0
Корзина пуста
Войти | Регистрация

Добро пожаловать на Книгоман!


Новый покупатель?
Зарегистрироваться
Главная » Любви время, мести час » Отрывок из книги «Любви время, мести час»

Отрывок из книги «Любви время, мести час»

Автор: Бастрикова Марина

Исключительными правами на произведение «Любви время, мести час» обладает автор — Бастрикова Марина Copyright © Бастрикова Марина

Глава 1. Знакомство

Ольга запрыгнула на пассажирское кресло газели. Наконец-то ее ждет счастье. И пусть деревню она ненавидела, но находиться в мамином доме или у бабушки Зины — это как небо и земля. Хотя нет, скорее, как поездка отдыхать на Байкал, или вспахать десять соток. И пусть бабушка Зина не на Байкале, но у мамы как раз десять соток земли. А сейчас лето. Чертовы каникулы. Это время настоящего ада, когда невозможно пожить в городе с бабой Машей.

«Меня баб Машина уринотерапия не так пугает, как спасение картошки от колорадского жука. Я бы еще раз съела фирменный торт бабушки, только бы на все лето меня оставляли в городе», — так думала Ольга, пока устраивалась на жестком сиденье и пристегивалась. Газель пахла ненавистно — деревней. Землей, навозом, потом и сеном. И только запах псины не раздражал Ольгу. Сзади раздался радостный лай Барсика. Он радовался поездке, не так часто его берут с собой.

«Пес такой, что никого к себе не подпустит. А маме нужно, чтобы, пока нас не было, ел и он, и другая живность. С охраной неплохо справится сосед дядь Вова. Он за самогонку и зайца в поле догонит. И охранять будет ушастого, пока совместно ту бутылку не опустошат. Заодно успеют обсудить все размеры ушей, которые хороши в забеге или привлечении самочек. Так что за свой дом мы не боимся. Главное, чтоб с найденными самочками размножиться не успели. Дядь Вова одной своей рожей кого хочешь отпугнет. Любой проходящий и приходящий, глядя на такой фейс, сразу поймет: тут либо воровать нечего, либо в ответ такой же фейс получишь. Так что мы уверены — дядя Вова мимо никого не пропустит. По крайней мере, пока с ним не сопьешься и все бурное его прорабское прошлое не узнаешь». Даже Ольга была в курсе обо всех начальниках и крутых бабенках, о которых вещал дядя Вова. В тот день Оля впервые попробовала самогон и получила хворостиной по ляжкам. Утешало ее только то, что дяде Вове досталось больше. Он даже расстроился. Все-таки протрезвел в момент. Сколько самогона выпито было зазря!

Мать наконец села на водительское сиденье. Все задания розданы, можно ехать к свекрови.

«И хотя мама считает самым важным замужество, но в целом присутствие или отсутствие отца в мире живых не давало никакой разницы. Мать управляет газелью, десятью сотками и еще успевает доить 1341 корову и оказывать им иные услуги, вплоть до интимных. По крайней мере, я вижу это именно так. Ведь у моей мамы бицуха мистера Олимпии, и она с соседкой регулярно обсуждает состояние мм-м… стояния у быков на ферме». Ольга фыркнула мыслям и отвернулась к окну, перестав разглядывать мамины руки.

Всю многочасовую дорогу до деревни бабы Зины Оля плавилась от жары в газели. Мама строго запрещала высовывать голову, руку и другие ненужные части тела в открытое окно. Но Ольга все равно хотя бы нос, но отдавала воле ветра и дорожной пыли.

«Он у меня все равно слишком огромный, даже если лишусь — не жалко. Жаль, с пузом так не сработает точно».

Стоило увидеть знакомый дом, как Ольга тут же выскочила из машины. Газель даже не успела окончательно затормозить. Мама матюгнулась. Какой бы толстой Оля себя не считала, но четкости движений и пластичности ей было не занимать.

— Ба! — Девушка-подросток с визгом кинулась к вышедшей из калитки старушке. Наверняка сидела и ждала, вслушиваясь: а не подъезжает ли пыхтящая на всю деревню газель. Ольге было невероятно жаль старушку. В отличие от бабы Маши, баба Зина всегда была сдержанная, милая и вежливая. А еще все-все сделает для своих близких, ибо их у нее осталось так мало. Сын и муж погибли, а дочь живет в Москве. И только невестка с внучкой проживали в доступности. Старушке уже не хватало сил устраивать себе путешествие на целый день, чтобы их повидать. Да и неудобно. Внучка в небольшой квартирке в городе проживает, а невестка вечно занята в огороде или на ферме.

Мать освободила из заточения Барсика, и тот, лая, подлетел к хозяйке. Бабу Зину он любил и принимал за свою. Потому они и берут злобного сорванца всегда с собой, чтоб ничего не натворил, пока все, кого он уважает, отсутствуют.

По лицу старушки разлился румянец, глаза сощурились, а рот кривился в улыбке. Выглядела радость бабушки немного жутко из-за пареза части лицевых мышц, но Ольге старушка казалось самой красивой.

Бабушка приобняла внучку за талию (все-таки баба Зина была ниже по росту) и повела к дому.

— Олюсик, пошли в дом, там прохладнее. Окна открыла, и сквозняк такой, что все кости мне продувает. Но закроешь — духотень, ужасть. Вот и выхожу на солнышко греться, а в дом продуваться. Ты не болеешь? Может, окошки закрыть? Ох, исхудала. В школе, ироды, мучают?

— Исхудала, ха! — Это мама подоспела присоединиться к нашему медленному шагу. — Да она опять не влазит ни во что. Я ее прошу хоть в огороде поработать, а она ни в какую. А помогла бы матери — и похудела бы, и загорела. Невестой бы на загляденье стала.

Оля только поджала губы. Тема была мамой уже буквально заезжена. Иногда девушке даже казалось, что она толстая, потому что мама всегда говорит, что она толстая. И не дай бог, похудеет как-то. Обязательно будет пресловутое «Я же тебе говорила. А если бы сразу послушалась, уже давно красавицей бы стала». Или еще хуже… начнет говорить, что слишком худая.

— Так растет же ребенок, вот и не влазит. Смотри, какая высокая. Уже на голову выше меня. Сколько тебе? — Бабуля внимательно посмотрела внучке в глаза.

Ольга знала, что вопрос про возраст и в каком классе она учится, будет задан в этот день как минимум еще несколько раз. Память бабы Зины после последнего инсульта стала сдавать. И если та же проблема у бабы Маши вызывала смех или раздражение, то вопрос бабы Зины отозвался в сердце болью и жалостью.

— Четырнадцать, ба. А не худею я, чтоб нос не стал выделяться еще больше. — Ольга показала маме язык.

— Да, носом ты в муженька моего, да в отца своего. Вороновы, что с нас взять. — Старушка с гордостью посмотрела на достоинство семьи Вороновых, красующееся сейчас у Ольги ниже глаз и выше губ. Да такое достоинство, что его размерам и мужики обзавидовались бы. Главное — не уточнять, что имеется в виду нос, а не то, что они там меряют. Хотя Ольга в их противостоянии все равно победила бы своими не по-подростковому железными яйцами. Единственная некрасивая толстушка в школе, которую боялись обидеть. Мстительная была Воронова Ольга. Ох, мстительная.

Но некоторые все еще верили в скромность и закомплексованность девушки. Впрочем, в это верила и сама Ольга. Но как только приключенческое место кольнет кто-то слишком верующий в доброту и нежность некрасивых цветочков этой жизни… так сие растение в итоге запомнится гаду на всю жизнь. А сама Оля, стоит только красной пелене с глаз спасть, уйдет плакаться в свою комнату, что ее все обижают. Ведь она такая страшная и неуверенная в себе.

Ольга не позволила закрыть окна. После душной и вонючей газели ветерок-хулиган был только в удовольствие. За окном раздалось кудахтанье и крик мамы:

— Барсик, ах ты, скотина! Усыплю тебя, тварь.

Оля подскочила и выбежала на улицу. Куриный гвалт, причитания бабули. Мама молотила собаку ладонью по морде. Совесть в хитрых глазах Барсика не просыпалась, но он стоически терпел. Только выплюнул пару перьев, чтобы зубы перестало щекотать. Ольга осмотрелась вокруг: самым разобиженным выглядел петух, лишившийся своего хвоста.

«Да уж, не пуганный тут курятник. Это у нас курицы молятся на высокий забор и регулярно его удобряют. Надеются, что вырастет и еще эффективнее будет защищать от пушистого монстра. А тут полуржавая сетка — скорее, надругательство над куриным стремлением к свободе».

Барсик был совершенно непослушной собакой. Двор охранял хорошо, и ладно. Но никого, кроме семьи Вороновых, не слушался. А куриц схомячить — это вообще основная цель жизни. Тут даже хозяева не авторитет. Вот только куры — кормильцы семьи. Конечно, не так ценны, как коровы (после убийства Милки мама пристрелила бы Барсика лично). Но две куриных смерти и так уже наша семья пережила, к третьей мама была не готова. Тем более в гостях. Стыд-то какой. Приехали, еще и дел наворотили.

Сердце у Ольги громко застучало. Любила она Барсика. А его мятежный характер, возможно, и был тем толчком для этих сильных чувств. Обычно Оля недолюбливала собак. То ли дело кошки и козы — со своим мнением. С ними интереснее, их внимание можно завоевать. И если они тебя полюбят, то это будет достижение. А с собаками что? Тебя любят просто потому, что ты хозяин этой собаки и еще ее не убил. Ничего интересного… или достойного.

Девушка подскочила к маме и остановила ее руку.

— Мам, я сейчас кур загоню. И думаю, ба позволит, чтобы на время нашего присутствия их не выпускать.

— Конечно, милая. Сейчас зерна принесу, и они сами забегут. — Бабушка походкой пингвина «побежала» к пристройке за зерном.

Мама фыркнула и дотащила Барсика до будки. Это старая деревянная развалюха когда-то принадлежала предыдущему хозяину — мелкой дворняге бабы Зины. Для Барсика ни размер домика, ни длина цепи не подходили. И поэтому Ольга пообещала себе освободить песика, как только разберется с курами. Мама поворчала, что Оля с ба сговорились, и ушла к машине. Привезенное и так слишком долго томилось в горячей машине. А там же и мясо, и закрутки.

