0
Корзина пуста
Войти | Регистрация

Добро пожаловать на Книгоман!

Или войдите через:


Новый покупатель?
Зарегистрироваться
Главная » Контакт » Отрывок из книги «Контакт»

Отрывок из книги «Контакт»

Автор: Ковальди Анна

Исключительными правами на произведение «Контакт» обладает автор — Ковальди Анна Copyright © Ковальди Анна

 

Надис, 7 лет новой эры

 

1. Обреченность

- Наоми, ты куда запропастилась?

- Прости, сегодня сама не своя. Ночью Инея несколько раз просыпалась, а по пути на ферму натолкнулась на Серхо.

- Какой настойчивый – нравишься ты ему. Чего не пустишь к себе ночевать? Он сильный, его защита тебе бы пригодилась.

В душе я поежилась при одной мысли о такой возможности.

- Ли, у меня дочь. Ты не подумала, как она воспримет появление в нашей каюте чужого мужчины?

- Она неминуемо повзрослеет и все поймет, а вот твои лучшие годы уйдут. К тому же у вас двухуровневый жилой блок.

Тут подруга попала в точку. Пусть мы с Инеей остались вдвоем, но из семейного блока для фермеров нас не переселили. В тот момент, когда погиб Солди, все ожидали что вот-вот все изменится. И изнурительная каждодневная работа на фермах, что прокормили ни одно поколение наших предков прекратится, да и ютиться в чреве Надиса мы скоро перестанем. Потому никто и не озаботился нашим выселением. А затем… этот вопрос перестал быть значимым.

- Что-то в нем меня до ужаса пугает, - призналась я в истинной причине своего сопротивления.

Ли рассмеялась. Как всегда немного резко и грубовато.

- Должно быть мужественность. Ты не забыла ли еще о том каково это быть с мужчиной? Шесть лет одна…

- Ты всерьез полагаешь, что сейчас мне надо думать о постоянном любовнике? Как будто других проблем нет.

Подхватив шланги с питательным раствором, мы, продолжая болтать, привычно двинулись вдоль бессчетного числа рядов с пищевыми грибами. На первый взгляд эта работа не показалась бы кому-то сложной. Но если весь день провести с поднятыми вверх руками, ячейка за ячейкой пополняя питательный раствор ХХХ ярусы уходят вверх

- Именно! На кону вопрос выживания. А ты молодая и сильная женщина. Я удивляюсь как это тебе еще не назначили принудительное материнство.

И снова – по больному. Я сама частенько страшилась получить сообщение об обязательстве роженицы.

- Фермеров большей частью не трогают, среди нас мало женщин. А желающих встать на наше место не так и много. Из-за беременности работать в полную силу невозможно. Так что я надеюсь как и прежде принуждать к материнству будут свободных женщин, меньше занятых в жизнеобеспечении.

Пока языки болтали руки споро и умело обрабатывали уровень за уровнем. Было множество попыток автоматизировать этот труд – установить равномерную подпитку каждой ячейки. Но все они неизменно приводили к страшным для нас результатам: падению урожайности, а порой и гибели нескольких секторов плантаций. Автоматика не способна была оценить уровень потребности в подпитке, что любой опытный фермер видел невооруженным взглядом. Какие-то ячейки мы заполняли питательным раствором до отказа, какие-то лишь частично, а были и те, что мы оставляли неприкосновенными до следующего дня. Пищевые культуры гидропонических ферм очень чувствительны к подпитке. А их гибель лишает обитателей Надиса еды.

- Наоми, очнись! Нас осталось меньше трехсот земвек. А ведь когда станция опустилась на планету было больше пятисот! Не мне рассказывать тебе об этом, вы потеряли Солди, оставшись без защитника и кормильца. А что будет через пятьдесят лет? Даже без вмешательства дикарей мы исчезнем, если не будем размножаться. Тогда и еды с ферм будет требоваться все меньше, а у женщин занятых на работах здесь найдется время для вынашивания детей. Пастырь скоро пришлет тебе известие, не сомневайся.

Руки дрогнули – я едва не промахнулась, крепя шланг к очередной ячейке. Оставшись одна, я, спасаясь именно от этой участи, отправилась работать на ферму. Слишком трудно было представить рядом с собой кого-то кроме Солди. Пусть мы провели вместе не так уж много времени, но муж всегда нравился мне рассудительностью характера и желанием устроить между нами все на условиях поддержки и взаимопонимания.

Тогда, за год до подлета Надис к цели – планете Линора сотни погруженных в специальную кому колонистов стали пробуждать. И меня в их числе. Солди был в бригаде медиков, занимавшихся нашим восстановлением. Он принадлежал к «неспящим» - потомкам членов экипажа, когда-то покинувших наш гибнувший родной мир. Мой муж родился, вырос и обучился на Надисе, в отличие от меня он никогда прежде не видел живого мира.

- И они вполне могут прислать к тебе Серхо. Если он вызовется сделать тебе ребенка. К мнению таких как он прислушиваются. Он из военных, сильный и здоровый, он из тех, кто защищает нас и Надис. От таких мужчин будут здоровые дети. Ты даже можешь заранее запросить данные, он, наверняка, уже брал к себе в каюту женщин, которые получили назначение.

- Я бы предпочла кого-то из фермеров. Я хотя бы знаю их лучше.

И доверяю больше. Ли, конечно, права. Мне не избежать общей участи. Права она и в том, что без этого мы неизбежно погибнем. И глупо винить во всем жестокость этого мира, отобравшего у нас с Иней Солди. Нас сюда никто не звал – мы пришли сами. И пришли как завоеватели.

Для многих женщин замужество не стало основанием для принудительного материнства. И детей им делать поручали совсем не мужьям. Чаще таким как Серхо. У нас нет роскоши выбирать, все мы в одинаково бедственном положении. Если следующее поколение не станет сильнее – нас и вовсе не останется.

- Наоми, мы все надеемся, что однажды сможем совсем покинуть станцию. А за пределами Надис нужнее те, кто может противостоять линорцам.

- Это глупо. Даже снаружи надо выращивать для себя пищу, - буркнула в ответ, глубоко убежденная, что военные куда менее важны для поддержания жизни. – А противостоять дикарям все равно не получается.

- Мы найдем способ закрепиться, - убежденно возразила Ли, твердя общую мантру последних лет.

А во что еще нам верить кроме надежды? Если в реальные факты, то мы обречены.

