0
Корзина пуста
Войти | Регистрация

Добро пожаловать на Книгоман!

Или войдите через:


Новый покупатель?
Зарегистрироваться
Главная » Клёпа в стране Пирамид » Отрывок из книги «Клёпа в стране Пирамид»

Отрывок из книги «Клёпа в стране Пирамид»

Автор: Хусаинова Нигина

Исключительными правами на произведение «Клёпа в стране Пирамид» обладает автор — Хусаинова Нигина Copyright © Хусаинова Нигина

Пролог

     Яркое полуденное солнце припекало так, что хотелось искупаться в первой попавшейся луже. В Ярославле такие дни выпадали редкими и, считались аномальной жарой. Клёпа стояла недалеко от ворот института, обмахиваясь тетрадкой, в ожидании подруги. Наконец, Томка, стуча каблучками по плитке, вышла из здания.

  — Ну, наконец-то! — выпалила Клёпа. — Я тут упрела совсем.

  — Так вошла бы, — улыбнулась Тамара, чмокая подругу в щеку.

  — Да ну, — махнула рукой Клёпа. — Я же типа болею. Идем?

Тома кивнула и, девушки направились к остановке. Честно признаться, Клёпе не нравилось собственное имя. Даже, несмотря на всю любовь к Египту. Но родители те еще выдумщики. Именно поэтому она и сократила «Клеопатру» до «Клёпы». В детстве ее, правда, дразнили Клёпой из «АБВГДЕЙКИ». И все же, считала она, что это намного лучше, чем Клеопатра. 

     Работая волонтером ко дню победы, Клёпа видела на «Стрелке» знаменитость Клаву Коку. Сначала она решила, что певица снимает свой блог. А вчера узнала о премьере передачи «Орла и Решки». И вот теперь, они с Тамарой торопились домой к телевизору. Едва шоу закончилось, как они рванули к назначенному месту.

По сути, Клёпа не нуждалась в этих деньгах. Ей просто был интересен сам процесс поиска. И она даже не надеялась на удачу.

Идя под руку с Томкой по узкой улице Пушкина, они искали тридцать четвертый дом. Как, оказалось, найти его было не так легко. Дойдя до двадцатого дома, подруги вышли к «Ауре». Свои поиски они начали от театра имени Волкова. Так как с него и начиналась улица. И прошли довольно долгий путь. Тамара окончательно устала и от ходьбы и от жары. Поэтому когда они вышли к торговому центру, заявила:

  — Клёп, пошли домой, а? Или давай в кафе зайдем. Мороженку слопаем…

  — Не, Том, ну мы уже здесь. Давай еще чуток поищем?

  — Хочешь я тебе дам эти сто долларов, а?

  — Да, ну! Ты не понимаешь. Не в деньгах дело. Давай вернемся назад и поищем во дворах? Наверняка этот дом где-то внутри?

  — Хорошо, — сдалась Томка, видя умоляющий взгляд подруги. Но только недолго…

Клёпа шла впереди, ища табличку с названием улицы и нужным номером дома. И, о чудо! Ей таки повезло.

  — Томка, гляди! — радостно завизжала она. — Мы нашли этот дом!

  — Да-да, — без особого энтузиазма отозвалась подруга. — Это всего лишь дом, а ты так орешь, как будто саму бутылку нашла.

  — Ай, да ну тебя!

Клёпа помнила, что ведущий, прятал бутылку в развалинах за домом тридцать четыре. Позади него, на стене, имелось синее граффити, а рядом стояла плита. Вот за нее-то и спрятали бутыль.

Девушки облазили все развалины, но не нашли и намека на синее граффити.

Клёпа остановилась возле какой-то заброшенной сарайки. Около входа, валялись пивные банки, пустые пачки сигарет, бычки и много другого мусора.

  — Ну, нет! — Твердо и с отвращением заявила Тамара. — Я туда ни за какие пряники не сунусь. Клёпа, не вздумай! Давай лучше я тебе дам эти сто долларов, — уже в сотый раз предложила она. — И мы, наконец, пойдем домой…

Но Клёпа подругу уже не слушала. Обходя груду мусора, стараясь не угодить в какую-нибудь лужу неизвестного происхождения, она вошла внутрь. Удивительно, но внутри было чисто. Пахло чем-то затхлым и плесенью, но на этом все. Никаких других противных запахов, которые здесь были ожидаемы, Клёпа не учуяла. Крыша у сарайки отсутствовала, и солнечный свет хорошо освещал помещение. Что помогало спокойно ориентироваться.

  — Я нашла! — крикнула Клёпа подруге. На одной из стен имелось то самое синее граффити: ночное небо и ракета.

  — Бутылку?! — Удивилась Томка. Честно говоря, она полагала, что ее и без них уже давно нашли. Или же вообще, все это лохотрон. И никакой бутылки изначально не было.

  — Нет, — отозвалась Клёпа. — Граффити. То самое, что и в передаче. И плита здесь же…

  — И охота было чистенькому ведущему, переть сюда? Нет бы, где на Стрелке спрятать или у мишки…

Томка стояла в ожидании подруги. Минуты текли, а Клёпа все не выходила. Тамара громко позвала ее, но та не отозвалась. Преодолевая отвращение, Томка вошла следом за подругой. Но увидела лишь пустое помещение. Клёпы нигде не было.

