0
Корзина пуста
Войти | Регистрация

Добро пожаловать на Книгоман!

Или войдите через:


Новый покупатель?
Зарегистрироваться
Главная » Карнавал смертников: марионетка монстра » Отрывок из книги «Карнавал смертников: марионетка монстра»

Отрывок из книги «Карнавал смертников: марионетка монстра»

Автор: Хайд Хелена

Исключительными правами на произведение «Карнавал смертников: марионетка монстра» обладает автор — Хайд Хелена . Copyright © Хайд Хелена

ГЛАВА 1. Танец на осколках

Жестко. И страшно. Хищный взгляд слегка прищуренных темно-карих глаз, давящие на скулы пальцы, и губы, сжатые в плотную линию. Мне кажется, или они в самом деле играют легкой ухмылкой?
Хочу ли я знать, чего хочет этот мужчина?
Конечно же нет!
И в то же время, этот вопрос не идет у меня из головы.
- Ну так каков будет твой ответ, тварь? – выдыхает он мне в губы холодным дыханием, от которого по телу пробежали мурашки.
Тварь… раньше бы эти слова до боли оскорбили меня. Но сейчас у меня уже нет права возмущаться, лишь с горькой иронией принимать как факт, что они справедливы. Ведь я в самом деле ничто иное, как тварь! Настоящий мерзкий выродок, у которого действительно нет права ни возмущаться, ни отстаивать собственное достоинство, ни ходить по улицам среди нормальных людей… ни на что. Единственное, на что есть право у таких, как я, это право на смерть. В то время как таким, как этот мужчина, принадлежит мир.
- Я жду, - напомнил он, сильнее сжимая скулы, недовольный слишком долгой паузой.
И что же я, в моем положении, запертая в этом аду, могу ответить ему на его предложение? Отказать? Тогда можно даже не сомневаться, что долго я после этого не проживу. А за жизнь я все равно отчаянно цеплялась, хоть в ней для меня уже и не было более никакой надежды, кроме круглосуточного кошмара.
- Хорошо, - прохрипела я побледневшими губами. – Я согласна.
- Отлично, - бросил мужчина, отшвыривая меня обратно на койку – не сильно, словно отмахиваясь от мухи. Но этого для меня – испуганной и растерянной – сейчас было вполне достаточно, чтобы потерять равновесие и упасть на грубую простынь. Откуда могла смотреть лишь снизу вверх на этого высокого, широкоплечего мужчину в строгом, идеально скроенном черном костюме. С опрятно постриженными темными волосами и сильными, грубоватыми руками.
Посмотрев на меня так, как обычно смотрят на мусор, он развернулся и вышел из камеры, оставляя меня здесь одну. В четырех стенах, укрепленных аридиумом – металлом, способным надежнее всего на этой планете блокировать силу кроулов.
Теперь эта серая, холодная камера была для меня самым уютным и безопасным местом на земле. В котором мне, увы, не приходилось задерживаться надолго – только чтобы поспать, восстановить силы и тело. Потому что все остальное время я теперь обязана сражаться за свою жизнь… или вернее будет сказать «существование»?
А ведь лишь несколько дней назад все было иначе! Я жила в нормальной любящей семье, ходила на пары в университете, гуляла с подружками в свободное время. И почти не смотрела канал Карнавала смертников, по которому транслировались соревнования кроулов в закрытой тюрьме, расположенной на острове посреди океана. Канал, конечно же, был очень популярен по всему миру, а жалеть кроулов никому бы и в голову не пришло! Но мне это попросту не было интересно.
Кроулы. Загадочные монстры, похожие на людей во всем, кроме одного: их кровь. Которая по факту была настоящим оружием. Впервые их зафиксировали более двадцати лет назад, и точной причины их появления не знал никто. Одни ученые связывали его с кометой, пролетавшей недалеко от Земли как раз в тот период. Другие считали, что дело в генетических мутациях. Третьи и вовсе утверждали, будто все это – чьи-то секретные эксперименты, результаты которых вырвались во внешний мир и распространились. Были даже чудики, несшие всякую оккультную чушь.
Что самое страшное, этих существ невозможно вычислить при помощи лабораторных анализов – сколько ученые ни бились, им пока так и не удалось придумать теста, способного указать на них. Потому оставался единственный верный способ узнать, являешься ли ты сам кроул: получить травмы, несовместимые с жизнью. Обычного человека и монстра разделяла единственная доля секунды. По истечении которой обычный человек умирал, но вот кроулы… их в тот самый момент спасала кровь. Настолько мощно это работало лишь один раз, впервые, во время пробуждения силы. Не позволяя телу умереть, кровь моментально восстанавливала его и приводила в норму все процессы жизнеобеспечения. Даже если это была пуля, пущенная в голову, кровь перехватывала ее за миг до того, как та попадет в мозг, выталкивала и обновляла поврежденные ткани.
Последующие восстановления после ранений и травм тоже проходили поразительно быстро, хоть и не мгновенно. По этой самой причине убить кроулов становилось трудновыполнимой задачей. С которой, как ни странно, лучше всего справлялся другой кроул. Используя все ту же кровь, моментально восстанавливающуюся в теле, повинующуюся воли своего носителя и что самое страшное, способную наносить физический урон не только существам из плоти и крови, но и неорганическим предметам. В том числе и очень крепким.
Мировые правительства долго думали над тем, как поступить с такими чудовищами. Позволить ходить им по улицам, конечно же, никто не собирался. Особенно после нескольких инцидентов, в которых агрессивные кроулы устраивали беспорядки и убивали невинных граждан (хотя некоторые редкие активисты и заявляли, будто беспорядки организовали сами же сенаторы, лоббировавшие антикроуловские законы). Потому отлову и заключению подлежали без исключения все, у кого фиксировали пробуждение силы. А местом, куда они после этого отправлялись, стал «Карнавал смертников»: надежная тюрьма строгого режима, построенная силами объединенных наций.
Что самое забавное, этому месту нашли весьма полезное применение, которое одновременно решало проблему своего перенаселения и финансирования. Заключенных, которые регулярно прибывали со всего мира, отправляли на смертельные игры, где большинство их благополучно умирало, несмотря на регенерацию и разрешение использовать все свои силы. Сами же игры транслировали по официальному каналу на весь мир, пользуясь немалой популярностью.