 

2. Угроза

Резкий сигнал призыва оборвал разговор – пришло время «прогулки». Мое любимое! Оглянувшись поняла, что вопреки опозданию мы с Ли успели обработать весь свой сектор посадок – сказался опыт, все шесть прошедших лет мы делали эту работу ежедневно.

- Не покидайте безопасную зону. Будьте бдительны и осторожны. Если заметите присутствие линорцев – немедленно сообщите об этом сопровождающему конвою.

Механический голос привычно бубнил наставления, пока мы заученными до автоматизма движениями переодевались в наружную экипировку. Ничего глобального в отличие от снаряжения сопровождавших нас солдат. Всего лишь тонкие экранирующие плащи. Считалось, что они предохранят нас от прямых лучей местного солнца и скроют тепловые излучения тел. Доподлинно возможностей жителей этого мира мы не знаем, поэтому стараемся принимать все возможные меры безопасности.

Выстроившись в колонну по двое фермеры, в числе которых и мы с Ли, двинулись к большим дверям технического шлюза. Снаружи нас ждали грядки, на которых мы пробовали выращивать привезенные с собой культуры, а так же парочку местных растений, которые нам повезло освоить.

- Первая группа – квадрат ноль – один, вторая…

Едва вооруженные лазерными оптическими винтовками и световыми гранатами военные отцепили периметр безопасной зоны, активируя отражающее поле и пристально вглядываясь в окружающий «нашу» территорию лес, координатор принялся распределять работы. Все делалось для того, чтобы как можно быстрее закончить необходимые дела снаружи и убраться в безопасное нутро ставшей нашим домом станции.

Нам с Ли в этот раз выпал участок возле реки. Прежде мы не оказывались так близко к краю зоны защищенной лазерными установками станции. Если сюда пробовал прорваться кто-то из туземцев – его немедленно и полностью поджаривали смертоносные лучи. Они сжигали все движущееся из вне – не только тела дикарей, но и копья, стрелы, адресованные нам.

Линорцы быстро усвоили этот урок. Если поначалу были попытки атаковать вышедших наружу, то после нескольких смертей они прекратились. Впрочем, и мы не могли ступить дальше зоны безопасности. Как и самая первая группа, когда-то двинувшаяся в глубины покрывавшего планету лес, тут же оказывались проткнутыми копьем или стрелой выпущенной сильной рукой. Так погиб Солди. Так погибли уже больше двухсот земвек из нас.

- Как же чудесно снаружи, - разминая еще гудящие после утренней работы руки, шепнула я Ли, склоняясь к выделенному нам в этот раз наделу.

Она только согласно кивнула укрытой капюшоном головой, склоняясь к грядкам. За ближайший час необходимо прополоть, прорыхлить почву, полить растения и собрать то, что уже поспело.

А мне спешить не хотелось, поэтому, осторожно покосившись на нескольких стоявших совсем близко военных, сдернула капюшон и стянула плотные предназначенные для защиты от яркого света очки. Подняв лицо вверх, всего на миг прикрыла веки, позволив себе секунду волнующих ощущений – прикосновения живительного тепла! К счастью, военные смотрели за пределы периметра на неизменно неподвижные и сомкнутые в сплошной зеленый массив кроны деревьев. Впрочем, эта видимость безлюдности никого уже не обманывала. Системы наблюдения Надис фиксировали постоянное присутствие вокруг станции лазутчиков.

 - Наоми, не глупи, - шикнула Ли. – Если заметят, что ты ленишься – в следующий раз на твоем месте будет кто-то другой.

Весомый аргумент! Я немедленно присела с ней рядом, рьяно накинувшись на сорняки. В этом эдемском саду они за сутки вырастали вновь. Мир вокруг так и пышет жизнью. Воздух одуряюще легок и сладок. Вода множества рек, которыми испещрены оба местных континента, вкусна и свежа. А уж растительность… Достаточно было увидеть укрытую зеленой шалью Линору из космоса, чтобы понять – это мир изобилия, торжества жизни и истинной свободы. Свободы от угрозы гибели, солнечной радиации, даже клетки, в которую за века полета превратился Надис. Идеальный мир, если бы тут не было линорцев… То самое чудо и второй шанс для земвеков, что мы искали.

- Можно я принесу воды?

Непонятное возбуждение рвалось из меня нетерпеливыми и чуть резковатыми движениями, желанием двигаться – сидеть, скрючившись у грядки, не получалось.

- Иди уж, - смиренный отклик Ли прозвучал мне в спину, не дождавшись ответа я подхватила ведро, рванув к реке.

Пришлось ступить в реку по щиколотки, чтобы удобнее было наполнить ведро водой. Намеренно позволяя влаге пропитать ботинки и ткань защитных лосин, я наслаждалась даже этим некомфортным соприкосновением с живым миром. Как же мы ликовали в начале, когда после анализа рискнули распробовать местную воду и ощутили ее одуряюще свежий вкус. 

Плюх! Ноги неловко разъехались на прибрежных водорослях, и я совсем не изящно рухнула в воду, подняв столп брызг и наделав шуму. На миг обернулись все. Ли так и вовсе кинула на меня из-под капюшона предостерегающий взгляд.

Конечно! Это может скверно закончится для меня, становиться причиной излишней суеты, поставив собратьев под угрозу, я совершенно не планировала. Оттого, стремясь хоть так сгладить возникшую суматоху, спешно поднялась и, велев себе наконец утихомириться и заняться делом, стянула насквозь промокший и оттого затруднявший движения плащ. Отбросив его на землю, подхватила застрявшее на прибрежном песке ведро и набросилась на работу.

- Извини, - шепнула Ли, осторожно выливая первую порцию влаги на посадки.

Мое лицо от солнца сейчас ничто не скрывало, а тело облепила промокшая одежда, но я запретила себе отвлекаться – сама навлекла на себя сложности. Собравшись, смогла в оставшийся период прогулки справиться с задачей и помочь Ли доделать весь отведенный нам на сегодня объем работ.

- Вот уж отчебучила ты на этот раз.

Когда мы возвращались на станцию под прикрытием следующих в арьергарде военных, дала волю возмущению подруга.

- Да, стала общим посмешищем. А ведь там всюду камеры, так что и на звездолете увидят. Пожалуй, поужинаю сегодня не в общей столовой, а в нашей каюте – не хочу слышать сальные шуточки на свой счет.

Тот же Серхо не упустит шанса отметить мой вид в облегающих лосинах.

- Думаю, это будет правильно.

