0
Корзина пуста
Войти | Регистрация

Добро пожаловать на Книгоман!

Или войдите через:


Новый покупатель?
Зарегистрироваться
Главная » 1. Ипохондрик в мире магии (эл. книга) » Отрывок из книги «Ипохондрик в мире магии. Часть 1»

Отрывок из книги «Ипохондрик в мире магии (#1)»

Автор: Хусаинова Ольга

Исключительными правами на произведение «Ипохондрик в мире магии (#1)» обладает автор — Хусаинова Ольга Copyright © Хусаинова Ольга

Глава 1. Невроз как образ жизни

 

- Добрый день! Мне, пожалуйста, корвалол, нитроглицерин, нурофен, но-шпу, аспирин, смекту, ампициллин, стерильный бинт, зеленку... – это был далеко не полный список того, что я уже приобрела, и я задумалась, припоминая, ничего ли не забыла.

Аптекарь, сложив все в маленький зеленый пакетик с фирменной эмблемой, выжидательно посмотрела на меня.

 - Ах, да! Фенозепам еще!

- Он только по рецепту, - сурово отозвалась женщина.

Поковырявшись в переполненной до краев сумочке, я выудила оттуда нужную бумажку, выписанную психотерапевтом. Каждый раз стесняюсь и надеюсь, что она не потребуется, но почему-то всегда спрашивают. А ведь ничего особенного, всего лишь успокоительное… Сильное. Очень сильное. Как раз для меня.

Озадаченно на меня взглянув, женщина все-таки отдала нужную коробочку таблеток, которую я положила отдельно, в карман куртки, чтобы всегда была под рукой.

- О, Боже, Аня! Куда тебе столько!

Я только успела кинуть на заднее сидение "Лачетти" свои покупки, а возмущенный возглас Риты уже раздался из глубины салона.

- Здесь только самое необходимое, - я виновато улыбнулась, осторожно втискиваясь в машину рядом с ней. - На всякий случай.

- Да тут целая аптечка! - красноволосая, подстриженная под каре, Рита проворно вытащила из-под моих ног пластиковое ведро, наполненное маринованными кусочками свинины, и вручила его мне в руки. - Не пролей! Я думала, ты за купальником сломя голову полетела в торговый центр, а ты...

Она не договорила, но сморщенный нос и сжатые губы лучше любых слов дали понять, какого она мнения о своей дурной подруге, для которой лучший шопинг начинался и заканчивался всегда в аптеке.

- Мы же на природу едем, мало ли, - по привычке постаралась я оправдаться.

- На день! - припечатала она.

- На ночь! - возразила я. - А вдруг мясо несвежее окажется? Шампуром кто вдруг оцарапается? Простынет? Плохо станет?

- В машине аптечка есть! – пальцем ткнула она почему-то на руль.

- Там мало!

- Ипохондрик, - фыркнула Рита, а я удрученно замолкла.

Я-то о своей проблеме знала, но совершенно не хотела, чтобы о моем диагнозе знал кто-то еще. Даже она.

 

- Шашлык-машлык! - весело пропел Ник, заваливаясь на переднее сиденье, и первым делом включил магнитолу. По ушам ударили низкие басы, надрывное повизгивание электрогитары, а парень пару раз качнул головой в такт, пока не получил по ней от меня подзатыльник.

- Выключи эту бензопилу! - перекрикивая грохот, взвыла я, затыкая уши.

- Это рок, детка, - весело оглянулся он и подмигнул. – Его по-другому никак!

 Рок, не рок... На такой громкости – вредно, оглохнуть можно!

Я степенно поправила на носу очки в тонкой оправе. Не то что бы я слепая, как крот, но мир в них однозначно обретает четкость. Друг мой вежливый, но угрожающий жест проигнорировал, а совесть у него еще в детстве атрофировалась за ненадобностью.

Поэтому я демонстративно приподняла полное ведро маринованного мяса, готовясь перевернуть прямо на него. Шашлык жаль, но мои нервы дороже. Их и так почти не осталось, а те что остались - дороже золотого запаса России, не меньше! Короче, нас надо беречь!

- Ань... - укоризненно посмотрела на меня подруга, зато теперь парень послушно убавил звук, скорчив в зеркало заднего вида премерзкую рожу. Я в ответ улыбнулась и мирно опустила ведро обратно на колени.

Со стороны Никитки снова открылась дверь, мелодично звякнуло стекло. Как оказалось, самый ценный груз вверили в его мужественные руки, и теперь он нежно обнимал ящик пива, с обожанием рассматривая маленькие капельки на запотевших пузатых бутылочках. Даже язвить не стал в мою сторону, вон как возросшая ответственность повлияла.

Паша обошел машину, сел за руль и тут же сменил волну тяжелого рока на ретро. Не скажу, что люблю старые песни, но хотя бы по мозгам не бьет. Есть у парней привычка на трассе включать любую музыку на полную катушку. Пусть уж лучше это будет Антонов или Ободзинский, а не «Rammstein».

Паша оглянулся на нас:

- Все готовы? Ничего не забыли?

Строго перевел взгляд на меня. Я судорожно принялась вспоминать: так, одеяло теплое, спальный мешок, средство от насекомых, антибактериальные салфетки, вода, крем от загара, спички, нож, паспорт на всякий случай... Ингалятор бы еще взять на случай ларингита, но тогда, боюсь, в машину меня с ним точно не пустят…

- Готовы! - вместо меня ответила Ритка и помахала перед Пашиным носом аптечным пакетиком. Кстати, а как же перекись!.. Это нужная вещь!  Подруга перехватила мой взгляд и постучала Пашке по плечу:

- Быстрее! Надо выехать из города, пока Аня еще половину аптеки не скупила!

Мотор весело зарычал, друзья засмеялись, и «Шевроле» без промедления выехала с автопарковки.

Я укоризненно посмотрела на подругу:

- Ты не понимаешь, мы забыли...

Она прижала палец к моим губам, не дав продолжить фразу до конца.

- Всего лишь на один день. Успокойся уже, не в Африку летим, и не на Северный полюс. Господи, ты бываешь такой занудой, как я тебя только терплю? - закатила Рита глаза.

- Любовь зла, - отчеканила я, пытаясь перестать нервничать, как это бывает перед любой поездкой. - Дружба тоже. Так что терпи!

 

Глава 2. Легенда как средство от тревоги… Или для?..

 

Поездка, поездка... Лето, солнце, пляж, чистейшее озеро, шашлыки, теплый закат... Мечта! Оазис блаженства в законные выходные скромных инженеров, которые только год, как обрели профессию! Вот таким мелочам и привыкаешь радоваться, отработав целую пятидневку… Друзья так и делали – галдели, травили анекдоты, беззаботно смеялись. А я не умела, я совершенно не умела ни отдыхать, ни наслаждаться жизнью…

 Вместо того, чтобы любоваться проплывающими за автомобильным стеклом полями, лишь нервно оглядывалась назад, в сотый раз вспоминала, что что-то забыла, прикидывала, во сколько приедем на место и во сколько вернемся назад. Будет ли рядом больница, если вдруг кому-нибудь станет плохо? А если укусит клещ? Не слишком ли гонит Пашка?

 Он ехал осторожно и внимательно, но я каждый раз вздрагивала, представляя, как машина катится под откос... И чем больше километров отделяло меня от дома, тем более нервной я становилась. И так всегда. И как всегда выжимала из себя улыбки и отвечала невпопад веселым шуткам друзей.

 Я люблю дом, крепкие стены, всегда подключенный телефон, и чтобы никаких возможных неожиданностей. Моя бы воля, не выходила бы из своей квартиры даже в магазин. А тут аж сто километров! На незнакомое мне озеро!

- Не-е, Анька, озер здесь целых пять, - посмеиваясь, ответил Ник на мой вопрос - что за озеро и когда мы наконец-то до него уже доедем! - Пять! И все в одном месте, от одного до другого можно перебегать прямо в купальнике! Одно – пресное, два – соленых, и два – щелочных. На любой вкус, - усмехнулся он.

Он сегодня был штурманом и с удовольствием взял на себя обязанность щегольнуть своими знаниями.