И ни у кого эта бойня не вызывала даже капли сострадания. Все потому, что за долгие годы пропаганда сделала свое дело, начисто выбив у населения из головы восприятие кроулов иначе, как ужасных монстров, смерть которых – дело хорошее, благородное и полезное. Их презирали, ненавидели и боялись. Потому никому не было их жаль, и на их смерти смотрели, весело попивая пиво с попкорном. Даже не допуская мысли о том, что ты и сам можешь однажды оказаться на Карнавале смертников. Как я.
В тот день я возвращалась из университета, когда меня сбил автобус. Испуганно встав на ноги, я в слезах побежала домой. После этого прошло лишь несколько минут, прежде чем растерянную светловолосую девушку окружили и повязали бойцы спецотряда, отправляя в один конец. Когда меня забирали, моя мама плакала… плакала не из жалости ко мне, и не потому, что ее старшая дочка отправляется на Карнавал смертников.
Нет.
Она плакала от жалости и отвращения к самой себе из-за того, что воспитала чудовище. Даже кричала, что на самом деле не рожала меня, а просто удочерила в младенчестве, о чем теперь всем сердцем сожалеет.
Кроула невозможно любить. Потому что с того момента, как его сила пробуждается, это более не твой ребенок, супруг, я родственник, друг или коллега, с которым ты знаком много лет. И ни один человек не способен воспринимать его иначе, как опасную, мерзкую тварь, которой самое место в аду.
Так что мне не пришлось долго ждать, прежде чем я в это место прибыла.
Свой первый соревновательный день я пережила просто чудом, и прекрасно отдавала себе отчет в том, что если такое чудо еще когда-нибудь и повторится, то не более чем разок-другой. А еще даже не сомневалась: все, кто знал меня при жизни, посмотрят не только эфир, но и все повторы этого шоу! В котором я, в составе одной из двух команд, занималась прохождением полосы препятствий, больше напоминавшей мясорубку.
В этих «веселых стартах» побеждала та команда, в составе которой, после прохождения трасы всеми участниками, оставалось больше живых и не покалеченных. Тех, кто погиб, под веселую музычку отвозили в крематорий на цветастой машинке с маленьким кузовом – как раз на одно тело (целое, либо по частям). А тех, кто отделался серьезными ранениями, отправляли обратно в камеры, где им предстояло валяться, пока не регенерируют. Оставшихся же игроков подсчитывали, а команда-победитель получала какие-нибудь дурацкие призы – вроде пачки печенья каждому, или по маленькому тюбику крема для рук. Что, конечно же, выглядело как издевательство… чем в самом деле и было.
И вот когда я, вернувшись с «боевого крещения», сидела в углу, пытаясь переварить все случившееся, дверь камеры открылась и вошел он: Джер Кастер, как он сам представился – миллиардер, владелец крупной корпорации и один из спонсоров Карнавала в этом году. И то, что он был спонсором, означало немаловажную деталь.
В этой тюрьме, кроме обычных развлекательных «мясорубка-шоу», ежегодно проходил Турнир мертвецов: соревнование, где каждый из людей, ставших в этом году спонсорами через аукцион, выставляли свою Фигуру – выбранного из заключенных бойца. Которого тренировал и поддерживал финансово, обеспечивая оружием, одеждой, питанием и всем прочим, что только взбредало ему в голову. Главной целью спонсора было привести именно свою Фигуру к победе.
На протяжении сезона, из выпуска в выпуск, разделенные на группы Фигуры сражались между собой. Проигравшие в своих группах умирали на арене, победители проходили в следующий тур. И так – пока не оставалось три Фигуры, которые сходились в финальном поединке.
Так вот, по какой-то неведомой причине Джер Кастер захотел видеть в роли своей Фигуры именно меня. Что было странно – насколько я помнила те Турниры, что смотрела краем глаза, обычно для этого старались выбрать самых боеспособных заключенных: бывших военных, спортсменов, полицейских и тому подобных типов. Но уж никак не обычных студенток.
Тем не менее, я согласилась. Потому что даже будучи простой девушкой, которую выставляли против тех самых бывших военных, спортсменов и полицейских, я имела больше шансов пожить подольше, чем если бы осталась в «массовке» для Турнира – на всех тех регулярных шоу вроде сегодняшнего. Там заключенные попросту мерли как мухи, один за другим. Будучи же участником Турнира, я имела призрачный шанс пожить подольше, еще и в условиях получше… если, конечно, мой спонсор пожелает мне эти условия предоставить.
Однако была одна деталь, которая настораживала. А именно – судьба победителя Турнира мертвецов. Никто из обычных зрителей не знал о том, что случалось с теми, кто брал первое место в предыдущих семнадцати сезонах. Да и попросту не особо интересовался этим. Все лавры пожимал спонсор бойца, а вот сам кроул пропадал с телекамер, и потом на общих соревновательных шоу его тоже никто не замечал.
Что же с ними делали? Убивали? Или наоборот – предоставляли в тюрьме какую-нибудь отдельную «элитную» камеру, оплаченную спонсором, где ему позволяли спокойно дожить свои дни без риска для жизни и необходимости сражаться за собственное выживание? Официальных ответов никто не предоставлял. Даже сейчас, когда я дала свое согласие на участие в Турнире. Хотя в принципе, какая разница? Все равно у меня нет шансов на победу против других Фигур, кем бы они ни были.
Размышления прерывал тюремщик, с грохотом открывший дверь камеры.
- Заключенный №4576, Криста Фаргер! – гаркнул он. – Поднимайся, тебя переводят в секцию для участников Турнира мертвецов.
Итак, последние сомнения в том, не было ли все шуткой, похоже развеяны. Этот мужчина в самом деле решил сделать из меня свою Фигуру. Значит, остается только посмотреть, что из этого выйдет.
Напряженно выдохнув воздух, я вышла из своей камеры и направилась следом за надзирателем по мрачным, холодным коридорам тюремного блока. К месту, в котором для меня решится все.