Незапланированное купание изрядно охладило будоражащий с утра пыл, поэтому вторую часть ежедневной работы на гидропонической ферме я делала с нужным рвением, вниманием и самоотдачей. Даже решила чуть задержаться, прибирая оборудование. Ли с другими ушла в столовую. Так и получилось, что когда двое из руководящего экипажа станции зашли внутрь тепличной зоны, оказалась единственной, кто услышал разговор.

- Тут нас никто не услышит?

- Нет, рабочий день завершен. Фермеры разбрелись кто на ужин, кто в свои каюты. Сейчас это самое безлюдное место на всей станции.

- Что ж… Капитан, мы потеряли седьмой зонд. Не понимаю, как они это делают?

Укрытая плотными зарослями сои, я нервно замерла у отсека с оборудованием. Голоса узнала сразу. Капитан и глава общины.

- Не получается отследить хоть что-то. И всякий раз это происходит одинаково – зонд отделяется от станции, пролетает совсем немного и… всякая связь с ним пропадает. Мы даже сигнал о местонахождении не можем распознать, чтобы понять сбили его на границе нашей территории, или просто заглушили чем-то, а сам зонд так и летит по заданному маршруту.

- Осталось три. Это единственная для нас возможность хоть как-то обследовать земли вокруг, но неизменно что-то мешает.

- Или кто-то. Это линорцы!

- Как же нам разорвать это треклятое окружение?..

- Они не желают идти на контакт. Словно… выжидают. Но чего?

- Мы не знаем. Не представляем, чего ожидать. В этом и вся проблема.

- У нас не остается иного способа кроме попытки военного прорыва! Пока еще есть кому сражаться.

- Неужели не хватило одного раза?

- Больше мы не будем недооценивать их… Но с нашими технологиями и не одолеть этих дикарей?

- Линора – знакомый и понятный им мир. А мы вторглись в него! Я с самого начала просила попытаться найти взаимопонимание с линорцами. Если бы меня послушали… - В словах главы общины сквозил укор и явственная усталость. – Мы сами настроили их против себя.

- Вспомни о наших храбрых людях, что первыми ступили в этот мир! Их тело пронзенные копьями, прилетевшими из окружающего леса!

- Именно. Это стало роковой ошибкой. Мы были опьянены приземлением, завершением величайшей миссии спасения, обезумили от изобилия ресурсов и удивительно комфортных для нас условий, здесь даже гравитация так схожа с нашей родной планетой. И мы забыли об осторожности! Как бы мы встретили явившихся в наш мир с огнем и оружием пришельцев?

Голоса удалились – дальнейшую часть беседы я не расслышала. Сглотнув, с трудом пошевелилась. Насколько же бедственно наше положение! Мы словно блуждаем во тьме.

Опомнившись, резко прикрепила наш с Ли комплект шлангов к нужной ячейке и побежала в наш с дочерью жилой блок. Страх за собственного ребенка затмевал все, угроза для станции воплощалась для меня в угрозу для нее. Именно будущее дочери заботило: как она проживет свою жизнь?..

 

3. Побег

Задумавшись, я шла неспешно, доверившись телу – ежедневный путь неизменен и заучен до автоматизма. Вот очередной коридор, за ним поворот и…

- Тшш..

Рывок и меня спеленали сильные руки. Большая мозолистая ладонь зажала рот, не позволяя воплю ужаса сорваться с губ. Сильное мужское тело до обидного легко впечатало мою спину в обшивку темной ниши. Сделав судорожный вдох, распознала окутавший меня запах возбуждения, мужского пота и… еды.

- Ты моя сладкая девочка, ты сводишь меня с ума.

Еще до того, как он отрывисто забормотал мне в лицо, обдавая его кисловатым, пропитанным чем-то вязким дыханием, я поняла – это Серхо. Узнала этот его наглый самоуверенный и собственнический напор. Прижав меня своим телом к стене и продолжая зажимать рот ладонью, мужчина другой рукой шарил по моей одежде.  Задрав подол платья, не медля, завел руку за край эластичных трусиков.

И тут же, отведя ладонь, навалился на мой рот своими губами. Дрожа от омерзения, ужаса и бессилия, я рвалась, пытаясь оттолкнуть его. Хотя бы укусить. Но все мои усилия были смехотворны против такой обезумевшей силы, которую обрушил на меня мужчина. Одна его ладонь стиснула кожу внизу живота, давя и неумолимо вынуждая меня раздвинуть онемевшие от напряжения ноги. Вторая суетливо и спешно трепыхалась между нашими телами, помогая хозяину избавиться от форменных брюк. Рот Серхо вжался в мои губы, чередой укусов и давлением мешая мне закричать.

Шансов одолеть его у меня было столько же как у мотылька противостоять мощи сжавшей его ладони. И я отчетливо осознала неизбежное, когда его пальцы, царапая и раня, втиснулись в тесноту моего сведенного спазмом ужаса тела. Не осознавая слез, инстинктивно зажмурившись, я вся сжалась, приготовившись к боли.

- Мам? Мама?! Мама!!! - Крик оборвался – Иней резко подалась назад, явно испуганная представшей картиной. И побежала назад, вновь хрипло позвав. – Помогите! Моей маме страшно!

- Проклятый ребенок, - Серхо сделал движение, словно бы намеревался схватить ее. – Научу ее не встревать в отношения между взрослыми, болтается где не надо!

Едва ощутив послабление, я смогла вывернуться из его захвата. Не думая о растрепанной одежде и мерзавце рядом, я помчалась за дочерью. Все мысли сейчас были устремлены к ней. Как же, должно быть, она испугалась…

Следуя за голосом Иней, я не задумывалась о направлении, проносясь по коридорам станции поворот за поворотом. Пока… не вылетела к двери шлюзовой камеры. Резко замерев, ошалело уставилась на приоткрытую створку шлюза. Как?!

 

Волосы на затылке поднялись от ужаса. Это казалось невероятным, но моя девочка выскочила наружу, покинув защищенную территорию Надис. Ребенок! Она, действуя импульсивно, не думала об угрозе снаружи, или происходящее внутри напугало ее больше.

Естественно, все блокирующие системы предполагают вторжение из вне… Очевидно, не раз провожавшая меня «на прогулки» дочь заметила необходимую комбинацию действий, позволяющую отпереть шлюз, и сейчас совершила роковую ошибку.

Моля лишь о том, чтобы она осталась в прилегающей к станции зоне, я, не дожидаясь охраны, выскочила следом. Конечно же, сигнал тревоги уже сработал, и военные гарантированно несутся сюда.

- Иней! Иней!

