0
Корзина пуста
Войти | Регистрация

Добро пожаловать на Книгоман!

Или войдите через:


Новый покупатель?
Зарегистрироваться
Главная » Гарем гоблина » Отрывок из книги «Гарем гоблина»

Отрывок из книги «Гарем гоблина»

Автор: Сладкая Любовь

Исключительными правами на произведение «Гарем гоблина» обладает автор — Сладкая Любовь Copyright © Сладкая Любовь

 

ГЛАВА 1. В плену

Между серых скал, поутру осыпающихся серебристой крошкой, зеленой змеей вилась еле заметная тропинка, по которой, казалось, давным-давно не ступала нога человека, так как камни покрылись мхом.

Но Элизабет, чей дом стоял на опушке леса, плотно примыкающего к скалам, знала, что первое впечатление обманчиво. Так как, приглядевшись, рядом с замшелой тропинкой можно было увидеть другие следы – глубокие и четкие, нестройными ошметками опечатывающие тропинку.

Между скалами жил гоблин. Элизабет, на чью долю выпал тяжелый жребий стать ведьмой-отшельницей, не раз видела его согбенную фигуру, медленно бредущую к озеру, что лежало в долине. Такое случалось в первый день полнолуния, и свидетелем была только она. А как иначе? Если бы гоблин понял, что его видел кто-то из обычных людей, не жить невольному свидетелю тогда на свете. То есть, конечно, жить, но только в рабстве.

Иногда Элизабет становилось скучно, и она, набросив на плечи шаль, брала в руки корзинку и углублялась в скалы, всегда следуя по замшелой тропке. Спустя немного времени она подходила к каменной арке и резко сворачивала налево. Под арку ведьма не шла, так как именно туда вели следы страшного человека с кошачьими глазами, ушами осла и огромным бледно-зеленым носом.

Но как-то раз она задумалась и пошла по запрещенному пути.

Элизабет в то лето исполнялось восемнадцать, и она должна была выбрать себе спутника жизни. Для этого молодой ведьме необходимо было отправиться на шабаш, хорошенько осмотреться и подумать, кто лучше всего подойдет на эту роль.

«Вурдалак или леший, а, может быть, дракон? – думала Элизабет, решая сложную задачу и не замечая, что зашла в запрещенное место. – И зачем мне все это? Лучше бы на всю жизнь остаться одной и свободно гулять, не оглядываясь на спутника. Хотя… Какие мои обязательства? Как же хорошо, что ведьмам можно изменять!»

Внезапно дорога привела ведьму к густым зарослям боярышника.  Только лишь зацепившись за колючие стебли юбкой, она очнулась, безумно разглядывая ущелье с нависающими над головой черными камнями, готовыми вот-вот сорваться вниз.

- Ой, - пискнула Элизабет, вырывая юбку. Но клочок ткани все-таки остался на длинных колючках боярышника, на юбке образовалась дыра. – Вот ведь незадача… Нужно скорее убираться прочь. Как бы не явился хозяин…

Ведьма знала, в чьи владения она забрела, как и то, что ей грозила опасность быть навеки плененной в какой-нибудь пещере, где она проведет остаток своих дней, возможно, непосильно работая, или же ублажая гоблина, даря ему постыдные ласки. Такого она не хотела.

Подобрав подол, Элизабет резко развернулась, чтобы как можно скорее убежать, как вдруг уткнулась лицом в могучую грудь, что пахла крепким мужским потом.

- Ух ты, какая птичка прилетела в мой сад, - услышала она грубый рык, а когда подняла вверх лицо, увидела кошачьи глаза, устремленные прямо на нее.

- Простите, - прошептала Элизабет, помертвев. – Я случайно. Я сейчас же уйду, простите.

- Никуда ты не уйдешь, - крепкая рука легла ей на плечи, другой гоблин обхватил девушку снизу и, схватив в охапку, понес по направлению ко входу в пещеру, что был замаскирован от глаз густыми ветвями терновника.

Элизабет даже не упиралась, ведь знала, что все напрасно. Этот великан ни за что бы не отпустил свою добычу, а если она решит сопротивляться, может изувечить.

И что же я за простофиля? – думала ведьма, до крови закусывая губы. – Не надо бы быть такой рассеянной. Что же делать? Вот и пришел мне конец.

