0
Корзина пуста
Войти | Регистрация

Добро пожаловать на Книгоман!

Или войдите через:


Новый покупатель?
Зарегистрироваться
Главная » Любовь по закону подлости » Отрывок из книги «Любовь по закону подлости»

Отрывок из книги «Любовь по закону подлости»

Автор: Мамлеева Наташа

Исключительными правами на произведение «Любовь по закону подлости» обладает автор — Мамлеева Наташа . Copyright © Мамлеева Наташа

«ЛЮБОВЬ ПО ЗАКОНУ ПОДЛОСТИ»

Мамлеева Наталья

 

Глава 1

 

«Конфьери[1] всех рас и возрастов, пляшите! Можно сказать, что сегодня на вашей улице перевернулся не просто грузомобиль с пряниками, а целый шаттл со сладостями! Холостяк, мультимиллиардер и при этом невероятно привлекательный мужчина решил жениться!» — прямо так, большими заглавными буквами начинались все статьи сегодня в поисковых системах.

Я даже подумала, что кто-то взломал интросеть, раз одно и то же на всех сайтах и во всех блогах. Не может же быть, чтобы весь Хоэр разом сошел с ума? Оказалось, может. И виной тому вышеупомянутый миллиардер.

Фотоснимок был смазанным, и уже сейчас я бы его не вспомнила — и так память на лица и имена была отвратительная, что часто создавало проблемы в моей профессии. Я даже не стала смотреть его имя и род занятий, настолько была уверена, что кто-нибудь позвонит мне и обо всем непременно доложит. Может, вовсе отключить лукмобильник, чтобы сегодня никто не отвлекал? Нет, это не вариант, тогда со мной не сможет связаться начальство в случае изменения планов.

Отложив лукмобильник[2] в сторону, я вновь взяла в руки кипу бумаг и продолжила изучение рабочего материала следующей программы. До эфира оставалось меньше суток, а карту Дикоморья, куда мы завтра отправимся, необходимо было изучить досконально. Это еще одна причина, почему мне сегодня не хотелось интересоваться светскими новостями — просто не было времени.

Не прошло и двадцати минут, как меня отвлек входящий вызов. Усмехнувшись своей проницательности, я взяла в руки лукмобильник, который внешне представлял собой пудреницу в форме ракушки, и приняла вызов. Экран отобразил моего друга и коллегу по работе, являвшегося оператором, — Лика Шестрова.

Лик был пепельным блондином с зелеными глазами и вечно торчавшими в разные стороны волосами из-за привычки проводить пятерней по волосам. Природа его не обделила, но и он приложил немало усилий для поддержания внешнего вида. Шестров обладал высоким ростом, косой саженью в плечах и при этом обольстительной белозубой улыбкой, которую часто использовал, когда нам выпадал «реверс». Я его считала незаменимым товарищем, но никогда бы не призналась в этом ему.

С Ликом мы познакомились на последнем курсе, куда его перевели из университета на другом конце Хоэра. Как-то неожиданно сплотились, и позже вместе отправились на собеседование, когда «Реверс против аверса» был на начальной стадии разработки. Отбор был не из легких, но по результатам я стала ведущей, а он — оператором.

— Йолина Зеалейн, — официально, как он начинал всегда, если имел сверхважные новости, начал друг, — ты не представляешь, что я тебе сейчас расскажу!

Я сдержала улыбку и нарочито медленно приподняла бровь, зная, что если Лик начал беседу, то его не остановит даже цунами. Мой оператор был еще более болтлив, чем я, и он мог бы быть успешным ведущим, если бы не его явная любовь к видеосъемке.

Шестров, выдержав театральную паузу, восторженно сообщил:

— Демио Диксандри решил жениться!

Будто этот Демио ему как минимум родной брат! Или он поспорил на кучу тирлингов, что тот женится!

— Лик, учитывая, что этой новостью пестрит вся интросеть, откуда в твоем голосе столько благоговения, словно сообщаешь эксклюзив? Я уже видела заголовки, но сегодня у меня совершенно нет времени, чтобы уделять его неизвестному миллиардеру, поэтому я постаралась скорее закрыть все ссылки, дабы не перегружать свой мозг лишней информацией. Может, поговорим об этом при удобном случае, после съемок? Я ведь даже не знаю, кто такой этот Демио.

Запоздало поняла, что последнее предложения я зря добавила.

— Брось, Йолина! Как ты можешь не знать? — скептически спросил друг, и я пожала плечами, мол, все в этой жизни бывает. — Серьезно не знаешь? Ну конечно, местность тебя интересует намного больше тех, кто её населяет.

— Именно, — не стала отрицать я. — Открывать и узнавать все новые и новые места многим интересней, чем открывать для себя людей. Местность не разочарует, а люди — увы! — да. И чем старше я становлюсь, тем это разочарование горше.

— Неужели тебе совсем-совсем не интересно, кто такой Демио Диксандри? — сощурившись, спросил оператор.

Я перекинула толстую косу светлых волос на правое плечо, сдула со лба длинную челку и наградила друга скептическим взглядом. Разумеется, я знала, кто такой Демио Диксандри — наследник целой династии артефактников, которые основали компанию «Диксандри-Арт». Именно им принадлежит разработка первого лукмобильника, да и другие новшества обычно имеют происхождение из их компании.

Но как о личности я о нем ничего не знала. Теперь понятно, почему снимки были смазаны — половина интросети принадлежит ему, он легко может очистить её от ненужных оповещений, как и заполнить важными ему новостями, например, о его «помолвке».

Лик со вздохом решил поделиться со мной сокровенной информацией с таким видом, будто я об этом его умоляла:

— Ты же наверняка знаешь компанию «Диксандри-Арт»? Вспомнила? Вот и хорошо. Сегодня Демио объявил о конкурсе невест. Есть, конечно, подозрение, что объявление дала его мама, как и устроила конкурс, все-таки Диксандри уже за полтинник, но не в этом дело.

Мужчина в самом расцвете сил. В этом возрасте, что одаренные, что простые смертные выглядят одинаково, только срок жизни все равно различный — сто двадцать лет против трех столетий магов.

Хотя надо думать, что Диксандри маг. Его семья известные артефактники, не мог же у них родиться неодаренный наследник?

— Ну и в чем же дело? — поторопила я друга.

Лик не успокоится, пока не преподнесет все информацию так, как угодно ему. Меня же поджимало время, кипа бумаг о Дикоморье по-прежнему лежала на столе, изученная только наполовину.