«А вот что мы отсюда всегда увозили — так это рыбу. Эта поездка не будет исключением, мама наверняка будет отправлять меня загорать и рыбачить. Вот только ни то, ни другое я не люблю. Мама считает, что я просто ленивая. Но мне проще перерешать 100 уравнений и написать огромное сочинение, чем посадить помидоры. Но рыбачить я пойду. Это меньшее из зол. Ведь иначе на огород работать отправят».

Разобравшись с курами и обиженным петухом, Оля пошла освобождать Барсика. Собакевич облизал ей щеки и пальцы, пока девушка отстегивала цепь от ошейника. Стоило ему почувствовать свободу, как пес побежал по огороду вдоль забора. За кустами малины раздался вскрик и рычание.

«Хоть бы там никого не оказалось. Если Барсик покусает человека, мама точно пристрелит мою собаку. Или меня. Лучше б меня». Но кричащий оказался за забором. Рука его кровоточила. «Это плохо, очень плохо. Если он один из этих богатеньких, то и моим родным, и псу — точно кранты».

— Ты куда грабли тянешь? Воруешь, да? Тебе никто не говорил, что это незаконно? Сейчас взрослых позову. Или полицию. — Испуг наполнил голос Ольги силой и решительностью. «Со мной так всегда. Наверно, не умею, как обычные люди, бояться».

— Стой! — Белобрысый парень вытянул руку вперед, как будто пытался остановить девушку. — Вообще-то тут и ваша собака тоже виновата. — Голос его звучал слишком спокойно и уверенно для того, кого только что укусила собака.

— Это охранный пес. Он должен сразу кусать за руку. Не в горло же он тебе вцепился. — Ольга же, наоборот, спокойствием не отличилась. В голосе прорезались даже истерические нотки, хотя она и пыталась свое состояние скрыть. К сожалению, утверждение «Лучшая защита — это нападение» далеко не всегда оказывается выигрышным.

— Слава богу, в этот забор голову не просунуть… — Блондин знакомо усмехнулся.

Только когда боль и испуг сошли с его лица, она узнала парнишку.

— Оловянов. Ты смотри, будешь мне угрожать, я ж твоим друзьям расскажу, как ты малину воровал и стонал тут с царапиной на пальчике.

— И ничего я не стонал! — Наконец Ольга услышала эмоции в голосе укушенного.

— Это ты своим друзьям расскажи. — Девушка сразу почувствовала себя увереннее, что отражалось и в ее голосе. На эмоциях можно и сыграть, отвлекая парня от желания рассказать об укусе родителям.

Они смерили друг друга взглядами. Ольгин — рыжий и серый — Игоря. Огонь и лед. Вот только девушка поняла, что дело нужно прикрыть до выяснения его взрослыми. Ольга смерила критическим взором огромный коттедж соседей. Именно благодаря им удалось для бабы Зины так недорого провести газ. Иначе топила бы она и дальше печку, хотя возраст уже не позволял колоть дрова, а кошелек не тянул закупать уголь. Да и Ольгиной маме хотелось сделать хоть что-то приятное свекрови. Эта старушка всегда ее поддерживала, зная лень и взрывной характер своего сына. Но все равно соседи оказали огромную помощь. Как объясняла баба Зина — ее сын (отец Ольги) когда-то дружил с владельцем этого коттеджа. Да вот только потом перестали общаться вообще. Бабушка не объяснила ни почему Олин папа перестал общаться с соседом, ни по какой причине тогда, не имея больше дружеских связей, этот богач все-таки помог с газом.

Гараж у соседей взглядом нашла, но он был закрыт. А в открытой его части машин не было. Скорее всего, родителей Игоря на данный момент нет дома.

«А я и не знала, что это дом родителей Игоря».

— Ты прав, это действительно моя собака тебя укусила. Готова загладить вину и обработать твою рану. Заходи к нам, я аптечку принесу. — Ольга говорила, изображая смущение. Сама в этот момент обдумывала, как незаметно стащить из дома аптечку. Мама не должна знать, что сделал Барсик. Это не первое его нападение на людей.

«Но я-то знаю, что он просто защищает территорию и тех, кого считает близкими. Это мы с мамой виноваты, что не занимались его воспитанием. Я приезжала только летом, а у мамы весь день и полночи всегда расписаны».

— Ну уж нет, я к этому лохматому на территорию не пойду.

«Трусишь?» — но Ольга придержала вызов. По глазам видела, что парень уже очухался от шока и дополнительное давление могло бы вызвать обратный эффект. Все-таки он старше ее на два класса. Скоро выпускник. Да еще и богатенький, отчего буквально купается во внимании окружающих. С чего бы ему пугаться пухленькой девчонки? Особенно когда и она, и пес за забором. Что она сделает?

«Нужно подобраться ближе».

— Я сейчас тогда к тебе прибегу и помогу. — Пока Игорь не сказал хоть одно возражение, Ольга выбежала с огорода и поспешила к калитке на выход. Когда она подошла к огромным воротам коттеджа, Игорь уже стоял там. Тоже бежал, что ли? Но худой парнишка даже не запыхался. Только перестал придерживать руку, отчего кровь стала капать на красивую светлую плитку.

«Черт, ее ж потом его родители увидят».

— Ну, открывай. — В голосе Ольги откровенно слышалось раздражение и нетерпение.

Игорь открыл ворота со скепсисом на лице. Явно не поверил в добрые намерения девицы, но почему-то послушался. Ольга тут же схватила его за руку так, чтобы кровь перестала капать на плитку. Капельками она собиралась у нее в ладошке. «Да что же она не останавливается-то». Девушке стало страшно уже не только за собаку и близких, но и за этого светловолосого дурня.

— Нет, ну надо же было тебе малину лезть воровать. — Ольга ворчала и тянула парня за руку в помещение. Девушка действовала, как будто она у себя дома. Легко открыла стеклянную дверь лоджии, а затем и металлическую входную. Внутри было просто удивительно прохладно. Такого холода Ольга не ощущала с весны. Все тело мгновенно покрылось мурашками.

— Столько денег, а малины купить не могут, — ворчала Ольга.

— У вас вкуснее.

Ольга оглянулась на расстроенное лицо Игоря и рассмеялась. Сквозь смех проговорила:

— Добытое собственной кровью и потом всегда кажется вкуснее. Думаю, вкус этой малины мало с каким сравнится в твоей жизни. — Еще немного похихикав, Ольга резко оборвала смех. — Где аптечка?

Парень пожал плечами. Ольга заметила, что кровь у Игоря наконец-то остановилась, и перестала держать его за руку. Блондин проследил за тем, как Ольга убрала свою ладонь, тоже уже окровавленную.

— Белобрысый, ты хоть знаешь, где у вас ванна?

Парень покраснел.

— М-да-а-а, тяжелый случай. Не бойся, не воспользуюсь ситуацией, что мы одни. Соблазнять не буду. — Ольга ухмыльнулась смущению соседа.

Игорь сверкнул глазами, поджал губы и кивнул в конец коридора с двумя дверьми. Ольга сразу же направилась к ним. Первым она открыла туалет.

— Соблазнительно, конечно, но так и быть, твои руки тут мыть не буду. — Посмеиваясь, Ольга открыла вторую дверь. Только, забывшись, сделала это окровавленной рукой. На белой ручке остались кровавые следы.

— Черт. — Ольга ругнула ручку и оставшийся зазор расширила носком ноги. Силу Ольга не рассчитала, все-таки привыкла к старым тяжелым рассохшимся дверям. В итоге ручка с размаху хлопнула по стенке. Ольга подбежала посмотреть ущерб, но на крашеной стене было совсем крохотное кровавое пятнышко. Хотелось высказать пару слов пожестче, но Ольга прикусила язык, сдерживая матюгливые слова.

Игорь тоже подошел к двери, пожал плечами и сказал:

— Уборщица уберет.

Ольга в ответ зашипела. «Как же. Только перед этим придется объяснять, откуда следы». И на ручке, и на стене. Хорошо хоть, с крашеного стирать легче. Странно, почему не обои. Такие богатые, а купить не смогли?

Девушка внимательно осмотрела парня. Тот поджал губы еще сильнее.

— Рубашку тоже успел испачкать. Вот же ж неряха. Хуже меня. — Ольга, пока говорила, подтащила парня за грязную рубашку к раковине и включила воду. Дальнейшее ворчание девушки он уже не слышал за шумом воды. Только стоял и все сильнее краснел, пока она отмывала их руки. Кровь снова пошла. Разглядывая рану, Ольга поняла, что такая не сойдет за случайный порез. «Неужели все старания впустую? И уже сегодня мама обо всем узнает и прибьет Барсика, да и меня заодно?»

Игорь внимательно посмотрел на опущенную кучерявую голову и попытался отнять руки. Но девушка не отпустила, только оторвала взгляд от раны и взглянула Игорю в глаза. От запаха крови, псины и яблок, исходящего от девушки, у парня закружилась голова. А вот ее взгляд, наоборот, отрезвил. В нем буквально плескался ужас. У Оли даже руки задрожали. Игорь накрыл трясущиеся пальцы девушки своей здоровой ладонью и слегка погладил. Румянец у Ольги появился мгновенно, покрыв всю шею и щеки. Ее глаза от этого стали сиять еще ярче. Непримечательная внешность девушки полностью исчезла за таким огненным взглядом. В следующее мгновение Оля отпрянула. Игорю показалось, что рукам и где-то в груди стало сразу холоднее.

— Надо найти чем перевязать. Я поищу аптечку. Ну или, может, у тебя есть какая тряпка ненужная. Желательно чистая.

Игорь задумался на мгновение, а потом начал снимать рубашку. Ольга взвизгнула и выскочила из ванны. Кафель просторного помещения отразил громкий смех парня. Девушка замерла. Его смех она слышала впервые. Такой густой и глубокий. Он проникал внутрь сердца и вибрировал там.

— Оль, я рану перевязать решил, а не то, что ты подумала. Рубашка все равно уже в крови. — Глаза у парня светились весельем, а лицо стало в разы симпатичнее. С учетом того, что Игорь сам по себе считался среди школьников смазливым, сейчас же вообще чуть ли не завораживал. Ольга даже на мгновение залюбовалась, хотя всегда считала, что блондинистая шевелюра — это не очень-то и красиво.

Игорь, посмеиваясь, прошел мимо девушки и направился в свою комнату. Ольга смерила его спину свирепым взглядом и проговорила:

— Даже если б для того самого, то любая, увидев твои кожу да кости, сразу бы сбежала.