По слухам, гоблин своих жертв убивал. Иногда редкие крестьяне, что заходили к Элизабет за помощью, шептали о том, что находили в реке обглоданные кости тех, кто потерялся в лесу или забрел далеко в скалы. Но она знала, что гоблин не ел людей, он питался грибами и яйцами птиц, а еще змеями и лягушками, кореньями деревьев и изредка дикими животными. Пленники ему были нужны для иных целей. Для каких именно, ей было страшно даже думать. Как и о том, что теперь она была одной из них.

Меж тем пещера становилась все уже. Иногда мокрые коренья свисали вниз, к полу, осклизлые камни торчали со стен, а солнечный свет, прорывающихся из трещин наверху, рассеивался легким туманом. Элизабет вся сжалась в комок, ей было противно и страшно ощущать на своем теле крепкие объятия гоблина, как и вдыхать его терпкий запах.

Уж лучше бы мне умереть сразу, - решила она, вспоминая о крохотной луковице ядовитого растения, что пряталась за пазухой и была предназначена для изготовления снадобья. – Если не удастся убежать, я откушу крохотный кусочек, и конец страданиям.

- А ты красивая, - гоблин внезапно поставил ее на землю, и Элизабет увидела перед собой чистую полянку из мха, посреди которой вверх вздымался каменный домик, оканчивающийся башней. – Входи.

- Отпусти меня, пожалуйста, - простонала ведьма. – Зачем я тебе?

- Ты шутишь? – на страшном уродливом лице мужчины проскользнуло подобие улыбки. – Этого не случится никогда. Ведь я только что заполучил себе третью жену.

- Третью жену? – спросила Элизабет. – Ты ошибаешься, я ни за что на свете не соглашусь стать твоей женой.

- А мне и не нужно твое согласие, - хмыкнул гоблин.- Отныне ты моя.

Не зная, что еще можно сказать в ответ, ведьма жадно ухватила открытым ртом воздух и заплакала.

- Вот этого не надо, - рыкнул мужчина, его лицо стало темно-зеленым, а желтые глаза налились кровью. – Немедленно иди в дом!

Покорно склонив голову, Элизабет двинулась к дверям, что распахнулись настежь, как только она ступила на каменные ступеньки.

Войдя вовнутрь, ведьма ахнула от удивления: пред ней предстала огромная зала, сверкающая оранжевыми бликами. Оглянувшись по сторонам, она поняла, что стены комнаты украшены янтарем; с потолка вниз свисали хрустальные светильники, горящие сумрачным светом, а пол выложен позолоченным паркетом, на котором в некоторых местах лежали яркие коврики ручной работы.

- Приветствуем тебя в нашем доме, - внезапно услышала Элизабет и, оторвав взгляд от прекрасных вышитых картин, натянутых на золотые рамы, увидела двух девушек, что стояли у стены и внимательно разглядывали ее. – Ты кто?

- Я – Элизабет, ведьма из окраин леса. – А вы?

- Мы – жены Голбина, - сказала светловолосая красавица в зеленом платье до пола и с высокой короной на голове. -  Я – лесная фея Озо. А это Раяна, дочь морского царя. Тебя привел наш муж, а это значит, что вскоре он сочетается с тобой браком, и ты станешь одной из нас.

- Нет… - прошептала Элизабет, заливаясь краской. – Я не могу…

- Почему же? – спросила миниатюрная брюнетка  с такими синими глазами, что казалось, это драгоценные камни.

- Понимаете… Я случайно забрела в заросли боярышника. Я не хотела… Мне нужно домой. Ведь я никакая не принцесса и не фея, мне здесь нельзя находиться.

- Ну почему же нельзя? – хмыкнула Раяна. Двумя пальчиками подняв длинный подол платья из изумрудного шелка, она подошла к ведьме и взяла ее за руку. – Ты очень красивая, и если гоблин тебя выбрал, значит, ты ему понравилась. И какая разница – принцесса ты или простая ведьма.

- Но мне страшно, я хочу домой.

- Смирись, - Озо развернулась и подошла к мягкому креслу, нырнула в его объятия. – И не переживай, тебе здесь не будет ни скучно, ни голодно. Ведь у нас много слуг, а подземелья заполнены золотом и пещерными озерами. Мы будем там гулять все вместе, ты никогда не будешь ни в чем нуждаться.