— Дело в том, — продолжил Лик, — что в ближайший месяц будет проходить отбор для конкурса невест, и ты не представляешь, сколько уже за сегодняшнее утро после объявления пришло заявок! Каждой невесте положен гонорар в сто миллионов тирлингов, ну а главный приз — брачный контракт с самым завидным холостяком современности!

Обалдеть, вот это деньги! За сто лет, работая ведущей в нашем престижном телевизионном шоу, мне столько не заработать!

Совладав с фантазией, которая бурно разыгралась в направлении потенциальных покупок на эти деньги, спросила:

— Лик, я безмерно рада за будущих миллионерш, но меня это каким боком касается?

Друг замолчал, как-то хитро поглядывая на меня. Начиная догадываться о причине, я хранила молчание и ожидала его ответа.

— Йолина, а ты не хочешь побыть невестой? — всё-таки спросил он, и я искренне расхохоталась.

— Лик, ты сошел с ума!

— Йолин, я же не прошу тебя становиться его женой, а лишь временно побыть невестой! Столько денег! А я буду твоим личным оператором и буду снимать твои интервью на публику.

— Мой дорогой меркантильный друг, — подавшись вперед, лилейным голосом начала я, — ты знаешь, что в подобном шоу уже все подстроено? Все места раскуплены если не за деньги, то по знакомству. Да и я уверена, чтобы быть даже потенциальной невестой, нужна така-а-ая родословная с перечнем всех наград, что я не попаду даже в четверть отборочного тура.

Моя мама была простой домработницей, так и не вышедшей замуж и не обладающей магическим даром. Я подозревала, что моим отцом является кто-то из бывших нанимателей, богатый, умный и магически одаренный человек, раз дар передался и мне. У меня был даже список имен потенциальных отцов, который я сожгла еще в переходном возрасте. Меньше знаешь — уверенней ходишь по улицам.

Отсутствие отца было тяжелым бременем, но не смертельным. После школы я поступила в престижный университет, который окончила не с отличием, но вполне приемлемо, нашла любимую работу и сняла небольшую уютную квартиру. Мне не на что было жаловаться.

— Йолин, ты же красивая девушка, да еще и умная! Неужели не веришь в собственные силы? Уверен, что отбор будет честным и ты сможешь пройти! — расхваливал меня Лик.

Я повернулась к зеркалу, улыбнувшись своему отражению. Тонкие дуги бровей, расположенные высоко над большими раскосыми глазами цвета вешнего океана, делали из меня будто вечно удивленную девушку. Круглые щеки со слабо проглядываемыми скулами придавали лицу форму «сердца», которое я обычно называла менее мягко — колобок.

Нет, я была худенькой и стройной, всегда держала спину прямо, но вот моё лицо действительно не утратило некоторую детскость. Несколько веснушек на носу я обычно тушировала, а пухлые губы подкрашивала розовым блеском. Если еще и светло-коричневые ресницы красить черной тушью, то вполне можно считаться красивой.

Именно «считаться», а не быть таковой.

— Лик, не заливайся пухыхлой[3]! Участвовать в такой самодеятельности я не буду! Несказанно рада за потенциальных невест, хоть мне и жаль самого Демио, раз он может жениться только по итогам конкурса. Но в этом унижении я участвовать не буду. Ты прости меня, но бороться за мужчину — ниже моего достоинства. Я отношусь к тем консервативным клушам, которые считают, что именно мужчина должен добиваться руки и сердца избранницы, а не наоборот. Все, Лик, я отключаюсь. Вылет уже утром, а я не выучила карту местности.

Друг хотел еще что-то сказать, но я оборвала связь и положила на стеклянный столик перед собой лукмобильник. Подумав, еще и выключила его. Сто миллионов тирлингов большие деньги, мне такие суммы не светят, но пока мне хватает и того, чего я зарабатываю в «Реверс против аверса».

Собственно, моя работа мне нравится. Это программа знакомит своих зрителей с достопримечательностями и местами отдыха на всем Хоэре. Есть двое ведущих, которые кидают монету. Если выпал аверс, то тебе выдается безлимитная карточка и ты обследуешь новую местность, как какой-нибудь миллионер. Если реверс, то тебе выдается сто тирлингов и ты на них существуешь два дня, показывая зрителям достопримечательности и заодно развлекаясь.

Повторюсь, я люблю свою работу. Так к чему мне принудительно участвовать в таком фарсе, как конкурс невест самого завидного жениха Хоэра? Если с его деньгами за него не хотят выходить замуж свободные конфьери, тут одно из двух: либо дурак, либо домашний садист. Хотя может быть и все вместе.

В общем, не для меня это! Не для меня!

 

Следующий день обещал подарить массу впечатлений. Я уже прибыла в воздушный порт, откуда отбывают шаттлы, и сейчас, катя за собой чемодан на колесиках и напевая под нос веселую ретро-песню, оглядывалась по сторонам в поисках съемочной команды.

Одета я была в муслиновое платье без рукавов с пышной юбкой ниже колена и квадратным воротом насыщенного зеленого цвета. Все украшение были белого цвета: крупные бусы, шляпа с широкими полями, тонкие короткие перчатки и носки, надетые под красные туфли. Наша мода была эпохой ярких цветов.

Первым меня заметил Лик. Друг махнул рукой, подзывая меня к себе, и я направилась к нему и остальной съемочной команде. Здесь же была и Сельена — моя коллега, с которой мы кидаем монетку. Она пришла к нам только месяц назад, после того, как её предшественница ушла в декретный отпуск.

Яркая брюнетка выше меня на полголовы с вызывающим макияжем и презрительным взглядом серых глаз, которым она окидывала окружающих. Надо признать, свою работу она любила, и её глаза загорались всякий раз, когда она рассказывала об истории того или иного города, поэтому в глубине души я её уважала. Где-то очень в глубине.

— Зеалейн, опаздываешь! — прикрикнул на меня пузатый начальник, конфьер Лакшри, подпрыгнув и прищелкнув каблуками сапог.

Уважаемый конфьер был продюсером, отвечал практически за все, начиная от сбора информации и заканчивая подбором персонала. Можно сказать, он собственноручно раскрутил этот проект, сделав его одним из самых любимых у зрителей. Процесс съемки он контролировал лично, заранее ездил на место и скрупулезно собирал с помощниками по крупицам нужную информацию.

