0
Корзина пуста
Войти | Регистрация

Добро пожаловать на Книгоман!

Или войдите через:


Новый покупатель?
Зарегистрироваться
Главная » Дуры ведут расследование или отсутствие логики - не проблема » Отрывок из книги «Дуры ведут расследование или отсутствие логики - не проблема»

Отрывок из книги «Дуры ведут расследование или отсутствие логики - не проблема»

Автор: Эшли Ксения

Исключительными правами на произведение «Дуры ведут расследование или отсутствие логики - не проблема» обладает автор — Эшли Ксения . Copyright © Эшли Ксения

 

ПРОЛОГ

 

По давно сложившемуся мнению Эйприл О'Хара все женщины на планете делятся на две категории: дуры и стервы. Причем вторым всегда везло намного больше, чем первым. Хотя были, конечно, и у дур счастливые истории, но по большей части только в сказках. А вот стервы жили, как хотели, и имели то, что хотели.

Но, увы, себя Эйприл, как и двух своих лучших подруг: Сару Кэмерон и Пейджи Спаркс, к этой категории никак отнести не могла. А как еще назвать тех, кто к тридцати годам не могли толком создать свою личную жизнь и удержать возле себя мало-мальски нормального мужика, жили на нищенские заработные платы (а Сара так вообще на пособие по безработице), тратили последние деньги на помощь кому угодно, только не себе и были никем иными, как хроническими неудачницами? А еще совсем недавно умудрились, рискуя жизнями, ввязаться в головокружительную авантюру по поимке опасного преступника.

Ну, кто они еще, если не круглые дуры?!

 

ГЛАВА 1

 

Бывают случаи в жизни, выпутаться из которых

 может помочь только глупость.

Франсуа де Ларошфуко

 

- Она умерла! Убита! - Сара бросила на стол сегодняшнюю газету и глубоко вздохнула. - Эта новость теперь на первых полосах местной прессы.

Эйприл, уже привыкшая к излишней эмоциональности подруги, лишь бросила на нее быстрый взгляд и дальше занялась сервированием стола. Несмотря на то, что в их захудалом городишке Фредериктауне в самом центре штата Техас менее популярного человека, чем погибшая Норма Брукс, трудно было отыскать, для такой чувствительной натуры как Сара Кэмерон это было большой трагедией.

- Подумать только, - не унималась девушка, облокотившись на стол, - журналисты сделали из смерти невинного человека новость вселенского масштаба.

- Ну, - произнесла Эйприл, осторожно убрав локоть Сары и поставив возле нее чашку чая, - начнем с того, что миссис Брукс была далеко не невинна.

- Все равно, - запротестовала подруга, - это не оправдывает тех людей, кто совершил такое с несчастной старой женщиной, а репортеров за то, что наживаются на чужом горе.

Сидевшая от нее по левую руку Пейджи сложила ногу на ногу и хмыкнула.

- Журналисты всего лишь делают свою работу. Нельзя винить людей за то, как они зарабатывают себе на хлеб, - как всегда рассудительно ответила девушка.

Она тряхнула головой, и ее рыжие кудряшки запрыгали у висков. Эйприл подала и ей чашку чая, а затем поставила в середину стола вазу с черничным вареньем. Три подруги, следуя многолетней традиции, собрались воскресным утром за чашкой чая, чтобы обсудить последние новости.

- Пишут, что возбужденно уголовное расследование, и вследствие особой важности персоны убитой к нам из Далласа направлена специальная следственная группа. Теперь наш бедный город просто будет кишеть полицейскими, - удрученно произнесла Сара.

Она бросила несколько кусочков сахара в чашку и стала медленно его размешивать. Не смотря на наличие черничного джема, девушка все равно предпочитала добавлять в чай сахар. Она любила сладкое, очень, оно приносило в ее жизнь удовольствие и компенсировало отсутствие многих вещей. Секса, например.

Подруги удобно расположились в плетеных креслах на веранде дома Эйприл. Они периодически меняли место воскресной дислокации, единственное, что оставалось неизменным на протяжении многих лет - это утреннее "собрание" выходного дня. Уже пару десятилетий верные подруги встречались в конце недели, чтобы вот так просто посидеть вместе и пообщаться. Они чередовали свои дома в качестве места встречи, сегодня была очередь Эйприл О'Хара.

- Да-а-а, - протянула Пейджи, задумчиво глядя куда-то вдаль, далеко за черту заднего двора - боюсь, копам придется не сладко. В числе подозреваемых будет весь Фредериктаун.

