0
Корзина пуста
Войти | Регистрация

Добро пожаловать на Книгоман!

Или войдите через:


Новый покупатель?
Зарегистрироваться
Главная » Джара. К чему снится любовь » Отрывок из книги «Джара. К чему снится любовь»

Отрывок из книги «Джара. К чему снится любовь»

Автор: Лина Люче

Исключительными правами на произведение «Джара. К чему снится любовь» обладает автор — Лина Люче . Copyright © Лина Люче

***

Горное плато, ветер. Ей холодно, все тело бьет озноб.
- Прошу тебя...
Вместе со словами пробуждается дремлющее сознание, всплывает вопрос: "О чем она просит? И кого?"
Ветер немного стихает, становится мягче и будто теплее. Она обхватывает себя руками, и вдруг понимает, что рук нет... и нечего обхватывать. Она туман. Она - мелкие капли влаги, взвешенные в воздухе. Ее очень много, миллионы крохотных капель. И в то же время они едины. Она движется и одновременно остается на месте, не имея ни формы, ни тела. Но сознание есть, и она осознает каждую свою мельчайшую часть, каждую молекулу воды и воздуха. Ею овладевает стремление объединить их, уплотнить, а Он ей мешает. Он отрывает их от нее, ее капельки, разрывает ее на части, которые становятся все мельче. Она становится все прозрачней и прозрачней и вот-вот исчезнет, растворится в нем, в этом могучем потоке воздуха. Ей больно и страшно.
Хочется спать... очень хочется спать и нет уже сил бороться. Проще расстаться с сознанием, довериться этой стихии, этой силе, которая все равно победит. Но она почему-то упрямо цепляется за осознание себя. Она почему-то понимает, что этот сон, такой сладкий и желанный, - это смерть. И он пугает ее.
- Аня. Аня, Аня...
Кто-то настойчиво называл ее имя... так настойчиво, что это уже не могло быть сном. Открыв глаза, она вздрогнула: рядом с ее кроватью на стуле сидел Ксавье. Аня резко села, держа у груди одеяло. Впервые в жизни она точно помнила свой сон безо всяких дополнительных усилий по его "прокручиванию". Она посмотрела ему в глаза, и ее осенила странная догадка. Это было чистейшее безумие, но Аня все-таки спросила:
- Это ты? Это... ты?
- Зачем ты сопротивляешься? - очень мягко и тихо спросил он.
- Я... я не понимаю, - она отодвинулась.
- Я тоже, - он немного нахмурился и недоверчиво покачал головой, как будто видел перед собой не свою секретаршу, а какого-нибудь зеленого человечка. - Ты не должна там быть. Ты вообще ничего не должна помнить. А ты мало того что все видишь, так еще и мешаешь мне.
Он требовательно смотрел на нее, как будто она была в чем-то виновата, а до Ани постепенно доходил весь масштаб того бреда, о котором они сейчас беседовали. Кажется, речь шла о ее сне.
- Минуту, - резко сказала она, отбрасывая одеяло и вставая с кровати. Почему-то сейчас она его не стеснялась, хотя все ее облачение составляли трусики и тонкой маечка. Оглянувшись, Аня взяла джинсы и рывком натянула их, стоя к французу спиной. Затем она надела футболку и развернулась к нему. Ксавье встал.
- Я, простите, не понимаю, о чем вообще речь. И что вы делаете в моей комнате, - она взяла в руку мобильный телефон, сверяясь с табло, - в четыре часа утра.
Ксавье молча смотрел на нее, и ей становилось все более не по себе, хотя дальше, казалось, некуда.
- Я... попробую тебе объяснить, - наконец, сказал он и жестом предложил ей снова присесть.