- Но остановимся мы на Чокорево, - заявил Ник и, понизив голос, спросил, напустив на себя загадочного тона. – А знаешь почему?

- Ну и почему, мистер Загадка? – ехидно поддалась я на его уловку, отвлекшись от спидометра, с которого, как оказалось, не спускала глаз.

- Потому что оно волшебное! И назвали его в честь одной ведуньи. Говорят, до сих пор жива еще, - таинственным шепотом, которым рассказывают страшилки, начал он. – А само озеро целебное, в него издревле за здоровьем ныряли, грязью обмазывались, и все болячки в миг сходили!

- Там еще и грязь вместо песочка? – поморщилась я.

- Ил, - невозмутимо поправил Никита. – Целебный!

- Фу-у, - настроение совсем испортилось. – Я туда не полезу!

- Если не полезешь сама, ночью придет ведунья и бросит тебя в воду – все равно поплывешь! – весело засмеялся он.

- Вот только попробуйте такое провернуть! – пригрозила я пальцем. В вечно живущих ведуний я не верила, а вот в коварство своих друзей - очень даже.

- Ну вот, всю легенду переврал, - усмехнулся Паша, не отвлекаясь от дороги. – Никого в озеро она не бросала. Жила в лачуге отшельником, никого не трогала. Сами к ней шли, за помощью. Кто за советом, кто за отварчиком целебным. И жил в то же время купец – богатый, да жадный, только и думал, как накопленные богатства сохранить да преумножить. И вот как-то скрутила его болезнь: спина колесом, ни разогнуться никак, совсем как старик стал, дела вести не может. Много средств перепробовал, только ни одно ему не помогло. Делать нечего – пошел к ведунье. Только денег она не взяла, а просто послала… Купаться каждый день в озере послала она его. Посомневался он, посомневался, но полез в воду, кряхтя и охая. День искупался, второй – не помогает ничего, плюнул, да и прекратил бесполезное занятие. Обманула старуха. А время все идет, а ему все хуже, совсем немощный стал, дела запустил, в девушку влюбился, только она в его сторону и не смотрела, а сам он в таком виде постеснялся даже подходить. Снова пришел на поклон к ведунье – спаси, сохрани, жениться хочу, детей хочу, помоги, ничего не пожалею!

«И что, - спрашивает она, - даже ларца с драгоценностями не пожалеешь?»

Не пожалел купец, принес полную шкатулку самоцветов – целое состояние. Ведунья одобрительно покивала, а на следующее утро велела идти к озеру. Пришел купец, а она уже его поджидает с той самой шкатулкой в руках. Крышку открыла и, размахнувшись, зашвырнула россыпью сокровища в озеро, только заискрили они всеми цветами радуги в солнечном свете, да и ушли на дно. Купец за сердце схватился, чуть от инфаркта не помер… А как в себя пришел, огляделся по сторонам, первым делом ведунью пришибить хотел, да только ее и след простыл. Успокоился, вроде недалеко зашвырнула, да и утро раннее – никто не видел, как она туда целое богатство выбросила. Кряхтя, снял с себя одежду, да и полез в воду. С трудом разгибаясь, нырял, прямо в ил закапывался в поисках сокровища. Весь день в озере барахтался, с ног до головы черный от ила стал, но нашел несколько камней. И на следующий день пришел, из воды не вылезал почти, а к обеду пришла сама ведунья, принесла кувшин молока.

- Я на тебя не злюсь уже, - сказал купец, - только не говори никому, что в озеро драгоценности выбросила. Никому!

- Не волнуйся, не скажу, - с усмешкой пообещала она. – А ты ищи, ищи, там много еще…

Все лето до самых холодов собирал купец со дна камни, треть шкатулки вернул. И вдруг понял, что болезнь отошла, кости не болят, пальцы не скрючены и спина разгибается. Вот так ведунья его и спасла, с помощью его же жадности, по доброй воле никогда бы не стал в лечебной воде каждый день барахтаться!

Да уж, умел мой Пашка истории рассказывать, все заслушались, недаром я в него два года назад влюбилась. А как закончил, наступила в салоне задумчивая тишина.

- А я вот в том году в озере трусы потерял, как думаешь, это знак, чтобы мне нырять теперь за ними каждый день? – серьезным тоном нарушил молчание Ник.

- Ага, знак, - так же серьезно ответил Паша, - за трусы держаться, когда ныряешь.

Мы весело засмеялись, предложили Нику приобрести подтяжки на плавки, и за разговорами постепенно забыли о легенде.

 

Глава 3. О странных незнакомцах

Берег оказался живописным, зеленым. Мы проехали по лесной дороге совсем чуть-чуть и остановились в тени деревьев, там же поставили палатку. Красиво – березовый лесок, полоса мягкой, ровной, как будто газонной, травы, и два озера, сверкающих водной гладью. Крики птиц, щебет, стрекочущие кузнечики – все жило вокруг. И до воды совсем ничего – метров десять, не больше...

Ребята набрали дров, развели костерок на старом кострище с заготовленными предшественниками-путешественниками двумя обожженными кирпичами, что облегчало жарку шашлыков всем остальным, не столь предусмотрительным туристам, в том числе и нам.

- Идите искупайтесь пока, что ли, - Паша подложил довольно затрещавшему огню полешку. – За костром я послежу, угли подготовлю.

Ответственный он у меня, серьезный…

Никита тут же подхватил идею, сбрасывая с себя вещи:

- Девчонки, а ну наперегонки!

- Вот хитрый какой – «наперегонки», - возмутилась Ритка, садясь в машину. – Штаны снял – и готово, а нам, между прочим, переодеться надо!

Переодеваться в купальник, согнувшись буквой «зю», на заднем сидении машины – то еще удовольствие! Но мы справились и с хохотом вывалились наружу.

Ник нас дожидаться, естественно, не стал и плавал уже где-то у середины озера, откуда и помахал рукой.

- Водичка – класс! – проорал он на всю округу. Ему ответили вспугнутые чайки, возмущенно крича что-то на своем визгливом птичьем языке.

- Ну, Ник, ну держись, - шутливо пригрозила ему улыбающаяся Рита, откровенно любуясь его резкими гребками, а если точнее напрягающимися мышцами спины и рук.

 Мы побежали следом. Трава скоро кончилась, и под ногами оказались небольшие камешки с округлыми краями, горячие под палящим солнцем, но не врезающиеся в нежные босые ноги. Рита с ребяческим визгом вбежала в воду, пробежала несколько метров – похоже, озеро было мелкое, и остановилась по колено, оглянулась на меня.

 Я замерла у самой воды, уже занеся ногу, чтоб сделать первый шаг. Сердце почему-то бешено билось в груди, хотя страха я не чувствовала, дыхание сперло в груди. Посмотрела на веселую Риту.

- Я тебя сейчас обрызгаю, если в воду не залезешь! – пригрозила она, набрав полную пригоршню воды.

Я вымученно улыбнулась и, несмотря на гул в ушах, которым обычно сопровождался приступ паники, шагнула в воду.

Ступня провалилась в что-то жидкое, вязкое, я торопливо сделала еще пару шагов вперед, надеясь, что это только у берега. Но нет! Дно везде было таким, и ноги утопали в черном иле почти до щиколоток!

- Фу-у! – не выдержала я, хотя с удивлением заметила, что зарождающийся приступ паники исчез, уступив место более сильному чувству брезгливости. – Рит, тут везде грязь одна, меня даже засасывает!

Я действительно с трудом вырывала ноги из чавкающей грязи, чтобы сделать следующий шаг.

- Это ил, и он целебный, - отмахнулась она, продолжая медленно идти вперед с мученическим выражением лица. Ага, самой тоже неприятно, но нытик в нашей команде должен быть только один – я. Остальные смотрелись на моем фоне героями.

Ил, несмотря на то, что он целебный, мягко обволакивал ноги, как обычная грязь, и с ужасом думалось – а не водится ли в нем какая-нибудь живность: личинки, черви, жуки, пиявки… А не схватит ли кто-нибудь за палец, не укусит ли притаившаяся водяная змея…

- Ну вас, - мои нервы не выдержали моего же собственного воображения, и я резко развернулась к берегу не то, что, не окунувшись, даже не дойдя до той глубины, где мне было хотя бы по пояс. – Я загорать!