Эйприл прыснула со смеху. Ей нравился острый ум подруги и ее тонкий юмор, сейчас она была абсолютно права. В самом деле, вряд ли в их провинциальном городишке и его округе нашелся хотя бы один человек, симпатизировавший умершей. Старая ведьма Норма Брукс была, по мнению жителей Фредериктауна, самой скверной женщиной на планете, а по совместительству и полноправной хозяйкой городка. Ее покойный муж, Виктор Брукс, в буквальном смысле основал город.

Богатый и успешный промышленник в середине прошлого века заложил первый камень на том самом месте, где сейчас располагалась их провинция. Благодаря его фонду в городе была открыта текстильная фабрика, основано несколько магазинов, построен банк и школа. Его капитал рос, а вместе с ним и разрастался Фредериктаун. И по сей день большинство жителей городка работали на Виктора Брукса. Точнее сказать на его вдову.

С той, которую сейчас ненавидели все, удачливый предприниматель познакомился в Нью Йорке, где, поговаривают, молодая на тот период Норма работала танцовщицей в кабаре, и привез ее в Техас. Поначалу его жене не нравилась жизнь в провинции, вдалеке от удовольствий больших городов. Но со временем осознав, насколько влиятелен ее супруг в этом городе, миссис Брукс полностью поменяла свое мнение. А мистер Брукс совершил главную ошибку, которую только может сделать мужчина, он пустил жену в свои дела. И постепенно сам отошел от бизнеса, так как его драгоценная женушка теперь управляла всем, что касалось Фредериктауна.

А тем временем город рос, появлялись новые магазины, парикмахерские, кафе и рестораны, построили свою гостиницу, библиотеку и спортивный клуб, и всем этим заправляла многоуважаемая миссис Брукс. И если в начале ее отношение к людям в отличие от доброго и понимающего Виктора казалось немного высокомерным и странным, то со временем Норма превратилась в настоящую мегеру, которая, чувствуя свою неограниченную власть и вседозволенность, стала на каждом шагу стращать зависящих от нее людей.

А когда мистера Брукса не стало, и его фонд полностью перешел в руки супруги, Норма словно с цепи сорвалась, она настолько извела жителей Фредериктауна, работавших на нее (коих в городе было большинство), что самым мягким чувством, которое они стали испытывать к ней, был страх, а самым сильным - лютая ненависть.

Миссис Брукс не щадила никого. Все началось с работников фабрики и банка, которые принадлежали ей. Старуха, а к тому времени Норма из некогда красивой женщины превратилась в располневшую, седовласую старую даму с артритом, просто замучила ни в чем не повинных сотрудников целой системой штрафов. Любые опоздания и задержки на работе, будь то болезнь, семейные обстоятельства и другие не мало важные причины, строго наказывались. Ни о каких профсоюзах речи не шло, старуха полностью распустила этот орган. Праздничные выходные тоже были отменены, любой косой взгляд, как ей казалось, в ее сторону, любое недовольное высказывание могло стоить работнику его должности. Люди были вынуждены работать на условиях Нормы, или как к тому времени ее прозвали "ведьмы Брукс", либо навсегда покинуть город.

Но старой грымзе этого оказалось мало. То ли сказался возраст, то ли бабка окончательно свихнулась, но она протянула руки и дальше. Старуха перешла на простых жителей города. Она требовала, чтобы проезжавшие мимо полицейские на своих машинах отдавали ей честь, чтобы, когда она заходила в кафе, ей уступали именно то место, которое хотелось пожилой женщине (а ей все время хотелось место, уже занятой кем-то), чтобы в местных лавочках ее обслуживали без очереди и бесплатно и прочее, прочее, прочее.

У всех были семьи, друзья, знакомые в этом городе. Все были как-то связаны друг с другом, и перечить ведьме Брукс никто не хотел, так как это могло быть чревато. Норма хорошо умела найти рычаги давления.

Поэтому, когда старая перечница отбросила коньки, точнее кто-то помог ей в этом, весь Фредериктаун вздохнул с облегчением. Ее нашел дворецкий утром в загородном доме. Женщина лежала на лестнице с пулей во лбу, распластавшись на ступеньках кверху ногами давно уже "поеденными" варикозом. Но даже если бы в ее голове не было огнестрельной раны, вряд ли бы кто-нибудь смог предположить, что, в конце концов, эта леди умрет своей смертью.

