0
Корзина пуста
Войти | Регистрация

Добро пожаловать на Книгоман!


Новый покупатель?
Зарегистрироваться
Главная » Дитя от Владыки демонов » Отрывок из книги «Дитя от Владыки демонов»

Отрывок из книги «Дитя от Владыки демонов»

Автор: Тина Блестящая||Холли Ультрафиолет

Исключительными правами на произведение «Дитя от Владыки демонов» обладает автор — Тина Блестящая||Холли Ультрафиолет Copyright © Тина Блестящая||Холли Ультрафиолет

ПРОЛОГ

Пятница…

Раньше я любила ее больше других дней недели. Так приятно осознавать, что впереди выходные, можно встретиться с подругами, побродить по магазинам, если ты, конечно, живешь не у черта на куличках. Спать столько, сколько хочется, а в хорошую погоду даже сгонять на шашлыки. Но с того самого момента, как я попала в сибирскую глухомань под названием «поселок Заря», куда меня отправили работать по распределению, я возненавидела и пятницу, и субботу, и воскресенье.

Темнело рано. Начало ноября выдалось морозным, уже лежал по щиколотку снег, а холодный ветер на пустоши пробирал до костей. Поежившись и зажав под мышкой пакет с тетрадями учеников, я возвращалась в дом. В нем снимала комнату, неподалеку от местной школы.

Промозглый ветер заставил меня натянуть шапку чуть ли не на нос. Ну и погодка! Кажется, сегодня будет метель. Ближайший магазин уже не работает, придется идти за продуктами с утра.

Я издалека заметила свет в доме, на кухне. Вот же балда! Так спешила утром, даже не выключила его.

Закрыв двери, я сняла пальто, повесила его на старую вешалку, сверху пристроила шапку, с удивлением поняв, что в доме топили. Потянула носом, почувствовав вместе с постоянной сыростью неприятный, витающий в воздухе запах спиртного.

Поскольку жильем по приезду меня никто не обеспечил, пришлось снимать его у местного жителя. Он переехал к пожилой матери, как сам сказал, помогать, но мне кажется, лишь проблем ей добавил. Но мне же легче, снимая комнату, получала весь дом. До этого дня хозяин заходил за платой за прошедший месяц или сделать что-то на участке, причем предупреждал. А сегодня, похоже, заявился без приглашения. Неужели снова понадобились деньги?

Я хотела было незаметно прошмыгнуть в комнату, как Василий Козлов собственной персоной показался в дверном проеме, облокотился на деревянный косяк и смотрел на меня мутным взглядом. Волосы торчали в беспорядке, одежда явно не первой свежести.

Я почувствовала внутреннее беспокойство.

— Простите, кажется, у меня все оплачено, — пискнула я, испуганно глядя на мужчину.

Этому самому Василию было лет, эдак, тридцать пять, но выглядел он намного старше — лишний вес и пристрастие к спиртному сделали свое дело. Поэтому и жена бросила за пьянство, сразу после развода она забрала детей и переехала в город. Так сказала соседка.

— Лизонька, я совсем не за деньгами. Хотел тебя проведать. Тебе наверняка скучно тут одной, такой красотке, никто не приголубит, — чуть заплетающимся языком выдал мой сердобольный арендодатель.

— Извините, у меня много работы, — сказала как можно строже, кивнув на пакет с тетрадями. — Раз вам ничего не нужно, то оставьте меня одну.

— Слушай ты, фифа городская! — вдруг изменил тон Козлов, показав свою истинную натуру. — Думаешь, что ты два года будешь жить в доме за те копейки, что платишь? Я тебя не для этого брал.

Ну да, наивная, как чувствовала, что рано или поздно пристанет. Настроение и так было поганое, мне бы просто поесть и отдохнуть в тишине, а тут сосед проблем доставил.

Как бы я не боялась, но взрыв после тяжелого дня рвался наружу. Хотела было ответить что «помягче», не задумываясь, что потом буду искать новое жилье, но не успела. Он шагнул ко мне, схватив за руку и сжав запястье до боли, и впечатал в свое грузное тело.

— А-а-а! — завопила я, вырываясь из объятий пьяной скотины. — Что вы делаете?! Я напишу заявление в полицию, — решила пригрозить.

— Я еще ничего не сделал, — на меня дыхнули помоями, что я не выдержала и скривилась. — Да и не докажешь. Скажу, крутила сама передо мной задом.

Меня прошиб холодный пот. Все еще не верилось, что он способен так поступить со мной.

Этот козел потащил меня в зал против моей воли, опрокинул на старый диван и лег между ног, навалился всей своей сто килограммовой массой на мое стройное тело. Я почувствовала себя асфальтом. Меня вновь обдало парами алкоголя. Я орала и отбивалась, но этот придурок лишь заводился. И как только у пьяного что-то встало? Но не почувствовать я не могла, он своим достоинством упирался мне прямо… прямо…

Он прижал мои руки одной своей граблей, в нетерпении расстегнул ширинку и выволок на свет то, чем сложно гордиться. Жирные губы, от которых пахло селедкой, приблизились к моим. От омерзения я отвернула голову, а он мне сказал в самое ухо:

— Ну же, потрогай его, он уже заждался.

И этот урод хохотнул, довольный своей шуткой.

Хочет, чтобы приласкала? Да я его сейчас так...

Я вцепилась в волосы, не дав Козлову присосаться к моей шее, и заорала во весь голос:

— Отпусти немедленно, пьяный вонючий козел! — закричала от злости.

Опустила руку в поисках хоть чего-то, чем двинуть, и неожиданно натолкнулась на холодную пустую бутылку. Не долго думая, схватила ее и заехала по голове мужику.

Козлов обмяк, я его едва смогла скинуть с себя. Этот придурок упал прямо около дивана. И сразу почувствовала легкость и возможность дышать. Бутылку я об его голову не разбила — на редкость прочная оказалась (бутылка), а вот мужика уложила запросто.

Откинув ненужную емкость, все же услышала звон разбитого стекла. А вот тут перестаралась. Злость неожиданно ушла вместе со звоном и на смену ей пришел страх. Липкий такой, подбирающийся бесшумно, словно паук. А потом меня охватила настоящая паника.

А что, если я убила его?

Я осторожно поднялась, испуганно посмотрела на Василия, который лежал неподвижно с закрытыми глазами и не вставал. Ну все, точно прикончила эту сволочь. Пропала моя молодость. Кому теперь докажешь, что в целях самозащиты действовала?

А потом раздался протяжный храп. Козлов причмокнул все еще жирными от масла губами и, завалившись набок, вновь захрапел.

У меня сразу отлегло от сердца. Озабоченный козел уснул прямо в зале, и вряд ли я смогу его растолкать.

Вновь вернулась злость, которая попросила очередного выхода. Вот я и пнула ногой несостоявшегося насильника. Тот еще сильнее всхрапнул.

К кому теперь обратиться?

Что же я за горемычная такая? Так себя жалко стало, хоть реви белугой. Но я упрямо вытерла злые слезы и призадумалась.

Из соседей я почти никого не знала, потому что жила здесь всего третий месяц. Да и то постоянно проводила время на работе, вела у средних классов математику и физику, пытаясь научить хоть чему-то оболтусов. Впереди выходные, а я не уверена, что Василий свалит сам. Проснется и снова начнет приставать. Мобильная связь в этой глуши почти не ловит. Нужно ехать в полицию, писать заявление, но до ближайшего городка двадцать километров.

Немного подумав, все же оделась. Бросила разъяренный взгляд на гада, развалившегося на выцветшем коврике, и вышла за двери, твердо решив восстановить справедливость.

Больше всего я боялась, что неприятный инцидент был лишь началом приставаний. И если я промолчу, Козлов мне прохода не даст.

С тяжелым сердцем вздохнула. Придется искать другое место жительства. На это нужно хотя бы пару дней. Где теперь ночевать? Может, попросить у сторожа школы, чтобы позволил некоторое время перекантоваться в классе? Директор ни за что не разрешит, скверный характер.

А метель, как назло, разыгралась не на шутку. Противный ветер бросал в лицо колючий снег со льдинками, пробирался под шарф. Снег забился в сапоги. От мороза щипало щеки и нос. Видимость сократилась до нескольких метров, и я уже не совсем разбирала, куда иду. Приходилось переступать сугробы, которые росли прямо на глазах. Но вернуться я не могла. Некуда теперь.

Я проклинала всех на этом свете, включая себя лично. Это же надо было с моей золотой медалью выбрать такую дурацкую профессию! Стать училкой, которую после окончания универа сослали в неведомые дали на целых два года, заперли в деревню, где всего одна школа. Ни один нормальный человек не станет работать в таком затхлом месте, да еще за гроши, которые платят. Хотя работы невпроворот — директриса наставила мне часов аж на две ставки.

Вскоре я вышла к железной дороге. Столько снега насыпало, что я решила идти по шпалам. Чтобы добраться до них, пришлось изрядно попотеть. Сугробов, конечно, тут пока не намело, но зато ветер практически сносил с ног.

Пальцы замерзли, несмотря на перчатки, я почти не чувствовала рук. Нос, казалось, вот-вот отвалится. До ближайшей станции еще прилично пилить, только там я смогу сесть на электричку или взять такси. Хотя кто на машине в такую погоду куда-то ездит? Нормальные люди дома сидят и горячий чай попивают. А меня понесло черт знает куда, да еще и на ночь глядя. Вот и за что мне такое наказание, спрашивается?! Все не слава Богу! И денег не так много с собой. 

Справа от меня вдруг раздался протяжный вой, и я, вздрогнув, остановилась и прислушалась.

Волки. Точно волки. Сожрут меня здесь, обглодают мои косточки — и поминай как звали.

Вой повторился, и я вся затряслась, уже не соображая, от чего больше — от холода или от страха. Рванула вперед, спотыкаясь на покрытых наледью шпалах, желая убежать подальше. Вдалеке мелькнул красный фонарь. Поезд что ли едет?

Как узнать о возможном приближении поезда? Лечь на шпалу ухом и послушать? Так ухо точно примерзнет к металлу. Да и не до этого теперь. В лесу волки, ждут не дождутся, когда остановлюсь. С другой стороны ничего не видно — крутой склон насыпи.

Но я знала, что станция уже близко.

Новый вой перемешался с тявканьем. Да там этих монстров целая стая!

Стра-ашно-то как! Люди, помогите мне, кто-нибудь!

От ужаса не спасало то, что железная дорога освещена фонарями. Крикнешь — точно услышат волки, они наверняка идут по следу, так и мечтая перекусить мной на ужин. Я неслась, что было мочи, завернула за поворот и увидела огни станции. Добраться бы до нее — и я окажусь в безопасности.

Я едва сообразила, что рельсы уже вовсю вибрируют. Очнулась лишь тогда, когда из-за спины ударил яркий свет. Я обернулась, и он ослепил меня. Я замахала руками и заорала, что было мочи — прямо на меня двигался металлический монстр. И хоть машинист ударил по тормозам, такую махину не остановить быстро. Гудок практически оглушил, предупреждая об опасности.

От нового порыва ветра пошатнуло, и я упала навзничь. Пыталась сползти, но поезд уже добрался до меня. Кажется, мне удалось перевалиться через рельсу, и я полетела в кювет. Я так думаю, что это был кювет, потому что на самом деле ничего не видела, в глазах совсем потемнело, и я только чувствовала, что куда-то падаю.

В голове мелькали картинки из моей короткой жизни, в которой я толком не успела ничего увидеть. Где-то совсем рядом раздалось тоскливое завывание. Если кости не сломаю, вряд ли все равно выживу. Волки постараются. А я так молода, я хотела жить!

Но какая-то странная сила остудила разум и тело, утягивая сознание в кромешную тьму.

 

ГЛАВА 1

Я жива или уже умерла?

Но раз я мыслю — значит, существую. Осталось понять, где и как.

Я ощупала себя. Замерзшие пальцы кололо, будто в них впились тысячи иголок. Тело не желало подчиняться. Воздух тут был довольно теплым, и я «оттаивала» после стужи. Стало даже жарко. Но меня не съели волки, и поезд не превратил в лепешку. Это уже хорошо. 

С трудом поднявшись, села и обвела взглядом пространство вокруг.

Вот и куда меня забросило? Что за темные своды и каменный пол? Будто пещера какая-то. На поверхностях танцевали огоньки, порой они складывались в узоры, потом распадались по одному. В воздухе витал запах благовоний, и дымок щекотал нос. 

Глаза постепенно привыкали к темноте. И я вдруг поняла, что здесь не одна. Неподалеку от меня кто-то находился, но я видела лишь широкую спину в балахоне, на голову же был наброшен капюшон. На полу горела настоящая пентаграмма, от золотистых линий развевались языки пламени, а незнакомец ходил по ним, и они его не обжигали. По всем законам физики балахон давно должен был вспыхнуть, но этого не происходило.

Господи! Куда я попала?! Сначала Козлов этот, а теперь какой-то сектант. Сейчас зарежет во имя своего господина. Что за невезуха! Похоже, он притащил меня к себя, пока я находилась без сознания.

Я поползла назад, аккуратно так, чтобы не привлекать внимание, но вдруг что-то задела ногой, и это «что-то» покатилось и разлилось по полу темной жидкостью. 

Поклонник неизвестного культа тут же обернулся на звук.

Лицо сектанта оказалось скрыто под позолоченной маской, я видела лишь губы, которые недовольно скривились. Глаза в прорезях маски сверкнули алым пламенем.

— Ты еще кто такая? Откуда здесь взялась? — резко спросил он, разворачиваясь.

От страха я практически вжалась в стену, стараясь слиться с камнем. Мало того, что здесь происходило нечто странное, так еще и мужчина оказался под балахоном-плащом совершенно голым. Тело было разрисовано какими-то непонятными знаками и узорами. И видно мужское достоинство во всей красе. Он даже не стеснялся.

Кажется, он не только сектант, но еще и извращенец. Только вот обычно у них не светятся глаза. Ну мне и «повезло»…

— Простите, я случайно задела, — заикаясь, проговорила я, подхватилась на ноги, с облегчением осознавая, что кости целы, и понеслась в темноту. 

Бежала, спотыкаясь на камнях и уступах, ничегошеньки перед собой не видела. Казалось, что за спиной раздается тяжелое дыхание сумасшедшего маньяка, в логово которого меня занесло каким-то удивительным образом. А, скорее, он сам и принес.

Лоб покрылся испариной. Бежать в длинном пальто было не слишком удобно, ведь в пещере было довольно жарко. Я расстегнула его и просто бросила на пол. Тут уж не до него.

Бежать стало легче.

Впереди мелькнул свет, и я ускорилась — открылось второе дыхание. Я наивно полагала, что там выход наружу. И маньяк отстанет. Может быть, мне удастся позвать на помощь нормальных людей. Я неслась, как только могла, хотя постепенно начали ныть мышцы, а грудь сводить от недостатка кислорода. Выскочила из темноты в другое помещение и вдруг осознала, что это никакой не выход.