***

     Из-под плиты торчало горлышко бутылки. Клёпа ликовала. Она не только получила удовольствие от поисков, почувствовав себя настоящим археологом. Но и бонус. Оттряхнув стеклянный сосуд от налипшей грязи, Клёпа удивилась.

  — Ну, и затейники эти ведущие… — пробубнила она. Бутылка абсолютно не была похожа на ту, что оставляют ведущие передачи. Эта скорее напоминала колбу или елочную игрушку. Сосуд из коричневого стекла с заостренным, словно пика, горлышком, от которой словно раздувался шар. На дне, лежал свернутый трубочкой, лист.

«Хм, наверное, там и сто долларов закручены… — подумала Клёпа».

Но понятия не имела, как открыть непонятный сосуд. Колба как будто литая и не имела никакой пробки или крышки. Скорее всего, предполагалось разбить ее, что собственно Клёпа и сделала. Размахнувшись, как следует, она опустила бутыль на бортик  каменной плиты. Послышался звон битого стекла, и заветное содержимое оказалось на свободе. Но это были вовсе не деньги, как Мальцева думала в самом начале. Свернутый лист оказался папирусом, обмотанный бичевой веревкой и закреплен восковой печатью. И для Клёпы, это было даже лучше, чем сто долларов. Осторожно развернув пожелтевший лист, увидела несколько строчек. Она, конечно же, не являлась историком-археологом, но знала достаточно о горячо любимой стране. И без труда смогла прочитать написанное египетскими иероглифами.

Если у других людей, комнаты были увешаны китайскими иероглифами, то у Мальцевой стены заполонили всякого рода  рисунки, которыми раньше пользовались египтяне.    

В переводе на русский язык, замысловатое послание звучало так:

«Вот повесть начинается сия. О деве, что жрицей Сета станет. Его от хаоса в душе избавит. Шепнет лишь дева, «Я тебя люблю». Забудет к брату, он ненависть свою».

  — Что за бред? — Поразилась Клёпа. Решив, что это чья-то шутка.

Но мысль додумать не успела. Она уронила свиток, словно тот был раскаленным железом. С того места, куда упал лист папируса, повалил густой дым. На глазах проступили слезы, дышать было невозможно. Клёпа закашлялась, пытаясь выйти из заброшенной сарайки. Но земля ушла из-под ног. Буквально. И она с ужасом и немым криком наблюдала, как проваливается в зияющую черноту.

Глава 1

     Вокруг стоял полумрак. Мягкий свет факелов местами освещал бетонное помещение. Голова жутко гудела, намереваясь лопнуть. В глазах двоилось, словно Клёпа проснулась после хорошей пьянки. Хотя, наверное, так и есть. Потому как окружающий пейзаж никак не укладывался в голове. Судя по настенным рисункам, и внутреннему убранству помещения, она оказалась в одной из множества комнат внутри пирамиды. А ведь это совершенно невозможно! Или, возможно? Последнее, что Мальцева помнила, так это граффити и зияющую черноту, в которую, кстати говоря, она провалилась. И что? Получается, под заброшенной сарайкой, оказалась пирамида? Да быть не может!

Клёпа сняла ближайший факел с подставки и обошла стены комнаты, всматриваясь в наскальные рисунки. Судя по ним, она находилась в пирамиде Хафра. Данное помещение оказалось местом для возвращения Ба[1]. Возле центральной стены, во весь рост стояла статуя фараона. Клёпа лишь удивлялась, как египтянам удавалось сделать такую точную статую без современных технологий. Но любоваться долго было нельзя. Из пирамиды нужно выбираться. Здесь слишком мало воздуха, плюс ко всему, еще и горят факелы, которые быстро потребляют кислород.

  — Эх, жаль моя сумочка у Томки осталась… — тихо произнесла она. — Сейчас бы сфоткать всю эту красоту. Хотя, скорее всего, — бубнила Клёпа себе под нос, выходя в очень узкий коридор. — Я, наверное, сейчас валяюсь без сознания на дне какой-нибудь ямы, а это всего лишь сон. Ну, или бред.

Честно признаться было страшно. Сначала, конечно же, любопытно. Но стоило ей встать перед выходом, где тянулся коридор, стало страшно. Что если не сон? Что еще хуже, она отсюда никогда не выберется. Да и вообще, Клёпа столько раз слышала о похороненных заживо, что это стало ее фобией. И что теперь? Это реально случилось с ней. Да, это не узкий гроб, но все же могила. Где-то здесь, должна быть усыпальница. Обычно, рядом с саркофагом имеется рычаг, который открывает путь к выходу: стены раздвигаются, пропуская к лестнице, ведущей наверх. И нужно было отыскать это помещение, до того, как закончится воздух. Хотя, это еще более странно. В этой пирамиде по всем законам уже давно должны были потухнуть факелы и улетучиться весь кислород.

  — Я подумаю об этом позже… — продолжала разговаривать Клёпа сама с собой. Так, по крайней мере, было не страшно. Собственным голосом, она заглушала всякого рода шорохи, которые любого могли напугать до седины.

Клёпа не страдала клаустрофобией, но слишком узких мест, таких, как этот коридор, боялась. В детстве даже не пряталась под кроватью, если расстояние между полом и постелью было мало.