- Я знаю, почему вызвали специальную группу из Далласа в помощь нашим полицейским, - Пейджи прервала затянувшееся молчание подруг. - Не из-за статуса ведьмы Брукс. Просто ее слава выходила далеко за пределы нашего города, и многие понимают, что местные копы не будут с усердием подходить к расследованию. Скорее уж ее убийца будет признан в Фредериктауне городским героем.

Эйприл еле удержалась от очередной вспышки смеха, видя, как болезненно Сара отреагировала на высказывание подруги.

- Побойся Бога, Пейдж! - воскликнула девушка. - Что за кощунственные слова? Да, миссис Брукс была не самой популярной персоной у нас, но, тем не менее, не заслуживала такой кончины. Даже не знаю, что теперь будет с нашим городом. Кто заменит эту женщину на ее…хм…"посту"?

- Говорят, у нее практически не было родственников, - кивнула Эйприл, - а завещание она не оставила. Видимо, думала, что будет жить вечно.

- С ее-то популярностью? - хмыкнула Пейджи. - Да, рисковая была дама. Я бы на ее месте давно бы уже подготовилась к скорой смерти…и очень мучительной.

На этот раз Эйприл не выдержала и громко расхохоталась. Подруга присоединилась к ней. Эйприл на секунду подумала, как все-таки удивительно, что совершенно три разные женщины так легко находят общий язык.

Они дружили с детства и всегда были не разлей вода. Неисправимая оптимистка с соломенными локонами и глазами цвета горного меда, Эйприл О'Хара, никогда не унывала и всегда, даже в самой сомнительной ситуации, старалась отыскать что-нибудь хорошее. Хотя с годами розовые очки стали немного темнеть, а в голову все чаще закрадывался жизненный цинизм. К тридцати годам она дважды шла под венец, правда оба раза ее женихи делали ноги еще до свадьбы, имела свой маленький книжный магазинчик и безумно мечтала завести ребенка.

Очень чуткая, как комнатное растение, Сара Кэмерон, все время была буфером между чересчур веселой Эйприл и родившейся с серьезным лицом Пейджи. По-детски наивная с очень тонкой душевной организацией пышка Сара всегда носила длинные волосы медного цвета, считая только такую прическу атрибутом настоящей женщины, и мечтала о принце на белом коне. Правда в бывшие мужья заимела себе, мягко сказать, полумужика.

И рыжеволосая Пейджи Спаркс с зелеными как у кошки глазами и разрезом воистину кошечьим всегда была деловита, пунктуальна, имела острый ум, как лезвие бритвы язык и серьезные планы на будущее. Правда, разменяв этой весной четвертый десяток, девушка пришла к выводу, что не все в ее жизни складывается так, как она хотела. Конечно, она получила престижное образование, имела свою нотариальную контору в Фредериктауне, недавно купила себе дом, в отличие от девочек, которые до сих пор арендовали жилье, но ей все время казалось, что чего-то не хватает. Словно больше ей некуда расти, а этого сильно хотелось. Порой в голову даже закрадывались мысли, что ей тесно в собственном городе, словно она давно переросла его и дальше некуда стремиться. Но Пейджи тут же гнала эти мысли прочь.

- Девочки! - возмущенно воскликнула Сара, но ее уже никто не слушал, продолжая хохотать.

 

Когда к полудню подруги покинули дом, Эйприл вернулась на веранду и стала собирать посуду со стола. Удивительно, что дружеская регулярная беседа сегодня переросла в обсуждение гибели ведьмы Брукс, хотя это событие трудно было обойти стороной. Как бы не вела себя эта женщина, новость об ее убийстве действительно поразила всех. В их маленьком городке вообще не могли припомнить, чтобы случалось нечто подобное, и страшно было поверить, что кому-то понадобилось насильно отправлять на тот свет пусть совсем не невинную особу.

Не смотря на импульсивность, Сара была права, сложно представить, что теперь будет с их провинциальным городком после гибели Нормы Брукс. Хоть старая гиена и имела невыносимый характер, но жители города со временем с ней стерпелись, а теперь на смену Нормы придет кто-то другой. Эйприл представления не имела, кто это будет, и что станет с Фредериктауном, когда фондом, финансирующим город, станет заправлять неизвестный им человек.

