0
Корзина пуста
Войти | Регистрация

Добро пожаловать на Книгоман!

Или войдите через:


Новый покупатель?
Зарегистрироваться
Главная » Мое личное Чудовище » Отрывок из книги «Мое личное Чудовище»

Отрывок из книги «Мое личное Чудовище»

Автор: Кутузова Елена

Исключительными правами на произведение «Мое личное Чудовище» обладает автор — Кутузова Елена Copyright © Кутузова Елена

— Фаня! Ну давай ближе! — ныла Ольга, пытаясь подтащить меня к пруду.
— Не называй меня так! — я упиралась, умудряясь одновременно упрямиться и поправлять съезжающие на кончик носа солнечные очки.
— Ну Гелла! — моментально поправилась подруга.
Псевдоним был частью меня, моим «вторым я». Ну что может писать автор с именем Епифания? Какой-нибудь слезливый дамский роман или уютную, домашнюю историю... Но только не ужастик! А я пишу хоррор, потому к выбору псевдонима подошла со всей ответственностью и теперь очень не люблю, когда на людях меня называют по-другому.
— Ну давай поближе!
Ольга, как всегда, брала массой. По сравнению со мной она казалась полной, но, как ни странно, этой ей безумно шло! Аппетитные формы не раз отвлекали мужские взгляды от моей тощей фигуры, что меня радовало: слава иногда утомляет, а оставаться неузнанной с каждым новым романом было все труднее.
— Ты иди. Мне и отсюда хорошо видно.
Обидевшись, подруга отпустила руку и отправилась вниз по склону, прямо к темному пятачку небольшого пруда.
— Осторожнее! — прокричала ей вослед и огляделась, выискивая тень.
Солнце палило нещадно. Это грозило ожогом: к белой, практически алебастровой коже загар не приставал. Десять минут без укрытия были пыткой, а потом я превращалась сначала в вареного рака, а после — в линяющую змею. В этот момент характер тоже портился, и сравнение оказывалось как нельзя более верным.
Сегодня я даже не планировала выходить на улицу. Но примчавшаяся рано утром Ольга чуть с ума не свела, размахивая двумя ламинированными картонками. Спросонья я не сразу поняла, что это пропуски на съемку реалити-шоу «Повелители магии».
Отвертеться не получилось: подруга уже все уши прожужжала этой передачей и даже уговаривала поучаствовать. А я раз за разом отказывалась, считая, что там рулят только деньги и рейтинг. С одной стороны, это могло подогреть интерес к моей персоне, с другой — связываться совершенно не хотелось, чертовщины и в жизни хватало. Но согласиться на массовку пришлось: в этом Ольга оказалась непреклонна и торопила: времени до начала съемок почти не осталось.
Блузки с длинными рукавами оказались или мятыми, или в стирке, пришлось искать замену. И теперь я выглядывала тень, чтобы скинуть опротивевшую ветровку без риска обгореть на солнце.
Внимание привлекла скамейка в тени старой липы. Дерево как раз цвело, и сладковатый аромат позволял ненадолго забыть и о жаре, и о сбитом режиме. Я на всякий пожарный достала из кармана кепку: вместе с солнечными очками козырек хорошо скрывал лицо.
На просторной поляне уже расставили оборудование, ждали только ведущую да самих участников. Я усмехнулась: вот чего мы здесь забыли? Если бы не Ольга... Оглянулась на подругу, та стояла на самом берегу, так, что темная вода почти касалась сандалий.
Там, у пруда, было свежо. Прохлада долетала даже сюда, немного остужая воздух. Но в ослепительных бликах на поверхности играло не только солнце.
Наваждение исчезло, стоило режиссеру хлопнуть в ладоши:
— Статисты, займите места! Ты, — палец ткнул в Ольгу, — там и стой. Хотя нет! Сейчас подберем тебе парня, будете изображать мимопроходящую влюбленную парочку. Ты, — я с удивлением увидела, что указывают на меня, — сиди и читай! Дайте ей спонсорский журнал да не забудьте во время съемки несколько раз показать обложку покрупнее! Ты...