Собственный голос сорвался на визг, когда я, бешено вертя головой во все стороны и до боли всматриваясь в укрытые тенями подступающих сумерек грядки, не увидела дочери. Но в одном месте кусты на границе «зоны прострела» орудий Надиса еще качались… Боги! Моя девочка убежала дальше. Дальше безопасной черты! Туда, где начиналась территория линорцев.

Едва осознание накрыло мой разум, как тело сорвалось на бег. Об угрозе я не помышляла, стремясь лишь остановить дочь. Вернуть ее! Спасти… Перед глазами все слилось в сплошную круговерть из зеленых красок растительности, через которую я продиралась вслед за Иней и алых мазков проступающей пелены отчаяния.

- Наоми! Остановись!

Приказы, разнесшиеся позади гулким эхом сразу нескольких вскриков, никак не повлияли. Единственное, что управляло сейчас мной – ужас за дочь и отчаянное намерение остановить ее. Любой ценой.

- Аа!!!

Резкий вскрик, и голос Иней оборвался. Сердце замерло в груди. Тут же перед глазами встал образ пронзенного деревянными стрелами тела Солди. Неужели?! Неужели мне суждено лишиться и нашего ребенка?

С каждой минутой свет отступал, а густая растительность усугубляла темноту, пряча окружающий мир в темные провалы. Ветви лупили по лицу, не защищенное специальным плащом тело принимало хлесткие удары. Но это было ничто в сравнении с тупой болью, которая наверняка взрывается в груди, когда ее пронзает копье…

Иней! Моя Иней! Только не ты.

Тело словно обрело второе дыхание. Стремясь лишь добраться до места, где еще миг назад я расслышала ее ужасный крик, рванула быстрее. И тут… резким толчком мое тело устремилось вниз. Ноги провалились в пустоту, увлекая следом и меня.

Рухнув на сырую землю, кубарем летя вниз, я всеми силами старалась уцепиться за любую возникшую на пути преграду. Но ставшие липкими от почвы руки неизменно соскальзывали, а тело под собственной тяжестью скатывалось все ниже. Глаза и нос забились комьями грязи, удары сыпались на тело – я то и дело налетала на камни или остатки стволов надломленных деревьев. Но, стиснув зубы, я заставляла себя не думать о боли, стараясь лишь удержаться и не рухнуть в пропасть.

Внезапная боль оказалась ошеломительной. Голова по ощущениям едва не раскололась, на миг мир вокруг вспыхнул ярким светом, прежде чем погрузить меня в спасительную тьму. Последнее что я осознала: это удар по голове. Неужели и Иней рухнула сюда?..

Силясь удержаться в сознании, я вдруг увидела чье-то лицо, сокрытое темными разводами, склоняющееся ближе. Лишь светлые глаза с серебристо-серой радужкой яркими пятнами сверкнули мне во тьме. Мужские глаза с напряженным вниманием всматривающиеся в меня…

И все. Тьма вокруг сомкнулась, окончательно укрыв меня от боли.

 

***

Резко вскинувшись, я открыла глаза. Страх и осознание случившегося пришли мгновенно. Бег в темноту леса Линоры, жуткое падение в пропасть и… чье-то присутствие рядом. И это не был отряд земвеков, направленный на помощь нам. Рассудком я понимала, что сунуться в ночь на территорию дикарей никто не решиться. Подмоги ждать неоткуда.

Медленно приоткрыв глаза, осмотрелась. Больше всего страшилась увидеть рядом то существо, что отпечаталось в памяти в последний миг перед беспамятством.

Светло. И свет падает сверху. Осознав, что тут я одна, где бы не было это место, обвела взглядом вокруг. Шея отозвалась болезненным напряжением, но голова не болела, пусть я и чувствовала саднящую кожу на затылке. Гарантированно приложилась им об солидный камень!

Сейчас отголоски боли ощущались в предплечье. Переместив взгляд на себя, пораженно застыла. Рукав платья отсутствовал, обнажая не только мое тело, но и неровный шрам чуть выше локтя. Если мы сращиваем любые разрывы кожных покровов, склеивая из заживительными устройствами бесследно, то… моя рана выглядела как зашитая! Как если бы края разрыва были кусками ткани, и их притянули друг к другу нитью! Немыслимо… И кто это сделал? Тот «привидевшийся» мне дикарь?..

Вероятно, порез оказался глубоким. Он осмотрел меня? Иначе как бы он нашел рану! И счел ее серьезной? Но сшить живую плоть?! В этот миг я обрадовалась глубокому беспамятству. Место «операции» болело и сейчас. Какими же должно быть стали ощущения в момент… экзекуции?

Дикари…

Впрочем, что если рана могла привести к смерти? Много ли мы знаем о местных хворях? В любом случае, открытый кровоточащий разрыв на теле – это гарантированный источник заражения. Выходит, неведомый мужчина спас меня? Но где он сейчас? Почему оставил меня в этом месте?

И где… Иней? Я так и не догнала дочь. Что же стало с ней? Мог ли он помочь так же и ей, возможно лежащей на дне той злополучной пропасти.

Мысли о дочери заставили подняться. Сделав несколько натужных шагов, а каждое движение еще отзывалось болью в голове и руке, убедилась, что нахожусь в своеобразном колодце. Он, вероятно, выкопан в земле и имеет прочные - в виде кладки - каменные стены. А сверху укрыт решеткой из толстых бревен.

Вот почему меня оставили одну! Отсюда же не выбраться. С трудом поднявшись и морщась от боли в предплечье, попыталась вскарабкаться по блокам в стене. Пыхтя и снова и снова соскальзывая, в итоге смогла дотянуться до древесных стволов наверху. Ноги для надежности уперла в кладку из ровных явно обтесанных глыб.

Опираясь на ноги, попыталась протиснуться в одно из самых крупных «окошек». Небо над головой манило, обещая свободу. Что если дочь рядом? В такой же западне?

Узкий створ в решетке стал суровым препятствием. Протискиваясь все больше, я натужно хрипела, чувствуя, как острые грани шершавой коры оставляют кровавые борозды на оголенной поверхности руки. В какой-то момент боль пронзила огненной вспышкой – это я зацепила и поддернула нить, сшившую края моей раны.

Но выбраться получилось! И тем сильнее оказалось ликование, когда, осмотревшись, я увидела в отдалении махину Надис! Кем бы не был мой похититель, он не унес меня далеко. А значит, есть шанс вернуться назад. Прежде чем я крадучись отошла на десять шагов, вслушиваясь в шум леса и озираясь в поисках любого намека на присутствие Иней, что-то ударило меня в спину, сбив с ног.