И местные репортеры уже делали ставки, кто это будет. Так как старая зануда не оставила наследников, и близких родственников у нее уже не было, вероятным претендентом на вакантное место "хранителя кнопки" фонда становился племянник мистера Брукса, некий Джерри Николсон, тридцатишестилетний бизнесмен в сфере медиаресурсов из Сан-Франциско. Фото мужчины уже красовалось на обложках местных газет, одна из которых мирно лежала на столе Эйприл.

Девушка взглянула на картинку. Мужчина был невероятно хорош собой. Статный, широкоплечий, уверенный в себе предприниматель в черном деловом костюме смотрел на нее с обложки. Харизматичный шатен с глазами дымчато-серого цвета просто лучился самодовольством. Как писала пресса, этот молодой баловень судьбы всего в жизни добился сам. Начав свою карьеру с заместителя продюсера в медиасфере, уже к тридцати годам получил статус самого молодого медиамагната в штате Калифорния. И с каждым годом только улучшал свой статус и пополнял банковский счет. Эйприл неплохо разбиралась в людях и знала таких типов. Подобным был ее бывший бой-френд. Если этот, как его там, Николсон завладеет их городом, ничего хорошего ждать не придется. Но девушка понадеялась, что, возможно, оставленный в наследство от любимого дядюшки город в самом сердце Техаса не прельстит молодого медиамагната, и тот не рискнет покидать обласканный солнцем Сан-Франциско, чтобы перебраться к ним в провинцию.

Что ж, время покажет.

 

ГЛАВА 2

 

В глупости все женщины одинаковы.

Эразм Роттердамский

 

Надо копить на липосакцию! Надо копить на липосакцию!

Сара сделала очередную попытку, застегнуть на себе узкие брюки и чуть было не разрыдалась, когда пуговица на поясе оторвалась и отлетела в сторону. Ну что за невезение! Следовало надевать их лежа. Если так дело пойдет, она не только опоздает на новую работу, но и лишится всей своей одежды. На календаре было тридцатое июня, и в это время в их местах было довольно жарко, но девушка была просто обязана натянуть на себя не по погоде жаркий, но главное строгий деловой костюм, так как, в конце концов, теперь она работает в банке и, следовательно, должна одеваться согласно дресс-коду.

Но что делать, если ее единственная юбка, которую она носила вот уже две недели с первого дня работы в учреждении, сегодня утром разошлась по швам? А на белой блузке в районе груди красовалось яркое пятно от малинового джема (следствие вчерашнего ужина)? Оставался только один единственный вариант - осенний твидовый костюм. Но теперь, похоже, и этот вариант отпадает. Что же ей делать?

Еще несколько лишних минут задержки, и она опоздает на работу, и ее непременно уволят. В банке с этим было строго. Нет, Сара больше не вынесет жизнь на социальном пособии по временной безработице. Нужно срочно что-то придумать. Но так как на бирже платили сущие гроши, у нее не было возможности обновить свой гардероб. Необходимо заняться этим на выходных. Или, наконец, перестать объедаться плюшками и сбросить лишние килограммы, неприятный предательский голос внутри опять дал о себе знать. Сара сморщила лицо. В самом деле, пора заняться своей фигурой.

 

Быстро передвигая ножками, девушка шла по коридору к своему кабинету. Она еле успела, банк открылся полминуты тому назад, Сара прошла через пункт контроля буквально на последних секундах. Теперь оставалось быстро добраться до своего рабочего стола и не умереть от едких замечаний ее напарницы Даниэлы Франк, которая, похоже, взяла в привычку стращать новенькую сотрудницу. Ну, ничего, главное успела.

Вот только передвигаться в таком виде было несколько неудобно. Времени пришить пуговицу не было, поэтому пришлось застегнуть брюки на булавку, но в итоге с каждым движением расходилась ширинка, а булавка грозила в любой момент расстегнуться и больно впиться в пухлый живот. Поэтому приходилось его втягивать в себя (впрочем, как и всегда). Но втягивать приходилось не только пузо. Брюки практически чудом не расходились по швам. И как назло в доме не нашлось ни одной приличной кофточки, которая по длине могла прикрыть необъемный зад хозяйки. В итоге если Сара оконфузится сегодня, об этом благодаря Даниэле будет знать весь банк. А еще туфли. Ей следовало давно отдать их Гарри, подбить каблуки. Один каблук сточился, и сейчас Сара напоминала себе хромого бегемота.

Жирная корова!