Я послушно опустилась обратно на лавку. Меня вполне устраивало нахождение в тенечке с журналом, которым можно было прикрыться от любопытных глаз. Да и наблюдать поверх страниц удобно.
А на поляну тем временем одного за другим привозили участников.
Завязанные глаза не позволяли им понять, где они очутились, ленту снимали только на поляне, повернув экстрасенсов лицом к пруду. И всем задавали один-единственный вопрос:
— Что происходит в этом месте?
Л — логика. Лето. Жара. Пруд. Если у участников есть хоть немного мозгов, ошибиться они не смогут. Но удивительно, о том, что здесь регулярно тонут люди, сказали всего трое. Остальные отговорились кто магнитными бурями, кто «запретом от духов раскрывать тайну этого места», кто просто лил воду, скрывая беспомощность за разговорами. Стало скучно.
Отвернувшись от съемочной площадки, я снова нашла взглядом подругу. Она чуть оторвалась от «возлюбленного» и теперь шла по самой кромке воды.
— Оля, уйди оттуда! — крикнула, не обращая внимания на съемку.
И, осознав, что произойдет в следующую минуту, вскочила. Но подоспевший непонятно откуда мужчина оказался проворнее: схватил оступившуюся девушку и оттащил от кромки.
— Осторожнее! Здесь опасно!
Я замерла. В другое время посмеялась бы, так нелепо выглядела подруга: растрепанная, с приоткрытым ртом, а в глазах — щенячий восторг. Присмотревшись, узнала одного из участников передачи, но вот как его зовут, вспомнить не могла, да и не хотела: сейчас все внимание было приковано к легкой дымке над поверхностью воды. Обычно такая поднимается над раскаленным асфальтом. Но мираж длился недолго, стоило режиссеру хлопнуть в ладоши:
— Продолжаем съемку!
Ведущая тут же подскочила к Ольгиному спасителю и затараторила на камеру:
— То, что вы видели сейчас — не постановка! Все произошло спонтанно! Ворон, скажите, почему вы вдруг кинулись к этой девушке? Вы что-то почувствовали?
Экстрасенс широко улыбнулся и отстранился от Ольги, продолжая сжимать её руку в своей:
— Этот пруд — опасное место! Когда-то здесь было капище, и духи еще не успокоились. Я слышу их голодные крики и думаю, купаться в этом пруду опасно.
Картинный взгляд на воду вызвал у меня улыбку. Я предусмотрительно наклонила голову, чтобы её скрыть.
— Вижу погибших. Мужчина. Женщина... Дети. Трое мальчиков и девочка. Девочка... её же не нашли?
Съемочная группа начала подтягиваться поближе. Ольга старалась не пропустить ни одного слова своего спасителя, а вот для меня день перестал быть светлым. Девочка... Она отчаянно хотела домой и просила помощи у взрослых. Или просто... не желала оставаться в одиночестве, поэтому и ухватила Ольгу за ногу. К счастью, этот самый Ворон оказался рядом, мне не пришлось иметь дело с призраками.
Как же я их ненавидела! И духов, и всех тех, кто на них паразитировал. Всякие экстрасенсы, потомственные ведуньи, гадалки своими обрядами открывали порталы, чтобы изгнать одних, но в открывшиеся прорехи тут же лезли другие. Я старалась держаться от всего этого подальше. И теперь поспешила убраться с места съемок как можно скорее. Тем более что ведущая уже затараторила в свой микрофон:
— Но кроме Ворона рядом с местом едва не произошедшей трагедии оказался еще один человек! Все мы, да и вы, уважаемые зрители, слышали крик, предупреждающий девушку об опасности. И сейчас...
Глаз камеры заскользил по поляне, но я уже смешалась с толпой. На ходу набрала СМС, на всякий случай предупреждая Ольгу о молчании. И через пару дней, сидя перед телевизором, лично убедилась в том, что она не выдала мою тайну.
— Ну и корова! — прокомментировала сама Ольга изображение на экране.
— А мне кажется — очень мило! — я сунула в рот кусочек сладкого перца, с завистью слушая, как подруга хрустит чипсами.
Черт бы побрал эту диету!
— Ну да! — протянула Ольга, — Посмотри на него и на меня. Я Ворону не пара!
