0
Корзина пуста
Войти | Регистрация

Добро пожаловать на Книгоман!

Или войдите через:


Новый покупатель?
Зарегистрироваться
Главная » 1. Монахиня из третьего отдела (эл. книга) » Отрывок из книги «Монахиня из третьего отдела»

Отрывок из книги «Третий отдел. Монахиня из третьего отдела (#1)»

Автор: Радион Екатерина

Исключительными правами на произведение «Третий отдел. Монахиня из третьего отдела (#1)» обладает автор — Радион Екатерина Copyright © Радион Екатерина

— Ну что, выбрала?

Вопрос куратора застал врасплох. Лиретта разве что на месте не подпрыгнула. Логан Дрейк застиг ее в сумрачном коридоре, соединяющем два корпуса между собой. Бросив короткий взгляд на широкоплечего мужчину с карими глазами и густыми бакенбардами, она смущенно заулыбалась. Почему-то рядом с куратором всегда спокойно, словно он являл собой воплощение самих Триединых. Лири отвела взгляд, прижимая к груди две папки.

— Что там у тебя? — спросил Логан, протягивая широкую ладонь.

— Мы… выбирали… Вы же помните, да? — хотелось добавить почтительное “наставник”, но Дрейк в такие моменты обычно недовольно кривился.

В конце концов, какой наставник из полевого агента? Вот у большинства подруг учителя так учителя, а у нее и еще парочки полевики. Конечно, они могут многое рассказать, да только их опыт вряд ли пригодится — ничто не повторяется дважды. Впрочем, Лиретте нравился Логан. Если бы ее спросили, какой он, девушка бы без колебаний ответила, что мудрый и опытный, даже опасный. Эти качества важны для полевика, планирующего жить долго и счастливо. А Лири именно так и собиралась, поэтому по возможности старалась подражать Дрейку. Получалось, надо признать, не очень хорошо. Все-таки сложно вмиг перестать быть молодой и наивной.

— Конечно, знаю. Уж не думаешь ли ты, что это так, потехи ради? Очередная проверка. Кто там у тебя?

— Вот, — неуверенно ответила Лири, протягивая куратору две папки.

Логан привычным движением забрал их и принялся изучать, оперевшись плечом о стену. Периодически он бросал на нее испытывающие взгляды, словно проверял.

— Уверена, что справишься? Оба товарищи непростые. Один избалованный бабник, а второй образцовый семьянин. Настолько примерный, что за твой обнаженный локоть его жена тебя с костями съест, — Дрейк посмотрел на нее из-за бумаг, ожидая ответа.

— По крайней мере, они выглядят интересными.

— А третий кто? Вас же просили назвать троих, а тут только герцогский сынок да торговец, — нахмурился Логан.

— Не выбрала. В конце концов, никто не умрет, если у меня будет два кандидата. Не то что бы другие совсем уж плохи, но смысл браться за то, что принесет меньшие плоды? — задумчиво ответила Лири, перекатываясь с носка на пятки. — Ну не к контрабандисту же мне идти? И не к торговцам с черного рынка. К тому же…

Она замолчала под пристальным взглядом куратора, почувствовала себя крайне неловко, словно была не практически его коллегой, а только-только начавшей обучение послушницей.

— Почему не к контрабандисту? Мне бы вполне пригодилась твоя помощь, — с некоторой иронией заметил Логан, спуская девушку с небес на землю и указывая на важность контекста. —  Так что там… было “к тому же”?

— К тому же, все равно окончательный выбор не за нами.

—  А зачем тогда вас спрашивают? — покачав головой, поинтересовался Логан.

—  Логика. За каждым выбором должно стоять взвешенное решение и оценка всех доступных данных, — не моргнув глазом, гордо ответила Лиретта.

— Умная девочка. И кто же из этих двоих нравится — именно нравится — тебе больше? Молодой Рикардо Вейлум или Джейр Лиолетт?

— Джейр, — уверенно кивнула Лиретта. — У него есть жена. Не хочу остаться комнатной собачкой на поводке у высокомерного выродка после завершения задания.

— А как же рожать здоровых детишек? Это ли не высшее благо, подумай хорошенько, — ей показалось, что в голосе мужчины звучала насмешка.

— Я подумала! — сердито топнула ножкой послушница. — Придет время, и у меня будет такой человек! Думаю, у вас есть доступ к моему досье и вы можете узнать чистоту моих генов. Меня как-то этот момент не волновал раньше. Что будет дальше? Это как-то старательно замалчивается. Но я уверена, что я не пара Вейлуму. Только если не спустят этот приказ сверху.

Лири прикусила язык, почувствовав, что сказанула лишнего.

— Ну, может быть и так, может быть, — с наигранной задумчивостью ответил Логан, поглаживая бакенбарды. — До начала задания у тебя около недели. Не хочешь прогуляться в город?

— Конечно же, хочу. Но кто отпустит? — надула губки Лиретта.

Одним из целого списка желаний учениц академии была поездка в город. Самостоятельно, без вездесущей матушки, контролирующей каждый шаг. Без пробных заданий, не оставляющих  и минуты свободного времени. Конечно же, Лири хотела в город.

— Я отпущу. Отец Сьюпенс не против, — с доброжелательной строгостью ответил Логан, —  Собирайся, завтра отправимся в Фронтвиль. А то ты какая-то зашуганная. Совсем не цепной пес церкви, так, комнатная болонка.

— Я помню. Не надо повторять, — раздраженно бросила Лиретта.

— Хорошая девочка, — покровительственным тоном похвалил Логан.

“Давай еще по головке погладь и дай конфетку, — мысленно фыркнула Лиретта. — Вы ведь не просто так это затеваете. Хотите показать, что тоже хороши в роли учителя?”

— У тебя все эмоции на лице написаны.

— Плохое качество для шпионки, я в курсе, — раздраженно ответила Лиретта.

— Ну так работай над этим. Твой билет. Вещи приготовят. Отдохни хорошенько. А то будешь походить на какую-нибудь замухрышку с окраин.

— А кем я буду? — тут же поинтересовалась Лири, прикидывая, какие возможности откроет перед ней ее образ.

— Дочерью небогатой купеческой семьи. Вполне достаточно для того, чтобы не привлекать лишнего внимания, и в то же время иметь некоторую свободу. Ты едешь на праздник.

— Какой?

— Открывают очистные. На людей посмотришь… В общем, иди готовься. Мне тоже надо завершить дела, чтобы я мог тебя сопроводить, — многозначительно хмыкнул Логан, отдал Лиретте досье и вскоре скрылся за поворотом.

 

В маленькой келье темно и прохладно. Хорошо хоть, к этим неудобствам не добавлялась сырость, как в далекие темные времена. Лиретта плотно затворила за собой дверь и рухнула на постель. Послышался писк.

“Ну как так можно? — тут же раздался недовольный голос в голове. — А если бы раздавила?”

“Прости, Унами. Слишком переживательный день. Зато я достала тебе дольку апельсина. Будешь?”

“Спрашиваешь”, — тон тут же сменился на довольный.

Лиретта откатилась вбок, из-под одеяла выполз бирюзовый летучий мыш и накинулся на протянутое угощение.

“У меня просто поразительные новости. Завтра мы едем в город!”

“Задание? Так рано? А кто наша цель? Я о нем знаю?” — засыпал ее градом вопросов питомец, не забывая при этом налегать на фрукт.

“Это желание куратора. Не думаю, что там будет что-то серьезное. Но ты прав, стоит отнестись в этой поездке ответственно. Поэтому ложимся спать. Логан попросил быть с утра в форме”.

“Он что, тащит тебя в город в монашеском одеянии?”

“Уна, в форме, в смысле отдохнувшей и свежей. Все, молчок!”

Лиретта довольно улыбнулась, скинула темно-фиолетовое одеяние послушницы и поспешила залезть под теплое одеяло. Унами что-то ворчал, но вскоре устроился рядом, греясь о хозяйку.

Хвост первый. На задании

 

 

Поезд бодро грохотал колесами, приближая неизбежное. Не то, чтобы Лиретта боялась своего будущего, вовсе нет. Скорее оно напоминало приключение, опасное и захватывающее, без права на ошибку или слабость. Но больше захватывающее, чем пугающее, конечно. Предвкушение выхода в город будоражило кровь. И все же оставалось много по-настоящему пугающих вещей. Лиретта понимала, что Логан оказывает ей неоценимую услугу, пуская почти самостоятельно побродить и научиться жить. Церкви давно следовало так сделать, но по каким-то своим причинам она предпочитала держать послушниц в золотой клетке.

“Выше нос, дурья башка. Будешь такой унылой тыквой, никто на тебя не обратит внимания. Даже гувернанткой не возьмут!” — раздался ворчливый голос в голове, и Лиретта невольно улыбнулась, погладив массивную брошь из бирюзы в виде летучей мыши.

“Спасибо, Унами. Что бы я без тебя делала?” — мысленно ответила Лиретта, раскрывая газету.

Девушка недовольно поморщилась: издание дешевое, и Лири бралась за самые краешки листов, чтобы краска не оставалась на перчатках неприятным липким налетом. Свежий утренний номер новостей был единственным способом ненадолго отгородиться от внешнего мира, не стоит все время обмахиваться веером.

Первый же заголовок заставил девушку вздрогнуть и поежиться. Художник постарался на славу, украсив привычный шрифт каплями, напоминающими кровь: “Ужасный теракт в Северном Лиффренте”.

Первым порывом Лиретты было перелистнуть жуткую хронику и перейти к светским сплетням и советам по хозяйству. Но любопытство пересилило, и она начала изучать статью о кровавой трагедии. Да и Дрейк говорил, что стоит внимательнее относиться к политике и всякого рода происшествиям. Они случаются не просто так.

“Наши читатели уже прислали в редакцию множество писем. “Могут ли власти защитить нас от кровожадных мутантов извне?”, “Кто впускает тварей в города! Это все равно что позволить медведю шататься по улице!”., “Почему полиция не может предотвращать такие случаи и только разгребает последствия?”, “Кто вернет нам убитых родственников?” Именно такие вопросы сейчас заполняют умы соотечественников, которым еще неизвестно точное число жертв.

По предварительным данным, погибло 196 человек, еще 212 госпитализированы. Трагедия затронула уже больше двух тысяч граждан Империи.

Согласно имеющейся у нас информации, теракт произошел утром 11 числа, около шести по Центральному времени. Сообщается, что грузовик с баллонами природного газа приехал чуть раньше обычного, а затем неустановленные люди в форме работников газовой службы разнесли баллоны, доставляя, как обычно, до крыльца каждого клиента, после чего баллоны были взорваны.

Следствие сообщает, что активисты смогли выловить труп водителя грузовика в канале Лиффрента. Предварительный магический осмотр показал, что человека задушили чуть ранее произошедших событий. Следы на шее позволяют заключить, что его душил кто-то невероятно сильный голыми руками. Ладонь убийцы оценивается около семнадцати-восемнадцати сантиметров в длину, с плотными острыми когтями.

Сенатор Вейлум, защищающий интересы Лиффрента, выразил свои соболезнования родственникам погибших и пообещал обеспечить пострадавших всем необходимым. Он также нанес визит в районный госпиталь, чтобы встретиться с некоторыми из них. По его словам, эта трагедия сказал нам о многом, и в первую очередь — что настала пора окончательно отказаться от использования природного газа и других взрывоопасных источников энергии.

Полковник Юнкерсман, руководящий следствием, попросил всех, у кого есть какая-либо информация о произошедшем, сообщить ее немедленно. Он напоминает, что для общества куда страшнее не сами преступники, а сочувствующие граждане. Они в силу своей недальновидности, личных или расовых симпатий покрывают бандитов и позволяют им безнаказанно творить произвол. Он утверждает, что группа мутантов не могла произвести подобное без помощи кого-то из местных людей, и просит граждан проявить максимальную сознательность, чтобы таких трагедий больше не повторялось.

 

“Что скажешь, Унами? Страшно жить, да?” — усмехнулась Лиретта, передавая одолевающие ее эмоции другу.

“Всегда кто-то умирает.  Меня бы тоже убили, если бы не ты с отцом”, — отозвался летучий мыш, чуть дернув крылом.

“Осторожнее, Унами, никто не должен знать, что ты живой!” — Лири испуганно сжала газету, оглядываясь по сторонам.

Уна друг детства. Немного занудный, но ставший настолько родным, что Лиретта не мыслила жизни без него. И даже повторяемые из раза в раз умные фразы не были чем-то раздражающим. Просто Унами такой вот. И с этим надо мириться.

Но никто не обращал внимания на скромно одетую девушку, единственным достоинством которой, по мнению общества, являлась молодость. Но ресурс с душком. Спрашивать в приличном обществе в лицо о чистоте генов не принято, но, прежде чем начинать серьезные отношения, этот вопрос всегда поднимали. Кому хочется, чтобы будущее потомство выселили за купол к мутантам? Отчасти именно на этом и строилось классовое расслоение: чистота генов, зависящая от рода и места жительства. Лучшие защитные купола выстроены для знати и церковников, позже их стали строить и над территориями, занимаемыми военными и торговцами, но было уже поздно. Как говорил один из наставников в церкви, боги покарали тех, кто привел в мир катастрофу, лишив чистоты.

Лиретта молча приняла эту доктрину, хотя в глубине души не понимала божественной логики. Если катастрофа произошла из-за технологий, то почему больше всех пострадали простые люди, крестьяне, до сих пор добывающие еду? Впрочем, спрашивать страшно. Не хотелось попасть к исполнителям на огонек, не для того Лиретта была прилежной девочкой на пути к свободе!

“Опять переживаешь о том, что не можешь изменить. Ты уже сделала выбор, так следуй этому пути и не ной! Я ведь не ною, что мне приходится большую часть жизни притворяться украшением!”

“Уна…”

“Что “Уна”? Что?! У меня хоть имя есть, а у тебя так, позывной, который могут отобрать в любой момент и выдать новый! И ты потеряешь всех своих знакомых, потому что со временем они тоже поменяют имена и внешность. Это церковь, девочка моя. Ее жернова, если понадобится, перемелют весь мир!”

“Унами, ты пессимист. Знаешь же, что у меня другие планы. И я не собираюсь сдаваться”, — Лиретта улыбнулась и почесала летучего маша за ушком.

“Тогда соберись, тряпка! Тебе и так повезло. Родиться с чистыми генами в той помойке, где жили твои родители, — великая удача! Используй этот шанс!”

“Я стараюсь, Уна… Просто… Логан, я не понимаю, что он задумал. То ли проверка, то ли еще чего похуже…”

“Триединые, женщина! Ты можешь что-то изменить? Нет! Так что наслаждайся поездкой. Поезд катится вперед, а ты давай, подвинься к окошку, полюбуйся небом…”

“Ага, небом. Куполом хочешь сказать?”