Вернее, кто-то…

Рывок, и я снова на ногах. От обострившейся боли и резких перемещений в глазах потемнело.

Еще один – и мое тело на манер безвольного мешка перекинули через плечо. Взгляд уперся в какой-то мех, укрывающий тело атаковавшего существа. Того самого дикаря – я не сомневалась.

Набрав в легкие воздуха, я приготовилась завопить в надежде на поисковые отряды с Надис, которые днем могли отправить за нами с дочкой. Я истово надеялась, что мои соплеменники решаться на спасательную операцию. Хотя, звуков стрельбы не наблюдалось.

Словно предвидя маневр, существо так резко встряхнуло меня, что, ударившись лицом о его спину, я прикусила губу. И вопль оборвался, не родившись. А дальше – дикарь побежал. Нет, понесся так, что ветви кустов замелькали у меня перед глазами, а рвотный спазм устремился к горлу.

Прыжок!

Ух… От неожиданности все оборвалось внутри. Но мужчина уверенно приземлился на ноги, свалив меня на укрытую сухой травой земляную поверхность. Осоловело замотав головой и попытавшись привстать, в надежде прояснить взгляд, я уперлась руками в землю. И, наконец-то, увидела его…

Дикарь, поражая мощью тела, присел напротив, обхватив меня за подбородок. А я узнала темные разводы, покрывающие кожу, и взгляд серых пронзительных глаз – он отпечатался в моей памяти невероятно отчетливо.

- Кто… кто ты? Пожалуйста, не убивай меня. Пожалуйста…

Хрипло проскулила вопрос, движимая страхом, и попыталась отползти. Вместо ответа он освободил мое лицо и потянул к себе руку. Ту самую, где обнаружилась зашитая рана. Последствия моего продирания сквозь деревянную решетку – возникшее кровотечение. Края раны разошлись, в место разрыва попала грязь. Обозрев неутешительные перемены мужчина… зашипел. Да так яростно и грозно, что я подскочила на месте.

Дикарь тут же перевел пытливый взгляд на мое лицо и… осторожно погладил щеку ладонью. Выражение глаз, где отображалась немногим не мольба, сам факт неболезненного прикосновения меня доконали.

- Ииик… иии…

Рот приоткрылся, издав непонятный дребезжащий звук. Похоже, от страха я заверещала. Октава за октавой – из сиплого голос зазвучал все выше. Пока… не оборвался, стоило ладони мужчины резко накрыть мой рот. В его немигающем взгляде мне почудился укор. Приблизив свое лицо к моему, он вдруг лизнул щеку. А затем, оставляя на коже неприятное склизкое ощущение, сместился к уху, чтобы… лизнуть мою мочку.

Застыв от ужаса, ожидая чего угодно вплоть до умерщвления путем перегрызания моего горла, я бы уже вопила снова. Но припечатавшая мой рот ладонь никуда не делась. Больше того, дикарь своим немалым весом навалился на мои ноги, не оставив и призрачного шанса вывернуться.

Пока я, едва дыша от страха, натужно замера в ожидании худшего, мужчина самозабвенно посасывал мое несчастное ухо. Пока… резко не переключился на мою рану. К ней он тоже припал губами, взявшись усердно втягивать в себя выступившую кровь вперемешку с гноем и землей. В полном ошеломлении, поверх его зажавшей мой рот ладони всматриваясь в его макушку с разномастными узелками из темных волос. Чувствуя прикосновения его языка к своей коже, осознала, что дикарь зализывает мою рану. Как дикий зверь!

Когда он отстранился, высвободив и мою челюсть, тело невольно повело в сторону – я едва не завалилась на бок, осознав невесть откуда навалившуюся слабость. В голове резонансом раздавалось непонятное гудение, возможно это кровь стучала в сосудах. Моргая, стараясь сфокусироваться на линорце, заметила, как он отцепил от своего мохнатого одеяния что-то навроде широкого пояса. Внутри обнаружился ряд однотипных прозрачных емкостей. Рука мужчины ненадолго замерла над ними, прежде чем уверенно вытянуть один флакон, наполненный чем-то густым с синеватым отливом.

Развернувшись ко мне, мой удивительный похититель явно вознамерился использовать содержимое флакона для моей раны.

- Нет, нет! – С мольбой зашипела я, борясь с подступившей слабостью. – Для меня это может нести смертельную опасность. Прошу вас, просто помогите мне вернуться… к своим.

Даже будь у меня силы, сопротивляться линорцу я бы не смогла. Проигнорировав мои призывы, которые, конечно, не были поняты им, мужчина придавил меня своим телом к прохладной стене норы, в которую спрыгнул и прижал к себе мою пострадавшую руку. Осознав, что еще через миг он капнет мне в открытую рану каким-то возможно ядовитым для меня веществом, я заорала!

- Аааа!..

Инстинкт самосохранения не сработал, помня о намерении вернуться к своим и продолжить поиски Иней, я готова была бороться до последнего.

Вопль явно оглушил дикаря, раздавшись возле его уха. Молниеносно он вздрогнул и заткнул мне рот, вдавив плечом в нижнюю часть лица. Напряженно замерев, поднял взгляд к проглядывающему сквозь укрывшие сверху яму ветви растений небу и какое-то время прислушивался. Давясь от нехватки воздуха и бессилия, я вцепилась зубами в ставшую идеальным кляпом плоть. И стискивала челюсть так крепко как могла, мне даже почудился привкус крови. На удивление сладковатый, но чем еще это может быть кроме крови?

Мы так близко к Надис, что дикарь опасается поднимать шум! Как же много таких ловушек-укрытий они нарыли вокруг станции за этот год?.. И как же мне выбраться, если он рядом? Рана на руке волновала в последнюю очередь.

Мои усилия пропали всуе – выждав некоторое время, мужчина все же нанес на мою рану густую синеватую субстанцию. Поврежденную плоть тут же защипало болью. Ощутив мои содрогания, линорец соизволил отвести плечо, позволив сделать мне вдох! Но тут же зашипел снова, едва заметил следы моего укуса. Взгляд его выдал смятение.

С лихорадочной поспешностью он вновь кинутся к своему «патронажу», что вероятно являлся у него аптечкой и вытянул еще одну ампулу. Развернувшись ко мне, потянул на землю. И на этот раз я не сопротивлялась – не могла. Перед глазами все поплыло, даже своего похитителя я наблюдала словно сквозь туман. И сейчас его оставило всякое спокойствие! Выхватывая одну за одной, он перебрал все свои снадобья. Но когда оглянулся ко мне, взгляд выражал смятение!