— Ворон! — не удержалась я от шпильки. — Хорошо, не ворона!
— На себя посмотри, великая писательница! — тут же нашлась подруга.
Она умела бить по больному. С момента выхода и взлета первой книги Гелла стала моим аватаром, моим щитом, моей маской и моим вторым «я». Но соответствовать образу рыжей бестии было нелегко. Насмешливо смотреть в камеру или в толпу собравшихся читателей, когда душа уходит в пятки, а сердце замирает от страха, нелегко.
— Ты знаешь, почему это имя.
— А он — Воронов! Кир Воронов.
— Кир — не Епифания!
Надо же было родителям так меня назвать. Они до сих пор еще с Геллой не смирились и очень обижались, когда я отказывалась откликаться на Фаню.
— А знаешь, он о тебе спрашивал!
— Ворон? — показала я стаканом с минералкой на темноволосого красавца на экране. — С какого хрена?
— Сказал, что не верит, что мы с тобой незнакомы. Ты же меня по имени назвала!
«Оля! Уйди оттуда!» — как раз в этот момент донеслось из динамиков.
— А остальные?
Прокол мог мне дорого стоить! Ради рейтингов телевизионщики на многое пойдут! Но обвинять их было грехом: сама такая. Известность приносила деньги, и ради этого я даже стала с Геллой одним целым.
— Сделали вид, что поверили. Правда, потом долго пытали... Но я им ни слова не сказала!
— Надеюсь!
В честности подруги сомневаться не приходилось: слишком долго мы были вместе. И даже в тот день... если бы не она...
Воспоминания надвинулись могильным холодом. Я передернула плечами и отогнала их подальше:
— Слушай, а Ворон у тебя телефончик не спросил?
— Не спросил! — пронесся по квартире тяжелый вздох, заставивший насторожиться.
Ольга легко влюблялась в экранных персонажей, но всегда четко отличала их от реальных людей. И то, что за несколько часов влечение к Ворону не исчезло, наводило на нехорошие мысли.
— Ты чего, подруга?
— Дура я. Говорили же: возьмись за себя, сядь на диету, походи в спортзал... А я все откладывала. Вот и дооткладывалась! Судьбу свою проворонила!
— Судьбу не отложить. Она сама тебя найдет.
Увы, это я знала тоже не понаслышке. Как и то, что подругу надо спасать: Кир Воронов, экстрасенс-целитель по прозвищу Ворон, не был обычным человеком. Перед глазами встала картинка: высовывающаяся из воды призрачная рука и начищенный ботинок, отшвыривающий её от Ольгиной лодыжки.
***
Я удивительно долго не могла забыть о встрече. И, готовя материал для новой книги, поймала себя на том, что главный герой внешне смахивает на Ворона.
Впервые мужчина так долго занимал мои мысли. Нет, не так: впервые я так долго думаю о мужчине, который на самом деле меня не заинтересовал. Я вообще старалась держаться подальше от всякой чертовщины, её хватало и без того, чтобы с колдунами знакомиться. А тут еще и Ольга на него запала...
Стоило подумать о подруге, как тишину кабинета прорезал телефонный звонок. В трубке послышались рыдания, перемежающиеся невнятными словами. Холодной змеей в душу заполз страх: показалось, что случилось что-то ужасное.
— Сиди дома! Сейчас приеду!
Работа работой, но подруга у меня одна! Схватив сумку, я выскочила из дома.
Увидев Ольгу, испугалась по-настоящему. Опухшая от слез, с красными глазами и носом... Превратить патологического оптимиста в трясущееся существо могло только настоящее горе. В голову пришло лишь одно:
— Кто?
Я осела на диван, перебирая в уме всю её родню и ближайших друзей. Кого из них не стало? Что-то с родителями?
— Никто-о-о, — шмыгнула она. — Кошмары-ы-ы-ы.
Я перевела дух. Все живы — уже хорошо, а вот со снами надо разобраться. Заварив чай, я усадила подругу за стол:
— Рассказывай.
Оказалось, во сне её преследовал Ворон. Вернее, дразнил непристойными намеками. Танцевал стриптиз. А как дошло «до дела» — испарился.