Унами не ответил, лишь слегка царапнул Лири когтем, выражая крайнюю степень негодования. Лиретта последовала его совету, отложила газету и уставилась в окно.

Пейзажи Людэвии, основного материка, даже на окраинах очень сильно отличались от привычных видов острова, на котором она выросла. Трава неестественно яркая, словно в воздухе ни пылинки. Они, конечно же, были, но не в таких больших количествах, как на добывающих островах. А еще небо, словно затянутое тонкой пленкой перламутра. Многие жители мира про себя называли защитные купола мыльными пузырями. Так повелось с тех давних времен, когда купола были хрупкими и могли разорваться от резкого входа в них осколков бывших материков.

Сейчас, конечно, основные куски породы вблизи Людэвии выловили, и ей ничего не угрожает. А над маленькими островами низших сословий до сих пор можно увидеть массивные парящие плиты и гранитные айсберги. Некоторые из них даже сочатся водой, что кажется весьма странным по мнению сколько-нибудь образованных людей. Церковь считает эти места священными и тут же забирает себе. Прожив под покровительством святош несколько лет, Лири знала причину, но старается не думать об этом. Чем дальше от божественных артефактов, тем безопаснее.

Поезд начал постепенно замедляться. Лиретта осторожно погладила Унами. За окном уже показался пригород. Как и всегда, железная дорога пролегала вдали от жилья элиты, в кварталах складов, мастерских и маленьких заводов. Растительность за окном чахлая, покрытая тонким слоем ржавчины. Только молодые листочки и цветочки, едва-едва распустившиеся, выглядели яркими кристаллами самоцветов. Стены зданий и даже земля были рыжими, иногда даже кислотно-оранжевого оттенка. Изнанка, та часть, которую стараются не замечать. Именно тут выживают привезенные с островов мутировавшие. Работают за гроши, а то и вовсе за еду и одежду. Здесь же загибаются отверженные обществом отщепенцы.

Лири перевела взгляд на других пассажиров. Те старательно не смотрели в окна, находя себе множество занятий. “Хозяева жизни! Вам противно видеть все это? Да, тысяча катастроф на вашу голову! Но именно благодаря тем, кто внизу, у вас есть трехразовое питание и возможность не особо волноваться насчет завтрашнего дня!”

Лиретта вздохнула, понимая, что и ей сейчас придется изображать одну городских модниц. Чувство справедливости внутри отчаянно захрипело, но девушка усилием воли заткнула его. Работа есть работа, каждый выживает как может. Если повезет, она будет весьма полезна церкви, и ей удастся поддержать оставшейся на островах семью.

Противно заскрипели тормоза, поезд дернулся и остановился. Люди словно ожили, зашевелились. Мужчины деловито снимали чемоданы с багажных полок, дамы обмахивались веерами, изображая вселенскую усталость. Лиретта мысленно посмеивалась над ними, но тоже обмахивалась с выражением мировой скорби на лице: воспоминания о жизни на острове даже спустя долгие годы были кристально чистыми, словно это происходило вчера. Сортировка мелких кусков руды в поисках поделочных камней, сквозь пот и боль в изодранных в кровь пальцах — такое не забывается. Уж лучше в поле, да кто туда пустит ребенка, отмеченного церковью?

— Леди, вам нужна помощь? — какой-то повеса навис над ней, улыбаясь белоснежными зубами.

От неожиданности Лири поспешила закрыть лицо веером. Вроде бы так делали леди, когда не желали общаться.

— Леди, я так ужасен? — с притворным испугом спросил юноша, садясь рядом. — Что вы, вам нечего бояться. Я смогу защитить ото всех бед!

Лиретта скрипнула зубами, с трудом подавляя желание ударить наглого прилипалу по лицу, а лучше в какую-нибудь болевую точку. Знала она таких: ищут себе девушку понаивнее и пытаются воспользоваться. И хорошо, если только ее деньгами.

— Благодарю за заботу, достопочтенный господин. Я справлюсь со своим багажом самостоятельно, — ледяной тон стер самоуверенную улыбку с лица юноши, тот промямлил извинения и поспешил к выходу.

“Вот так и останешься в девках. Кому нужна злая жена?” — добродушно спросил Унами, копируя интонации матери Лиретты.

“Ну не за него же? Где там благородство? Так, желание охмурить провинциальную дурочку, не больше”, — Лири встала и с раздражением посмотрела на собственное отражение в окне.

Платье с прямым силуэтом, непритязательность которого не спасал даже широкий пояс, хоть как-то подчеркивающий талию. Вязаные манжеты и воротничок, чуть посеревшие от частых стирок. Туфли на толстых каблуках, которые хоть и не видно из-под длинной юбки, зато прекрасно слышно их басовитый стуку по мостовым. Образ церковники по просьбе Логана сделали ей хороший. Даже саквояж, потертый снаружи, но новый изнутри. Единственной радостью в образе стала шляпка с вуалью. По последней моде, доступной касте торговцев. Изящным движением Лиретта поправила завершающую деталь гардероба на голове и пошла в сторону выхода, стараясь идти медленно, словно сумка тяжеловата для нее.

Проводник услужливо подал руку, помогая спуститься, и Лиретта оказалась в практически незнакомом ей мире. В разных направлениях семенили женщины и девушки в цветастых платьях. Среди них выделялись сенаторские жены и дочери: бедняги мучились с широкими кринолинами или массивными турнюрами, сковывающими движения. Их шляпки были самыми настоящими произведениями искусства. Лиретта невольно залюбовалась игрой света в бусинках и кривеньких речных жемчужинах. Дамы побогаче могли позволить себе имитацию морского жемчуга идеальной шарообразной формы.

От хоровода ярких красок у Лири закружилась голова. Она прошла пару шагов и оперлась ладонью о фонарный столб. Испуганно одернув руку, девушка тут же осмотрела состояние перчаток: испачкала.

Вокзал оглушал множеством непривычных звуков. Диктор то и дело давал объявления, которые, казалось, своей громкостью могли сбивать с ног. Продавцы всякой всячины рекламировали товары. Привлекали внимание носильщики, предлагавшие помощь с багажом.

Немного придя в себя, Лиретта посильнее сжала ручку саквояжа и уверенно зашагала в сторону главного здания вокзала. Назойливые торговцы выскакивали перед ней, пытаясь уговорить купить какую-нибудь ненужную безделушку. Лири старалась их не замечать, но от гомона разболелась голова. Единственной надеждой на спасение был забронированный номер в гостинице в паре кварталов от вокзала.

“Избаловалась ты, Лиретта. Вот идешь и невольно думаешь о том, что стоило бы нанять извозчика. Да только не по карману это бедной дочери торговца. Так что пройдешь пешком. Заодно и на город посмотришь. Кто знает, зачем Логан тебя на самом деле сюда вытащил. Вряд ли просто на смотрины, у старика должен быть четкий план, иначе он бы не поднялся так высоко”, — растерянно думала Лиретта, продвигаясь вперед.

“Он не так уж и стар. Тебе двадцать два, а ему двадцать девять. Вы вполне могли бы играть в одной песочнице!” — нудно прокомментировал ее мысли Унами.

“Я ведь просила не подслушивать!” — возмутилась Лири, нахмурившись.

“А ты думай не так эмоционально. Но он действительно не старик”.

“Хорошо, Уна, не старик. Просто он занимает слишком высокое положение. Он опасен!”

Летучий мыш проигнорировал ее мысленный крик.

Лиретта расправила плечи и приосанилась. Пусть друг детства и был самодовольным напыщенным чванливым маленьким засранцем, но без него очень тоскливо. Выбравшись на улицу, Лири вдохнула полной грудью, опустила саквояж рядом с собой на землю и достала карту из небольшого кармашка в юбке. Судя по схеме, идти надо налево и через два перекрестка повернуть направо.

Мимо процокала копытами грациозная лошадь с изящными длинными ногами, запряженная в магическую повозку. Скакун служил украшением, транспорт мог передвигаться и самостоятельно. Но с конем как-то статуснее. Горожане провожали повозку любопытными взглядами, не стесняясь любоваться.

— Первый раз видите такого красавца? Хорош жеребец, да, юная леди? — мужчина лет за тридцать в чуть потертом пиджаке снял цилиндр и поклонился. — Йозеф Грин, журналист, — представился мужчина, с профессиональным интересом разглядывая Лиретту. — Могу я узнать ваше имя, юная мисс?

“Что ж ты ко мне привязался! Разве я похожа на кого-то важного, о ком стоит писать новости?” — раздраженно подумала Лиретта, провожая взглядом прекрасного скакуна.

Опустив очи долу, Лири проверила, на месте ли ее саквояж, потеребила юбку, изображая смущение.

— Что вы, достопочтенный господин, я не стою вашего внимания, — промямлила она, вспоминая образ обычной девушки из среднего класса, старавшейся угодить любому.

— Что вы, что вы. Я имею нюх на сенсации. Мне кажется, вы будете одной из них для города. Так что я обязательно должен узнать ваше имя.

— Лиретта, Лиретта Макфор, — пролепетала Лири, старательно изучая поблескивающие в солнечных лучах камни мостовой.

— Мисс Макфор, у вас очень необычная внешность. Сейчас у нас проходит конкурс красоты. Если вы пожелаете принять в нем участие — сообщите мне. Я помогу, — мужчина улыбнулся и протянул ей визитку из плотной бумаги с золотым тиснением. — За небольшое вознаграждение, разумеется

Покраснев, Лири взяла ее двумя руками. “Йозеф Грин. Журналист. Стилист. Персональный консультант. Фотограф” значилось на ней.

— Благодарю вас, достопочтенный господин, — Лиретта сделала книксен, подхватила саквояж и поспешила уйти.

Краем глаза она могла заметить, как идущий позади Логан поправил широкополую шляпу, бросив мимолетный взгляд на происходящее, но не сбавил шаг и не вмешался. До поры до времени ни у кого лишнего не должно возникнуть впечатление, будто бы эти двое знают друг друга.

— Да пребудут с вами Триединые, леди. Я уверен, мы еще встретимся!

Лиретта не ответила. Расправив плечи, она натянула на лицо улыбку блаженной дурочки, первый раз попавшей в крупный город, и нырнула в людской поток, стараясь слиться с ним. С любопытством разглядывая улицу, Лири размышляла об особенностях архитектуры главных поселений Людэвии и ее окраин. В центре люди словно пытались отделиться ото всех, строя дома как можно дальше от соседей и высаживая по периметру туи и ели. Улицы Фронтвиля же, напротив, напоминали забор из трех-четырехэтажных кирпичных домиков. Перед ними находились небольшие дворики, утопающие в цветах. “Наверное, боятся штормов. Вот и строят дома вплотную, чтобы останавливать ветер”, — подумала Лиретта, останавливаясь на перекрестке.

Чувство неуверенности в собственных силах не покидало ее ни на миг. Ведь впереди не было ни цели, ни жертвы, в которую Логан советовал впиться зубами и не отпускать. Что делать в городе попросту непонятно! Переминаясь с ноги на ногу, Лиретта всматривалась вдаль. Радиальная улица, берущая свое начало на центральной площади, пронизывала его насквозь. Где-то там, вдали, жили в богатстве и роскоши аристократы. Один из таких и будет ее целью.

“Надо потренироваться на ком-то из этих. Но сначала добраться до гостиницы и перевести дух!”

“Вот, такой настрой по мне. Задай им жару, малышка Лири!”

“Угомонись, бирюзовое чудовище!”

В лучших традициях игнорирования Унами ничего не ответил, только демонстративно царапнул кожу.

Город шумел и жил. Отойдя на квартал от вокзала, Лиретта оказалась на улочке, полной маленьких магазинчиков. Они так и манили зайти в них, что-нибудь купить, попробовать жизнь на вкус. Но голос разума говорил, что она еще успеет вдоволь нагуляться.

Постепенно саквояж становился неподъемным, оттягивал руки, словно Лиретта не проводила ежедневно час-другой в тренировках.

“Тысяча катастроф им на голову! Нельзя было снять жилье где-то поближе?!”

“Ты думаешь, что у вокзала дешево? Или комфортно?”

“Я бы так не вымоталась!”

“А ну соберись, нюня! Ты с такими жалобами по пустякам никогда не станешь гончей церкви. Хочешь быть болонкой? Или мопсом?”

“Ага. Наглой летучей мышью!”

Лиретта фыркнула, сверилась с картой и пошла быстрее. Еще два дома, и она на месте! Нырнув в переулок, похожий на горное ущелье, она поднялась на невысокое крыльцо и нажала на блестящую от множества прикосновений кнопку звонка. Дверь тут же распахнулась, приглашая войти.

Внутри оказалось неожиданно светло и уютно. Блеклые шторы с рюшечками, много цветов, чистенькие коврики. Лиретте подумалось, что в каком-то таком месте могла бы доживать свой век монахиня из отдела исполнителей в отставке.

“А, может, и доживает. Логан же выбирал место”, — подал голос Унами.

— Добрый день. Меня зовут Лиретта Макфор. У меня забронирован номер… — с трудом изображая смущение, пробормотала Лири, подходя к стойке регистрации.

— Добро пожаловать. Спасибо, что оплатили проживание заранее, — поблагодарил ее мужчина лет за тридцать с длинными усами, занимавший, судя по бейджу, должность регистратора.

— Ключи? — спросила Лиретта, протягивая ладонь.

Металл мелодично звякнул и лег ей в руку приятной прохладой. Только поднявшись на второй этаж по скрипучей лестнице, Лири немного успокоилась. Все не так страшно, как могло быть. Надо написать рапорт в церковь о том, что послушниц следует чаще выпускать в город, а не то они превратятся в бесполезных пугливых шавок. Или не следует? Ведь может так статься, что это она одна дрожит как осиновый лист. Все же недостаток опыта сказывался, и такое привычное для многих событие, как поездка в город, превращалось в самое настоящее испытание.

Лиретта пристроила саквояж возле комода и выглянула в окно. Люди все так же суетились. Даже со второго этажа они казались меньше и безобиднее.

“Проклятье! Почему ты их боишься? Это они должны бояться тебя! Ты ищейка церкви, верный цепной пес, который выжжет ересь!” — попыталась придать себе нужный настрой девушка, отчаянно хотевшая свалиться с острова прямо в бездну.

Почему, когда Логан Дрейк находился рядом, она не чувствовала себя такой беспомощной? Раньше Лиретта думала, что все дело в ее навыках и умении постоять за себя, но в тот момент пришло осознание, что дело в мрачном исполнителе, суровой тенью стоящем у нее за спиной. Боялись не ее, маленькую глупую девочку, а его, опытного и опасного мужчину.

Принятие этой простой истины неожиданно придало сил. Ведь если кто-то смог достичь такого могущества, то и она может!