Это тупик.

Свечение исходило от источника, который бил прямо из стены. 

Да где я? Растерянность и злость овладели мной. Я развернулась и увидела перед собой маньяка. Он остановился и оценивающе смотрел из-под капюшона. Я чувствовала этот взгляд. Слишком пронзительный, пробирающий до мурашек, нечеловеческий какой-то.

И тут он схватил меня за горло, прижимая к стене.

— Ты все испортила, — процедил он сквозь зубы. — Ничего не хочешь сказать?

— Я же извинилась! — просипела, пытаясь ослабить хватку руками. Он слишком сильно сжал горло. 

— И думаешь я просто так тебя отпущу?

— А почему бы нам не успокоиться и не договориться, как нормальным людям, а? — со слабой надеждой голосе проговорила я.

Во всех источниках инета говорилось, что если тебя похитили и нет возможности сбежать, надо в первую очередь наладить контакт, чтобы у похитителя не возникло желания тебя убить.

— Ты кто вообще такая?

Хватку он все же ослабил, контакт пошел, и теперь я могла дышать.

— Елизавета… — выдохнула я и добавила: — Елизавета Петровна Воронцова. Отпустите же меня, наконец!

Мои последние слова все же как-то повлияли на сумасшедшего мужика. Он отпустил, а я попыталась прийти в себя.

— Что за странное имя? Это титул? Я не знаю земель под названием «Воронцово» в Карниуме.

— В каком, к черту, Карниуме? — От изумления даже страх пропал. — Где я вообще оказалась?

Но отвечать на мои вопросы маньяк, похоже, не собирался.

— Иди за мной, — коротко приказал он.

— Куда? — опешила я.

— Обратно. Если не пойдешь сама — поволоку силой, — пригрозил он.

От этого ненормального можно ожидать чего угодно. Я молча потопала за ним, как овца на заклание, все же надеясь высмотреть и запомнить путь для побега.

По дороге осмысливала происходящее. И только сейчас поняла, что мы разговаривали-то вовсе не по-русски, а на другом языке. Который, при всем при этом, мне известен.

В голове пока не сложилась картинка, но все происходящее жутко настораживало. Или я попала в руки к безумцу или…

Это «или» не удалось домыслить, потому как мы вновь оказались в пещере, откуда я сбежала.

Неудачно сбежала.

— Посиди пока тут, я решу, что с тобой делать, — прошипел маньяк.

Он направил на меня руки, и я вдруг заметила, что на моих запястьях сверкнули браслеты. А потом прямо в воздухе появилась светящаяся цепь, которая стянула мои руки вместе, а конец ее сам по себе впился в стену.

Я дернула за цепь, по-прежнему надеясь, что померещилось. Но нет, слишком все реально. Звенит точно по-настоящему. 

Ущипните меня кто-нибудь! Где я и что тут вообще происходит?! Я уже на том свете? Может, в чистилище? Говорят же, что туда попадают после смерти. Или я так нагрешила в своей короткой жизни, что прямиком угодила к демону в ад?

Меня стало колотить мелкой дрожью, никак не могла успокоиться. Да и где тут можно нервы сохранить в такой ситуации? Длина цепи позволила мне опуститься на колени. Присев, я повернулась, настороженно наблюдая за действиями незнакомца.

Он неторопливо ходил по круглому залу пещеры, периодически брал в руки бутылочки и колбы, смешивая все в большой каменной чаше.

Он же не собирается меня варить в котле, или что там у демонов?

— Я, конечно, дико извиняюсь. Но что вы намерены со мной делать? — осторожно осведомилась я. Надо продолжать говорить с этим… э-э-э… демоном.

— Пока я не решил, какой смертью тебя наградить, — язвительно отозвался он.

От его слов я снова затряслась. Что-то мне подсказывало, это вовсе не чистилище. Точно варить в своей чаше будет.

— За что? Я вообще не понимаю, как сюда попала! — дернулась я.

Мужчина повернулся, при этом полы плаща взметнулись вверх, а за ними потянулись языки пламени.

Я во все глаза глядела.

— Ты разлила ценный компонент — кровь девственницы. А без него я не могу завершить процесс. Сегодня единственный подходящий день! — глухо прорычал мужчина.

— Какой еще процесс?

— Это тебе вовсе не обязательно знать, — отрезал незнакомец и добавил: — Откуда ты вообще свалилась на мою голову?

— Я просто шла… шла по железной дороге, сначала волки, потом поезд. Я упала — и оказалась здесь.

Получилось сбивчиво, но пока вокруг все реалистично. Может, все же не умерла? Ага, а цепи, что сами из воздуха появились, мне приснились.

Я подергала руками, которые начали уже затекать, и жалобно посмотрела на разрисованного маньяка в маске, надеясь, что у него есть хоть капля совести.

Подумаешь, разлила кровь какой-то девственницы! Так ему и надо! Он наверняка замышляет жуткий ритуал. Вот выберусь из этой дыры, расскажу, что видела — и гада арестуют.

Хотя… какая полиция? Пока непонятно, где я вообще нахожусь.

— Хочешь сказать, что попала в блуждающий портал? — прикусил губу мужчина.

— Мне почем знать, что это было? — огрызнулась я. — Я твое лицо не видела, давай ты меня отпустишь, а я исправлю то, что сделала.

— И как же ты исправишь? Где найдешь кровь?

Тут он прищурился и посмотрел более пристально. Я поежилась от этого взгляда.

— Думаю, ты уже понял. Я дам тебе эту кровь — и разойдемся. Окей?

И тут в голове мелькнула страшная мысль. А что если он убивает девственницу после того, как забирает ее кровь? Он же не литрами берет? Вроде, та колбочка была малюсенькой.

Но я все-таки засомневалась.

— И?

Я показательно подняла вверх средний палец, сжав остальные в кулак. Но он никак не отреагировал на мой «посылательный куда подальше» жест.

— Уколем, выдавим немного — и все.

Мужчина поднял голову и звучно рассмеялся. Его смех эхом разнесся по пещере, отражаясь от высоких каменных сводов. Я даже заслушалась.

— Ты меня не поняла. Мне нужна совсем не та кровь. Так что твой палец отпадает.

— Что ты имеешь в виду? — непонимающе отреагировала я.

— Мне нужна именно та кровь, — кивнул он вниз, в сторону моего живота. — И есть только два способа ее получить. Первый — я ввожу тебя в транс и беру то, что мне нужно. Второй — ты сама соглашаешься отдать свою невинность, и этот метод, возможно, окажется более приятным. Я умею доставлять удовольствие. Выбирай, какой тебе больше нравится.

У меня волосы стали дыбом на голове от ужаса. Это что же получается? Ради выживания я должна переспать с этим… этим…

Я сглотнула, невольно уставившись на большое достоинство сектанта. Под моим взглядом оно дернулось и стало подниматься.

— Мне надо подумать, — совсем тихо проговорила я, поспешно опустив взгляд.

Голос дрожал, а саму меня бросило в липкий пот.

— Думай, у тебя не так много времени, — недовольно сказал незнакомец и отошел от меня к своему котлу. Вернее, к чаше.

Я внимательно из-под ресниц следила за его движениями и думала. Перспектива, что меня отключат и будут делать с моим телом неизвестно что, пугала до колик. Но еще больше пугал возможный секс с этим маньяком. И я совсем не была уверена, что он сдержит свое обещание и отпустит меня после окончания ритуала.

— Кстати, почему я должен верить, что ты еще невинна? — вдруг спросил он.

— Думаешь, я стала бы обманывать?

— Впрочем, неважно, я в этом сейчас сам удостоверюсь. Если ты солгала — тебя ждет страшная кара, — пригрозил он.

Почему-то я даже не сомневалась в его намерениях. Но сказала правду — я на самом деле девственница. Так вышло, что в мои двадцать два года у меня не было ни одного парня. На нашем факультете «физмата» училось много девушек, а тех парней, что имелись, сразу отхватывали мои приятельницы. К концу обучения свободными остались только те, на которых без смеха не посмотреть. Времени гулять не было, я почти ни с кем не общалась. И вообще я интроверт, мне тяжело найти общий язык с новыми людьми. Все свободное время я тратила на то, что помогала маме или делала уроки с младшей сестрой, убиралась дома. А еще читала фантастические книжки, мечтая о прекрасном принце.

Что же делать? Время уходит безвозвратно. Согласиться на первый способ? Или же рискнуть и отдаться мужчине? Он ведь сказал, что будет осторожен. Все происходящее напоминало сюжет из фильма «Пила». Если выполнишь условие, то останешься жить. Но на кону стояла моя девственность. Мне еще повезло: никого убивать не надо.

Я снова посмотрела на незнакомца — на сей раз оценивающе. В принципе, он отлично сложен. Может, все будет не так страшно, как я себе вообразила? Рано или поздно мне придется это сделать, и лучше, если мужчина будет опытным.

Вот и о чем я вообще думаю?!

Веду себя как распутная девка! А ведь это цена моей жизни.

Слишком дорогая цена. 

Но иначе он меня не отпустит, если откажусь отдаться добровольно, он все равно возьмет то, что ему нужно, но при этом вырубит.

Чертов извращенец! Что за ритуал он вообще проводит?

В это время мужчина смешал все компоненты, и от котла поднялся пар, который засиял в воздухе зеленым, почти изумрудным свечением.

Сектант стал наносить варево на лучи звезды, и они засверкали так ярко, что все помещение озарилось удивительным светом. И теперь я видела каждую деталь «интерьера». Это место напоминало лабораторию. Но где она спрятана — пока большой вопрос.

— Ну, что решила? — поинтересовался он, закончив действо.

— Ладно, я согласна на второй способ. Только обещай, что не причинишь мне боли и после отпустишь.

Вместо ответа он снова рассмеялся.

Звонко.

Жестоко.

Ну вот и все. Сама решила.

Один жест — и слетела странная цепь. Я едва поднялась, держась за неровную стену. Пошатнулась — ноги уже успели замлеть.

Мужчина подозвал меня к себе, и я послушно приблизилась на негнущихся ногах. Каждый шаг давался с трудом и натянутыми нервами. 

— Раздевайся! — сурово приказал он, как проститутке.

Сволочь.

Я трясущимися руками сняла через голову белый свитер. Замялась, прижимая его к себе. Если честно, лифчик на мне старый, поношенный. Господи! О чем я думаю? Тут насиловать хотят, а меня волнует, что на мне надето!

Маньяк ждал.

Под его пытливым взглядом я все никак не могла расстегнуть злополучный бюстгальтер, руки слишком напряглись. Потом мне все же удалось его снять. Я отбросила его, прикрываясь свитером.

Мужчина приказным жестом показал раскрыться.

«Чтоб у тебя не встал!» — мысленно ругнулась я.

Но на это я не могла рассчитывать. То, что я видела, вполне уже сформировалось и ждало конца прелюдии.

Я медленно отпустила свитер под его требовательным взглядом. Рука так и тянулась прикрыться, но я сдержала порыв и смущенно опустила взор. Я чувствовала, что незнакомец остался довольный увиденным.

На фигуру я не жаловалась. А еще, как назло, грудь третьего размера налилась, а соски призывно напряглись, напоминая спелые виноградинки, словно меня действительно возбуждал незнакомец.

Ну возбуждал, чего скрывать. Я уже нагляделась на его поднявшийся и полностью готовый к соитию орган. Оценила, так сказать.

Я, конечно, девственница. Но что находится между ног у мужчин знала и видела — подруги пару раз включали порнофильмы, когда я приходила в гости. И я могла с уверенностью сказать, что размер у незнакомца такой, что он прошел бы кастинг на съемки с первого раза.

Я нервно сглотнула. Морально я не была готова к своему первому сексу. И где? В какой-то пещере, а ведь хотелось романтики, свечей, ласки. Хотя, огней тут хватает, темноты тоже, да и мужчина не урод. И ласку он обещал.

Может, я тоже «того», немного сумасшедшая?! Что готова лечь под незнакомца, опасного незнакомца. Ведь даже не знаю, выполнит ли он свое главное обещание. Отпустит ли...

Все же придется принять тот факт, что меня сейчас лишит девственности такой же сумасшедший на всю голову маньяк.

Как там советовал интернет? Если напал маньяк, расслабьтесь и получите удовольствие. Вот я сейчас и собираюсь воспользоваться этой полезной инструкцией, расставить ноги и...

Незнакомец вдоволь налюбовался и, похоже, перешел к решительным действиям.

Он скинул капюшон с головы, и я заметила, что у него длинные черные волосы, собранные в косу. Он медленно подошел и прикоснулся к налившейся груди, слегка сжал ее, отчего я охнула. Неожиданно прикосновение вызвало удовольствие. Ну да, он же обещал мне его доставить.

Его руки легли на пуговицу джинсов. То ли он никогда не расстегивал девушкам штаны, то ли еще что, но он провозился пару минут, прежде чем ему удалось стащить их с бедер. Я переступила, снимая их совсем. А мужчина тем временем принялся за трусики, избавляя меня от последнего предмета гардероба.

Потом он склонил голову и взял в рот один сосок, а другой рукой обхватил вторую грудь. Я замерла. Тело стало посылать сигналы удовольствия вниз, которые расходились цунами. Между ног сладко заныло.

Я закрыла глаза, отдаваясь нахлынувшим чувствам. И вдруг ощутила, как рука маньяка проникла между нежных складочек, отыскивая там нужную точку. Он слегка нажал, и стало совсем сладко. Я даже прикусила губу, чтобы не застонать. Не стоит показывать ему, что мне нравятся его действия. Обойдется. 

Он, наверное, смочил пальцы слюной, я почувствовала, как он убрал их ненадолго, а потом с удвоенной силой принялся ласкать ими клитор, уже легче скользя между половых губ, нежно, но настойчиво.

— Ты еще не пустила соки, но мы это дело исправим, — хрипло произнес сектант, продолжив сладостную пытку. А потом чуть надавил на мое плечо, чтобы я опустилась на пол.

Я даже не заметила, что мы оказались в центре пентаграммы. Вокруг взвивались языки пламени, но от них не исходило жара. Пол был теплым, но не горячим, а мое тело уже начинало гореть иным огнем. Меня словно лихорадило. От возбуждения или от предвкушения чего-то необычного? Да уж куда необычнее?

Я и думать забыла, что совершенно не знаю человека, с которым собиралась заняться первым в своей жизни сексом. Мне казалось, что он не способен причинить вред, хоть и пугал. От него шла такая аура властности, что я невольно соглашалась со всеми его словами. И в то же время он казался настойчивым, нежным и терпеливым. Учел, что это мой первый раз?

Я смотрела на то, как он развязал шнурки на плаще, и тот заскользил по сильному, с развитой мускулатурой телу и бесшумно упал за его спиной. Теперь я могла вволю полюбоваться широкими плечами насильни… или уже нет? Насильник не стал бы беспокоиться об удовольствии жертвы, его возбуждали бы мои отчаянные крики.