 

***

- Это реальность? То горное плато - оно что, на самом деле существует?
Аня была поражена. Из того, что говорил ей Ксавье, выходило, что ее сны - вовсе не абстракция и не фантазия.
Француз задумался над ее вопросом, потом наклонил голову:
- Интернет - реальность? - спросил он. - Он на самом деле существует?
- Полагаю, что да.
- А разговор, который ты ведешь по ICQ или в Skype? Насколько реален этот контакт?
Аня хотела было ответить, но вдруг осеклась, сообразив, куда он клонит.
- Это полувиртуальный мир, да?
- Вроде того. Это мир, который мы создаем сами. Те, кто помнит. Те, кто себя там осознает. Кто может творить постоянно и последовательно, из сна в сон, каждую ночь. Это жизнь во сне, параллельная жизни наяву.
- А... остальные?
- Остальные творят бессознательно. Мы их ограничиваем, чтобы они нам не мешали. Но в целом - делают, что хотят. Сами себя пугают, сами себя развлекают... кто во что горазд.
- Но вы как-то можете их использовать? - вдруг догадалась Аня, и по ее коже прошел холодок.
Ксавье улыбнулся.
- Не все так страшно, как ты думаешь. Это... очень мирная игра. По крайней мере, - он вздохнул, - так было до последнего времени.
- А что со мной происходит? - Аня обхватила себя за плечи, жалобно глядя на него.
- А с тобой... происходит черт-знает-что, - медленно выговорил он с такой досадой, что ей стало страшно.

- Это все ведь большая тайна, да, Ксавье? - спросила Аня, глядя в окно, за которым потихоньку светало. Она грела пальцы о кружку с чаем, потому что ее знобило. Она была так ошеломлена его рассказом, что даже не заметила, как они перебрались в гостиную, а ее шеф сам приготовил чай, который щедро сдобрил сахаром и молоком. И даже корицу где-то нашел и тоже добавил. Было вкусно.
- Ты уже почти наша, так что все равно скоро все узнаешь.
- Почти?
- Ну... тебе еще предстоит многому учиться. Но я тебе помогу.
- Ты ведь не руководитель международной компании, да, Ксавье? - негромко спросила она, когда он надолго замолчал.
- Почему? Это все в силе, - он пожал плечами, недоуменно глядя на нее. - Просто это для меня не основное занятие.
- Ну, разумеется. Что такое для основателя Семи миров международная компания? Так, левой пяткой управиться можно, - пробормотала Аня.
- Пятки тут ни при чем, - поморщился Ксавье. - Просто это слишком малая часть моей жизни.
- Подожди. Но ведь ты спишь всего восемь часов, а бодрствуешь около шестнадцати, так? - спросила вдруг Аня. - Как там без тебя все это время обходятся?
Он как-то странно на нее посмотрел, словно размышляя о чем-то, потом отвел глаза:
- Я тебе позже объясню.
Аня вздохнула, снова отхлебнув чай.
- Мне кажется, я сейчас проснусь, и это станет очередным бредовым сном, - сказала она, облизнув губы.
- Это вряд ли, - Ксавье прикрыл глаза, вытягиваясь в кресле. Аня невольно посмотрела на его обнаженные ступни и длинные пальцы на ногах, поставила кружку на журнальный столик. Так странно было беседовать с этим человеком в половине пятого утра и видеть его голые ноги, пусть даже только от щиколотки. Она думала, что он и спит в ботинках и костюме, застегнутый на все пуговицы.
Черт, о чем она думает? Ей так много нужно было задать ему вопросов, но мысли никак не собирались в кучу. В глазах ощущалась сильная резь, хотя свет они не зажигали. Ее знобило и подташнивало от недосыпа.
Если верить Ксавье, помимо реального мира существовали и другие, куда люди могли попадать во сне. А некоторые из них попадали туда постоянно и жили там, и помнили об этом после пробуждения. Более того, они там общались друг с другом и жили нормальной жизнью - такой же реальной, как наяву.
- Объясни, что ты со мной делал? И почему все так было странно... мне снилось, что я туман и...
- Это Седьмой мир, там одни стихии. Там всего четыре обитателя, один из них я. Как ты туда попала, ума не приложу. Туда из наших мало кто может попасть, так уж все устроено: только самые сильные.
- И что там происходит?
- Да ничего особенного. Это чисто развлекательное место.
Аня посмотрела на Ксавье. Она не считала себя хорошим психологом, но в ту минуту готова была поклясться, что он врет.
Француз открыл глаза:
- Я хотел тебя скрыть. Потому что ты в большой опасности.
- Так, - Аня подобралась. - А вот с этого места поподробнее.
- Не-а. Подробно сейчас будешь рассказывать ты, - лицо Ксавье неожиданно стало очень серьезным. - Все свои сны, которые помнишь. Не вздумай стесняться и что-то скрывать. Я буду с тобой откровенен. Тебя уже ищет один очень опасный человек. Когда он тебя найдет - ты труп.
Аня задохнулась и закашлялась. Его слова произвели эффект ведра ледяной воды, вылитого на голову. Ее до костей пробрал мороз, потому что она ему поверила.
- Почему? - прохрипела девушка, подбирая под себя ноги.
- Потому что ты уже сейчас в нашем мире проявила какие-то удивительные, невиданные способности, - медленно, подбирая слова, пояснил он. - И это удивляет... даже меня. Но пока о тебе знают только трое. И один из нас троих, возможно, хочет твоей смерти, потому что боится за свое место.
- Его место?
- У нас своя иерархия. Долго объяснять. Седьмой мир - для руководства. Ты туда влезла, хотя еще и в Первый ходить не умеешь. А с него все начинают. Все, хватит пока вопросов. Рассказывай свои сны, у нас очень-очень мало времени.
Аня тяжело вздохнула.
- Я возьму тетрадь, чтобы ничего не забыть.
- Ты их записываешь? - удивился он.
- Да, а что такого?
- Странно просто... ладно, бери свою тетрадь.

