше пары минут. Лечебной магией Зара владела не хуже начальника, бытовой тоже, краснеть не пришлось. Закончив, сеньорита Рандрин задумалась, покусывая кончики губ.

Злость улеглась, вернулся трезвый расчет.

Речь в саду шла не только об обмане, но и измене. Рандрину готовили удар в спину.

 — Что-то хотите сказать? — мигом сообразил Нубар. — Я вас внимательно слушаю.

Взвесив все за и против, девушка решила выдать тайну Арилана Сеговея. Эршу можно верить, пусть вместе с отцом решают, какого наказания достоин принц. Разумеется, о Бель девушка умолчала, просто обмолвилась о незнакомке. Пусть они с виконтессой Мейлир никогда не дружили, но и не враждовали, зачем подставлять под топор палача? Может, Арилан и ее обманывал.

 — Умный мальчик! — выслушав, задумчиво протянул Эрш. — Пытается выжить, как может. Жалеете?

 — О чем? — не поняла Зара.

 — О том, что он вас не любит. И не надо возражать, мимика выдает. Вас ведь именно это больше всего возмущает. Оно и понятно: уязвленное женское самолюбие. А Арилан Сеговей... Нужно его чем-то занять и женить, чтобы перестал мечтать о троне предков. Напрасно, конечно, Советник привез его в Айши, оставил бы в каком-нибудь провинциальном городке. А так, если займется политическими играми всерьез, взойдет на эшафот.

 — То есть вы ничего не сделаете, даже не скажете герцогу? — изумилась девушка.

 — А что я должен сделать? — Граф пристально смотрел ей в глаза. — Хотите, чтобы принца посадили в тюрьму? Как в далекие времена, за малейшее оскорбление платили кровью? Зара, это излишне, за ним и так наблюдают. Юношеский максимализм проходит, а исковерканную судьбу не исправишь. Ну какую опасность он представляет сейчас для Советника? Как он, по-вашему, собирался избавиться от Рэнальда Рандрина? Связался с фрегойями? Лучше сразу им на блюдечке душу и корону отдать: безболезненнее.

 — Предатели, — напомнила Зара. Она не разделяла легкомысленных настроений начальника.

 — Сеньорита Рандрин, я их наперечет знаю, — тут девушка изумленно охнула, — и заверяю, мальчик и года бы не прожил, потому как король из него... Ладно, допустим, сумел бы наладить связи, нанял наемных убийц, но вы-то! Да женись Арилан, стал бы типичным подкаблучником и о троне спустя год семейной жизни даже не заикался. Уж простите, Зара, но назвать вас безобидной овечкой язык не поворачивается. С вашим характером такого, как принц, сломаете. Может быть, не сразу, с годом я погорячился, но через пять лет будет, как шелковый. Остается только убить, только вот э-эрри — гадкая вещь, если девица с мозгами, надеюсь, они у вас имеются, — Эрш выразительно глянул на подчиненную, вогнав в краску, — станешь трупом. Нет, Зара, власть осталась бы у Рандринов, благо нашлись бы союзники. Заверяю, все главы департаментов за Советника. Прошла чистка, неблагонадежных из Дворца заседаний удалили. А это сила, Зара, лучшие маги Антории. Ну, и каковы шансы мальчишки и сторонников свергнутых Консулов, которые тоже спят и видят, как избавиться от принца? Так, максимум заварушка на пару лет.

 — По-вашему, я так ужасна? — усмехнулась Зара.

Остальные вопросы она задаст позже. Вряд ли начальник круглый дурак, явно не договаривает.

 — Вы Рандрин, — пожал плечами глава Департамента иностранных дел. — Да еще э-эрри. Вы же не умеете подчиняться, никогда не сделаете того, что противоречит вашим принципам. По себе знаю.

 — А, по-моему, вы великолепно умеете настаивать, любой послушается, — возразила девушка, окончательно убедившись: правды ей не скажут, отделаются сказками про безобидного мальчика Арилана.

 — Настаивать? Умею, только вы это на себе не испытывали. Надеюсь, мы и впредь обойдемся без ментальной магии. А теперь выбросите из головы Сеговея, им займутся другие. Улыбнитесь и не лезьте во внутреннюю политику.