ГЛАВА 2. Живое оружие

Я не знала, в порядке ли вещей для Фигуры личные встречи с ее спонсором. Возможно это и вправду было обычным делом. Тем не менее, я все равно удивилась, когда вскоре после размещения в камере, находящейся в спецсекции для участников Турнира, этот мужчина снова пожелал увидеть свою марионетку.
О том, что он сейчас войдет, меня, конечно же, никто не предупреждал. Потому когда укрепленная дверь открылась, впуская Джера Кастера, я резко обернулась и вздрогнула, глядя на того, кто отныне справедливо считал меня своей собственностью. Игрушкой, которую он купил для большой забавы.
- Итак, поговорим? – самодовольно бросил он, взглядом заставляя меня попятиться к стене.
Ощутив спиной холодный металл, я замерла. Больше отступать было некуда. А значит единственное, что мне оставалось, это дрожать при виде мужчины, который подошел пугающе близко.
- Чего вы хотите от меня? – напряженно сглотнула я, поняв, что смотрю в его глаза, которые полностью подавили мою волю. Надо же, никогда бы не подумала, что ТАКОЙ взгляд вообще может быть у человека, которому от силы тридцать. Пусть даже этот мужчина и властный, жестокий миллиардер. Казалось, я смотрю в глаза тирану, прожившему целую жизнь, полную злобы, страданий и жестких решений… а то и не одну такую жизнь.
- Чего я хочу? – хмыкнул Джер, слегка растягивая губы в циничной ухмылке. – А чего вообще может хотеть спонсор? Мне казалось, это очевидно: я хочу, чтобы моя Фигура победила в Турнире мертвецов.
- В таком случае, меня удивляет ваш выбор, - решилась пробормотать я. – Те спонсоры, что хотят победы, выбирают Фигуры… с более подходящими для Турнира навыками.
- Неужели ты передумала участвовать, шавка? – бросил мужчина, резко уперев колено в стену меж моих ног! – Тогда не волнуйся, пока новый сезон не стартовал, тебя вернут в твою старую камеру и быстро превратят в фарш на одном из тех шоу, которыми забивают основное эфирное время на канале Карнавала.
- Нет, что вы, я хочу участвовать, - поспешила проговорить я, ощущая, как голова кружится от страха. Проклятье, хоть бы не упасть сейчас в обморок! – Просто не понимаю, почему вы захотели видеть своей Фигурой именно меня? Я… честно, сомневаюсь, что выиграю. Сомневаюсь, что переживу даже свой первый поединок на Турнире. С тем, кого обычно выставляют, и против кого мне придется сражаться…
- Это не важно, Криста, - отчеканил мужчина, буравя меня взглядом. – Ключевое значение для победы имеют не уже имеющиеся у Фигур умения, а их потенциал. И твой потенциал куда ценнее!
Потенциал? Какой у меня вообще может быть потенциал? О чем он?
- Что же касается умений, то до старта сезона еще три месяца, - продолжал он. - Этого времени для кроула более чем достаточно, чтобы при должных тренировках развить эти самые необходимые умения. Да, твои соперники тоже будут тренироваться все три месяца. Но та подготовка, которую ты получишь благодаря мне, поможет тебе как минимум встать на равных с остальными. Тренера, оборудование в тренировочном зале, оружие, амуниция, питание, обслуживание бойца… Я предоставлю тебе все. Твоя же задача заключается в том, чтобы это принять и задействовать по максимуму. Не оглядываясь ни на что, использовать все возможности, которые тебе дает твоя мерзкая физиологическая сущность. И сделать то, что положено делать чудовищу: не колеблясь перегрызть остальных крыс, запертых с тобой в одной бочке. Ну а я на это с удовольствием посмотрю, попивая дорогой коньяк, - добавил он, глядя на меня так, как наверное смотрел бы демон из самих глубин ада. – Ну как, тварь, ты развлечешь меня?
- Развлеку, - сипло шепнула я, все еще стоя на ногах лишь потому, что Джер крепко прижимал к стене над моей головой мои собственные дрожащие запястья.
- Замечательно, Криста, - хмыкнул он. – И раз уж мы с тобой договорились… то у меня к тебе будет еще одно очень важное поручение. Которое ты должна исполнить, будучи моей Фигурой.
- Поручение? – переспросила я. – Поручение… не касающееся Турнира?
- Разве что косвенно, - холодно кивнул он. – С сегодняшнего для ты живешь в секции для бойцов. Здесь участникам позволено выходить в общие комнаты, обедать в общей столовой и общаться между собой, поскольку на вас наденут ограничители, способные вырубить всех по нажатию единственной кнопочки, вздумай один из вас начать беспорядки. Так вот, смотри и слушай внимательно. Запоминай все, что происходит. А когда я буду давать тебе приказы, касающиеся твоих соперников, ты эти приказы молча, без лишних вопросов, исполнишь. Какими бы странными они тебе ни казались. Как бы ты не могла понять, что делаешь и зачем. Просто молча выполняй. Поняла?
- Да, поняла, - кивнула я, не моргая глядя в пугающие глаза своего спонсора.
- Вот и отлично, - протянул он. – Завтра начнутся твои тренировки. И да, не сомневайся, что мы с тобой будем видеться часто. Особенно когда начнется Турнир.
Резко меня отпустив, мужчина отстранился и быстрым шагом покинул камеру. Я же, после того, как за ним закрылась дверь, еще несколько секунд неподвижно простояла на месте, упираясь спиной в стену. А потом, ощущая текущие по щекам от страха слезы, сползла на пол и обхватила колени.
Что… что этот человек вообще задумал?