Но сейчас, выбирать не приходилось. Поэтому Клёпа мелкими и быстрыми шагами шла вдоль тесных стен. По сути, здесь должны быть указатели для Ба, чтобы он смог найти тело, а точнее мумию. А их почему-то не было. Клёпе пришло пробираться наобум. Коридор заканчивался поворотом, Мальцева уже почти завернула и истошно завизжала, уронив факел.

  — Твою мать! — прошипела Клёпа. — Ты кто такой? — Спросила она у мужчины в белой тоге, который явно был напуган не меньше, чем сама Мальцева.

  — Назир, — тихо ответил незнакомец. — Хранитель покоев фараона, ныне почившего.

  — И что ты тут делаешь?

  — Как это? — Удивился Назир. — Я слуга. А когда фараон уходит в иной мир, вместе с ним отправляют приближенных слуг и жену. И даже верную лошадь.

У Клёпы чуть челюсть не отвисла. Нет, она конечно не раз читала об этом, но в то, что это являлось правдой, особо  не верила.

Так, стоп! То есть получается, она в пирамиде Хафры, которого поместили в усыпальницу не позднее трех дней. Дольше бы Назир здесь не прожил. Значит сейчас, 2480 год до нашей эры!

  — Нужно выбираться отсюда! И немедленно…

  — Ты что?! — Отшатнулся Назир. — Мы не можем. Не имеем право. Ты ведь наложница, да? Хотя я не помню тебя. Наверное, — рассуждал хранитель. — Ты нечасто приходила в покои Повелителя.

  — Значит так! Во-первых, я не наложница! — заявила она таким тоном, чтобы у Назира отпали все сомнения. — А во-вторых, ты как хочешь, но я сваливаю отсюда! Пока еще дышу. Где саркофаг и канопы[2] не подскажешь?

  — Там, — растерянно указал Назир в противоположную сторону.

  — Пошли! — Клёпа уверенно взяла его за руку и потащила в главную комнату. По сути, храм внутри пирамиды.

В этой комнате было намного светлее, чем в остальных помещениях. Стены усыпальницы украшали письмена, но Клёпа не стала вникать и тратить драгоценное время. У стены прямо по центру, стоял саркофаг. Сбоку от него расположилась ниша с канопами. Несмотря на то, что в сосудах хранились органы, в храме не воняло. Пахло какими-то бальзамами и травами. Справа от саркофага была еще одна ниша, на которой лежала Книга Мертвых. Как сказал какой-то ученый, «Древние египтяне, всю жизнь готовятся к смерти». Но все равно сомневаются. И именно поэтому рядом с саркофагом оставляют книгу. Этакая шпаргалка для усопшего. Ведь до врат Царства Анубиса еще нужно добраться. А для этого, придется выучить множество заклинаний, имена всех демонов и стражей у каждых ворот.

Клёпа осмотрелась в поисках рычага. Но не нашла ничего похожего.

  — Что ты ищешь? — спросил Назир, озираясь.

  — Рычаг, который выведет нас к выходу.

  — О, Великий Осирис! — Возвел он руки кверху. — Отсюда нет выхода! Пирамиды строят таким образом, чтобы вандалы и грабители не смогли попасть сюда. Только главный архитектор знает эту тайную лазейку.

  — Да-да, — отмахнулась Мальцева. — Это же пирамида Хафры?

Назир кивнул.

  — Значит, выход есть. И рычаг тоже…

  — Да ты-то, откуда знаешь?!

  — По телевизору видела. Люблю я передачи о Древнем Египте и всяких раскопках…

  — О Древнем Египте?

  — Эм, да.

Но как бы Клёпа не была уверена, а рычаг и правда отсутствовал. Дышать становилось труднее. Огонь, который освещал храм, потреблял кислород не меньше, чем они сами.

  — Потуши все факелы, а один дай мне. — Попросила Клёпа.

  — Нельзя! — Возразил Назир — Харам[3]!

  — Ты хочешь, чтобы мы умерли здесь? Я вот лично не хочу!

  — Но ты осквернишь это место, погрузив его в темноту.

Клёпа подошла к хранителю.

  — Назир, посмотри на меня. Ты хочешь жить? Ответь!

Мужчина кивнул.

  — И я хочу. Так что, туши факелы. Как только мы найдем выход, я снова зажгу их. Обещаю.

Она облазила помещение вдоль и поперек, но рычаг так и не нашла. Клёпа обессилено прислонилась к одной из стен. Послышался звук, как будто рушились бетонные блоки. И Клёпа с ужасом наблюдала, как опускается потолок. Сбывался самый худший ее кошмар. Быть придавленной.

  — Эй, я не знаю, как тебя зовут… — залепетал Назир. — Но что происходит?

  — Клёпа. — Ответила она. Голос дрожал от страха. Умирать вот так, не хотелось.

Клёпа судорожно стала ощупывать стену. И, о чудо!  Нашла выступающую плиту. Терять уже было нечего, поэтому уверенно вдавила ее. Потолок замер и больше не опускался. Зато в полу образовалась ниша и лестница, ведущая в еще один узкий коридор. Прежде чем спуститься, Клёпа обошла все факелы, зажигая их. Взяла за руку Назира и шагнула в темный туннель.

***

     Томка осторожно заглянула в зияющую дыру и с ужасом отпрянула. Подруга лежала в неестественной позе. Сложно было понять, жива ли она вообще. Трясущимися пальцами, набрала номер экстренных служб. Кое-как заикаясь, продиктовала адрес. Удивительно, но Скорая приехала довольно быстро.