- Мне страшно…

Раяна только хмыкнула. Отпустив руки Элизабет, она тоже подошла к одному из кресел и упала, из-под длинного подола сверкнули хрустальные туфельки.

ГЛАВА 2. Под присмотром

Элизабет так и осталась стоять посреди комнаты, в ее глазах застыл страх и отчаяние.

Внезапно дверь открылась, и в комнату вошла страшная старуха. Женщина была облачена в темные одежды, ее седые волосы сдерживала серебристая повязка, огромный бородавчатый нос доставал до подбородка. В крючковатых пальцах она держала плетку.

- Ну-ка пошла со мной! – взвизгнула карга, угрожающе прищурив глаза.

- Что?.. – после приветливых слов, обращенных к ней, а также обещания земного рая, Элизабет пришлось лицом к лицу встретиться со злом. И она не хотела верить, что все может произойти вот так.

- Ступай, говорю, за мной, и быстро!

Оглянувшись сначала на Озо, а затем на Раяну, ведьма увидела, что жены гоблина невинно хлопали ресницами, как будто бы ничего такого не происходило сейчас, у них на глазах.

- Хорошо. Но…

- Иди! – подпрыгнув, старуха толкнула рукояткой плетки Элизабет в живот, да так, что та невольно вскрикнула, попятившись назад и взглядом ища помощи у красавиц. Но тем было все равно, они безмятежно глядели друг на дружку и в потолок.

Хоть и не хотелось, но Элизабет вынуждена была пойти вслед грозной и жестокой карге, что провела ее сквозь темный коридор к пещере, на дне которой плескалось озеро.

- Снимай одежду! – рявкнула старуха, угрожающе взмахнув плетью.

Элизабет тут же покорилась. Сняв с себя юбку, она взялась дрожащими пальцами за подол длинной сорочки и стянула ее через голову, оставшись только в лаптях из липы.

- И волосы распусти!

Развязав ремешок, ведьма медленно расплела длинную косу, укрывшись огненно-рыжими волосами, словно покрывалом.

- Теперь прыгай в воду!

- Но я боюсь… Мне страшно… А вдруг здесь глубоко?

- Прыгай, я сказала! – хлесткий удар плетки пришелся по ногам. Вскрикнув, Элизабет подбежала к краю обрыва и, вытянув вперед руки, полетела вниз. Зажмурив глаза, она молилась только об одном, чтобы не расшибиться о камень. Ведь выхода нет, если ты только мертва, но пока можешь дышать, все возможно.

Холодная вода обожгла разгоряченное тело ведьмы. Нырнув, она не спешила выныривать наверх, чтобы как можно дольше не видеть и не слышать каргу.

Как же так? Я ничего не понимаю, - думала бедняжка, задыхаясь под водой. Открыв глаза, Элизабет увидела нереальную прозрачность, можно было разглядеть камни до мелкой точки. – Почему они так, со мной?

Все происшедшее было странным еще и потому, что именно в эту ночь она становилась совершеннолетней. Ее украли точно в день ее рождение. Точнее, она сама себя позволила украсть, из-за невнимательности и беспечности.

Дома у ведьмы остался кот. Конечно, он мог как-то прокормить себя сам. Но вот цветы, ее любимые фиалки и примулы, теперь они обречены погибнуть, ведь никто не придет в ее дом и не станет поливать бедные растения.

Меж тем воздух кончался, и Элизабет вынуждена была всплыть на поверхность.

- Ты что надумала?! – завизжала над ее головой старуха. – Удрать решила?

«Удрать?.. – острой стрелой пронеслось в голове Элизабет. – Если она так говорит, значит, есть возможность. Ану-ка я попробую».

Снова нырнув, на сей раз ведьма хорошенько рассмотрела дно, и между камней увидела темное место, как будто бы это была подводная пещера. Элизабет подплыла к самому ее краю и попробовала немного проплыть вовнутрь. И это действительно оказалась полость. Впрочем, был ли из нее выход…

Следующий глоток воздуха совпал с жалящим ударом плетки по лицу. Грозная карга стояла у самой кромки воды, нещадно лупя по ней.

- Быстро выходи на берег! – орала она. – А не то засеку до смерти!