— Но…

— Зара. – За мягкой настойчивостью скрывался приказ. – Вы сказали, молодец, теперь можете веселиться. Девушку красит улыбка. Или вы хотите весь вечер мрачно подпирать стенку, из-за принца отказывая себе в удовольствиях?

Зара поневоле улыбнулась, представив нарисованную начальником картину. Портить себе настроение из-за Арилана девушка точно не собиралась.

—  Вот так, хотя бы глаза заблестели, — довольно кивнул Нубар. – Надеюсь, — он склонил голову в учтивом поклоне, вновь став галантным кавалером, — сеньорита не откажет мне в следующем танце?

— Не откажет, особенно если среди зрителей будут мои коллеги, — подхватила игру Зара, выкинув из головы Арилана и политиканов из Дворца заседаний. Она все равно узнает, не сейчас, а когда еще представится шанс потанцевать с Нубаром Эршем? Зару подобной чести он еще не удостаивал, а о главе Департамента иностранных дел ходили слухи, будто он великолепный танцор. Самое время проверить. — Пусть умрут от зависти.

Зара не покривила душой: хотелось утереть нос сослуживицам. Той же Аделине. Всего лишь секретарь, а нос задирает! Вот и полюбуется, как начальник отличает другую. И какой начальник! Зара знала, их пара привлечет всеобщее внимание. То, что надо в сложившейся ситуации.

 — А еще спрашивали, ужасны ли вы! — рассмеялся Эрш, подавая партнёрше руку. — Пожелать смерти стольким людям! Кстати, какого пола?

 — Женского, разумеется, — невинно взмахнула ресницами Зара. — Я же увела у них такого кавалера.

 — Да если бы у них! – поморщился Нубар и покосился через плечо: не послал ли за ним Советник. С него станется! – Мне не дают покоя члены Совета. Считайте себя моим спасением. Лучше заработать головокружение от хорошенькой девушки, чем головную боль от прожектов.

Слегка смутившись, Зара одарила Нубара лазурью глаз. Странно слышать комплименты от начальника. К счастью, девушка понимала: Эрш любезен со всеми дамами. Натура у него такая. Иначе бы решила, будто… Все прозвучало так естественно, а он смотрел столь тепло, едва заметно улыбаясь. Будто она одна на свете. Самое глупое, сердце реагировало, принимало за чистую монету. Как Нубару удавалось?

Начальник никогда не повторялся. Вроде бы ничего особенного, никаких витиеватых эпитетов и сравнений, а приятно. Стоишь, как дурочка улыбаешься. Может, дело в интонации? Неудивительно, что женщины любили Нубара Эрша, тот умел их притягивать. По департаменту ходило множество слухов, количество мнимых и реальных любовниц множилось в математической прогрессии, а девушки старательно прихорашивались перед тем, как зайти в кабинет начальника. Интересно, заводил ли Эрш роман с кем-то из подчиненных? И скольких женщин на самом деле перепробовал? Одно дело — флирт, комплименты, другое — постель. Зара не сомневалась, Эрш никогда не скучал в холодной спальне. Как ее отец — вот уж похожий тип мужчин!

С Нубаром Зара действительно танцевала впервые — начальник на балах предпочитал других дам — и надеялась, не в последний раз. Дело даже не в том, как он двигался: плавно, будто родился на паркете. С ним оказалось интересно и легко. Девушка и не предполагала, будто когда-то запросто станет болтать с Эршем, не замечая других пар, не отвлекаясь на музыку. Открытая доброжелательность, подчеркнутое внимание к ее особе размыли грань между начальником и подчиненной. Зара напросилась на второй танец, чтобы дослушать окончание рассказа о Герте, со знакомства с нудной генеалогией которого, началась ее служба в департаменте.

 — А вы говорите, политика — скучная вещь! — закончил повествование Эрш и, отпустив талию партнерши, почтительно, как требовали правила, склонился над ее рукой.

 — Спасибо, было так интересно. И танцуете вы хорошо, — поспешила добавить девушка, чтобы он не подумал, будто она не оценила мастерство партнера.