Уже в больнице, врач пояснил, что они ввели Клёпу в искусственную кому. Когда станет возможным, они проведут операцию. Доктор убедил Тамару отправиться домой. Что смысла находиться в больнице, нет. И подруга уехала.

***

     Коридор казался бесконечным. Но вдалеке забрезжил маленький и неестественный для этой пирамиды свет. Клёпа ускорила темп, таща за собой Назира. Она лишь удивлялась тому, как этот хрупкий и слегка трусливый юноша вообще мог быть хранителем покоев.

Девушка с пафосным именем Клеопатра и довольно простецкой фамилией Мальцева, почти бежала. Под босыми ногами то и дело что-то хрустело. Насмотревшись фильмов про пирамиды, она даже думать, не хотела о том, на что именно наступила. Маячивший впереди свет, словно дразнил. Казалось, что еще чуть-чуть и ты у цели, но лучик как будто отстранялся. Чем быстрее Клёпа шла, тем дальше становился свет.

  — Все! Все! — Почти захныкал Назир. — Откуда только в тебе столько энергии? Ты что перед погребением сеонка[4] перепила?

  — Понятия не имею что это такое! — разозлилась Клёпа. — Но лично я тоже устала. И начинаю задыхаться. В принципе, ничто не мешает мне бросить тебя здесь одного в компании трупа! Но, — она упрямо вгляделась в смуглое лицо Назира. — Моя совесть меня потом сожрет! Так что прекрати хныкать, как девчонка! Осталось еще немного…

  — Ты и до этого так говорила. И до этого, и до этого, так говорила. И…

  — Хватит! — Оборвала его причитания Клёпа. — Пойми, — уже мягче начала она. — Здесь слишком мало воздуха остается. Нам нужно выбираться. Ты может и привычный к такому, но я нет. И уж извини. Не могу бросить живого человека умирать. А кстати, — вдруг опомнилась Клёпа. — Кроме тебя еще живые здесь есть? Жена, слуги?

Назир отрицательно покачал головой.

  — Ладно, обещаю больше не задерживать тебя. И, спасибо что не бро…

Фразу Назир так и не договорил. Маленький брезжащий свет, вдруг стал огромной вспышкой, которая осветила весь коридор. И после этого погрузила его в кромешный мрак. Даже факел, который дарил хоть немного света, потух. И зажигать его было нечем.

Сначала было тихо-тихо. Даже сопровождающий их все это время шорох затих. Клёпа замерла в ожидании чего угодно. Странно, но Назир, ноющий всю дорогу тоже не проронил ни слова. С того конца коридора, где сиял лучик света, стал приближаться маленький огненный шарик. И только когда он приблизился, Клёпа поняла, что «огонек» плыл по воздуху не сам по себе. Перед ними стояла женщина, а в руках держала посох, который и венчал этот огненный шарик. Тело незнакомки покрывали множество непонятных татуировок, выглядывавшие из-под прозрачного одеяния. Женщину, казалось, совершенно не смущал ее вид. На иссиня-черные волосы бросал блики шарик света, что парил в воздухе.

  — Приветствую тебя, Клеопатра Мальцева в пирамиде Хафры. Я — Богиня Мут. 

К удивлению Клёпы богиня Судьбы поклонилась ей. Обычному человеку.

  — На тебя возложена очень ответственная миссия…

  — На меня? — Бесцеремонно перебила она богиню.

Мут кивнула и продолжила:

  — Ты прочитала послание. Ты смогла выбраться из этой гробницы. Ты, Избранная мной.

  — Да ну?!

Клёпа уже окончательно начала сомневаться в здравости своего рассудка.

  — Послушайте, вы можете вернуть меня домой? Меня там подруга ждет, институт, парень, за которого, между прочим, я собираюсь замуж. Отпустите меня, а?

После всей тирады, она думала, что богиня разозлится, но та лишь тепло улыбнулась и продолжила:

  — Я не могу тебя вернуть домой. Ты должна исполнить возложенную на тебя миссию.

  — Кем возложенную?

  — Мной…

Клёпа обернулась посмотреть на своего спутника, но Назир словно замер. Казалось, он даже не моргал.

  — Назир нас не слышит… — подтвердила догадки Мут. — Клёпа, — уже мягче, словно мать или бабушка продолжила богиня: — Я тебе покажу кое-что…

Богиня взмахнула посохом и на стене, словно по телевизору, замелькали картинки. Показалась та самая яма, куда Клёпа провалилась. Затем подруга, Скорая, увозившая бездыханное тело Мальцевой. Больницу, кучу приборов, всевозможных трубок и рыдающая Томка.

  — Я, умерла? — дрожащим голосом, спросила она у богини.

  — Еще нет. В вашем мире, это называется кома. Но, скоро умрешь. И я, хочу заключить с тобой сделку. Ты поможешь мне, а я тебе…

  — Вы вернете мне жизнь?

Богиня кивнула.

  — Я слишком долго живу в вашем мире. И мне стали подвластны судьбы не только богов и людей Египта, но и ваши. Уже много лет, я незримо помогаю людям. И я знала заранее, что тебя ждет. Поэтому решила дать тебе шанс. Я заменила ту бутылку на свою, с заклинанием. Теперь ты здесь…

  — Но что я должна сделать?