- Трусиха! – обиженно донеслось мне в спину вместе с каплями воды, брошенными вдогонку подругой. Но обратный путь я проделала куда быстрее и уже ступила на берег.

 

Паша насмешливо посмотрел на меня, когда я подошла к костру, поворошил его палкой.

- Купалась бы со всеми, - ворчливо проговорил он. – Чего прибежала?

Я накинула длинную рубашку, чтоб не обгореть, села рядом с ним.

- Паш, там ил, - пожаловалась я. – Он противный, и кажется, что или на дно утянет, или кто-нибудь за ноги схватит. Да и вообще вода грязная, как в луже…

Паша со вздохом притянул меня к себе за талию.

- Ты просто не дошла до того места, где можно окунуться. Там и вода чище, потому что никто муть со дна не поднимает, и дно плотнее, кое-где даже песочек есть…

Я недоверчиво посмотрела на него.

- Честно-честно, - засмеялся он и поцеловал меня в щеку. – Ладно, придется до глубины нести тебя на руках!

- Поймала на слове! – улыбнулась я, целуя его в ответ. – Теперь не отвертишься!

- И не собирался, - выдохнул он мне в губы, зарываясь пальцами в копну пшеничных волос. Я обвила руками его шею, растворяясь в поцелуе. Иногда мне казалось, что меня высшие силы наградили идеальным парнем. Высокий, статный, голубоглазый, со светлыми короткими волосами – мечта всех девчонок еще со времен университета. Но главное, его мягкий голос и проницательная улыбка, которая меня покорила два года назад и покоряла до сих пор.

- Ань, - он неохотно оторвался от меня. В голове все еще плыло от пьянящего поцелуя, и я непонимающе посмотрела в его почти прозрачные, как чистая вода, глаза.

- Костер, - хрипло пояснил он. – Надо следить.

Я молча кивнула и отодвинулась в сторону. Паша тяжело дышал, пытаясь скрыть возбуждение и переключив все свое внимание на огонь, ворошил его палкой.

Я забрала палку из его рук.

- Иди, - улыбнулась. – Охладись, я прослежу. Обещаю не устраивать пожар!

Он не стал спорить и, поцеловав меня в висок, тут же разделся и побежал к озеру.

Я осталась одна, подкидывала дрова, следила, чтоб огонь не перекинулся в сторону, бросала завистливые взгляды на веселящихся друзей, но желания к ним присоединиться не возникало.

- Девочка, можно я твоим огнем немного попользуюсь?

Я настолько задумалась, что даже не услышала, как ко мне подошла женщина. Лет сорока, просто, но опрятно одетая, а в руках маленькая кастрюлька.

- А? – рассеянно посмотрела я на нее. – Вы что-то хотели?

- Вы же пока ничего не жарите? – вежливо уточнила она. – Можно я воду для супа вскипячу? Это быстро.

Я кивнула раньше, чем удивилась ее появлению.

- Вот спасибо, - радостно поблагодарила она, устраивая алюминиевую посуду на огне.

Я невольно заглянула в кастрюльку и увидела там какие-то коренья, траву, листья, залитые обычной водой. С жалостью посмотрела на бездомную женщину.

- У меня хлеб есть. Возьмете? – достав из пакета целую буханку, предложила я. Почему-то, едва я протянула руку, стало очень неловко. Она ведь ничего не просила, вдруг оскорбится?

- Спасибо, - медленно, словно раздумывая, ответила она и к моему облегчению приняла хлеб. Помешивая что-то в кастрюльке, посмотрела на меня сквозь пламя. Я не решалась задавать вопросы, боялась обидеть неосторожным словом, поэтому молчала.

Вообще, гостья производила впечатление интеллигентной женщины – в движениях, в словах, в голосе. И тем страннее было видеть ее здесь.

- Я здесь живу, - сама начала она, поняв мое смущение. – Несколько лет уже. Даже домик соорудила, - она махнула рукой в сторону. – Мне нравится, свежий воздух, природа, озеро, лес, который кормит. Только иногда чай горячий хочется или вот суп сварить, а негде. Тогда и хожу по берегу, прошу добрых людей.

Я совсем смешалась, не зная, что ответить.

- Что, неужто отказывают?

Она улыбнулась.

- Нет. Мне нет. Я к плохим не подхожу. А ты хорошая, добрая, по лицу видно. Глаза ясные, красивые, только робкие, напуганные какие-то.

Я, словно в подтверждение ее слов, опустила взгляд в пол. Смущаюсь, когда меня хвалят, да еще и незнакомые, которые то ли действительно видят что-то во мне, то ли пытаются вызвать расположение ради какой-то непонятной цели. Слава Богу, что на этом комплименты закончились.

- Видела я, как ты из озера выскочила, - с прищуром сказала она строго. - Чем водичка не угодила?

- Хороша водичка, да только… - я с улыбкой хотела отшутиться, но наткнулась на требовательный взгляд каре-зеленых, затягивающих как болотный омут, глаз.

-…испугалась, - в итоге честно вырвалось у меня.

- Испугалась… - задумчиво повторила она. – Чего?

- Да всего! - правдиво ответила я, испытывая острое желание, чтобы хоть кто-нибудь меня понял и не стал насмехаться. И почему-то казалось, что она, именно она, поймет.

- Глубины боюсь, зацепиться ногой за водоросль и что меня утащит на дно, утонуть, судороги, мерзкой грязи, в которой могут быть какие-нибудь ползающие существа, - выпалила я на одном дыхании.

- Понятно, - спокойно ответила она. – Много ты боишься, девочка, слишком много…

Ну да, много, только это не настоящие фобии, как я думала раньше, когда начинала задыхаться от одного только вида блестящей глади воды. Всего лишь тревожное расстройство, которое с детства преследует меня неожиданными паническими атаками и заставляет видеть опасность во всех, даже самых обыденных вещах… Меня лечили десять лет от всего подряд, пока не разобрались, что это не сердце, не астма, не гормоны, не мозг, а всего лишь психика.

- Да не больше остальных, - с фальшивой улыбкой пожала я плечами, решив, что и так сказала слишком много – вон как сердце в груди забилось, растревожила его воспоминаниями о приступах.

- И чего же боятся остальные, как и ты? – любопытно наклонила гостья голову.

- Ну как же… Крыс, мышей, пауков, змей, - перечислять общее для всех оказалось не так уж и просто, и я постепенно стала называть вслух свои страхи. – Микробов, болезней, толпы людей, потерять прилюдно сознание, замкнутого пространства, одиночества, темноты, неведомого… Умереть…

На каждое слова женщина понимающе кивала, а потом задумалась.

- Ты знаешь, а ведь от этого есть лекарство…

Я мысленно усмехнулась – конечно есть, успокоительное, у меня в кармане ветровки лежит. Главное, чтобы под рукой всегда было.

Гостья заглянула в котелок, в котором уже начали развариваться какие-то листья, похожие на подорожник, и засобиралась.

- Спасибо тебе, девочка, - поклонилась она. – Как звать-то?

- Аней, - представилась я.

- Анечка, - повторила она. – Хорошее имя и девочка хорошая. И жизнь у тебя хорошая будет, полная, без страхов в голове. Настоящая. Я помогу.

И скрылась в лесу, оставив после себя какое-то странное ощущение то ли облегчения, то ли тревоги. Да и вообще вся она странная. И я странная. И разговор у нас получился такой же.

 

Глава 4. Вселенская несправедливость

Весь день ребята купались, ныряли за черной грязью до самого дна, набирали ее ведрами, выносили на берег и мазались с головы до ног. Я от подобного экстрима отказалась, даже не пытаясь побороть в себе чувство брезгливости. Нику с Ритой тоже быстро наскучило это развлечение, и они нашли новое: кидаться комьями грязи друг в друга, как снежками. Омерзительными черными бесформенными снежками! В меня тоже пытались, но я с визгом спряталась за машину, а Пашка так рявкнул на остальных, что охоту на меня тут же свернули, и дальше я спокойно загорала на солнце. Но, если честно, кажется, за машину он испугался больше.