Аня начала рассказывать с начала тетради, которую вела почти год. Время от времени Ксавье перебивал, переспрашивал, уточнял. Его не интересовали сны про погони, лифты, даже полеты. Однако когда Аня рассказала про человека с белыми глазами в метро, он очень заинтересовался и долго расспрашивал.
- Да я не помню больше ничего, - взмолилась она. - Этот сон был очень коротким, буквально несколько секунд.
- Это тебе так кажется, потому что ты все забыла, - процедил Ксавье. - Это он. Он поймал тебя в первом мире и пытался выудить что-то из твоей головы.
- Что?
- Скорее всего, адрес. Город он точно выудил, потому что ты представила московское метро.
- Черт, - Аня вздрогнула. - Он что, так и выглядит?
Ксавье смотрел на нее как на душевнобольную.
- Так выглядит твой страх. Какая у него внешность - неважно, то, что тебе приснилось - это всего лишь твои ассоциации. Отклик твоего подсознания на то, что он делал. Оно нарисовало тебе картину: лучи из глаз в глаза, потому что он сканировал твою память, влез к тебе в голову. Вот и все.
- Ясно, - Аня перевернула страницу и снова вернулась к рассказам. Дойдя до листка, где был записан сон с Ксавье, девушка густо залилась краской.
- Черт, я не могу тебе этого рассказывать, - она жалобно посмотрела на него.
- Почему? - он заинтересовался и даже улыбнулся, изучая ее лицо.
- Потому что это про тебя, - Аня подтянула к себе ноги и уперлась лбом в колени, несколько секунд пытаясь подавить жуткий стыд. Легче не стало.
- Что, эротический? - Ксавье тихо рассмеялся и отхлебнул чай. - Давай, рассказывай скорее. С этого же начинать надо было.
- Ты издеваешься? - засмеялась Аня.
- Немного. - Он широко улыбнулся, и она внезапно подумала, что он симпатичный и, оказывается, очень молодой. Почему-то она не обращала на это внимания. Из-за его серьезности ей все время казалось, что ему сто лет. А ему лет тридцать пять, не больше. Он же Максу ровесник. Аня завороженно смотрела на него, и Ксавье нетерпеливо указал ей взглядом на тетрадь:
- Я жду.