И Элизабет не решилась рискнуть. Схватившись пальцами за камни, она выползла из воды и встала перед каргой, стеснительно прикрыв руками срамные места.

- А ты красивая, - во взгляде надзирательницы проскальзывала зависть. – Когда-то и я была такой же, но вот что со мной сделали годы. Быстро пошла вперед!

Не оглядываясь, чтобы не увидеть злой взгляд старухи, Элизабет вскарабкалась на то место, где лежала ее одежда. Но только она протянула руки, чтобы взять рубашку, как тут же получила новый хлесткий удар.

- Не сметь, - проворчала старуха. – Пойдем со мной. Эта одежда тебе больше не пригодится.

Горько вздохнув, ведьма пошла по еле заметной тропинке к входу в пещеру.

Пройдя небольшое расстояние, очутилась в светлой комнате с большой кроватью и сундуком. На красивом, зарешеченном золотыми прутьями окошке стояла клетка с желтой птичкой, что весело пела, перепрыгивая с жердочки на жердочку.

- Здесь ты будешь жить, - заскрежетала старуха и, захлопнув за собой дверь, скрылась.

Еле держась на ногах, обессиленная и униженная, ведьма подошла к кровати. У нее подкосились ноги, и Элизабет упала сверху, утонув в мягкой перине. Немного полежав, она встала и медленно подошла к сундуку. Открыв его крышку, увидела множество нарядов, что сверкали гладкими шелками и резали глаза яркостью красок. Вытащив лимонно-жёлтое платье, ведьма поднесла его к окну, любуясь. Затем одела на себя. Платье упало волнами к ее стройным ногам, сразу же превратив из обычной девушки в принцессу. Рыжие волосы уже немного подсохли, но все еще оставались влажными. Найдя в сундуке костяной гребень, Элизабет принялась расчесываться.

И только она прихорошилась, как дверь снова открылась, и в ней показалась Раяна.

- Ну что, Элизабет, как тебе здесь? – спросила красавица, мило улыбаясь. – Ты все еще хочешь уйти?

- Конечно! – воскликнула ведьма. – Ведь я здесь, словно в плену. То есть… я в плену.

- Могу помочь… - Раяна оглянулась на дверь и приложила палец к губам.- Хочешь?

- Конечно… - прошептала в ответ Элизабет.

- Но тебе нужно соглашаться со всем, что предложит гоблин. Если он скажет, что будет свадьба, ты покорно пойдешь за ним.

- И что?

- В нужный момент я помогу тебе скрыться.

- Да? Спасибо, - в глазах ведьмы вспыхнули огоньки благодарности, она чуть не заплакала. Ей хотелось подойти и обнять Раяну, но она не знала, понравиться ли той такое, поэтому просто стояла и улыбалась.

- Ну все, я пошла. А ты помни: будь покорной.

- Буду, - кротко пообещала Элизабет.

Когда брюнетка ушла, ведьма все стояла и улыбалась, глядя в окно. Затем подошла к птичке, что отчего-то притихла, и погладила прутья клетки. За окном были только верхушки высоких деревьев, так что она не могла определить, где находится. Но все равно больше не испытывала ни страха, ни тоски, только щемящее чувство радости.

ГЛАВА 3.На брачном ложе

Она не помнила, как долго стояла у окна, но когда начало темнеть, Элизабет подошла к кровати и, отбросив покрывало, улеглась на мягкую перину, даже не раздеваясь.

 Проснулась от яркого света, что проникал сквозь окно. Возле кровати стояла вешалка, на ней было надето белое свадебное платье. Рядом, на стульчике, лежал веночек из бумажных лилий и серебристая фата, стояли шелковые туфельки, искрящиеся, словно рождественский снег.

Ничего не понимая, ведьма поднялась с кровати и подошла к платью, потрогала его руками. Резкий крик, что последовал за этим, заставил ее подпрыгнуть.

- Одевайся! – взвизгнула старуха, что, как оказалось, все время была в комнате. Она сидела на сундуке.- Снимай из себя платье и надевай наряд.

- Зачем? - спросила ведьма, меж тем дрожащими пальцами стягивая из себя шелк.

- Гоблин не хочет ждать. Сейчас ты пойдешь к нему, я обвенчаю вас, а затем вы ляжете на брачное ложе.