 — Плохо танцующий дипломат — это абсурд. Ваше честолюбие польщено? — лукаво поинтересовался Эрш.

 — А? — О чем это он?

 — Вы же хотели заставить женскую половину нашего департамента корчиться в предсмертных муках. По-моему, преуспели. Те, кого вижу, шеи свернули. Ох, Зара, готовьтесь, вам жестоко отомстят! – В глазах Нубара плясал смешинки.

Зара рассмеялась.

 — Нет, право слово, сеньор Эрш, мне понравилось. Поверьте, — интимно понизив голос, добавила она, — я очень требовательна.

 — Знаю, — кивнул кавалер. — Но будьте добрее к мужчинам. Куда нам, болезным, до ваших высот! Может, стоит умерить требования?

Девушка нахмурилась. Это намек? Но на что? Вроде, она не обделена вниманием, любимый человек имеется. Вздор! На характер намекает. Зару собственный нрав устраивал, а остальные пусть приспосабливаются.

Эрш извинился и оставил девушку одну, правда, ненадолго. Зара никогда не испытывала недостатка в кавалерах: имя привлекало их, как мотыльков на огонь.

Минула полночь, когда к любимой наконец-то подошел Меллон. Не дожидаясь официального приглашения, девушка протянула руку и в очередной раз скользнула на паркет. Который это танец по счету, она не помнила, но знала, он будет особенным. Меллон надежно обнимал талию, прижимал так тесно, как дозволяли приличия. Зара молчала и улыбалась, незаметно скользя пальцами все выше и выше по шее партнера, зарываясь в теплые волосы. Пусть смотрят, пусть видят, ей все равно. Общественное мнение Зару Рандрин никогда не волновало.

 — Ты сегодня такая красивая! — чуть слышно прошептал Меллон.

Она знала, но все равно поблагодарила улыбкой.

 — Где ты пропадал? — обиженно спросила Зара, убрав руку на плечо.

 — Терпеливо ждал, пока схлынет поток твоих поклонников.

 — А если бы он не иссяк, так бы и стоял в сторонке? — усмехнулась девушка.

 — Я не стоял, а тоже танцевал. У тебя новые духи?

Заметил. Зара купила их специально для бала: тончайший шлейф из мускуса и сандала. Он обволакивал, придавал таинственность.

Танец закончился, и сеньорита Рандрин привычно увлекла любовника подальше от любопытных глаз. Едва за ними захлопнулись стеклянные двери в сад, Зара впилась в губы Меллона поцелуем. Маг ответил, стиснул в объятиях, лаская обнаженную шею. На несколько минут воцарилась тишина, прерываемая лишь звуком частого дыхания. Потом Меллон отстранился и посмотрел девушке в глаза.

 — Зара, ты самое необыкновенное, что есть в моей жизни. Хотелось бы, чтобы этот миг не кончался, чтобы ты всегда вот так смотрела на меня.

Что на такое ответишь, можно только промолчать, а после предложить послать ко всем демонам бал, чтобы немного побыть вдвоем. Вопреки ожиданиям, предложение не встретило возражений, Меллон только поинтересовался, что она скажет отцу и кузине. "Ничего", — пожала плечами Зара и щелкнула телепортом. За последний год отношения с заклинанием наладились, во всяком случае, в спокойном состоянии оно получалось с первого раза. Девушка замерла на зыбкой границе пространства и протянула любовнику руку. Легкая вспышка — и они уже стоят возле двери дома Меллона.

 — Решила не будить слугу? — усмехнулся маг, снимая защитные заклинания.

Девушка промолчала, внимательно наблюдая за его действиями. Промелькнула мысль, что ей тоже неплохо бы научиться ставить "охранки".

 — Зара, я тебя сегодня не узнаю. — Меллон обернулся к ней, почтительно пропуская вперед, в темноту прихожей. — Раньше ты начинала все на пороге, а сейчас сама сдержанность.