Подошел лифт, девушка поднялась на свой этаж, размышляя о том, что все-таки пришло время, достать из гаража велотренажер, который уже четыре года пылился там, с тех самых пор, как Сара приобрела его на рождественской распродаже с семидесяти процентной скидкой. Двери лифта открылись, девушка сделала шаг, и к ее полному ужасу тот самый дышащий на ладан каблук попал в щель в полу между створками. Сара оступилась и растянулась поперек коридора.

Очутившись носом в ковролине, девушка осознала всю комичность ситуации, и если бы не все неприятности, что валились с утра как снег на голову, она бы, наверное, рассмеялась. Быстро поднявшись, Сара почувствовала легкий укол в районе пупка - булавка все-таки расстегнулась. Вспомнив все ругательные слова, девушка развернулась к лифту, брюки подождут, сперва нужно спасти туфлю. Наклонившись, так, что ее штаны сзади наполовину спустили вниз, она ухватилась руками за каблук. Хрясь! А затем звяк, звяк!

Сара вымученно застонала. Каблук сломался, а булавка слетела с брюк и провалилась в щель. Да, что же за день сегодня такой?! Дернув со всей силы, девушка высвободила сначала свою туфлю, а затем и каблук, но сила отдачи была такова, что Сара отпрянула назад и уперлась своими обширными ягодицами во что-то твердое. Послышался легкий вздох. Девушка зажмурилась и закусила губу, чтобы не издать рвущийся наружу стон. Она, кажется, в кого-то врезалась. Лишь бы это была не Даниэла, иначе насмешек не оберешься.

Прижав одну руку к ширинке, чтобы брюки окончательно не спустились вниз, девушка повернулась, подняла голову вверх и остолбенела. Уж лучше бы это была Даниэла. Но нет, сегодня судьба решила проверить ее на прочность. Напротив нее стоял он. О-о-о-он! Самый невероятный, самый красивый, самый сногсшибательный мужчина на земле, а по совместительству ее босс, генеральный директор банка, Кеннет Филлипс. И Сара сделала то, что всегда происходило с ней при виде этого мужчины (хотя случалось крайне редко и только мельком), это чуть было не потеряла сознание. Конечно, сегодня она удержалась на ногах, но ее мозг был затуманен настолько, чтобы позволить рукам выпустить брюки, и они благополучно сползли почти до колен.

А как могло быть иначе, когда перед тобой стоит Аполлон, Адонис и все греческие боги в целом воплоти? Высокий блондин был необычайно хорош собой, просто бесподобен. Его курчавые волосы пшеничного цвета обрамляли мужественное лицо словно нимб. Невероятно голубые глаза, прямой нос, квадратный подбородок, высокие скулы и такой большой порочный рот, - все делало его лицо настоящим творение великого художника. Рост, что надо, намного выше шести футов пяти дюймов, плечи широченные, узкие бедра. Сара сама не заметила, как облизнулась. Он не носил галстук…никогда, даже не смотря на то, что этого требовали обстоятельства. И вообще Кеннет вел себя довольно непринужденно в своем банке. Все в нем: ленивая походка, легкая улыбка на лице, расслабленная поза говорили о том, как вольготно и уверенно чувствует себя этот человек.

А сейчас его фантастические голубые глаза, с плясавшими там смешинками, внимательно осматривали ее, а его чувственный рот растянулся в кривой улыбке.

- Проблемы? - При звуке его бархатного голоса Сара почувствовала, словно по ее позвоночнику пробежал электрический заряд,  но этот шок также вернул ее в чувство, и лицо девушки вмиг стало свекольно-красным. Боже мой!

- А? Я…эээ…это…каблук застрял.

Позади послышалось, как закрылись дверцы, и лифт стал подниматься вверх. Сара стояла как истукан, не в силах больше вымолвить ни слова и сделать ни одного движения. В ее голове кружился рой мыслей, но чаще всего возникало слово "кошмар".

Кеннет Филлипс, сложив руки в карманы и слегка отклонившись назад, внимательно разглядывал девушку.

- Угу, - кивнул он, слегка поджав рот. - Вижу. А еще мне кажется, вы что-то потеряли.

Вспомнив про штаны, Сара опомнилась и ойкнула. Продолжая держать туфлю в одной руке, а ее каблук в другой, девушка схватила пояс брюк и потянула их на себя. Не было никого смысла объяснять потерю булавки, не следовало добавлять информации в этот конфуз. Идиотка, дура набитая!

Кое-как натянув брюки на то место, где они должны были быть, слегка придавив пояс рукой к животу и не желая оставаться здесь ни секунды, девушка промямлила:

- Яяяя…эээ…пойду.