Живот свело спазмом дикой боли, заставив меня сжаться в комок. При этом губы ощущались плохо – как при онемении. Паника в сознании привела к странной мысли: не ядовита ли его кровь?!

Стоило мне дернуться, как дикарь решился. Схватив какой-то пузырек, влил в меня половину его содержимого, предварительно раздвинув мои губы пальцами. Тщательно закупорив его, склонился к лицу, по очереди приподняв оба моих века. И… принялся лизать мои губы. На удивление, итогом этой странности стала частично вернувшаяся чувствительность, я даже смогла немного приоткрыть рот.

Огонь в желудке слегка стих, но нахлынувшая слабость усилилась. Даже реши я сейчас бороться с линорцем – не смогла бы шевельнуть ни рукой, ни ногой. А потребность в сопротивлении вдруг стала актуальной!

С той же лихорадочной поспешностью, дикарь стянул через голову свое меховое одеяние и взялся за крепежи моего костюма. Поразительно ловко для дикаря отмыкая магнитные заклепки, с рекордной скоростью стянул с меня платье и белье. И все это продолжая судорожно лизать мои губы! Он лишь на мгновения отстранялся от моего лица, когда этого требовал процесс раздевания.

Шум в голове нарастал, тело я ощущала все хуже и хуже, болезненный жар в животе лишь притушился его снадобьем, а перед глазами мелькали размытые образы покрытого непонятными знаками обнаженного исполина и его встревоженного серого взгляда.

- Ч..

Силясь непослушными губами узнать, что он намерен делать, вдруг отчетливо осознала ответ на свой так и не прозвучавший вопрос. Как через ватный кокон ощутив мощную хватку рук и подмявшего под себя мужского тела, видела только ритмично покачивающийся лоб – дикарь продолжал лизать мои губы.

Гул в голове отступил – вся кровь в моем теле, размывая жалящий зуд боли, устремилась вниз – к животу и сокрытому ниже лону. Каждый нерв, самый крошечный сосуд там сейчас едва ли не вибрировал от накатившего давления, вопреки кошмару ситуации делая мою плоть неимоверно чувствительной.

Странное и пугающее состояние. Содрогаясь от боли в желудке, с трудом едва ли подрагивая немеющими конечностями, не имея возможности кричать, я отчетливо ощутила резковатую грубость кожи мужских бедер, протиснувшися между ног. Лишившись мужа до недавнего гнусного эпизода с Серхо я и не думала о мужчине. Линора оказалась враждебным к нам миром, а мне важнее всего стало уберечь дочь от незримой угрозы и помочь ей выжить.

В итоге… я не сберегла Иней и оказалась покорно лежащей в земляной яме под мужчиной-линорцем. Учитывая поразительно схожую анатомию наших рас рассчитывать, что происходящее между нами, к примеру, является обучением языку – нелепо. Стоило ли сторониться Серхо?..

Угрюмый настрой вкупе с накатившей туманом в голове произвел странный эффект, погрузив меня немногим не в безразличную кому. Но тем отчетливее ощущалось вероломное проникновение дикаря – его плоть с агрессивной одержимостью толкалась вновь и вновь в глубины моего измученного лона. Уж лучше бы просто убил…

Вот явственное выражение их дикой и жестокой природы! Линорцы убивали наших мужчин, и в любой момент готовы истязать женщин. Серхо и его сподвижники, призывающие к решительной карательной мисси, правы, для нас всех Линора слишком тесна! И если мы привнесем в этот мир свет знаний, то аборигены омрачают тьмой беспросветной жестокости.

А сейчас моему обмякшему и страдающему от жгучей внутренней боли телу остается только стать очередной жертвой дикарей. Об участи Иней я не могу и помыслить – благо, если она, свалившись с того обрыва, сломала шею. Как же горько…

Линорец же действовал так, словно в его распоряжении были считанные минуты. В безумном темпе он продолжал лизать губы и одновременно толкаться в меня. Три места, что я отчетливо ощущала сейчас на своем теле: губы и ритмичные прикосновения к ним его жестковатого языка, разъедающая с каждым мигом как расползающаяся капля кислоты язва в недрах желудка и тугое кольцо собственных нереально чувствительных мышц, непостижимо гудящих в ожидании неминуемого безжалостного толчка.

Каждую напряженно пульсирующую жилку мужского члена, непривычную толщину и бархатистую поверхность твердой пронзающей меня плоти ощущала так, словно касалась руками. И давление его толчков, ноющая пустота сменяющаяся потребность вновь и вновь быть заполненной… Что за бред? Может быть, его кровь вызывает галлюцинации? И оттого мое сердце бьется чаще?

Впрочем, немеющее тело плохо справлялось с участью равноправного партнера, сейчас как любовница я могла соперничать только с неподвижным бревном. К тому же охваченным приступами нарастающей боли. Но дикаря все это не волновало. Невыразимая чувствительность моего лона, отмечающая малейший миг безжалостного соития, безошибочно подсказала – его разрядка совсем рядом.

Тугое давление, с которым не могло совладать мое тело достигло пика. Сдавленно прорычав мне в губы, чтобы тут же вновь коснуться их языком, линорец излился внутри меня своим семенем. Осознавая этот факт с ужасом, я смогла удивиться накатившей прохладе, как если бы капли мужской спермы принесли с собой свежесть моему опаленному болью телу.

И еще… дикарь все еще истово содрогался во мне, а жалящая боль, что расползлась уже и по венам, чуть стихла. Несколько выжидательных минут – и мужчина сполз с меня, усевшись рядом. Но обо всем этом я скорее догадалась, обзор неизменно закрывала темноволосая макушка, дикарь не перестал смаковать мои несчастные губы.

Сколько это еще продолжалось – не представляю. Видимое над головой небо не потемнело. Но жалящие укусы боли накатывали все реже, контроль над телом возвращался. В какой-то момент, встрепенувшись, поняла, что могу сесть! Самостоятельно!

Тут же отодвинулся и мужчина, наградив меня возмущенным взглядом. Дикарь! Возмущаться сейчас надо мне. Или… он планирует держать меня в плену именно ради удовольствия?!

Устало привалившись к земляной стене, он потянулся к своему меховому облачению. Прежде чем я смогла полностью рассмотреть его тело – натянул свою одежду. Затем, дернул меня за руку. Рывком подавшись к нему, осознала, что он рассматривает мою рану! Она… она слегка затянулась, перестав кровоточить!