Он скомкал плащ, подал его мне и мягко скомандовал:

— Подложи под голову.

Я села и схватилась за плащ, прикрываясь им. Незнакомец усмехнулся. Маска закрывала его лицо, но губы я видела. Красивые, такие способны подарить блаженство женщине.

— Время уходит. 

— Ах да, время… — повторила я, уже почти принимая его игру.

Засунула плащ под голову и легла на спину, зажмурившись. Будь, что будет.

Тяжелая ладонь опустилась на мой живот, я невольно втянула его, а потом рука скользнула ниже. Мужчина снова принялся ласкать пальцами мой клитор, то надавливая сильнее, то массируя круговыми движениями. Второй рукой он сжимал по очереди мои соски, от этого ощущения стали ярче, острее. Я не смогла остаться безучастной и невольно задвигалась. Мужчина заметил и улыбнулся.

— Какая хорошая девочка, — почти промурлыкал он, а потом вдруг приблизил лицо и захватил ртом мою нижнюю губу, слегка посасывая.

Я расширила глаза. Близость сначала испугала, вернее, его взгляд, который нестерпимо жег и волновал. Он, казалось, следил за каждым моим движением, за каждым моим выдохом, сорванным с губ.

Я закрыла глаза, не в силах выдержать его жгучий пылающий взгляд.

Что у него за глаза? Они какие-то нечеловеческие.

Язык нагло проник в мой рот и теперь игрался с моим, скользил по зубам, но так возбуждающе, что я неосознанно расслабилась и ответила на поцелуй. Не совсем умело, как могла, но мужчина остался довольным. Он стал больше прикладывать сил, чтобы я окончательно доверилась ему. Если это вообще возможно!

В это же мгновение палец мужчины двинулся дальше, в узкое пространство, но не вошел. Натолкнулся на преграду. Я услышала довольное хмыканье. Он убедился в моей честности. Думала, будет больно, но вдруг остро захотела, чтобы он не останавливался в своем исследовании. Но незнакомец пока просто игрался, он возбуждал меня, подводя к моменту, когда я буду готова принять его.

— Не обманула, ты действительно девственница. — Мне показалось, что он улыбается, и я открыла глаза. Так и есть.

Он развел мои ноги шире.

Я вспыхнула. Мне все еще было неловко от своей наготы.

Я проследила взглядом за его выражением. Жаль, под маской я не могла разглядеть выражение его лица. Только одержимый блеск в темных глазах и желание, которое выражалось в его налитом органе, что подергивался в предвкушении соития.

Мужчина продолжил поглаживать мой живот, периодически опускаясь ниже, к набухшим створкам тесного входа. И я чувствовала, как влажно и скользко там теперь. Я уже не думала о последствиях, представляла все как эротический сон — опасный, но приятный.

Стенки лона сокращались в ожидании, тело охватила мелкая дрожь, желание накатывало волнами. А удивительная обстановка и огни вокруг способствовали тому, что я полностью отрешилась от реальности.

— Ты готова. Просто расслабься, я постараюсь войти осторожно, — услышала будто в тумане чарующий голос незнакомца.

У меня создалось впечатление, что он меня все же чем-то одурманил. Разве я могла так сильно желать незнакомого мужчину?

Его пальцы выводили узоры на моей горящей коже, они настраивали мое тело, разогревали его, разжигали пламя страсти. Разве мужские руки могут быть такими… такими нежными?

Он прошелся краткими поцелуями по внутренней стороне бедра, прокладывая влажные дорожки, а потом я вдруг ощутила, как горячий язык лизнул мой уже возбужденный клитор. Это было так остро, так необычно, что я широко распахнула глаза. Мужчина продолжал, а я каждый раз жалобно вскрикивала от нарастающего безумного наслаждения.

Я задвигала бедрами, чтобы приблизить момент освобождения, но он перестал ласкать меня и расположился между моих ног, чуть приподняв меня за ягодицы. В преддверие лона уткнулась его твердая плоть.

— Давай же, возьми меня, пока не передумала, — произнесла я, не узнавая собственный голос.

Мне уже плевать хотелось на то, что меня сейчас лишит девственности маньячина. Мое тело горело и просило освободить его от напряжения.

Сектант усмехнулся и двинулся вперед, медленно, по миллиметру проникая в горячую узкую пещерку, которая ждала этого заполнения. Почувствовав преграду, он сильнее сжал мои бедра, практически зафиксировав меня, а потом сделал резкое движение вперед.

Я ожидала боли. Но вместо нее ощутила лишь кратковременный дискомфорт, который заглушило удовольствие. Чувство было странным, непохожим ни на что другое, известное мне до сих пор. Такое ощущение, будто изнутри всю растянули. Пытка, от которой получаешь удовольствие.

Нижнюю часть живота пронзил сладкий спазм. Я даже обхватила ногами бедра мужчины, двинувшись навстречу, чтобы он проник еще глубже. Хотелось продлить этот миг, как можно дольше, запомнить ощущение слияния.

— Горячая! Даже не ожидал, что ты такая страстная, — выдохнул довольно мой «маньяк» после небольшой паузы.

Он стал входить в меня и дальше постепенно все ускорялся. Периодически целовал в губы, и я отвечала на его поцелуи со всем желанием, что во мне скопилось за годы воздержания.

Почему-то мне казалось, что как только он лишит меня девственности, то на этом и остановится. Ведь ему нужна лишь моя кровь. Но мой незнакомец и не думал прерывать удовольствие, он раз за разом врывался в меня, шумно дыша. Движения стали рваными, быстрыми. Поцелуи более властными и ненасытными.

Я стонала и кричала, требовала большего. Хотела принадлежать этому мужчине. Сумасшедшая. Насилуют, а я требую от маньяка не прерывать наш секс. У меня точно этот, известный всем стокгольмский синдром.

А потом все пространство вокруг растворилось в необычном ощущении, очень сладком и пронзительном, раздирающем меня на части. Пульсация сперва охватило женское начало, а потом медленно распространилась по животу, по ногам, достигла головы и закончилось биением в висках.

Незнакомец почувствовал мой оргазм, его движения стали быстрее, он хотел догнать меня, пока я медленно приходила в себя. Он приподнялся, упираясь около моей головы ладонями. Сделал несколько финальных фрикций и содрогнулся, а потом замер, прикусив губу. А я почувствовала, как в меня устремилась горячая жидкость, омывая стенки лона.

На минуту мы оба замерли, я от того, что в меня только что кончил незнакомец, а он, по всей видимости, от пережитого оргазма. Но ведь и я пережила его. Абсолютно точно. Несколько раз я уже просыпалась от подобного ощущения, когда тело все еще содрогается от испытанного удовольствия. Вот уж не думала, что при лишении девственности можно его получить. Но, наверное, все зависит от партнера. Мне повезло. К счастью или же нет — я пока не знала. Как освобожусь, надо будет подумать, как предотвратить нежелательную беременность.

Мысли медленно вставали на место, и появилось неприятное чувство, что я отдалась в обмен на свободу. И выполнит ли сектант обещание — огромный вопрос.

Но это еще не все. Самое интересное лишь начиналось, ведь я забыла, что кровь то ему требовалась для какого-то ритуала.

Как только он вышел из меня, а кровь, смешанная с его семенем хлынула наружу и попала на лучи звезды, огни вспыхнули так ярко, что ослепили. Я слышала, как сектант читает что-то на незнакомом языке, похожем на латынь. Голос гремел эхом, заполняя всю пещеру.

Я различила лишь одно слово.

Алиссар.

Что такое этот «алиссар», знать не знала. В тот момент мне не было до этого никакого дела. Поглядывая на обнаженного мужчину, который стоял в центре пентаграммы, запрокинув голову и вытянув руки, словно распятый Христос, я увидела, как засветились тайные знаки на его теле. Я в ужасе поползла прочь от этого места, пытаясь лихорадочно вспомнить, где осталась моя одежда.

Но голос маньяка настигал, проникал в грудь, в голову, подчинял.

Словно он звал именно меня.

Я содрогнулась всем телом.

Под ребрами разрасталась необычная сила, которая пугала, ведь я не знала, что это. Оранжевые огни догоняли, вползая в меня через кожу, двигаясь под ней, образуя огненные знаки, похожие на те, что я видела на теле сектанта.

Мне показалось, что я перерождаюсь, меняю свою сущность. Ощущение такое, будто с меня стала слезать старая кожа. А скорее даже сгорать, обугливаться и опадать едва тлеющим пеплом. Я, как змея, обновлялась.

Я почувствовала невероятную гибкость и легкость в теле и подвигала суставами. Ни одного хруста. Показалось, что внутри меня ожила древняя сущность, она всегда во мне присутствовала и лишь теперь от звуков волшебного голоса мужчины пробудилась от долгого сна. Он звал ее — и мое тело отреагировало на призыв.

Боже, какой бред!

Я тряхнула головой, придя в себя. Кажется, этот демонолог вызывает какое-то существо, а я тут вовсе не причем, я просто отдала ему свою девственность. Надо делать ноги, пока маньяк не сообразил, что я все еще здесь.

Наконец-то я высмотрела свои джинсы и трусики, схватила в охапку, потом заметила свитер. Сжимая одежду в руках, я рванула к выходу без оглядки.

Кажется, маньяк пришел в себя и догонял. Но у меня вдруг включились дополнительные силы, и я не бежала — летела. Стены, своды, сталактиты… все перемешалось в общей массе. Но теперь я точно знала, где выход, и двигалась верным путем.

— Остановись! — прогремел позади голос мужчины, но вдруг стал далеким и незначительным.

 

ГЛАВА 2

Я выбралась из пещеры возле какого-то горного леса и остановилась, чтобы отдышаться. Мои сапоги так и остались внутри. Но не моя забывчивость поразила меня — все вокруг казалось странным и незнакомым. Я так и стояла с открытым ртом.

Здесь царило лето.

В густых кронах деревьев щебетали ночные птицы, пахло медом и цветами. А на иссиня-черном бархатном небе сияли сразу две луны. Одна голубая, она была наполовину затемнена своей соседкой, оранжевой и большой, похожей на апельсин.

Я даже глаза потерла, не веря в происходящее.

Кажется, это вовсе не сибирская тайга, а совсем другое место. 

На плечо опустился большой комар. Я прихлопнула его. И тут же вспомнила, что стою голая посреди незнакомого леса в новом, неизвестном мне мире.

Почему-то в этот момент я четко осознала, что это не наш мир.

Тьфу! Наверное, перечитала разных книг, вот и мерещится всякое. Я все еще под гипнозом после того заклинания и странностей, что со мной произошли.

Я надела трусики, чувствуя между ног влагу, натянула джинсы, потом пролезла в свитер, закатала на нем рукава. И двинулась по узкой каменной тропе вниз по склону. Было жуть как страшно, но я должна двигаться, чтобы уйти от этого места, как можно дальше. В лесу раздавались незнакомые звериные крики, треск и еще целый набор непонятных звуков. Неизвестно, что поджидало меня вон в тех кустах, или в тех. Я на всякий случай подобрала увесистую палку и шла, постоянно оглядываясь и вздрагивая. Но больше всего боялась, что маньяк из пещеры догонит и завершит свою черную мессу, убив меня.

Под ноги постоянно попадали какие-то ветки, они ранили босые ступни. Но я уже не думала о боли. Между ног тоже все ныло, но то была приятная боль, тело еще помнило о случившемся.

Впереди, у вершины соседней горы, забрезжил розовый рассвет. Я замерла на плато, с опаской глядя вниз. Как вдруг увидела промчавшегося по дальней дороге всадника. Позади него развевался плащ, и почему-то я была уверена, что это мой знакомый незнакомец.

Уехал, выходит. Он не смог меня найти. Почему? Может, та сила, что пробудилась ночью, защитила от него? А возможно, он просто потерял ко мне интерес. Получил свое — и так и знали. Неприятно такое сознавать.

Но мне нужно тоже выбраться на дорогу, скорее всего, она приведет меня к людям. Ведь я не выживу в горах одна, без еды и воды, без обуви на ногах. Становилось все больнее идти. Был соблазн вернуться за сапогами, но я боялась, что не найду то место в пещере и только заблужусь. Начала мучить жажда.

Неподалеку я вдруг услышала журчание и рванула вперед. Звук шел от горного ручья. Он вытекал прямо из скалы, что образовывала небольшую чашу, из которой жидкость устремлялась водопадом с плато. Живописно, ничего не скажешь.

Я склонилась, глотая живительную влагу. Вода оказалась неимоверно вкусной. И даже мое настроение приподнялось. Невинность, конечно, я потеряла, но в остальном все не так уж и ужасно. Самое главное, что я жива и вроде как здорова, хоть меня и забросило черт пойми куда. Я ведь даже не успела поинтересоваться у мужчины, что это за мир, считая его до этого момента сумасшедшим сектантом. Впрочем, обратное пока тоже не доказано. Но, как бы я его не ругала, я не могла отрицать, что секс с ним мне понравился больше, чем хотелось бы.

Я умылась чистой родниковой водой, распутала волосы пальцами, после чего посмотрела на свое отражение в зеркале водной глади.

На первый взгляд, во мне ничего не изменилось. Все те же русые, с медно-рыжим оттенком волосы и серо-голубые глаза. Да и вещи на мне прежние, в которых выбегала из дома после приставаний пьяного владельца. Но в волосах я вдруг заметила несколько темных прядей, черты лица заострились, под глазами пролегли тени, отчего они казались огромными, а внутри радужной оболочки, ставшей более яркой и прозрачной, вспыхивали оранжевые созвездия.

Я невольно усмехнулась. Надо же, сколько мужского внимания в один день. Уж не от него ли так похорошела, несмотря на усталость? То пусто, то густо.

Но при этом мускулистый, идеально сложенный незнакомец из пещеры совсем не походил на пьяного увальня из деревни, где я работала. И вернусь ли туда, пока не понятно.

Хотелось помыться, смыть семя и кровь с бедер, но решила потерпеть. Несмотря на страх забеременеть, застудить низ боялась больше. Этому я с детства подвержена. И не мешало бы что на ноги найти.

Я оглянулась в поисках чего подходящего и нашла растения, листья которого напоминали лопухи. Потрогала, подождала, вроде, не ядовитые. Я их сорвала, правда, чуть руки не стерла до крови. Жесткие, зато прочные. Я просто обмотала ими ступни и закрепила усами другого ползучего растения. 

Через час я все же выбралась на дорогу. Она пролегала по ущелью, а дальше уже виднелись квадратики домов. Значит, там есть поселок. И люди. 

Я плохо помнила, как брела по гравийке. Израненные ноги болели, листья ненадолго спасли, сил не осталось. Казалось, что вот-вот упаду.

Почти дойдя до поселка, я присела на обочине в тени, чтобы отдохнуть.

В глазах стало темно. Я прислонила голову к стволу раскидистого дерева.