 А вечером, когда все собрались у костра, достали гитару, пели звонкие песни, пили пиво и вино, я почувствовала, как подкатывает очередная паническая атака. Обычно она наступает внезапно, но я уже научилась замечать нарастающие симптомы, которые копятся, как снежный ком, а потом обрушиваются неуправляемой лавиной паники. Как становится тревожно на душе, как всматриваешься в глухую темноту леса и кажется, что она отвечает тебе взглядами. Как звуки гитары и смеха друзей становятся все глуше, как будто доносятся сквозь толщу воды. Как ты пытаешься по инерции улыбаться, уже не слыша или не улавливая смысла шуток. Как вдруг становится сухо во рту и кажется, что ты уже не сможешь даже сглотнуть, как будто потерял это умение навсегда, разучился. Хватаешь ртом воздух, дыхание сбивается, а кислорода как будто и не поступает. Ты пугаешься этого, знаешь, что это всего лишь атака, и все равно пугаешься, что тело вдруг перестанет тебе подчиняться, и ты рухнешь замертво.

И вот уже сердце стучит где-то в висках, стучит все быстрее и быстрее, еще быстрее, набирая темп, и надо успеть, пока не потемнело в глазах, пока еще соображаешь, пока не так сильно трясутся руки…

- Па-аш… - я тихонько потянула его за рукав.

Он, смеясь, повернулся ко мне, наклонился ближе.

- Опять, - перехватывая воздух, прошептала я. – П-проводи до машины…

Я не хотела, чтоб кто-то знал, но перед ним не было ни единого шанса утаить свой секрет. Нет, не просто секрет, а болезнь, в существование которой он до конца так и не верил.

- Мы сейчас, - весело сообщил он друзьям, подхватывая меня подмышки и ставя на ноги.

- Ой, Анька, а чего ты такая белая-то? – всполошилась Рита.

- Все нормально, - отмахнулся Паша и правильно сделал. Бригады сочувствующих мне сейчас только не хватало. – Устала.

- Перепила, - учтиво шепнул ей Ник и подлил в пластиковый стаканчик еще вина.

Опираясь на локоть своего парня, я дошла до машины, хватая ртом воздух.

- Там, - странно, когда прошлась, стало легче, а может от того, что Паша рядом, - на заднем сиденье, куртка…

Он открыл дверцу, включил в салоне свет и быстро передал мне нужную вещь…

Я судорожно проверила один карман, второй…  Ощупала всю ветровку, чувствуя, что паника нарастает, встряхнула ее…

- Пааш, Паа-аш, - жалобно, чуть ли не рыдая. – Пусто! Пусто!

-  Ты хорошо посмотрела? – ворчливо переспросил он, но полез обшаривать заднее сиденье и пол в машине.

- Не знаю, ищи лучше или вспоминай, куда положила, - он громко хлопнул дверцей и повернулся ко мне.

Я все еще искала в куртке, готовая разорвать ее на клочки дрожащими руками.

- Я умру! – нет, как меня заверяли все врачи – это вряд ли, но сейчас я верила только своим ощущениям. – Паш, что делать? Помоги!

Я вцепилась в его руки, заглядывая в глаза, задыхающаяся, с бешено колотящимся сердцем, которое, казалось, вот-вот разорвется. Наверняка, ужасное зрелище, раз он, обреченно вздохнув и выругавшись под нос, отстранился и мягко усадил на траву.

- Ань, успокойся, это просто нервы, - он сел на корточки напротив меня и пытался успокоить, но я чувствовала его раздражение.

- Паш, я знаю, мне нужно успокоительное!

Я порывалась встать и продолжить поиски, но он удержал меня за запястья.

- Ты просто остро на все реагируешь, Ань, успокойся. Что, как наркоманка-то? Ни минуты без лекарства! – прикрикнул он вдруг. – Читал я про твои панические атаки, не умирают от них! Хватит уже! Сядь, подыши, успокойся!

Я была в шоке, он бесстыдно, зная, что мне и так сейчас плохо, доводил и бил по больному. Да, от атаки не умирают, но меня несколько раз увозили на скорой на грани гипертонического криза… Да, я прекрасно знала, что мне нужно успокоиться, перестать паниковать… Знала, да! Но тот, кто ни разу не испытал атаку на себе, никогда не поймет, что это сделать невозможно! Что организм уже не подчиняется мыслям, что им управляет подсознание, которое считает, что я в смертельной опасности и меня нужно срочно спасать, вбрасывает адреналин в кровь и все! Ощущение, что грузовик толкнули под гору и отключили тормоза! И водитель тоже прекрасно знает про то, что нужно нажать на тормоз, но увы…

- Я хочу домой! – закричала я. – Домой! В город! Мне плохо… Мне нужно лекарство…

- Никуда я не поеду, - отчеканил парень, глядя мне прямо в глаза.

Да, я знала, что он не сядет за руль, даже если слегка выпил…

- Тогда я пойду пешком! – выпалила я сгоряча.

- Возьми себя в руки, - строго приказал Паша. – Что, думаешь, я никогда не нервничаю? Думаешь, у меня все гладко всегда? Я же не трясусь в панике при малейшем стрессе, не прячусь от людей, запираясь на месяц в квартире, не звоню лучшему другу, чтобы сходить вместе до магазина…

Это было год назад, там я была действительно на грани, но после лечения все стало намного лучше… Или не настолько, как мне казалось?

- Ань, - смягчил голос, тепло сжал мои руки. – Ты хорошая, ты очень хорошая… И здоровая! Физически… Но у меня ощущение, что я встречаюсь с инвалидом… Или старухой… Ты даже, когда я в ресторан тебя приглашаю, так кривишься, что я уже перестал это делать…

… Ресторан. Куча незнакомых людей, романтичная обстановка, приглушенный звук, а у меня кусок застревает в горле, и я постоянно неуютно оглядываюсь. Почему? Мне тревожно в новом месте, сердце снова учащает темп, дыхание сбивается, а я улыбаюсь, не подаю вида, раз могу перетерпеть неудобство… Чтобы сделать ему приятно, чтобы он думал, что мне понравилось…

Слезы катились по лицу, сердце сдавило обидой. И это говорит самый близкий мой человек, тот единственный, что знал о моей проблеме… И именно сейчас…

- Дай хотя бы корвалол, он в аптечке, - шепчу я и по его взгляду понимаю, что это конец наших отношений.

- Ты даже не слушаешь меня! – рассердился он, вскакивая на ноги. – Знаешь, я тоже не железный! Я не хочу встречаться с психопаткой! С ипохондриком, которой свои вымышленные болячки важнее отношений! Ты меня хоть любила? Или так, чтоб не страшно было одной спать?

Мне даже нечего было сказать ему в ответ. У меня был шок.

Он со злостью выхватил с заднего сидения мой зеленый пакетик из аптеки и зашвырнул его куда-то в темноту. Раздался негромкий плюх.

Одновременно с моим всхлипом. Я рыдала, закрыв лицо руками, и становилось легче, наверное, адреналин нашел выход в слезах. Легче, но так пусто…

- Там недалеко, - услышала я несколько виноватый голос Павла, но интонация почти сразу поменялась на холодное равнодушие. – Захочешь – найдешь. А захочешь – найдешь меня, когда успокоишься. Сама.

Так плохо мне еще никогда не было. Сколько я проревела, уткнувшись носом в колени, после того, как утих звук удаляющихся шагов Павла, я не осознавала. Он же просто примкнул к веселящейся компании, оставив меня возле машины, в темноте, во время приступа, вдобавок доведя до истерики. Это было предательство, самое настоящее предательство, о каком доверии теперь может идти речь?!

Голова раскалывалась от долгого плача, сердце ныло, тело все еще потрясывало, но я нашла в себе силы встать.

Вернуться к нему? Сесть у костра, улыбнуться друзьям, словно ничего не произошло? Ага, размечтался… Лечь спать в подготовленную заранее палатку или просто свернуться калачиком в машине? Да, лягу в машине, решила я.