- П-перестаньте!

По привычке я крикнула. Тут же челюсть стиснула рука линорца, не позволяя издать еще хоть звук.

Взгляд серебристых глаз устремился к широкому поясу, в недрах которого угнездились те самые прозрачные емкости. Я тоже невольно засмотрелась на них: все же лекарства? Или яд?.. Мне же не померещились недавние страдания.

Угрюмо взглянув на лицо дикаря, вынужденно молча, гадала что же предстоит дальше? Уловив мое смирение, он медленно отвел руку. Острый взгляд недвусмысленно давал понять – взвизгну и вновь он зажмет мне рот. Не переставая смотреть на меня, мужчина стремительно переметнулся к своему «патронажу» и ловким движением, обернул его вокруг своего торса. Приладил к бедру непонятно когда отстегнутые ножны с… кинжалами?

Чувство опасности снова вернулось, едва я увидела оружие. Как не смешно было считать эти ножи им против нашего технологичного вооружения. По-звериному, упираясь руками и ногами в землю, линорец вдруг прыгнул ко мне. От неожиданности я вздрогнула, собираясь снова вопить, но вдруг он открыл рот и потянулся к моему уху…

Собирается говорить?! Говорить? Да, ладно…

- Уааааауууууу

Жуткий вой сотряс округу, вынудив нас синхронно отпрянуть друг от друга. Уставившись на виднеющееся в прорези решетки небо, мы одинаково недоуменно пытались понять где источник шума. Первой осознала я! Сирены безопасности. Сигнал нападения? Или, наоборот, выдвижения атакующей группы?

Что-то происходит на Надис. Может ли это быть спасательный отряд, высланный на наши поиски? За мной и… Иней? Сердце ухнуло в тот момент, когда дикарь рванул к боковому проходу, сквозь который и я выбиралась наружу. Но, очевидно, и мужчина вспомнил об этом. Прежде чем я успела моргнуть, он подскочил назад. Несколько размытых движений и мои запястья стянуты веревкой, а другой ее конец намертво прикручен к мощному корню, торчащему из земли. Для верности он заткнул мне и рот, связав кляп из лоскутов ранее стянутой с меня одежды.

Когда линорец стремительно исчез, покинув свое укрытие, ставшее мне временной тюрьмой, я не способна была и мечтать о повторном побеге! Но ведь что-то явно происходит возле Надис? И это точно насторожило и дикаря, надо ли понимать, что в ближайших планах его соплеменников никакой атаки на станцию не значилось? Поэтому он так шустро убежал выяснять обстановку? Беспокоится о своих?

А я должна заботиться о себе! Если есть хоть малейший шанс, что Иней жива, что за нами направили группу спасения…  

Забившись в путах, я с дикой яростью попыталась высвободиться. Болезненных симптомов или недавнего онемения как не бывало. На удивление я ощущала прилив сил и бодрость. Но, увы, веревка лишь врезалась мне в запястья, затянувшись сильнее. И вытолкнуть кляп, чтобы криком призвать на помощь – не получилось.

Проклятье! Варварский абориген!

Обезумев от отчаяния, взглянула на корень, к которому мужчина привязал веревку. У него не было времени продумать малейшую деталь – я просто обязана найти слабое звено в его задумке. И сбежать, ведь второго шанса может не быть.

Вой сирен не прекращался, а значит, мне надо лишь выбраться – помощь может быть совсем рядом!

 

  1. Пленник

В лихорадочном смятении оглядывая проклятую яму, я искала хоть что-то способное облегчить побег. В обстоятельствах, при которых он покинул это место, дикарь просто обязан был забыть хоть один самый разнесчастный клиночек… Я молила все силы удачи, шаря взглядом по сухой траве, укрывавшей землю.

Линорец же пристегивал, снятые ради секса, клинки? А что если были и другие, и он забыл о них в спешке? Но увы, все мои оптимистичные надежды не оправдались – время уходило, мужчина мог вернуться в любой момент, а колюще-режущих предметов в шаговой доступности не обнаружилось.

Мысленно вопя от отчаяния, я сверлила взглядом древесный корень, ненавидя его сейчас всей душой. Он – причина моей скованности, мысленно я даже вгрызалась в него зубами, намереваясь рвать на части. Впрочем, перегрызть одеревеневший мощный корень – задача для представителя моего вида неосуществимая.

- О-о-ох…

Ткнувшись затылком в земляную стену, я невольно застонала, отведя взгляд от своей последней надежды. Энергия немногим не бурлила в венах, но какой с этого прок, если я сижу на привязи как уготовленное на убой животное? Слезы капнули из глаз, стекая по щекам и падая на землю.

И тут меня осенило! Какая же я глупая, почему сосредоточилась на поиске его оружия? Когда болтающаяся у меня на шее ладанка, перешедшая в знак памяти в наследство от мужа, имеет острую зазубрину?!

Едва мысль оформилась, а я, орудуя связанными руками, уже сдернула шнурок и принялась истово скрести по острому краю своими путами. Веревка явно имеет растительное происхождение, а значит у меня есть все шансы ее перетереть! Только бы линорец не пришел раньше!

Видимо, адреналин забурлил в моей крови – не чувствуя усталости, я накинулась на самого близкого сейчас врага, на веревку. Не вслушиваясь в шум, не думая о любой другой угрозе, я неутомимо скребла ею по острому краю металлической пластины. И – бац – смогла надорвать ее узел, высвободив руки.

Или мне несказанно везло? Или, спеша, дикарь не проявил должного усердия, лишая меня подвижности. Но все это мало заботило сейчас. Словно открылось второе дыхание – я уже проторенным путем устремилась к свободе.

Исцарапавшись как и прежде, на сей раз вела себя осмотрительнее. Выбравшись из ямы-ловушки осторожно, стараясь быть неприметной в тени ближайших растений, двинулась вперед. То и дело замирая, прислушиваясь и озираясь вокруг старалась не шуметь, продвигаясь к базе. Высокий шпиль Надис, возвышаясь над зарослями, служил отличным ориентиром.

Вот уже и угор, по которому – я помнила миг падения – необходимо вскарабкаться. А дальше… Боковым зрением уловив движение, я едва ли не прильнула к ближайшему листу, застыв и затаив дыхание. Тут я не одна!