Сегодня он был одет схоже с Ликом — темные штаны, клетчатые рубашки с широкими воротниками и мягкие ботинки. Сверху обязательно был надет жилет — у руководителя удлиненный, а у Лика — короткий, выгодно подчеркивающий узкую талию. Помимо этого конфьер Лакшри был увешан амулетами и золотыми украшениями, которыми он очень гордился и говорил, что безопасность превыше всего.

Отвечать начальнику не было смысла. Его хлебом не корми, дай поворчать. В полном составе мы сели в частный обтекаемой формы шаттл и приготовились к трехчасовому полету, за время которого успеем обсудить некоторые рабочие детали. Салон был секционирован на четыре части, каждая из которых проглядывалась, имела столик и мягкие кожаные кресла. Мы с Ликом, Сельеной и вторым оператором заняли одну из секций.

Шаттл темно-синего цвета поднялся в небо, ускорившись. Летал он, как и современные летмобили, за счет резонанса трех камней, производимых на магических предприятиях. Открыта данная возможность была относительно недавно, семь столетий назад, незадолго до того, как была разработана интросеть и лукмобильники. До этого пользовались переговорными артефактами с возможностью только голосовой связи.

— Все вы видели объявление о конкурсе невест для наследника «Диксандри-Арт»? — спросила Сельена, переглянувшись с нами.

— Разве это могло оставить равнодушным кого-нибудь в Хоэре? — с усмешкой отозвался второй оператор, Джэнли. — Это же скандал! Где это видано, чтобы девушки сражались за сердце мужчины, даже такого, как Демио Диксандри?

— А мне нравится идея, — отозвалась Сельена. — За таких мужчин, как он, стоит бороться. Я бы очень хотела побыть его невестой хотя бы на неделю!

— Конечно, сто миллионов тирлингов очень соблазнительная сумма, — вставила я, откинувшись на спинку кресла, и взяла в руки документы, чтобы просмотреть их еще раз.

— Дело даже не в сумме! Представляешь, какая слава ожидает этих претенденток? — с благоговением спросила ведущая и мечтательно закрыла глаза.

— А я согласен с Сельеной, — неожиданно высказался конфьер Лакшри, проходящий мимо. — Для нашего шоу было бы крайне желательно, если бы кто-то из вас хотя бы попробовал себя в качестве ведущей на это шоу, не говоря уже об участии. Но нам не светит даже этого. Туда набираются ведущие со стажем работы от тридцати лет.

На этой печальной ноте тема себя исчерпала, поэтому мы смогли поговорить о работе.

Спустя три часа мы высадились в Дикоморье — невероятной гористой местности, расположенной на берегу Данского залива. Многочисленные отели, которые здесь располагались, были одно— двухэтажными с соломенной крышей и тонкими стенами. Единственное, от чего здесь нужно было защищаться, это от легкого морского бриза и редкого дождя.

Настоящий рай для туристов!

Гордые горы, покрытые зеленым покрывалом растительности, контрастировали с темно-синим морем, плескавшимся на берег. Оно словно хотело быть ближе к своим высоким и могучим соседям.

Мы стояли на возвышении, где находилась парковочная площадка, и отсюда открывался чудесный вид на берег, море и горы. Я достала лукмобильник, открыла крышку, в которую была встроена камера, и сделала несколько снимков. Позже выложу их в своем блоге.

Конфьер Лакшри отдал последние распоряжения, и мы начали спускаться по широкой лестнице вниз, где неровными рядами расположились бунгало. Тот, кто сегодня возьмет «реверс» пойдет в горы, исследовать храмы и пещеры и ночевать в лесах, а тот, кому достанется аверс, будет наслаждаться водным парком, морем, сладостями и прочими дарами современности.

Бунгало, которое было нанято для съемок, было двухэтажным с просторным холлом. Я выбрала себе комнату на первом этаже, имевшую все необходимое из мебели — стол, кровать и шкаф. Бросив чемодан на кровать, я открыла его, но разбирать не стала: съемки должны были начаться с минуты на минуту.

В дверь постучались, и в комнату вошел конфьер Лакшри. Он положил на стул чехол с брендовыми вещами и улыбнулся.

— Йолина, надень это по просьбе инвесторов.

— Разумеется. Спасибо, — откликнулась я, и конфьер кивнул, оставив меня в одиночестве.

Переодевшись для съемки в принесенные вещи, я вышла в холл. Сегодняшним нарядом оказались широкие брюки цвета хаки с объемными карманами, темная футболка и кроссовки фирмы «Лакрас», принадлежащей знаменитому модельеру Юдинову. Разумеется, все с эмблемами производителя. Одежда была практичная, разработанная специально для активного отдыха. Волосы я заплела в косу, лишь несколько коротких прядей обрамляли лицо. Было у меня предчувствие, что плутать мне следующие два дня по горам.

Лик уже ждал меня с увесистым съемочным оборудованием и рюкзаком, набитым необходимыми для него вещами. Наверняка, и куртка у него есть, а мне по контракту нельзя. Так что к лесам и горам он был готов, отчего я усмехнулась, и друг бросил на меня грозный взгляд.

— Вот только попробуй вновь реверс выкинуть! И я перейду работать с Сельеной — она хотя бы везучая!

— Лик, мой дорогой наивный друг, — пропела я, поравнявшись с ним, — кто же тебя отпустит? К тому же, реверс намного веселее. Трудности закаляют и объединяют.

— Да, но иногда хочется и в шелках походить. — Шестров поморщился, и мы направились вслед за остальной съемочной группой к берегу моря, где и должна была проходить жеребьевка.

Мы с Сельеной встали рядом, и она положила себе на ладонь крупную, но легкую монету. Привычно поздоровавшись со зрителями и сказав, где мы на этот раз и что будем исследовать, я толкнула ладонь Сельены вверх. Монета подлетела, ненадолго зависнув в воздухе (она была зачарована), и упала на белый  песок.

Объектив приблизился. Мы с Сельной нагнулись и одновременно выдохнули, она — облегченно, я — устало. Но у меня не было времени грустить, поэтому, счастливо улыбнувшись камере, подхватила монетку и известила зрителей:

— Реверс!

Далее речь подхватила Сельена, обменявшись со мной улыбками.

— Итак, уважаемые почитатели нашей скромной, но захватывающей программы, я должна с прискорбием сообщить вам, что у меня выпала возможность… остаться на этом чудесном пляже, залитым солнцем и облюбованном легким приятным бризом!