- Как?!

- Я не привыкла повторять дважды! – плетка описала круг над головой карги, пролетев совсем близко от лица Элизабет, но не задев его.

Больше она не произнесла ни звука. Надев на себя платье, что было восхитительным, быстро пристроила на голове венок, набросив сверху фату. Затем осторожно обулась в туфли, ощутив, какие они удобные.

- За мной, - скомандовала старуха.

На сей раз они взбирались по каменной лестнице наверх, держась за золоченые перила. Справа и слева были расположены балкончики, за которыми зияли черные отверстия пещер. Несколько раз ведьму так и подмывало броситься в одну из них и попытаться скрыться. Но в голове звучали обещания Раяны: я тебе помогу, только будь покорной.

И вот они взошли на самую вершину. Это была открытая площадка, над которой, словно крыша, нависал огромный валун, заслоняя солнце. Холодный ветер трепал платье невесты и сдувал фату, внизу простирались скалы, зеленели верхушки деревьев. И если бы она захотела прыгнуть вниз, это было бы верной гибелью.

- Вы уже здесь? – вздрогнув, ведьма услышала охриплый голос гоблина. Он вышел из-за скалы и направился к ней. Взяв за руку, поднес ее к губам, влажно чмокнул.

- Объявляю вас мужем и женой,- рявкнула старуха, метнув в сторону молодых пригоршней каких-то кореньев и зерна. Тут же словно ниоткуда к ним слетелись упыри. Схватывая на лету и поднимая с камней, они быстро уничтожили посыпку, с визгом улетая.

- Все? – спросил гоблин, глядя на свою невесту кошачьими глазами и прижимая к себе одной рукой.

- Да, теперь я проведу вас на брачное ложе, чтобы вы, мой господин, смогли зачать ребенка.

Ну, и где же ты, Раяна? – мысленно взмолилась ведьма, когда, в обнимку с чудовищем, они шли по длинному коридору в его покои. Вокруг горели факелы, под ногами была расстелена мягкая подстилка. – Я ведь исполнила все, как ты сказала. Действуй быстрей.

Она не могла даже представить, как брюнетка сможет ее спасти. Ведь гоблин не отпускал, а вслед за ними тащилась карга.

Вот они подошли к каменной арке, что нависала над деревянной дверью. Скрипнул засов – и они очутились внутри. Это было больше похоже на логово зверя, чем на покои. Вниз с темного потолка свисали пучки травы и светильники, горящие сумрачным магическим светом, стены были одеты в шкуры. Посреди опочивальни стояла крепкая деревянная кровать, покрытая парчовым покрывалом. Сверху свешивался плотный полог, что был откинут.

- Ну что, ложитесь, - проскрипела карга, входя в комнату вместе с ними. – А я посижу тут, посмотрю, чтобы все было как надо. Ведь для нее это в первый раз.

До сих пор Элизабет ничего не предпринимала, она молча подошла к кровати. Но когда, отбросив фату, гоблин рванул на ее груди ткань, так что та затрещала по швам, ведьма вскрикнула, отскочив и, сама не понимая, как, заорала:

- Раяна! Ты где?

- Ах, что же это? – пробормотала старуха. – Зачем тебе Раяна?

- Это я просто…

- Пугливая.

Гоблин же молчал. Его глаза сверкали, когда он снял венок, а затем провел своей когтистой рукой по белой девственной груди. Подхватив за талию, затем он уложил невесту в кровать, навалившись сверху. Освобождая от остатков платья, он принялся целовать все ее тело – от шеи и до пупка, где, задержав язык, проследовал немного ниже.

- Сладкая, - проурчал он, коснувшись девственного цветка, облизнув внешние лепестки и проникнув внутрь.

 Элизабет думала, что умрет от ужаса. Ей было страшно и жутко, тем более, что она уже понимала, что никакой помощи не последует, и совершится самое страшное – гоблин возьмет ее невинность.

Так оно и получилось. Сжимая груди, мужчина страстно дышал, обследуя губами каждый сантиметр ее тела, облизывая и целуя. Насладившись цветком, он перевернул ведьму животом вниз и провел пальцем по хребту, затем крепко ухватил за ягодицы, немного развел – и коснулся губами.