«Вот бы сейчас уснуть и проснуться в своем мире! Пусть даже в канаве или на больничной койке,» — подумала я, прежде чем вырубилась снова.

 

***

Открыв глаза, я сообразила, что нахожусь под тем же деревом, под которым заснула. Вот только солнце поднялось высоко и начало припекать довольно сильно. Тени укорачивались, воздух уже нагрелся и обжигал легкие. Находиться здесь и дальше стало невозможно. За время сна у меня прибавилось сил, хотя я все равно чувствовала себя разбитой.

Странно, но за эти пару часов меня никто так и не обнаружил. Надеюсь, в поселке кто-нибудь мне поможет и расскажет, где я нахожусь.

Я вдруг услышала стук копыт и скрип телеги. Ну слава Богу!

Я решила больше не мешкать. Наверняка это местный фермер. До сих пор я не слышала шума моторов машин. Но, может, тут полная глухомань? Я все еще на что-то надеялась — например, на то, что мне все снится. А может, я в какой коме сейчас лежу? Эта перспектива пугала больше.

Превозмогая боль в ступнях, я выбежала на дорогу, размахивая руками в надежде, что извозчик остановится. Но телега продолжала двигаться прямо на меня, даже немного ускорилась. Я едва успела отскочить в сторону, чтобы не попасть под колеса или копыта лошади. Мало того, прямо у моего носа, рассекая воздух, просвистел хлыст и послышался грозный окрик:

— Прочь с дороги, нищая оборванка!

Повозка скрылась вдали, подпрыгивая на ухабах и подняв столб придорожной пыли. Я пару раз чихнула, а потом встала, отряхнулась и задумалась. Это он меня оборванкой назвал? Так вроде же в приличной одежде.

Присмотревшись, поняла, что за время ночного путешествия мои джинсы изрядно испачкались, свитер поменял цвет с белого на серо-буро-малиновый, украсился ягодами и листвой. А волосы торчали в разные стороны, а ноги… А ноги были и того хуже, грязные и окровавленные.

От злости на обстоятельства я сжала кулаки.

Но делать нечего. Не умирать же посреди дороги?

Обвиняя во всех своих бедах маньяка из пещеры, я медленно двинула в сторону поселка пешком. Вскоре мимо меня проехала еще одна телега, груженная мешками, но результат был тот же, что и в прошлый раз — никто не остановился.

Остроконечные черепичные крыши домов местами оказались разрушены. Людей на центральной улице почти не видно. Будто все прятались по домам от чего-то страшного.

Заметив проходящую мимо девушку в темно-синем платье длиной по щиколотку и с плетеной корзиной в руках, я окликнула ее:

— Извините, можете уделить мне пару минут?

Девчонка остановилась и широко раскрыла глаза. А потом уронила ношу и заорала не своим голосом, бросившись за угол здания.

Да чего здесь все такие нервные?!

Я хотела было догнать ее, но тут из-за поворота, где скрылась незнакомка, появились трое хмурых мужчин в средневековой одежде с вилами и лопатами. Они решительно двигались прямо на меня, будто я какая-то прокаженная.

— Уходи из нашей деревни, ты накликаешь беду, — сказал самый высокий из компании мужчина в треугольной шляпе и с закрученными вверх усами.

Я выставила руки перед собой, пятясь назад.

— Да вы что тут, все ненормальные? Я же только спросить хотела! — воскликнула я, продолжая отступать.

— Иди подобру-поздорову, — рыкнули мне в ответ.

— Ладно-ладно, уже ухожу, — произнесла я, а потом развернулась и припустила, что было сил.

Бежать по колючей брусчатке было больно, листья, которые защищали мои ноги, уже слетели. Я готова была орать не своим голосом, хотелось просто упасть и отдаться на волю судьбы, поддавшись панике, но страх и желание жить подталкивали. А сзади мне казалось, что слышались голоса местных жителей. Хотя, на самом-то деле, они давно оставили меня в покое.

Выбившись из сил, я перешла на шаг. Пару раз оглянулась, чтобы убедиться в собственной безопасности. Потом и вовсе остановилась, решая, что делать дальше.

Кажется, в этом мире мне никто не рад. Но чтобы вернуться домой, нужно выжить. Представить, что это квест, так проще.

Что мне надо в первую очередь, чтобы заработать очки?

Переодеться в местную одежду и обувь, чтобы не вызывать подозрений. Обезопасить ноги — иначе далеко я уйти не смогу. И мне нужна еда, чтобы не обессилеть. Даже если придется украсть, я пойду на это ради выживания. А потом уже решу, что делать дальше. 

Я тревожно оглянулась. Похоже, я забежала на окраину какого-то хутора, стоявшего подальше от остальных домов. Этот дом, в отличие от других хижин, сделан был из камня. Сюда и ехали те телеги с мешками, что я видела на дороге. Я заметила их издалека.

Впереди слышались взволнованные голоса людей. И я на всякий случай присела за заборчиком, решив понаблюдать.

Вскоре во двор из сарая вышли двое мужчин, но они меня, к счастью, не видели.

— Слышал, скоро снова придут солдаты Илирайна, — сказал один из них, глотнув напиток из фляги, потом передал ее второму, — перемирие не будет долгим.

— Они и так полстраны разрушили! Надеюсь, что Его Величество со своей армией сможет дать отпор илирайнцам! Говорят, архимаг ищет способ, чтобы навсегда избавить Альтарию от угрозы войны.

Так вот оно что! Здесь недавно шли военные действия. Интересный сон вырисовывается. Похоже, в этом мире мира нет, как бы бредово не звучало.

— Безопасно только в столице. Илирайнцы не посмеют туда сунуться, не хватит мощи. Город защищает древняя магия, — произнес первый мужчина.

— Ладно, пошли разгружать телегу, а то от хозяина плетей влетит, — ответил его собеседник, вздыхая.

Мужчины развернулись и направились к дому. А я задумалась, продолжая наблюдение из зарослей лопухов, большие листья которых скрывали меня от посторонних глаз. Дождавшись, когда работники местного помещика скроются, я выползла и на четвереньках двинулась вдоль забора.  

За домом меня ждала удача. Служанки дворянина развешивали постельное белье и одежду. Я огляделась. Слишком много свидетелей, и решила подождать в укрытии. Мое терпение окупилось. За это время я уже присмотрела, что взять. Простое коричневое платье, белый чепчик. Обуви, жаль, так и не увидела.

Женщины закончили с постиранным бельем и отправились в дом, а я быстро метнулась к натянутым веревкам и схватила одежду. Пока бежала к забору, думала, сердце выпрыгнет из груди. Затаилась вновь. Нехорошо брать чужое, совесть шептала все бросить и уйти. Но что дальше? Попросить — так никто не даст, еще догонят и поддадут. Я умру здесь, и никто искать и плакать не будет. Лучше быть воровкой, чем мертвой.

И тут мой взгляд упал на башмаки возле сарая. Слишком соблазнительно и опасно. Из постройки мог в любую минуту кто-то выйти, но без обуви я далеко не убегу. Нагонят, а за воровство нигде не жалуют. И ждать больше нельзя — женщины могут хватиться пропажи.

Понадеявшись на удачу, я рванула к сараю, схватила башмачки и бегом мимо забора к деревьям. Мне повезло, пока тихо. Там решила переодеться. 

Я, прямо как солдаты в армии, стянула свитер, в котором уже упарилась. Надела платье на джинсы, нахлобучила чепчик на голову, заправив растрепанные волосы. И неважно, что одежда все еще не высохла. Даже приятно на разгоряченное тело надеть холодную шмотку. Башмаки оказались большими и не самыми удобными, но в моей ситуации выбирать не приходится. Буду продолжать думать, что это такой завернутый квест, который мне нужно пройти, чтобы вернуться домой. Хотя как вернуться, пока не понятно от слова совсем.

Свитер я выбрасывать не стала — повязала его на талии. Мало ли, какой будет эта ночь. Ведь мне придется провести ее на улице или в лесу. От этой мысли стало совсем грустно. Кажется, вся эта игра на выживание — чья-то дурная шутка, а вовсе не приятное путешествие по чужому миру. Мне тут никто не рад. Скоро ночь, а у меня во рту маковой росинки не было. Живот от голода схватило так, что я была готова жевать траву, как те коровы, что паслись неподалеку.

Но соваться на территорию поместья в ворованной одежде глупо. Теперь я не так отличаюсь от местных девушек, можно поискать в городке, где подкрепиться. Хотя этот городок больше напоминал деревню.

Интересно, о ком разговаривали те два парня? Кто такие эти илиренцы… илирунцы… илирайнцы? Что это за страна такая — Альтария? А еще они говорили о короле и каком-то его помощнике, и даже о магии вспомнили. А может, и меня приняли за враждебную чужестранку, поэтому и гнали прочь? Возможно, где-то неподалеку граница враждующих государств.

Почему-то тот факт, что в мире есть магия, после прошлой ночи меня уже не удивил. Ведь сектант из пещеры точно использовал колдовство. И наверняка запрещенное, раз скрывался ото всех в каменном логове.

Именно эти мысли одолевали, пока я шла окраиной поселка, стараясь не попасть в то место, где меня уже видели. Теперь я не привлекала внимание необычной одеждой, хотя местные жители все равно поглядывали на меня с неким недоверием.

Пахло на улице, если прямо сказать, не очень приятно. И вообще, мне тут совсем не нравилось. Мрачное средневековье во всей его красе. Телеги, мулы, бородатые мужчины, боязливые женщины и неопрятные дети — вот и все, что мне довелось пока увидеть. Возможно, где-то иначе. Например, в столице королевства, о которой я услышала. А еще там безопасно, а здесь в любой момент может начаться битва.

Когда почти стемнело, я заметила над крыльцом одного из зданий покачивающуюся на толстой ржавой цепи вывеску. Таверна? Но если говорить на местном языке я могла, то вот прочитать название заведения почему-то не выходило.

Скрипнула дверь, я успела спрятаться за соседний дом.

— Ата, Ата! — позвал хозяин в коричневых штанах и белой рубахе с закатанными рукавами по локоть, в длинном кожаном переднике. Сам мужчина имел довольно мощное телосложение. Про таких говорят, широкая кость.

К нему подбежала лохматая черная псина и приветливо замахала хвостом. Мужчина, на вид неприступный и хмурый, казался добрым, злой не стал бы гладить собаку и ласково что-то приговаривать. И руки у него красивые, сильные, покрытые темным волосом.

Я хотела выйти из тени, но подавила порыв. Боязно стало. Мужчина потрепал напоследок за ухом животное, бросил на траву у обочины остатки пищи.

Пес принялся жадно есть, а я сглотнула слюну. Черт! Никогда не думала, что окажусь в такой ситуации, когда придется забрать еду у пса. Я ведь не ела ничего еще со вчерашнего обеда. Да и то на обед съела всего лишь бутерброд с колбасой и выпила кружку чая. А поужинать не удалось из-за пьяного Василия.

Собак я не боялась. Когда-то у нас дома жил ротвейлер. По сравнению с ним эта лохматая дворняжка казалась совсем безобидной. Дождавшись, пока мужчина скроется в таверне, я бросилась к обочине и выхватила из-под носа псины, увлеченной костью, краюху хлеба, погрызенную по краям.

Собака удивленно смотрела на меня, даже выронила изо рта кость. Ее карие глаза казались грустными, будто я лишала ее последнего кусочка. Она не стала рычать на меня. Приняла за свою?

В некотором роде так и есть. Я как эта псина, только у нее хозяин добрый, дает кусок хлеба, а я одна одинешенька в незнакомом и жестоком мире.

Я увидела, что собака совсем худая: под сбившимися в безобразные веревки клоки шерсти проглядывало костлявое тельце. И несмотря на это, она не стала отбирать у меня кусок еды. Только голодный голодного поймет. В этом мире меня пожалела лишь собака. Слезы комом встали в горле. Я перевела взгляд на объедки, и мне стало уже совсем не по себе.

Черт, что я делаю? Готова питаться, словно бомж из помойки, в первый же день, как попала сюда. Это ниже моего достоинства. Стало стыдно и неловко. Если бы меня сейчас увидели мои ученики, что бы они сказали?

Я посмотрела по сторонам. Вокруг никого.

— Бери, Ата, все до крошки съедай, — бросила я хлеб обратно собаке и поднялась с колен, отряхиваясь.

Ата завиляла хвостом и принялась за еду. А мой несчастный желудок тут же протяжно заныл, напоминая о том, что сегодня других вариантов ужина не предвидится.

Из таверны слышались пьяные мужские голоса. Люди там продолжали есть и веселиться. Но попасть в общество озабоченных мужланов, наподобие Василия, вовсе не хотелось. Прошлого вечера и ночи хватило сполна. Нужно придумать, как заполучить еду, но не попасть в новую неприятность.

Я решила не соблазняться запахами, что доносились до меня из таверны. Пока совсем не стемнело, пошла дальше. И вдруг за последними домами заметила посреди поля на шесте чучело в халате с заплатками и старой шляпе. Оно там явно не просто так, а чтобы отпугивать птиц. Значит, и растет на поле что-то съедобное.

Мое сердце застучало быстрее, и я рванула вперед, стараясь держаться за ближайшими к дороге деревьями. На поле, и правда, вовсю колосилась пшеница, пока зеленая. Но и это еда. Я помнила, как в детстве мы рвали у бабушки в деревне такие вот колоски, а потом жарили их на костре. Тогда они казались самой вкусной на свете едой. Сейчас, впрочем, тоже. Жаль, костер развести не смогу. Дитя цивилизации.

В поле я заходила с другой стороны, от леса, чтобы меня не заметил какой-нибудь сторож и не прогнал. Пробираясь между волнами нивы, я срывала колосья, складывая их в букет. А потом вышла к пролеску и направилась по тропе, размышляя, где бы мне присесть. Оказалось, что за деревьями обрыв. Под ним бурлила та самая река, что брала начало в горах. Студеная вода журчала, перекатываясь через камни, весело устремлялась вниз. Красные лучи заходящего солнца играли в струях и брызгах.

Выбрав подходящее место, я присела на большой булыжник и уставилась на воду. Здесь никого нет, значит, можно переночевать, и утром отправиться в путь.

Я уже твердо решила, что мне нужно попасть в столицу. Возможно, там есть хоть какая-то цивилизация, да и приезжих из деревень наверняка хватает. А я тем временем придумаю душещипательную историю о том, что потеряла родных и дом от рук этих… как их там, илирайнцев, которых тут так ненавидят. И буду недалека от правды, я ведь действительно потеряла все…

Так, плакать больше не стану от жалости к себе! Не буду думать о маме и сестренке, о бабушке. Я обязательно к ним вернусь. Должна справиться.

Я смотрела на кострище, что оставили местные. Возможно, здесь играли подростки, как и мы когда-то в деревне сбегали и палили на пляже костры. Дети всегда и везде одинаковы. Хотя на Земле их общение теперь все чаще происходит сугубо в интернете.