ГЛАВА 3. Перед штормом

На первый взгляд могло сложиться впечатление, будто здесь собрались незнакомые люди, которым не было никакого дела друг до друга. Ни заинтересованности, ни враждебности, ни тем более приязни. И замечали они один другого ровно настолько, чтоб не врезаться, идя по коридору, или не сесть на одно и то же место в столовой во время обеда.
Призраки?
Живые мертвецы. Каждый из которых понимал, что вероятно умрет. Но все равно на уровне голых инстинктов цеплялся за наивный шанс выжить, победив на Турнире. Где уже совсем скоро всем им придется из тура в тур сражаться, убивая друг друга, потому что либо ты, либо тебя.
При этом здесь оказался всего один человек с мутным прошлым. Остальные же до пробуждения силы кроула были обычными честными людьми, жившими нормальной жизнью, работавшими на полезных для общества работах. У некоторых остались семьи… для которых муж или жена, отец или мать теперь были просто вычеркнуты из жизни – как постыдный элемент, о существовании которого упоминать неприлично и хочется поскорее забыть даже то, что он имел место в этом мире. И лишь надеяться, смотря канал Карнавала, что «вот этот незнакомец в кадре» все же погибнет в сегодняшнем выпуске.
Так что желания особо буянить, задирать других заключенных и нарушать правила тюрьмы никто особо и не имел. Потому не возникало и необходимости применять ту самую систему ошейников, которые бы разом вырубили всех заключенных в секции, начнись вдруг здесь беспорядки. Эти люди просто делали то, что теперь им оставалось: ходили в тренировочные залы, оборудованные их спонсорами. И я поступала точно так же.
Хотя в общей молчаливой атмосфере бывали и исключения. С самым ярким из которых я поразительным образом поладила.
Ее звали Линой. Ей было всего двадцать, и в прошлом она училась в столичной полицейской академии, когда во время одной из тренировок произошел несчастный случай, во время которого она и пробудилась как кроул. Мне казалось даже странным то, что эта милая миниатюрная девушка с рыжими волосами до плеч вообще хотела стать полицейским. Таким людям куда больше подошла бы работа в цветочной лавке, зоомагазине или детском саду.
И вот даже здесь, на Карнавале смертников, в секции для участников Турнира мертвецов, она не прекращала излучать то, что принято было называть надеждой. Надеждой непонятно вообще на что. Тем не менее, это от нее исходило, и привлекало внимание. Некоторые лишь оборачивались на нее, хмуро глядя вслед. Другие даже иногда садились с ней поболтать. Среди этих других была и я. Хотя вернее будет сказать, что это Лина садилась поболтать со мной – сама не знаю почему, но я будто притягивала эту девушку, которая по неизвестной причине решила, что именно я здесь должна быть ее лучшей подругой.
- Нет, Криста, ну я серьезно! – убеждала Лина, сидя рядом со мной за обеденным столиком. В тарелках каждой из нас были питательные блюда согласно меню, составленном диетологами, которых наняли для нас наши спонсоры. И эти же спонсоры его оплатили.
- Это совсем не серьезно, ни капельки, - грустно вздохнула я, насадив на вилку кусок мяса.
- Вот потому, что ты так думаешь, такое и невозможно! – стояла на своем девушка, жуя брокколи.
- Такое невозможно, потому что никто из них… - бросила я, указав взглядом вверх, - …не даст подобному случиться.
- А вот поступи так все, и никто из НИХ не смог бы ничего сделать, - уверенно заявила Лина. – Потому что вот куда они денутся, если все участники Турнира откажутся сражаться? Сколько ни выставляй их на арене друг против друга – просто вот не возьмут в руки оружие, так и останутся стоять на месте. Да-да, конечно будь бунтарей всего несколько, то их пристрелили бы, и все тут. Но просто вот представь, если драться откажутся вообще все? А следом за участниками Турнира остальные заключенные Карнавала тоже не будут играть в те ужасные игры на выживание, не станут пробегать все те трассы-лабиринты-гонки и прочее. Так же, как этого не будут делать новоприбывшие. Я уверена, все только и ждут тех первых, кто запустит цепную реакцию. А после них заключенные один за другим бросят оружие и откажутся! Тогда руководство ничегошеньки не сможет сделать и придется им сворачивать свое кровавое шоу.