Клёпа с трудом верила в происходящее и надеялась, что это все жуткий сон. Но девушка на больничной кровати, очень была похожа на нее. И, словно прочитав мысли Мальцевой, богиня произнесла:

  — Это не сон, Клеопатра. И от тебя требуется только одно: избавить Сета от ненависти к брату.

  — О! — Воскликнула Клёпа. — По-вашему, это вот так просто? Сет, он же бог войны. Злой, как тысяча чертей! И, если не ошибаюсь, именно он убьет Осириса, заманив его в ловушку.

Богиня улыбнулась.

  — Я знала, что не ошиблась в тебе. Это действительно непросто. И лишь единственная вещь, что может избавить Сета от ненависти…

  — И что это?

  — Любовь. — Мут пожала плечами. — Прямо противоположное чувство. Только оно способно избавить его от черноты в сердце. И пока его можно спасти. Пока в его сердце есть хоть немного света, я должна попытаться.

  — Только маленькая поправочка, это я буду пытаться, не так ли?

Мут кивнула.

  — То есть, я должна буду влюбить в себя Сета… — Клёпа сама поражалась тому, с какой легкостью ведет беседу. Но любопытство было настолько велико, что Мальцева даже собиралась рискнуть. В конце концов, на кону ее жизнь. Именно она будет призом в этой нелегкой игре. — А вы не думаете, что после того как я исчезну из его жизни, при этом влюбив его в себя, это сломает его. И он озвереет еще больше?

  — Такое не исключено, но… — Богиня замолчала. — В любом случае, это уже будет только моя проблема. Так ты согласна?

  — Согласна…

Клёпа ожидала какой-нибудь ритуал, подтверждающий их договор. Скреплением кровью или что-то в этом роде. Но ничего такого не последовало.

  — И все?

  — Твоего слова достаточно. Не думаю, что ты обманешь меня. А я, никогда не обманываю. Иначе, не была бы той, кем являюсь!

Глава2

     Та Кемет — небольшая страна, в которой и находился дворец Сета. Храмом его сложно было назвать. Жриц у Бога Войны и Пустыни не существовало. Люди ему не поклонялись. Скорее наоборот, боялись и обходили стороной. Лишь небольшая горстка людей поддерживала Сета в его маленьком противостоянии Осирису. Он хотел править Верхним Египтом, как и его брат. Хотел, чтобы его почитали и уважали, а вместо этого, получил только жизнь отшельника и людской страх.

С раннего утра здесь кипела жизнь. Пчеловоды развозили мед, пекари — хлеб и лепешки, пивовары — ячменное зелье. Высекатели статуэток и другие ремесленники горласто расхваливали свои товары. Рыбаки зазывали купить свежую рыбу, охотники шкурку и мясо животных.

Повсюду звучала музыка и только в одном дворце, окна были плотно занавешены. Двери наглухо заперты, а вдоль плетеной изгороди, окружавшей сад, бродили стражники, вооруженные мечами и копьями. Это и был дворец Сета. По сути, Бог Пустыни больше был похож на какого-нибудь темного правителя, чем на бога.

Клёпа подошла к дверям. Богиня Судьбы дала ей полную свободу действий в отношениях с Сетом. Ей лишь важен результат — его любовь. Мальцева встала перед двумя стражами, которые с интересом разглядывали ее. Оно и понятно. Вряд ли, какая-нибудь девушка в здравом уме, подойдет к этим дверям, больше похожим на врата ада, чем на вход во дворец.

  — Кто ты? И что тебя привело? — Словно очнувшись от оцепенения, пробасил один из стражей.

Клёпа низко поклонилась и тихо прошептала:

  — Я — будущая жрица Владыки Пустыни…

Стражники хмуро переглянулись, после чего один из них постучал в дверь из черного эфиопского дерева. На одной из створок было изображено пламя. Да так реалистично, что казалось можно почувствовать жар. На второй створке изображалась какая-то птица, гордо парящая в ночном небе и, поднимая песчаную бурю своими крыльями. Створка с птицей распахнулась, и стражник велел войти. Внутри дворец оказался не менее мрачным, чем снаружи. И даже богатое убранство не делало помещение уютным.  

Косые, неяркие солнечные лучи, падая сквозь окна в крыше главного зала, веером рассыпались в разные стороны, освещая его. По центру комнаты стоял огромный стол с винами и кушаньями. Вокруг него на мягких креслах с резными подлокотниками, золотыми спинками и ножками в виде звериных лап, сидели несколько человек. И все эти люди разом уставились на нее. Повисла недолгая пауза, которая казалось, тянулась вечность. Наконец, единственная женщина в этом зале встала и прошлась до того места, где стояла Клёпа.

  — Ну, надо же! — Хлопнув в ладоши и, обойдя Мальцеву, воскликнула незнакомка. — Великому Сету прислали жрицу!

Женщина рассмеялась, отчего Клёпе стало не по себе. Судя по ее царственной походке, жестам и призрению, которым она одарила Клёпу, то явно являлась из высшего сословия.

Клёпа перевела взгляд на того, к кому обращалась женщина. Мужчина сидел во главе стола, откинувшись на спинку кресла. Кроваво-красные глаза с любопытством рассматривали ее. Он взмахнул рукой, откидывая прядь красных, словно горячий песок волос за плечо. И, Клёпа с ужасом заметила когти на пальцах Бога Пустыни. Слегка изогнутые, как будто когти хищной птицы. При этом казалось, что они из металла. Мальцева перевела взгляд с рук на одежду, в которой был облачен Сет. Черная, шелковая ткань свободно ниспадала до талии. Как будто он надел слишком большую футболку. Во что он был одет ниже, Клёпа не видела, мешал стол. В зале снова стояла гнетущая тишина, когда вновь заговорила женщина, которая незаметно вернулась на свое место.