Я представила, как было бы хорошо погреться у костра, он бы отогнал надоедливых насекомых, что уже тучей кружили надо мной. Солнце почти закатилось за горизонт, в воздухе посвежело. Я развязала рукава свитера и сняла его, надев на платье.

Вновь сев на камень, стала грызть колосок, внутри зернышки оказались мягкими и сладкими. Взяла палку и разгребла потухший костер. Может, там что осталось из пищи? Я, например, так в деревне картошку запекала. И тут палка наткнулась на что-то овальное.

Радостно вскрикнув, подхватила находку. Разломила. Это оказался местный корнеплод. Попробовала на вкус, и правда, ничем не отличается от нашей картошки. Хоть и холодный, но я съела его весь и с таким удовольствием, с каким не ела креветки в ресторане после окончания университета.

Решила еще поискать, вдруг найду, но больше ничего не оказалось. Я водила палкой по золе, отмахиваясь от местных жужжащих кровопийц, радуясь, что на мне джинсы и мечтая о том, чтобы посидеть возле согревающего костра. Как вдруг обуглившиеся наполовину коряги вспыхнули огнем. Я подскочила от неожиданности.

Ничего себе!

 

Лайвелл

Пока ожидал короля, Гардиана II Великодушного, как называли его подданные, я смотрел в высокое окно зала дворца, размышляя над тем, как мог упустить алиссара.

Нереально!

Я потратил почти десять лет на поиск подходящего заклинания, чтобы вызвать из Изнанки демона — единственного в своем роде, уникального высшего. Если бы все получилось, алиссар сыграл бы главную роль в кровавой войне с Илирайном. С ним моя армия была бы сильнейшей в этом мире, я стал бы непобедимым и могущественным.

Демоны всегда подчинялись мне. В Изнанке, о которой я почти ничего не знаю, их великое множество, и каждое вызванное оттуда существо признает меня своим господином, хоть я вовсе и не Владыка этого мира, а всего лишь скромный визирь короля и его архимаг.

Его Величество не в курсе, кто помогает ему во всех магических делах. Да и я не знаю, каким образом оказался в Альтарии много лет назад — раненый и почти беспомощный.

Раны затянулись сами собой. Но лишь физические раны.

Я не помнил, кто я такой и чем занимался раньше. Знал только свое имя. Но магия сама помогала мне, и я быстро разобрался, что мои способности — единственное, что у меня осталось. И нужно их применять, пока воспоминания не вернутся.

Ждать пришлось слишком долго.

Пришлось заново восстанавливать потоки чакр, искать нужные заклинания, что можно было сделать лишь в дворцовой библиотеке. Благо, магия Карниума схожа с моей, а в хранилище нашлись книги на древнем языке, которые перед тем расшифровывал придворный маг.

Я устроился помощником колдуна. А потом мои способности заметил и сам король Гардиан I, отец нынешнего правителя. Я снова научился пользоваться силой, стал призывать на службу демонов.

Привык, что другой жизни у меня больше нет.

Пожалуй, тут не так уж и плохо. Если не думать о том, что находится за гранью воспоминаний. Так я себя успокаивал, пытаясь жить как все нормальные люди. Но мне отлично известно, что я не совсем человек. Изучая труды древних магистров, я понял, что мой род относится к когда-то пришедшим сюда тьеннам. Полубогам. Вечным и непобедимым потомкам звездных странников, что создали Карниум — мир, одним из государств которого и являлась Альтария. За нее я и сражаюсь.

— Лайвелл, я знал, что ты придешь, — раскатисто прозвучал голос Гардиана. — Как успехи? Ты разобрался в книге заклинаний, которую отыскал в подвале?

— Это не та книга, Ваше Величество. Там не было нужного заклинания, — уклончиво ответил я и стиснул зубы.

Как же! Не та книга, не то заклинание…

Я все сделал верно!

Вычислил день по положению небесных светил с помощью приборов в лаборатории, нашел нужные ингредиенты, нарисовал магическую ловушку, основательно подготовился к тому, что скоро стану повелевать одним из самых могучих существ Изнанки, высшим демоном алиссаром.

Все пошло не так с того момента, как в пещере, где я проводил эксперимент, появилась незнакомая девица!

Мерх!

— Жаль, что книга оказалась не подходящей. Она ведь на древнем языке, я был уверен, это именно то, что ты искал. Отец хранил ее отдельно от других.

— Ничего, мы придумаем что-нибудь другое, Ваше Величество. Илирайнцы пока не посмеют начать новую войну, и у нас есть время, — успокоил я короля.

 — Ладно, может, ты и прав. Сегодня ты останешься во дворце?

— Пожалуй. Мне нужно заглянуть в лабораторию, кое-что доделать, — кивнул я.

— Тогда обсудим наши вопросы сразу после завтрака.

— Конечно, Ваше Величество.

Я вышел из бального зала, быстрым шагом направляясь в другое крыло, где находились мои покои. Я не живу во дворце постоянно, у меня огромное поместье за пределами столицы, в горах. Моя деловая хватка помогла, и я успел заработать достаточно, чтобы ни в чем себе не отказывать. А платили при дворе за мою работу щедро. Фактически за эти годы я стал вторым лицом в государстве. Но выше не метил, потому что понимал — это не мой трон и не моя участь. Меня вполне устраивала должность архимага и военного советника по магическим делам.

Я не лицемерил, когда говорил, что помогу королю Гардиану расправиться с врагами. Я действительно многим обязан его батюшке, который позволил остаться, хотя и догадывался о том, что я чужой. Илирайнцы мне самому как кость в горле. А я привык к стране, за которую сражаюсь.

И я всегда отдаю долги.

Не давала покоя мысль о наглой девице, которая вторглась в зачарованное пространство перед началом вызова алиссара, да еще и разлила ценный компонент зелья. Я понятия не имел, откуда она взялась в той пещере. Я специально уехал подальше от города, представляя, что может натворить высший демон во время его укрощения. Алиссар мог нанести огромные разрушения. Но он исчез, будто его и не было.

Перед глазами снова возникло симпатичное лицо незнакомки.

Впрочем, уже не совсем незнакомки. Как-никак я лишил ее прошлой ночью невинности. И мне даже понравилось укрощение строптивой.

Воспоминания о приятных моментах волной пронеслись по телу, кровь прилила к паху. Я вновь почувствовал возбуждение. Тогда я не смог остановиться, девчонка оказалась на удивление горячей. Такая узкая, сладкая, непорочная. Я доставил не только ей, но и себе удовольствие.

Мои чресла болезненно заныли в напряжении.

Мерх! Я снова хотел ту ненормальную девицу. Что за наваждение?

А ведь я уже чувствовал появление алиссара и приготовил магический аркан, когда открылась Изнанка. Высшее существо появилось лишь на миг — и тут же исчезло. Я так и не смог его дозваться, как ни старался. Больше не ощущал связи. И не понимал, куда мог подеваться тот, ради кого все и затевалось.

Странная девчонка, которая молола чепуху, тоже сбежала. Но в тот момент она волновала меня гораздо меньше упущенного алиссара. Я ни разу еще не вызывал столь могущественное существо, видно, не хватило сил. Возможно, колдовской аркан оказался слабым. Все же удержание контроля над высшими требует значительной энергии.

Я вошел в лабораторию и закрыл дверь, наложив изнутри на замок магический блок. 

— Хосяин! Ты вернулся? — Из-под стола, заставленного пробирками и ретортами, выполз низший демон — дейг, каких в Изнанке хватает. Я вызвал его несколько лет назад, и после материализации он обрел довольно интересный облик.

— А, номер пятый. Сними с меня сапоги. Потом принеси чего выпить.

Я упал на диван и вытянул уставшие ноги, скрестив руки под головой. Закрыл глаза и вновь вспомнил девчонку. Ее испуганное личико, ее милое смущение от того, что придется отдать невинность незнакомцу.

Да еще мой вид ее, судя по всему, напугал. Пришлось раздеться, чтобы нанести на себя магические руны — того требовал ритуал. А маска, пропитанная чарами, защищала от паров ядовитого зелья и возможного ожога. Я даже не стал ее снимать. Не хватало еще, чтобы девчонка догадалась, кто перед ней.

Хотя… она была слегка не в себе, говорила странные вещи. А ее одежда не походила на то, что я когда-либо видел. Не женское платье, но и не мужские брюки, слишком узкие и наверняка неудобные.

Да кто же такая эта соблазнительная вредительница?!

Пожалуй, стоило узнать о ней больше информации. Но я не успел. Я искал ее после того, как осознал, что эксперимент по вызову алиссара провалился, но девчонка как в воду канула. А мне понадобилось вернуться в столицу.

Номер пятый уже стащил мои сапоги, поставив в угол, и теперь пытался достать до высокой полки, где стояли бутылки с альтарийским джином. Его роста не хватало, и он то вставал на задние лапы, то тянулся длинным хвостом. Боялся использовать магию, чтобы не разбить бутылку и не пролить драгоценное вино. Желтые глаза демоноподобного существа светились, а рожки на голове шевелились, когда он изо всех сил пытался выполнить мое поручение.

Все же эти низшие существа не очень сообразительны. У них даже имен нет. Просто он пятый дейг, вызванный мной за эти годы из Изнанки, поэтому я не особо заморачиваюсь, называя его порядковым номером. Даже не знаю, почему он у меня задержался. 

Но потом «пятый» все же заметил в углу комнаты приставную лесенку и потащил ее к стеллажу.

Да этот глупый демон мне сейчас полкомнаты разнесет!

— Номер пятый, сгинь во Тьму! Я сам разберусь, — рассерженно приказал я.

Дейг задергался, когда вокруг него образовалась черная субстанция, которая схлопывалась прямо на глазах.

— За что, хосяин?! — жалобно запищал низший, пытаясь вырваться из ловушки.

— Посидишь там немного, мне нужно побыть в тишине, — устало отозвался я.

В этот момент Сфера Тьмы сузилась до минимального размера и попросту исчезла из пространства помещения.

Я же достал бутылку с джином, откупорил ее и снова упал на диван, сделал большой глоток, расставляя в голове все события по порядку, чтобы найти свою ошибку. Впредь я не допущу такого досадного промаха. 

 

ГЛАВА 3

Утро выдалось прохладным, как я и ожидала. Костер догорел еще ночью, но не было даже сил встать и подложить в него несколько веток. Поэтому, как только рассвело, продрогшая от выпавшей росы, я поднялась и с трудом подвигала застывшими суставами. Хоть согреюсь. 

Тело нещадно ныло, но, превозмогая боль, я все же разработала руки и ноги, на которые без слез не глянешь. Я подошла к источнику и, зачерпнув ледяной воды, умылась.

Бр-р-р-р… Но зато мгновенно отошла от сна.

Села на камень и, достав опухшие ступни из деревянных башмаков (слава Богу, они без задников, иначе не избежать мне мозолей), опустила ненадолго в воду. Полегчало. Хотелось элементарно причесаться, помыться. Но не в горной же воде? Так я быстрее откину ноги. Но вот что странно: мне казалось, что ступни вчера выглядели совсем плохо, а сейчас, когда смыла грязь, увидела, что ранки затянулись. Не замечала я раньше, чтобы так быстро заживало все на мне. Ну точно, собака бездомная. 

Вздохнув, еще посидела на камне. Туман накрыл поля, но это и к лучшему — никто не увидит. Несмотря на ситуацию, в которой оказалась, я не могла не радоваться рассвету. Я все еще жива. И желудок подтвердил это привычным ворчанием. На завтрак у меня вчерашняя пища, но и ей я была рада. Мне бы до города добраться, может, в услужение куда пойду. Все же легче прокормиться среди людей, чем среди зверья в лесу. Охотиться я не умею, рыбачить тоже…

А вот тут я призадумалась. А вдруг удастся словить в речном потоке хоть какую рыбку? Мясо сил прибавит.

Я стала лихорадочно вспоминать, что мне для этого потребуется. Провела инвентаризацию. Что у меня есть? Свитер, украшения, палка… И как я поймаю рыбу? А она, как назло, выпрыгивает из воды, красуется передо мною своей огненной чешуей.

И тут меня озарило.

Вот говорят, что в сложных ситуациях мозг начинает усиленно думать, достает из недр памяти нужную информацию. Где я такое могла узнать, прочитать или увидеть, не знаю, но я стала распускать свитер снизу. Получилась вытянуть длинную нить. При этом я неожиданно наткнулась на булавку. От сглаза когда-то прицепила мне ее еще бабушка.

От радости слезы навернулись на глаза. Знала бы ты, бабуля, как мне эта булавка теперь пригодится! Ее я и решила использовать.

Нацепила на головку булавки каплевидный кулон вместо грузила. Он и привлекать блеском будет. К нити привязала булавку, а саму нить привязала к палке. Конечно, я знала, что надо бы какие-то крючки. Их я сделала из элементов сережек, там как раз зазубрины небольшие оказались, нанизала бусинки из дешевого браслета. На кончик иглы нацепила найденного червяка и застегнула. И понадеялась на удачу. 

Каково же было мое удивление, когда не прошло и несколько минут, как нить дернуло и потянуло — и я вытащила на берег жирную тушку. 

Хотелось и плакать, и смеяться!

Дело пошло. Рыба в реке не пуганная оказалась или голодная, а может, просто повезло нарваться на нее в тот момент, когда она плыла косяком. Через час я наловила столько, что могла теперь излишки продать в деревне и получить какую местную монету. Удача не оставила меня.

Костер развела довольно быстро. Даже не знаю, как так вышло, но стоило поднести руки к остаткам кострища и подумать о том, что хочу, как обугленные поленья вспыхнули сами по себе. Чудеса, да и только. Я добавила палок.

Я выпотрошила тушки острым краем тонкой пластины камня, пришлось изловчиться, но у меня получилось. Нанизав на ветку, поставила на огонь. И уже через некоторое время с жадностью разрывала зубами розово-белое мясо. Конечно, без соли не то, но когда есть сильно хочется, то все равно.

Мне удалось завернуть в листья остальную рыбу и приготовить на углях, как это делают папуасы. Еды мне хватит как минимум на пару дней. И вот кто знал, что любовь к телевизионному географическому каналу принесет пользу в другом мире?

А еще мне повезло найти возле реки старую и целую железную кружку. Я смогла вскипятить в ней воду, добавить листьев и немного ягод, которые ела на свой страх и риск еще вчера и не отравилась — и получился ароматный чай. И не страшно было пить, все же какая-никакая дезинфекция.

Сытость и довольство собой и проделанной работой принесли успокоение и надежду, что смогу выбраться отсюда, где бы я ни оказалась. Здесь, в этом мире существует магия и, как бы бредово не звучало, но я рассчитывала именно на нее. Надо только не поддаваться отчаянию, двигаться дальше, например, в столицу. Уж там маги точно найдутся.

Мне удалось привести себя в порядок и даже помыть интимное место теплой кипяченной водой. Если смогу по дороге найти озеро, вымоюсь полностью, но пока хоть так. Не давало покоя то, что случилось в пещере. Надо же, только попала в другой мир, как потеряла невинность с мрачным, но соблазнительным незнакомцем.