Она махнула свободной рукой с каблуком в сторону кабинета и на всякий случай добавила:

- Я здесь работаю.

Мужчина кивнул, продолжая молча глядеть на нее. Девушка не знала, что ей делать. Сгорая от невыносимого стыда, она развернулась и, переваливаясь с одного бока на другой, а точнее с ноги, обутой в туфлю, на ногу в одном нейлоновом носке, как матушка гусыня, Сара прошлепала к своему кабинету.

Войдя внутрь, она чувствовала себя настолько ужасно, что даже ядовитый возглас Даниэлы никак не повлиял на нее. Кое-как добравшись до своего рабочего стола, девушка плюхнулась в кресло и вместе с сумочкой положила возле клавиатуры туфлю и отломанный каблук. Никогда в жизни Сара не чувствовала себя настолько униженной. Ни с Эйприл и уж точно ни с Пейджи подобного произойти не могло.

Закрыв бордовое от стыда лицо руками, девушка чуть не расплакалась. Наверное, ее завтра уволят…с позором, а потом еще долго будут обсуждать на кофе-брейках смешную историю с глупой сотрудницей. Она даже представила, как ее восхитительный босс сейчас в коридоре рассказывает своим коллегам-мужчинам о том, что только что произошло.

Сара стала еще краснее, если это вообще было возможно. Ей было плохо не из-за предстоящего увольнения и возвращения на биржу труда, и не из-за сломанной единственной обуви, а из-за того, что самый обалденный мужчина, которого ей приходилось встречать в жизни, видел ее бамбуковые трусы с ромашками, обтягивающие целлюлитную задницу как у беременной бегемотихи.

 

- Привет милая. Как ты?

Еще до того, как раздался звонок, Эйприл уже знала, что на том конце трубки была ее мать. Сегодня был вечер пятницы, и миссис О'Хара просто не могла оставить свою дорогую дочь без внимания. Все потому…

- Сегодня мы собираемся с девочками, не хочешь присоединиться к нам? Помнишь Лайзу Рэтбоун? Она недавно вернулась в город, тебе непременно нужно ее увидеть.

По причине того…

- Она приехала вместе со своим сыном Перри. Ну, же Эйп, ты не можешь его не помнить. В детстве вы были очень дружны.

Девушка закатила глаза и глотнула больше воздуха, готовясь отразить атаку.

- Это тот, который все время копался в носу, словно пытался отрыть там клад?

Вот так-то, ма. На том конце трубке послышался легкий вздох. Элизабет О'Хара собиралась с мыслями.

- Детка, не будь такой ханжой. Сейчас мальчик вырос и превратился в роскошного мужчину. Видела бы ты его. Настоящий красавец. У него своя консалтинговая фирма в Далласе и от поклонниц просто нет отбоя.

Почему же тогда он до сих пор таскается за юбкой своей матери в надежде, что та отыщет ему невесту? Эйприл накрутила на палец шнур своего старинного телефона, который приобрела в магазине винтажных вещей. Понимая, что выбора у нее все равно нет, девушка устало покачала головой. Очередной вечер насмарку. И все потому, что миссис О'Хара  вбила себе в голову идею фикс, что так как ее дочери уже перевалило за тридцать (только в этом году), и она до сих пор не замужем, нужно срочно найти ей мужа. И теперь еженедельно устраивала пятничные вечера со своими подружками, "очень завуалировано" знакомя свою дочь с тем или иным претендентом на ее руку и сердце.

 Интересно, на какой плод будет похож нынешний жених? Не известно почему, но все кавалеры, представленные Элизабет, напоминали тот или иной овощ или фрукт. Последний, например, был вылитый огурец. Долговязый, с вытянутым лицом и остальными продолговатыми частями тела, она даже имел зеленый оттенок кожи, так как был весьма болезненным товарищем. И всего разговоры только и сводились к тому, сколько на свете микробов и как они невероятно портят нашу жизнь.

Девушка тряхнула белокурыми волнистыми волосами. Что же, вперед и с песней!

 

Груша! Эйприл была так удивлена, что даже не заметила, как произнесла это вслух.

- Нет, милая, это авокадо, - произнесла миссис О'Хара, передавая дочери тарелку с овощным салатом. - Попробуй, тебе понравится.