Игорь оглянулся, соседка стояла насупленная и не сводила немигающего взгляда с его острых ключиц. Она ждала ответа. Что-то вроде: «Лучше уж так, чем быть жирным, как ты». Но парень не повелся на провокацию и продолжил путь в свою комнату. Когда Игорь скрылся за дверью, Оля тихо взвизгнула и топнула ногой.

«Даже повода сбросить злость не дает, засранец».

Еще немного потопав на месте, Ольга вернулась в ванну отмывать испачканную ручку и пятнышко на стене. В поисках губки заглянула во все шкафчики и нашла аптечку. Огромная коробка с лекарствами по полочкам. Такое она только в американском кино видела. Отмыла кровь, которая особенно бросалась в глаза в светлом интерьере, вернулась в ванну, вынула бинт и положила все на место.

Когда зашла в комнату к Игорю, тот уже одетый с перевязанной (зачем-то до локтя) рубашкой рукой убирался в комнате. Убирал разбросанную одежду и подушки. Хотя в его комнате было гораздо чище и аккуратнее, чем когда-либо бывало в Ольгиной. Даже после маминой генеральной уборки девушка мгновенно создавала творческий беспорядок.

— Откуда ты мое имя знаешь? — Ольга топталась на пороге чужой комнаты и с любопытством следила за размеренными движениями Игоря. Тот на мгновение остановился и обернулся.

— Тебя часто окликают. И… — парень задумался. — У тебя громкий смех. Трудно не запомнить. — Блондин продолжил уборку множества подушек на полу.

— Оставь. — Ольга отобрала подушку и вернула на место рядом с приставкой. Наверняка использовал для удобства сиденья во время игры. Ольга покрутила головой, как будто говоря «нет» своему смущению. Затем толчком усадила Игоря на диван и стала спасать окровавленную рубашку. И перевязывать ему руку бинтом. Опыт в подобном деле у нее был, часто помогала маме и себе. А когда-то и папе. В деревне много работаешь руками, оттого и ранки — обыденность.

Чтобы отвлечь себя от тепла, исходящего от близости Игоря, Ольга заговорила:

— Так ты игрушечками промышляешь в периоды, когда не воруешь малину? — Ольга фыркнула, а парень наклонился поближе к девушке и с улыбкой проговорил:

— Это не так-то просто. Я уровень пытался второй час пройти, и все никак.

— О, ну конечно. Самое тяжелое действие на свете. — Ольга завязала узелок и оттолкнула за плечи слишком близко сидящего Игоря. Правда, внутренне желала, наоборот, приблизиться. Все-таки в этом доме было очень холодно, а от парня исходил приятный жар. Более того, Ольге даже показалось, что горячее становилось не только снаружи, но и внутри ее груди.

— Да ты до этого уровня вообще никогда не смогла бы дойти. Что уж говорить, чтобы его осилить.

Ольга сразу распознала попытку взять на слабо. Фыркнула. И села за приставку. Распознать-то просто, а вот не повестись уже сложнее.

Дойти до уровня Игоря, и правда, никак не получалось, но Ольга не сдавалась. Только замерзла уже окончательно в этом доме.

— Слушай, открой окно. Мне кажется, на улице теплее, чем тут.

Ольга уже минут пятнадцать, как беспрерывно дрожала. И не спасало даже то, что Игорь, заигравшись, часто оказывался слишком близко. Парень отвлекся от экрана и отдернул руки от ее рук. Объясняя, куда и как нажимать, забылся и сам стал жать поверх ее пальцев.

— Оль, ты замерзла?

Девушка в ответ только фыркнула. Информация о причине ее состояния Игорю не понравилась. Он нахмурился, взял пульт и нажал на красную кнопку. Осмотрев гусиную кожу девушки, поднялся, вытащил из-под кровати одеяло и укрыл им соседку.

— Что хочу тебе сказать, не горячая ты штучка.

— Ах ты! — Ольга попыталась резко подскочить и ущипнуть парня. Это удалось, но одеяло запуталось в ногах, девушка повалила Игоря на пол и уткнулась ему в живот лицом. Ольга затряслась. Попыталась подняться, но смех снова ее разобрал, и она снова уткнулась в чужую футболку носом. Живот парня тоже затрясся. Вскоре комната потонула в совместном смехе. Отсмеявшись, Ольга села и выпутала ноги из одеяла. Игорь валялся все так же на спине, только руки подложил под голову и улыбался.

— А ну вставай, лентяй. Я тебя окно просила открыть, а не ломать мне нос своими костями. Ты хоть представляешь, что с ним будет, если он окажется еще и кривой? — Ольга сморщила, как ей казалось, страшную рожицу и попинала Игоря в бок. Тот только еще шире начал улыбаться. По-идиотски как-то.

Ольга следующий пинок сделала болезненнее, и Игорь наконец встал, чтобы открыть окно. Теплый ветер сразу ворвался в комнату, вызвав новый рой мурашек. Теперь уже от контраста температур и того, как светилась фигура Игоря на фоне ночи с ярким лунным диском позади. Но все ощущение волшебства сразу пропало от раздавшегося за окном крика:

— Собака бешеная, ты где, скотина?

Девушка тут же подскочила. Кого бы ни назвала мама собакой бешеной — ее или пса, неважно. Уже ночь, а она не дома.

— Мне кирдык. — Оля в панике схватилась за голову и выскочила за дверь. Затем и из дома. Побежала не к воротам, которые открывал Игорь. А к другим — уже открытым для того, чтобы в гараж заехала машина. Через них быстрой тенью Ольга и промчалась.

Глава 2. Игорь задумывается о работе над своим телом

Игорь этим утром проснулся поздно. Обычно он вставал к семи утра. То ли мамино помешательство на режиме дня сказывалось, то ли врожденное, но так уж сложилось, что Игорь — жаворонок. Если ему не дать лечь пораньше, то наутро можно получить крайне раздраженного подростка. Обычно. Не сегодня. Всю ночь его мучили мысли, и уснуть он смог только под утро. А проснулся бодрым и с улыбкой. За время бессонницы Игорь понял, что хочет сделать.

И по счастливому стечению обстоятельств отец дома. Они с мамой приехали вчера вместе. Никогда мама не позволяла ему оставаться в этом доме одному. Это странно, так как данная земля принадлежала его семье много лет. Он построил тут дом. Не своими руками, но точно с любовью к этому месту. И всегда стремился приехать сюда и отдохнуть на свежем воздухе. И разрешила это мама сделать только после объявления диагноза. Ему нужно спокойствие.

Отец планомерно обучал свою жену бизнесу, чтобы в случае его смерти семья не потеряла деньги. Сейчас же и вовсе бо́льшую часть взвалил на нее, а сам решил отдохнуть у себя в деревне. Но даже количество дел не привело к тому, чтобы мама решилась оставить сына и мужа тут вдвоем. Даже сейчас из кухни слышались спорящие голоса родителей.

Отец всегда говорил спокойно и немного устало, мама же легко взвинчивалась. Как и ее голос. Так что именно ее фразы и были особенно слышны, когда Игорь пошел чистить зубы.

— Встреча? И зачем она мне, если ты тут будешь со своей шваброй?

Спокойный бубнеж отца.

— Да что ты говоришь?!

Игорь наклонился над раковиной. От яда в голосе матери затошнило даже его — просто прошедшего мимо. Отцу сейчас должно быть тяжело.

Когда вышел из ванной, ссора уже прекратилась. Сегодня Игорю захотелось заправить кровать особенно ровно. Разгладил каждую складочку, а подушки поставил ровным рядком. И смотреть-то на это приятно.

— Сынок, это ж что сдохло-то, что ты в комнате сам убираешься? — Игорь обернулся на голос матери.

— Сомневаюсь, что сдохло. Это что-то вчера уж очень резво пробежало перед машиной. — Папа подмигнул из-за плеча мамы.

— Главное, пусть пользуется презервативами. А развлекаться можешь как хочешь.

— Надя! — Отец укоризненно посмотрел на жену.

«Разговаривают, как будто меня тут нет. Они уже успели помириться? Хотя, уверен, отец и не пытался ссориться». Отношения родителей откровенно напрягали и вызывали недоумение. Какого черта они терпят друг друга?

Игорь прошмыгнул в небольшую дверную щель, оставленную телами родителей. Ему это удалось с легкостью гибкого и стройного подростка. Но Игорь все равно загрустил.

«Все-таки та хамоватая девчонка права, худоват я. — Оглянулся. — Вон у отца какие плечи. Он и заниматься-то прекратил, так как теперь ему нельзя тягать тяжести, но все еще в прекрасной форме». Игорь укрепился в своем решении. Но вначале стоило позавтракать, мать не простит его, если он пропустит совместный завтрак.

После того как мама поставила перед Игорем тарелку противной каши с фруктами, она сказала:

— Я бы хотела, чтобы вы сегодня провели время вместе. Самой же мне нужно уехать по делам.

«Она предлагает мне присмотреть за отцом? Сомневаюсь, что дело в его здоровье. И что значит этот внимательный взгляд? Надеется, что я достаточно взрослый и все пойму? Или то, что мне за столько лет уже наплевать на их взаимоотношения и не попытаюсь скрыть отцовские ошибки? Это она зря. Отец мне небезразличен. И что бы он ни сделал — я его прикрою».

Какой-то ответ в моих глазах она все-таки нашла, вздохнула и ушла одеваться.

— Есть пожелания, чем заняться? — Отец, похоже, решил со всей серьезностью подойти к назначенной операции с кодовым названием «Жена, смотри, я хороший». Игорь довольно улыбнулся. По счастливому стечению обстоятельств их цели были общие.

— Пап, твои тренажеры уже пылью покрылись.

— Ты намекаешь, что я уже в плохой форме? — Отец все разговоры о своем здоровье всегда переводил в шутку.

— Нет, я намекаю, что в плохой форме — я. — Игорь улыбнулся, — А хотел бы быть как ты.

— Похоже, вчера от тебя убежала особенная девушка. — Отец расхохотался. Открыто и с блеском в глазах. Давно в их семье не слышали такого его искреннего смеха. Не скрытой насмешки или легкой улыбки, а именно хохота. — Идем. Кажется, мой сын стал настоящим мужчиной. О, не криви губы. Я вовсе не о том, что вытаскивается из штанов.

В комнате для фитнеса не было и пылинки. Все-таки уборщица работала на совесть. Что неудивительно для количества рабочих мест в этой деревне. По мнению Игоря, тренажерный зал — самое красивое место в доме. С огромными окнами на всю стену второго этажа. Вид выходил на ухоженные тропинки и газон их дома и захватывал контрастирующе буйную зелень соседних огородов. Теперь понятно, почему, когда семьей приезжали в деревню, отец большую часть времени проводил тут. И только болезнь лишила его этой радости.