Но для начала, я верну лекарство. Накапаю себе от души корвалола, до утра его действия должно хватить, а потом… Не знаю, не хочу видеть Пашу, но придется – домой добираться как-то надо, не пешком же идти в самом деле.

Решил меня проучить?  Для меня его действия – равносильны убийству. Он видел, как мне плохо, и все равно вышвырнул пакет с таблетками, начитавшись чуши, или возомнил себя великим психологом, решив одним движением вылечить все мои болезни. Хотя, в мои болезни он как раз-таки не верил…Разве невроз – это болезнь? А фобии?

Нет, а я всего лишь ипохондрик…

Посветила себе под ноги экраном старенького мобильника. Шаг, еще шаг… Слабый луч выхватил из темноты выброшенный пакетик. Ноги ступили в воду, чмокнула под подошвой кроссовок грязь. Я выругалась себе под нос, но вода была теплой, утонуть мне не грозило - чтобы вода достигла мне хотя бы до пояса, пришлось пройти не меньше двадцати метров. В обуви брести в этом гадком озере было не так мерзко, и я быстро прошла три шага и наклонилась за утопленным наполовину пакетом.

- Уф, - торжественно выдохнула я, выпрямившись.

Уффффф!!!!! – отозвалось озеро вокруг меня, вспучившись кольцом волн вдвое выше моего роста и усыпав брызгами. Дно ушло из-под ног, и я с диким криком провалилась в темноту.

 

Глава 5. Знакомство, как повод для истерики

 

- Ааааааааа! Ааааа! Ааааааа! – орала я, срывая голос, и падала, падала в темном колодце, зажмурив глаза и, что самое страшное, – в любой момент ожидая смертельного удара, превращающего меня в лепешку.

Все кончается, кончился и бесконечный тоннель.

 Дно его оказалось довольно мягким и живым, потому как ругнулось в ответ на мое приземление похлеще нашего сантехника Васи. И, кажется, несколько шерстяным… С повышенной пушистостью.

- Аааа! Падаю! – в ужасе прокричала я, вцепившись в неожиданно найденную опору ногами и руками. И то ли это у кого-то грудь такая волосатая, то ли и вправду –шерсть…

Кое-кто в первую минуту оторопел от моей наглости, а затем безжалостно и брезгливо скинул меня с себя на жесткую землю.

- Ого, Бьесс! Вот это нам сегодня фортит! Еда сама с неба сыпется!

Голос мне не понравился. И тон. И, самое главное, смысл…

Нет, это нереально. Я же была в озере, какой тоннель? Какое падение? Кажется, я схожу с ума. Так быстро? Или…

- Умерла?.. Не умерла?.. Сплю?.. - без умолку повторяла я, судорожно ощупывая себя ладонями, и боялась открыть глаза. Ну, вот… Нащупала! Точнее, вляпалась!

По лицу стекала какая-то жижа. Кровь? Мозги?! Я все-таки утонула или разбилась вусмерть?! Говорят, во время шока человек в первый момент не чувствует боли…

А нет, ничего подобного – чувствует, и еще как!

Мне с силой заломили обе руки и связали их за спиной чем-то глубоко врезающимся в запястья. Это прям как-то… отрезвило! Заляпанные грязью очки свалились под ноги.

- Спокойно, - решила я, громко озвучив свои мысли, чтобы сбить страх. – Возможно, я не совсем здорова, но все-таки жива…

И, скорей всего, сплю. Да-да, сплю. Точно. А кошмары… Кошмары мне снились всегда удивительно реалистичные….

- Жива-жива, - весело подтвердили рядом. – Но это только потому, что мне некогда тебя консервировать!

- Твою мать! – да, я все-таки открыла глаза.

Лишь для того, чтобы увидеть фиолетовое небо вместо звезд, яркое солнце вместо темной ночи, зеленую траву, вместо глади озера, лес вдалеке, а прямо напротив меня…

- Приве-е-ет! – довольно оскалилась зубастая пасть.

- Аааааа! – заверещала я, перестав себя успокаивать мирными фантазиями про кошмар и шизофрению.

 

Потому что к пасти прилагалась вытянутая кожистая морда черного цвета, два лопоухих, как у дворняги, пушистых уха и пара красных глаз. И если морда сама по себе была та еще страсть божья, то человеческое тело, покрытое шерстью, и с четырьмя когтистыми руками меня добило полностью.

Верните шизофрению обратно! Хочу стать психом!

- Ой, как орет противно, может, сейчас поедим? – недовольно протянул кто-то за спиной.

- Да тебе лишь бы жрать! – хлоп, ощутимый звук подзатыльника.

Я орать тут же перестала и опасливо оглянулась. Ой, мамочки, второй такой же! И крупнее намного! И взгляд такой – жадный-жадный, скорей даже, кровожадный…

- Куда?! – мне грубо поставили подножку, едва я, осознав, что шизофреником побыть еще успею, если вовремя сбегу, вскочила на ноги.

Я упала в траву лицом вниз, отбив себе грудину так, что в глазах потемнело, и дыхание на несколько мучительных секунд остановилось. А меня просто поволокли куда-то за ногу. С пренебрежительной легкостью и полным отсутствием сострадания. Как тушу…

К огромному дереву кто-то уже был привязан. Темные смоляные волосы длинными прядями закрывали лицо, голова безвольно болталась, грязная рубашка залита кровью и, судя по всему, мужчина был без сознания. Ведь какой смысл привязывать к дереву чей-то труп? Меня усадили рядом, спиной к тому же стволу, прямо на могучие и кривые корни, торчащие из-под земли, обмотали веревкой поперек талии.

Бросив взгляд на собственную одежду, обнаружила, что выпачкана я вовсе не в крови, а в черном иле. Лечебном, угу. Скорее, галлюциногенном! Хоть бы галлюциногенном!

Два четырехруких чудовища-мутанта собирали свои пожитки.

С рыжеватой шерстью, покрывающей все тело, с вытянутой нечеловеческой и даже не звериной мордой, дергаными суетливыми движениями и ушами так напоминающие огромных гиен…  Которые оптимистично пообещали меня сожрать! И, разглядев острые клыки, я ни на минуту в этом не усомнилась…

Фиолетовое небо, монстры, разговаривающие вполне по-человечески, угроза мной отобедать… Разве этого мало, чтобы раз и навсегда сойти с ума? Но…Меня никогда в жизни не связывали, и это, именно это повергло меня в безотчетный, неуправляемый ужас. Неспособность пошевелиться, наверное, сходна с клаустрофобией. Только давят не стены, а путы.

А мутанты перетряхивали тюки, затаптывали костер. Сразу видно, сидеть нам на месте осталось недолго. Я наблюдала за ними, морщась от омерзения… Меня передергивало от самой мысли, что они могут ко мне прикоснуться, что могут убить, что я полностью в их власти… Полностью!

А главное, я не могла пошевелиться, и сознание затапливала паника от ощущения беспомощности, грудь сдавила знакомая тяжесть…

Нет, только не сейчас!

- Выпустите! Выпустите меня! – почувствовав, что начинаю задыхаться, всхлипнула я.

Мужчина рядом пошевелился, но стона его я не услышала. Я вообще  с трудом воспринимала окружающую действительность, ведь перед глазами вставала мутная пелена, а в ушах грохотало собственное сердце.

Один из людоедов угрожающе оскалился:

- Заткнись!

Только вот острые клыки сейчас пугали меня намного меньше надвигающегося приступа.

- Мне плохо! – почти выкрикнула я, хватая ртом воздух. Меня уже трясло по-настоящему, так, что не заметить это было невозможно.

- Слушай, она какая-то больная, - с сомнением покосился на меня один из похитителей.

Второй подошел молча, красные глаза критично осмотрели мое дрожащее тело. Носок сапога презрительно ткнулся мне в ногу.

- Не отравимся? – опасливо спросил тот, что обозвал меня больной.

Я с шумом втянула воздух, но все равно казалось, что кислород не поступает. Веревки стягивали все тело, мешая дышать нормально и усиливая панику. Я дернулась, пытаясь их расслабить, стало только хуже и в глазах потемнело.