— Проснулась в поту, поняла, что хочу мужика. Сходила в душ, кое-как успокоилась, только заснула, а там все по новой! — рыдала Ольга.
Я её понимала. Мы обе в данный момент времени были одиноки: мой мужчина не выдержал испытания славой, её — просто оказался мудаком. Но если дошло до эротических снов...
— Фаня, может, карты раскинешь?
Для себя бы я на это не решилась. Но ради Ольги... Специальная колода всегда лежала в сумке как раз для таких случаев. Я перетасовала картонные прямоугольники, велела Ольге снять левой рукой и вытащила три карты.
Шестерка, десятка и дама. Все — червовые.
— А вот и твои слезы... И я.
Веер карт перекрыла еще одна: валет пик.
— Обман? — робко спросила Ольга.
— Обман, — кивнула я.
О том, что этот расклад означает куда больше, чем кажется на первый взгляд, — умолчала. Ни одно пособие по гаданию не могло пояснить того, что открывалось мне, стоило взять в руки колоду.
— Вот что, Оль... Ты не обижайся, но о Вороне забудь. Что-то неладное с ним. Не принесет он тебе добра.
Подруга кивнула, а мне оставалось только надеяться, что послушает. Все-таки мои предсказания всегда сбывались. Сегодняшний день не стал исключением: не успели мы допить чай, как в дверь позвонили.
Кинув на меня испуганно недоуменный взгляд, Ольга пошла открывать. По воцарившейся тишине стало ясно, что дело неладно.
На пороге стоял Кир Воронов собственной персоной. В руках он держал одну-единственную алую розу и как раз теперь протягивал её Ольге со словами:
— Простите, что без предупреждения, но я волновался.
Проклятье! Кажется, то, что пишут в Интернете, правда — этому экстрасенсу лучше всего удается любовная магия. Но остановить подругу не успела: время словно загустело. Плавно, как в замедленной съемке, Ольга протянула руку к цветку, указательный палец наткнулся на шип, и его острие окрасилось алым.
Легкий вскрик боли вернул все на места: я вылетела в коридор, Ольга посасывала палец, а гость сокрушался и просил прощения, что недоглядел:
— Я был уверен, что в магазинах все шипы удаляют!
Вот только роза куплена не в магазине. Я узнала бархатистые лепестки сорта «Софи Лорен», цветка, так хорошо растущего в нашем климате и чутко откликающегося на любовную ворожбу: достаточно небольшого наговора, и жертва теряла связь с реальностью, после чего её было легко уломать на продолжение вечера в постели.
Но Кир явно нуждался в большем, раз использовал магию крови. В том, что этот укол случайность, я верила все меньше, тем более что под видом заботы об Ольге, он оторвал шип и спрятал в карман.
А потом повернулся ко мне:
— О! И вы здесь! Ничего не скажешь, приятный сюрприз!
Кир разувался, поглядывая на нас снизу вверх, а мне отчаянно хотелось замахнуться и пинком стереть с его губ улыбку. Так, чтобы зубы полетели в разные стороны, благо, лицо низко, пнуть будет несложно.
А Кир словно мысли мои прочитал: улыбка стала еще шире, а в глазах заплясали ехидные огоньки.
— Прошу прощения, что явился без приглашения, но очень уж не терпелось снова вас увидеть!
Ольга таяла от его голоса — мягкого, бархатистого баритона. Даже мне показалось, что к душе прикоснулись осторожные пальцы. Они ласкали, поглаживали, дразнили... Чтобы не поддаться чарам, я прикусила губу: боль всегда помогала прийти в себя, не потерять голову. Вот и теперь наваждение развеялось. К сожалению, только у меня: Ольга по-прежнему смотрела лишь на гостя, предлагая тому пройти в большую комнату и присоединиться к чаепитию. А еще она надеялась, что я буду тактичной и уйду.
Но оставить подругу один на один с этим непонятным магом я не могла: случись что, всю жизнь себя винить буду. Слишком часто такие заигрывания приводят к катастрофе. Поэтому я проигнорировала её гримасы и уселась в кресло:
— А как вы адрес узнали?
Кир не смутился:
— Успел заметить у Ольги приглашение на съемку.