За окном была жара, это ощущалось по тяжелой дымке-мареву, зависшей за закрытыми окнами. Отец в этот раз не стал их открывать, хотя в одиночку всегда так делал. Ведь тогда воздуха становится так много, что начинаешь задыхаться. Отец посмеивался, что мы слишком «огороде́ли» с мамой и отвыкли от кислорода. А лучше бы «огоро́дили».

Отец включил кондиционер и начал урок.

Уже через десять минут Игорь понял, что все не так просто. Не говоря уж о том, что он вообще не мог поднять то, что отец с легкостью переставлял. Энтузиазм пропал.

— Пап, да ну это все. Не мое.

— Давай еще подход. Твое оно так же, как и мое. Знаешь, как я начал заниматься всем этим? Я познакомился с одной девушкой. А она назвала меня дрыщом. Должен признаться, я и правда был тощим. — Папа как-то странно захихикал.

— И что потом? — Игоря заинтересовала и поднятая тема, и папина реакция на нее. Почему-то парнишка никогда не задумывался, что отец мог быть когда-то таким же худым до костлявости, как и он сам.

— Я подкачался, и уже никто не мог так про меня сказать. — Папа игриво подмигнул сыну. Ох уж эта попытка мотивации. Игоря же интересовало кое-что другое:

— И она стала твоей?

— Хмм… Мы не поженились. — И так сказал это отец, как будто прозвучало что-то суперважное.

— О, будто бы я о свадьбе спрашивал. — Игорь фыркнул.

Отец насмешливо посмотрел на сына. «Подросток», — читалось в его взгляде.

— Пап, а что потом?

— Я сглупил. Обиделся и не попытался ее вернуть. — Николай приподнялся и подошел к окну. Голос его звучал странно и приглушенно. Но лица не было видно, только напряженные мышцы спины. Отцу и правда удалось развить шикарную мускулатуру. И это при его офисной работе.

— И что? — Игорь не понял, что может быть в этом важного.

— Она вернулась к другому. — Отец дернул правым плечом, но так и не повернулся, продолжая смотреть в окно.

— Ну, значит, так ей и надо. Обидела тебя, еще и ведет себя как шлюха. — Игорю стало обидно за отца, и выбесило поведение какой-то там гулящей девки.

— Игорь! — Отец никогда ранее не повышал голос на сына. Парень вздрогнул, затем посмотрел огромными глазами на обернувшегося к нему папу. И замер.

Прошло несколько секунд, никто не двигался. Взгляд отца смягчился. Он подошел и неловко потрепал сына по макушке.

— Сынок. Скажу тебе одну мудрость, которую тогда понял. Если женщина тебя обидела, значит, ранее ее обидел ты.

«Ничего глупее не слышал». И хоть вскрик отца все еще звучал в ушах, подростковая упертость победила.

— А если до этого не пересекались? — Мальчишка победно прищурил глаза.

— Значит, обидел другой мужчина.

— И что, извиняться за какую-то тварь в ее прошлом? — Игоря уже начали раздражать комментарии отца. «Мог бы и догадаться по его общению с мамой, что он просто подкаблучник». Игорь поджал губы и закатил глаза, когда папа ответил:

— Да. — Отец подмигнул. — Если тебе и правда нужна эта женщина, конечно.

«Больно нужно из-за девчонок так напрягаться», — решил для себя Игорь. Но в воспоминаниях вспыхнули огненные глаза новой знакомой, и парень решил уточнить:

— Пап. А та девушка… что произошло-то дальше?

— Она была счастлива со своим мужчиной и ребенком. А я со своей женщиной и ребенком. Когда у меня появился ты — не было отца счастливее. Ты — мой подарок от этой жизни.

Игорь фыркнул. Ну, конечно. Наверно, опять психолог на уши ему присел. Мама постоянно тащила отца на эти дорогостоящие приемы. Причем сама не ходила туда. Считала, что и так все знает.

А отец и рад сбежать от жены. То рыбалка, то психолог. Иногда Игорю казалось, что лучше бы уж любовницу завел. Слишком редко отец улыбался. Вот и во время разговора улыбка коснулась его глаз, только когда вспомнил о той дуре, что его бросила. А сейчас отец стоял без движения и смотрел в окно в одну точку. Игорь приподнялся и проследил за его взглядом. Там виднелся соседний огород, обворованные им кусты малины и незнакомая женщина с тяпкой.

К ней подбежала Оля. Его новая знакомая, казалось, не могла не двигаться. То быстро махала руками, то передвигалась с подскоком, то пнула кусок земли. И при этом еще и постоянно что-то говорила. Вот уж кто справился бы с занятиями на этих тренажерах. Сколько энергии.

Игорь кивнул своим мыслям и с новым энтузиазмом вернулся к движениям на тренажере.

Глава 3. Осиновая талия

Из-за «позднего гуляния» Ольгу на целый день засадили в огород. К обеду девушка возмутилась:

— Мама! Нахождение на солнце в самом его пике сделает из меня сестру помидора.

— Ой, родственница овоща, иди отдыхай. Но только на пару часов. И сиди дома, если уж тебя действительно возможность сгореть заботит.

Ольга радостно убежала с ненавистного огорода. Вот только дома из развлечений — телевизор с двумя каналами. Вспомнилась комната Игоря. Ему уж точно находиться в доме не скучно. К вечеру в огород Ольга шла уже с нетерпением. Ни плевание в потолок, ни макраме бабушки не развлекло. Мама с бабой Зиной копошились в грядках да следили за поливом. Мама подняла взгляд и смерила дочку скептическим взглядом.

— Дота, собери малину или горох.

Ольга чуть не захлопала в ладоши. Дотой мама называла только в хорошем настроении. А значит, еще немного — и удастся освободиться от повинностей, чтобы наконец-то уйти с Барсиком на речку купаться. Уговорам мать и правда поддалась, но только в ежедневной помощи по ловле рыбы и ее чистке. Уж очень мама не любила этот процесс, а вот кушать рыбу — другое дело. Но приступить к рыбной ловле разрешила только после того, как Ольга соберет уже названный урожай.

Оля медленно брала по малинке и клала в ведро. Спешить смысла не было — за сегодня ее всю точно не собрать. Поморщившись от осознания, что тут сидеть еще несколько часов, Ольга вздохнула и потыкала пальцем клопа. В общем, малина собиралась уныло, пока за сеткой не раздался голос:

— Пошли сыграем.

Ольга совершенно невольно разулыбалась, но взяла себя в руки и повернулась к забору со спокойным выражением лица.

— Тсс, Игорь, тише. Мама услышит — еще решит, что недостаточно страдаю, и выдаст новое задание. И тогда не видать мне свободы. — Ольга забавно сморщила испачканный малиной нос. Было очевидно, что далеко не все ягоды доходят до полупустого ведерка.

— Понял. Помочь со сбором? — Голос Игоря был полон надежды на положительный ответ. Да уж, малину соседскую этот парень точно уважал.

— Я думаю, если ты сожрешь весь куст, мама заметит разницу.

— Да ладно, ее у вас во-о-он сколько.

Ольга рассмеялась жадному блеску в глазах богатого мальчишки. Конечно, она согласилась. Хоть не так скучно будет. Сбор в две пары рук и два рта пошел быстрее. А уж под обсуждение общих учителей и подавно. У них были одни и те же ненавистные учителя. Ольге нравилась учительница русского — она подробно все объясняла, и девушке удавалось всегда и во всем разобраться. А Игорю она не нравилась из-за огромных домашних заданий. Оловянов не очень-то любил учиться, а хорошие оценки были «чтоб предки мозг не пилили». Ольге же, наоборот, хотелось учиться хорошо, чтобы не жить в деревне. Большие города она не любила и откровенно побаивалась, но деревню с ее огородом уже ненавидела. Вот только знания не давались легко. Далеко не во всем удавалось разобраться.

— Завтра снова будешь в огороде копаться? — Игорь сменил тему очень резко, Оля вздрогнула, вырываясь из мыслей о школе и своих мечтах на будущее.

— Не-е-ет, мама разрешила с утра на рыбалку. Днем почищу рыбу. А вечером, наверно, гулять. Но последнее маловероятно, мама наверняка выдаст задание. — Оля посмотрела на малину с клопом поверх. Скидывать наглеца с лакомства не стала, а кинула ягоду в Игоря. Уж очень странно внимательный у того был взгляд. Не у клопа в смысле, а у Игоря. Оловянов легко увернулся от снаряда, не переставая смотреть на Ольгу.

— Я с тобой на рыбалку. — Голос Игоря был наполнен той же надеждой, которая была и в просьбе о малине. Его там дома вообще, что ли, не кормят?

— А ты умеешь? — Ольга была полна скепсиса, что неудивительно. Даже малину Игорь собирал в белой футболке. Правда, на ней не было и пятнышка, но сам факт. Кто ж так делает?

— Я проходил инструктаж. — Игорь говорил с гордостью и уверенностью, что сразу становилось понятно…

— Не умеешь, значит.

Игорь недовольно поджал губы.

«Ха-ха, ваше высочество во всем хочет быть крутым. Но рыбалка — это не игрушки. В этом я мастер». Ольгино превосходство попыталось побить напыщенность Игоря. Но ничего не выходило — парень только еще сильнее в недовольстве прищуривал глаза.

— Не пыжься, зайду к тебе на рассвете. — Ольга улыбнулась, обдумывая, что единственный минус рыбалки — это ранний подъем. Но ради красоты пейзажа, запаха тины и прыгающих кузнечиков можно это простить. Интересно, как этот городской мальчик отнесется к рыбацким прелестям?

— Оля, это чем ты тут занимаешься вместо сбора урожая? — Мама возвышалась над кустом малины, как символ правосудия. На нее смотрели две невинные мордашки с измазанными малиной ртами. По крайней мере, Ольга и Игорь очень хотели выглядеть именно невинно. Только их кривые улыбки и перекошенные недовольством лица напоминали скорее пережравшего сосисок кота, требующего «ну еще чуточку».

Игорь быстро оценил обстановку, попрощался с дамами и убежал. А Оля поняла, что малины они и правда собрали мало. Даже меньше, чем это делала сама Оля до того, как подошел Игорь. Начав активный сбор, они с Игорем заболтались. В итоге малину если и срывали, то только чтобы съесть.