— Ну а мне, — продолжила я, — придется подниматься в горы со сто тирлинговой купюрой в кармане, на которую я рассчитываю приобрести на ближайшем рынке все необходимое.

Отсюда мы с Сельеной направились в центр городка, чтобы закупиться. Мы беседовали друг с другом и зрителями, рассказывая об истории этого курорта и легендах, ходивших в этих краях. В эфир попадут не все части, позже оператор и режиссер будут монтировать видео, где-то ускоряя темп, а где-то вырезая целые куски.

Несмотря на нашу неприязнь, мы с Сельеной хорошо смотрелись в кадре на контрасте. В центре городка мы с ней разошлись: я отправилась на рынок с выданной карточкой на сто тирлингов, а коллега — в фешенебельный торговый центр.

— Что нам может понадобиться в лесу в горах? Безусловно, это кристаллы-аккумуляторы энергии, ведь для моей техники необходима поддержка, а пользоваться кристаллами своего оператора я не могу. О, вот магическое огниво, — озвучивала я свои действия, — его мы тоже возьмем. К счастью, я надела вполне удобные спортивные кроссовки популярного бренда «Лакрас», ожидая, что мне выпадет реверс, поэтому переодеваться не придется, за счет чего мы сэкономим деньги. Ночью в лесу будет темно, и если будет что-то интересное, я не смогу этого увидеть. Чтобы ты советовал взять с собой, Лик?

Я подошла к прилавку с фонарями, работающими за счет энергии магических зарядов, заключенных в батареях. Я могла бы зажечь и магический светильник, но и это было запрещено контрактом.

Выбрав себе два фонаря, один ручной, а второй с обручем для головы, я отправилась дальше, остановившись возле плащей. На спальный мешок у меня не было бы денег, а вот плащ я себе могла позволить приобрести.

Купив еды в дешевом кафетерии (кстати, о нем мы и рассказали потенциальным туристам-зрителям) и не забыв прокомментировать свои действия, я направилась к первой станции, где на земмобилях с огромными колесами можно было подняться в горы. За транспорт я отдала последние деньги, сожалея на камеру, что обратно придется спускаться пешком.

Водители оказались веселыми ребятами, мы обменялись парочкой забавных фраз, я отказалась от любезного приглашения на свидание, и мы с Ликом залезли в земмобили. Перекрикиваясь и горланя с местными жителями старую-старую песню — буквально сингл этого края — мы доехали до точки высадки.

— О, запомните этот момент: еще чуть-чуть и мы покорим горы! — пафосно воскликнула я.

— А через пару часов горы покорят нас, — за кадром добавил Лик.

— Зато это покорение будет на лоне природы, — ответила я, показав язык на камеру. — Лик, за мной!

Естественно, у моего оператора не было выбора, и он послушно направился следом.

Чтобы мы случайно не потерялись и всегда имели связь, у нас в ушах были маленькие переговорные устройства, рассчитанные на небольшой радиус действия, но зато не нуждающиеся в наличии интросети, что в горах было решающим фактором.

Репортаж шел хорошо. Мы посетили храм богини Нюквы — повелительницы рек, озер и морей, потом отправились на бриллиантовое озеро, которое за счет рыб, источающих особые ферменты, было со сверкающей гладью. Уже ближе к вечеру мы смогли увидеть исходящее от озера сияние, которое было видно в лунном свете.

Была про это озеро особая легенда. Мол, сколько камней с берега соберешь, столько и любовников будет. Обычно девушки забирали с собой по одному-два камня в качестве сувенира, но сегодня мне предстояло увидеть поистине впечатляющую веру в чудеса!

Одна женщина с уверенным выражением лица тащила с озера две сумки с камнями, кряхтя, но продолжая свой поход к земмобилям! Удивление людей быстро сменилось заразительным хохотом, но женщина отринула весь интерес к себе — конечно, ведь скоро у неё будет столько любовников, пора привыкать к всеобщему вниманию!

Думаю, передача на этой неделе будет пользоваться популярностью, не говоря уже о притоке туристов в Дикоморье. Вообще администрация всячески поощряла нашу деятельность, за их счет мы и имели “золотую” карточку, которая в этот раз была у Сельены.

— Где ночевать будем? — задал животрепещущий вопрос Лик, когда на горы опустилась мгла. — Знаешь, что самое обидное? Ты-то ведущая, лишения для тебя оправданы, но причем тут бедный не в чем неповинный оператор?

У этого оператора хотя бы есть куртка! И этот оператор получает хорошие деньги. Но спорить я не стала, так как у Лика неожиданно обнаружился и тонкий плед для меня. Натаскав вместе хвороста, мы зажгли костер и смастерили лежаки из хвойных веток, чтобы не замерзнуть. Вновь вспомнив недобрыми словами контракт, по которому я не могла пользоваться магией, я все же поставила перед сном магическую защиту от млекопитающих и земноводных, чтобы ночью не было нежданных гостей. Думаю, начальство об этом не узнает, а безопасность — превыше всего!

Базовый магический курс я прошла в школьном возрасте, те самые обязательные десять лет обучения. В магические академии поступали только те, кто хотел связать свою жизнь с магией, мне же и журналистом быть достаточно. Да и чтобы получить те деньги, которые получают маги, нужно сначала финансово вложиться, а на тот момент я не располагала такими средствами. Может, в дальнейшем, и пойду в магакадемию, но не сейчас.

Над костром на камеру я рассказала легенду, которую услышала сегодня на рынке от продавца, приукрасив ее, и мы с Ликом поели, поставили камеру в фоновый режим, при котором снимались только движимые объекты, и легли спать.

 

Глава 2

 

Проснулась я от шороха. Рядом с защитным куполом нерешительно замер мелкий вислоухий грызун с длинными задними лапами — ширшунчик. Он принюхивался, но не подходил.

Я уже собиралась ложиться обратно, когда заметила странный мерцающий зеленоватый свет, исходящий из соседнего холма. Там пещера? Подбежав к камере и по дороге толкнув Лика, я посмотрела в объектив и приблизила изображение.

Действительно, пещера! Светло-зеленый свет сочился из неё, словно там проводились какие-то шаманские ритуалы. Неужели нам сегодня удастся отснять еще что-нибудь интересное?!