— Впечатляет! Там массовки было — закачаешься. Неужели всех проверяли?
Он усмехнулся, пряча довольное лицо за краем чашки. А потом сообщил:
— Кстати, вас, госпожа Епифания, найти оказалось куда сложнее. Надежда была только на Ольгу.
— Это вряд ли: ни я, ни она не обладаем привычкой раскидываться контактами подруг, — я перевела дух, благодаря судьбу, что назвалась настоящим именем. Оставалось надеяться, что про Геллу он ничего не слышал, и уж тем более не читал моих книжек.
Но Ольга меня и сдала.
— Епифания? Гелла вам сейчас глаза выцарапает!
Быстрый взгляд из-под ресниц подсказал, что это месть за то, что осталась. Но отступать было поздно.
— Гелла? Ведьма?
Превосходно очерченная бровь изогнулась, приковывая взгляд. Он что, в салоне красоты их выщипывает? Хотя почему нет? Положение обязывает, я это и сама хорошо знала, а тут — известный экстрасенс, участник популярного телешоу... Проклятье! Он же ждет ответа!
Но Ольга снова опередила:
— А кто же еще? Псевдоним в «яблочко»!
— Стоп... — в темных глазах сверкнул интерес. — Вы хотите сказать, что Гелла... Проклятье! Быть того не может!
То, как он хлопнул ладонями по бедрам, выглядело нарочито. Теперь ругаться хотелось уже мне: попалась, как ребенок! И Ольгу подставила: ведь даже слепому видно, что этот пижон использовал её как предлог! Но зачем тогда роза? И кровь?
Сосредоточиться на этом не получалось. Мысли ускользали, и я чувствовала себя польщенной вниманием «звезды экранов», хотя еще минуту назад не хотела иметь с ним ничего общего. Понимание происходящего немного отрезвляло, не позволяя кинуться в чувства очертя голову. А вот Ольга сдерживалась с трудом, и слова гостя о том, что ему надо было взять мои книги, чтобы получить автограф, стали последней каплей.
— Могу свои подарить. Будет еще комплект!
Злость подруги встряхнула похлеще удара током. О шип укололась Ольга, а влечение к Киру чувствовала я. Проклятье! Нужно выпроводить его поскорее, пока не поздно.
— Оль, они у тебя все именные! — остудила её пыл и повернулась к гостю: — Так зачем вы все-таки меня искали?
— Неужели меня в чем-то подозревают? — Кир заразительно рассмеялся. — Послушайте, я спас красивую девушку, — Ольга при этих словах расцвела и вспомнила, что у неё есть хорошее печенье, — захотел познакомиться поближе... А тут еще оказалось, что в подругах у неё — сама Гелла! Да я просто счастливчик!
Счастливчик, наделенный магией. Не экстрасенс — колдун. Никто другой не мог заставить меня почувствовать влечение — вот так походя, без ритуалов, без привязки... Хотя кто сказал, что их не было? Я постаралась вспомнить, не оставила ли где отпечаток следа. Кажется, нет — там повсюду была трава, а к берегу спускаться не пришлось.
И все-таки...
— Господин Воронов, — пошла ва-банк, потому что на Ольгу жалко было смотреть. — Вы извините, конечно, но мы собирались уходить. К сожалению, отложить встречу не получиться...
Я успела вытолкать Кира до того, как Ольга опомнилась и смогла возразить. А потом кинулась к цветку, который она успела водрузить в узкую вазу.
— Что ты хочешь делать?
— Не мешай!
Ольга отшатнулась, зажав руками рот. А я закрыла глаза.
От цветка разило магией. Тягучей, сладкой, как розовая вода. И такой же приторной. Но это бы не приворот.
Что-то чуждое и непонятное. А если учесть, что с собой экстрасенс унес кровь Ольги...
— Что... там?
Она уже поняла, что дело неладно, и поверила, что я вовсе не горю желанием отбивать у неё чудесного кавалера.
— Приворот, — не стала расстраивать подругу. — Розу я забираю, дай пакет покрепче. И не прикасайся, хватит, уже укололась!