“Молодец, так держать. Главное, не забывай, что на его стороне опыт и физическая сила, а на твоей смазливое личико и уловки!” — хихикнул в ее голове Унами.

“Ага. Как будто кроме рожи во мне ничего нет. Спасибо, удружил!” — мысленно ответила Лиретта, снимая мрачное дорожное платье и бережно вешая его в шкаф.

Летучий мыш с недовольным писком перебрался ей в волосы и замер там причудливой заколкой. Лири даже жалела его. Провести всю жизнь почти без движения — то еще удовольствие.

“Зато я живой. И не одинокий”, — ответил Уна, уловив ее мысли.

На душе стало теплее, Лиретта надела светлое платье, поправила нижнюю юбку, выравнивая силуэт. Высокая талия, начинающаяся прямо под грудью, скрадывала очертания фигуры, а почти прямая юбка не оставляла места для того, чтобы спрятать какое-нибудь оружие. Но зато была прическа. Пересадив Унами на плечо, Лиретта собрала волосы в высокий пучок, заколола его и добавила в качестве последнего штриха две длинных металлических шпильки с кисточками.

Милое девичье украшение с идеальным балансом. Конечно, Лири не могла похвастаться мастерством Логана, легко убивающий подобным оружием, но и она не неженка, которая будет смотреть в пол и ждать решения своей судьбы. Подхватив Уна и водрузив его повыше, Лиретта подвесила на пояс шатлен, взяла несколько монет и вышла на улицу. Празднество в честь открытия очистных должно вот-вот начаться, не стоит опаздывать.

Хвост второй. Добро пожаловать в цивилизацию

 

Оказавшись на улице, Лиретта вдохнула полной грудью и поспешила на центральную площадь. Конечно, это всего лишь официальное место празднества. В самом деле, кто пустит толпу горожан, изрядно налегающих на алкоголь или что позабористее, к сложному, расположенному на окраине и благоухающему множеством тончайших ароматов механизму, обеспечивающему жизнь города?

Чем ближе к центру, тем оживленнее становились улицы. Дети носились туда-сюда с радостными криками, вырвавшись из-под вездесущей опеки матерей. Сегодня можно, сегодня безопасно. Лиретта то тут, то там замечала исполнителей в штатском. Да и привычных блюстителей порядка больше обычного. Это для гражданских праздник, а для всех остальных — работа. В том числе и для нее. Шпиону даже без задания следует держать ухо востро.

Лиретта не знала, чем ей заняться, слоняясь по улочкам. Алкоголь она не любила, он затуманивал разум и мешал принимать взвешенные решения. Наедаться сладостями не хотелось, выступления уличных артистов не цепляли. Лири чувствовала себя лишней, словно ее не должно быть в этом месте.

Пару раз она краем глаза замечала Логана. Он общался с горожанами, похоже нередко встречал знакомых, которым было чем поделиться.

“А он развлекается. Надо же, суровый волкодав выглядит как домашняя шавка!” — зло подумала Лиретта, в очередной раз наткнувшись взглядом на Логана.

“Как будто кто-то мешает развлекаться тебе, — тут же фыркнул в мыслях Унами. — Никто не говорил, что ты должна быть образцом воцерковленной девушки. Ты ищейка на задании. Задании научиться жить!”

В словах друга была доля правды. Если не жить, то и работать хорошо не выйдет. Лиретта даже пожалела, что взяла не все деньги, выделенные ей Логаном. Расправив плечи, Лири подошла к торговцу и купила кулек конфет леденцов. Как давно она мечтала есть их просто так, а не по праздникам, и вот Триединые послали ей такую возможность. Грех не использовать.

Вкус сочных фруктов растекся по рту, оставляя ощущение свежести и чего-то еще, незнакомого и приятного. Лири посмотрела на этикетку: “Товары Маттэ”.

“Вкусно, надо будет запомнить… но что мне делать с остатками? Не могу же я прямо сейчас съесть все? А убирать некуда…” — рассеянно думала Лиретта, двигаясь дальше по площади.

Следующей покупкой стал небольшой металлический кулон в форме вставшей на дыбы лошадки. Глаз из синей стекляшки сверкал в лучах солнца, чуть ли не гипнотизируя Лиретту. Она не смогла отказать себе в таком маленьком удовольствии. Всего две серебряных, и безделушка сменила хозяина. Как и парочка конфет, которые девушка с трудом вручила торговцу.

 

Она кружила между лавочками, выискивая что-нибудь, за что мог зацепиться взгляд. Со стороны Лиретта напоминала провинциалку, выбравшуюся в большой город. В общем-то, так оно и было. Не совсем тот образ, который хотел бы видеть Логан, но зато искренний и правдоподобный. В конце концов, все люди разные, и говорить о том, что купеческой дочери нельзя себя так вести, по меньшей мере бессмысленно. Убедившись, что Лиретта не творит глупости, Логан отправился по делам, оставив ее предоставленной самой себе.

С трибуны при помощи усилителей мэр Фронтвиля вещал о том, как он старался и выбивал постройку новых очистных, как строители хорошо поработали и как будут счастливы жители. Лири не вслушивалась. Она знала, что смысл у этих речей один — показать всем, какой он молодец и умница, чтобы его избрали на очередной срок. Кстати, выборы как раз через месяц-другой. Быть главой города выгодно и престижно. А если не заниматься с должным рвением своей работой, то еще и просто. Лиретта бы с удовольствием выводила на чистую воду воров и взяточников, но пока она еще мало кому известна и неопытна, вряд ли удастся получить такую работу.

— Правда, сегодня замечательный день? — спросила женщина в годах, утирая потное лицо некогда белым передником.

Лири оглянулась, ища того, к кому обращалась незнакомка.

“Это она тебе. Это нормально — общаться на праздниках со всеми словно со старыми знакомыми. Давай, улыбнись!” — пропищал в голове Унами.

Тряхнув головой, Лиретта кивнула женщине и смущенно отвела взгляд.

— Да, вы правы. Нам всем очень повезло, что господин мэр заботится о нашем здоровье, — промямлила общую фразу и поспешила скрыться в толпе.

Сзади неожиданно раздался оглушительный грохот, следом за ним пронеслась волна горячего воздуха, полного мелких острых осколков.

“Ложись!” — крикнул Уна, и Лиретта послушалась его, падая на землю.

Запахло паленым, мир вокруг наполнился криками и стонами. Что-то мокрое потекло в глаз. Проведя ладонью по лицу, Лири увидела кровь.

Кто-то наступил ей на ногу, убегая в панике.

“Проклятье, Уна, нас же сейчас растопчут!” — ругнулась Лиретта, упираясь в землю и пытаясь встать. Бегущий сзади человек вновь уронил ее на мостовую. Плечо неприятно засаднило. Проехавшись ладонями по шершавой брусчатке, Лири попыталась встать, но ей на руку кто-то наступил, вдавливая в дорогу.

В том, что праздник омрачился чем-то ужасным, Лиретта не сомневалась. Главное унести ноги, желательно с наименьшими повреждениями! С остальным можно разобраться и попозже!

— Сюда! — позвал мужской голос.

Первой мыслью было: “Логан, ты и здесь меня спасаешь!” Лири побежала к наставнику, не разбирая дороги. Кажется, она тоже на кого-то наступила, в заволокшем площадь дыму сложно что-то разглядеть. Логан схватил ее за руку и потащил вперед. Кровь из рассеченной брови затекала в глаз, но Лиретта мужественно старалась не замечать этого.

“Все-таки вы поразительный, мастер Логан!" — подумала Лиретта, отмечая, что они петляют по каким-то узким улочкам и подворотням. — "Так хорошо ориентируетесь в малознакомом городе. Мне до вас еще далеко. Но я стану достойной ученицей, обещаю!”

“Дура! — заорал в сознании Унами. — Это не Логан! От него пахнет по-другому. Не теряй голову! Будь осторожнее!”

Знания, подаренные другом, немного отрезвили Лиретту, но она не решалась сбавлять шаг. Оставаться один на один с толпой перепуганных людей плохая идея. Особенно после того, как по ней прошлись! Бежать, бежать быстрее! Пусть за незнакомцем, но он явно знает, где будет безопасно! Сейчас любое место надежнее площади.

Рука незнакомца приятно грела ладонь даже сквозь ткань перчатки, а в ушах все еще стояли ужасные крики людей на площади.

Спустя несколько минут они остановились в каком-то маленьком внутреннем дворике, чтобы перевести дух.

— Кажется, мы в безопасности. Вы в порядке?

Лиретта удивленно глянула на него.

— Да.

— Я очень рад, что вы в порядке, мисс?.. — мужчина посмотрел на нее, ожидая, что Лири назовется.

— Лиретта. Меня зовут Лиретта.

—  Простите, в этой суматохе я совсем забыл представиться. Рикардо Вейлум. К вашим услугам.

“Триединые! Тот самый Вейлум?! Почему именно сейчас?” — растерянно подумала Лиретта, лихорадочно пытаясь вспомнить его досье. Общие данные так и лезли в сознание, а полезные мелочи ускользали.

Перед внутренним взором плясали разноцветные пятна, голова кружилась, чуть подташнивало. Определенно, она чем-то успела отравиться. И почему этот аристократ говорит такими чопорными книжными фразами?

Пара хлопков по щекам привела Лиретту в себя. Она отступила на шаг и недовольно посмотрела на стоящего перед ней мужчину. Как на фотографии. На вид лет двадцать, цилиндр на голове, в руках трость, и как он не решил от нее избавиться во время бега?! Костюм немного запылился, словно Рикардо проскакал на дельфине несколько часов вне купола.

— С вами все в порядке? — обеспокоенно спросил Вейлум, подходя ближе.

Лиретта вновь отступила на шаг, не зная, что ей делать. Общаться с ним не хотелось, он же не ее цель! Она выбрала другого, Логан обещал! Не мог же он так ее подставить? Нет, определенно нет! Это ужасная случайность!

— Не знаю, — залепетала Лиретта, вживаясь в роль девушки в беде. — Что произошло? Где мы?

— Мы в безопасности, не бойтесь. Не знаю точно, что произошло. Похоже на теракт. Вы ранены, — Рикардо всем своим видом излучал уверенность.

— Вы тоже, — нахмурилась Лиретта, заметив на его щеке кровоточащий порез.

— А, это? — отмахнулся аристократ. — Мелочи жизни. Идемте, надо отвести вас в госпиталь.

“И где этот Логан, когда он так нужен? Ну ведь и ежу понятно, что мне не стоит общаться с кем-то, к кому приставят девушку из церкви”.

“Улыбайся и веди себя естественно. Полевой ты агент или сопля?” — фыркнул Унами.

— Похоже, вы сильно ударились. Давайте я помогу вам, — Рикардо улыбнулся и, не слушая возражений, подхватил Лиретту на руки. — Не беспокойтесь, здесь недалеко. Нас обслужат вне очереди.

— Но есть же и другие пострадавшие, — попыталась протестовать Лиретта. — С явно более серьезными травмами.

— Чтобы заботиться о ком-то, сначала надо позаботиться о себе. Вы в шоке и не отдаете себе отчет в происходящем. Вам нужен осмотр врача.

Хвост третий. Очаровательный Рикардо Вейлум

 

Лиретта чувствовала себя не в своей тарелке. Она не привыкла, чтобы из-за такой ерунды, как небольшой порез, с ней носились как с хрустальной статуэткой. А еще эти взгляды, которые на нее то и дело бросал аристократ. От них сердце уходило в пятки, и хотелось отвернуться и не смотреть на него. И чтобы он тоже не смотрел!

Говорил ей Логан, давно говорил, да она забыла, что ищейке церкви нельзя влюбляться. А в том, что Рикардо пришелся ей по вкусу, Лири не сомневалась. Хотя это очень неожиданно. Но сложно понять кто есть кто, только читая досье. Все же личное общение показывает человека с совсем другой стороны. А Рик оказался не сволочью, а весьма благородным юношей. Вот только от этого ни капельки не легче!

Когда он случайно касался ее рук, сердце начинало биться быстрее, голова кружилась и казалось, что весь мир перестанет существовать. Даже крики Унами не достигали своей цели. Лиретта понимала, что она ведет себя как полная идиотка, но ничего не могла сделать со своими чувствами. Можно скрывать бушующее внутри море, но нельзя унять шторм.

— Может быть, все-таки представитесь? А то как-то неловко даже обращаться к незнакомке по имени, — в очередной раз попросил Рикардо, и Лири вжала голову в плечи.

“Как невежливо! Просто кошмар!”

“О, голос разума проснулся! Давай еще скажи, что тебе стыдно!” — язвительно прозвучал в сознании Унами.

“Но ведь и вправду стыдно, Уна!”

— Меня зовут Лиретта. Лиретта Макфор.

— Приятно познакомиться. Я, как уже говорил, Рикардо Вейлум. Но можете звать меня просто Рик. Вы тоже недавно в городе? — спросил аристократ, подходя к воротам госпиталя.

— Да, недавно. Рикардо, может быть, вы поставите меня на землю? Я могу и сама дойти. Род Вейлум довольно знатный, вам не стоит портить себе репутацию.

— Вот именно. И я не позволю себе оставить девушку в беде. К тому же, тут совсем недалеко, — проигнорировал ее просьбу аристократ, уверенными пружинистыми движениями проходя через ворота мимо карет скорой помощи.

Лиретта осматривалась. Больничный дворик оказался весьма уютным. Зеленые живые изгороди, дорожки, даже пара клумб. И только стоны раненых и едва уловимый запах крови портили картину. В любой другой день было бы неплохо прогуляться под сенью раскидистых деревьев, но не тогда. Ощущение случившейся трагедии невидимым плащом давило на плечи.

Лири наблюдала за тем, как во дворе возле самоходных повозок суетятся медики, несут на носилках действительно серьезно пострадавших. В горле тут же образовался неприятный ком, стоило увидеть кровоточащие раны. К счастью, вскоре они поднялись по широкой лестнице и оказались в приемном покое. Там было светло и удивительно спокойно. Медики работали слаженно, тихо переговариваясь друг с другом.

— Врача! — громко крикнул Рикардо, осматриваясь.

Пахло антисептиком, бинтами и травами. Вокруг суетились врачи и медсестры. В белоснежных халатах они напоминали посланцев Триединых, поднявшихся на огромных крыльях из глубин мира, чтобы нести добро и исцеление.

— Врача! — еще громче повторил аристократ.

Лири недовольно дернулась, пытаясь вырваться из его медвежьей хватки.

— Да отпустите меня наконец!

Как можно отрывать людей от работы, когда там действительно серьезные раны, а у нее крохотный порез, который сам по себе заживет, разве что шрам останется. Да и тот потом можно будет свести.

Воспоминания о произошедшем на площади захлестнули девушку, и ей снова стало дурно. Будто она видела, как в панике бежала на голос и наступала на лежащих на земле людей. За криками и стонами не слышно, хрустят ли кости, но воображение услужливо дорисовывало эти детали, делая произошедшее поистине ужасным.