 — Стала терпеливее, — пожала плечами Зара, запуская светлячок. — И потом, кто из нас мужчина? Это ты должен меня соблазнять, а не я тебя. А пока от тебя никакой инициативы. Сюда позвала я, поцеловала в саду тоже я, даже в постель в первый раз затащила сама. Меллон Аидара, у меня складывается впечатление, будто ваша любовь какая-то неправильная, ненормальная. Другой бы уже меня до смерти зацеловал, прижал к стене, начал раздевать, а ты... Может, и не хочешь вовсе? Так скажи, и я уйду, не стану донимать ласками.

 — Я не хочу, чтобы ты уходила, как ты могла такое подумать?! — возмутился Меллон, порывисто шагнув к любимой, и медленно, подбирая слова, продолжил: — Зара, все совсем не так, как тебе видится. Просто у меня другой темперамент, я не могу, как ты выразилась, прижать к стене и овладеть прямо на пороге. Это гнусно по отношению к женщине, для тебя же — нормальное проявление страсти. Я так не могу, прости, но, — поспешил оговориться маг, — это вовсе не означает, будто я не желаю тебя. Совсем наоборот! Ты знаешь, я не люблю говорить на эту тему, но неужели ничего не чувствуешь, неужели даже в постели сомневаешься в моей любви? Все так плохо, Зара? Скажи честно, я не обижусь.

Он замолчал, ожидая ответа. Червячок сомнения нашептывал: "Плохо стараешься, хоть бы в публичный дом сходил для тренировки! Разве ты удовлетворишь ее, домашний мальчик!" И ведь не поспоришь. Пусть Зара не первая женщина в его жизни, Меллон занимался любовью традиционно, как подсказывала природа. Не умел растягивать удовольствие, не знал разных секретов и не мог всю ночь.

Девушка поспешила заверить нахмурившегося любовника: все прекрасно. Ну да, она не всегда получала то, чего хотела, но ведь иногда так хорошо! И когда руки Меллона касаются ее, когда она ощущает запах его кожи, так предательски учащается дыхание, и все мысли только об одном. И в постели Меллона никто не принуждал, все происходило по желанию обеих сторон. — Вот видишь! — Меллон уткнулся в ее шею и замер на мгновение. — Зара, я ни за что не согласился бы проводить ночи с женщиной, которая мне безразлична, обнимать ее, целовать, разговаривать о самом сокровенном. — Он поднял голову и заглянул в глаза любимой, чтобы с чувством прошептать: — Ты единственная, прекрасная и неповторимая, та, от которой мое сердце начинает биться чаще. Я хочу на тебе жениться, каждый день просыпаться рядом с тобой, хочу возвращаться к тебе после рабочих поездок, хочу от тебя детей, в конце концов!

 — Чего ты хочешь? — хриплым шепотом переспросила Зара.

О детях она не задумывалась, в ближайшие десять лет точно не собиралась рожать. Иначе станет такой, как Бланш: прощай, работа, здравствуй, унылый быт! Нянчиться с ребенком, ждать возвращения мужа со службы, командовать слугами, вести домашнее хозяйство, пока благоверный с успехом развивает свои магические способности. А самой так и остаться магиней третьей категории. Нет, она этого не желает!

 — А ты, нет? — Меллон подошел, развернул девушку к себе и посмотрел в глаза. — Если двое любят друг друга, то женятся. Зара, я же не говорю, что прямо сейчас, потом, когда сама решишь. Я не буду настаивать, понимаю, насколько это серьезно, для тебя пока это неприемлемо... Ну, что ты молчишь? Я опять что-то не то сказал?

Наклонившись, он поцеловал ее, нежно привлек к груди и обнял.

 — Зара Рэнальд Рандрин, — прозвучал в ушах вкрадчивый шепот, — вы станете моей женой?

Крепко сжав ее ладони, не сводя с нее глаз, Меллон опустился перед девушкой на колени. Из ниоткуда в воздухе возникла красная роза.

 — Зара, ты согласна выйти за меня замуж? — вторично, на этот раз громче спросил он.

Девушка молчала, покусывая губы. Брак влечет так много перемен, а Зару пока устраивал полностью уклад жизни. Но как тактично объяснить Меллону, чтобы не обидеть, что она пока не видит себя ничьей женой, что она еще слишком молода для брака? Столько всего еще нужно успеть, вторую магическую категорию получить, в департаменте освоится, заработать собственный вес в обществе... Потом можно и замуж, если уж без этого никак нельзя обойтись.