Завернутая в несколько слоев бумаги, выдранной из модного журнала, и убранная в пакет роза для окружающих опасности не представляла. Но вот Ольга... В её глазах уже появилась поволока — что бы это ни было, оно начало действовать.
— Встань, почищу...
Несмотря на жару, руки мерзли неимоверно, пришлось согревать их дыханием и легкой гимнастикой. И все равно ощутить ауру получилось не сразу. Обычно шелковистая, приятная на ощупь, в этот раз она показалась шероховатой, как обветренная кожа. Но ничего, кроме нескольких сглазов, я не заметила. Значит, или Кир оказался очень сильным колдуном, способным скрыть свое вмешательство, либо он еще не начал действовать. Был еще третий вариант, но после того, как экстрасенс пинком отправил призрака обратно в пруд, я его даже не рассматривала. Кем-кем, а шарлатаном Ворон не был.
— Сильный? — послышалось жалобное.
— Сильный.
Полуправда развязывала руки. С одной стороны, приворот, даже мощный — то, с чем я легко справляюсь, и она это знает. С другой, испуганная Ольга, даже сходя с ума от любви, будет слушаться, а значит, не навредит ни себе, ни мне.
Она замерла, не смея даже пошевелиться, пока я водила вокруг неё руками. Выправить ауру было нетрудно, недостаток сил вполне возместит чашка крепкого кофе со сливками. Но роза беспокоила все больше и больше. Я понимала, что её надо уничтожить как можно скорее, но этим я лишала себя возможности наблюдать за противником.
Под пальцами струился теплый шелк. Ольга немного успокоилась и уже не так испуганно сверкала глазами.
— Голова не кружится? Как ощущения?
— Тепло, — улыбнулась она. — А вот ты побледнела. Давай кофе сварю!
Крепкий сладкий напиток помог привести мысли в порядок. Розу я унесу, оставлять её у подруги опасно. Но и уничтожать сразу не стану — кто знает, что этот гад к ней прицепил? Вдруг нарушу какие-то связи и сделаю только хуже? Да, решено! Буду просто наблюдать, благо, Ольга на моей стороне!
— Если что-то почувствуешь, тут же звони!
— Думаешь, он...
Имени не называла, но было ясно, о ком речь.
— Не факт! Ты же знаешь, я та еще перестраховщица! Может, он на самом деле не уследил, и шипы не полностью обрезали.
Как же мне хотелось в это верить!
***
На кухне я долго сидела, уставившись на пакет. Доставать цветок не хотелось, наверное, нужно было швырнуть его в мусорный бак. Но тревога за подругу не позволяла пустить все на самотек.
С каким бы удовольствием я забыла о магии! Но после того страшного случая в детстве она стала частью меня. Все, что я могла сделать, смириться и использовать её несколько нетрадиционным методом. Вместо того чтобы открывать магический салон, я употребила свои знания для написания книг в жанре хоррор. Первые пробы пера выкладывались в интернет, где неожиданно нашли поклонников. Потом были литературные порталы, на которых меня заметили издатели. Известность в сети помогла старту бумажных книг, первый же тираж разлетелся с бешеной скоростью, и теперь имя Геллы упоминалось в литературных кругах к месту и не к месту. Я не обращала внимания: пока люди платили деньги за мои книги, они были вольны говорить обо мне все, что думают, тем более что Епифания Турова и Гелла в жизни не пересекались. Первая была скромницей, любительницей шарлотки, мороженого и женских сериалов, вторая — целеустремленной, беспощадной к себе и другим девушкой. Она меня утомляла, но именно этот образ приносил деньги. Кому интересна «среднестатистическая домохозяйка с пирогами»? А рыжеволосая, уверенная в себе бестия хорошо привлекала внимание.
И теперь, сидя на кухне перед черным пакетом, я изо всех сил старалась превратиться в Геллу.
Мешал страх: для магии необходима практика, а её было немного. Но и пускать все на самотек было опасно! И я, нацепив толстые перчатки для работы по хозяйству, которые держала для таких случаев, развернула пакет.
Роза выглядела так, словно её только что срезали с куста. Я осмотрела стебель: ни одного шипа. Значит, тот на самом деле был единственным. Возможно, Воронов и не лгал, но то, что цветок пропитан магией, вызывало недоверие. Следовало покончить с этим как можно быстрее!