— Оля, ты с чего удумала с таким общаться? Ты ж не его уровня. — В голосе мамы звучало несвойственное ей волнение. Обычно она что угодно могла говорить с абсолютной уверенностью в своей правоте. И вере, что все немедленно отдадут честь и выполнят ее сверхуказания.

— Мама! У нас что, средневековье, что ли? — Попытки противостоять «сталинскому произволу» (как называла это баба Зина) были у Ольги уже в крови. Девушку бесило это вечное решение за нее, что и как она должна думать или делать.

— Может, и не средневековье, но люди тех же принципов остались. Да и на себя посмотри. Похудела бы вначале перед тем, как женихов искать. — Мать сказала это сквозь зубы, с явным раздражением на непослушную дочь.

Ольгу переполнила обида, но бабушка не дала ей вылиться слезами.

— Похудеть? Да ты посмотри, какая у нее осиновая талия! — Жаловаться на слух бабе Зине точно не приходилось. Вот и подоспела старушка поближе к намечающейся ссоре.

Ольга с мамой захихикали, сбрасывая только что возникшее между ними напряжение. Почему-то бабушка всегда называла талию вместо «осиной» — «осиновой». Настроение Ольги снова вернулось к отметке «терпимо». Поверить в древесный состав своей талии Ольге было проще, чем в ее тонкость. В своем классе она была самой полненькой.

А страхи мамы были вполне обоснованы, Ольга очень легко влюблялась. За свои 14 лет она уже раз пять испытала это чувство. И даже признавалась в любви. Только почему-то влюбленность исчезала, стоило парню проявить интерес в ответ. Мысли Ольги двигались по такому принципу: «Тут или какая-то подстава, или он идиот выбирать страшную мстительную толстуху, когда вокруг столько милашек».

Вечер для Ольги закончился мыслями о собственной никчемности. Но уснуть она попыталась в мечтах о речке. Завести бабушкин будильник Ольга забыла.

Глава 4. Кажется, я убила самого популярного парня в школе удочкой

Рассвет уже наступил, а Ольги все не было. Во сколько должен быть рассвет, Игорь специально вчера проверил по компьютеру и завел будильник. Теперь же стоял у ворот и тупил. Еще и удочки не взял. Во-первых, не помнил, где у отца они лежат. Во-вторых, боялся, что если сейчас отойдет искать — Ольга как раз пройдет мимо. И может, даже не вспомнит о нем. Вряд ли она будет с утра стоять у ворот и стучать в них. А позвонить в звонок, скорее всего, вообще не догадается.

Гнев и обида на то, что его заставляют ждать, захлестнули парня. И он решил пойти проверить, что Ольга так долго делает дома. И не ушла ли вообще. Перво-наперво он прошелся вдоль линии забора на огороде, выискивая ее собаку. Через ветки яблони удалось разглядеть, что пса прицепили к очень короткой для его размера цепи. Изверги. Но это к лучшему. Значит, можно пробраться. Только вот общий забор был построен отцом и отличался высотой и непреодолимостью. Так что Игорь пробрался на участок через вход. Он был всего-то чуть выше пояса. Дом стоял с открытыми окнами, что неудивительно — у них-то нет кондиционера. «Какая же там должна быть днем жара». Игорь увидел знакомые кудряшки, когда заглянул во второе окно. Крохотная комната с завернутыми коврами в углу, огромными часами неизвестно какого века. Они громко стучали, а язычок размером с руку в такт постукивания равномерно туда-сюда двигался.

Внутри дома было достаточно прохладно. Даже холоднее, чем на улице на рассвете. Входная дверь в комнату была открыта, и у Игоря возникли сомнения, что она вообще закрывается. «Ах, она спит тут, пока ее жду». Девушка скрывалась с носом под одеялом. Виден только лоб и длинные ресницы. Игорь планировал стащить с нее покрывало, чтобы она проснулась от холода, но замер в момент, когда его приподнял. Спящая девушка без язвительного блеска в глазах и поджатых губ казалась удивительно милой. А губы оказались ровной формы и пухлыми. Игорь улыбнулся и убрал волосы с ее щеки.

«Такие мягкие, мои же жесткие как проволока. — Парень усмехнулся пятну на подушке. Похоже, Оля ночью пустила слюну. — Надо будет припомнить ей». Только он понимал, что не сделает этого, вдруг его чувства по отношению к такому ее виду отразятся на лице? Вряд ли это круто — западать на какую-то деревенскую толстушку.

Игорь вздрогнул от скрипа половиц, обернулся и увидел удаляющуюся от двери спину старушки. Сколько она тут стояла и почему ушла? Хотя еще важнее то, как она его вообще услышала? И расскажет ли Оле о том, что он сам чуть не пустил слюну, смотря на то, как спит ее внучка?

Парню стало неловко, он схватил увиденный ранее на тумбочке стакан с водой и вылил на лицо девушке, зажимая ей рот, чтобы не закричала. Ольга очень испугалась, барахталась и пищала. Игорь вначале покраснел от стыда за свои действия, а потом и от открывшейся картины. Довольно низкий вырез ночнушки, явно ей не по плечу, а для человека еще более крупных объемов, приоткрыл часть груди. А капли воды очертили подробности. Оля разобралась в ситуации, и Игорь отпустил руку.

— Ты офигел, что ли? — девушка шипела сквозь зубы. — Ты чего так на меня смотришь? Не позавтракал, что ли?

— Тут позавтракаешь, когда кое-кто договоренности не соблюдает. — Голос Игоря был хриплым, а глаза странно блестели.

— Но не в такую-то рань. Куда вообще ходят так рано?

— На рыбалку, куда еще. — Игорь уже сам шипел в ответ. Но взгляд отводил.

— Кто ж знал, что ты все буквально поймешь. Я в жизни так рано не встаю. Даже на рыбалку. — Оля бурчала и отлепляла от груди мокрую ночнушку. Она ненавидела вставать рано. Ночь — вот ее время. Но школа, мама и любимая рыбалка и правда вносили определенные изменения в желанный режим.

— Все бывает в первый раз. — Игорь сказал и кашлянул. Ольга посмотрела на покрасневшего парня и тоже залилась краской. Оба резко отвели глаза.

Так друг к другу они и не повернулись. Ольга заставила парня выйти в окно и ждать на улице. А сама переоделась, собрала рыбацкую атрибутику и выкопала червей. Девушка отстегнула Барсика и позвала с собой. На прогулке пес никого не покусает. Знает, что это не его территория. Да и не возьмут больше на речку купаться, если накосячит.

Когда Оля вышла с собакой, Игорь подпрыгнул, отбежал и спрятался за воротами своего дома. И все это с гордым видом. Признавать свой страх парень не хотел, но и выходить на более близкое знакомство с псиной не собирался. Оля не стала препираться и вернула Барсика на участок. Только пристегивать не стала. Обиженный хозяйкой, пес уйдет скулить в будку. Ведь его уже почти забрали на волю вольную. Но давать соседу повод кому-либо рассказать об укусе она не могла. А то, как он шарахается от собаки, говорит само за себя.

Игорь вышел из дома с корзинкой, наполненной съестным. Мол, и не испугался он — за едой ходил. Внутри было, видимо, просто навалено из холодильника. Об этом говорил замороженный сырой кусок мяса сверху.

— Это чтобы Барсик смотрел не на твой филей, а на куриный? — Оля улыбнулась поджатым губам Игоря, но решила сбавить обидный тон. — И это умный поступок, уважаемый сосед. Вернуться за?.. — Ольга кивнула на забор своего дома.

Игорь отрицательно замотал головой и выхватил из рук девушки старенький сундучок и удочки. Бодрым шагом парень потрусил вперед. Хотя нести и корзину, и сундук, и удочки было невероятно неудобно, Оловянов не показывал виду, что что-то не так.

— Эй, нам не в ту сторону.

С тем же гордым видом Игорь пошел в противоположную сторону. Ольга улыбнулась его попыткам быть мистером Совершенство.

— Я пошутила. — Девушка рассмеялась. «Пляж» у них в деревне был только один. Игорь зыркнул на Ольгу и встал столбом, ожидая, в какую сторону пойдет девушка.

Идти до речки минут двадцать, и время это пролетело незаметно для обоих. Очень быстро они заболтались. Обсуждение музыки и кино привело к жаркому спору, которым оба наслаждались. Игорь был достаточно уверен в себе, чтобы стоять на своем. А Ольга отличалась изобретательностью и все его слова переиначивала. От некоторых ее перевертышей Игорь начинал громко смеяться. Кончик удочки при этом забавно дергался, а мясо из корзинки грозило выпасть.

Когда они приблизились к воде, Ольга осмотрелась, приподнимая брови. Все рыбацкие точки, которые были обычно заняты к ее приходу, оказались свободными. Вокруг — пусто, и только кузнечики прыгали по траве. Зеленых и коричневых прыгунов так много, что трава казалась живой.

Ольга заняла то место с деревянным причалом, которое ей всегда нравилось, но вечно было занято дедом Борисом. Этот заядлый рыбак каждый день сбегал от жены. И даже не чтоб выпить, а только чтобы не видеть супругу. Борис Борисыч вообще прикольный дедок. Не везет только ему вечно. Вот и сегодня Ольга с удовольствием отобрала его прикормленную рыбацкую точку.

Девушка забрала корзину из рук Игоря и поставила ее в тень кустов. Когда же Ольга потянулась взять и удочку с сундуком, их руки соприкоснулись, и парень к ней наклонился. Очень-очень близко.

— Червяков не нюхал, что ли? — Оля отодвинулась. Игорь вздрогнул, и взгляд его прояснился. Девушка кивнула на приподнятый сундук. К нему была привязана банка с землей. — То-то я смотрю, так вставило. Коли интересно, сам насаживать и будешь. Ты же это… инструктаж проходил.

Ольга усмехнулась, а Игорь серьезно кивнул.

Девушка вытащила весь реквизит. Первые попытки по приведению удочки в порядок Ольгу напугали. Она отобрала все и выдала в руки парню уже готовую удочку. Что бы там он с червяком ни сделал — его жалко не будет, а вот удочка только одна.

Игорь взял в руки червяка. Все его лицо отображало ужас происходящего. Ольга радовалась тому, что на нее еще никто так не смотрел. А потом началось действо. И червяка все-таки стало жалко. Его ошметки падали на деревянные доски под Игорем. Ольга, не выдержав экзекуции, отвернулась. А ведь здесь очень красиво. Благодаря этой деревянной конструкции удавалось выйти из камышовой зоны и полюбоваться небольшим заливом без мешающих кустов.