- Звучит конечно красиво, - печально улыбнулась я уголками губ. А после, помрачнев, добавила: - Вот только слишком невероятно.
- Вероятными невероятные вещи делают именно люди и их поступки, - подмигнула Лина. – Поэтому я буду делать все, чтобы тот, кто выпадет мне в первом туре, все же согласился попробовать. Так же, как и остальные, уже после меня. Не успокоюсь, пока все здесь не поверят и не сделают шаг!
Лишь печально покачав головой, я поспешила доесть свой обед и отправилась в тренировочный зал.
Действуя согласно контракту, тренера отлично работали со мной. Во-первых, меня не на шутку гоняли по тренажерам, целью которых было развить мои физические данные. Во-вторых, постоянно проводились тренировки, повышающие внимательность, скорость реакции и умение молниеносно принимать решения, анализируя ситуацию. И в-третьих, подобрали для меня наиболее подходящее мне оружие, с которым учили обращаться.
Особая сила кроула в его крови. Она его защита и средство нападения. А главное, как и любое другое оружие, кровь нужно уметь использовать, развивая навыки владения ею.
Проведя со мной множество тестов, тренера пришли к выводу, что конкретно в моем случае наиболее эффективным способом использования моей крови будет научить меня заряжать ею пистолет вместо пуль. После чего – контролировать каждую каплю, чтобы она вела себя как пуля, вылетала из ствола как пуля и как пуля поражала цель. При этом разрушительная сила каждой кровавой пули была в разы больше, чем у обычной.
Но главное заключалось в самой физиологии моего «вида»: кровь одного кроула враждебно реагировала на кровь другого при попадании оной в организм. И способна была нанести сильный ущерб, который, выживи атакованный, требовал бы очень много времени на восстановление. Причем угроза для жизни при проникновении в тело чужой крови, конечно же, была намного выше.
Чтобы зарядить пистолет, я должна была разрезать собственную руку и налить крови в обойму, фактически приказывая ей стать там пулями. После чего могла открывать огонь. Кровотечение останавливалось мгновенно, стоило мне дать команду оставшейся в венах алой жидкости. Она же быстро излечивала и саму рану, а количество крови в организме восстанавливалось в считанные минуты. Но все это имело значение лишь в том случае, если мне удастся поразить этими пулями цель – своего противника на Турнире. Который, конечно же, будет делать все, чтобы этого избежать, причем одновременно с тем атакуя меня саму. Но только уже своим оружием, которое его тренера подберут для него индивидуально, в соответствии со склонностями, характеристиками и боевыми качествами.
Последним из моих упражнений – после умственных тренировок, тренажеров, бега и стрельбы в тире – у меня стояла пробежка по небольшому полигону, который постоянно менялся. В ходе нее я должна была подстрелить все движущиеся мишени и добраться до выхода, каждый раз изменявшего свое расположение. И как всегда, заканчивала я поздним вечером, ощущая себя выжатым до капли лимоном.
Уже традиционно возвращаясь в свою камеру после душа, я из последних сил волочила ноги, желая поскорее упасть на кровать и отрубиться до завтра. Но когда дверь открылась, и я увидела Джера Кастера, сидевшего на моей койке, усталость и сон улетучились, словно по мановению ураганного ветра. На смену им пришел страх и паника.
- Что за дурацкое выражение лица? – с презрением бросил мужчина, поднимаясь на ноги, чтобы в несколько шагов оказаться рядом со мной.
- Просто я не ожидала увидеть вас, - несмело пробормотала я в ответ.
- Вот как? – вздернул бровь он. – Запомни раз и навсегда, Криста: ты должна ожидать увидеть меня когда и где угодно. В любое время и в любом месте. Поняла?
Не сдержавшись, я тихонько вскрикнула – словно маленький зверек – когда он резко припер меня к стене.
- Да, - тихо пискнула я.
- Отлично. А теперь, чтоб ты окончательно освоила урок… сними с себя футболку.
- Что?
- Сними с себя футболку. Немедленно, - строго отчеканил мужчина.
- Зачем? – пробормотала я, задрожав с новой силой. Неужели он собрался…
