0
Корзина пуста
Войти | Регистрация

Добро пожаловать на Книгоман!

Или войдите через:


Новый покупатель?
Зарегистрироваться
Главная » Кладовка госпожи Ави » Отрывок из книги «Кладовка госпожи Ави»

Отрывок из книги «Кладовка госпожи Ави»

Автор: Ивашева Светлана

Исключительными правами на произведение «Кладовка госпожи Ави» обладает автор — Ивашева Светлана Copyright © Ивашева Светлана

В городском театре «Авэн» шёл вечерний спектакль. Зал был наполовину пуст, постановка Шекспира давно не пользовалась популярностью, и владелец театра уже собирался снять спектакль с репертуара. Но, несмотря на полупустой зал, актёры, любившие «Ромео и Джульетту», в этот вечер  играли как никогда – видимо, мысленно попрощавшись с любимыми образами, решили напоследок воплотиться в своих героев полностью.

В двенадцатом ряду партера, с самого краю, не отрывая глаз от сцены, сидел парень лет двадцати, одетый в поношенную жилетку, застиранную рубаху, старые штаны и грязные башмаки. Несмотря на длинный, острый нос, лицо его было довольно привлекательным: узким, веснушчатым, загорелым, с живыми темно-голубыми глазами и полными губами. Парень, не дыша, следил за действием, губы его то кривились, то радостно улыбались, глаза то вытаращивались, то сощуривались; в момент поединка Ромео с Тибальдом он едва не вскочил со своего места, но, увидев, что Тибальд повержен, остался сидеть.

Шёл пятый акт. Ромео спустился в гробницу, к телу спящей Джульетты, продекламировал:

– «Проклятая утроба, чрево смерти,

Пожравшее прекраснейшее в мире!

Я пасть твою прогнившую раскрою

И накормлю тебя еще – насильно[1]

И тут на весь зал раздался громкий шёпот:

– Погоди! Погоди тут немного, она жива!

Зрители с изумлением обернулись в сторону парня из двенадцатого ряда, который, сложив ладони трубочкой, пытался вывести Ромео из заблуждения. Актёров помеха не отвлекла, возможно, голос незваного суфлёра не достиг их ушей.

На сцене появился Парис, поругался с Ромео, и, после слов последнего: «Я лишь против себя вооружился. Беги отсюда и скажи потом: он спас меня в безумии своем[2]» заявил:

– «Я презираю все твои мольбы. Злодей! Тебя на бой я вызываю[3]

И тут парень из двенадцатого ряда не выдержал. Он, видимо, твёрдо решил поставить зарвавшегося Париса на место, а заодно разъяснить несчастному Ромео, что его возлюбленная жива. Он вскочил и направился к сцене.

Задержать его не успели. В тот момент, когда Парис и Ромео обнажили шпаги, наш герой, вытащив из-за пояса кортик, вспрыгнул на подмостки и крикнул Парису:

– А ну, заткнись, и убирайся отсюда!

Изумленные артисты уставились на неожиданного участника пьесы. Публика в зале зашумела и засмеялась, предполагая, что вмешательство веснушчатого зрителя подстроено, но к сцене уже бежали двое стражников.

Парня схватили под руки. Он энергично сопротивлялся, стараясь сбросить с себя стражей порядка, Парис и Ромео стояли в недоуменном ожидании, а спящая в декорации усыпальницы Джульетта не удержалась и подняла голову, чтобы посмотреть, что происходит. Это была очень хорошенькая молодая актриса, с большими голубыми глазами, изящным прямым носом, пухлыми губками и роскошными русыми волосами. Она удивлённо, однако с большим интересом разглядывала неожиданного защитника Ромео. Парень, заметив, что Джульетта подняла голову, радостно закричал влюблённому изгнаннику:

– Вот, что я тебе говорил! Она жива!

Зал грохнул хохотом. Растерянный Ромео обернулся к Джульетте, потом снова посмотрел на своего веснушчатого заступника, которого пытались увести охранники, потом озадаченно глянул на Париса. Тот не выдержал и прыснул. Его играл высокий, смазливый, белокурый парень. Исполнитель роли Ромео ростом был пониже, телом худощав, имел тонкие черты лица и грустные глаза. Он растерянно поморгал ими, искренне недоумевая, как артисту следует себя вести в такой ситуации. Публика с интересом ожидала, что же будет дальше.