Сон как рукой сняло. Рядом встал Лик и, пошатываясь, пошел к ближайшим кустам. Я быстренько собрала наши вещи. Оператор, вернувшись и оглядев нашу стоянку, удивленно моргнул, протер глаза и спросил:

— Йолина, а что ты делаешь? Два часа ночи! Пощади!

— Лик, смотри! — Я мотнула головой в сторону зеленоватого свечения.

Шестров еще раз моргнул и приник к объективу, а потом присвистнул и осоловело глянул на меня.

— Йолин, нам надо торопиться!

Это я знала и без него. Поправив на плече сумку с продовольствием, я установила на голове обруч с одним фонариком, а второй отдала оператору. Лик включил вторую камеру небольшого размера, снимающую видео более низкого качества, и установил на неё фонарик.

— Слава мелким грызунам, шебаршащим ночью возле нашего лагеря! — воскликнула я, не забывая комментировать для зрителей. — Благодаря их настойчивости я проснулась и увидела занимательную картину. Лик, приблизь-ка вон ту пещеру. Вы это тоже видите? Что может быть спрятано в недрах Дикоморья? Может, здесь властвуют древние шаманы, чья магия давно запрещена? Думаю, приехав на курорт, вы тоже сможете насладиться его загадочностью!

Говорить и бежать было тяжело, поэтому я больше молчала, смотря под ноги, чтобы не споткнуться. Сердце бешено колотилось в предвкушении нового приключения. Мы с Ликом шли на свет, перепрыгивая черед поваленные деревья, кочки и коряги.

Когда мы уже оказались ближе к пещере, то оставили тут продовольствие, увесистую камеру и рюкзак Лика, чтобы продолжить путь налегке. Теперь нам пришлось подниматься вверх по узкой тропе метров тридцать, прежде чем мы оказались недалеко от входа.

Я огляделась и схватилась за горное деревце, росшее через щель в скале, и посмотрела вниз. Скинув с дороги камень, проследила, как он скрылся в темноте ночи. Мы достаточно высоко и один неверный шаг может стоить нам жизни. Отринув страхи, я посмотрела на Лика, и мы украдкой заглянули в пещеру.

— Странно, тут совершенно тихо, — прошептала и нахмурилась. — Пещера не похожа на обитаемую, вся заросла мхом.

Свет стал тускнеть, но все равно отчетливо виден. Жаль, что темно, так бы, может, смогли разглядеть какие-то следы, а так — зелень и темнота. Кто же там включил лампады? Или кто магичит?

На самом деле страх требовал отступить, но любопытство и азарт толкали на сумасшедшие поступки. Мой оператор по духу был не меньший авантюрист, чем я, поэтому сейчас лишь подтолкнул меня в спину, призывая идти вперед.

— Вот так всегда! Как в пещеру к грызлоухам[4], так дамы, а как в депутаты — мужчины!

— Не факт, что там будут грызлоухи, — заметил друг, подсвечивая путь. — Не думаешь же ты, что там целое звериное семейство шаманит вокруг костра зеленого цвета, пританцовывая с бубнами?

Представив подобную картину, я хихикнула и уже смелее двинулась вперед. Остановившись у входа, я осторожно заглянула внутрь, ожидая увидеть всё, что угодно, но меня постигло разочарование. Внутри никого не было. Пещера уходила недрами вглубь скалы, и свет исходил оттуда.

— Пока здесь никого нет. Пойдем дальше, — сказала я и обратилась к потенциальным зрителям: — А сейчас мы познакомимся с местными обитателями, которых, видимо, поймать можно только ночью. И надеюсь, это действительно будут не грызлоухи.

Мы пробрались дальше. Следующий арочный проход заканчивался ступеньками. Мы с Ликом переглянулись.

— Говорил тебе, что здесь нет грызлоухов, — с усмешкой отозвался оператор. — Вряд ли они бы выложили здесь ступеньки.

— Однако пляшущая у костра с бубнами звериная семья всё же свежа в моем воображении, — призналась я, и мы ступили дальше, освещая себе путь фонарями.

В голове вертелись вопросы. Кому нужно было так оборудовать пещеру и почему о ней раньше никто не слышал? Что мы встретим в конце туннеля и чем для нас это обернется? Стены коридора, по которому мы шли, были расписаны неизвестными мне иероглифами. Мы часто останавливались, чтобы Лик успел все отснять, а я — прокомментировать увиденное.

Я могла лишь предполагать значение письмен. Иногда встречались символы, изучаемые в магических школах на уроках древности. Здесь говорилось что-то о силе вечной любви и споре богов. В общем-то, все вполне стандартно и ничего нового, но сама суть повествования ускользала от меня, разбитая неизвестными иероглифами.

— Йолин, что-то мне это не нравится, — признался коллега.

Коридор казался действительно бесконечным. Письмена повторялись. Выхода уже не было видно, но зеленый свет продолжал манить к себе любопытных журналистов.

— Именно с этих слов и начинаются настоящие приключения, — возразила я и упрямо пошла вперед.

— ...которые заканчиваются на больничной койке или в морге на столе некромантов, — закончил за меня друг, и я даже вздрогнула, сбившись с шага.

— Не упоминай их всуе! Тем более в такой жуткой атмосфере, — пожурила я друга, подсвечивая фонариком путь.

Почему здесь не сделали нормальное освещение, раз пещера когда-то была обитаема и даже так виртуозно расписана? Даже ступени не скрошились. Неужели это место было зачаровано от старения?

Мы миновали основной коридор, и вышли в округлую комнату. Снова письмена, множество неизвестных иероглифом и жестокие картины смерти. Повеяло загробным холодом. Я сглотнула, проведя рукой по одной из карикатур, изображающую слепую девушку, держащуюся за свое горло, будто она была убита собственным горем и пыталась сдержать истошный крик. Все это переставало мне нравится, и даже любопытство отступало. Всякому озорству есть предел.

— Пойдем-ка отсюда, Лик, и вызовем археологов, — предложила я.

Друг был полностью со мной согласен. Но не успел он и обернуться, как позади него «закрылся» проход — просто зарос ветвями. Мы оба бросились назад. Лик отложил камеру на пол, и мы вместе пытались руками отодрать ветки, но все бесполезно. Те сплелись намертво.

Мне это все окончательно не нравится. К черту контракт, нужно спасать свою жизнь. Я попыталась призвать элементаля огня, которого усмирила еще в школьные годы, но не почувствовала никакого отклика. Магия в этом месте была глуха, словно мы попали в «мешок». Это очень и очень плохо.