- Футболку и штаны. Чтобы не задавала лишних вопросов. А если продолжишь обсуждать мои приказы вместо того, чтобы их исполнять, я прикажу тебе раздеться уже догола. До последней вещички на твоем теле, - выпалил Джер, буравя меня взглядом свирепого и голодного хищника.
Руки неистово дрожали, когда я ухватилась пальцами за край футболки, чтобы стянуть ее. Голова кружилась, а перед глазами все плыло. Нет, я ведь… я ведь даже ни разу не была с мужчиной! Парню, с которым встречалась на первом курсе, я отказала, и вскоре после этого мы расстались, а новых ухажеров, с которыми отношения дошли бы до вопроса постели, у меня с тех пор не было. Но ведь… ведь эта жизнь и так отвалила мне достаточно за последние недели! Неужели кому-то всего этого показалось мало, раз высшие силы решили добавить к моему «набору радостей» еще и ВОТ ТАКОЙ первый раз? С этим ужасающим мужчиной, которому просто захотелось поиграться со своей мышкой, коею он приобрел для забега по смертельному лабиринту.
Сдерживаясь из последних сил, чтобы не заплакать, я отбросила футболку в сторону и ухватилась пальцами за застежку штанов, которая никак не хотела расстегиваться. С каждой секундой, что я старалась справиться с ней, мне казалось, что спонсор буравит меня испепеляющим взглядом, что вот-вот он ударит, или даже убьет. Или прикажет в самом деле раздеваться догола. Или просто возьмет и, потеряв терпение, сам сорвет одежду, чтобы грубо изнасиловать.
- А я уж было решил, что ты собралась до завтра штаны расстегивать, - с издевкой прозвучал властный голос, когда застежка наконец поддалась.
Напряженно сглотнув горьковатую на вкус слюну, я сняла штаны и неуклюже уронила их. Хотела было поднять и положить на кровать, но одернула себя и лишь отчаянно стиснула зубы, оставив их лежать на прежнем месте.
- Неплохое тело, - проговорил Джер, касаясь прохладными подушечками пальцев плоского живота, который вздрогнул от этого прикосновения. – Жаль, что оно досталось мерзкой твари, - резко добавил он, скользнув ладонью вниз, чтобы жестко сжать ягодицу.
Мне показалось, что прямо сейчас я лишусь чувств. И наверное так было бы лучше – потерять сознание и прийти в себя уже после того, как все закончится… Но к сожалению я оставалась в сознании. Потому могла лишь дрожать, ощущая, как пальцы Джера скользят вверх по внутренней стороне моих бедер.
- А теперь поговорим о том, зачем я сегодня пришел, - медленно сказал он, и очевидно смакуя моим страхом, коснулся меня меж ног сквозь взмокшее белье. – До Турнира остались считанные дни. Ни участники, ни зрители, ни даже спонсоры не будут знать результатов жеребьевки, которая определит первые пары, которые сойдутся в первом туре. И что касается тебя… Ты ведь приметила среди участников такого худощавого парня, Фила? Со шрамом на щеке. Отвечай!
- Да, мы с ним пересекались пару раз, - выдохнула я, стараясь устоять на ногах, которые предательски подкашивало.
- Замечательно. И Тома, бывшего сержанта ВВС, тоже знаешь?
- Не совсем. Кажется, я поняла, о ком речь, но не уверена…
- У тебя пара дней, чтобы обрести эту уверенность, - выпалил Джер, с силой сжав пальцы на небольшой груди. – Потому что если вы с Томом сойдетесь в первом туре, тебе конец. Он прирежет тебя как свинью.
- Но ведь вы сами сказали, что результаты жеребьевки…
- Заткнись и слушай! – рявкнула мужчина, рывком прижав меня к стене. – Ты должна будешь сделать все, чтобы за день-два до начала турнира Том и Фил сцепились и покалечили друг друга, да не просто, а «поделились» своей кровью. Чтобы оба они не смогли сражаться в первый день Турнира, и тогда их перенесут в блок на следующей неделе. В таком случае у тебя будет шанс не сдохнуть в первый же день. Поняла?
- Да, поняла, - дрожа, прошептала я, ощущая дыхание Джера на своих губах.
- Отлично. Тогда не подведи меня и себя, - грубо фыркнул он и резко отстранился.
Перед глазами все еще плясали белые искры, голова кружилась, а в ушах стоял гул, потому я не сразу поняла, что мужчина ушел, оставив меня в камере одну. Когда же это понимание пришло, я с трудом сделала пару шагов, отделявших меня от койки, и без сил опустилась на нее.