Это оказалось не так уж весело. По мере того, как она рассказывала, глаза Ксавье становились все более тревожными. Аня даже стесняться перестала и начала бояться.
- Тебе снилась эта самая лампа, та, которая у меня сейчас в спальне? - снова уточнил он.
- Да. Она даже стояла там же. Я только ее и помню, и синие шелковые простыни.
- Синий шелк - это другое, - тут же отозвался он, о чем-то напряженно размышляя. На его лице было озадаченное выражение. А потом оно почему-то стало смущенным.
Француз встал и походил по комнате.
- Черт. Я ничего не помню, - сказал он, наконец.
- Чего не помнишь?
- Не важно, - он вздохнул и сел. - Еще снилось что-то?

- В общем, так, - резюмировал Ксавье через несколько минут. - Надо срочно вводить тебя в Первый мир. Там мы тебя быстренько выдадим замуж, и он тогда уже не посмеет.
- Вы меня быстренько - что? - Аня подняла брови.
- Замуж выдадим. За кое-кого влиятельного, - пояснил Ксавье так, как будто речь шла о том, чтобы выпить еще одну чашку чая. - Ну, помолвим хотя бы. Ты не бойся, он тебя защитит.
"Скажи, что это будешь не ты. Скажи, что это будешь не ты".
Аня вдруг ощутила такой ужас, что готова была сбежать. С первого взгляда на Ксавье она ощущала неудобство в его присутствии. Когда он вдруг распорядился о ее переезде, это начало перерастать в панику - что, если он все-таки имеет на нее какие-то виды? Только не это, ведь они совсем разные, совсем. Но он намного сильнее, она не сможет отказать, она растает и самым постыдным и унизительным образом в него влюбится и просто погибнет, когда Ксавье поймет, что они не подходят друг другу...
- А если он не захочет? Жених?
- Тогда я ему прикажу, - Ксавье отхлебнул еще чая и поморщился: Холодный уже. Идем спать. Я тебя попробую вывести за ручку.
Аня тихо перевела дыхание и быстро опустила взгляд, чтобы он не увидел в нем постыдно сильного облегчения. Слава небесам, он не имел в виду себя, говоря о помолвке. Даже варианта такого не предполагал, судя по всему.
- Идем спать, - настойчиво повторил Ксавье и поднялся на ноги.
- Прямо сейчас? Я не засну, - Аня посмотрела на него снизу вверх с искренним недоумением, пряча за ним все следы только что пережитых сильных эмоций.
- Заснешь. Идем.
Ксавье протянул ей руку, и Аня со вздохом пошла за ним в его спальню. Несмотря на усталость, озноб, тошноту и резь в глазах, которые говорили ей о реальности происходящего, она все ждала, что вот-вот очнется от этого бреда.
- Ложись, - он покопался в прикроватной тумбочке, извлек блистер с неизвестными французскими таблетками. Протянул одну Ане:
- Глотай.
Вторую он проглотил сам, запил водой из стакана, который стоял у него на тумбочке. Аня тоже сделала глоток.
- Надеюсь, это не наркотики? - спросила она.
- Кто знает, - отозвался он, ложась рядом. Аня распахнула глаза, уставившись на француза. Ксавье хмыкнул:
- Шучу. Это простое снотворное. Закрывай глаза.