Да и черт с ней, с невинностью. Что было, то было.

Теперь я задумалась, кому бы продать остаток свежей рыбы? Может, тому хозяину из таверны? Мне он показался добрым и порядочным.

Готовую еду я завернула в свитер, который уже никуда не годился, и повязала за спиной. Может, получится найти немного соли и специй. Пресное не особо хочется есть. Хотя если жить захочется, и сырым съешь, это я хорошо усвоила в первый же день своего попаданства.

Взвалив на плечо самодельную удочку и палку, на которой висела продетая через жабры остальная рыба, я двинула в поселок уже знакомым путем. Ветер стих, солнце поднялось высоко. Становилось даже жарковато.

Вдали я увидела местных крестьян, но постаралась обойти их стороной, чтобы не попадаться на глаза. Мало ли, еще подумают, что я ворую их урожай. Про реку и рыбу в ней думать не хотелось. Вдруг и она кому-нибудь принадлежит?

Но кто не рискует, тот голодный.

Я боялась, что таверна окажется закрытой. Мало ли, может, у них тут увеселительные заведения лишь по вечерам работают. Но, на мое удивление, заметила, что дверь ее распахнута, а хозяин стоит у входа и разговаривает с каким-то мужчиной невысокого роста. Я остановилась в нерешительности, спрятавшись за деревом. И в этот момент ко мне подбежала уже знакомая собака. Он радостно залаяла, виляя хвостом, будто признала «подругу» по несчастью.

— Ата, цыц! — прикрикнул на нее трактирщик. И вдруг заметил меня. Он удивленно поднял косматую бровь, затем жестом отправил куда-то собеседника и шагнул ко мне. — Кто такая? Что здесь стоишь? Нищим мы раздаем обеды в третью десницу каждой луны.

— Простите, я не за обедом, — ответила я, хотя желудок предательски напомнил, что как раз-таки за ним, родимым. — У меня тут рыба, свежая. Не желаете ли купить?

Мужчина удивленно посмотрел на мой улов.

— Откуда у тебя тайра? 

— Я поймала ее сегодня утром.

— Сама что ли? — недоверчиво зыркнул хозяин из-под широких бровей.

Вижу, ему понравилась рыба.

Я перевела взгляд на крупных блестящих рыбин. И вдруг поняла, кого они мне напоминают. Это же точь-в-точь наша радужная форель, только чешуя чуть поярче. Наверняка и готовится так же.

— Купите по хорошей цене — расскажу, как вкусно ее приготовить. Ваши клиенты, уверена, такое блюдо даже и не пробовали. Столичный рецепт, — приврала я слегка. Хотя стряпать, в принципе, умела.

Мужчина сжал губы, но призадумался. Видно, хотел поторговаться. А может, просто пожалел меня. Я смотрела таким умоляющим взглядом, что мне было сложно отказать.

— Ладно, дам по пять ландов за голову, — наконец произнес он.

Я прикусила губу, задумавшись. Если у меня восемь рыбин, то мне дадут сорок этих «ландов». Знать бы еще, что за эти деньги тут можно купить. Вдруг сумма совсем маленькая? С другой стороны, все же лучше, чем ничего. Хочется ведь не только рыбы, а и молока, и простого хлебушка.

— Хорошо, но еще добавите хлеб и кусок сыра, — внаглую предложила я, улыбнувшись трактирщику. Чем черт не шутит, может, не прогадаю.

— Ладно, давай сюда, сейчас тебе что-нибудь вынесу, — махнул рукой хозяин. Видно, все же рыба стоила таких денег и вдобавок еды.

Мужчина позвал слугу — темноволосого паренька лет двадцати, он и забрал у меня рыбу. Я присела в тени, поглаживая шерсть Аты, которая радовалась мне, как старой знакомой.

Я развязала свой узелок, раскрыла чистые листья и кинула жареную рыбку собаке в благодарность за ее доброту. Немного погодя слуга выскочил из здания, явно направляясь ко мне. Вот только ничего в руках не нес. Неужели решили обмануть бедную девушку — то есть меня?! Даже обидно стало.

— Тебя хозяин зовет. Клиент увидел тайру, требует что-нибудь новенькое. Грэгор сказал, ты знаешь, как готовить эту рыбу.

Я тут же встрепенулась. Неужели хоть где-то мне повезло?

— Проводи на кухню, — попросила я без всяких лишних вопросов.

Парень кивнул в сторону задней двери.

Мы вошли через черный ход, попав на небольшую внутреннюю террасу, где стояли два котла, а также было нечто вроде жаровни под деревянным навесом. У котла помешивал ароматное варево упитанный мужчина с усами, а худощавая девчонка лет пятнадцати чистила овощи, доставая их из корзины.

Из здания нетерпеливо вышел сам хозяин.

— Что ты там про особое блюдо говорила? Что в него требуется?

Я вдруг поняла, что не знаю местных названий, поэтому и объяснить ничего не смогу.

— Покажите, что есть из специй, — сообразила я.

— Идем, — спешно махнул рукой трактирщик.

«Кухня» больше напоминала тесную кладовку.

На стенах висели пучки трав, по углам стояли кувшины с жидкостями, жбаны с крупами, на бечевках были развешены вяленые куски мяса.

На столе в миске белели округлые яйца. Золотом отливали вязанки лука.

Спелые помидоры и перцы в плетеной из лозы корзине притягивали взгляд. Так и хотелось схватить один, вонзив в него зубы. В другой корзине лежали фрукты, вроде желтых апельсинов. Кажется, это именно то, что мне нужно.

— Сделаем стейк из… тайры. Понадобится это, — указала на фрукты, — соль, сахар, перец, если есть, свежая зелень, кислое молоко или сливки, пару яблок и что-то острое, вроде этого, — увидела я в миске под столом корешки, похожие на хрен.

Хозяин посмотрел на меня с явным недоумением.

— Уверена?

— Конечно. Сделаем маринад, только придется немного подождать, обжарить, а потом запечь под соусом.

— Ну смотри, если клиенту не понравится, ничего за рыбу не дам, — нарочито серьезно пригрозил трактирщик, потом приказал слуге взять то, что я сказала, при этом присмотреть, чтобы ничего не стащила.

Конечно, повар из меня никудышный. Но я видела, как мама делала стейки из красной рыбы под сметанным соусом, и помнила ингредиенты, а заодно и процесс приготовления. Думаю, что справлюсь. Стоит втереться в доверие к местным жителям, все же я не совсем беспомощная. Пусть физической силы и нет, зато разум и смекалка на месте.

Пришлось немного импровизировать.

Весь следующий час я давала указания на кухне, на что здешний повар реагировал весьма и весьма недовольно. Похоже, боялся потерять место. Ворчал, что мы все делаем не так, не то кладем и вообще испортим продукты. Парень и девушка молча выполняли мои указания.

Пару раз заглядывал хозяин, интересуясь, скоро ли будет готово, потому что клиент нервничал. Но с помощью мне удалось быстро справиться с задачей, красиво украсить кусочки филе на блюде зеленью и дольками желтого фрукта и полить соусом.

Повар куда-то вышел. Слуга унес тарелку в зал, а мы со служанкой остались одни. Ее кудри выбились из-под чепчика и прилипли к влажному лбу. Она их тут же подпихнула пальцами обратно.

Мы переглянулись.

— Тебя как зовут? — спросила она, чуть замявшись.

— Лиза.

— Лисса? — уточнила она.

Я не стала исправлять имя, произнесенное на свой манер. Новый мир — новое имя. Буду Лиссой.

— А меня — Рут. Ты где готовить училась?

Я пожала плечами.

— Так, подрабатывала в одном заведении, — ответила я.

Впрочем, это было правдой. Пару лет назад я работала посудомойкой на летних каникулах в кафешке одного армянина и заодно помощницей на кухне, где успела насмотреться всякого. Шашлычок у меня выходит отменный, по фирменному рецепту Рафика. Но вот форель там как раз не подавали.

— А я в соседней деревне жила, меня хотели замуж выдать, вот я и сбежала. Не нравился мне женишок, совсем не нравился. Он мельник, лицом уродлив и глуп. А хозяин добрый оказался, приютил. Вот заработаем с Динейром денег, чтобы откупиться, тогда и свадьбу сыграем, — произнесла она с нежностью в голосе имя местного слуги. Я слышала, как его все тут называли.

Я с сочувствием посмотрела на девицу Ей бы еще в школе учиться, а она уже планы на будущее строит. Хотя родители же хотели выдать ее замуж.

Средневековье, черт побери! И мне предстоит здесь как-то выживать, пока не разберусь, что делать дальше.

Кто бы еще инструкцию оставил?

 

***

Блюдо постояльцу понравилось, даже слишком, и он заказал еще. Хорошо, приготовили на несколько порций. Как я поняла, он тут на несколько дней планировал остаться. 

Хозяин таверны, которого звали Грэгор, сразу раздобрел и даже место отвел на чердаке. Дал мне ночлег и работу и взамен сказал готовить новые блюда. Ну вот, теперь я и связи завела. Квест продолжался.

Каждую ночь я засыпала с мыслью, что проснувшись, окажусь дома. Но чуда не происходило. Я упорно трудилась и смогла так понравиться хозяину трактира, что он стал поглядывать на меня доброжелательно.

Про то, кто я такая, Грэгор не спрашивал, что во время войны и неудивительно. Люди кочевали, уходили из разграбленных деревень. Он и не такого, наверное, навидался. Но я не ошиблась в нем: хоть он и хотел казаться строгим, грубым, как корка черствого хлеба, но если разломать хлеб, добраться до сердцевины, там окажется душистая вкусная мякоть.  

Ночи стояли довольно холодные, и на чердаке поддувало, так он мне одеяло стеганное принес. Я тогда подумала, приставать станет, напряглась вся, схватилась за башмак, а он бросил одеяло возле меня, строго приказал спать и ушел. Мне даже стыдно за свои мысли стало, и я упрекнула себя.

Но я уже с таким столкнулась…

Постояльцы пытались задирать, предлагая за ночь деньги, но Грэгор и тут помог. Если находился желающий затащить меня в постель, то слово хозяина действовало безоговорочно. Как ни ругай себя, а понимала, почему так отреагировала.

Но мир не без добрых людей. Это доказал мне Грэгор. Наряду с подлостью и безразличием можно встретить и тех, кто протянет руку помощи. Но и самой бездействовать не стоит. Глядишь, как та известная лягушка, из молока сделаю масло и выберусь из кувшина.

Каждый новый день начинался с того, что я вместе с Рут готовила завтрак. С Динейром мы дружно ходили за водой, которую брали из ближайшего колодца, наполняли ею две бочки. Конечно, никакого водопровода здесь не имелось. И вообще, все удобства были на улице. Но тот, кто хочет выжить, и не к такому привыкает. Жили же как-то мои предки без всяких удобств!

Потом просыпались постояльцы, лица которых я не запоминала — они часто менялись. Я помогала на кухне толстяку Фебу. Грэгору и его гостям нравились приготовленные мной блюда, и меня постоянно просили сотворить что-то новенькое. О моем внезапно проснувшемся кулинарном таланте шли слухи и по соседним деревням.

Пришлось вспомнить, что я знала о кулинарии. Повар беспрестанно ворчал на меня. А после того, как хозяин намекнул, что от меня пользы больше, и вовсе стал смотреть косо. И я опасалась, что он может подставить перед хозяином. Но пока все шло неплохо. После готовки на кухне я помогала Рут с уборкой и стиркой.

Из-за всей этой работы я не успевала думать о своем безвыходном положении, а вечером валилась с ног, особенно в первое время.

С новой зарплаты, которую тут получали раз в десять дней (или десницу), мы с Рут отправились на ближайший базар, где я смогла прикупить себе еще одно платье, сорочку и удобные туфли. Остальные деньги приберегла. Вернувшись, примерила обновки и посмотрелась в начищенную до блеска пластину, что заменяла зеркало.

Ну и ну… Выглядела я, откровенно говоря, не очень.

Под глазами синева, лицо похудело. Ведь ела я в последнее время совсем мало. И вовсе не из-за того, что нечего было. Просто вся местная еда казалась пресной, противной. Непривычной. Однажды меня даже вывернуло — едва успела забежать за угол. Тогда я подумала, что отравилась — мало ли, что из продуктов оказалось испорченным. Все же тут никаких условий, холодильника как такового нет, только погреб, где хранили скоропортящиеся мясо, молоко, яйца…

Вот и сколько я тут пробуду? Я ведь собиралась попасть в столицу, а вместо этого застряла в деревне. И ничего не делаю для возвращения. Месяц точно прошел, я уже трижды деньги получала, но отложить удалось совсем немного. А мне нужно накопить хотя бы триста ландов, чтобы и на дорогу хватило и на первые дни, пока не найду какую-то работу.

В общем, пришлось задержаться.

Я думала, самое плохое, что могло случиться, уже позади. Но ошиблась.

Через несколько дней я снова почувствовала недомогание. С самого утра в рот еда не лезла, слабость охватила тело. Я пыталась делать что-то на кухне, но все валилось из рук. А потом и вовсе голова закружилась, и я присела на стул.

Мое состояние заметил хозяин.

— Иди-ка в свою комнату. Сегодня нет особых заказов, Феб и сам справится, — сердито сказал Грэгор. Хотя я знала, что за этим ворчанием скрыта забота.

— Не надо, мне уже лучше, — попыталась возразить.

Неохота все же терять жалование за целый день.

— И не спорь. Считай, сегодня у тебя выходной, — строго заявил Грэгор, и я больше не стала сопротивляться. Встала и кое-как поднялась в свою каморку, легла в постель и задумалась, что со мной.

Возможно, это такая адаптация к новому миру?

Через несколько минут в комнату постучались. Рут заглянула, решив справиться о моем самочувствии.

— Пройдет. У меня уже неделю такое, — пояснила я, чтобы она не волновалась.

— Видала я таких, еще в своей деревне, — сказала подруга и вдруг спросила в лоб: — А ты, Лисса, случайно не тяжелая?

— Чего? — не поняла я.

— Ну, беременна, в смысле.

— Нет, конечно, ты что! — Я даже поднялась и села, свесив ноги с кровати.

— Ну не беременна, так не беременна, — хитро улыбнулась она, — тебе лучше знать. Если все в порядке, то я побежала. У нас два новых постояльца, надо перестелить белье. Послезавтра они едут в столицу.

Рут ушла. А я задумалась.

Почему она такое сказала? С чего взяла, что я беременна? У меня и мужчин не было…

Или…

Черт, я совсем забыла про маньяка из пещеры! Точнее, не забыла, периодически я вспоминала подробности нашего секса. И чувство стыда за свое поведение терзало. Но больше испытывала страх, что рано или поздно мужчина меня найдет и добьет. Не зря же этот ненормальный гнался за мной! Хотя я плохо помнила, как убегала от него. 