Свист лески, звук падения, мат.

Оглянулась Оля на великолепную картину. Игорь таки поймал кого-то. Себя.

— Говоришь, инструктаж проходил?

Игорь злобно посмотрел, пытаясь отцепить крючок от майки. Хорошо, что одежду поймал, а не кожу на спине или ухо. Это как вообще возможно так сделать? Он кидал от попы, что ли? Новая техника «из-под зад»?

— Игорь, скажи, а тот, кто тебе инструктаж проводил, умеет рыбачить?

— Это все ваша неправильная удочка. — Парень сдаваться был не намерен и таки запустил крючок с ошметками червяка в воду.

И даже поймал рыбу. Так с мелкой рыбешкой девушка и просуществовала весь следующий час. Удочку ей в руки не возвращали. Игорь явно решил стать великим рыбаком за это утро. От скуки Ольга достала из сетки рыбу и посмотрела в ее разорванный рот.

— Рыбка не золотая, а отремонтируй-ка мне сундук.

— Если ты так называешь свою бедовую голову, то я полностью за. Этот сундук точно требует ремонта. — Игорь за свои слова получил шлепком рыбьего хвоста по макушке. — Ты бы хоть что-то получше загадала. Ну там денег побольше, собаку поспокойнее или талию потоньше.

Игорь сощурил глаза, определенно он хотел обидеть. Ольга понимала — ему есть за что мстить. Сама она не особенно следила за своим языком.

— Хорошо, что я тебя не люблю.

Игорь вздрогнул и посмотрел на девушку своими сузившимися зрачками. Он даже прикусил губу, пытаясь сдержаться, но не удалось, и уточнил:

— И как это связано?

— А иначе я бы очень сильно обиделась. А ты бы серьезно об этом пожалел.

Но Игорь и так уже жалел о своих словах. Совсем не та реакция и не те слова, которые хотелось бы услышать.

«Хмм… А какие хотелось услышать?»

Игорь помотал головой, сбрасывая образовавшиеся там после этой мысли картины.

Парень снова вытащил пустую удочку. В банке остался последний червяк. Не вынесли, бедняги, такого отношения и поспешили сбежать от этого червячного извращенца подальше. Даже если это в воду по частям. Ольга тоскливо взглянула на все еще живое и извивающееся существо: «Жаль, что не пытаются сбежать в желудках у рыб».

— Плюнь ты на него. — Ольга решила подсказать действенный метод.

— Да нет, последняя попытка, поздно сдаваться. Сейчас поймаю такую рыбу, что офигеешь. — Но в голосе Оловянова впервые отчетливо звучали сомнения.

— Я в прямом смысле, дурень. На удачу плюнь на червяка. Примета есть такая.

Игорь скептически посмотрел на разорванные куски, нанизанные на крючок, и плюнул. Попал Ольге на лицо. И если бы это было слюна, а то ж ошметок червяка шлепнулся девушке прямо на нос.

— Что ж, знаешь, я и правда офигела. — Ольга сказала это, схватила удочку и залепила приобретенным орудием обидчику в лоб. Игорь упал и не двигался. Неужели так сильно бьется? Ольга проверила — слегка тюкнула себя удочкой по лбу.

— И правда, больно. — Оля неловко помялась на скрипучих досках, рассматривая распластанное тело. Вот же ж. Хорошо хоть, не в воду упал. Ольга стряхнула слезу со щеки, решив скинуть свои чувства на испуг, что четырнадцатилетних сажают в тюрьму. Она присела на корточки и прикоснулась дрожащими руками к его запястью. Ничего не ощутила. «Кажется, я убила самого популярного парня в школе удочкой». Ольга поняла, что дрожащими руками ничего так не нащупает, и решила наклониться послушать, есть ли дыхание. Когда оказалась уже достаточно близко для этого, она столкнулась с хитрым взглядом. Игорь поднял голову, поцеловал девушку в нос и расхохотался. Ольга уселась и сжала в объятиях свои коленки. Игорь все еще смеялся.

— А на носу, между прочим, червяк был.

Игорь замолчал и позеленел от этой мысли. Ольга хотела улыбнуться его реакции, но из глаз покатились слезы.

— Оль, ты чего? Я же пошутил. Олечка, да ладно тебе. Да что же это такое. — Игорь подскочил и попытался обнять девушку, но та дернулась и отбежала. — Не обижайся. Я же… — Новая попытка поймать девушку привела к тому, что она снова от него отбежала. Только на краю этой пародии на пирс не удержала равновесия и упала в воду. Игорь стоял сверху и снова улыбался.

— Не лыбься, идиот, я плавать не умею! — Девушка глупо барахталась и хватала воду ртом.

Игорь прыгнул в воду. Причем так правильно, как настоящие пловцы. Этаким гордым дельфином. Пальцы больно ударились об ил, а затем и голова приложилась о дно.

Игорь встал, ощущая, как грязь стекает с его волос. Ольга стояла в воде и хохотала. Вода тут доходила только до груди.

— Ох, ну ты даешь. Да кто ж из деревенских-то плавать не умеет?

Игорю стало больно от всей этой ситуации, он же помочь хотел. Парень окунул голову в воду, ополоснув волосы. Но часть ила сильно прилипла к прядям. Стоять, вытирать его и позориться дальше Игорь не стал и побрел к берегу. Позади, все еще стоя в воде, хохотала Ольга.

«А ведь она специально сделала мне больно, как я ей ранее».

Он обернулся. Все еще посмеиваясь, девушка тоже двигалась к берегу. Одежда облепила ее фигуру и подчеркнула острые соски. Игорь к берегу чуть ли не побежал. На землю он не просто сел — лег. Да еще и на живот. Ладони подложил под щеку, делая вид, что решил позагорать.

Ольга подошла и хлопнула его по спине.

— Не боись, быстро высохнешь. А брюнетом тебе даже идет. Мне блондины, например, вообще не нравятся. Так что с илом в волосах будешь еще более популярным.

Ольга снова расхохоталась, в изнеможении от долгого смеха опираясь на плечи парня. Игорь обернулся к ней просверлить взглядом. Но почему-то сразу спрятал лицо в ладонях и застонал.

— Да, со мной дружить сложно, не отрицаю. — Ольга оценила удобство на что-то опираться и прилегла, упираясь спиной в мокрую спину нового друга.

Они молчали. Ольга слушала тяжелое дыхание Игоря. «Спасение утопающих не так уж легко ему далось». Ольга перевернулась и оперлась на спину парня уже животом. Так было удобно валяться на чем-то теплом, пусть и костлявом, и ловить кузнечиков.

— То ли Борисыча все-таки убила его жена и он не прикормил рыб, то ли твоя инструктажная рыбалка недостаточно эффективна. Но мне нужно вернуться домой хоть с каким-то уловом. Иначе фигушки меня еще раз отправят на такую халявную деятельность.

Игорь обернулся и посмотрел на рассматривающую кузнечную добычу девушку. Ольга заметила его взгляд и посмотрела в ответ. Но шея от таких поворотов могла быстро заболеть, и девушка слезла с лежащего парня. Так смотреть в глаза гораздо удобнее. Игорь не вставал. Он с тем же молчанием проследил за ее гибкой сменой позы, только приподнял бровь, когда они снова встретились глазами.

— Оловянов, налови кузнечиков, а? На них тоже можно ловить рыбу.

— Ну уж нет, с твоей удочкой ничего тут не наловишь. Я сейчас схожу и принесу нормальную. Будет тебе рыба.

Игорь поднялся, так и не повернувшись к девушке лицом, и ушел. «И что мне тут одной делать?» Ольга посмотрела на кузнечика, тот возмущенно дергал лапками и требовал его не убивать. Девушка согласилась и отпустила рыбий прикорм. Ольга осмотрела себя и поняла, что на ней тоже достаточно тины. Может, стоит нормально искупаться? Пока сосед изображает из себя того танцора, которому то обувь жмет, то яйца мешают. Ладно, новый инструментарий для рыбьих танцев притащит, а что со вторым-то делать будет?

Перед тем как уйти, девушка собрала в сундучок все рыбацкие пожитки и разобрала удочку. С ними же побрела к пляжу — там купаться поприятнее будет. Оставив все на песке, Ольга начала заходить в воду.

Из залива выплывал старшеклассник Димка, в которого она была когда-то влюблена. Не то чтобы он был такой единственный в ее жизни, но все равно мозолить глаза ее деревенской любви не стоило. Ольга развернулась, передумав купаться. Вернулась к своим пожиткам и устало развалилась на песке. Закрыла глаза и погрузилась в стрекот насекомых, жар на щеках от солнца и выкрики купающихся детей.

— Привет.

Ольга вздрогнула от голоса Димы. Все-таки какой глубокий и приятный у него бас. Определенно, это был один из аспектов ее увлеченности этим великолепно сложенным увальнем.

Девушка приоткрыла глаза, прикрывая их ладошкой от солнца. «Ох, и как же выглядит-то круто. На картошке бицепс накачал, что ли? Может, и права мама, что чаще нужно в огороде копошиться? Хотя нет, никакой трицепс (как и другое псевдовенерическое) того не стоит».

Ольга присела, Дима разместился рядом, поигрывая вышеупомянутым псевдовенерическим.

— Привет. — Оля решила попытаться быть вежливой.

— Надолго приехала? — В голосе Димы звучал какой-то намек.

— На пару недель, а потом к баб Маше. — Ольга отвечала честно. Скрывать-то нечего. А в деревне и вообще ничего никогда не скрыть.

— Чего в этот раз в гости не заглядываешь?

Ольга покраснела. В период жарких влюбленностей она превращалась в толстенькое привидение, следующее за «любовью всей жизни, пусть и пятой по счету», по пятам. Пока еще ни разу сие сверхъестественное создание не вызывало ни у кого ответных чувств. По крайней мере, Ольга была в этом уверена. Нет, они все проявляли заинтересованность. «Но если уж на толстушек кидаются, то это ж как надо хотеть перепихона». Стоило кому-то из них сделать так, как сейчас делал Димка, проявив свой интерес улыбкой и обниманием плеч, как девушка сразу охладевала чувствами.

Ольга сбросила холодную после купания руку бывшей влюбленности.

— Оль, ты че? Мы ж сто лет знакомы.

Но прежде чем девушка зашипела, Ольгу схватили за подмышки и потащили к воде. И только сам факт, что ее смогли приподнять с земли, дал Диме беспрепятственно дотащить тушку до холодной воды. И там столкнуть ее на мель. Только вот уловка, сработавшая с Игорем, с Димкой не прокатит. Уж тот, как никто, знал плавательные возможности Вороновой.