Лик без труда понял мою заминку, вздохнул и вновь поднял камеру с земли, включив её. Нарочито радостным тоном, который явно выдавал мою истерику, я сказала:

— Дорогие зрители, поздравляю, мы влипли! Вы-то по ту сторону экрана, когда будете смотреть смонтированный материал, уже не будете переживать за наши души, но вот сейчас нам очень страшно! В потусторонний мир отправляться не хочется, но если мы все же останемся тут, то я требую поднять мой труп какому-нибудь некроманту и рассказать мне, что за чертовщина тут творилась! Ну или я поведаю тайну некроманту, если мне все же удастся что-то узнать и не выжить.

— Йолин, не шути так. У меня от твоих слов мурашки по телу, брр. — Лик поморщился и перевел камеру вперед, на единственный оставшийся проход.

Если выбора нет, то нужно идти дальше. Тщательно просканировав письмена на стенах, мы все-таки прошли в проход и вновь двинулись по коридорам, еще более темным, так как зеленый свет истончался, словно конечная точка нашего путешествия все ближе.

— Интересно, кто здесь проходил до нас? Даже паутины нет, словно долгое время это место было магически законсервировано, — констатировал Лик.

Эти мысли посещали и меня, но я не хотела пугать друга. Сейчас я уже не считала такой хорошей идеей отправиться в эту пещеру, но зеленый свет все еще исходил из глубины. Он был явно магического происхождения, раз прошел через все коридоры, привлекая внимание ночных посетителей.

Пройдя очередной коридор, мы оказались в тупиковой комнате с глиняными статуями по стенам и сундуками. Внутри сундуков лежала оловянная и деревянная посуда, а статуи представляли собой изображения богини Нюквы. Головы статуй венчали трехзубчатые короны, а из одежды были только ракушки, которыми и были выложены купальные костюмы.

Центром комнаты было растущие из-под земли дерево, чьи ветви плелись по неровному потолку, а корни бугрились по полу и закрывали люк. Я подошла ближе, дотронувшись до коры. Шероховатая поверхность царапнула нежную кожу, я прикрыла глаза, сосредоточившись на дереве. Я хотела проверить возраст этого места, но магические потоки по-прежнему не отзывались.

Должно быть, пещере не менее двадцати тысяч лет, если судить по древности письма. Но я не историк, поэтому не могу сказать точные цифры. С помощью магии бы узнала, но здесь я бессильна.

Разочарованно вздохнув, я попыталась отступить назад и вскрикнула, почувствовав, как один надземный корень ожил и оплел мою лодыжку. Лик, бросив камеру, кинулся было ко мне, но споткнулся о еще один корень. Ветвь прочно обвила его запястья, и оператор выругался сквозь зубы. Я судорожно пыталась освободить свою лодыжку и призвать магию, но в обоих делах не достигла успеха. Дерево же ожило. Оно будто скрутилось по спирали, сдвигая свои корни в сторону и образуя под собой проход.

— Нет-нет, пожалуйста, — прошептала я и полетела вниз, в открывшийся люк.

— Йолина! — крикнул Лик.

Его руки чудесным образом освободились, но друг не успел схватить меня за запястье. Корни вновь сошлись, отрезая нас друг от друга. Ойкнув, я больно приземлилась на пятую точку. Здесь была кромешная тьма, с трудом освещаемая небольшим фонарем у меня на голове. Магия здесь по-прежнему не работала.

— Йолина! Йолина! Ты там? Ты меня слышишь? Ответить можешь?! Ответь же! — орал мне в ухо через переговорное устройство оператор.

Ветвистый проход отрезал от меня даже звуки. Я попыталась успокоиться и первым делом поднялась на ноги, ощупав тело на предмет повреждений.

— Лик, я тут! Со мной все в порядке! — откликнулась я и огляделась. Вновь бесконечный коридор, в конце которого задребезжал ненавистный зеленый свет. — Кажется, обратного пути нет, только вперед. Лик, жди меня тут и держись на связи.

— Тебе нельзя далеко отходить от меня, иначе устройство перестанет работать! Йолина, никуда не уходи. Я сейчас попытаюсь поймать интросеть и дозвониться в службу спасения.

Я не ответила, но была благодарна другу. М-да, интересная у нас в этот раз передача выйдет! Лишь бы только дожить до её эфира…

Меня изрядно потряхивало от страха, но сидеть на месте сложа руки я не имело смысла. Зеленый свет, в конце концов, должен куда-то меня привести. Может, пещера пронизывает скалу настежь, тогда мне удастся выйти с другой стороны? Там в итоге должна работать магия, а с ней я уже не погибну. Хочется в это верить.

— Лик, ну как с наладкой связи? — полюбопытствовала я, медленно пробираясь по коридору вглубь. Зеленый свет становился ярче.

— Здесь вообще нет интросети. Я сбрасываю экстренный вызов, но на время его доставки уйдет несколько часов.

— Жаль, — вздохнула и я и проворчала под негромкий смех оператора: — И поесть с собой ничего нет. Шоколадка бы определенно сделала меня счастливее.

Коридор зримо начал сужаться, последние пять метров я проходила на четвереньках. Зеленый свет, слепящий глаза, не давал мне увидеть ничего впереди, поэтому я ползла слепым котенком, пока не вывалилась на каменный пол, разодрав «лакрасовские» брюки на голени.

В нос попала пыль и мне пришлось откашляться, прежде чем я поднялась на ноги и огляделась. Я стояла на пролете, лестница которого вела вниз, в огромный зал метров пятнадцать высотой. Здесь даже журчала вода, выливающаяся из фонтанов в форме кувшинов. У противоположной стены высилась статуя Нюквы от пола до потолка. И теперь я точно знала, что это тупик. Именно здесь была конечная точка ночного путешествия.

Здесь было светло, мягкий зеленый свет опутывал пространство, и было непонятно, откуда он льется. Он просто отражается от журчащей в фонтанах воды и разносится по всей комнате. Я спустилась по лестнице, остановившись в центре, и покрутилась вокруг своей оси, оглядывая все, от пола до потолка, примечая каждую мелочь. Здесь уже письмен не было, лишь нетронутое временем великолепие.

— Уау!

— Что там? — полюбопытствовал друг, и я достала из кармана почти бесполезный в этой пещере лукмобильник.