- Лишь бы прямо сейчас не сдохла, - услышала я, наконец, голос. – Ладно, если что поужинаем ей, доставай. Заразит еще второго, а нам еще до Эйерда идти…

Меня трясло. Сильно трясло, а взгляд никак не фокусировался на тех, кто планировал пустить меня исключительно на гастрономические нужды.

- Затянул-то, - проворчал монстр, развязывая толстый узел. Тот все никак не поддавался, и в его руке появился нож с широким лезвием. И в голову тут же пришла мысль, что горло он перережет с гораздо большей легкостью, чем жесткую веревку.

Видимо, моя нерациональная паника при реальной угрозе убийства превратилась в рациональную. По крайней мере, давненько не ощущала я мир настолько четко и ярко. Мутная пелена с глаз тут же пала. Взмах ножом – пала и веревка.

Я глубоко, с облегчением вдохнула и не успела выдохнуть, как мужчина, успешно притворявшийся полудохлым, ногой резко ударил мутанта по руке. Нож вошел прямо в глаз. Тело мучителя замертво осело к моим ногам,  вялой струйкой потекла алая кровь, одного вида которой я всю жизнь боялась. Сейчас же передо мной была картина куда пострашнее.

От шока я оцепенела, сердце как будто остановилось. Я не закричала, не побежала, просто с открытым ртом пялилась на торчащую рукоятку, не в силах отвести взгляд от ужасающего зрелища. И, если честно, подсознательно ждала, когда же уже потеряю сознание.

- Нож дай! – прошипел рядом мужчина, не спуская острого взгляда с гиенообразного чудовища, который, нагнувшись, зарывал в землю какие-то огрызки костей и еще не заметил смерти своего товарища. – Или режь веревку. Быстрее! Спасу обоих, обещаю!

Я довольно легко переборола отвращение, поняв, что жизнь куда важнее всяких страхов. А враг у нас общий, и мне его точно не победить. Обхватила липкую ручку, с усилием выдернула ее и перерезала веревку, обвивающую мужское тело, сама, хоть руки тряслись.

Мужчина, едва обрел свободу, тут же выхватил у меня оружие. Даже не стал вытирать окровавленный нож, пригнулся и покрался вперед. Молча, как волк перед броском. Мышцы плавно перекатывались при каждом движении. Людоед обернулся как раз вовремя, ушел от удара, поднырнув под руку, зарычал по-звериному...

Я не стала смотреть бой, надо было уносить ноги. Лишь в голове не укладывалось, как такого ловкого и сильного мужчину могли связать эти двое, похожие на гиен?

 В нескольких метрах от дерева, на тюках с собранными вещами лежал знакомый и неуместно здесь смотревшийся зеленый полиэтиленовый пакетик. С лекарством.

Я не могла сбежать без него. На четвереньках подползла, сгребла к груди, в душе сразу поселилось чувство уверенности и покоя. Хотя бы не погибну в чужом мире совсем по-дурацки от необработанной царапины!

Бой закончился до обидного быстро. Я поняла это по сдавленному бульканью и глухому удару тела о землю. И побежала. Шатаясь, я бежала к темно-зеленой лесной полосе, не зная, кто именно победил. Гиена ли, мужчина ли, может, рядом вообще никого нет, кроме моих галлюцинаций…

В любом случае, знакомство с окровавленными мужчинами, которые с легкостью забирают чужую жизнь,  ни к чему хорошему не приводят, даже если ты сходишь с ума. А там деревья – я маленькая, я найду, где спрятаться, только бы добежать и не потерять сознание от гипервентиляции… Бегун из меня всегда был так себе, я домосед и никогда спорт не любила, но паника заставляла двигаться быстрее, адреналин расходовался на благое дело.

Меня резко дернули сзади за куртку, я неловко взмахнула руками и рухнула на спину, застонав от боли. Надо мной нависло лицо…  Не сразу разобрала кого, но инстинктивно бросила в эту страшенную и давненько небритую рожу самым дорогим - аптечным пакетом–вскочила и снова побежала прочь.

Потому что по выражению этой зверской рожи выходило, что ее хозяин собирается исправить глупую оплошность в виде моего существования на этой земле и любезно прекратить его. Только по бурым пятнам на рубашке и черным смоляным волосам я догадалась, что это был мой сосед по дереву, но лишь припустила быстрее, потому что в руке у него теперь был меч вместо ножа… Но я ведь не сделала ничего плохого! За что?!

Не далеко я убежала, хоть и старалась изо всех сил. Меня резко вздернули вверх, догнав, и закинули на плечо. Как несправедливо устроен мир!

Мне конец, мне конец, мне конец…

- Отпустите меня!

Молчание, угрюмое, не предвещающее ничего хорошего. Ну, ладно, он меня спасти обещал, может, не будет пускать в ход меч?

- Хотя бы спустите на землю, я умею ходить, - самым миролюбивым и смиренным тоном попросила я, болтаясь вниз головой. Не самый удобный способ передвижения, надо сказать…

- Ага, и бегать неплохо, - буркнул маньяк, от которого не чувствовалось ожидаемого запаха перегара. – И орать тоже. Тут, кстати, лес рядом, в нем хищники водятся. Голодные.

Кричать как-то сразу перехотелось.

- Не убивайте меня, - пропищала жалобно.

- Хотел бы убить, то просто позволил бы бежать дальше, - пожал он могучими плечами.

Выгрузили меня, судя по всему, ровно на то же место, откуда я и начала забег, потому что зеленый пакетик со всеми лекарствами валялся на траве. Я запасливо сгребла его к себе, прижала к груди и круглыми испуганными глазами взглянула на незнакомца, который брезгливо поджал губы и внимательно рассматривал меня, сложив на груди бугрившиеся от мышц руки.

- Человек, - мрачно и несколько разочарованно вынес он вердикт.

Я-то да, а вот он…

- Трындец! – выдохнула я, рассмотрев желтые глаза с вертикальными зрачками и нечеловеческие когти на, казалось бы, человеческих и по-мужски грубых пальцах.

А бежать не вариант, проверено уже…

- Вали-ка ты обратно, Трындец, пока квиссы не сожрали, - заботливо посоветовал он.

- Квиссы?

Небрежный жест, указывающий на трупы, и разъяснений больше не потребовалось.

- А как? – я беспомощно оглянулась вокруг, но никакого подобия озера, в которое можно было бы окунуться и провалиться обратно в туннель, не наблюдалось. – А как я вообще тут оказалась? И где я?

Незнакомец с некоторой задумчивостью задрал голову вверх, прищурившись от яркого света, бьющего в глаза.

 На чистом и почему-то фиолетовом небе не было ни облачка. И озера, по понятным причинам, тоже там тоже не наблюдалось. Я посмотрела туда же, вспомнила, что свалилась квиссам прямо на голову и, судорожно открутив крышечку, от души хлебнула корвалола.

- Может, обратно докинешь? – обреченно спросила я.

- Я бы с радостью, - голос мужчины был интересный, с приятно вибрирующей хрипотцой. – Но твой дракон уже улетел.

Да-да. Дракон. Улетел уже. Точно.

Я попятилась от психа. Ну вот, нас здесь таких теперь двое. Один еще и с оружием. Еще и убил двоих, не задумываюсь… А вдруг он маньяк?!

Тот подозрительно прищурился. А потом его лицо еще подозрительнее позеленело, и он, прикусив губы, сполз на землю.

- Эй, ты чего? – единственный, кто пока не пытался меня здесь убить и даже расщедрился на совет, корчился от боли, обхватив руками голову.

Я замялась, думая, как лучше поступить: воспользоваться моментом и сбежать или помочь… Но я всегда была мягкотелой, пусть и излишне трусливой.

- Не подходи! – острие меча уперлось мне в горло, едва я присела перед мужчиной на корточки.

Он тяжело дышал, на лбу выступила испарина, а вытянутой руке не хватило силы держать меч в том же положении, и, в конце концов, он ее уронил, а сам скорчился, свернувшись калачиком.

- Мигрень? – рассеянно спросила я, но ответом меня не удостоили.