- Нет, - прошептала Элизабет, когда ощутила на своем бедре его мужской орган, упругий и горячий, что упрямо следовал к своей цели. – Не надо…

Но что-то странное творилось с ее тело. В мыслях она кричала от ужаса, но на самом деле трепетала от наслаждения, желая, чтобы гоблин ударил ее, осквернил и растоптал, чтобы взял ее, как грубое животное, которым он и был на самом деле.

Снова перевернув, мужчина на сей раз внимательно всмотрелся в лицо своей невесты, а затем, рыкнув, присосался к ее шее долгим и крепким поцелуем, оставляя засос.

Она уперлась в него маленькими кулачками, и, задыхаясь, изо всех сил колотила по крепкой волосатой груди. Затем схватила за длинные уши, ничего не понимая, потянула на себя.

В этот момент гоблин уверенной рукой развел лепестки ее цветка, уже увлажненного и трепещущего в постыдном ожидании, и резко вошел. Острая боль пронзила ведьму, но вместе с ней тело окутала какая-то тайная вуаль наслаждения и тайны, словно она попала в иное измерение и летела между небом и землей, с закрытыми глазами.

Замерев только на минуту, мужчина схватил ее шею когтями, больно впивающимися в кожу, и продолжил проникать, обагряя кровавой краской простыни и бедра, свой член…

После этого Элизабет сдалась на милость победителя. Горькие слезы скатывались по ее щекам, но она ничего не могла сделать.

Насытившись ее молодым и невинным телом, гоблин еще несколько мгновений лежал сверху, вдавливая ее в кровать, так что нельзя было свободно вздохнуть. Затем, вырвав из опухших губ поцелуй, поднялся и ушел, ничего не сказав.

- Поздравляю, госпожа, - старуха возникла перед ее глазами, напугав. – Теперь ты третья жена в гареме Голбина. Повезло же тебе.

- Повезло? – изумилась Элизабет, все еще пребывая в непонятном состоянии то ли шока, то ли наслаждения. Хотя ее тело грубо использовали против ее воли, изнасиловали, но, тем не менее, она осталась живой, а значит, надежда освободиться, убежать отсюда не умерла.

- Да, ведь ты будешь жить в собственных покоях, а когда родишь сына, сможешь свободно ходить, куда захочешь.

- А теперь?

- До тех пор - только со мной! – плетка снова взметнулась в воздух, ведьма пугливо натянула на себя покрывало.

ГЛАВА 4. Подарки Кха

 До самой ночи Элизабет пролежала в кровати, крепко сжимая ноги и отказываясь верить, что все произошедшее с ней произошло на самом деле.

Я попала в западню, - думала она, покусывая губы.- И как же мне отсюда выбраться? Я не хочу ни жить здесь, ни рожать! Что если попробовать убежать, используя магические способности?

Но, скосив глаза в сторону, она каждый раз натыкалась на старуху, что тут же угрожающе выставляла плетку.

После ужина в одиночестве (если не считать карги), ведьме удалось уснуть. Но ближе к двенадцати она проснулась от непонятного шороха. Сначала Элизабет подумала, что это старуха копошится в своем углу и не придала этому значения, но когда оттуда раздался писк и скрежет, а затем щелканье челюстей, как будто бы кто-то обгладывал чьи-то кости, мороз сыпанул ведьме по спине.

- Эй, кто здесь? – тихонечко приподнявшись на кровати, Элизабет попыталась всмотреться в темноту, что была подсвечена крохотным магическим огоньком, что танцевал на свечке.

В ответ писк сделался еще оглушительней. И вдруг она увидела нечеткий силуэт – длинная шея, вытянутая голова, в кольца свивающийся хвост.

- Дракон… - прошептала Элизабет, в глубине души осознавая, чем он мог там заниматься.

И вправду, когда в комнату прорвался яркий свет от фонаря, что в вытянутой руке держал гоблин, можно было увидеть лишь жалкие объедки трапезы: дракон скушал старуху.

- Пошел вон! – ни мало не испугавшись, гоблин вспыхнул гневом, граничащим с обычным раздражением, словно здесь не случилось только что убийство, а маленькая комнатная собачка стянула со стола хлеб.

Дракон на мгновение притих, но затем, рыкнув в сторону кровати огнем, медленно прошлепал к выходу.