Замерев на месте, изо всех сил стараясь сдержать шум учащенного дыхания, наконец, осмотрелась. Раньше я страшилась увидеть совсем рядом то, что лишит всякого мужества двигаться к своим, поэтому и неслась без оглядки. Сердце по ощущениям ухнуло вниз, по множеству странных теней, мелькающих между деревьями, я поняла, что местность вокруг… кишит линорцами! 

И они всего в каких-то паре сотен метров от меня!

Вжавшись в мощный ствол ближайшего растения, уже не думая о том, что оно может быть опасным, перевела взгляд на станцию. До нее мне осталось совсем немного… Но все же больше, чем до дикарей. Сердце забилось в оглушающем ритме!

Надеюсь, линорцы еще не заметили меня?..

И тут, в густых зарослях впереди мелькнули вспышки защитных скафандров. Поисковая группа! Я моментально поняла, что именно их продвижение сопровождал вой сирен. Почему соплеменники пошли на такой риск, я не размышляла. Ведь этот шум стал для меня единственным ориентиром!

Надо преодолеть каких-то пару-тройку сотен метров! Сконцентрировавшись на этой мысли, я заставила себя не думать о ранах и судьбе дочери. Если смогу сейчас выбраться сама, смогу убедить остальных отправиться и на ее поиски! Возможно сегодня же…

Рывок! Уже не таясь, я стремглав кинулась вперед. Бежала, царапая ноги о камни, рассекая их острыми листьями местных растений, ветер свистел в ушах, легкие не справлялись с волной воздуха, что я заглатывала на бегу…

Бац!

Резко, как если бы врезалась во что-то невидимое, я замерла. Хрип, спровоцированный ударом, замер в горле. На миг я задохнулась. И не сразу поняла, что причина остановки до ужаса проста – кто-то, накинувшись сзади, остановил, мертвой хваткой стиснув руками.

Тут же голос вернулся, я инстинктивно завопила, надеясь, что сумела настолько приблизиться к своим, чтобы быть услышанной! Словно распознав намерения замершего в преддверии крика сердца, огромная ладонь с хлопком стиснула мою челюсть. Тут же тело взлетело вверх, утратив опору…

Спиной чувствуя натужно содрогающееся тело, вынуждено позволила себя оттащить назад. Конечно, это мой похититель, каким-то необъяснимым наитием я узнала эту хватку! И он бежал с такой скоростью, прилагая такие усилия, что сейчас его грудь ходит ходуном. Он вновь поймал меня…

Лягаясь и выкручиваясь как бешеная, я всеми силами стремилась если не вырваться, то хотя бы замедлить его продвижение. Но дикарь и не думал бежать со мной в свою проклятую нору. Сжимая меня, он затащил нас в тесноту колючих кустов и угрожающе зарычал.

Надеется, этим заставить меня не дергаться? Чтобы нас не заметили ни его, ни мои собратья? Я абсолютно была уверена в своей догадке, словно бы он шепнул мне о своих намерениях сам.

Оттого остервенело кусала его ладонь, укрытую непонятной перчаткой, и билась в кольце мужских рук, понимая, что упускаю свой единственный шанс! Расстояние до поисковой группы мне удалось сократить, что если они заметят колыхающийся куст?!

Вой сирен все ближе. Вероятно, линорцы тоже приблизились… Что если возникнет бой? Можем ли мы быть в его эпицентре. Словно в ответ на мои отчаянные мысли, дикарь резко сменил позу. Свалив меня на землю, придавил коленями, одной рукой продолжая зажимать мне рот. Взглядом я проследила как другая его рука стремительно метнулась к ножу… Тело надо мной напряглось словно изготовившись к прыжку.

В следующую секунду луч поискового лазера прорезал листву. Я осознала, что датчик нас уже засек, а значит поисковая группа куда ближе, чем я полагала. События приняли стремительный оборот. Всеми силами я дернулась, стремясь вывернуться из-под линорца. Ему сложнее удержать меня в таком положении, но он ожесточенно навалился сильнее, шипя едва различимо. Но… дело сделано, куст, несомненно, привлек внимание спасателей.

Нас накрыло парализующей сетью. Я с благоговейным облегчением приняла ее влияние, понимая, что это – преддверие свободы. А вот линорец рвался, отчаянно сопротивляясь сковывающему влиянию. Но в итоге и он стих, скрючившись поверх моего тела.

Его лицо напротив моего.

Кипящий от ярости взгляд серых глаз, устремленный на мое лицо.

И холод металла от клинка, теперь зажатого между нашими телами.

Я бы хотела предупредить о нем своих, но тело уже онемело…

Нас вытянули в такой вот своеобразной позе.

- Оторвите его, - искаженный ретранслятором голос военного звучал неузнаваемо. – Тащить их вдвоем тяжелее. Дикарей вокруг слишком много, нам надо скорее вернуться.

- Защитный экран пока держится, - кто-то невидимый ответил тем же безликим тоном. – Но стрелы и копья сыплются градом, долго не сможем их сдерживать.

- Наоми нашли, миссия выполнена. Да еще и живого дикаря взяли. Возвращаемся.

В этот миг я испытала неописуемое облегчение: меня не бросили. Что, если и Иней они нашли?..

 Суета вокруг достигала меня лишь урывками. Видя над собой небо и изредка мелькавшие шлемы военных, поняла, что нас сдвинули. Готовят к транспортировке? Поволокут на аэроподушке?

Ничего не чувствуя и не имея возможности пошевелить и пальцем, осознала, что на какие-то мгновения спасатели отступили, занятые спешным отступление. И тут… как совершающая бросок змея, дикарь выпрямился! Тело его двигалось натужно, явно преодолевая боль, но… я в принципе не смогла бы встать. А он еще и дернул меня следом, перекинув неподвижным бревном через плечо! В душе я задохнулась от ошеломления и испуга.

Не-е-ет…

- Он двигается!

- Что происходит?!

- Стреляйте!!! Линорцы совсем рядом. Он прорвет барьер…

А тогда, нам всем конец – это было понятно без слов.

- Осторожно! Он вооружен!

Крики соплеменников раздавались со всех сторон. От недавнего облегчения не осталось и следа: безвольную меня снова отрывали от дома, почти вновь обретенного дома, которым всем нам стал Надис. А все что я могу – это плакать в душе от бессилия.

Кажется, дикарь метнул нож. Обзор мой не позволял следить за событиями. И тут… он рухнул. Кулем свалившись с высоты его роста, я брякнулась о землю тоже. Удар оказался достаточным, чтобы отключиться.

Около 3 лет
на рынке
Эксклюзивные
предложения
Только интересные
книги
Скидки и подарки
постоянным покупателям