  — Великий Правитель, что ты намерен делать? — тихо поинтересовалась она, нагнувшись близко к Сету.

  — Посмотрим, действительно ли ты жрица! — Обратился Сет к Клёпе, игнорируя вопрос гостьи. — Для начала, ты должна знать, что жрица обязана уметь делать несколько вещей: красиво петь, читать стихи. Умела играть на лютне. И самое главное — танец. Ты должна танцевать так, чтобы в глазах того, для кого танцуешь, зажегся огонь. Ты понимаешь меня?

Клёпа замерла. Допустим, спеть или прочитать стих проблемы не составляло, станцевать, вроде тоже. Но вот игра на лютне… вроде этот инструмент похож на гитару. И как-то некстати вспомнилась песня: «Мне бы разучить три аккорда. Три аккорда, не так уж мало. И тогда бы, я б умела, я б играла…». Голос какой-то девчушки вернул ее в реальность.

  — Вот, — протягивала она лютню.

И, правда, инструмент был похож на гитару или русскую балалайку. Вот только верх грифа был изогнут под прямым углом.

«Ладно, — мысленно взбодрилась она. — Не сложнее, чем на гитаре. А вот на гитаре, Клёпа играть немножко, но умела. Осталось надеяться, что здесь получится так же».

Она приняла из рук инструмент, поискала глазами, где можно присесть. И, найдя деревянный стул, явно отличавшийся от роскошных кресел в зале, села. Положив лютню на колени, приложила пальцы к жилам грифа. Глубоко вздохнув, левой рукой она прижала струны на грифе «ставя аккорды», а правой ударила сверху вниз практически по всем струнам. И в такт игре на лютне запела песню, которую отец напевал ей вместо колыбельной.

«Ярко светит луна, озаряя просторы.

По дороге степной, проскакали ковбои.

Проскакали они —

Семь ножей, семь наганов,

Семь усталых коней,

Семь повисших арканов».

Клёпа прервалась на миг, но Сет коротко приказал:

  — Продолжай!

«Ярко свечи горят… — вновь запела она. — Виски льются рекою,

За широким столом, веселятся ковбои.

Веселятся они — в шайке их восемнадцать».

  — Стоп! — прервал бог. — Их же вроде семь было? — Удивленно поинтересовался он.

 «Надо же! — Усмехнулась Клёпа. — А он и правда слушает…».

  — Так это другие ковбои, — пояснила она. — Разные банды…

  — Продолжай… — милостиво позволил он.

«Приказали семи, тем ковбоям убраться…

А ковбои в ответ:

Мы парнишки лихие.

И не любим когда, нам мешают другие!».

  — Может уже хватит? — Осторожно спросила Клёпа. — Думаю, это испытание я прошла?

  — Хорошо, — смилостивился Сет. — Можешь больше не петь. Просто скажи, что с ковбоями случилось потом? С теми, кто в меньшинстве?

Клёпа улыбнулась.

  — Ну, из семерых, — возвращая лютню служанке, ответила она Сету. — Осталось в живых только трое. Сами понимаете, семеро против восемнадцати...

  — А потом?

Казалось, что огонек в глазах, о котором он говорил, разжег вовсе не танец, а ее песня.

  — Да ничего, — пожала Клёпа плечами. — Трое выживших на могиле остальных поклялись, что отомстят. Это же всего лишь песня, а не целый фильм…

  — Осталось прочитать стих и танец. Посмотрим, сможешь ли ты и с этим справиться. — Язвительно вставила свои «пять копеек» царица. — Мой Повелитель, — склонилась она к Сету. — Даже если эта девушка пройдет ваше испытание, то мы не можем быть уверены, что она не шпионка Осириса. Уверена, боги просто не хотят вашего правления и будут делать все что в их силах…

  — Т-с-с, — приложил когтистый палец к губам. — Вряд ли она к нам подосланная. Может, жить негде? На ее одежды посмотри. Ну, оборванка же…

Клёпа, словно школьница, стоявшая у доски начала декламировать стихи. Только вот волнение было побольше чем перед классом.

«Из вереска напиток, забыт давным-давно.

А было он слаще меда, пьянее, чем вино.

В котлах его варили. И пили всей семьей,

Малютки-медовары в пещерах под землей».

Выдержала паузу, искоса поглядев на Сета, продолжила:

«Пришел король шотландский,

Безжалостный к врагам,

Погнал он бедных пиктов

К скалистым берегам.

На вересковом поле,

На поле боевом,

Лежал живой на мертвом

И мертвый — на живом».

Клёпа снова бросила быстрый взгляд на Сета, надеясь, что тот скажет, «хватит». Но Пустынный Бог молчал и лишь внимательно слушал ее выразительный голос.

«Лето в стране настало, — продолжила она любимую балладу. — Вереск опять цветет,

Но некому готовить, Вересковый мед.

В своих могилках тесных,

В горах родной земли, малютки медовары,

Приют себе нашли».