 Так неожиданно, да еще в тот самый вечер, когда она узнала о том, что Арилан лгал ей. Меллон искренен, но это предложение... Оно как снег на голову, девушка не ждала его. Для мужчины это такой трудный шаг, он, наверное, много думал, взвешивал, переживал... А она медлит, потеряв возможность здраво рассуждать. Проклятое шампанское!

 — Меллон, я пока не готова, — честно призналась Зара. — Ответ пока ни "нет" и не "да", мне нужно подумать.

 — Понимаю, я выбрал не самое удачное время, — сник маг и отвернулся. — Ты устала, на дворе ночь... Разумеется, обдумай, спроси разрешение у отца.

 — Он не будет против, ты для него — подходящая кандидатура.

 — Надеюсь, что и для тебя тоже, — тихо добавил Меллон.

 — Милый, я просто не представляю себя чьей-то женой. Честно говоря, не ожидала, что ты так, сразу...

Признаться, брак — последнее, о чем Зара думала. Меллон — одно, муж — другое. Зачем помолвка, кольца, сопливые ребятишки? Они и так вместе. Однако, похоже, Меллону мало поцелуев и страстных ночей. Плохо. Хотя, может, со временем Зара свыкнется с мыслью о замужестве, но пока оно казалось ей обузой. Пример Бланш — тому доказательство. Угробить себя во имя супруга и детской? Благодарю покорно!

 — Но мы ведь любим друг друга, зачем тянуть? Да и я обязан на тебе жениться, как любой порядочный человек, — настаивал Меллон.

Его мучила неопределенность и связь, бросавшая тень на Зару. Маг не хотел любимой участи любовницы, рука об руку шедшей с общественным осуждением, и жаждал вознести ее выше сплетен.

 — Только потому, что лишил девушку невинности? — девушка, ласково провела пальцами по щеке мага и забрала розу.

 — Для меня это немало, — покачал головой Меллон. Легкомыслие Зары поражало. Неужели ее не волнует честь, неужели нравится встречаться тайком? — Но, разумеется, главное — мои чувства к тебе. Зара, зачем оставаться любовниками, когда можно стать мужем и женой? — увещевал маг. — Видимо, правильно сомневался, будто предчувствовал, что ты мне откажешь, — качая головой, помрачнев, пробормотал Меллон. — Ты слишком хороша для меня.

 — Я обещаю подумать, дай мне время, — не желая разрушить магию вечера, заверила девушка. — Когда решусь, я скажу тебе, хорошо? Сейчас не могу, и ты тут вовсе не причем. Дело во мне.

Маг вздохнул и поднялся с колен. Он ожидал совсем другого ответа, но настаивать не стал: бесполезно. Вместо этого кивнул и поцеловал Зару, скользнув пальцами по спине. Зара ответила на поцелуй, попытавшись вложить в него всю нежность, на которую была способна. Она испортила эту ночь и должна ее исправить.

 

Глава 2.         

 

Эведер мялся перед дверью кабинета Рэнальда Рандрина, не зная, как сообщить ошеломительную новость. Известие принес один из сотрудников Четвертого отдела Департамента иностранных дел. Помощник герцога ушам не поверил, но потом забежал взволнованный Сонар с коротким: "Они пересекли границу!" и скрылся из виду. Второй помощник главы Департамента магической обороны явно не лгал. Да, у него в департаменте настали горячие деньки, Эрш наверняка всех на уши поставил. В такие дни он полностью оправдывал негласную должность Первого министра и командовал всеми департаментами. Неудивительно: именно на плечи Нубара ложился весь груз ответственности. Ему же придется стать на линии огня между фрегойями и анторийцами. Рандрин спросит по полной. Эведер не сомневался, Эрш тоже обязательно зайдет к Рэнадьду, но уже после того, как все подготовит. Зато лорд Андеш полчаса уже меряет шагами общий холл, пугая этажного секретаря. В приемную заходить не желает: думает. Или боится: телепорты — это по его части. Треклятые фрегойи попали на территорию Антории именно таким путем. Или все же в ответе сеньор Тардес? Сороконожка конечности обломает, пока разберешься, с кого спрашивать за несанкционированно открытый вражеский телепорт в двадцати милях от границы! Одно понятно, Департаменту безопасности влетит по первое число, хорошо, хоть вовремя засекли, всего через пару минут. Виконт Мейлир уже распекает подчиненных, раскаты голоса слышны во всех коридорах дворца.