Перчатка легла на смятый лист бумаги, закрыв рекламу каких-то духов. Красный цвет привлек внимание, и я вчиталась в буквы под логотипом. «Розовая страсть». В нос ударил сладковатый аромат, словно кто-то открыл флакон застоявшихся дешевых духов «на розлив». Этого еще не хватало! Отодвинув рекламу, я вытянула руки, стараясь не касаться пальцами самого цветка.
Не показалось — запах шел от него. Ментальный, потусторонний аромат. Интересно, как Воронов добился такого эффекта? Простой человек ничего не почувствует и будет вдыхать, усиливая привязку.
А еще от розы веяло холодом. И вот это мне уже совсем не понравилось. Я мысленно представила, как вся магия цветка собирается в крохотный шарик с ледяными стенками и сжала пальцы, выплескивая в них весь жар, что смогла отыскать в руке, почувствовала, как талая вода побежала между пальцами, как вспыхнул приворот, как... ничего не меняется. Роза лежала на столе невредимая, а её аромат даже усилился.
Черт-те что и сбоку бантик! Я представила, как цветок охватывает пламя, как корчится в его глубине бумага, на которой он лежит, как обугливаются лепестки... Бесполезно!
Выхода было три: по-настоящему сжечь розу; обратиться к кому-то посильнее; или... наблюдать. Но червячок сомнения не отпускал: не может быть, чтобы я совсем ничего не смогла сделать! В конце концов, направленный на Ольгу приворот должен был если не растаять, то сгореть!
Я не ошиблась. Голос подруги звучал ровно. Она жаловалась на сонливость и интересовалась, как прошел обряд: судя по тому, что Ворон перестал занимать мысли, вполне успешно. Разубеждать не стала, зачем, если с этой стороны все в порядке. Но вопросы требовали ответов, и найти их предстояло самой.
В «парадном» кабинете я взяла вазу — узкую черную трубку на массивном цоколе. От дизайнерской штучки веяло холодом неуюта, но она как нельзя лучше подходила к цветку. Роза смотрелась в ней потрясающе, хоть фотографируй! Поежившись, я поставила вазу на стол и вышла, установив вокруг двери кабинета защиту.
Работала я в кухне, водрузив ноутбук на выдвижную полочку обеденного стола. Пришлось заказывать её специально, и мастер долго не мог понять, зачем на кухне такой элемент. Но не компьютерный же стол туда ставить!
Мягкий свет тщательно подобранных ламп успокаивал. Тяжелые шторы, неуместные на кухне, отрезали этот островок уюта от внешней жизни: сквозь стеклопакеты и плотную ткань не долетало ни звука. А главное, никто не мельтешил перед глазами, проносясь за оконным стеклом — призраки отличались любопытством, но я предпочитала их не замечать. Эти тени мешали даже жить, а не то что работать!
Но от работы я и сама неплохо отвлекалась, поэтому давно привыкла ставить таймер. Пока цифры отсчитывали положенные сорок пять минут, для меня существовал только экран ноутбука. Землетрясение, наводнение, атомная война — все считалось недостаточным поводом и могло подождать.
Даже сообщение от редактора, засветившееся в правом нижнем углу.
Проигнорировать его не получилось — зазвонил телефон, подтверждая, что на связь надо выйти немедленно.
Издательство решило дополнительно пропиарить некоторых популярных авторов, для чего заказало несколько интервью «в домашнем интерьере». Как водится, кое-кого забыли предупредить, а съемочная группа уже выехала. У меня группа должна появиться часа через полтора.
— Они на время смотрели?
Стрелки часов, и большая, и маленькая, стремились встретиться в верхней части циферблата, это означало, что спать сегодня не придется.
— Заказ срочный, решили не тянуть. Гелла, простите, что так получилось, но это и для нас оказалось неожиданностью!
Извинения ничего не меняли. С другой стороны, издательства не так часто решаются вложиться в такую рекламу — минута эфирного времени стоит немало. Так что — улыбаемся и машем, не забывая благодарить судьбу.