Наконец стражникам удалось утащить виновника переполоха за кулисы. Шум в зале понемногу утих, Джульетта опустила голову на своё ложе и снова закрыла глаза, поединок Париса и Ромео возобновился с того места, на котором был прерван.

 

После окончания спектакля, сняв грим и переодевшись, молодые актёры гурьбой отправились в таверну Януса, наперебой обсуждая произошедшее.

– Слышишь, Ален, он был готов сразиться с тобой!

– Вот ведь придурок, – хохотал актёр, который играл Париса – его звали Ален. – И откуда он только взялся?! Я за всю свою жизнь таких не видел!

– Видишь, Реми, какое впечатление производит твоя игра? Твои страдания пробуждают в людях желание тебе помочь, – заметил актёру, игравшему Ромео, исполнитель роли Меркуцио.

Реми шёл рядом с девушкой, игравшей Джульетту, приобняв её за плечи. Он покачал головой:

– Жаль, что Гестор снимает спектакль. Это моя любимая роль.

– Теперь, – захохотал Ален, – он передумает. После такого шоу народ повалит на Шекспира валом!

– Гестору следовало бы взять этого клоуна в нашу труппу, – заметил «Меркуцио». – Интересно узнать, что с ним сделали, после того, как увели.

– В сумасшедший дом отправили, полагаю, – заявил исполнитель роли Тибальда.

Веселясь, молодёжь толпой ввалилась к Янусу и расположилась за длинным столом. Заказали пиво, отбивные с жареной картошкой, маринованных пикулей и продолжили беседу.

– А интересно, чем бы это закончилось, не вмешайся стража?

– Я уже не сидел бы тут, – заявил Ален. – Он заколол бы меня своим кинжалом! Вы же знаете, где я проводил время вместо уроков фехтования, – он заржал.

– Где, Ален?

– В постели жены нашего учителя фехтования, – пояснил за партнёра «Меркуцио», и захохотали все.

В этот момент дверь таверны отворилась, и в неё преспокойно зашёл парень – виновник царящего веселья.

Актёры сразу же узнали его. Все, как один, замолчали и уставились на вошедшего.

Увидев их, парень, ничуть не смутился, напротив, обрадовался и направился прямо к столу артистов. Шумные возгласы приветствовали его:

– Какая приятная неожиданность! Иди сюда! Тут Парис – ждёт тебя не дождётся!

– Садись к нам, чудик, – пригласил парня Ален.

– От чудика слышу, – парировал парень и смело уселся на скамью с краю, оказавшись между Аленом и Реми, сидящим в торце стола возле своей «Джульетты».

– Реми, – представился последний, протянув новому соседу руку.

– Андрог, – отрекомендовался парень.

– Ка-ак? – переспросил Ален, услышав необычное имя.

– Андрог, – повторил парень, обернувшись к нему. – «Андрог» – значит мужественный! А тебя как звать, чудик?

– Вот хамить здесь не надо, – предупредил Ален. – Меня зовут Ален, а ты веди себя прилично.

– Ты первый начал называть меня чудиком, – возразил Андрог.

– А кто же ты, если не чудик? Ты что, в театре ни разу не был?

– Не был, а что? – с вызовом сказал Андрог.

– Откуда же ты взялся такой? – спросил удивлённый Ален.

– Это какой – такой? – сильно прищурившись, поинтересовался Андрог.

– Оставь человека, Ален, – неожиданно проговорила девушка, игравшая Джульетту. – Может быть, он и вправду впервые в театре.

Тёмно-голубые глаза Андрога впились в «Джульетту». Казалось, он только сейчас заметил девушку и жадно её изучал.

– А тебя как зовут, крошка? – полюбопытствовал он.

– Она не крошка, а моя невеста, – холодно проинформировал его Реми.

– Моё имя – Анита, – спокойно произнесла девушка, также внимательно изучая Андрога, как он её. – Будем знакомы. Хочешь пива? Может быть, чего-нибудь покрепче? Ребята угостят тебя.