А, может, Рандрин в курсе? Он всегда все первым узнает. Эведеру вовсе не хотелось стать дурным вестником, и помощник искал повод не открывать дверь кабинета.

 Помоги Шеар-хэ и Эвноя, чтобы у фрегойев оказались мирные намерения!

Собравшись с духом, Эведер постучался и, дождавшись положительного ответа, нажал на дверную ручку. Будто рухнув в омут, помощник сообщил ошеломительную новость.

 — Мило, очень мило! — По лицу Рандрина не поймешь, волнуется он или нет, ожидал ли подобного развития событий. — Значит, стоило вывести на откровенный разговор, как пожелали приехать сами. И не побоялись! Верхушка семьи Ша-эль-Ди в полном составе! Телепорт, полагаю, дело рук второго наследного принца. Что ж, Эведер, вели приготовить покои. Пусть люди Андеша не спускают с них глаз. Любые передвижения фрегойев по территории Антории должны контролироваться и происходить под неусыпным наблюдением сопровождающих. Надеюсь, они уже прибыли на место?

 — Так точно, ваша светлость! — отрапортовал помощник и мысленно перевел дух. Рандрин отреагировал на редкость спокойно, даже не накричал. — Два десятка магов через портал. Половина — боевые, остальные — не ниже второй категории, менталы, иллюзионисты, аналитики.

 — Вот и славно! — потер ладони Рэнальд и, заметив волнение помощника, заметил: — Да не трясись ты так, Эведер, приезд фрегойев — это еще не конец света. Они на нашей территории, значит, станут играть по нашим правилам. Разошли оповещения членам Совета — экстренное заседание через полчаса.

 Все пошло не так, совсем не так, как планировал Рэнальд Рандрин, пусть внешне и сохранял спокойствие. Никогда не показывай, будто не контролируешь ситуацию. Эрш только начал прощупывать почву, выясняя, нельзя ли как-то выйти на более-менее лояльно настроенных жрецов Темной госпожи (если таковые вообще существовали), переговорил с парой младших представителей рода нер'Арр, запросил разрешение на поездку в Фрегойр, приготовившись к тому, что может не вернуться, — а тут фрегойи сами пожаловали! Да, визит неофициальный, не государственный, но все же. Леди Атамальда, принцы Кифрер Верарх и Кифрер Аластид — не хватало только королевской четы. Соседи рисковали наследниками, это не могло не насторожить. Рандрин слишком хорошо знал Фрегойев и понимал, те задумали крупную интригу.

 Еще жрец Темной госпожи и трое слуг. Итого: шесть человек. Весь вопрос: хватит ли на них двух десятков магов? Больше всего Рэнальда волновали жрец и принц Аластид, особенно последний. Очень сложно обезвредить жреца-мага. Зара сталкивалась с ним в Мангеше и успела убедиться в богатой палитре возможностей. Рандрин не сомневался, Аластид не оставил мыслей о мести. Фрегойи выносят смертный приговор без права помилования. Интересно, что им нужно. Слабо верилось, будто Фрегойр, ни с того ни с сего, решил закончить вражду и подписать с Анторией мирный договор. Но строить предположения теперь — гадать на кофейной гуще.

Рандрин терпеливо просчитывал все варианты развития событий, чтобы на заседании Совета поделиться рабочими гипотезами. И для каждой нужно разработать план действий. Предупрежден — значит вооружен. Главное — не оказаться застигнутым врасплох. И эффект неожиданности сработал бы на все сто, если бы не система слежения Рандрина. Он потратил на нее много сил и лет, зато та удалась на славу, на телепорт среагировала. На этот раз, в прошлый, жреца она пропустила. Какой из этого следует вывод? Сейчас фрегойи не таились, не использовали секретные ходы и возможности своей богини.