- Да ведь он мог меня съесть! – вскричала ведьма. – Я не хочу здесь больше оставаться ни единой минуты! Отпусти меня сейчас же, а не то…

- А не то что? – гоблин, отшвырнув ногой низенькую скамейку, на которой прежде сидела карга, медленно двинулся в сторону своей новой жены. Его глаза зловеще поблескивали.

- Простите меня, что я зашла на вашу территорию, - тающим голосом пробормотала Элизабет, покрепче заворачиваясь в покрывало. – Я не должна здесь находиться. Я уйду и навсегда забуду о том, что здесь было.

- Вот это уж нет, - вместо ответа, взобравшись на кровать, гоблин протянул к ведьме кулак, прямо к лицу. И когда она зажмурилась, думая, что вот сейчас он ударит ее, вместо этого мужчина разжал пальцы, и на раскрытой ладони ведьма увидела кольцо с огромным камнем, словно голубиное яйцо, мерцающее звездочкой внутри.

- Это тебе, - рыкнул гоблин, его уши странно поникли, а в глазах на мгновение вспыхнул странный огонек, похожий на любование своей жертвой.

- Мне? – выдохнула Элизабет, не решаясь взять подарок. – Ннн… Не нужно…

- Если ты родишь мне ребенка, - меж тем продолжил гоблин, - я отпущу тебя, если захочешь.

- Но почему я?

- Все мои жены бесплодны.

- «Возможно, это ты бесплоден», - чуть-чуть не выкрикнула ведьма, но вовремя спохватилась и только и смогла пробормотать: - А если и я не рожу?

- Тогда навсегда останешься здесь, в моем доме. А я раздобуду себе четвертую жену.

- О нет…

- Надень кольцо!

Вздрогнув всем телом, Элизабет вынуждена была взять подарок. Не спуская напуганного взгляда с гоблина, она надела кольцо на палец, что превратило ее маленькую белую ладошку в ракушку с жемчужиной, такой она казалась с этим магическим украшением.

- А теперь ляг и раздвинь ноги, я хочу тебя.

- Нет… Не сейчас… Не здесь… Ведь…

- Что тебе мешает? – громко посапывая, гоблин с нетерпением снимал с себя одежду, бросая ее на пол.

- Здесь только что дракон скушал старуху.

- А тебе-то что?

- Там кровь, и, возможно, что-то еще…

- Это не должно тебя беспокоить.

Следующие слова утонули в глотке гоблина, что накрыл рот ведьмы страстным и жестоким поцелуем.

- Много детей. Ты родишь мне много детей, - вдалбливая свой член в ее растерзанную плоть, где только недавно пролилась девственная кровь, твердил мужчина, не обращая внимания на то, что лицо его жертвы было искажено болью. – Ты должна подарить мне наследников. А иначе я целый год не слезу с тебя.

Закусив губы, Элизабет попробовала расслабиться, отрешиться от происходящего с ней. Вот только как она ни старалась, в этот раз не было даже намека на чувственность, ей не было хорошо с этим мужчиной. Страх липкими ручонками держал ведьму за шею, ее тело было напряжено, ощущалась легкая болезненность, особенно между ногами, и никакой трепет, никакое блаженство не разлилось по ее жилам.

Гоблину же, казалось, было все равно, он полностью отдался «деланию ребенка» ни мало не беспокоясь, что в этом процессе берут участие двое. Его интересовало прежде всего удовлетворение личной похоти. Чем он и занимался; между его неплотно сжатых губ иногда вырывался рык, движения были дергающиеся, резкие, стальные мышцы пресса поблескивали от пота.

Почему мне так хочется быть с ней? – думал гоблин, не прекращая процесс. – Ведьма меня околдовала, заворожила своим прекрасным телом и покорностью. И хоть она лежит подо мной, как бревно, брови в мучительном изломе, но я не могу ею напиться, мне хочется еще и еще иметь ее, ощущать эту нежную упругость, что словно сжимает мой член, раздразнивая все больше.

Снова и снова он погружал свой твердокаменный стержень в чашу ее цветка, утопая лицом в ароматных волосах, стирая до крови внутреннюю поверхность бедер - такую нежную кожу, словно у ребенка, и не мог остановиться. Кровь обуреваемого похотью самца ударяла в его голову и заливала глаза, все мышцы напряглись, налились металлом…

Наконец, закончив пытку, гоблин положил руку на цветок ведьмы и держал несколько минут, внимательно вглядываясь в лицо, измученное долгой борьбой.