Реми окинул свою невесту неожиданно потемневшим взором. Потом перевёл глаза на Андрога:

– Хочешь пива, или чего-нибудь покрепче?

Анита и Андрог не отводили друг от друга глаз.

– Я могу за себя заплатить, – негромко заметил Андрог, с упором на слово «могу».

– Не сомневаюсь, – откликнулась Анита. – Но ты наш гость, и мы хотим угостить тебя.

– А я хочу угостить всех вас! – заявил вдруг Андрог. – Вы чертовски здорово играли. Эй, хозяин! Ещё пива для всего стола!

– Какие широкие жесты, – фыркнул Ален как бы про себя, но Андрог услышал. Он резко повернулся к соседу.

– Мне очень понравился спектакль, – с вызовом сказал он. – И ты играл неплохо. Но этот – просто бесподобно, – он кивнул на Реми.

– Объясни лучше, как это тебя так быстро отпустили? – потребовал исполнитель роли Меркуцио. – Почему не отправили в тюрьму за хулиганство?

– За меня попросил ваш директор, – ответил Андрог.

– Гестор? – удивленно уточнил «Меркуцио». – Тебя отвели к нему? И он заступился? На него не похоже…

– Он толковый, – объяснил Андрог. – Я договорился с ним.

– Как это любопытно… – произнёс Ален. – Да ты талантливый дипломат, оказывается!

– А ты, по-моему, слишком много болтаешь, – отрезал Андрог. – Не забудь, что чудом остался жив! Ещё минута, и я пырнул бы тебя кинжалом!

– Да ты грубиян, каких мало! – воскликнул рассерженный Ален. – Кинжала у меня, конечно, нет, а вот морду я бы тебе набил с удовольствием!

Андрог тут же вскочил:

– Пошли, выйдем!

Ален медленно поднялся.

– Сядь, сядь. Прекратите! – раздались голоса за столом.

– Не надо! – послышался девичий голос. Андрог услышал его и посмотрел на Аниту, которой принадлежал этот голос.

– Не надо, – повторила она.

Ален, при всём своём бахвальстве, вовсе не был уверен, что победит в драке. Он воспользовался ситуацией и, как бы нехотя, опустился на своё место. Андрог сел тоже, стрельнул взглядом в Аниту, повернулся к Алену и тихо-тихо проговорил:

– В другой раз. Без свидетелей.

– Договорились, – так же тихо, с угрозой произнёс Ален.

 

Актёры кутили до поздней ночи. Янусу их попойки были привычны: его таверна находилась неподалёку от театра «Авэн», и эта ватага частенько собиралась у него после спектакля. Он принимал их охотно: шумные, но живые и весёлые, к тому же большие любители его знаменитого пива. У Януса была собственная пивоварня, которой он очень гордился.

Андрог сдержал слово – он угостил всех и неоднократно, хотя судя по его одежде, трудно было предположить в нём такую королевскую щедрость.

Но всё когда-нибудь заканчивается; наконец, артисты стали собираться домой.

– Где ты живешь? – спросил Реми Андрога.

– У дядюшки. У Грина.

– Грин – твой дядюшка? – удивился «Тибальд». – Однако! Мы хорошо знаем его кабачок!

– Зато я с трудом найду его теперь, – сообщил Андрог. – Я приехал только вчера, и совсем не знаю города.

– Нам почти по пути, – сказал Реми, – я живу в двух шагах от Грина. Но я должен проводить домой Аниту.

– Идем, – небрежно сказал Андрог, – проводим Аниту, потом ты покажешь мне дорогу к дядюшке.

– Пока, друзья! – обратился Реми к остальным.

– Пока-пока, – отозвался сильно подвыпивший Ален и покосился на Андрога:

– Я помню наш уговор… помню… всё-всё помню…

– Помню и я! – блеснул глазами Андрог. – Пока, ребята!



[1] Шекспир. Ромео и Джульетта. Акт V, сцена 2. Пер. Т. Щепкиной-Куперник

[2] Там же

[3]Там же

Около 3 лет
на рынке
Эксклюзивные
предложения
Только интересные
книги
Скидки и подарки
постоянным покупателям