Ольга даже не стала подниматься и осталась сидеть на иле мелководья, злобно смотря на… «Тьфу, гадость, неужели его так заводят унижения?» Ольга отвернулась в сторону воды и поднялась, чтобы ее лицо больше не было напротив кое-чьих встопорщенных трусов. И пропустила момент объятий. Да таких, что не вырваться. «Все-таки картошка — определенно лучший вид прокачки силушки богатырской. Это сколько ж ее Добрыня Никитич-то накопал?» Никакие усилия не помогли вырваться, а посторонние мысли — отвлечь от прижимающегося внизу.

— Олюсь, ты чего? Ты ж сама мне в любви признавалась. — Голос у Димы был сладкий-сладкий, девушку аж затошнило.

— Как еще десятерым до тебя. А ну-ка…

— …Отпустил! — Ольга обернулась на голос. Игорь красный, как переспевшая помидорка, с удочкой и рюкзаком наперевес брел в воду к обнимающейся парочке. Овощ-рыбак замахнулся удочкой, и Ольга встала ему наперерез.

— Стоп. Оловянов, не бей его.

— Потому что ты признавалась ему в любви? — Игорь это выкрикнул, и пара купающихся ребятишек прекратила свои игры и обернулась к подросткам.

— Нет, соседушка. Это все потому, что твоя удочка наверняка стоит как два дома.

Игорь был таким красным и от злости напряженным, что напоминал уже не сочный помидор, а сморщенный изюм. Ольга поспешила выбраться из воды, пока ее снова никто не схватил обниматься. Сосед что-то прорычал о ее бывшей влюбленности и с удочкой да рюкзаком пошел следом за ушедшей к своему рыбацкому реквизиту девушке.

— Десятерым? — Игорь прорычал это вопросительно-утвердительно, сел рядом и уставился в «бесстыжие глаза этой собачницы». Почему-то в этот момент Оле захотелось рассказать правду.

— Слегка преувеличила, но влюбляюсь я и правда часто. И всегда признаюсь. — Девушка смущенно улыбнулась.

— А сейчас в кого влюблена?

— В тебя, — угрожающе прошептала Воронова.

Глаза Игоря расширились, а Ольга захохотала:

— Шучу я, не бойся ты так. Хотя правильно испугался. Кого я люблю, тому достается сильно. — Девушка загрустила и погрузила пальцы ног в песок с примесью глины.

— А почему перестаешь любить?

— Не знаю почему, но стоит им в ответ проявить ко мне интерес, как моя любовь куда-то исчезает. Наверно, я кайфую от того факта, что у меня есть кого подоставать. — Ольга прикрыла рот рукой, а глаза у нее смеялись. Игорь не сдержал ответной улыбки, хотя на душе почему-то было темно и пусто.

— Сочувствую тем парням. Ты ж адекватно себя ведешь только после того, как сотворишь или скажешь какую гадость.

Ольга пожала плечами. «Может, так и есть. Но на самом деле я просто слишком толстая и страшная, чтобы парням ради меня сделать что-то стоящее. Да хотя бы признать перед своими друзьями, что у него такая девушка».

Игорь с Олей разговорились, а затем и рыбу пошли ловить. Парень показывал, как кидать и крутить, притягивая леску к себе. И все это казалось девушке сущей глупостью, пока удочка не прикрутила к ним рыбу. Да еще такую, какую Ольге ни разу не удавалось поймать. Таких они выловили три штуки и ушли с залива, когда уже потемнело настолько, что с трудом можно было разглядеть, куда ступаешь. Про корзину с едой в кустах они так за целый день и не вспомнили.

Подойдя к забору у дома Игоря, они продолжили разговаривать. Игорь все никак не хотел заходить, а Ольга — прощаться. Прервал их загоревшийся над головой фонарь и женский голос:

— Игорь?

К воротам вышла мать Игоря. Ольга сразу это поняла по схожести черт лица. Девушка вежливо поздоровалась.

— И как тебя зовут, малышка?

Оля смутилась, она действительно была младше Игоря и не отличалась высоким ростом, но почему-то обращение женщины было ей неприятно.

— Оля.

— А фамилия у Оли какая?

«И зачем ей моя фамилия?»

— Воронова, — девушка ответила и с ужасом наблюдала, каким гневом наполняется лицо матери Игоря.

— Игорь, в дом, живо! — Парень не успел осмыслить фразу, как уже оказался внутри дома. — И ты, мелкая мразь, не смей приближаться к этому дому. Ни ты, ни твоя шлюшкина семья.

Дверь закрылась с громким хлопком. Ольга стояла и не могла пошевелиться, плечи дрожали, а из глаз лились слезы. «За что?»

Глава 5. Надежда — это только ее имя

— Ужинать. Немедленно. — Не слыша от сына попытки что-то спросить, Надежда Петровна ушла на кухню. Игорь сложил удочку и рюкзак у входа и пошел мыть руки. Слова матери он слышал прекрасно. Его горло сжал колючий комок и не давал ему заговорить громче шепота. «Как после этого смотреть Оле в глаза?»

За стол Игорь сел в то же время, что и отец. Надежда налила им суп и поставила перед ними тарелки. Парень поднял ложку и тут же опустил, так как она дрожала.

— Игорь, не смей больше общаться с этими соседями, ты понял? Они ужасные люди и обязательно тебя предадут. — Голос матери звучал уже спокойно, только немного надтреснуто. Казалось, что в любой момент она скатится в плач. Или визг.

— Сын, та девочка… ты дружишь с… Вороновой? — Отец смотрел на него с улыбкой и каким-то светом в глазах.

— Ха, яблочко от яблони… Весь в отца, так же кидается на отбросы.

— Надежда!

— Мама!

— Что, еще и защищать будешь? Нашел чему сына учить. Лучше бы помог ему найти счастье в любящей и верной семье, а не в гулянках по девицам легкого поведения.

Глаза отца почернели, но он смолчал. А вот Игорь не смог.

— Уж не такой ли семьи, как наша? Нет, спасибо. Лучше уж тогда отбросы. — Парень оттолкнул от себя тарелку с супом, отчего тот разлился по столу, и ушел в свою комнату. Несмотря на хорошую звукоизоляцию и закрытую дверь, был прекрасно слышен крик матери. Что-то там про шлюх и похождения. Игорь застонал и закрыл уши подушками.

«Зачем вообще нужна семья? Какой в этом плюс? Никогда не женюсь. Точка».

Глава 6. В лесу родилась елочка Игорь

Оля проснулась от маминых вопросов. Открыв глаза, девочка увидела ее стоящей рядом. Она нависала над ее кроватью с рыбой в руках.

— Если ты хочешь убить меня рыбой — это зря. Она бьет не больно. А вот удочка. Удочка — вещь. — А что еще было ответить девушке?

— Это ты поймала рыбу? — И почему в этом вопросе звучит столько наезда?

— Если мне не приглючилось, что ты отправила меня на рыбалку, то, скорее всего, да. Есть еще вариант, что она пришла сама. — Ольга попыталась залезть обратно под одеяло, но передумала, чтобы не терять контроль маминых действий. Вдруг и правда решит подраться рыбой.

— Щука? — И сколько возмущения-то.

— Ты начала шепелявить и меня оскорбляешь? Или я что-то не понимаю? — Ольга сказала и зевнула, понимая, что оба варианта не исключены. Мать всегда отличалась эмоциональностью. И редко следила за выбором слов.

— Как ты смогла поймать щуку?

— Ручками, мама, ручками. — И поспешила уточнить: — В которых удочка была.

«А то еще отправит в следующий раз голыми руками ловить».

— Так, крапивий ты язык, быстро чистить рыбу и в огород.

— Ой, мамочка, я готова сделать только что-то одно. Могу целый день возиться в огороде, а могу почистить эту великолепную рыбу.

Маме очень хотелось назло дочери взяться за чистку рыбы, а доту отправить в огород. Она пересилила брезгливость, вдохнула воздух и уже собралась сказать: «Иди в огород». Как Оля подскочила и сказала: «Ой, мам, она еще живая. Я ж специально ее в воду опустила. Такая красивая, хотелось понаблюдать». И Оля тронула щуку пальцем. Та зашевелилась, а мама, взвизгнув, выпустила чешуйчатую из рук.

— Хорошо, хорошо. Почистишь эту зубастую тварь — и свободна. Чтоб ни тебя, ни твое волосатое чудовище я сегодня не видела!

«Волосатое чудовище? Она ж не об Игоре, да?»

Быстро расправившись с рыбой и засунув ее в морозилку, Ольга схватила Барсика и выбралась на улицу. В лес или купаться? В этот раз она захватила рюкзачок со сменной одеждой, водой и бутербродами. Поход. И повернула к нестройным рядам деревьев.

— Оля, ты куда? Постой!

Игорь подбежал. Барсик решил, что с ним играют, и побежал за Игорем. То, что парень от него с криками убегает, было тоже принято за игру. Ольга даже не знала, что до прилеска можно так быстро добежать. Хотя Игоря можно понять. Ворота бы он открыть не успел, а достаточно высоким забором для спасения от чудовища в лице огромного двортерьера был только забор дома Игоря, на который невозможно залезть.

Игорь сидел чуть ли не на макушке елки. Ее оставили расти так близко к домам, чтобы наряжать на Новый год. Уж больно красивая и ветвистая… была. Сейчас же одна из веток сломалась, а сама елка накренилась, выглядя теперь немного прибухнувшей. Ольга подошла и взглянула вверх. Игорь сидел на ветке и держался окровавленными ладонями. Выглядел он забавно с распушившимися золотистыми волосами. На них сквозь ветки падал луч таким образом, что «а во лбу звезда горит» уже не казалось художественным вымыслом. Часть зеленых иголок осыпалась вниз, но самые крепкие и преданные застряли в волосах у Игоря.

— Ты в курсе, что попортил новогоднюю достопримечательность этой деревни? Но я не в обиде. Во-первых, я редко приезжаю сюда на Новый год, а во-вторых, я знаю, кого теперь можно наряжать вместо этой елки.

Игорь прищурился, сорвал с ветки шишку и бросил в Ольгу. Не попал. Барсик, решивший, что игра закончилась, и отбежавший, тут же вернулся и гавкнул.

— Зажравшееся животное, тебя бы на живодерню. — Второй бросок Игорь попытался сделать уже в Барсика.