— Ну и как мне вас отпускать, мисс Макфор, если вы вцепились в меня? — усмехнулся Рикардо, садясь на кушетку. — Не переживайте, доктор скоро придет.

Рик устроил ее голову у себя на плече и, поглаживая девушку по спине, напевал под нос мотив какой-то колыбельной. Рядом с ним тепло и спокойно, словно она вновь оказалась в церкви в первый раз после того, как ее забрали из дома. Сытная еда, уютная постель, мягкая подушка…

“Лиретта! Прекрати терять себя немедленно!” — рявкнул Унами, но девушка лишь сильнее зажмурилась.

Еще утром она читала про теракт в газете… Это ужасное происшествие было где-то далеко, определенно, не с ней, с кем-то другим. То есть практически не существовало! А спустя несколько часов она сама попала в передрягу. И кто знает, чем бы все закончилось. Логана не оказалось рядом… Да даже если бы он и был, смог бы он ее спасти? Далеко не факт… А вот Рикардо, Рикардо Вейлум… При воспоминании об имени аристократа в груди снова стало тепло. Лиретта посильнее ухватилась за его плечо, боясь, что он растает как сон поутру.

И все же это странно. Лиретта понимала, что нельзя вот так вот терять голову на ровном месте, но ничего не могла с собой поделать. Хотелось забыть обо всем и наслаждаться моментом.

— Не бойтесь, Лиретта. Все в порядке, — успокаивал ее Рикардо.

Но перед глазами все еще стоял дым, слышались стоны раненых людей. Маленький личный ад, из которого никак не выбраться!

 

Лиретта упустила момент, когда подошел врач. Ей удалось провалиться в блаженное беспамятство, к счастью, во сне ужасы теракта ее отпустили и пришло долгожданное облегчение.

— С девушкой все в порядке, — донеслось откуда-то издалека, словно говорящий забрался в облако ваты и не хотел из него вылезать.

— Да, но ее все равно надо оставить под наблюдением, — вступил в спор Рикардо, недовольно поглядывая на молодого парнишку чуть старше его самого. — Неужели никого более опытного не нашлось?

Открыв глаза, Лиретта осмотрелась. Она находилась в светлом просторном помещении, пропахшем лекарствами.

“Больница! Уна!” — испуганно подумала Лири, хватаясь руками за голову.

— У вас что-то болит? — тут же спросил обеспокоенный интерн, стараясь успокоить недовольного аристократа.

“Да ничего у меня не болит. Где Уна?”

“Тут я, тут. Все в порядке. А вот тебе лучше сделать вид, что ты уставшая. Мы не знаем, стоит ли возвращаться в гостиницу и где в этом городе церковь. Безопаснее остаться в больнице”.

“Спасибо, Уна!”

— Мисс, как вы себя чувствуете? Где-нибудь болит, может быть, что-то беспокоит? — повторил свой вопрос врач.

Лиретта посмотрела на него, старательно расфокусировав взгляд. Пусть думает, что ей действительно не очень хорошо. Вроде бы как-то так выглядят больные с травмами головы.

— Не знаю… — ответила Лири, прижимая ладони к вискам. — Голова кружится.

— Вот видите, я же говорил, что с ней не все в порядке, — тут же подал голос Рикардо.

Лиретта посмотрела на врача, потом бросила короткий извиняющийся взгляд на Рика. Как она могла не заметить своего спасителя? Тем временем врач осуждающе смотрел на аристократа, мол тут серьезные проблемы, а у тебя девица с головокружением! С тяжелым вздохом делая пометку в карточке, он глянул на Рикардо.

— Если вы настаиваете, мы оставим девушку здесь до утра. Я думаю, нет нужды напоминать о том, что вам следует навестить пациентку?

— Конечно же, нет. Я спас ее и теперь в ответе за жизнь. Но мне тоже нужен отдых, поэтому перепоручаю ее до утра вам.

Врач кивнул и вышел из палаты.

— Вы уходите? — с сожалением спросила Лиретта, приподнимаясь в постели и бросая на Рика полный нежности взгляд.

Расставаться с ним не хотелось. Это было глупо, это было наивно, это было правдой.

— Не думаю, что мне стоит заставлять семью волноваться. Наверняка уже обыскались. Не переживайте, я обязательно вернусь к вам утром. А пока поспите. Хорошая одноместная палата и уход врачей будут куда полезнее моего общества.

Рик наклонился, поцеловал ей руку и вышел, оставив Лиретту в недоумении. Осмотревшись, она поняла, что за время сна ее перенесли из приемного покоя в палату. Такую же светлую и пустую, что разницу не сразу и заметишь. И все же главным был именно Рик.

В воображении она уже успела нарисовать десяток головокружительных свиданий, после первого из которых аристократ признается ей в любви, а потом свадьба с великолепным платьем цвета утренней зари. И, конечно же, обручальная серьга с бриллиантом.

Лири обняла подушку, пытаясь унять дрожь во всем теле. Ей безумно хотелось, чтобы мечты стали явью. Туда и у церкви к ней никаких претензий не будет, она всегда сможет предоставлять им информацию о делах мужа… Вот только вряд ли так будет. Она же ясно дала понять, что не хочет иметь с Вейлумом ничего общего. А Логан обычно помогал ей получать желаемое.

“И какая ты после этого будешь жена?” — хмыкнул Унами.

Забравшись с головой под одеяло, Лиретта попыталась скрыть румянец смущения. Да уж, даже летучий мыш понимает, что это плохая идея.

“Не знаю, Уна. Наверное, ужасная. Ведь между супругами никто не должен стоять. А у нас будет церковь? Что мне делать?”

“Во-первых, забери меня с прикроватного столика, холодно же!”

“Прости, — извинилась Лири, усаживая друга себе на шею. — И все-таки, что делать? И как ты туда забрался?”

“Ну, Рикардо вроде тебе дельную вещь предложил — отдохнуть. А я у тебя на все руки, тьфу, крылья, мастер. Так что вот”.

“А как же Логан?”

“Логан сам разберется, уж поверь. Ты только под ногами ему мешаться будешь, сопля зеленая. Лучше лежи и мечтай об этом парне, чем занимайся ненужной самодеятельностью!”

“Уна!” — возмутилась Лиретта.

Но летучий мыш не ответил, забрался под одеяло и спрятался под теплой тканью больничной пижамы. Лири улыбнулась, свернулась калачиком и обняла подушку. В словах друга было рациональное зерно — если бы она была нужна Логану, он бы обязательно об этом ей сообщил. И очаровательного Рикардо рядом с ней бы не оказалось. Или один, или второй. И второй явно выигрывает!

Хвост четвертый. Больничная передышка

 

Тишину нарушало мерное тиканье часов. Время близилось к ужину, и Лиретта понимала это не только по расположению стрелок, но и по недовольному урчанию живота. Конечно, будешь чувствовать себя плохо, если за день ничего, кроме конфет, не удосужилась съесть. Лири вздохнула, она-то планировала сходить в ресторан как самая настоящая леди, но у Триединых были свои планы.

“Уна, как думаешь, это все церковь подстроила?” — не выдержав длительного молчания, спросила шпионка.

“Зачем им это?” — тут же отозвался летучий мыш, выбираясь из-под одеяла и поглядывая на хозяйку черными глазками-бусинками.

“Ну как же… Такой хороший повод меня к нему приставить. Вдруг его выбрала какая-нибудь не очень симпатичная барышня, и в нее не верят?”

“Ага, зато верят в тебя, конечно же. Рикардо Вейлум очень важная персона, ты же сама читала. И я читал. Не думаю, что даже если бы ты его выбрала, тебе его дали.”

“Считаешь меня никчемной и бесполезной?” — Лиретта насупилась и демонстративно фыркнула.

“Считаю тебя трусихой. Не была бы трусихой, еще в том году пошла бы на задание, приносила бы пользу. А так… Трясешься, как мышь под веником! Куда делась Лиретта, которая уверенно показывала зубки Логану?”

“Полегче, мыш у нас ты!”

“Летучий, прошу заметить. И летающий. Так что давай, соберись. И не надумывай всякое. Логан сделал одолжение, показал реальный мир, а ты всякое думаешь. Ну разве так делается?”

Ответить Лиретта не успела. В дверь постучали и, не дожидаясь приглашения, вошли. С зубовным скрежетом Лиретта улыбнулась. На пороге стоял тот самый журналист, пристававший к ней возле вокзала.

“Как этого зовут?..”

“Йозеф он, Грин! Ну и какая ты шпионка, если такие мелочи не помнишь?”

“А ты мне на что?”

— Здравствуйте, госпожа Лиретта. Рад встрече. Как вы себя чувствуете?

Йозеф осмотрелся, поставил на прикроватную тумбочку вазу с цветами и корзину фруктов и деловито уселся в кресло рядом.

— Отвратительно, — честно призналась девушка.

— У вас что-то болит? В приемном покое мне сказали, что ваше состояние не вызывает опасений. Именно поэтому я примчался к вам за свежайшими новостями. Я так перепугался, когда увидел ваше имя в списке пострадавших! — изобразил заботу журналист.

В его темных глазах плясали огоньки любопытства, Йозеф бросил короткий взгляд на дверь, как бы намекая на то, что он всегда готов позвать на помощь, если потребуется, но намного интереснее будет поговорить с очевидцем. Лиретта его оптимизма не разделяла, но понимала, что прогнать акулу пера не получится.

— Нет, не надо врача. Лучше сами уходите…

— Ну как я могу уйти, не узнав подробности происшествия, о котором судачат в городе? Мисс Лиретта, не губите того, кто зарабатывает на жизнь ногами и пером. Поделитесь воспоминаниями. Вам же ничего не стоит, право слово. Да еще и известность получите.

“Будь милой. ты уже засветилась, создай о себе правильное впечатление. Какой ты хочешь быть в глазах общества? Думаю, доброй и наивной тебе подошло бы, почти не придется притворяться!”

“То есть ты хочешь сказать, что я не добрая?!”

“Я хочу сказать, что ты трусливая. А когда ты трус, трудно проявлять добро. Представь, что ты в безопасности и ничего не угрожает. Просто улыбайся и отвечай на его вопросы!”

— Что вам рассказать, мистер Грин? — спросила Лиретта, натягивая одеяло повыше.

Пусть она и в пижаме, нечего на нее пялиться! Она все же девушка.

— Зачем вы приехали в город? — тут же ухватился за нее Йозеф и принялся записывать.

— Мой дядюшка сказал, что будет праздник. Наша семья не очень богата, но мы держимся. Иногда позволяем себе развлечения. Дядя Лютер сказал, что это хороший повод отвлечься от рутины. Мы должны были встретиться на вокзале, но он не смог приехать, к сожалению… — Лири демонстративно шмыгнула носом, намекая на то, что она переживает о том, что случилось с родственником.

— Надеюсь, с ним все в порядке. Вы смогли устроиться в городе?

— Да, конечно. Дядюшка заранее забронировал номер, как только объявили о празднике. Сейчас, сами понимаете, цены взлетели до куполов, не каждый может себе позволить… — Лиретта нервно мяла край простыни, боясь, что ее поймают на лжи.

— Что произошло дальше?

Лиретта пожала плечами.

— Я немного отдохнула, сменила дорожную одежду и пошла в город. Ярмарка просто замечательная. Сладости, пирожки… украшения. Прямо как будто в сказку попала! — при воспоминании о купленном кулоне-лошадке глаза Лири заблестели. — Я смотрела на людей, люди смотрели на меня, и мы были, в общем-то, счастливы. А потом…

Губы сами собой задрожали. Воспоминания о взрыве были ужасными. Лиретта всхлипнула и разрыдалась, хотя несколько мгновений назад храбрилась и обещала себе не реветь.

— Тише, тише, мисс Лиретта, успокойтесь, все в порядке, — Йозеф протянул ей платок и даже попытался сам утереть слезы.

Лири отшатнулась от него, выхватила накрахмаленный кусочек белоснежной ткани и прижала к лицу. Платок пах свежестью и церковным приютом, в котором все было хорошо.

— Это было ужасно, мистер Грин. Сначала я услышала громкий хлопок, потом пронеслась волна горячего воздуха, а после… — Лиретта еще раз всхлипнула. — А после я перестала понимать, что происходит. Меня повалили на землю, несколько раз наступили. Люди вокруг кричали и стонали, было очень страшно.

— Но вы ведь смогли выбраться? Как? — задал наводящий вопрос Йозеф, ерзая от нетерпения на стуле.

Его мало интересовали чувства и эмоции девушки, а вот подробности про Рикардо Вейлума... Но Йозеф был опытным журналистом, и терпеливо ждал, пока Лиретта выговорится. Он ведь не обязан заносить в статью все ее слова? Конечно же, нет. А терпение и следование чутью еще никогда не подводили.

— Я упала… люди бежали, прямо по мне, рядом кто-то кричал и плакал. А потом меня позвали. Показалось, что это дядюшка. Мы неслись вперед, кровь заливалась в глаза, было очень больно и противно, а еще нечем дышать, — Лиретта нахмурилась, задумавшись, стоит ли говорить о том, что бегать в платье неудобно. — Рик… кардо крепко держал меня за руку, у меня не было ни мгновения, чтобы подобрать юбки. Не знаю, как не расшиблась прямо там.

— И когда вы остановились, то?.. — повел ее мысль в нужном направлении журналист.

Сенсация почти лежала у него в кармане. Йозеф знал, что Рикардо отличался любвеобильностью. Какой можно будет устроить скандал, если девица сейчас признается, что он к ней приставал.

— То Рикардо проверил, все ли в порядке с моим здоровьем, взял меня на руки и принес в больницу. Прозаично, не так ли? — с усмешкой спросила Лиретта. — Это не сказка, а жизнь. Не знаю, почему он вообще со мной носится. Куча других людей тоже пострадала, а он понес именно меня.

— Наверное, вы ему понравились, — улыбнулся журналист.

— Кто знает. Может быть, ему не чуждо ничто человеческое, но я бы не думала об этом. Что может быть общего у аристократа и простой девушки? Разве что бизнес, не более.

— Разве вам не хотелось бы, чтобы это происшествие переросло во что-то большее?

— Кто бы отказался? Но я не верю в сказки в реальности. В нашем мире у них всегда плохой конец, мистер Грин.

— Вы говорите об этом с грустью. Вы бы хотели, чтобы было иначе? Он вам понравился?

“Уна, что делать? Он не отстает! — запаниковала Лиретта. — Он же сейчас так меня заболтает, что я скажу все, что ему нужно, лишь бы отстал! Голова раскалывается!”

“Вызови охрану. Ты пациент, если он тебе мешает, его должны убрать!”

“Точно!”