Клёпа замолчала, в очередной раз посмотрела на Бога Сета. Но тот лишь сменил позу, не издав ни звука. В конце концов, она дошла почти до конца баллады. И после строчек, в которых были слова старика:

«Голос его воробьиный, резко и четко звучал: — Тайну давно бы я выдал, если бы сын не мешал!».

Она упрямо посмотрела в кроваво-красные глаза.

  — Думаю и это испытание, Ваша Пустынность, я прошла…

  — Подожди-подожди! — Потребовал Сет. — А как же сынишка? Неужели старик вот так просто отдал мальчишку на смерть?

  — Ну, да… — пожала Клёпа плечами. — Это же очевидно… — заметив вопросительный взгляд Сета, пояснила: — Видите ли, король начал бы пытать медоваров, чтобы узнать секрет напитка. Старик почти наверняка выдержал бы, а мальчишка, нет. Да и в конце, их бы однозначно убили. Поэтому, чтобы не мучить мальчишку, он так и сказал. Юношу бросили в пучину вод, а старик просто отказался говорить о секрете медоварения…

  — Хм, интересное решение… — хмыкнул Сет. — Теперь, остался только танец!

Он хлопнул в ладоши и, все та же девушка, которая приносила лютню, подошла к Клёпе с нарядом в руках. Она в негодовании замерла. Нет, Мальцева однозначно не собиралась танцевать в этом. И уж тем более, перед толпой мужчин и напыщенной царицы.

  — Я, — тихо начала она. — Не хочу танцевать перед ними. — И прошу, чтобы мы остались только вдвоем…

Сет окинул ее внимательным взглядом, затем прошелся таким же взором по гостям.

  — Все свободны! — Заявил Сет. И, видя, что царица Та Кемета, Аяна осталась сидеть, обратился к ней: — И ты тоже…

Когда зал оказался пуст, Сет наполнил кубок вином и, опустившись в кресло, пробасил:

  — Танцуй!

Глава 3

     Клёпа оглядела свое одеяние; лиф расшит блестящими пайетками и камнями, от ластовины свисала цепочка, увенчанная бусиной. К лифу так же прилагались лиловые шаровары из батиста на широком поясе и с разрезами по бокам.

Клёпа встала перед зеркалом, рассматривая себя. Наряд делал ее сексуальной. Вроде, как и откровенный, но в то же время, такой костюм давал место для фантазий. Она хмыкнула. Лешик бы ее убил, узнай, что она собралась вертеть задницей перед чужим мужиком. Пусть и самим Сетом. Но, если она откажется, то умрет. И никогда больше не увидит Алексея. Клёпа прогнала печальные мысли, еще раз бросила взгляд на отражение и покинула маленькую комнатушку, где и переодевалась.

Сет, все так же сидел на кресле во главе стола. Только теперь он выглядел более расслабленным. Еще бы! Пока она там переодевалась, он уже опустошил больше половины кувшина. Глубоко вздохнув, словно с вдохом набирала смелость и сделала первое движение.

Сначала она выставила правую ногу на одном уровне с левой. И, слегка переминаясь с ноги на ногу, двигала бедрами. Восточный танец для девушки, которая выросла в Средней Азии, не являлся проблемой. Профессионально она им, конечно же, не занималась, но танец был талантом, который получала с рождения каждая восточная девушка. Одновременно с движением бедер, Клёпа возвела руки к потолку, словно выводя невидимые узоры в воздухе. Поначалу, ее движение были плавными, но неуверенными. В зале не звучала музыка, поэтому она проигрывала в голове собственную и двигалась в такт беззвучному напеву. Все также плавно двигая бедрами, извиваясь змейкой, Клёпа почти вплотную подошла к Сету, который буквально приковал взгляд к ее телу. В тот самый момент, когда музыка в ее голове сменилась на более быстрый темп, она начала энергично водить плечами из стороны в сторону, тем самым то, наклоняясь к Богу Пустыни, то отстраняясь. После нескольких таких движений, Клёпа пританцовывая, вернулась в центр зала, покружилась, а затем замерла, положив ладони на плечи.

Несколько секунд Сет сидел не шевелясь. Затем, грациозно встал, направляясь к Клёпе. Его легким, плавным движениям могла позавидовать даже змея. Он поравнялся со жрицей и, легонько провел когтистым пальцем по щеке, шее, ложбинке меж грудей. И замер на поясе шаровар.

Все это время Клёпа стояла ровно, боясь шелохнуться и даже дышать. О том, что Пустынный Бог будет проявлять такой интерес к ней, Мут не предупреждала. Но стоило пальцу бога достигнуть пояса, как она, словно отмерла.

  — Если ваш палец, — тихо процедила Клёпа, обжигая своим дыханием его подбородок. — Сделает еще хоть одно движение, я его сломаю…

Сет рассмеялся. Громко. Заливисто. Он понятия не имел, откуда эта девушка появилась в его дворце. Но понимал, ее отправили к нему, как шпионку. Ну, не может такая красавица прийти в его мрачное жилище по собственному желанию. Что ж, боги решили поиграть? Он принимает эту игру! Но планировал установить собственные правила. А для этого, эта новоявленная жрица должна быть все время под присмотром.

  — Я принимаю тебя, как свою жрицу… — Наклонившись, тихо заговорил он. — И запомни этот танец. Я хочу, чтобы ты танцевала его для меня каждый вечер. А на ночь, буду ждать очередной, захватывающей истории. Это понятно?