— Жестоко ты о себе. Хотя спасибо за пояснения. Я думала, ты теперь елочка. А ты ежик. Еще и потрепавший всем нервы. Ужас, неудивительно, что решил переехать жить на деревья.

— От тебя не только на деревья уедешь. — Игорь уперся лбом в ствол. Но это больше походило на попытку побиться головой.

— Лучше куда-нить в большой город. Там точно от меня спрячешься. И людей много, и я большие города не люблю. — Ольга усмехнулась. — Ну раз это не ты за мной шел, а я тебя преследую… то на сегодня шпионскую деятельность заканчиваем. Барсик, гулять.

Песель радостно рванул в лес. Знал, что там ему полная свобода и хозяйка даже не будет пытаться контролировать. Ольга развернулась, чтобы уйти, но раздалось шебуршание. Когда она подняла лицо, Игорь, цепляясь за ветки, падал. Девушка благородно протянула руки, чтобы убрать пару иголок с волос упавшего парня.

— Ты, конечно, Златовласка, но я не принц тебя ловить, Оловянов. Иди домой, у тебя все руки в крови.

Игорь подскочил с невозмутимым лицом. Только губы прикусил до крови, когда оперся на ногу.

— Царапина. Пошли, куда ты шла, — прохрипела елочка и задрала подбородок к небу. Ох, а пафоса-то сколько.

— Та-а-а-ак.

Ольга посмотрела на покер-фейс соседа и вздохнула. Ну куда ему, болезному на ногу, и понты?

— Пошли зайдем к тебе. Я у вас в аптечке видела все необходимое. БАРСИК!

Ольга сделала настолько резкий переход с тихого голоса на выкрик, что Игорь подскочил в испуге, оперся на левую ногу, сморщился и, не удержав равновесия, снова повалился в траву.

Когда Барсик подбежал, Игорь уже привстал, но передумал и притворился мертвым. Только глаза крепко-крепко сжимал, как будто его сейчас съедят. Сердобольный Барсик подошел проверить, что с обморочным.

— Когда очухаешься, ЕГО в нос не советую целовать. С червяком оно-то безопаснее было. Все-таки худоват ты, а Барсик кости любит.

Ольга побрела назад, а за ней и Барсик. Вскоре доковылял и Игорь. Только он старался стоять так, чтобы между ним и собакой была Оля. Девушка фыркнула и выгнула бровь. Игорь решил ответить на молчаливый вопрос:

— Тебя он будет жрать достаточно долго, чтобы я успел спастись.

Оля решила даже не обижаться. И так парнишка выглядел обиженным жизнью.

— Ворота открывай, ежик.

Игорь запыхтел так, что стал действительно похожим на колючего.

Стоило воротам открыться, как Ольга запихнула внутрь Барсика.

— Это план по непусканию меня в собственный дом?

— А что? Вам охранник от всяких других животных не помешает. Особенно елочноводных. Пошли уже. Оля схватила за руку Игоря и завела того в собственный дом. Хотя Барсик давно уже не обращал внимания, исследуя новую территорию.

Ольга взволнованно прислушалась к звукам в доме.

— Родителей нет, выдохни.

Игорь усмехнулся и, вырвав руку из цепких пальцев Оли, удалился в ванну приводить себя в порядок. А Оле было неудобно без спросу заходить в чужие комнаты (а в дом, значит, нормально, да?), и она пошла на улицу посмотреть, чем занят Барсик.

Тот ловил истинный кайф от того, чтобы пометить столь дорогие вещи. Уже даже сварганил статую для украшения. Вот, главное, в лесу ему этого не захотелось? А на дорогом газоне, чуть ли не посыпанном золотом, сразу творчество в нем проснулось. Тут раздались знакомые причитания, переходящие на выкрик.

— Да что ж это творится! Украли! Пса украли. Сторожевого! Да как же так возможно-то?

Ольга подошла поближе к забору между коттеджем Игоря и их избушкой на самогоньих ножках (иначе тех строителей и не назвать) и произнесла:

— Ба, спокойно, это я его притащила. Как освобожусь — верну.

— Ух ты хоспади, а напугали-то как. У меня чуть обе части лица не заработали.

Бабуля махнула рукой и продолжила грядкокопательную операцию. Мамы видно не было, и это давало надежду, что она не заметит. Ольга обернулась и увидела лицо Игоря в окне. Так, нужно срочно зайти и отвлечь его. А то еще найдет на газоне новую скульптуру, еще и убирать заставит. Пусть лучше перед родителями оправдывается, что сии экскременты от собаки. А то, что у них собаки нет… пусть разводит своими окровавленными ладошками в стороны. «Ох, узнать бы, что его предки подумают».

Дома они с Игорем засели за ту же самую игру и не заметили, как весь день вместе в нее проиграли. Окно было открыто и в этот раз донесло не только стрекот и шелест листвы, но и шум подъезжающей машины. Подростки в испуге переглянулись и рванули к выходу. Ведь Барсик-то все еще носился по газону.

Когда они выскочили на веранду, то увидели, что машина уже заехала в открытую часть гаража. Мать Игоря вышла из автомобиля, оставив водительскую дверь открытой, а сама стояла у распахнутой задней двери и разбирала покупки. Тут к ней подошел Барсик, Надежда Петровна взвизгнула, забралась на заднее сиденье и закрыла дверь машины прямо перед мордой пса. Но тому все еще было интересно. Газон-то он за целый день уже отлично и изучил, и разукрасил. Барсик запрыгнул в машину на переднее сиденье. Мохнатому зверю явно было там неудобно, и он задевал какие-то кнопки. Стекла опрыснулись водой, а машина щелкнула, оповещая о закрытии. Мать Игоря осталась наедине с псом. Пора ее спасать. Только когда ребята подбежали вытащить пса или открыть дверь, Надежда Петровна с приглушенным писком вылезала через открытое заднее окно. Предусмотрительная какая — ни одного громкого звука не издала, сразу поняла, что ее закрыли. Открыла окно и полезла головой вперед. Правильно — попа старая, сухая, ее не жалко. А на голове псина прическу помнет.

Ольга вытащила пса из машины, а Игорь помогал маме довылезти из окна. Та застряла там в области живота, не зная, как поставить руки, чтобы не упасть на свое лицо. Вид внутри машины открывался недостаточно привлекательный, чтобы девушка с Барсиком остались в машине на подольше.

— Извините. Вы его не бойтесь, он только на своей территории грозный. — Оля покраснела и переступала с ноги на ногу, придерживая огромную собаку за загривок.

— Ты? Опять? Да еще и в моем доме? Как смеешь… — Надежда приостановила поток шипения и заговорила более спокойным голосом: — Игорь, я же говорила, что от таких только предательство и неприятности. Ты чем думал?

Маменькин сыночек осуждающе посмотрел на Ольгу с псом. И так девушке от этого стало больно. «Ну и не надо, раз вы тут такие важные и особенные, не будем больше беспокоить».

— Еще раз простите. Пойдем, Барсик.

Глава 7. Неудачное самоубийство

На следующий день…

— Оля, извини. — Игорь шел уже минут двадцать за девушкой по полю.

— Не иди за мной. — Ольга ускорилась, жалея, что не взяла с собой Барсика.

— Да ладно тебе, мама всегда такая.

— Мама? Ты думаешь, дело в маме? Да я ж по глазам твоим видела, что ты полностью с ней согласен. Как будто я отброс общества какой-то.

— Но ты действительно небогата, без связей, образования, не тянешь на красотку и создаешь кучу неприятностей. — Игорь развел руками.

— Мне четырнадцать, какое тут образование? — С остальным она спорить не стала, боясь просто скатиться в слезы. И пока он не заметил первую влагу на щеках, она решила его отвлечь, а заодно и отомстить.

— Ну и ладно, раз во мне абсолютно ничего важного, так зачем такой жить?

Девушка села посреди рельс, сорвала между деревянными балками траву и стала рвать ее на мелкие кусочки, смотря исключительно вниз, так как зелень в ее руках уже планомерно орошалась слезами.

— Эй, ты чего. Поезд же едет. — Игорь не мог не заметить приближающиеся вагоны. — Вставай немедленно, это не шутки.

— А я и не шучу. Сралась мне такая жизнь? Как ты там говоришь? Без талии и без денег? — Ольга все-таки не удержалась и всхлипнула.

— А ну-ка вставай. — Игорь попытался ее поднять, но он-то картошку не копал и не отличался силой Димки. Смог только из сидячего положения завалить ее на спину назад. — Вставай, я сказал! — Парень весь покраснел от натуги, а губы искривились в нечто совершенно странное.

Поезд уже стучал слишком близко. У Игоря проснулось второе дыхание, он смог приподнять девушку, схватив за руки и оперев на свою спину. И когда поезд уже был близко, рвануть в сторону от рельсов и повалиться вбок. Они катились, а Игорь все еще удерживал девушку за предплечья. Это выглядело как бревно из двух человек, где полная девушка как будто обнимала парня со спины. Так они прокатились немало. И рядом с ними проехал поезд. Только не с той стороны, которую ожидал Игорь.

Ольга хохотала и не могла остановиться. Игорь, бледный, смотрел на другие рельсы рядом, по которым стучали массивные колеса. Так близко.

— Ой, не могу. Оловянов. Те рельсы уже давно не используются, ты посмотри хотя бы на то, как они заросли. Все вагоны всегда поворачивают на соседние. Рабочие. А ты… — Ольга снова расхохоталась. — Спасатель фигов, чуть на них нас и не укатил. Игорь, ты ж нас убить мог.

И смех у Ольги пропал. Впервые она увидела, чтобы сдержанный Игорь плакал. А как еще можно назвать слезинку, катившуюся у него по щеке? Парень встал и побрел вдоль поля назад домой.

Теперь уже Ольга побежала за Игорем.

— Прости, я правда неудачно пошутила. Я не думала, что…

— Именно, Воронова, ты не думала. Не иди за мной. Потом поговорим.

И Игорь ушел, а Ольга прошлась и снова уселась на нерабочие рельсы. Диких яблок она в тот день так и не собрала. Лежала и смотрела на облака. Впервые ее кипучая энергия позволила это сделать вне попыток уснуть.

А все дело в том, что она пыталась понять, что это за чувство родилось у нее внутри. Такое похожее и не похожее одновременно на пять предыдущих раз.

Около 3 лет
на рынке
Эксклюзивные
предложения
Только интересные
книги
Скидки и подарки
постоянным покупателям