— Мистер Грин, я устала. Я рассказала достаточно для того, чтобы вы оставили меня в покое. Неужели девушка не может побыть одна?! — Лиретта притворно возмутилась, чувствуя фальшь в своей игре.

Ей не хотелось оставаться одной, но и общество Йозефа ее не радовало. Где глубинные Логана носят, когда он так нужен?

— Вы не ответите на последний вопрос?

Лиретта зло посмотрела на журналиста и потянулась к кнопке вызова персонала.

— Ладно, ладно, я понял, — примирительно поднял руки Йозеф, собирая свои вещи. — Спасибо за интервью.

Нажав на кнопку, Лири откинулась на подушки. Как ей не хотелось признавать, забота Рика пришлась весьма кстати. Похоже, из-за шока от произошедшего организм решил взять выходной.

— А может быть еще один вопросик? — с надеждой спросил Йозеф, преданно заглядывая Лиретте в глаза.

— Убирайтесь! — выкрикнула Лири, чувствуя, как по щекам стекают слезы.

Дверь в палату распахнулась, на пороге появился врач.

— Кто пустил прессу? — недовольно спросил вошедший мужчина, зло глянув на медсестру.

— Мисс Лиретта не против, уважаемый.

— Я вам уже не один раз говорил, Йозеф Грин, чтобы ноги вашей здесь не было без официального приглашения. И не только я, но и главный врач.

— Ох, ох, выгоняют, выгоняют, — картинно всплеснул руками журналист, подходя к окну. — Впрочем, мне больше ничего и не нужно. Хорошего вечера, мисс, — Йозеф отвесил Лиретте шутовской поклон, ловким движением открыл окно и выпрыгнул на улицу.

— Вы в порядке? — спросил врач, недовольно закрывая раму и проверяя ее надежность. — Он не слишком вам докучал?

“Волнуется, — с ехидством заметил Унами. — Потому что ты протеже Вейлума. Не обольщайся”.

— Все в порядке… я бы не отказалась от ужина и сна. Мне ведь можно? — обеспокоенно спросила Лиретта, чувствуя, как урчит в животе.

— Можно. Медсестра принесет в палату, — ответил врач и вышел.

Хвост пятый. Кто пустил его в палату?

 

Больничный ужин оказался на удивление сытным. Наевшись вдоволь, Лиретта отметила, что в монастыре их так много не кормили.

“Еще бы, фигуру надо блюсти. Мало кому понравится девица с формами свиноматки!” — подал голос Унами, догрызая ломтик яблока.

“Ой, не беспокойся. С твоей помощью не растолстею”, — беззлобно ответила Лири, отдала пришедшей через несколько минут медсестре пустые тарелки и провалилась в сладкий сон.

Стало уже совсем темно, больничные звуки за дверью в основном стихли, и Лиретта мирно дремала. Совершенно внезапно, даже раньше, чем Унами успел отреагировать, покой сна нарушил голос:

— Лиретта?

Девушка вздрогнула и попыталась закричать, но теплая ладонь, пахнущая чем-то сладким, закрыла рот, не давая издать и звука. Впрочем, спустя мгновение ее отпустили, но желание кричать пропало.

— Прости за беспокойство, но у меня нет другого, более подходящего времени чтобы с тобой связаться.

Мужчина стоял совсем близко к кровати. Как он оказался в палате? Дверь не скрипнула. Неужели через окно? Но его же заперли!

— Кто здесь? — испуганно спросила Лиретта, запоздало подумав о том, что стоило раньше озаботиться поиском шпилек, чтобы не быть безоружной курицей.

— Логан, — спокойно сказал из темноты незваный гость, — Кто же еще? Как твое самочувствие?

Дрейк довольно уверенно наклонился и положил ладонь на ее лоб, затем про скользил по шее, задержался на сонной артерии. Шершавые пальцы неприятно царапнули кожу. Лири вздрогнула. Это оказалось по меньшей мере неожиданно.

— В порядке, — преувеличенно бодро ответила Лиретта. — Не понимаю, зачем меня здесь заперли. В м… сами знаете, где вот это, — ткнула пальцем над левой бровью, — залечили бы очень быстро. Да и смысл тут лежать? Но это неважно. Где вас Триединые носили?!

— Так ты здесь из-за этого? — фыркнул Логан. — Тогда я тоже смысла не вижу. Но раз тебя доставил сюда Рик, значит, он смысл видит, и этого достаточно. Я присяду?

Не дожидаясь ответа, Дрейк опустился на стоящий в изножье кровати стул.

— И зачем спрашивали, если разрешения не дождались? И откуда вы знаете? — Лиретта вздохнула и села в постели, натягивая повыше одеяло.

“О, явился твой Логан. Соскучилась?” — подал голос Уна, разбуженный ее движениями.

“Да ладно тебе! Все в порядке же!”

“Ага, только кое-кто не выспится”.

— Чтобы ты спросила, — ответил Логан, проигнорировав второй вопрос. В темноте плохо видно, но он наверняка сейчас посмеивался. — Это хорошо, что спрашиваешь. Быстрее надоешь этому парню, он вроде как любит умных, быстрее вернешься к своей работе. Операция сорвалась, так что о ее успехе говорить будет не к месту. Итоговая оценка твоей работы зависит от доклада… Не хочешь сейчас отрепетировать, а заодно ввести меня в курс дела?

Лиретта непонимающе посмотрела на Логана, ожидая, что он продолжит. Но куратор молчал, лишь глаза блестели в свете уличного фонаря.

— Вы меня простите, Логан, но, чтобы отчитываться об операции, я должна быть посвящена в детали. Да хотя бы знать, что операция была! Вы же просто вытащили меня в город, пользуясь своим служебным положением.

— Значит так и говори! — хмыкнул он в ответ. — Так что все-таки произошло… непосредственно перед взрывом и после него?

— Перед взрывом я купила кулон с лошадкой, — с сарказмом ответила Лиретта. — Ничего подозрительного не заметила. Иначе убралась бы куда подальше. А потом откуда-то взялся Вейлум и потащил меня прочь. Ваша работа, Логан?

— Вейлум? Нет, не моя. Взрыв, впрочем, тоже. Я как раз пытаюсь сложить мозаику, что произошло и почему, — мужчина аккуратно поправил одеяло в ногах Лиретты, словно переживал, чтобы она не замерзла. — Ты не могла бы отвечать немного конкретнее? Что произошло непосредственно перед взрывом? Кто был на улице? Кого ты видела рядом, поодаль, запомнилось ли что-то? Слышала ли команды, крики, какие-то специфичные сигналы? Запомнила ли ты какие-нибудь лица окружающих… кроме Рикардо, конечно.

— Не думаю, что цвет юбки какой-то случайно женщины имеет отношение к делу. Боюсь, я знаю ровно столько же, сколько и большинство пострадавших — ничего. Простите, Логан, — со вздохом призналась Лиретта, подтянув ноги к груди. — Вы так забавно игнорируете мои вопросы.

— Разумеется! Я точно знаю, что по поводу моих дел ничего срочного предпринимать не надо. А вот по поводу твоих — может быть и следует. Так что давай закончим с тобой, Макфорочка, и тогда уже я удовлетворю твое любопытство. Так что случилось после взрыва? Откуда взялся Рикардо?

— Как глубинный из-под земли выскочил. Позвал с собой. Я побежала, думала, что это вы. Разобрать что-то трудно: кровь в глаза, дым, рядом люди кричат… — растерянно ответила Лири.

— Он был рядом? — уточнил Логан, чуть-чуть понизив голос. В коридоре послышались шаги.

— Ну если он позвал — значит был. Хотя до этого я его не видела.

— Ты побежала вместе с ним? Он вел тебя за руку? — Логан на всякий случай поднял руку и осмотрел, словно пытаясь понять, как можно перепутать его с юношей.

— Вел. Было страшно, и я шла за ним. Все равно оставаться там… опасно. Меня сбили с ног, пару раз наступили. Возможно, затоптали бы, если бы не Рикардо, — с непонятным вздохом отозвалась Лири.

— Итак, он вывел тебя из толпы. А что потом? — с некоторым волнением спросил Дрейк, словно прокручивал в голове что-то нехорошее.

— Бежали. По каким-то улочкам и закоулочкам. Вышли во дворик. Он на меня посмотрел, сказал, что надо в больницу, подхватил на руки и припер сюда. Нет бы кого-то серьезно раненого принес.

— И… все? Никакого намека, зачем ты ему можешь быть нужна? — уточнил Дрейк.

— Увы. Самой интересно. Логан, давайте будем откровенны друг с другом. Ну не тяну я на опытную работницу. В критической ситуации растерялась, вела себя как сельская клуша… И уж зачем Вейлуму понадобилось что-то в духе меня, я понятия не имею!

Собеседник замер в раздумьях на некоторое время, перебирая и отбрасывая варианты.

— В целом, я рад, что с тобой все в порядке. Самооценку только надо чуть-чуть подработать, а то пока ведешь себя как барышня кисельная.

— Кисейная, —поправила Лиретта. — Что будем делать дальше? Возвращаемся, дядюшка, или я остаюсь тут пролеживать койку?

— А что сказал тебе Рикардо? И, кстати, врач что говорит? — поинтересовался Логан.

Прикинув, Лиретта начала с более важной информации:

— Врач говорил, что все в порядке. Вроде было что-то про выписку утром. Рикардо обещал тогда же навестить, — Лири мечтательно вздохнула, предвкушая встречу.

— Тогда разумно подождать этого парня и выяснить, что у него на уме. Значит, завтра утром? Буду иметь в виду. Вряд ли тебя отпустят раньше завтрака, так что время с утра будет… — вслух прикинул Дрейк и потянулся.

— А вы? Вам есть где переночевать? — вдруг опомнилась Лиретта, почувствовав себя знатной эгоисткой.

“Надо же, в девочке проснулась совесть”, — тут же прокомментировал Унами.

— Разве ты не знаешь? Цепные псы Церкви никогда не спят, они только делают вид, чтобы сбить с толку врагов, — рассмеялся Логан. — Конечно, есть. Одна престарелая леди очень просила явиться к ней вечером на плюшки. Будем вместе поминать ее родственников, погибших во время недавней трагедии в Северном Лиффренте.

Логан усмехнулся, откинулся на спинку стула и задумчиво погладил бакенбарды, наблюдая за Лиреттой из-под прикрытых век. Ей всегда было неуютно от этого взгляда. Создавалось ощущение, что он что-то знает, но хочет, чтобы она дошла до этого сама. Ничего плохого в этом нет. Но подвести его страшно.

— Представляешь, какое дело? Несколько девчонок устроили посиделки на крыльце, когда произошел взрыв, и спаслись буквально дланью Триединых. Родителям, увы, повезло меньше. Архиепископ, конечно, очень обрадовался, что дети не пострадали, и взял их под опеку церкви, но вот нас с Кайлом и Сью очень смутило, что никто из дальних родственников не приехал их хотя бы проведать, в то время как на траурной церемонии присутствовало никак не меньше восьми сотен родственников и просто иногородних сочувствующих. Вот такая вот история.

— Очередные детишки, которых под благородным предлогом забрали из семьи. Почему вас это так беспокоит? — хмыкнула Лиретта. — Когда меня забирали от матери, что-то никто не переживал.

— Мне не нравится ситуация. Нет интереса родственников. Допустим. У всех одинаковое пост шоковое состояние: они меланхоличные, покладистые и довольно милые. Предположим. А теперь гвоздь программы: они фонят благодатью, словно их сбросили к Триединым и где-то на полпути резко вытянули обратно. Одной ногой в посмертии. Хех! В таких условиях медикам ковырять их запрещено, а тайные технологии диагностики — помнишь такие — ничего не дадут, все будет засвечено. Даже толком не поймешь, что с ними случилось, есть ли отравление, например, или какая врожденная патология. Так что медики гадают на кофейной гуще, и я заодно. Вот такая вот дурацкая служба: в чудеса я верить должен, как храмовник, и не должен, как следователь…

Логан Дрейк тяжело вздохнул и махнул рукой.

— Хорошо хоть с тобой нет никаких трудностей. Правда ведь? — мужчина тихо рассмеялся, с плохо скрываемой иронией. — А как же!

— Ну... тут вам судить. Но, насколько мне известно, в последнее время я не падала в бездну… Девчонок жалко. Их уже пристроили куда-то или пока так?

— Их уже… — Логан прокашлялся, —...пристроили. Сама понимаешь, после того, как архиепископ публично объявил, что берет их под свое покровительство, они не останутся без крыши над головой, еды, тепла и заботы.

В голосе мужчины слышалась странная неоднозначность, словно в этой бочке меда была ложка дегтя. О которой, впрочем, он все равно вряд ли скажет.

— Главное, что под куполом и сытые. Если родственники не приехали, значит они не нужны. Избавились от лишних ртов, — уверенно заявила Лиретта. — Не хотите рассказать что-нибудь еще?

— Да нет. Уже с этим достаточно маяты. — ответил Логан, явно обеспокоенный происходящим.

Да и, судя по его интонациям, перспектива посидеть вечером с бабушкой была для него скорее неприятной и утомительной рутиной, нежели каким-то подобием отдыха.

— Что ж, — пробормотала Лиретта, поджимая губы. — Как минимум мне есть о чем подумать этой ночью.

— Это хорошо. Но не забудь выспаться, — Логан улыбнулся, по-отечески поцеловал в макушку, заправил за ухо выбившуюся прядь и пошел к двери. Уже положив ладонь на ручку, он обернулся: — Спокойной ночи.

— Удачно попить чай с плюшками, — попрощалась Лири.

Стоило двери закрыться за куратором, как ее сморил сон. Желание обдумать полученные крохи информации тут же забылось. Одеяло было теплым, подушка — мягкой, а Унами — подозрительно молчаливым.

Хвост шестой. Ночной визит

 

Утро обещало хороший день. На улице ни облачка, ярко светит солнце. Лиретта встала с постели и пододвинула стул поближе к окну. Ей нравилось нежиться в теплых лучах, хотя летнее солнце было колючим и не таким ласковым, как весеннее.

“Что будешь делать?” — подал голос Уна, поудобнее устраиваясь на ее груди.

“Хороший вопрос. Не знаю. На самом деле, не знаю. Мне кажется, что мир вчера перевернулся с ног на голову, и я теперь живу среди глубинных!”

“Это еще почему?”

“Ну… Помнишь же, что в стенах церкви я хотела держаться подальше от мужчин? А теперь меня к нему тянет. Это нелогично! Да, хочется быть рядом с Риком, но кажется, что меня подменили. Что я не Лиретта, а кто-то другой в моем теле!”

“Ну, тут тебе было лучше с Логаном об этом поговорить. Я все же мыш, хоть и летучий, — усмехнулся Унами. — Но начитанный!”