— Здесь круто, Лик, зря ты сюда не провалился, — хихикнула я и сделала несколько магоснимков на лукмобильник. — О, нет, зарядка садится, а аккумуляторы остались на привале! Эх, еды нет, аккумуляторов нет, пропаду я здесь, Лик.

— Не нагнетай, — раздраженно отозвался друг, — и ищи выход. Я переживаю, Йолина, тут творится что-то странное.

— Магия всегда странная вещь, — наставительно сообщила я. — Особенно когда она заблокирована, как здесь.

Раз выхода нет, стоит хотя бы исследовать это место. Сначала прошла к фонтанам и попробовала воду. Убедившись, что она чистая, отпила, утолив жажду, и только потом подошла к Нюкве. Статуя была вырезана из цельного камня, поэтому на ней было множество выступов. В глазах вместо зрачков огромные изумруды, в носу — кольцо-серьга, волосы распущены и каскадом спускаются по плечам. По легенде у неё они были бирюзово-зеленого цвета.

И тут над её головой я заметила небольшой горизонтальный люк. Что это? Неужели выход? Не помня себя, я подбежала к статуе и осмотрела её. Вскарабкаться можно, но это было весьма опасно, но разве у меня был выбор? Либо останусь здесь погребенной заживо, либо попробую забраться. Благо Нюква была изображена сидящей, то есть достаточно пологой для того, чтобы на неё залезть.

Первые два метра дались тяжело, но потом дело пошло легче. Будто выступы были созданы для того, чтобы по ним забирались. Это мысль была нерациональной, но какой-то уместной. Когда я уже была на плечах Нюквы, мы следовало пробраться по лицу. Я поставила ногу на выступ губ и схватилась одной рукой за очерченный волос, другой — за кольцо в носу.

С диким воплем я чуть не сорвалась и не полетела вниз, потому что серьга неожиданно легко отделилась от статуи и скользнуло мне на запястье. Я вовремя успела ухватиться ладонью за нос и сохранить равновесие.

— Йолина, что случилось? Почему ты кричала? — обеспокоенно спросил Лик.

— Всё в порядке. Лик, вполне возможно, мне удастся найти выход. Сейчас заберусь чуть выше и отвечу тебе. 

— Хорошо, — нехотя ответил друг, и мой взгляд невольно упал на серьгу, которая для меня оказалась браслетом.

Ободок был золотым, инкрустированным камнями. Вещь очень дорогая, это даже без отпечатка того возраста, который она носит. Восстановив сбившееся дыхания, я подтянулась и ступила ногой на верхнюю губу, а там уже смогла забраться на голову.

Люк небольших размеров оказался совсем близко. Я сделала шаг по направлению к нему, как пещера сильно затряслась. Я начала заваливаться назад, махая руками и находясь на грани от падения. Меня тряхнуло в другую сторону, и я упала на четвереньки. На глаза вновь попался злосчастный браслет.

— Йолина, ты что там сделала?! — закричал друг, и пещера вновь затряслась.

— А что я сделала? — невинно поинтересовалась я, испуганно наблюдая за камнем, летящим с потолка на пол.

— Проход открылся!

— Правда?!

— Но с другой стороны! Проход для меня! — добавил друг. — Дерево все так же не пропускает. Йолин, я сейчас выбегу и позову на помощь. Надеюсь, там интросеть будет! Никуда не уходи! Подожди меня немного, хорошо? Йолина, только будь осторожна и не помри до моего прихода!

Легко сказать! Тут все обваливается!

Я огляделась по сторонам. Статуя начала разрушатся, и мне прямо сейчас необходимо было добежать до прохода. О боги, что я собираюсь делать?! Лишь бы это было безопасно! Хотя выбора у меня все равно нет. Погибну ведь под завалами!

Мне удалось протиснуться в узкий ход, и я поползла, отталкиваюсь локтями, сбитыми в кровь, и радуясь своей комплекции. Через пару десятков метров колени тоже начали кровоточить, а «лакрас»-коллекция превратилась в старое тряпье. Боль ощущалась слабо, разбавляемая адреналином. Ползла я долго, и не знала, где в итоге окажусь. Кажется, это восточное направление. Есть ли там люди? Коттеджи строятся дальше от моря, с другой стороны гор, поэтому я рискую пройти эту гору насквозь и потеряться где-нибудь в лесу, если выберусь отсюда.

Чтобы еще куда-нибудь броситься за приключениями?! Да не в жизнь!

Проход начал расширяться, я обрадовалась, что скоро найду выход, когда уткнулась в стену. Пришлось с трудом перевернуться, чтобы ногами попытаться выбить толстый слой грунта. Но куда там слабой девушке! Этим я лишь усилила боль в коленях. Отчаявшись, я внезапно почувствовала в себе магию. Вернулась?! Неужели! Сосредоточившись, я воссоздала маленькое заклинание кратковременного усиления физических способностей, опустошающего половину магического резерва, но зато мне со второго раза удалось выбить препятствие перед собой.

Даже не став переворачиваться, я на спине сползла вперед и вывалилась в погребе. Современном каменном погребе. Как это возможно? Неужели кто-то построил особняк в этой местности? Здесь не должно было быть жилых домов, если я правильно понимаю, где географически оказалась.

Так, разбираться с местоположением будем позже, пока нужно найти лукмобильник и известить Лика о своем спасении. Рядом со мной лежала выбитая вместе с грунтом плитка. Это было сделано для спасения своей жизни, не отругают же меня хозяева?

И только сейчас я сообразила, что вернулась в цивилизацию! Мне удалось пережить страшное ночное приключение, и теперь я в безопасности!

Я достала свой лукмобильник, но тот оказался на грани выключения. Он тренькнул, извещая о низком заряде, и вызов не совершил, ссылаясь на вышеозвученную причину. Нужно найти хозяев и попросить у них любо аккумуляторы, либо разрешение на совершение вызова с их устройств. Теперь все будет хорошо.

Не веря собственному счастью, я бросилась к лестнице, когда почувствовала боль в коленях. Они изрядно кровоточили, как и локти, и еще не забыли физической нагрузки. При осмотре рук мой взгляд наткнулся на «браслет»-серьгу. Вещь явно магическая, фон сильный. Надо бы на анализы сдать, а то не нравится мне эта теплота, исходящая от артефакта. Словно оно хочет признать во мне хозяйку, а мне такое счастье не нужно. Все знают, что от древних артефактов одни проблемы.