Девушка улыбнулась, принимая еду, словно это была амброзия. Хотя высказывание по поводу фрукта вовсе не относилось к очередному кулинарному шедевру ее матери. Они сидели за столом в доме Элизабет в компании двух ее закадычных подруг, Джун и Маргарет, и вновь прибывшей в их ряды Лайзы Рэтбоун и ее очаровательного сынка. Именно к нему и относилось определение Эйприл.

Парень нереально напоминал этот фрукт. Он был словно две перевернутые груши, одна из которых была лицом, а вторая - телом. А еще говорят, что у женщин бывают подобные фигуры. Ха! Похоже, мужики тоже этим не обделены. И все бы ничего, у нее ведь тоже были далеко не идеальное тело и характер, но девушка все время ловила его на том, что рука Перри непроизвольно тянется к его ноздрям. И хотя он вовремя себя одергивал, этого не упускала Эйприл, впрочем, как и ее мать, которая то и дело одаривала дочь сердитыми взглядами.

Девушка помнила все ее ежедневные наставления по телефону. "Если будешь копаться в мужчинах, так и останешься старой девой", "можно подумать, нашлась идеальная", "ты просто-напросто боишься отношений", "если тебя пару раз бросали, это не значит, что все остальные мужики - сволочи" и прочее, прочее, прочее.

Но в чем-то миссис О'Хара была права, Эйприл, в самом деле, побаивалась новых связей, хотя безумно мечтала о ребенке и понимала, что без первого, второго быть не может. Мать предлагала ей завести ни чем не обязывающие отношения, походить на свидание с бессчетным количеством мужчин, чтобы в итоге встретить того единственного. Но Эйприл не была уверена, что таким образом найдет кого-нибудь, а вот проблем потом не оберется. Ведь только в кино женщина может ходить на свидания хоть сто раз с совершенно разными мужиками (сидит такая за столом в каком-нибудь ресторане, а напротив со скоростью света появляются разные индивиды мужского пола, причем полные кретины, а героиня со сморщенной физиономией алкоголь хлещет), а они потом спокойно исчезают из ее жизни, а не названивают дни напролет и спрашивают, когда увидимся снова. И как потом объяснять, что ты не понравился? Неудобно же перед человеком. Лучше вовсе ни на какие свидания не ходить.

Эйприл побарабанила пальцами по столу, выслушала пламенную речь Лайзы о талантах ее несравненного сынули (сам герой сидел, насупившись, видимо, мечтая о туалете, ноздрях и пальцах), пару раз встретилась глазами со строгим взглядом матери и приступила к салату.

 

Пейджи открыла окно настежь и посмотрела в вечернее небо, сплошь усыпанное звездами. Ей нравилось это время года и это время суток. Что-то романтичное, волшебное было в летнем ночном небе. Хотя довольно редко девушка позволяла себе такую сентиментальную расслабленность, но и она не была роботом (хотя порой именно так думали о ней подруги) и порой хотела мирно помечтать наедине с природой.

В детстве вместе с Эйп и Сарой они любили устраивать такие вот вечерние посиделки в палатке во дворе дома одной из девочек. Они играли в куклы, обсуждали мальчиков из школы, делились секретами и планами на будущее. Да, хорошие были времена.

На лице девушки появилось подобие улыбки. Но потом ее взгляд метнулся к пачке счетов, лежавших на столе, и все волшебные мысли растаяли словно сон. Она прикрыла окно и села за стол. Что же ей делать? Да же в ночных кошмарах Пейджи никогда не могла представить себе, что в ее жизни может случиться такое, а именно полный крах всего того, к чему она стремилась так долго.

Девушка сама не поняла, когда все началось. Кризис в стране, участившаяся в связи с ним экономия людей на всем, в том числе на услугах нотариуса, покупка нового жилья в кредит, а самое главное возникшая проблема с ее нерадивым отцом, который как снег на голову свалился в жизнь Пейджи. И вот теперь она оказалась на дне, точнее еще не совсем внизу, но явно до падения оставалось немного. Девушка представляла себя где-то повисшей на отвесной скале, держась за тоненькую веточку, растущего из камня деревца. И вот-вот эта веточка накренится, сломается, и девушка полетит в пропасть. И это уже будет конец.

Она знала, что даже если продаст дом, чего она сделать категорически не могла, так как единственное, что у нее пока осталось, это ее гордость, вряд ли и дальше сможет сводить концы с концами. Аренда помещения, в которой находилась ее фирма, не оплачивалась уже год, и долги росли с каждым днем. Также она пропустила пару месяцев оплаты за кредит, не говоря уже об ежемесячных счетах, что приходили к ней домой. Пейджи схватилась за голову. Впервые в жизни она не знала, что ей делать. Все шло под откос, и гордая и независимая Пейджи Спаркс падала на дно.