- У наших малюток будут такие же, как у тебя, рыжие волосы, и такие же длинные уши, как у меня, - прохрипел гоблин, слезая с ведьмы, так что она наконец смогла вдохнуть полной грудью, еле сдерживая слезы, - ну все, женушка, спи, и ничего не бойся, никакой дракон больше не потревожит твой сон

Но для ведьмы это были только пустые слова. Еще целый час у нее перед глазами стояла сцена: дракон пожирает старуху, разгрызая ее кости. И хоть Элизабет должна бы радоваться: ведь она избавилась от жестокой надсмотрщицы, все-таки карга была человеком, а все произошедшее произошло в ее спальне.

Утро ведьма встретила, сидя на подоконнике и поглаживая прутья клетки, разговаривая с птичкой. Она содрогалась от каждого шороха, но больше никто ее не потревожил.

А когда солнце залило своим ярким светом комнату, в дверь тихонько постучались.

- Можно? – это была Озо. – Как прошла ночь?

- Ужасно, - показывая на угол, все еще залитый кровью старухи, ответила Элизабет. – Здесь был дракон.

- Ах, дракон! – лесная фея ни мало ни смутилась. Словно Элизабет рассказала ей о каком-то будничном случае. – Такое бывает, хоть и не часто. И какого цвета был дракон?

- Я не рассмотрела. Было темно.

- Эта Мара, старая карга, давным-давно заслуживала на то, чтобы ею кто-нибудь полакомился. И вообще, я думаю, это тебе свадебный подарок, радуйся.

- Подарок? От кого?

- Конечно же, от королевы драконов, Кха. Наверное, узнав о еще одной женитьбе гоблина, она намеренно прислала сюда сородича, чтобы угодить тебе избавлением от неприятной компании. А вместо этого, вот! – в протянутой руке Озо держала драконье яйцо, темно-зеленое, усеянное оттопыренной чешуей.

- Это еще один подарок Кха?

- Ты должна заняться его воспитанием, когда он вылупится.

- А когда он вылупиться?

- Не знаю. Пока просто положи где-нибудь в укромном месте, и жди.

- А как же Раяна? – ведьма вдруг вспомнила о предательстве дочери морского царя. – Она тоже придет ко мне, с подарком?

- Не думаю. Первая жена очень завистлива и мстительна, так что я бы посоветовала держаться от нее подальше. А я вот хочу с тобой подружиться. Ты не против?

- Нет, - беря драконье яйцо, Элизабет ощутила внутри него еле заметные толчки, что предвещали скорое появление «птенца».

ГЛАВА 5. Приготовление

Старухи больше не было, ее плетка безжизненной змеей лежала в углу до тех пор, пока в комнату не вошла эльфийка. В отличие от предыдущей компаньонки ведьмы, это была милая тоненькая девочка с синими волосами и прозрачными крылышками за спиной.

- Доброе утро, госпожа, меня зовут Зари, - косясь на яйцо, лежащее на неубранной постели, эльфийка поправила передничек, сдерживающий шифоновый балахон - ее слишком просторное платье.- Я сейчас уберусь, а затем мы с вами пойдем в пенящиеся купальни, теперь я везде буду сопровождать вас, вместо Мары.

Элизабет не успела открыть рот, чтобы ответить, а крылатая девушка, вытащив из-под передничка серебристую палочку, уже размахивала ею направо и налево, поднимая вихри, в которых исчезали грязь и пыль, и даже черная безобразная плетка.

- Ловко у тебя все получилось, - сказала ведьма, лишь только закончилась уборка ее комнаты. – И если правду сказать, я рада тебе больше, чем Маре, что постоянно мне угрожала.

- Пойдемте, - никак не отреагировав на похвалу, эльфийка встала у двери, открыв ее и вытянув вперед руку, как бы приглашая ведьму пройти. На милом личике не было даже намека на улыбку.

- Пойдем…

Розыгрыши
и конкурсы
Эксклюзивные
предложения
Только интересные
книги
Скидки и подарки
постоянным покупателям