ГЛАВА 4. Цепи приказа

Стравить Тома и Фила… Я не понимала, зачем мой спонсор отдал мне такой приказ. Так же, как и того, каким образом вообще могу его исполнить. Но в одном у меня не было сомнений: если я не сделаю этого, то очень сильно пожалею. Страх, который вызывал у меня этот мужчина, был настолько силен, что я не допускала даже тени мысли о том, чтобы проигнорировать этот приказ. Потому оставалось одно: наблюдать за обоими мужчинами и думать, что может заставить их жестоко, не на шутку подраться, при этом серьезно ранив друг друга.
- Привет! Над чем задумалась? – неожиданно услышала я. И обернувшись, против воли улыбнулась.
Это был Берт, крепкий шатен, до пробуждения силы работавший пожарником. Один из отличных парней, которым не повезло. И один из тех, с кем я здесь поладила. Возможно даже больше, чем с остальными. Хоть и понимала, что такое отношение к местным – ошибка: не следует сближаться с участниками Турнира. Ведь все они, кроме одного, умрут. Возможно даже тебе придется убить кого-нибудь из них… или кому-нибудь из них придется убить на арене тебя. Вот только это «возможно» казалось каким-то далеким и нереальным. В то время как Берт был здесь и улыбался, поддерживал, поднимал настроение. Потому в него хотелось верить больше, чем во всякие «возможно».
- Да так, пытаюсь немного разгрузить голову, пока перерыв, - неохотно соврала я.
- Понимаю тебя, - кивнул мужчина, садясь рядом за обеденным столиком. Я же, поддерживая разговор с ним, старалась не выпускать из внимания Тома и Фила: до первого состязания оставалось совсем немного, следовательно утекало и время, отведенное мне Джером на выполнение этого задания.
- Знаешь, а я бы хотел верить в то, что она говорит, - тем временем вздохнул Берт, бросив взгляд на Лину, пропагандировавшую свои идеи за соседним столиком. – Не хочу сражаться с кем-нибудь из этих ребят.
- Вот бы отсюда можно было просто сбежать, - печально проговорила я. – Выбраться из этой тюрьмы, податься на край света, изменив внешность, и спрятаться в маленьком горном домике, чтобы никто не нашел и не потревожил, просто дал дожить жизнь в тишине и покое.
- Хоть сбежать с Карнавала и невозможно, это красивая мечта, - покачал головой мужчина. А после, накрыв мою руку ладонью, добавил: - И я хотел бы осуществить ее с тобой, будь это возможно.
От его слов и этого прикосновения я вздрогнула. Он же прекрасно ощутил мою дрожь, лишь сильнее сжав ладонь. Я почувствовала себя словно в трансе… как вдруг до моих ушей долетела шумиха! Как раз с того места, где сидел Том.
- Ей, парень, не кипятись! – бормотал один из участников (кажется, его звали Жаном), с опасной выставляя руки ладонями вперед, и отдавая здоровяку медальон, который минуту назад выхватил у него из рук «чтобы посмотреть».
- Я буду кипятиться! – рявкнул бывший сержант ВВС, хватая обратно свой медальон. – Это фото моей дочери – все, что мне осталось в память о ней! Мне больше не разрешат увидеть ее, фото в этом медальоне – единственный способ посмотреть на ее лицо! И я порешу каждого, кто притронется к нему!..
- Глупо это, Том, - бросил Питер, кажется бывший егерь. – У кроулов нет семей, а их дети забывают о том, что у них были отцы. Для своей дочери ты больше не существуешь…
- Заткнись! – заорал мужчина, схватив того за ворот футболки. – Это моя девочка! Моя малышка, моя кровиночка!
- Тише-тише, парень, не хотел тебя задеть, - примирительно затараторил Питер. – Я правда без задней мысли. Успокойся, пока всех нас тут разом не шарахнули.
Напряженно сжав зубы, Том спрятал медальон в карман и тяжелым шагом покинул столовую.
- Жаль его, - с тоской проговорил Берт, провожая здоровяка взглядом. – И могу понять этого парня. У меня на свободе осталась младшая сестра. С детства всегда были вместе. Особенно после того, как отец нас бросил, и я остался единственным мужчиной в доме.
- А я по маме скучаю, - сглотнула я, с трудом сдерживая слезы. Которые сейчас были не к месту. – Но она сейчас всеми силами старается забыть, что рожала меня, кормила своим молоком, растила. Что мы с ней гуляли в парке недалеко от нашего дома, и она ходила в школу раздавать всем люли, когда меня обижали одноклассники… Даже сказала, что я не ее родная дочь, а из детдома… Прости, мне пора, - поспешила проговорить я, торопливо вставая из-за стола. И не глядя отправилась в направлении тренировочного зала, на ходу, украдкой, вытирая наполнившиеся влагой глаза.
Следующие несколько дней прошли в тщательном планировании и подготовке. После чего настало время действовать. И я, как ни странно, едва не умерла от страха! Что поймают на горячем, раскроют, заметят. Но мне поразительным образом повезло – не заметили. Все удалось провернуть быстро, четко и ловко. Так что когда я закончила, оставалось только выжидать.