“Я знаю, Уна… моя личная библиотека всегда под боком, — Лиретта улыбнулась и погладила мыша между длинными ушами. — Но разве это не странно, спрашивать у него такие глупости? Вроде как и так должна все понимать”.

“Он твой куратор, тебе бы побольше Логану доверять. Знала бы, как тебе с ним повезло… адекватный человек попался, а могло быть намного хуже!”

“Это как?” — опешила Лиретта.

“Он тебе помогает, что-то рассказывает. А есть те, кто просто дают пачку документов и разбирайся как хочешь, отчет сдать тогда-то. Я слышал. Так что… выше нос. И вообще, я думаю, это все гормоны. Ты же мужчин своего возраста и не видела толком. Логан не в счет!”

“Какого он моего возраста? Он старый!” — фыркнула Лиретта.

“Ну уж помоложе монахов, учивших вас. Да и внешность у него очень даже ничего, если я правильно разбираюсь в ваших стандартах”.

“Уна… хватит. Он куратор и точка. Меня беспокоит другое. Что делать, если Вейлум все-таки придет? А если не придет? Что так, что эдак, моя судьба в его руках… и это держит в напряжении”.

“Ну работа у тебя такая. В конце концов могло быть хуже, — хихикнул летучий мыш. — Давай, выше нос. Как минимум, ты впервые в жизни влюбилась. Конечно, твое положение запрещает тебе делать глупости… Но не мешает наслаждаться”.

“Уна, пока я трясусь, ни о каком наслаждении не может быть и речи. Да и… давай будем честны, скорее всего по протекции Логана меня все-таки приставят к тому старикашке, которого я отобрала по досье, и мы с Риком больше никогда не увидимся!”

Только Уна хотел ответить что-нибудь колкое, как в дверь постучали.

— Да, войдите, — откликнулась Лиретта, обрадовавшись возможности отвлечься и поворачиваясь ко входу.

Сердце ушло в пятки, а потом взлетело под самый купол. На пороге стоял он, Рикардо Вейлум, собственной персоной в компании медсестры с подносом.

— Доброе утро, Лиретта, как вы себя чувствуете? — спросила девушка, опуская еду на столик. — Ничего не болит?

— Благодарю, все в порядке, — смущенно ответила Лири, опуская взгляд.

— Хорошо. Доктор зайдет к вам позже, — улыбнулась медсестра и вышла, оставив Лиретту наедине с Риком.

— Как вы себя чувствуете? — повторил вопрос медсестры Рикардо, пододвигая стул и садясь напротив. — Выглядите бледной. Плохо спали?

— Не стоит переживать, я такая от природы. Хотя до аристократок мне далеко. А как вы? Все в порядке?

— Да, не впервой попадать в передрягу, — отмахнулся Рик, откидываясь на спинку стула и закидывая ногу на ногу. — Заживает все как на собаке.

— Наверное, ваши родственники очень сильно волновались, пока вы вчера…

— Милая Лиретта, вам не о чем переживать и не в чем себя винить. Матушка даже не узнала о вчерашнем происшествии, а отец доверяет мне, поэтому не беспокоится. Я уже самостоятельный мужчина, — усмехнулся Рик. — По крайней мере, так говорит папа.

— Это хорошо. Не стоит заставлять близких волноваться, — с улыбкой ответила Лири, перебираясь на постель и повыше натягивая одеяло.

Какое счастье, что у больничной пижамы были длинные рукава, а то потом не отмоешь свое честное имя! И плевать, что ты была в больнице, а он тебя навещал. Он же видел…

— Почему вы не завтракаете? Нет аппетита? — обеспокоенно спросил Рик. — Или еда невкусная?

— Вы на меня смотрите, — краснея, ответила Лири. — А я не одета. Как я могу есть?

Ее смущение не было притворным. Лиретта действительно робела в присутствии Рикардо и боялась даже пошевелиться, куда уж там есть. Да еще и в таком виде. Хоть волосы заплести успела!

— Ох, прошу прощения, не подумал. Так беспокоился о вашем здоровье, — улыбнулся Рик. — Тогда предлагаю встретиться после вашей выписки. Что скажете?

“Уна, он что, приглашает меня на свидание?!” — в панике спросила Лиретта, не зная, что ответить.

“Ага. Именно это он и делает. И я думаю, что отказываться не стоит. Церковь не оценит, если ты упустишь такой шанс. Так что вдох, выдох и с милой улыбкой соглашаемся!”

— Я… я не знаю. Разве это не противоречит нормам приличия? — схватилась за спасительную соломинку Лиретта.

“Ты что, не хочешь его видеть?” — фыркнул Унами.

“Конечно же, хочу!”

— Право слово, правила придуманы не для ущемления, а для оправданий. В конце концов, что такого в том, что я позабочусь еще немного о спасенной девушке? Или… я вам не нравлюсь? — подмигнув, спросил Рикардо. — Если дело в этом, лучше скажите прямо. Быстрая честность лучше долгой лжи. Невозможно врать и притворяться вечно.

— Вы мне нравитесь, правда… но я не знаю, как это воспримет дядюшка, — смущенно улыбаясь, ответила Лиретта.

Она действительно не предполагала, как может отреагировать Логан. С одной стороны, вроде бы вчера он не был против, но вдруг что-то успело измениться за эти шесть часов?

— Не переживайте, его я возьму на себя, если такая необходимость появится. Ну так что, в полдень на центральной площади у фонтана? — предложил Рик.

— Ну… Надеюсь, меня выпишут к этому времени.

— Если не выпишут, оставайтесь в больнице, я приду к вам. А теперь не буду вас больше смущать. Приятного аппетита. Но не наедайтесь слишком сильно. Я забронировал столик в одном замечательном местечке. Думаю, вам понравится.

Рик встал, поцеловал Лиретте руку и вышел, пожелав хорошего дня.

“Ну и как это понимать, Уна?”

“Похоже, ты ему тоже нравишься. Из того, что я о нем знаю, Рикардо, хоть и любезничает с дамами, далеко не к каждой приходит на следующий день”.

“Это не может не радовать, — с замиранием сердца отметила Лиретта и приступила к завтраку. — Но что мне делать? Если я полюблю его, я буду вынуждена уйти… и как можно быстрее!”

“Почему?” — удивился Уна, заползая на поднос и утаскивая с него виноградинку.

“Ты веришь в то, что меня отпустит церковь? Я вот не очень. А это значит лишь то, что если мы будем вместе, то я буду выдавать его тайны церкви… а если не буду выдавать, то, скорее всего, они найдут способ, как прижать к ногтю!”

“Как много горя принесли нам те беды, что еще не случились. Признавайся, ты уже распланировала свадьбу и десять детей?”

“Уна!” — возмутилась Лиретта.

“Что “Уна”? Я уже четырнадцать лет Уна и ничего. Что бы с тобой сталось, кабы не я! Соберись. В любом случае, лучше иметь с ним хорошие отношения. Будешь работать на церковь, не будешь, а связи никогда не лишние!”

“Ты прав… но помнишь слухи? Говорят, что…”

“Что он не пропускает ни одной юбки? Боги, Лиретта. Поверь, для церковницы девственность вообще не ценность. Если что, заштопают тебя, и будешь как новенькая! Будет у вас что-то, он привяжется. А это хороший повод прижать Рикардо. Так что не дрейфь!”

“Относишься ко мне так, словно я не живая… А какая-то кукла”, — недовольно насупилась Лиретта.

“Отношусь так, как и тебе следовало бы к себе относиться — без жалости!”

Хвост седьмой. Утренний переполох

 

Выписка прошла неожиданно быстро. Лиретта подозревала, что это из-за того, что она совсем здорова и занимает койку, которую следовало отдать одному из несчастных, что ютились на каталках в коридоре.

Пострадавших много, и от этого на душе неспокойно. А что, если кто-то умер из-за того, что герцог заставил ее отлеживаться. Надо было уйти вчера! Или не надо? Вроде Логан был против…

Окончательно запутавшись, Лиретта поправила шляпку и вышла на улицу.

Беззаботных горожан, еще вчера спокойно прогуливающихся по улочкам, словно подменили. Косые взгляды, усиленные отряды полиции, патрулирующие районы, а не делающие вид, что работают. Многие надели траурные алые одежды, отчего город казался залитым кровью.

Лиретта не боялась ран и травм, в свое время насмотрелась на исполнителей, возвращавшихся с полевых операций, но тут было что-то другое. Кроме боли конкретного человека, которую можно заглушить лекарствами, в воздухе взвесью висела боль всего города. Лири даже казалось, что он до сих пор стонет.

Понимание того, что жизнь долго не войдет в колею, сочилось изо всех щелей. Лиретта же считала, что глупо трястись, ведь вероятность, что злоумышленники еще раз взорвут один и тот же город дважды, крайне мала. Значит, жители уже заплатили своей кровью и болью, надо расправить плечи и идти дальше.

Большая часть пути до центральной площади прошла без приключений. Мысли путались. Лиретта не понимала, почему ей то хочется растерзать Рикардо, разорвать на мелкие клочки, чтобы его никогда не было, а в следующий момент быть с ним рядом и никогда не отпускать. Уна молчал, полагая, что стоит дать ей самостоятельно разобраться в новых чувствах, будет больше толку.

Девушка сама не заметила, как оказалась у входа в магазинчик с высокими стеклами-витринами, за которыми не видно, что происходит внутри. Втянув безумный букет разнообразных ароматов, она уверенно шагнула внутрь: в конце концов, ее ждала встреча с мужчиной, для которой стоило бы чуть-чуть подготовиться. Госпиталь не прачечная, и ее одежда уже далека от свежести после всех пережитых приключений.

— Ах! Пришла наконец, — с неожиданным дружелюбием и какой-то фамильярностью произнесла милая бабулька, стоящая за прилавком и читающая газету. Ее тонкие седые кудри чуть-чуть подпрыгнули, когда она уверенно вышла навстречу гостье, — Сейчас мы тебе подберем что-нибудь…

Лиретта растерялась, никого знакомого, кроме Логана и Рикардо, в этом городе у нее нет и быть не может, а такая странная любезность со стороны совершенно незнакомой женщины настораживала.

— Добрый день. Вы, наверное, меня с кем-то путаете. Но я действительно буду рада что-нибудь у вас купить, — приветливо отозвалась Лири, думая о том, что всегда можно будет списать расходы на счет церкви. Да даже на счет Логана!

Это из-за его глупой затеи с поездкой в город до начала работы она попала в такое идиотское положение!

Впрочем, отказывать себе в крохотных радостях глупо. Ей же не надо много! Можно взять самый маленький флакончик. Лиретта окинула взглядом витрины с изящными стеклянными пузырьками и завистливо вздохнула: это все не для нее, она может обойтись самой простой стеклянной колбочкой, главное, чтобы прочная. Задержавшись взглядом на пузырьке в форме летучей мыши, Лири обратила внимание на хозяйку.

— У вас есть что-нибудь цветочное? Но не слишком сладкое… для меня? — неуверенно спросила Лиретта, чувствуя себя не в своей тарелке.

Ей еще ни разу не приходилось выбирать духи, и она растерялась, боясь ляпнуть какую-нибудь глупость.

— Ох, для тебя? Конечно же, мы найдем что-нибудь! — засуетилась старушка, заходя за прилавок и доставая из-под него небольшую плоскую коробочку, напоминающую книгу. — Чего встала, подходи.

— Засмотрелась. Красиво, — Лиретта задержала еще на мгновение взгляд на флаконах и поспешила к хозяйке.

— Вот это луговые травы, а это вереск, — старушка ловким движением стянула с Лиретты перчатки, достала из коробочки два небольших пузырька и капнула из них на запястья. — Так, подожди чуть-чуть, духам надо раскрыться.

Довольно тихие, но все же различимые, шаги выдали человека, вышедшего по коридору сначала за прилавок, а затем и в основной зал помещения. Логан выглядел очень странно: судя по всему, он буквально только что побрился, и теперь его подбородок блестел, словно начищенное до блеска кадило. Неожиданное сравнение заставило Лиретту хихикнуть, но спустя мгновение она посерьезнела и повернулась к старушке, искоса поглядывая на куратора. Он был одет в тонкую льняную рубаху, верхние пуговицы не застегнуты. Слишком домашний. Такого Логана можно не бояться, он больше походит на плюшевую игрушку, чем на смертоносную ищейку.

— Вы выбирайте, выбирайте, я подожду, — дружелюбно бросил он дамам.

Лиретта поочередно подносила запястья к лицу и нюхала. Оба запаха интересны, но надо выбрать какой-то один. А это ох как непросто!

Понимающая старушка отодвинула подальше пробники, решив не смущать лишний раз девушку и не усложнять ее выбор. В конце концов, оба аромата пользовались популярностью.

“Травы… вереск… нет бы дала манго или яблоки!” — ворчливо прокомментировал Унами.

“А ну цыц! — шикнула на него Лиретта. — Если нам советуют, то не просто так. Я тебе лучше настоящих фруктов куплю!”

“Ну только если. Не забудь! Я-то запомнил!”

— Вот этот, — уверенно сказала Лиретта, остановившись на вересковом аромате.

— Выбрала? — переспросил Логан, отходя от стойки и протягивая ладонь.

— Д-да, — неуверенно ответила Лири. — А что?

— Пойдем внутрь. Нужно кое-что обсудить. Леди Саттер, подождите нас, пожалуйста, здесь, — попросил мужчина голосом, не терпящим возражений. Бабулька только кивнула и принялась за бережно упаковывать пузырек покупательницы.

Логан, как и всегда, немногословен, давал какие-то расплывчатые команды. За последние три года Лиретта привыкла к тому, что его лучше слушать. Уна говорил, что это опасно и в один ужасный день Лиретта может оказаться в неприятном положении, но ей нравилось доверять этому человеку. Должен же быть хоть кто-то, к кому можно повернуться спиной? Да и чаще мыш говорил, что лучше доверять куратору.

Протиснувшись по узкому коридору, они вошли в небольшую комнатушку. Там едва хватало места на столик, четыре кресла и какие-то узкие шкафчики, ютящиеся вдоль стен. За занавесками открывался вид на внутренний дворик нескольких прижавшихся друг к другу домов. Со стола тянуло кофе с корицей: судя по неубранным чашкам, Логан с хозяйкой уже выпили по одной, но планировали повторить. Небольшая крынка со сливками и перечница, доверху забитая корицей, уютно расположились на массивном столе из черного дерева, лакированного так, что скатерть казалась и вовсе чем-то ненужным.

— Что-то срочное? — спросила Лиретта, осматриваясь.

В том, что у церкви на нее есть планы, и свидание с Риком может сорваться, она не сомневалась. Поэтому хотелось как можно скорее внести ясность.

— Кофей? — учтиво предложил Логан, замирая у миниатюрного комодика при двери, на котором стоял массивный антикварный самовар. Кем бы ни была эта бабушка, но жить как она явно хотели бы многие из старой и новой семьи Лиретты.