***

- Подъем.
Аня открыла глаза и села.
- Боже.
- Добро пожаловать в Первый мир.
Ксавье стоял у кровати, на которой она сидела. Это был он и в то же время не он. Его внешность изменилась самым поразительным образом: рост теперь намного превышал два метра, пропорции идеальные, мускулатура - развита самым завидным образом. Волосы стали длинными, до плеч, немного вьющимися. Почти черными. Одежда летняя: светлая рубашка с коротким рукавом, тонкие черные брюки. Но самым странным в его внешности были... крылья. Темно-серые, огромные, полусложенные за спиной крылья.
- Размах - семь метров. - Прокомментировал он, проследив за ее взглядом. - У тебя примерно шесть с половиной.
Аня вздрогнула и оглянулась, невольно расправляя собственные крылья - светло-синие. Точнее, разноцветные. Оперение переливалось от темно-синего оттенка до бледно-голубого, почти белого.
- Зеркало есть? - спросила она.
Ксавье рассмеялся, указывая подбородком за ее спину.
- Все девушки с этого начинают. Разглядывают себя в зеркало.
Аня обернулась на стену-зеркало прямо за спиной. В просторной спальне не было ни одного окна, но воздух казался свежим и прохладным. Зеркальная стена единственная была гладкой. Остальные имели причудливые изгибы, неровности. Они казались каменными и были выкрашены в сиренево-белую гамму с абстрактными узорами. Мебели было немного - помимо огромной кровати имелась пара кресел очень своеобразной формы и необычное сооружение, похоже, служившее шкафом для одежды. Впрочем, его причудливая конструкция была всего лишь продолжением стен и потолка, поскольку он идеально вписывался в один из углов.
- Я позволил себе представить тебя такой, - сказал он, появляясь за ее спиной. - Если что-то не нравится, можешь меня попросить изменить это. Но только один раз, так что подумай хорошенько.
- Хорошо, - она смотрела на стройную высокую фигуру, и понимала, что это менять не захочется. Ксавье не изменил ни форму, ни размер ее груди, ничего не трогал на лице. Прежними остались и волосы. Но он сделал ее выше и стройнее, и ей это понравилось. На ней был очень легкий сарафан с завязками на шее и застежкой на бедрах. Спина открыта из-за крыльев.
Под сарафаном обнаружились совсем уж легкие, полупрозрачные штанишки, а на ногах - летние сапоги, все в разрезах, из какой-то мягкой ткани. Вся одежда была кремового цвета, а подол украшен затейливыми желтыми рисунками. Позади нее стоял Ксавье, возвышаясь над ней сантиметров на пятьдесят, хотя сама Аня, по ее примерным прикидкам, "выросла" почти до двух метров и выглядела какой-то инопланетной фотомоделью, переодетой в ангелочка.
- Здесь все мужчины такие... огромные?
- Да. Никто не жаловался, - Ксавье пожал плечами. - Я придумывал этот мир, когда мне было восемнадцать. Есть некий максимализм, но теперь все менять неохота. Одно цепляет другое, в общем, ты понимаешь...
Аня ничего не понимала, но на всякий случай кивнула.
- Мир, в котором мы сейчас находимся, называется Первым. Язык, на котором мы говорим - общий для всех. На самом деле мы не говорим, а обмениваемся мыслями. Но для каждого это выглядит так, как будто он общается на своем родном языке.
- Круто, - оценила девушка.
- Еще бы, - он улыбнулся, как мальчишка, которого в школе похвалили за удачную домашнюю работу.
- Ксавье...
- Стоп. Меня здесь зовут по-другому. Никогда не называй меня этим именем.
- Почему?
- Потому что далеко не все здешние обитатели знают, кто я в реальности. И я хочу, чтобы так все и оставалось. Ясно?
- Да.
- Мое имя Ксеар Айи. Некоторые считают, что Ксеар - это титул. Можешь называть меня просто Айи.
- Титул?
- Да. Я здесь самый главный.
- О. Ты тиран и деспот? - Аня улыбнулась, потому что его лицо было очень серьезным.
- Еще какой, - его губы дрогнули в иронической улыбке, и она тихо рассмеялась.