Доковыляв по ступенькам наверх и держась за поручни, я вывалилась в коридор. О, человеческое освещение! Свет, как я по тебе скучала!

Интерьер был добротный, о чем говорили дорогие картины и тумбочка из красного дерева со стационарным лукмобильником. Вещи не вычурные, но дорогие. С трудом поднявшись на ноги и придерживаясь за стенку, я поплелась по светлому короткому коридору, чтобы дойти до переговорного устройства и совершить вызов начальству. Я миновала уже две двери, когда дошла до третьей, которая оказалась открыта.

Уже собралась позвать хозяев, но застыла с приоткрытым ртом. Слова приветствия застряли в горле, как и крик ужаса. Руки и ноги затряслись. Ведь я была уверена, что самое страшное осталось позади!

На полу лежал труп женщины, под которым растекалась лужа крови. Над ним склонился здоровый мужик, облаченный в черную рубашку и в цвет ей прямые брюки. Рядом с ним стоял сухонький старик с бакенбардами и хмурился.

Убийцы! Угораздило же меня! Что теперь со мной будет?!

— Что делать с убитой женщиной? — спросил старик ровным тоном.

— То же, что и всегда, — спокойно ответил ему собеседник.

Испугавшись, я сделала шаг назад, закрыла рот ладонью, чтобы случайно не закричать, и решила бежать отсюда как можно дальше. Именно в этот момент тренькнул лукмобильник, вновь напоминая хозяйке о своевременной зарядке устройства. Убийца поднял на меня растерянный взор и нахмурился. Я сглотнула и отступила. Мужчина был широк в плечах и высок, ему ничего не стоило бы меня догнать, но я все равно дала деру, надеясь на чудо.

Переговорник не работал, поэтому связаться с Ликом я не могла. О боги, Великая Нюква, помоги мне! Обещаю, что стану каждую неделю делать тебе подношения, лишь бы уйти отсюда живой!

Добежав до конца коридора, я не заметила парапет лестницы и чуть не перемахнула через него. Расстояние до пола было примерно метра четыре. Я собиралась броситься к боковым лестницам, но по ним уже поднимались такие же здоровые мужчины, как тот, что был в кабинете. Я оказалась окружена, поэтому прижалась спиной к парапету и взглянула на плавно подходящего ко мне мужчину.

— Уже решили покончить жизнь самоубийством? Впрочем, можете прыгать. Мне будет меньше проблем, — раздался надменный прохладный голос.

 Взглянула вниз. Четыре метра. Разве со мной что-нибудь случится? Ну сломаю я себе руки-ноги, так целители потом подлечат! Или нет? С такими травмами я точно не убегу отсюда.

Пока я раздумывала, незнакомец кашлянул, явно привлекая моё внимание. Я не хотела на него смотреть, встречаться взглядом с таким маньячиной, как он.

— Девушка, вы либо прыгайте, либо отступайте. Моего времени не отнимать не стоит.

— Уау, а у вас есть еще определенные часы для убийств? Остальное время занято? — не смогла я сдержать сарказма.

Видимо, предсмертного.

Я встретилась с ним взглядом. Незнакомец сложил мощные руки на груди, отчего через черную рубашку проступили мышцы. Вот это рельеф! Нет, я не восхитилась в этот момент великолепием мужчины, я подумала о том, как легко он может сломать женскую шею. Например, мою.

И почему таким привлекательным мужчинам есть дело до убийств? Растили бы детишек, бед не знали, передавали бы свою кровь наследникам, в конце концов! Да, незнакомец был на редкость привлекательным, хотя все черты лица резкие. Брови вразлет, пышные ресницы, такие же смоляные, как волосы, глубокие карие глаза и четкая линия скул. Взгляд холодный, цепкий и острый. Властелин жизни, а не её раб. Я боялась до дрожи таких мужчин.

Что если он привлекает женщин своей внешностью, а потом убивает их тут? Точно маньячина!

Мужчина тем временем сделал шаг по направлению ко мне.

— Не подходите ко мне! — воскликнула я и выставила руку с браслетом вперед.

— А то что? Кусаться будешь? — насмешливо спросил он, сделав еще один шаг вперед.

— Я магичка! — подняв повыше подбородок, уверенно заявила я.

Голос немного дрожал. Вот сейчас размажут меня по стенке и толку от моей магии? Хотя резерв у меня маленький, парочку заклинаний я еще сделать могу.

Стоило мне об этом подумать, как из моей выставленной ладони вырвался вихрь пламени невиданной силы, вызванный даже не элементалем. Как такое возможно?! Если бы мужчина тоже не был магом, вовремя призвавшим водного духа и остановившим дикое пламя, от него бы уже осталась горстка пепла. Я сама испугалась своей силы и отшатнулась к перилам. Теперь меня точно убьют!

Но как мне это удалось без помощи элементаля, да еще и с такой силой?! Взгляд наткнулся на браслет. Теперь он у меня вызывал большую настороженность. Неужели артефакт Нюквы имеет столько сил?

В любом случае, сейчас этот артефакт мой единственный шанс на спасение. Вновь выставив руку, я пустила еще один столп пламени, а сама, пока  люди, стоящие на лестницах, отвлеклись, съехала вниз по широким перилам. Незнакомец избавился от огня, но я уже была внизу, миновав охрану. Не смогла удержать от театрального прощального жеста рукой, прежде чем побежать в сторону открытой парадной двери. Свобода была так близко!

Но я не учла толстых обстоятельств. А именно того, что кто-то здесь был магом. Я стукнулась о невидимый купол, налетев на него со всей силы. Голова закружилась, и остатки сил покинули меня. Я упала в обморок.



[1] Конфьери — обращение к незамужней девушке, конфьера — к замужней. Конфьер — к мужчине.

[2] Лукмобильник — переговорное средство связи с доступом в интросеть.

[3] Пухыхла — птица с ангельским голосом, имеющая округлую форму.

[4] Грызлоухи — млекопитающие, хищники. Коренастого телосложения, передвигаются как на четырех, так и на двух лапах. Зимой впадают в спячку. Имеют короткий хвост, длинную и густую шерсть, а также отличное обоняние. Получили названия из-за рваных ушей, словно отгрызанных.

Около 3 лет
на рынке
Эксклюзивные
предложения
Только интересные
книги
Скидки и подарки
постоянным покупателям