— Не буду отказываться. Только не крепкий и не очень много.

“Эх… опять самый важный член семьи остается без лакомства!”

“Уна, уймись. Я возьму для тебя кусочек сахара, только угомонись!”

Мыш не ответил, но Лири знала, что он доволен.

— Я не пойду на встречу, да? — с напускным безразличием спросила Лиретта, изучая орнамент на занавесках.

— Пойдешь. — сухо ответил Логан и, словно фокусник, извлек непонятно откуда сложенный в несколько раз листок. Развернул и молча протянул, предоставляя ей возможность почитать, пока он будет заниматься кофе.

На листке оказалось досье на Рикардо Вейлума. Лиретта неуверенно посмотрела на Логана. Он не шутит? Судя по всему, нет, взгляд серьезный до невозможности. И что теперь делать?! Шпионить за человеком, который тебе нравится?

Кофейник опустел — где-то поблизости есть одна бабушка, которой теперь придется немного подождать новой порции напитка. Логан уселся напротив и наконец-то пояснил:

— Наверху решили, что твое знакомство нам очень кстати. Я уверен,  если ты смогла привлечь его чем-то в первый раз, дальше его сможешь… кхм… заинтересовать и удержать. Как сама считаешь, с этим не будет проблем?

— Я бы не хотела ему врать, — честно призналась Лиретта, пробегая глазами по тексту досье. — Но… у меня нет выбора, я права? Какие будут инструкции?

Лири медленно водила указательным пальцем по ободку чашки, пытаясь успокоиться. Мысли пищали в голове, словно стая летучих мышей, потревоженная незадачливым путником.

— Что поделать? — Дрейк вздохнул, — Давай я попробую помочь тебе сочинить предлог, чтобы быстро оказаться если не в зоне его доверия, то во всяком случае там, куда другие не вхожи. Мальчик он неглупый, и, как и многие мальчики, любит защищать девочек. А значит, стоит сочинить что-то про угрозу от террористов и попросить убежища. В конце концов, дом большой, слуги вышколенные, вряд ли кто-то до тебя сможет добраться там. Напроситься в золотую клетку, а потом сбегать по каким-то своим делам — для наших встреч или просто для того, чтобы поиграть с его нервами. Если твоя безопасность становится важной — он начинает бояться тебя потерять и...

Куратор демонстративно сложил руки перед собой в замок, с улыбкой заканчивая фразу. Было в этом предложении что-то притягательное, вот только эти “наши встречи”. Неужели Логана назначили ее связным? Там наверху что, совсем потеряли голову и решили разбрасываться такими ценными кадрами?

— Ну… пусть будет так. Но из главной клетки все равно не сбежать, — усмехнулась Лиретта. — Предки пробовали, уничтожили планету.

— Вживаешься в роль? Ты главное при ком-то другом такое не ляпни, — неожиданно сурово ответил Логан.

— Я похожа на полную идиотку? — с вызовом спросила Лиретта, глядя ему прямо в глаза.

— Нет. Даже больше не похожа, чем требуется. Возможно, тебе стоило питаться лучше: если придумать тебе дворянское происхождение все равно не получится, то хотя бы могла искушать мужчин формами — в случае с Рикардо это было бы кстати.

Не дав воспитаннице времени возмутиться, Логан решительно добавил:

— Так что, у тебя есть вопросы или возражения? — и тут же отпил немного кофе, чуть-чуть потряхивая головой, словно пытаясь согнать сонливость.

— Не хочу быть свинкой, — фыркнула Лиретта. — У свинки не бывает сильных мышц. А я должна уметь быстро бегать, — усмехнулась. — Немного больше о задании? Что мы ищем?

— Комплексный вопрос. У нас есть подозрения, что Вейлум-старший хранит у себя вещи, которые хранить... не следовало бы. Я имею в виду артефакты Глубинных. Не в тех руках, они могут натворить бед, рядом с которыми теракты мутантов покажутся детским лепетом. По крайней мере, церковь настаивала именно на этом.

Логан замолчал, давая Лири время осознать услышанное. Исполнитель медленно потягивал кофе, наблюдая за бурей эмоций, отразившейся на лице девушки.

— Наверху знают. Даже у меня есть кое-какие доказательства. Пока искомые вещи у сенатора, в принципе, ничего страшного, пусть себе коллекционирует — прикопаться к нему слишком сложно, да и малополезно. Но есть два риска. Во-первых, у Джандетто может быть что-то, что наша разведка пропустила.

Лиретта кивнула, Логан отпил немного кофе и продолжил. Спокойствие куратора постепенно передавалось и ей. Что такого в том, чтобы выполнять свою работу? За крышу над головой надо платить. А умела она шпионить и добывать сведения, значит, именно это и станет платой.

— Понятное дело, ты вряд ли сможешь сходу это проанализировать. Но я дам устройство для опознания на такой случай... если, конечно, ты сможешь задержаться у него в поместье. Во-вторых, наш сенатор может передать эти предметы куда не стоит. Если такое случится, нам потребуются не только косвенные улики, но и прямые факты, пусть даже зашитые в твою память, что предмет был. И вот тогда его получится прижать достаточно крепко, чтобы он оказал максимальное содействие в поисках или пошел на эшафот с конфискацией имущества. Допустим, Вейлум-старший старый и идейный и умрет за свои идеалы, но как поведет себя Вейлум-младший, если перед ним встанет риск остаться практически без наследства, а?

Логан подмигнул собеседнице и поставил на стол чашку.

— Люди слабые. Они всегда боятся потерять то, что у них есть, — усмехнулась Лиретта. — Еще указания?

— Да. Береги себя и не стесняйся использовать любые методы, — Логан зачем-то весьма выразительно посмотрел девушке в декольте, — чтобы подать сигнал, если возникнет реальная угроза срыва операции. И к слову, если тебе вдруг интересно, мадам Саттер не знает ничего ни о какой внучке по имени Чарлайн. Очень странно, не находишь? — поднявшись, Дрейк осмотрел ее с ног до головы. — Да, запачкалась ты. Пойдем приведем тебя в порядок, как в таком виде на глаза герцогу-то показаться думаешь?

Хвост восьмой. Планы меняются

 

Выйдя на улицу, Лиретта почувствовала себя намного увереннее. Все же внимательности куратора можно позавидовать. Она успела позабыть о том, что выглядит хуже некуда, с головой окунувшись в новые чувства. Хорошо, что Логан оказался рядом и уберег ее от позора. Да, платье все еще не первой свежести, но по крайней мере выглядит прилично.

Не сказать, что новости от куратора стали для Лиретты снегом на голову. Но все же было неуютно. Лири подозревала, что церковь действует быстро и иногда скрытно, но чтобы настолько?

Определенно, после личного знакомства Его Светлость Вейлум предстал в другом свете. Лиретта даже не отказалась бы от общения с ним, но не по работе. Слышала она о том, как разбивали сердца шпионкам постарше, отзывая их от тех, кого они любили. Себе такой судьбы Лири не желала, именно поэтому и выбирала кого-то, к кому невозможно привязаться.

Но изящный и четкий план, который Лиретта надеялась осуществить при поддержке куратора, разлетелся словно карточный домик. Хуже всего то, что отдавать команду “не влюбляться” уже поздно. Лиретта не хотела это признавать, но Рик прочно засел в ее сердце. И вырвать его оттуда не получалось.

В задумчивости она вышла из лавочки, позабыв про духи и перчатки, не обратив внимания на последние слова Логана. Нужно было собраться и вцепиться в Рика мертвой хваткой. С этими тяжелыми мыслями она добрела до площади и принялась ждать.

Пунктуальность — одна из отличительных черт аристократов. Обладал ею и Рикардо, прибывший в назначенное время. Лиретта не успела извести себя тем, что стоит одна на виду у всех как посмешище, зато вспомнила про перчатки и почувствовала себя голой. Негоже девице ее положения в таком виде разгуливать!

“Прекрати распускать сопли, — рыкнул на нее Унами. — То, что он пришел, еще не значит, что ты нужна ему больше, чем на одну ночь. Не обольщайся. Не сболтни лишнего, будь собранной! Он твоя цель, а не любовь!”

“Спасибо!” — Лиретта улыбнулась. Поддержка друга пришлась как нельзя кстати. Главное, не терять голову, а там как-нибудь выкрутится. В конце концов, куратор настроен весьма благосклонно. Значит, всегда можно надеяться на лучшее.

— Рад видеть, что с вами все в порядке, Лиретта, — поздоровался Рикардо.

— Я тоже рада нашей встрече, — улыбнулась в ответ Лири и смущенно завела руку за спину, пряча ее от попыток поцеловать.

Рик хмыкнул, но настаивать не стал. И руку не подал, посчитав, что раз девица стесняется, то не стоит гнать лошадей.

— Что ж, пойдемте. Тут недалеко, как раз успеем к забронированному времени, — Рик пошел чуть впереди, разрезая толпу как нож масло.

Лиретта не отставала, боясь потеряться в незнакомом городе. Конечно, Унами всегда найдет способ выбраться из закоулков, но уж очень не хотелось ударить в грязь лицом.

Выйдя на тротуар, Рикардо дождался свою спутницу и подал ей руку. Лиретта снова отказалась, но от внимательного аристократа не ускользнул досадный факт пропажи одной из важных составляющих гардероба.

— Ох, Лиретта. Ну зачем вы так. Сразу бы сказали, — улыбнулся Рик. — Тут по дороге есть галантерея. Не стоит вам беспокоиться о таких мелочах.

Лири залилась краской, но спорить не стала. В конце концов, мужчины любят чувствовать себя сильными и значимыми, почему бы не дать такую возможность Рикардо? Может быть, это план Логана по их сближению, только куратор, в лучших своих традициях, ничего ей не сказал?

Галантно открыв дверь, Рик пропустил Лиретту внутрь и зашел следом. В помещении пахло кожей, новенькими тканями, крахмалом и корицей.

— Выбирайте любые, — предложил Рикардо, приглашая Лири к витрине с перчатками.

Глаза разбежались. Хотелось и те с белоснежными кружевами, и вот эти с вышивкой, а как можно пройти мимо перчаток, расшитых бисером? Ох, если бы цены не были подписаны, Лиретта обязательно бы вляпалась в неприятную историю!

Включив рационалиста, она выбрала простые перчатки, подходящие по цвету под платье: темные, без вышивки. Главное, чтобы сидели хорошо. Пришлось перемерить несколько пар, прежде чем нашлись севшие как влитые.

Рикардо не глядя бросил горстку монет торговцу, и они вышли.

— Спасибо, не стоило. Я и сама могла купить, — неуверенно поблагодарила Лиретта.

— Чтобы приглашенная мной женщина тратила свои деньги? Увольте, род Вейлум еще не опустился на этот уровень. Это такая мелочь, мне будет приятно их вам подарить.

“Смотри как рисуется, — хихикнул Унами. — Так и распушает хвост. Индюк!”

— Все равно мне неловко…

— Если вам настолько неловко, то можете отплатить мне приятной беседой. Этого будет достаточно.

— Как будет угодно, Ваша Светлость, — Лиретта склонила голову в знак смирения и пошла следом.

В конце концов, этот разговор нужен и ей, нельзя упускать Вейлума из поля зрения, раз именно он стал ее целью.

— Рик, просто Рик, — поправил ее аристократ.

— Да, простите… — ответила Лиретта, чувствуя, как сердце колотится в груди.

Обостренное до предела чувство справедливости требовало сознаться во всех грехах, рассказать о причинах их дальнейшего общения и о том, что его семьей интересуется церковь. Но этот робкий писк затыкал долг, говорящий, что Вейлум всего лишь человек, один из многих. А ее настоящая семья, церковь, нуждается в информации.

— Вы выглядите грустной. Что-то случилось? — вновь попытался завести беседу Рикардо.

— Нет. Все в порядке… настолько, насколько может быть в порядке, когда жизнь может оборваться в любой момент.

— Вам кто-то угрожает?

— Нам всем угрожают, Рикардо. Если произошло уже два взрыва, за ними последуют еще. Не думаю, что стоящие за этим ужасом ограничатся разовыми акциями устрашения. Мой дом вряд ли можно назвать безопасным местом. Вы же знаете, что торговцы часто живут над своими же лавочками…

— Я думаю, этот вопрос можно будет как-нибудь решить. Но мы уже почти дошли. Давайте оставим все проблемы на улице и насладиться обедом? Говорят, волнение плохо сказывается на пищеварении, — усмехнулся аристократ, поднимаясь вместе с Лири по лестнице из белоснежного мрамора.

Лиретта опомнилась поздно и не успела прочитать вывеску. Рик вел ее вперед уверенно, словно он не раз бывал в этом заведении. Услужливый швейцар открыл перед ними дверь, и парочка оказалась в просторном холле.

В свете магических кристаллов паркет сверкал, словно праздничное дерево. Белые мраморные стены украшала мозаика из полудрагоценных камней и кристаллов. Лиретта не успела в полной мере налюбоваться этим великолепием, как к ним уже подошла девушка-администратор.

— Добрый вечер, Ваша Светлость, госпожа, — она дважды поклонилась вошедшим. — Позвольте мне проводить вас к столику. Следуйте за мной.

Лири с завистью разглядывала костюм незнакомки. Ткань добротная, однотонная, а вот крой у платья модный. Конечно, знатная дама такое не надела бы никогда, но вот дочь купца, которую изображала Лиретта, могла бы душу продать за этот изящный разрез до середины бедра, в котором мелькает ножка в чулке.

Бросив короткий взгляд на Рика, Лири убедилась, что его не интересует провожавшая их девушка. И это хорошо, завоевывать внимание Вейлума еще раз не придется. Да и не смотрит он на ту дамочку, только на нее. Это ли не счастье?

Их вывели к небольшому столику у окна.

— Нам нужно уединение, — то ли приказал, то ли попросил Рик, помогая Лиретте усесться.

— Конечно, Ваша Светлость. Ширмы сейчас принесут.

— Не заставляйте меня ждать.

Лири взглянула на своего спасителя другими глазами. Если совсем недавно он казался ей ласковым и обходительным, то сейчас она видела человека, привыкшего властвовать и получать то, что захочет.

— Как вам здесь, Лиретта? — задал вопрос Рикардо, чуть откидываясь на спинку стула и смотря на нее с прищуром.

— Красиво. Эти мозаики из камней. Никогда не видела такого разнообразия!

— Рад, что вам нравится. Я тоже люблю натуральные камни. В некотором роде это моя страсть. У нашей семьи добывающая промышленность: металлы, уголь, как повезет. С детства много времени проводил в шахтах.

— Почему? Вы же благородный господин? — удивленно спросила Лиретта.

Рик подтолкнул к ней меню.