Душ, фен, шкаф. Для интервью я выбрала черный комплект: водолазку, джинсы и кожаную жилетку с заклепками. На шею повесила кулон в виде волчьей головы с глазами из красного циркона. Капельки из этого же камня украсили мочки ушей. Чтобы не тратить время на укладку, я забрала волосы в хвост, прикрыв резинку специальной серебряной насадкой-втулкой с чернеными узорами. А вот макияж делала тщательно, помня, что искусственный свет сжирает краски. Конечно, группа наверняка притащит с собой штатного гримера, но лучше перестраховаться.
И как только положила кисть для румян, которой ставила последние акценты, в дверь позвонили.
В квартире началось светопреставление. К счастью, я уже давно разделила не только собственный образ, но и квартиру обустроила особым манером. Первый этаж «принадлежал» Гелле: темные тона, натуральное дерево, минимализм, в который вплетались какие-то «магические штучки» в виде африканской маски на стене или массивного подсвечника на полке. А в кабинете взору гостей открывались еще и книжные полки, прикрытые от пыли затемненными стеклами.
— Располагайтесь! — обвела рукой просторное помещение и терпеливо ждала, пока выставят свет, поправят макияж и мне, и ведущей, пока выберут подходящий ракурс с наиболее выгодным фоном...
Наконец, съемка началась.
Список вопросов мне не предоставили. Заявили, что концепция у программы — откровенность. То есть нужно было отвечать сразу, без подготовки. А с моим «задним умом» это могло привести к катастрофе! Но ведущая осталась неумолима, и я напряглась, ожидая подвоха.
Без него не обошлось. Как всегда, спросили о прошлом:
— Говорят, что в детстве вы столкнулись с сектой убийц, после чего у вас и открылся Дар.
Я заставила себя рассмеяться и ослепила зрителей улыбкой:
— Людей привлекает таинственность, поэтому придумать несколько необычных элементов для биографии не считается зазорным. Но увы, я пережила все на самом деле. В одиннадцать лет меня действительно чуть не принесли в жертву какому-то языческому божку.
Вернее, демону. Я до сих пор не могу лежать на спине — ощущаю холод и твердость могильного камня, а сны до сих пор полны черного тумана, из которого тянутся узловатые пальцы с загнутыми когтями. Остального я не видела ни тогда, ни теперь, но не сомневаюсь: в темноте скрываются еще и зубы, с которых капает кровавая слюна. То зловоние до сих пор долетало до меня сквозь годы.
Воспоминания накрыли, как всегда, не вовремя. Но кусочек мозаики встал на место с легким щелчком. Ту вонь маскировал другой запах. Сладкий, приторный до тошноты аромат розы.
Мне с трудом удалось удержаться, чтобы не посмотреть на цветок, стоящий в вазе за моей спиной. Но взгляд съемочной группы то и дело останавливался на нем, словно его магнитом притягивало. И под конец интервью ведущая не выдержала:
— На вашем столе дивная роза. Признайтесь, это подарок от поклонника? Или от любимого человека, раз вы держите его в святая святых, в комнате, в которой проводите большую часть времени?
Улыбка уже приросла к губам:
— Увы! Я вас разочарую. Это действительно подарок, но не от мужчины, а от подруги. Она не любит розы, а я их обожаю!
Уф, кажется, выкрутилась! Было еще несколько вопросов о личной жизни, об отношениях с мужчинами, но все они оказались дежурными и ничего не значащими. Потом я поделилась творческими планами, поблагодарила читателей и призвала их покупать мои новые книги, которые вот-вот появятся на полках магазинов. А потом проводила гостей. Стоя у закрытой двери, кинула взгляд на часы. За окном должно светать, а я еще не ложилась. И не дописала норму. Но это все казалось ерундой по сравнению с воспоминаниями. Запах гнили, смешанной с ароматом розовой воды, вот что беспокоило меня больше всего, а не нарушенные планы и сорванные сроки. Какого черта цветок с этим проклятым ароматом оказался у Ольги? На кого вел охоту Кир Воронов? Да и вообще, кто он такой?

 

Розыгрыши
и конкурсы
Эксклюзивные
предложения
Только интересные
книги
Скидки и подарки
постоянным покупателям