Она могла бы попросить деньги у подруг. И видит Бог, они бы ей не отказали. У Эйприл сейчас неплохо шли дела с магазинчиком по продаже книг, и даже Сара, которая только недавно вышла на новую работу, в лепешку разобьется, но поможет ей, и именно этого девушка не могла допустить. Она готова была пережить их беспокойные жалостливые взгляды по отношению к ней, их чрезмерную заботу, и в связи с этим свой пошатнувшийся статус супер женщины, но даже это не изменило бы ситуацию. Пока она не разберется с главной проблемой, о которой она не может рассказать даже лучшим подругам, ничего в ее жизни не изменится.

Зазвонил телефон, на дисплее высветился незнакомый номер.

- Привет малышка. Это я.

Я. Я? Пейджи поморщилась, судорожно вспоминая, кто это может быть. Иногда такое случалось, правда крайне редко, когда она забывала своих сексуальных партнеров. А что такого? Она взрослая, свободная женщина и может иметь столько любовников, сколько ей заблагорассудится. Чаще всего она цепляла их в барах Далласа. Просто садилась вечером в машину и отправлялась за шестьдесят миль от Фредериктауна в ближайший большой город по реке Тринити.

Конечно, она могла познакомиться с кем-нибудь и в своем городишке, но так как большую часть его заселяли старые калоши типа соседки Эйприл миссис Литтелхуд, ей не хотелось потом всю жизнь оборачиваться под их старческое перешептывание в ее адрес. А так было куда проще. Ты никому не должен, тебе никто не должен. Переспали и разошлись на все четыре стороны. Правда, иногда случались вот такие вот звонки. Пейджи порой позволяла себе больше виски, чем следовало, и под действием алкоголя и еще каких-то внешних факторов делилась своим номером телефона

А иногда происходило вот так, как сейчас, когда она не могла вспомнить того, с кем провела прошлую ночь. А ведь надо его еще как-то отвадить от себя.

- Ты-ы-ы. Какой сюрприз, - девушка изобразила радостный голос, хотя все, о чем она сейчас думала, как быстрее избавиться от докучливого кавалера.

- Я рад, что ты дала мне свой номер.

"А вот я совсем недовольна этому факту"

- Честно признаться, после того, что вчера случилось, я думал, ты не захочешь иметь со мной никаких дел.

"А что вчера произошло? Я так много выпила, что почти ничего не помню. Он оказался извращенцем?"

- Знаешь, я вчера был немного на взводе и не очень качественно сделал свою работу…, слишком поторопился.

"Ах, вот оно что. Ну, это со мной не впервые".

- Ну, если мы встретимся с тобой снова, обещаю, что наверстаю упущенное.

- "А вот это не обсуждается, как там тебя Фрэнк, Уолли". Слушай, Чаки…

- Элвис.

- "Точно, помню, что имя было идиотское". Послушай, милый, я…это…уезжаю в ближайшее время…в Балтимор, у меня намечается долгая командировка. Когда вернусь - не знаю, но точно не скоро. Но я тебе позвоню…обязательно.

Когда еще после нескольких минут перипетий на том конце трубки послышались короткие гудки, Пейджи вздохнула с облегчением. Одной проблемой меньше, но другие увы никто не отменял. Она устало потерла переносицу. Придется претерпеть неудобства. Надо же где-то брать деньги, чтобы рассчитаться. Она не думала, что однажды ей придется воспользоваться газетой объявлений, но, в конце концов, у нее свободен целый этаж, которым она почти не пользуется и может легко его сдавать без каких-либо ограничений для себя.

Девушка открыла ноутбук и вошла на сайт одного печатного издания. Она остановилась на графе "подать объявление" и долго смотрела на экран компьютера. Окончательно решившись, а положила пальцы на клавиатуру и напечатала "сдаю". Нет, не то. Если объявление начнется на букву "с", следовательно, попадет в конец списка, а ей нужно, чтобы его быстрее нашли. "Жилье". Опять не то. "Аренда!". Точно. "Аренда. Чудесный дом в тихом уютном месте на берегу живописной реки…"

Около 3 лет
на рынке
Эксклюзивные
предложения
Только интересные
книги
Скидки и подарки
постоянным покупателям