Итак, что в сухом остатке?

Рэнальд откинулся на спинку кресла и сложил руки на столе. Кокон тишины окутал его, не отвлекая на долетавшие из окна и из-за двери звуки. Там ничего нового, давно известная информация, не стоит прислушиваться.

Вариант первый — ловушка. Самый гадкий и не просчитываемый. Фрегойи — подлый народ, удар ножом в спину — их любимое занятие. Решили усыпить бдительность, прислав наследников, а сами собрались обескровить Анторию. Беспрепятственно проникнут в Айши, во Дворец заседаний, изобразят видимость переговоров, а потом... Потом его, Рэнальда Хеброна Рандрина, и ключевых сподвижников найдут мертвыми. Вариантов множество: от банального кинжала до яда и магии. Возможно, фрегойи призовут Темную госпожу или захватят в заложники Зару или Апполину. У обеих примерно равные шансы стать приманкой, заманить герцога туда, откуда не возвращаются. Зару недолюбливает принц Аластид, отец Апполины — эльф, плюс ее надели даром видеть сущность души.

Девочек устранят. Как бы жестоко это ни звучало, если уж мстить, то вырезать нужно всю семью. Не так уж много работы: трое. Рандрина, как самого сильного, оставят напоследок, попытаются манипулировать, давя на родственные чувства. Других родственников не тронут: кузены не интересны, особенно со стороны матери, по отцовской же линии нет никого, ближе троюродных братьев и сестер.

Итак, это самый худший вариант. Каковы следующие?

Вариант второй — провокация. Фрегойский король рассчитывает, что анторийцы окажут соседям недружественный прием, и использует это в качестве повода для разжигания войны.

Возможно, присутствует свой интерес и у второго наследного принца. Верарх все еще жив, все еще первый в очереди к трону. Кто знает, может, до того, как нынешний монарх уйдет в мир иной, у его первенца появится сын, который сможет завоевать симпатии дворянства? Или это сделает супруга Верарха. Правильная женитьба — и трон его. Как известно, корону примеряет сильнейший, а во Фрегойре силу во многом определяют чужие симпатии. Аластид, разумеется, не допустит усиления позиций сводного брата и попытается убрать его с дороги. А тут такая возможность! Убить самому и свалить на анторийцев.

Но с ними леди Атамальда, старшая сестра Аластида, любимица отца. Родись она мужчиной, вопрос о престолонаследии решился сам собой. Хитрая расчетливая стерва, узору паутины которой позавидовал бы любой паук! Она потворствовать убийству не станет: с Верархом у нее прекрасные отношения. Если тому каким-то образом удастся отстоять право на корону, сестра встанет за его спиной и будет нашептывать на ушко свое мнение. Она всего на полтора года младше Верарха, не юная девочка, а настоящая фрегойская волчица.

Перебирая в памяти законы Фрегойра, Рандрин убедился: теоретически леди Атамальда могла стать королевой. Если Темная госпожа даст свое согласие, принцесса выйдет за Верарха. Да, это инцест, но они сводные брат и сестра, а закон запрещает браки исключительно между родными. Прецеденты случались, правда, не с братом и сестрой, а с дядей и племянницей. В свое время один из Ша-эль-Ди пошел на этот шаг, чтобы корона не перешла к другому роду. Девочка была единственным ребенком королевской четы, дядя — старшим сводным братом ее матери. Богиня не стала противиться и послала тем двоим здоровых детей. Трех или четырех, Рэнальд точно не помнил. Но рожать от Верарха Атамальду никто не заставлял. Брак вполне мог оказаться бездетным, королева бы вдовела, вышла замуж вторично и возвела на престол нового супруга. Разумеется, это привело бы к войне с младшим братом, но у вдовствующей королевы гораздо больше шансов победить, чем у низложенного принца. А если она все-таки забеременеет и станет регентшей, права на престол станут незыблемыми. Ребенок умрет года через два-три: фрегойки нещепетильны, ненужных детей убивают. К тому времени леди Атамальда прочно вцепится в корону.

Розыгрыши
и конкурсы
Эксклюзивные
предложения
Только интересные
книги
Скидки и подарки
постоянным покупателям