Так, у меня до сих пор не было менструальных дней. Я даже и не думала о них. От стресса все напрочь вылетело из головы. А ведь должны были уже давно начаться.

Ну и дела…

А вдруг это правда? Вдруг я на самом деле жду ребенка? Что тогда? И провериться же негде. Никакой медицины. Нет аппаратов УЗИ и прочих благ цивилизации. И если Рут права, то все очень и очень плохо.

Нет, избавляться от ребенка я даже не думала. Хотя, возможно, что в этом мире и есть аборты. Все же магия тут, говорят, действительно существует и не всегда служит благим целям. Но убить своего ребенка…

В первую очередь это мое дитя, а уже потом того незнакомца.

Господи! Я же не только его имени не знаю, но даже того, как он выглядит. Узнаю лишь в том случае, если ребенок не будет похож на меня.

Я всегда мечтала о детях, о большой семье, о любимом, а жизнь дает совсем не то, на что надеялась. Но я твердо решила не избавляться от ребенка. 

Мне все еще хотелось прибить виновника моего беспокойства. Попадись этот «демон» под руку, я бы точно огрела его чугунной сковородой Феба.

Надеюсь, что задержка лишь от стресса. День-два — и все встанет на свои места.

Той ночью мне долго не удавалось уснуть. Чем больше я думала о возможном развитии событий, тем больше себя накручивала. Что делать, если я действительно жду ребенка? Я попала в чужой неприветливый мир, у меня почти нет средств на существование, и я здесь совсем одна. Да меня с животом даже на работу не возьмут. Я останусь без пропитания и крыши над головой. Умру в какой канаве — и никто не узнает.

Я даже немного поплакала. Кажется, моя поездка в столицу отменяется. Все же здесь какая-то работа и кров. И хозяин не такой уж плохой. Может, не выгонит, если узнает. Да и вообще, все еще образуется. Но пока не выясню наверняка, точно не стоит срываться с места.

С этой мыслью я все же уснула, решив не торопиться с отъездом.

А утро преподнесло новые сюрпризы. Хозяин потребовал к себе.

— Сядь, Лисса, нам нужно поговорить.

Я внимательно посмотрела на мужчину. Он вел себя необычно, и я заметила, что он собирается с духом. Уж не прогнать ли решил? Понял, что беременна?

Ему уже стукнуло сорок лет, виски посеребрились, а щеки всегда покрывала щетина недельной давности. Вдовец, как я уже знала, жена и сыновья погибли от рук илирайнцев пару лет назад. Он не обращал внимания на свой внешний вид, а сегодня оделся в чистое, побрился и выглядел посвежевшим.

— Прости, что не доглядел. Я не знаю, кто он, но теперь чувствую ответственность за тебя, девочка. Я еще не так стар и знаю, тебе некуда идти, иначе не осталась бы здесь, в такой дыре. Я готов вырастить твое дитя, дать тебе все, что у меня есть, хоть этого и не так много. Дай Боги, у нас будут еще свои дети. Обещаю, что не подниму на тебя руку, буду заботиться. Ты ни в чем не будешь нуждаться.

Открыв рот, я с изумлением слушала его. Он мужчина, конечно, не красавец, но я никогда не воспринимала его за жениха, скорее за отца. Он же намного старше меня! Но он прав в одном: идти мне некуда и просить помощи тоже.

Я смущенно опустила взгляд.

— Я еще сама не уверена, что ношу ребенка, и за предложение ваше благодарна. Обещаю подумать над ним.

Сказала и вышла, а сама, как пришибленная, ходила до вечера. К ночи я уже почти уговорила себя выйти за хозяина замуж. Я должна теперь думать и о ребенке. Ведь мое состояние подтверждает, что я беременна.  

А на следующее утро не сразу поняла, почему все такие нервные и суетливые. Хозяин с Динейром торопливо прятал в дальний подвал запасы провианта, там был тайник. Кухня опустела. Половина постояльцев уже уехала.

— А что вообще происходит? — осторожно спросила у служанки.

— Илирайнцы напали снова. Неподалеку в ущелье уже идет бой. Но королевские войска не справляются. Так сказал один воин, который заезжал на рассвете. Скоро враг войдет в поселок. А они обычно забирают все съестное с собой. Вся надежда на королевского архимага, слух пошел, что он на подходе.

— Все на самом деле так серьезно?

Рут развела руками.

— Они еще и женщин насилуют. А ты хорошенькая, тебя точно заметят. Мы с Дином собрались на время бежать в соседний городок, Жейзир, как только все начнется. Хочешь — давай с нами.

— Я хотела попасть в столицу, — задумчиво произнесла я. Утром я поняла, что не смогу воспользоваться добротой Грэгора. — Не знаешь, как это сделать? 

— В столицу… я бы тоже хотела. У меня там двоюродная тетка. Но если мать с отцом узнают — тут же вернут домой. И тогда точно выдадут за мельника. А я люблю Дина.

— А кто твоя тетя? — спросила я будто невзначай.

— Она торгует в палатке на рынке. Ее муж гончар. В принципе, если попросить, она приютит тебя. Я напишу ей записку. Ты же не выдашь, где я?

— Нет, конечно, — вздохнула я. — Обещаю.

— Я подумаю, как тебе помочь, — ответила Рут и бросилась выполнять поручение Грэгора.

Стало страшно совсем. Вот что теперь делать? Оставаться здесь опасно. Не думаю, что служанка преувеличивала. Вон все как забегали. Видно, илирайнцы и правда никого не щадят.

Готовить сегодня было не для кого. И я вышла во двор таверны, чтобы подышать воздухом. И тут заметила новых постояльцев, которые запрягали в повозку лошадей. Кажется, Рут говорила, что они собирались в столицу. А мне как раз туда и нужно. Это ведь отличная возможность уехать, пока не передумала и пока вражеские солдаты не вошли в город. Если только удастся договориться.

Видимо, мужчины были родственниками. Оба рыжие, с усами и бородками, похожи друг на друга. Возможно, два брата. Торговцы. Телега груженая всякой утварью.

Я выбрала того, кто показался старшим. Подошла и слегка замялась. Боялась, что мне откажут. Кому охота возиться с дополнительной обузой? Но другого шанса может и не быть. Замуж за Грэгора я не могла выйти, как не могла оказаться и в стане илирайнцев.

— Простите, я слышала, вы едете в столицу, — осторожно начала я. — Мне очень нужно туда попасть. Я заплачу.

Сначала мужчина смотрел с недоверием. Но, услышав последнюю фразу, оживился и переглянулся со своим спутником.

— Мы и правда едем в Крейстон. Да только что заплатишь? У тебя есть деньги? — сказал второй.

— Меньше ста ландов не возьмем, — прикинул первый. — Дорога опасная. А путешествовать с женщиной опаснее вдвойне. Но если дашь авансом половину, то...

— Я согласна! — воскликнула я. — Только не уезжайте без меня. Я быстро соберусь.

Мужчина кивнул. А я помчалась на чердак собирать немногочисленные пожитки. По пути встретила Рут.

— Я еду в Крейстон с нашими постояльцами. Передай Грэгору, чтобы не волновался. Я благодарна ему за все, — тихо, чтобы никто не услышал, сказала я.

— Все же решилась… Что ж. Может, так лучше. Да, вот записка для тетушки Маргариты. Как я и обещала. Тут адрес. 

Девушка достала из кармана передника огрызок бумаги с какими-то детскими каракулями. Писала она плохо, но то, что знала грамоту, уже поэтому считалась образованной. Я, конечно, уже немного выучила местные закорючки, но из-за плохого почерка девушки не смогла прочитать. Смогла различить лишь что-то про помощь мне. А еще Рут дала обычный платок с вышитыми на нем разноцветными нитями чайником с чашками и попросила передать его тетушке — так поверит наверняка.

— Удачи, Лисса! — сказала она напоследок.

— Спасибо тебе! — Я обняла маленькие плечи Рут и едва не расплакалась. Все же за это время я к ней привыкла и успела подружиться. — Пусть у тебя с Дином все сложится хорошо. А мне пора.

Я уже собрала вещи, когда услышала низкий голос Грэгора. Внутри меня что-то дрогнуло. Словно я убегала от него. Может, все же стоило остаться и согласиться на его предложение? Со временем я бы привыкла и смогла бы воспринимать его как мужа.

Я тряхнула головой. Я ведь такая молодая! Даже толком не жила. Ничего не видела. Если останусь, то так и буду жить в этом поселке. И на Землю точно не вернусь. И ребенок мой родится тут и проживет всю свою жизнь. Нет, нужно ехать, как и собиралась сразу.

Я едва дождалась, пока Грэгор уйдет. Боялась, что торговцы, подгоняемые приближающейся армией, уедут без меня.

Меня всю колотило от страха и неуверенности. Руки дрожали, когда я поднимала котомку с одеждой. Я выглянула и поняла, что путь чист, бросилась вниз по лестнице, спотыкаясь на деревянных ступенях. Когда выскочила во двор, торговцы уже выезжали из ворот. Они тронулись с места, а я оглянулась и увидела Грэгора. Он все понял и не судил меня.

Повозка остановилась. Мужчина подал мне руку, помогая забраться на дрожки.

— Бесстрашная ты девка, пускаться в дорогу в такое время. Мы уж думали, не поедешь, — хмыкнул старший. — Не от мужика ли своего бежишь?

— Вот аванс, как и обещала, — поджав губы, достала я мешочек с монетами, которые отсчитала заранее. Объясняться не хотелось.

Еще долго я чувствовала взгляд хозяина таверны, пока мы наконец не скрылись за поворотом. Сердце никак не унималось. Я жалела, что так и не поговорила с ним, у меня не хватило решимости отказать ему в лицо. Чувствовала, что просто убегаю в очередной раз. Чутье подсказывало, что не только из-за ответственности он хотел жениться на мне, я ему понравилась.

 

ГЛАВА 4

Путь до столицы королевства выдался тяжелым. То и дело мы сворачивали с дороги, потому что по ней на север шли войска. Ночевали у костра, мужчины спали на траве, предоставив мне место в телеге. Ела я то, что было, не перебирая. В основном, вяленое мясо и хлеб, который мы покупали по пути в деревнях. То немногое, что взяла с собой, быстро закончилось. Но мужчины оказались не такими уж жадными, как я подумала сразу, и делились продуктами.

Странно, но мое недомогание на время прошло. И я даже перестала мучиться тревожными мыслями. Больше думала о том, как устроиться в городе. Надеялась, что тетка Рут примет меня, не выгонит на улицу. Хотя кто знает, как она отнесется к странной незнакомке...

Чтобы совсем не бездельничать, я предложила торговцам помощь.

— Сегодня переночуем на постоялом дворе. А там еще два дня пути — и мы в Крейстоне, — сообщил мне Филар — младший из двух братьев, как я успела узнать за это время.

— Хоть бы добраться без проблем, — устало вздохнула я, вытирая миски.

— К вечеру будем в городе. Надо проверить упряжь, да и продать оставшийся товар. В столице закупимся новым, — сказал второй, Мигель.

Перспектива показалась заманчивой. Если там еще и ванна найдется, хоть лохань какая, то вообще здорово.

Я уже знала, что братья скупают по дешевке предметы обихода и продают в деревнях. Но сейчас, во время войны, они почти не имели дохода. Люди не рвались приобретать ткани и свечи, когда кругом стояла разруха и уже начинался голод.

Бесконечная тряска уже порядком надоела. И я едва дождалась вечера.

Дорога расширилась. Скоро мы доберемся до небольшого провинциального городка, где можно будет передохнуть. Больше всего хотелось помыться и уснуть не в телеге, а в настоящей кровати.

Странно, что нам больше не попадались обозы по пути. Я решила, что, скорее всего, люди побаиваются, все же теперь на дороге небезопасно. А вот мужички что-то вдруг насторожились и на всякий случай приготовили секиры и ножи.

Я издалека услышала шум битвы. Красное закатное небо затягивалось дымом. Где-то звенели мечи. Периодически что-то гремело, будто взрывалось. Я не знала, есть ли у местных вояк пушки, но в любом случае, мне совершенно не нравилась обстановка. 

— Придется ехать другим путем, — встревоженно сказал старший из братьев. — Неподалеку есть еще дорога.

От его слов я молча сжалась.

Не успели мы свернуть на грунтовку, как случилось неожиданное. Я не сразу поняла, что произошло.

Неожиданно нас окружили высокие незнакомцы в кольчугах. Один из воинов перехватил за поводья нашу лошадь, остановив ее. Она взвилась на дыбы и громко заржала. Повозка дернулась, и на меня практически посыпался оставшийся товар.

По лицам торговцев я поняла, что это не стража. Илирайнцы! Вот, значит, о ком все говорили. В сверкающих доспехах и черном одеянии, они казались предвестниками смерти. Я увидела ее отражение в их беспощадных глазах.

Один из воинов вознамерился проткнуть старшего возницу мечом, но Мигель не сплоховал и разбил горшок о его голову. Разозленный воин схватил торговца за волосы и уже хотел перерезать ему горло, как меня резко замутило.

Я, словно в каком-то сне, вскинула руки и прошептала на незнакомом мне языке низким приглушенным голосом:

— Каифа мен ирра, ши рессо ваих тар!

На моей коже засветились тайные знаки, я почувствовала, как меня разрывает изнутри безжалостная сила, стремящаяся убивать. Руки вспыхнули от локтя до кончиков пальцев, огонь сам сорвался с них и ударил в грудь илирайнцу. Того откинуло на добрых пять метров. Он так и остался лежать неподвижно с прожженной дырой в груди и широко раскрытыми глазами. Только дымок поднимался вверх.

Я его что, убила?! Черт! Нет, это не могла быть я! Но тем не менее...

Со мной происходило нечто странное, я почти не контролировала себя. Такое же состояние я испытывала в первый день моего пребывания в этом мире, когда сматывалась от маньяка из пещеры. Из меня рвалась неведомая сила, вокруг циркулировала энергия, с которой я не могла совладать — будто оранжевое поле окружило. Я даже видела тянущиеся в пространство энергетические лапищи.

— Демоница! — закричали остальные воины, отступая в страхе.

Больше никто не захотел нападать. Илирайнцы пустились в бег. Не думала, что бесстрашного врага можно напугать проявлением магии. Особенно в этом мире, где она существует испокон веков. Что же их так обескуражило?..

Я пришла в себя от запаха паленой плоти и растерянно оглянулась.

Мигель прирос к телеге, казалось, его волосы еще больше поседели. Филар от ужаса вообще ничего не мог сказать.

Я протянула к ним руку, в надежде успокоить, но они все восприняли на свой лад: с воем сорвались с места, выскочили из повозки, спотыкаясь и падая, уносили ноги подальше от меня.

Ну вот что я сделала? Я же им жизни спасла, а они меня бросили.

Но далеко они не убежали, остановились около кустарника, видно, не хотели терять свое хозяйство. Что-то обсудили, а затем Мигель осторожно шагнул к телеге.