Клёпа чуть было не ляпнула: «Я что, по-твоему, Шахерезада?». Но вовремя опомнилась и лишь молча, кивнула.

  — Вот и умничка!

Сет хлопнул в ладоши и все та же служанка, вошла в зал. Девушка замерла в поклоне перед своим господином.

  — Это, — он указал кивком головы на служанку, — Джезерит. Кстати, — взгляд алых глаз уставился на Клёпу, испепеляя. — А как твое имя?

  — А… Амизи. — Не растерялась Клёпа. Сначала она хотела назвать свое имя. Но передумала. Что если он слышал о царице? Вряд ли бы простолюдинку назвали бы таким же именем. Вот и соврала.

  — Цветок, значит. Ну, что же… — довольно ухмыльнулся он. — Теперь и в моем саду появился редкий цветок. Джезерит проводит тебя в твои покои. Ты можешь гулять по дворцу и по городу когда угодно. Но, — в глазах на мгновение полыхнул огонь. — Если ты не вернешься до захода солнца, я убью тебя…

И судя по тону, Сет не шутил. А проверять как-то не хотелось. Клёпа снова согласно кивнула и пошла вслед за служанкой.   

***

     Пафосное слово «покои», оказались маленькой комнатой с невысоким топчаном, вместо кровати, огромным для небольшой площади, сундуком и форточкой под самым потолком. Для такого дворца, Клёпа ожидала более роскошной спальни. Или же это Сет специально для нее выделил подобную комнату? Хотел показать, что она здесь такая же служанка, как остальные и особых привилегий не будет.

  — Жаль, — хмыкнула Клёпа. — А я думала, что Жрица это нечто статусное. А на деле обычная рабы…

Фразу она не договорила. Служанка, которая и провожала ее до спальни, оказывается, еще не ушла. Деликатно кашлянув, девушка обратилась к Клёпе.

  — Госпожа, прошу, простите мне мою дерзость. Но позвольте поправить вас. Жрица — это действительно довольно высокий статус. Чуть ниже, чем знать и намного выше, чем простая служанка.

  — Да ну?! — Недовольно хмыкнула Клёпа. — А то, что я должна выплясывать перед ним, это нормально?

  — Но ведь он бог! Даже царица подчиняется ему. А вы жрица. То есть вы непосредственно служите ему…

  — Ну да, ну да…

  — Что-нибудь желаете? Может принести поесть? Или попить?

  — Да, поесть было бы неплохо. И попить тоже…

  — Скоро вернусь.

Служанка, поклонившись, ушла, а Клёпа присела на ужасно жесткий топчан. И как интересно знать, полагалось спать на таком ложе? В гробу и то мягче, наверное. На душе стало так тошно и одиноко. И, глядя на эту убогую комнатку, хотелось разрыдаться в голос. Казалось, что ее жизнь теперь станет, как эта спальня — мрачной и беспросветной.

***

     Мерный стук подошвы и шипение восковых свечей, нарушало тишину в зале. Сет умом прекрасно понимал, что новоявленная жрица, вовсе не жрица. Но часть его, где-то внутри, тянулась к ней. Этот завораживающий танец, карие глаза, которые в тот момент неотрывно глядели в его алые глаза. Словно заглядывали в самую душу. Царица Аяна множество раз танцевала для него, но ни разу не вызвала таких чувств, как эта безродная оборванка.

  — Аг-рр, — прорычал он в пустоту. Эта девушка только появилась в его дворце, а уже посеяла сумятицу в его мыслях. — Джезерит! — громко позвал он, сотрясая стены. Служанка появилась тот час же с подносом в руках.

— Слушаю, мой Повелитель, — замерла она в поклоне.

  — Что делает жрица?

  — Сидит в покоях, ожидая ужина…

  — Это для нее? — Спросил, кивнув на поднос.

  — Да, — тихо ответила служанка.

  — Я сам отнесу.

Сет забрал, из рук согнувшись пополам, служанки поднос и направился в спальню девушки. Он специально распорядился, чтобы ей выделили не слишком роскошную комнату. Чтобы девчонка осознала, что он здесь главный. Вызов в ее взгляде во время танца, очень ему не понравился. За своими мыслями, Пустынный Бог и не заметил, как стоял перед дверью покоев девушки.

«Да что это со мной?!».

Интенсивно затряс головой. После чего ногой распахнул створку. 

  — Джезерит? — Жрица повернулась и, удивленно уставилась на Сета. — Как сильно ты изменилась, — улыбнулась она, отчего богу стало не по себе. — Да еще так быстро!

  — Вот, — поставил он поднос на сундук. — Приятного аппетита.

Сет собирался уже уходить. Подальше от греха, но язвительный голос наглой девчонки остановил его.

  — Спасибо за роскошные покои! Одна кровать чего стоит. Я очень вам признательна, Ваша Гостеприимность…



[1] Жизненная сила человека. Изображена в виде сокола. Когда птица покидает тело, наступает смерть. В Древнем Египте создавали статую человека, что бы Ба не перепутал и вернулся в свое тело.

[2] Сосуды для органов.

[3] Грех, запрещенные деяния. (с араб).

[4] Сеонк — отвар из лимона и чеснока. Придает жизненные силы и энергию. (Название придумано автором).

Розыгрыши
и конкурсы
Эксклюзивные
предложения
Только интересные
книги
Скидки и подарки
постоянным покупателям