Если такие приступы у него не редкость, то становится понятно, как его умудрились пленить. Ведь сейчас он беззащитный, как ребенок…

Я не придумала ничего лучше, чем протянуть ему две таблетки обезболивающего. Он не отреагировал, и тогда я рискнула приблизиться со спины, задрала подбородок и просто затолкала ему их в рот.

- Глотай! Хуже точно не будет! – уверенно заявила я вяло сопротивляющемуся мужчине.

Когда-то я примерно так же лечила своего кота. И вылечила, хотя и не поняла от чего именно. Помню, что у него началась агония, деревенеющее тело выгибало назад, а родители смотрели, как я рыдаю, запихиваю в пасть измельченные таблетки и кричу на весь дом:

- Живи! Ну, живи же!

Наверное, в тот момент моим родителям было очень стыдно перед гостями, что-то праздновавшими в соседней комнате.

- Аня, хватит, брось его, дай ему умереть спокойно…

Но я не дала. И он не умер. Не тогда.

Этот пусть умирать и не собирался, но минут через пятнадцать стало понятно, что ему стало полегче.

- Не знал, что среди людей бывают колдуньи, - хрипло произнес он, устало потирая виски.

- Я тоже, - пожала я плечами.

 Не объяснять же неотесанному мужлану про фармацевтику…

Но спросить все же решилась:

- А что это было?

Как и ожидалось, гордые мужчины не распространяются о своих болячках.

Он посидел еще немного, прислушиваясь к своим ощущениям, а потом все-таки поднялся на ноги, хоть и морщился при каждом движении. Перетянул волосы кожаным ремешком, собрав их в высокий хвост.

Незнакомец был высоким. Очень высоким. Таким, что я буквально упиралась носом в черную кожаную жилетку на шнуровке. И возвышался надо мной огромной пышущей теплом горой. И смотрел внимательно и как-то изучающе, щурясь и презрительно поджимая тонкие губы. И почувствовала я себя – унизительней некуда. Даже варвар морщится…

- Прекрасно, - ничего прекрасного как раз-таки не было. – Впрочем, уважающий себя колдун никогда не позволит себе опуститься до подобного состояния…

А состояние мое было плачевным. В прямом смысле, потому что я села на траву, покосилась на залитую кровью поляну, оглядела свою грязную одежду, провела по лицу – на пальцах остался черный мерзкий ил, и разрыдалась. Нет, вовсе не из-за грязи. Из-за всего сразу. Еще и очки потеряла.

- На, утрись, - сурово раздалось рядом и в меня полетела какая-то тряпка.

Я подавила в себе очередной всхлип, высморкалась и сдавленно поинтересовалась:

- А водичка здесь есть где-нибудь?

- Водичка здесь на вес золота, для умывания тебе ее не видать.

Надо домой, срочно!

- Кажется, это твое…

Мужлан неловко и как будто смущенно протягивал мне на своей огромной, украшенной грубыми мозолями ладони хрупкие очки в тоненькой оправе.

Я с благодарностью прижала их к себе, протерла стекла краем футболки. Дужка немного погнулась, но это не смертельно. Главное, что не растоптали в суматохе!

Наблюдая, как мужчина подхватывает с земли холщовый мешок грязно –зеленого цвета, закидывает его на плечо и внимательно оглядывается – не забыл ли чего, поняла, что он собирается покинуть эту замечательную поляну.

 А когда он развернулся спиной и угрюмо потопал в сторону леса, в который меня не пустил, поняла, что его интерес к моей персоне закончился, а я… А я остаюсь здесь одна! Совершенно одна!

 - Молодой человек! – и пофигу, что не человек! Бросилась я вдогонку за не таким уж и страшным маньяком.

Тот остановился, желтые глаза сверкнули на солнце, отчего я едва не споткнулась.

- Мммм… Молодой человек, - догнала я его. – А как теперь мне попасть к людям-то?

- Живой? – уточнил он.

- Ну… Желательно, - растерялась я.

 Собственно, другие варианты я и не рассматривала.

- Никак, - пожал он плечами. – Отсюда никак.

- А откуда? – не отставала я.

- Если только колдун согласится открыть для тебя портал в Либерию, правда, человечина для него деликатес, - выразительно посмотрел он на мою то ли слишком стройную талию, то ли довольно аппетитные деликатесные бока.

- А в Россию никак нельзя? - растерянно пробормотала я.

- Я не знаю, где это, - неприязненно отчеканил мужчина.

- А я не знаю, где Либерия… - вздохнула я печально.

Тот подозрительно на меня посмотрел.

- О Либерии не слышала, квиссов не узнала… А кто я, ты тоже не понимаешь?

Я отрицательно помотала головой.

- А эрхов видела? Мисентов?  – настырно продолжил он.

- Нет! – я полным отчаяния взглядом посмотрела на него. Воображение мое всегда было богато и на каждое незнакомое слово нарисовало довольно неприглядную и зубастую картину. Надеюсь, здешняя природа не столь богата, как моя фантазия.

На секунду мне показалось, что и без того не особо симпатичное лицо озарил зверский оскал, и мне в лицо швырнули гость белого порошка. Я сначала, согнувшись, закашлялась, а потом так и замерла в три погибели, наблюдая, как оживают мои воспоминания, подобно диафильму – переполненный автобус, университет, поцелуи с Пашкой, ряды одинаковых многоэтажек, телевизор, папа с ремнем наперевес…

А потом все это так же совершенно беззвучно растворилось в воздухе. Я вытерла нос, шмыгнула рассеянно.

- Это был наркотик, да? – с надеждой спросила я.

- Порошок правды, - сухо прозвучало в ответ. – Колдун дал.

- Взамен маринованной человеческой руки? – неуклюже пошутила я, вспомнив про сомнительные деликатесы.

- Ноги, - поправил он. – Копченой.

Шутить резко перехотелось. Глядя на побледневшую меня, мужчина усмехнулся:

- Не волнуйся, того неудачника я уже нашел мертвым.

Я глотнула еще корвалола. Так я долго не протяну!

Незнакомец принюхался и поморщился.

- Знаешь, такое ощущение, что ты откуда-то издалека, - задумчиво произнес он, разглядывая мою одежду, обувь и выражение лица.

- Знаешь, мне тоже… И издалека – это слишком слабо сказано, потому что кажется, я совсем из другого мира… - пробормотала я, а когда увидела несущуюся в нашу сторону гигантскую ящерицу, грохочущую чугунной сбруей, полностью в этом убедилась и рухнула в спасительный обморок.

Увы, ненадолго.

- Эй, - хлесткий удар по щеке. – Эй, ты больная, что ли?

- Больная, - я с закрытыми глазами перехватила занесенную ладонь. Какая же она все-таки грубая! О креме для рук он явно не слышал. – Не бойся, это не заразно…

- Ваши болезни не страшны эрхам, вы слишком слабый вид, - кажется, мой собеседник презрительно сплюнул куда-то в сторону. – Слишком слабый, слишком жалкий и беспомощный, особенно женщины!

Я жалобно вздохнула, даже и не думая спорить. Что же это за кошмарный мир, в который я попала?

- Я отведу тебя к колдуну, нам по пути, - сухо произнес мужчина после непродолжительного молчания. – Он что-нибудь придумает. Разберется, откуда ты такая…

- Правда?!

Кто-то рядом громко фыркнул и пришлось распахнуть глаза. Гигантский ящер никуда не делся и мирно щипал траву в опасной близи от моих рассыпавшихся волос.

- Это кто?! Динозавр? Они у вас выжили? – я рывком села и судорожно прижала перехваченную мужскую руку к своему сердцу, то бишь груди третьего размера. Про то, что она имеет размер, я и вспомнила лишь потому, что его самым нахальным образом прикинули, сжав пальцы!

Я поспешно отодвинулась назад, а руку оттолкнула. Сам мужчина и глазом не моргнул, с самым невозмутимым видом ответил на вопрос:

- Это варан. Любой уважающий себя воин должен иметь транспортное средство.

- Ничего себе, лошадка! – не смогла я удержать при себе эмоций, разглядывая серую рельефную кожу трехметровой ящерицы. – А что он кушает?