— Ты это… Мы не знали… Ты ведь нас не тронешь? — начал он издалека дрожащим голосом.

Я мотнула головой, все еще не понимая, что случилось.

— Мы тебя бесплатно довезем, до города. Даже аванс отдадим. Ты же спасла нас, — добавил младший брат.

— Не надо, свой аванс вы честно заработали, — очнулась я, стараясь не напугать своими движениями.

Они боялись, вот и сказали, чтобы не платила, но я не могла. Мужчины ведь не только доставили меня почти до столицы, но и кормили по дороге.

Поглядывая на меня, будто на самый худший кошмар в своей жизни, они уселись на дрожки. Так мы и поехали молча, прислушиваясь к звукам доносящихся с главной дороги.

Я чувствовала их напряжение, поэтому сделала вид, что уснула. Мужчины немного успокоились. И вот что я теперь такое? Меня назвали демоницей. В данных обстоятельствах, наверное, по этому поводу не грустить, а радоваться надо. Что-то сильное просыпалось во мне при надвигающейся опасности и лично мне вред не причиняло, а наоборот, защищало. 

 

Лайвелл

В занятом военными городе завязался бой — несколько отрядов илирайнцев все же проникли в тыл, желая заполучить выгодную позицию для подступа к столице. К счастью, я был неподалеку и успел прийти вместе с ротой солдат.

Но случилось неожиданное. Я почувствовал алиссара...

Что здесь делал демон, который мне так нужен?

Я четко различал, как произошел скачок магической энергии в пространстве, его могло создать высшее, призванное мной существо.

Неужели мне все же повезло?

Остановив лошадь, я закрыл глаза и начал искать нити управления, желая поймать алиссара. Поднял руки над головой, выпуская магические арканы. Мне почти удалось зацепиться за нужную ауру. Но расстояние оказалось слишком большим, а контакт — слабым. Я даже выругался, поняв, что ничего не смогу предпринять.

Но алиссар точно здесь. Его силу я ни с чем не перепутаю.

Оставалось надеяться, что демон не натворит дел. Хотя высшие существа Изнанки обычно обладают разумом, но в новом для них мире они не всегда различают грань дозволенного.

— Шайс детрис делра вейн! — крикнул я на древнем языке тьеннов, призывая отряды демонов, подчиняющихся лишь мне.

Я скакал вперед, окруженный существами, вызванными мной из другого пространства. Они не стали бы подчиняться даже королю, но мне повиновались беспрекословно. Но я делал это не для удовлетворения собственных амбиций, а во имя мира. Илирайнцы здорово всех достали. Они тоже использовали не только людские ресурсы, но и темную магию, и это меня злило. Сколько можно лезть в дела другой страны, в конце-то концов?!

Я давно подозревал, что кто-то из Илирайна не человек, а тьенн. И это подтверждалось. Больше всего я опасался, что противник сумеет найти и обуздать алиссара, подчинить себе стратегически важную боевую единицу.

Это было бы полным провалом.

Не позволю. Я первый найду высшего и с его помощью выиграю эту войну. Не будь я Лайвелл дих Шайниссар! Потомок богов, сильнейший маг Карниума.

— Вейн! Илли расх дей! — строго приказал я существам, ростом как два человека, с красной кожей и длинными рогами, отправляя их в атаку.

Это вайгерры, их в Изнанке больше всего. И заклинание для их вызова я помнил наизусть. Если нужно, могу пополнить боевой резерв прямо во время военных действий, взяв необходимую энергию из подпространства.

Правда, новички, материализованные в этом мире, не сразу понимают, что от них хотят. Мне приходилось их контролировать, ставить на место, объяснять, что в свой мир они больше не вернутся. Но эти отряды уже прошли боевую подготовку и знали, что от них требуется. И плевать, что они обо мне думают. А думать демоны точно умеют, кроме низших, мерхов, которые подчиняются инстинктам.

Но все они — лишь мои марионетки.

Я видел, что мои воины справляются, поэтому оставил их, двинувшись вперед, в лес. Издалека послышался какой-то шум, и я свернул на тропу в сторону подлеска. Из кустов выскочили перепуганные илирайнцы, отошедшие от основного войска, и я послал в них пару магических фаеров. Следом раздался еще крик, и я насторожился.

— Проклятие, — выругался себе под нос, понимая, что в погоне за алиссаром оставил свое войско без командира.

Я свернул к грунтовой дороге. Когда выехал на нее, мимо промчалась торговая телега с двумя трясущимися как в лихорадке мужчинами, и я проводил ее задумчивым взглядом. Что-то притягивало мой взор. Видно, их напугали те илирайнцы, которых я видел перед этим. А вот кого испугались недруги, уже, увы, не спросишь. Разве что вызвать их духов, на что нет ни времени, ни желания.

Плохо. Совсем плохо.

Мерх!

В голове помутилось, перед глазами встала пелена. Тело требовало дозарядки. На управление демонами ушла вся энергия моих чакр. И я понимал, что мне обязательно нужно пополнить баланс сил. Признаться, мы не ожидали нападения илирайнцев прямо сейчас, и мне пришлось срываться в срочном порядке. 

Сама собой моя энергия будет восстанавливаться еще много часов. Можно, конечно, сделать это куда быстрее. Но лишь двумя способами. Либо вытянуть силу из пространства методом воронки, но для этого нужен особый кристалл, которого у меня нет. Либо найти какую-нибудь девку и получить удовольствие.

Как потомок темных богов, ради которых в далеком прошлом устраивали оргии, я должен иногда получать дань плотью. Иногда я испытывал повышенную жажду, утолить которую могло лишь женское тело. Удовольствие приносило много энергии. Так было и в тот день, когда я проводил ритуал в пещере. Тогда повезло, что рядом оказалась та девица. Я знал, чувствовал, что ей понравилось.

Я подумал о ней даже с каким-то сожалением, что мы больше не встретимся. Секс с ней принес мне много сил, хоть я и упустил демона.  

В глазах стоял туман, нити силы растворялись в воздухе, и я не мог сосредоточиться. Лес казался другим миром, в котором остался я один.

Я ехал, опираясь лишь на мироощущение, внутри работал магический ориентир, который не позволял сбиться с пути. Лошадь покорно везла меня на окраину города. Но я почти не помнил, как добрался.

Кажется, где-то неподалеку находится таверна. Пахло дымом и жареной пищей. Но мой голод был другого рода.

Чресла напряглись, несмотря на то, что сил хватало только доскакать до таверны. Мои офицеры отправились туда, когда мы добили последних илирайнцев. Мне как раз нужно было найти своего помощника. Там же я смогу получить какую-нибудь доступную женщину. Сгодится любая, более-менее молодая и миловидная, чтобы быстро решить проблему. И я никогда не беспокоился о последствиях. Обычная человеческая женщина не могла забеременеть от тьенна.

Остановился уже в темноте около входа, спрыгнул с лошади, поправил плащ. Набросил капюшон на голову. Негоже, чтобы меня узнали. Хотя вряд ли хозяин таверны со мной знаком.

Меня встретил слуга, и я попросил позвать хозяина. Через пару минут, которые показались мне слишком длинными, вышел плотный мужчина с канделябром в руках. Я едва сдерживал свое желание.

— Комнату на несколько часов, — потребовал я привычным приказным тоном, который всегда действовал на людишек безотказно. Хозяин весь подобрался. А потом я добавил, что нуждаюсь в женщине на одну ночь.

— У нас сегодня много гостей, я не рассчитывал на такой наплыв посетителей, таверна переполнена королевскими солдатами, — растерялся мужчина.

Но я знал, что заставит его зашевелиться лучше страха. Я достал из седельной сумки мешочек с золотом и бросил ему. Тот поймал, заглянул внутрь, рассматривая при тусклом свете свечи содержимое.

— Хорошо, господин. Все сделаем. Я провожу вас в свою комнату. Ужинать желаете? У нас сегодня...

— Нет. Больше мне ничего не нужно, — прервал я его, собравшись с силами и уже едва соображая, что происходит вокруг.

Желание окутывало меня, вызывая тесноту в штанах, набрасывая пелену на глаза. Оно всегда приходило после энергетического истощения, а у меня последние силы на исходе. Я поднялся за хозяином на второй этаж и напомнил, что желаю женщину как можно скорее.

Я успел лишь погасить огонь, который раздражал глаза, и снять плащ, как необычайно приятный запах привлек меня.

Так тонко пахнуть могла только тьенна! Я не мог знать это наверняка, но сознание подсказывало, что это запах женщины. Женщины моей расы. Если разум отказывался выдавать факты из моей прошлой жизни, то тело помнило, каков этот запах на самом деле.

Рыкнув, я распахнул дверь. Я должен ее найти во что бы то ни стало.

 

***

К счастью, нам удалось объехать поле боя без новых приключений. Братья ни о чем меня не спрашивали. Я чувствовала их страх, им был пропитан воздух вокруг. А сама думала, что со мной произошло.

Такое ощущение, что во мне живет вторая сущность и периодически берет верх над основной. При этом она вовсе не чуждая, а часть меня самой.

Очень сильная часть.

Постоялый двор, куда мы приехали поздно вечером, наполнился солдатами, точнее лишь офицерами, рядовые остались на поле, в палатках. По слухам, местной армии удалось полностью уничтожить отряды врага, а стан альтарийцев находился совсем неподалеку. Многие офицеры получили увольнительную и уже праздновали победу в сегодняшней битве над илирайнцами.

Я боялась, что для нас не найдется мест, но хозяин заведения оказался знакомым моих спутников. Поэтому совсем скоро, прошмыгнув вслед за служанкой мимо довольных вояк в другую часть здания, я поднялась по лестнице и оказалась в небольшой спаленке.

За ширмой обнаружилась деревянная лохань, вроде ванны. Но и этому я была несказанно рада. Пообещав отправить кого-нибудь за водой, прислужница ушла. И я осталась в одиночестве впервые за эти дни.

Накатила жуткая усталость. Я легла на заправленную кровать, сбросив кожаные туфли, и задумалась о случившемся. Платье немного жало, и я ослабила шнуровку, чтобы было легче дышать. Кажется, я слегка поправилась, хотя старательно пыталась не думать о своем состоянии. 

— Госпожа, ванна наполнена! — раздался спустя некоторое время за спиной звонкий голосок служанки.

Я медленно села в кровати и кивнула.

— Хорошо. Можно ли принести в комнату поднос с едой?

— Я вас понимаю. Таверна сейчас переполнена мужчинами и в таком состоянии, что не безопасно спускаться вниз. Что хотите заказать?

— Все равно. Давайте ваше фирменное, — вспомнила я, как еще утром нахваливали их блюдо торговцы, мои спутники.

Я проверила вещи, а потом достала из внутреннего кармана юбки — своего тайника — мешочек с ландами, чтобы их пересчитать. В принципе, полсотни я сэкономила на дороге. Даже если тетка Рут откажется меня приютить просто так, на первые дни можно договориться с ней о жилье за деньги или снять комнату где-то еще.

Казалось, что после дороги и ванны, я должна расслабиться, но не тут то было. Я еще хотела есть, но служанки все не было. Уж не в койку ли одного из военных угодила? Или появился более важный постоялец, и обо мне забыли? Не помешало бы напомнить. Братья-торговцы отужинают с солдатами и в общем зале, а мне там делать нечего.

Несмотря на усталость, я заставила себя подняться с кровати, на которой дожидалась ужина, и выглянуть в коридор. Слуг не видать. Снизу раздавались довольные крики. Осмелев, я собиралась спуститься и поискать служанку, как замерла...

Хлопнула дверь, и я услышала голос.

Бархатистый голос въедался в кожу, разливался по крови огненной лавой, которая достигала сердца. И оно принялось стучать очень громко. Я стояла и слушала… слушала голос, притягательный, манящий, он звал — и меня тянуло, как на свет мотылька. Я хотела добраться до мужчины, который приказывал второму. Я даже не вслушивалась в их беседу.

Я вдруг поняла, чей голос мне напоминает этот низкий тембр.

Голого маньяка из пещеры, от которого я бежала сломя голову.

Это не может быть он!

Я тут же бросилась в комнату обратно, прижимая руку к груди. Сердце зашлось, как бешеное. Что тому ненормальному тут делать?

А в голове по-прежнему стоял низкий, чарующий голос мужчины.

Дожилась, что сумасшедший маг теперь кругом мерещится! Эдак и с ума сойти недолго. Это был не он. Точка.

Но подозрения не оставляли. Где-то в этом мире живет тот, по чьей вине скоро родится мой ребенок. Неизвестно, что он сделает, если узнает правду. А вдруг поможет? А если заберет ребенка?

Нет. Лучше нам никогда не встречаться, безопасней для меня и моего, ни в чем не повинного малыша.

Через некоторое время, нервно отмерив шагами комнату, я успокоилась, заставив себя поверить, что мне все показалось. Просто похожий тон. Мало ли таких мужчин с пробирающим до дрожи тембром голоса...

Я прислушалась. Мужчина поднялся по лестнице и зашел в комнату.

Я бы ни за что не вышла, но жутко хотела есть. В моем положении опасно голодать. Малыш требовал свое. Особенно, когда снизу доходят такие аппетитные запахи. Я принюхалась и услышала рев динозавра в желудке.

Усмехнувшись, любовно погладила живот. Ну-ну, сейчас мамочка тебя накормит. Я не узнавала себя. Это сюсюканье что-то новое. Интересно, беременные все такие?

Потом мои мысли переползли опять к проблеме.

А если тот постоялец — все же маньяк из пещеры?

Я невольно стала грызть ногти, не зная, как поступить. Все еще терзалась сомнениями. Черт! И где эти слуги с едой? Так и помереть голодной смертью не долго! Да, малыш?

Уверена на все сто, что меня поддержали. Точно ненормальная!

Я сглотнула слюну и осторожно выглянула в темный коридор. Никого. Я поспешила пройти мимо дверей комнат, но до лестницы дойти так и не получилось.

Распахнулась дверь и меня схватили за руку. Я даже пискнуть не успела, как кто-то сильный затащил меня в комнату. 

Резкий хлопок...

Это дверь закрылась. 

Было совсем темно, и я не различала даже силуэта незнакомца. Лишь слышала возле себя напряженное дыхание и чувствовала, как меня прижали грудью к двери.

Неужели я опять попала к тому маньяку?

Мужчина молчал, лишь тяжелое дыхание коснулось моей груди, опаляя ее. Я почувствовала прикосновение его губ к открытой шее и ощутила, как слабеют ноги. Только он так влиял на меня. Только тот незнакомец в маске вызывал у меня такую острую реакцию.

Я задрожала всем телом и услышала его низкий тон:

— Не бойся меня, я не причиню тебе боли. — Голос завибрировал возле самого уха.

Дьявол его раздери! ОН!

Около 3 лет
на рынке
Эксклюзивные
предложения
Только интересные
книги
Скидки и подарки
постоянным покупателям