Конечно, здесь полно камер слежения. Вот только я уже давно смекнула, что охрана не будет применять данные с них, чтобы разобраться, кто в чем виноват в терках заключенных. Если что-либо происходило, по первое число выписывали либо тем, кто непосредственно нарывался, либо (что чаще) вообще сразу всем без разбору. Так что никто в самом деле не узнает о том, каким образом во время перерыва на душ медальон с фотографией дочери Тома оказался у Фила в кармане.
И Том, и Фил узнали об этом во время обеда. Когда бывший сержант ВВС, обнаружив пропажу своего сокровища, поднял на уши всех участников Турнира и потребовал вывернуть карманы. Как и все остальные, я без тени смущения показала, что у меня ничего нет. А вот когда медальон выпал из штанов Фила, Том осатанел. Но та ярость, в которую он тогда пришел, не могла пойти ни в какое сравнение с бешенством, захлестнувшим его в тот миг, когда он открыл медальон. И взглянув на миниатюрную фотографию увидел, что она изуродована, расцарапана настолько, что лица восьмилетней светловолосой девочки невозможно теперь даже разглядеть.
Мгновенно побагровев, здоровяк разом набросился на Фила с кулаками. А тот, помня опыт тренировок, конечно же начал защищаться. И первое что он сделал, оценивая силы противника – распорол руку вилкой, высвобождая кровь кроула. Которая, повинуясь его воле, приняла вид кровавого клинка! Большие предметы из крови были нестабильны и ненадежны, форму удавалось удерживать не более пары секунд, но порой и этого было достаточно.
Не теряя времени даром, Том и сам высвободил кровь, но только в виде маленького кровавого ножа. Оба они двигались очень быстро, и мне не удалось уследить, что случилось и как. Помню лишь, что перед тем, как всех участников Турнира отключила охрана, у Фила был проткнут живот, а у Тома рассечен бок.
После этого обоих не было видно в общих комнатах. И поскольку до первого выпуска нового сезона Турнира мертвецов оставалось всего два дня, становилось очевидно: если кому-нибудь из них предстояло выступать в одной из трех первых команд, их участие перенесут на другой выпуск.
- Отлично поработала, - самодовольно хмыкнул Джер Кастер, войдя в мою камеру в последнюю ночь накануне первого дня Турнира. Через час с лишним после того, как мне сообщили, что завтра я впервые сражусь за свою жизнь, и возможно уже больше никогда не вернусь в эту комнату.
Не зная, что ответить, я лишь стояла, потупив взор. И слушала шаги спонсора, с которыми он подошел ко мне вплотную.
- Зачем вам все это? – решилась пробормотать я. Просто потому, что терпеть тишину в присутствии этого человека было еще страшнее, чем разговаривать с ним.
- Тебе такие вещи знать необязательно, - сказал Джер, резко, до боли, намотав на кулак мои собранные в косу светлые волосы. – Твое дело – просто молча выполнять мои приказы. И поскольку с первым ты справилась блестяще, то можешь получить свою награду!
Его поцелуй обжег мои губы настолько неожиданно, что я сумела лишь резко распахнуть глаза. От пульса, бьющего в виски, казалось, что голова вот-вот взорвется. О том, чтобы дышать, и вовсе не могло быть речи. Меня попросту парализовало: жесткими движениями губ, властно скользившим в моем рту языком, коловшей нежное лицо щетиной. Я словно провалилась в бездонную яму, летя в самое сердце черноты и ощущая прохладный ветер, обтекавший кожу. Но самым гадким в этот момент было то, что по какой-то неведомой причине, на уровне сошедшего с ума подсознания, я вздрогнула, ощущая в сердце маленькую горячую искру, которая трепетала, словно запертый в банке мотылек, крылышки которого пылали.
Когда он, отстранившись, обдал мои губы своим дыханием, я так же не шевелилась. Перед глазами все плыло, казалось мутным и нечетким. Словно застывшая во времени статуя, я смотрела в его глаза и сделала единственное движение рукой, случайно коснувшись золотых наручных часов…
Вспышка. Каскад резких и рваных вспышек! Вход в огромный лабиринт, окруженный трибунами с радостной толпой, предвкушающей зрелище. Резкий звук, командующий старт. Ноги в армейских ботинках, со всей силы бегущие по лабиринту. Рука, хватающая пистолет. А потом… а потом Том, выскакивающий из-за поворота! Прыжки, выстрелы, атакующие выпады… и острый нож командо, покрытый тонкой пленкой алой крови, пронзающий мое сердце!..
Что?
Ничего не понимаю.
Я все еще стояла посреди своей камеры, рядом с Джером, точно так же застывшим рядом со мной. Лишь его рука с золотыми часами одернулась.
- Смотри куда суешь свои лапы. Решила стащить мои часы, тварь? - злобно прошипел он. Вот только я видела эту перемену: как ненависть и презрение приходят на место испуга и растерянности, мастерски пытаясь их надежно спрятать в надежде, что я ничего не заметила.
- Это… было…
- Смотри не вздумай сдохнуть завтра в первом же туре, я слишком много денег вложил в твои тренировки, - остервенело фыркнул мужчина, оттолкнув меня от себя. И прежде чем я опомнилась, вышел из камеры.

Около 3 лет
на рынке
Эксклюзивные
предложения
Только интересные
книги
Скидки и подарки
постоянным покупателям