- Ты тоже можешь выбрать себе другое имя. Я тебе это настоятельно рекомендую. И первые лет двадцать никому не рассказывай о себе в реальности. Пока не поймешь, что к чему.
- Двадцать лет? - она хихикнула, полагая, что Ксавье пошутил.
- Да. Это один реальный год.
- Не поняла, - Аня резко обернулась, едва не врезавшись в него, потому что он подошел ближе.
- Ты все поймешь... постепенно, - очень терпеливо сказал он, поддержав ее за локоть. - У меня куча дел. Поэтому сейчас я познакомлю тебя кое с кем... заново. Он тебе все расскажет и объяснит.
С этими словами он покинул спальню так стремительно, что Аня в первый момент даже не поняла, что ей лучше поторопиться следом. За дверным проемом оказался широкий длинный коридор, сплошь каменный, как будто они были в пещере. Через минуту, пройдя его до конца, девушка убедилась, что так оно и было. Только эта пещера располагалась на огромной высоте.
- Черт, - вылетев за Ксеаром на небольшую площадку, она ошеломленно застыла, обнаружив себе на выступе огромной горы, подножие которой располагалось далеко внизу. Скорее, это даже была скала, потому что ее стена уходила вниз чересчур отвесно. Фактически, у ее ног начинался обрыв в бездну. Далеко-далеко внизу виднелась долина с тонюсеньким ручейком, заросшая зеленой травкой. Совсем рядом, прямо над головой, проплывали облака. Казалось, только руку протянуть - и достанешь. Кругом были одни скалы. И тишина. Ни одного живого существа, как в фантастическом фильме о полностью уничтоженной жизни на Земле.
- Полетели, - он прыгнул с площадки, на ходу раскрывая крылья. Аня широко раскрыла глаза, следя за ним. Прыгнув, он сначала провалился на несколько метров вниз, но затем парой легких взмахов крыльев поднялся на уровень площадки, где она стояла.
- Ну? - поймав раздраженный взгляд, Аня даже отступила на шаг. Уж не ждет ли он, что она прыгнет следом?
- Я же не умею, - закричала она.
- Тут нечего уметь. Твое тело все знает. Просто прыгай, - велел он, подгребая своими крыльями размером с половину Бразилии.
"Так, я же летала во сне. Это так же", - сказала себе Аня. Проблема была в том, что происходящее совсем не было похоже на сон. Может, он все-таки отравил ее каким-то наркотиком? Но как объяснить тогда, что они здесь вместе?
- Так, все, извини, мне это надоело, - он внезапно приземлился рядом и схватил ее.
- Нет, нет, ты что, не надо...
Аня завизжала так, что казалось, содрогнулись все горы в радиусе десяти километров. Но он уже подтащил ее к краю и сбросил, крайне невежливым пинком.
"Почему я не просыпаюсь?" - мелькнула мысль, когда она стремительно летела в пропасть. Она всегда просыпалась, когда падала во сне.
Но тут же, перевернувшись в воздухе, ее тело как-то само собой выпрямилось, изогнулось... крылья распахнулись с сильным хлопком, как будто открылся парашют. И, ощутив резкую боль в мышцах спины, Аня мгновенно поняла, что может управлять этим. Сначала робкими, потом все более уверенными движениями она набрала высоту и поравнялась с мужчиной, который, даже не посмотрев, все ли с ней в порядке, развернулся и направился прочь. Тут она поняла, зачем под ее сарафаном надеты штаны. Подол сарафана сильно задирался на ветру, несмотря на продуманную застежку, расположенную низко на бедрах.
- Ты грубиян, - сердито сообщила она, как только догнала Ксеара.
- А ты трусиха, - парировал он, поворачивая куда-то. Аня не нашлась с ответом и молча полетела за ним по ведомому ему одному маршруту.
Еще пятью минутами раньше она ни за что бы не предположила, что этот человек способен на то, что он вытворил. Но каким-то неведомым образом этот возмутительный пинок изменил ее отношение к нему на лучшее. Ей даже показалось, что они с этим человеком когда-нибудь смогут стать друзьями.

Около 3 лет
на рынке
Эксклюзивные
предложения
Только интересные
книги
Скидки и подарки
постоянным покупателям