Только сейчас заметила, что щипала зверюга не траву, а что-то в ней, рыская своим длинным раздвоенным языком…

- Падаль, мелких змей, сейчас вот кузнечиков подъедает…

Я нервно сглотнула, перебарывая отвращение от массивного падальщика. Но странно, убитых квиссов он не тронул…

- Так, Трындец, у меня мало времени, - сурово напомнил мужчина. –Мы поедем на нем.

- Меня зовут Аня, - понуро представилась я. – А трындец это… В общем, не называй меня так…

- Эрдан, - склонил он голову в знак приветствия и протянул мощную лапищу, помогая подняться.

- А кто ты? Ты... - посмотрела многозначительно в желтые глаза с вытянутым зрачком и предположила. - Оборотень?

- Я эрх! - твердо заявил мужчина.

Ну, конечно, это все объясняет...

- Понимаешь ли, - начала я осторожно, - в нашем мире эрхов нет... Собственно, оборотней тоже нет, но про них хотя бы фильмы снимают... Так вот... Эрхи на них похожи?

- Кто такие оборотни? - нетерпеливо спросил представитель неизведанной расы.

- Ну, они умеют превращаться в животных...

Желтые глаза сощурились, и я поняла, что сравнение с животными ему явно не льстит, потому поторопилась добавить, в каких именно.

- В волков, тигров, котиков...

- Котиков?! - пораженно вопросил он.

- Что, в вашем мире и котиков нет?! - не менее пораженно выдохнула я. - Ну как же! Они такие пушистые, милые, хвостатые... Мяу... - под его давящим с высоты взглядом я запнулась, - говорят...

И по озверелому лицу и приоткрывшимся губам поняла - сейчас он тоже мне что-то скажет...

И это будет вовсе не «Мяу»!

 

- Ни в кого я не превращаюсь! - удивительно сдержанно прорычал он. - И вряд ли у нас есть оборотни... Да и смысл превращаться из одного в другое? Еще и такое...

Он с омерзением фыркнул.

А я даже слегка огорчилась. Сама не знаю с чего вдруг. Видимо, успела уже представить этого мужлана мейнкуном...

- А драконы у вас, значит, водятся? – осторожно, чтобы моя психика не испытала нового потрясения, поинтересовалась я. - Ты мне сказал, что мой улетел... 

- Люди иногда используют их как средство передвижения, - неохотно признал он. - А ты с неба свалилась, вот я и подумал... 

Он снова замолчал. Недовольно, почему-то. А я поостереглась задавать новые вопросы. Еще старые ответы переварить не успела…

 

Эрдан издал какой-то шипяще-каркающий звук, и варан перестал щипать траву, вернее, населяющих ее насекомых, лег на брюхо прямо у наших ног, и я зажмурилась, пока мужчина запихивал меня на ящерицу. Точнее, пытался, а я сжималась в трясущийся комочек и скользила вниз.

- Да что ты, как червяк! – возмущался он. – Цепляйся за холку, да цепляйся же ты уже! Что, прикоснуться боишься?

Я боялась, да. Я до дрожи в ногах боялась разных хладнокровных и пресмыкающихся, а уж таких размеров…

- Может, пешком, а? – слабо спросила я после очередной неудачной попытки.

- Может, вообще тут останешься? – злобно огрызнулся Эрдан. Я готова была уже кивнуть, а он добавил. – И сдохнешь с наступлением темноты.

Сразу появились энтузиазм и симпатия к ящерицам. Чешуйка к чешуйке, слизью не вымазан, я, отвернувшись и задержав дыхание, положила ладонь на основание длинной шеи… Потом вторую… Бррр… Сердце бешено билось в груди и угрожало мне новым приступом.

- Ногу теперь закидывай, - снизу подталкивал меня Эрдан. – Ногу… Ууууйф!

Ой, кажется, кое-кто получил кроссовкой прямо по лицу… И этот кое-кто с мечом и людей не особо жалует…

Я перестала неловко барахтаться и скользить по гладкой чешуе, подтянулась на руках, сжимая ящеринную шею.

- Варан, варанчик, потерпи, я сейчас… Только не кусайся. И не смотри на меня. И не шевелись, - пыхтела я под аккомпанемент сдавленных мужских ругательств. – Варанчик, можно я буду звать тебя Ваней? Ты же хороший, добрый, послушный… наверное… Ванечка, я сейчас…. Ой-ей-ей!

Я влетела в седло одним движением, ибо показалось, что острие меча недвусмысленно уперлось прямо в мое бедро, а точнее ягодицу! Скосила глаза вниз – не показалось, но меч уже исчез в ножнах, а на губах неандертальца гуляет ехидная улыбочка, которую ему плохо удается скрыть.

А вот на своих джинсах я нащупала вполне осязаемую дырку! А под ней болезненную царапину… А я в другом мире, на неизвестном животном, вокруг такие же неизвестные микробы, бактерии, болезни… А меч он свой как часто протирает от чужой крови?.. А от крови квиссов?!

- Нужно срочно продезинфицировать! – в панике  пальцем я указала на свое ранение. – И налепить пластырь!

Эрдан нахмурился, подошел ближе, глянул на царапину.

- Что надо сделать?

- Продезинфицировать! Это важно! – по слогам повторила я. Спокойствие, только спокойствие, она маленькая…  – Дай мне пакет, вон он валяется!

- Зачем?

- А то умру!

- Что, вот прямо сейчас? – не унимался ничего не понимающий мужчина, но просьбу исполнил.

Зарылась носом в аптечные покупки, продолжая пояснять:

 - Обеззаразить! Я сейчас… Ой, перекись-то забыла… Ой, что же дела-а-ать…. О! Зеленка! Пойдет!

Я обрадованно достала темный флакончик, открутила крышку, впилась зубами в пластиковую пробку. Эрдан смотрел на меня с потрясенным молчанием, ящер тоже заинтересованно повернул голову в мою сторону, моргнул. От расположения плоской рожи в такой близи стало не по себе, и я вгрызлась в пробку сильнее, ох уж эти производители – фиг откроешь в нужный момент!

И тут варан Ваня тоже решил попробовать, что я ем! По крайней мере мелькнувший у моей щеки раздвоенный язык я восприняла именно так, с перепугу дернулась, чуть не проглотила выскользнувшую затычку, с губ полилась бриллиантовая зелень…

- Тьфу! Тьфу! – отплевывалась я, вытирая рот тыльной стороной ладони.

Но не зря же столько мучений! Достала еще и ватный диск, смочила зеленкой, тщательно обработала царапину.

- Что, передумала умирать? – а у мужчины бывает довольно въедливая интонация.

Я кивнула. Хотя в такой антисанитарии…

- Может, проще тебя убить? – задумчиво подал голос Эрдан. – Ты мне варана покрасила!

- Зато теперь он уникальный, - тут же нашла я положительную сторону своей неуклюжести и очаровательно улыбнулась, чтобы от меня не избавились раньше времени.

Мужчину перекосило. Ничего так не красит женщину, как зеленка.

А я запоздало расстроилась:

- И как мне теперь все это отмыть?!

Эрдан зловеще усмехнулся и что-то прошипел, а потом звонко цокнул. Варан заинтересованно повернул голову, неторопливо и, глядя мне прямо в глаза, приблизил огромную плоскую морду, высунул длинный язык, а потом как плюнет! Я чуть на землю не свалилась!

- С легким паром! – грубо хохотнул мужчина и запрыгнул на варана, усевшись позади меня.

- Мерзость! Мерзость! – стонала я, растопырив обе руки и боясь испачкать еще и их. Хотела упасть в показательный обморок, прикинула высоту варана и передумала.

- Слюна лечебная, нашими женщинами используется в качестве пилинга, - снисходительно и даже с какой-то гордостью сообщили мне.

А что там у нас используется в качестве пилинга? Кислота?!

- Надо это смыть!

Ящерица с готовностью посмотрела на меня.

- Только попробуй! – пригрозила я зеленкой, сжатой в кулаке.

Около 3 лет
на рынке
Эксклюзивные
предложения
Только интересные
книги
Скидки и подарки
постоянным покупателям