— Выбирайте. А насчет вашего вопроса… Все просто. Если ты хочешь, чтобы работа была эффективной, надо знать о ней с самого низа. Конечно, отец не заставлял меня работать столько же, сколько и взрослых шахтеров, но в свое время я знатно намахался киркой и натягался вагонеток.

— И что в итоге? — шепотом спросила Лиретта, открывая толстую папку.

В животе неожиданно заурчало, и Лири смущенно отвела взгляд. Конечно, больничный завтрак сытный, но сколько времени успело пройти? А кофе с Логаном и едой-то не назвать.

— В итоге мы внедрили новые технологии, и темпы добычи увеличились. Мой отец остался доволен этим экспериментом, а я нашел маленькую страсть в камнях. Мне кажется, в них есть что-то от Триединых — они такие же загадочные.

— Не богохульствуйте, Рикардо! — возмутилась Лиретта.

— Что вы! Я всего лишь восхищаюсь частью замысла творцов. Ведь все, что окружает нас, создано ими, — примирительно поднял руки аристократ.

Тем временем принесли высокие ширмы и огородили столик от остального зала. Белоснежную ткань украшала вышивка крошкой натуральных камней, прекрасно вписавшаяся в общую атмосферу. Словно они оказались в маленькой комнатке, отрезанные от всего остального мира, ненавязчивой музыки и других гостей. Лиретта с интересом разглядывала яркие каменные картины, украшавшие стены и не уставала восхищаться мастерству их создателя.

— А вы, вы разбираетесь в минералогии?

— Боюсь, мне далеко до вас, — улыбнулась Лиретта, отводя взгляд в сторону.

“Молодец! — тут же похвалил Унами. — Все правильно делаешь, пусть почувствует себя умным!”

“Уна, но я ведь действительно не разбираюсь!”

“Зато я немного разбираюсь”, — гордо ответил мыш и замолчал.

— Вы уже определились? Самое время сделать заказ, чтобы мы могли наслаждаться и беседой, и едой.

— Тут слишком большой выбор, Рик, — обратившись по имени, Лиретта переступила в очередной раз через себя.

Нужно рушить барьеры, пусть он становится ближе. Ты должна очаровать его!

— Тогда позволите выбрать за вас?

— Конечно, целиком и полностью доверяю вашему вкусу.

— Замечательно, — Рик нажал на кнопку, и вскоре к ним зашел официант.

— Вы уже определились, Ваша светлость?

— Да. Овощную нарезку, мясную нарезку, даме утку в кисло-сладком соусе. Для меня котлеты по-альварански. Скажите повару, что это мой заказ, он приготовит так, как я люблю. К этому полусухое красное Леннотьен, думаю, пятилетней выдержки. На десерт мороженое с манго и ягодами альто.

Чем больше говорил герцог, тем больше округлялись глаза Лиретты.

— Вы решили откормить меня на убой, Рикардо? — осмелилась спросить Лиретта, когда официант ушел.

— Ох, вам не о чем переживать. Это все настолько вкусно, что еще захочется добавки! Здесь просто божественно готовят, — Рик бросил на нее короткий взгляд и посерьезнел. — Вам не о чем переживать, Лиретта. Здесь вам никто и ничто не угрожает.

— Конечно. Вряд ли один и тот же город взорвут дважды. Я понимаю это, но… — Лири замялась, подбирая слова. — Но все равно боязно. В этот раз мне повезло, вы оказались рядом. Второго шанса Триединые не дадут…

— Вы думаете, это было покушение на убийство?

— Что вы! — Лиретта протестующе замахала руками. — Конечно же, нет. Я не принадлежу ни к аристократии, ни к богатому купеческому роду. Но это ведь не мешает бояться? Даже вас посещают весьма странные мысли...

— Вы правы. Прошу меня простить, — Рик достал из нагрудного кармана магокнигу и завис над артефактом.

“Неплохо, неплохо. Дорогая игрушка”, — тут же прокомментировал Унами.

“Аристократ же. Думаю, мне церковь даст такую же для связи. Только менее громоздкую модель, чтобы внимания не привлекала”.

“Или будешь выходить в люди и видеться лично. Кто знает”.

Лиретта с любопытством поглядывала на своего спутника. Тот что-то печатал, но что именно, понять было сложно. Не заходить же ему за спину и не заглядывать через плечо. Да и Унами не пошлешь, слишком яркое освещение, точно заметят.

“Уна! Он же разбирается в камнях… прячься!” — отдала мысленный приказ Лиретта. Не хватало еще, чтобы ее уличили в обмане с самого начала знакомства.

“Опаздываешь, хозяйка! Я уже. Благо, у тебя пышная юбка, там легко спрятаться!”

“Умница, Уна!”

— Простите, дела не дают продыху, даже когда я нахожусь рядом с вами, — улыбнулся Рик, откладывая магокнигу. — Итак, на чем мы остановились?

— На минералах, — ответила Лиретта. — Вы хотели мне что-то рассказать…

— Ах да. Именно поэтому я и привел вас в Гемму. Здесь очень много красивых образцов. Вот это, например, бирюза, — изящным жестом он указал на голубой камень, изображавший воду на картине. —   довольно редкий, а этот оттенок и вовсе уникальный, вглядитесь…

 

Обед плавно перетек в ужин, а Рикардо все рассказывал про камни и рассказывал. У Лиретты начала кружиться голова спустя час, даже нежнейшее мясо птицы и легкое вино не добавляли ей оптимизма. Зато Унами доволен. Его комментарии на тему образованности герцога доводили девушку до зубовного скрежета. Но приходилось быть милой, да и рассказывал Рик со знанием дела. Ему бы лекции вести в каком-нибудь колледже или университете, а не тратить талант на нее одну.

Последнюю мысль уловил Унами и недовольно фыркнул:

“Вот именно! Цени то, что он для тебя делает!”

“Уна, я же ничего не запомню! Столько новых слов и информации!”

“А это не важно, главное, чтобы ты потом могла поддержать беседу. Попросишь повторить, если что”.

Лиретте оставалось только согласиться да иногда “случайно” сбрасывать на пол маленькие кусочки фруктов, чтобы сладкоежка не голодал.

— У меня обширная коллекция минералов. Я думаю, она вам понравилась бы…

— А можно будет взглянуть? — уцепилась за такую замечательную возможность Лиретта.

“Правильно. Попасть в его дом под любым предлогом. Вот это я понимаю церковная хватка!” — разошелся мыш под юбкой.

— Кстати об этом, — Рикардо вновь вернулся к магокниге и углубился в чтение.

Лиретта нервно сжимала и разжимала кулаки, стараясь внешне оставаться спокойной. В конце концов, что такого в том, что занятой человек отвлекается на деловую переписку? Или он ее все-таки подозревает? Соблазн отправить Унами в разведку был велик, но Лири держалась. Нельзя подставлять друга.

— Да, думаю вы сможете посмотреть на мои образцы, — отозвался Рик, откладывая артефакт в сторону. — Мы с отцом будем рады принять вас в нашем особняке в столице. К сожалению, я не смогу лично проводить вас туда, на завтра у меня планы. Но, думаю, вечером я уже буду свободен. Вы как раз сможете добраться на утреннем дирижабле, доедете до дома, отдохнете. Я отдам необходимые распоряжения слугам. Думаю, вам следует задержаться у нас на несколько дней. Моя коллекция обширная, за один вечер осмотреть всю не получится.

Рикардо улыбнулся, словно пытался поддержать Лиретту.

— Это очень щедрое предложение. Но не буду ли я стеснять вас своим присутствием? — робко спросила Лири, с трудом сдерживаясь от того, чтобы запрыгать на месте.

— Ох, право слово, это мелочи. У нас довольно большой дом, мы выделим вам отдельные апартаменты. Вы никому не помешаете.

— Спасибо, Рик… — пролепетала Лиретта в ответ.

Хотелось плясать от радости, ведь все прошло неожиданно легко, но все же торжествовать рановато. Мало ли, вдруг передумает?

— Не за что, — улыбнулся аристократ. — К тому же, вас вряд ли кто-то потревожит, тем более террористы. У нас хорошая охрана.

Хвост девятый. Целомудренное свидание

 

Дорога от ресторана до скромной гостиницы заняла около получаса. Лиретта чувствовала себя самой счастливой девушкой на свете. Ей нравилось внимание герцога, искренняя заинтересованность, забавные истории из жизни, которые он рассказывал. А еще Рикардо подарил букет роз. Как всегда, не глядя кинул несколько монет уличному торговцу и выбрал самый большой.

Унами тут же прокомментировал, назвав подарок веником. Лиретта улыбнулась, вспомнив предложение Унами. Да уж, веник ей достался знатный. Под такой не грех и забиться!

Закрыв дверь в комнатку, Лири поставила подарок в вазу. Жаль, такую красоту с собой не заберешь, слишком уж большой. Да и глупо так привязываться к маленьким подаркам. Лиретта старательно убеждала себя, что это именно скромный комплимент, а не что-то большее, иначе чувство неловкости сковало бы ее по рукам и ногам.

“Тоже мне, нюни развесила. То, что раньше никто не дарил цветов, не значит, что ты их не достойна. Просто так! — фыркнул Унами. — И вообще, откуда в монастыре цветы? С клумбы? Так тому, кто посягнул на нее, всыпали бы по первое число так...”

“Уна, там и мужчин-то не было. Разве что парочка старших исполнителей, а все остальное мы, женщины да старухи”.

“Вот именно. так что не раскисай. Считай, что это я тебе подарил!”

“Уна, ты не можешь… ты не поднимешь букет”.

“Знаешь, люди дома тоже не поднимают, но дарят же как-то!”

Лиретта не ответила, обижать друга тем, что у него еще и денег нет на такие щедрые жесты, не хотелось. Задержавшись на несколько минут у зеркала, она привела в порядок прическу, обновила стершуюся помаду и вышла на улицу.

Город все так же едва заметно гудел от напряжения. Прохожие по-прежнему избегали незнакомцев, подозрительно поглядывая по сторонам, словно это могло хоть чем-то помочь. Неприятное гнетущее ощущение не отступало, Лири казалось, что все вокруг хотят и ждут еще одной беды. От этого было не по себе.

 

Спустя пятнадцать минут Лиретта стояла на пороге парфюмерной лавки. За стеклами все так же темно, свет не горит, а оттого еще более волнительно было стучаться в дверь. К счастью, она оказалась не заперта. Оглядевшись по сторонам, словно воровка, Лиретта проскользнула в лавку.

Внутри было на удивление пусто. Слышны какие-то голоса, доносившиеся из-за закрытой двери за прилавком. Магазинчик совсем не охранялся, что удивительно: товар-то не из дешевых. Впрочем, вряд ли воришки могли увидеть это с улицы.

— Есть кто? — позвала Лиретта, двигаясь вперед. Она запомнила, где находится дверь в жилые помещения, но вламываться просто так, без приглашения, не решалась.

В углу что-то зашуршало, а после из-за двери выскользнул тощий как жердь бледнолицый мужчина в шляпе-котелке. Он сначала буркнул что-то непонятное, а после обернулся.

— К вам там гостья, госпожа Саттер. Я надеюсь, мы поняли друг друга, — ласково произнес он, поправил рукой в кожаной перчатке шляпу и буквально вылетел из магазинчика.

Следом показалась старушка. Она выглядела немного утомленной и взволнованной.

— Вернулась-таки, — бабушка попыталась нацепить маску сопереживающей и в каком-то смысле домашней наставницы, этакой пожилой леди, готовой прийти на помощь своей юной подопечной, но вышло как-то не очень.

— Да, простите… — Лиретта улыбнулась, пытаясь подбодрить старушку. — Кто это был?

Мужчина показался ей грубым и опасным. За ласковым тоном обычно скрывается яд змеи.

— Да пришел тут. Этот долговязый. Тьфу на него! Говорит, мол, мы с компенсацией по погибшим родственникам. Начал расспрашивать. И… — бабушка сжала губы. — Велел кое о чем не болтать. Сказал, буду болтать — сэкономят на мне, а может и чего похуже. Жуткий тип. Ох… никогда бы с такими не встречаться.

Пожилая женщина тяжело вздохнула и оперлась спиной о прилавок. На чуть морщинистом лбу отчетливо блестели две крохотные капельки пота.

— Вы одна в доме? — обеспокоенно спросила Лиретта, неосознанно поправляя шпильку в волосах.

То, что она узнала, определенно стоило бы доложить Логану. Но нужно ли его беспокоить лишний раз? Или дело может подождать?

— Я? Ах… да. Но этот твой знакомый, Дрейк, обещал вернуться вскоре… — как-то растерянно произнесла она и улыбнулась во весь рот. — Хочешь снова с ним повидаться?

— Было бы неплохо. Мне надо будет уехать, одним Триединым известно, когда еще удастся увидеться, — вздохнула Лиретта.

— Пройдем внутрь? — дружелюбно предложила старушка.

— Да, если можно. И я заберу, чтобы опять не забыть? — натянуто улыбнулась Лиретта, чувствуя себя не в своей тарелке.

С одной стороны, она пришла очень не вовремя, а с другой, словно сами Триединые привели ее в нужное место в нужное время! И как тут разобраться?

Как назло, Унами спал, вцепившись коготками за нижнюю юбку. У него помощи не допросишься. Старушка Саттер пригласила в уже знакомую комнату на четыре кресла. Ночью она выглядела немного зловеще. Дерево, растущее во внутреннем дворике, отбрасывало длинные узловатые тени. Правда, стоило включить свет, как неприятное ощущение пропадало, оставалась только легкая тревога.

Кофий хозяйка не предлагала, налила терпкого травяного отвара и поставила на стол вазочку с печеньем.

— Ешь, милая...

 

Логан появился практически через час, в плаще и с какой-то деревянной коробочкой за пазухой, которую он без церемоний поставил на стол сбоку от себя, стараясь не выпускать из виду. Старушка уже успела налить чай: ей нужно ощущение безопасности, и кто, как не Дрейк, мог его обеспечить.

— О, Лири, ты уже тут! Что у вас нового? — поинтересовался он, едва ли не в упор игнорируя обеспокоенность бабульки. Вероятно, нарочно.

— Зашла забрать покупку. И попрощаться. Как день?

Лиретта бросила вопросительный взгляд на куратора, перевела его на коробку и потом снова посмотрела на Логана. Очень интересно, что же скрывается внутри, но спрашивать при Саттер она не решилась.

— Было много дел, — сухо ответил оперативник.

Старушка, наконец, не выдержала:

— Между тем, ко мне зашел странный мужчина и… — тут она скосила глаза на Лиретту. Дрейк несколько секунд поколебался и все-таки махнул рукой с таким видом, мол, это влюбленная дурочка, она завтра же все забудет. — Он спрашивал о моих родственниках, погибших во время взрыва в Северном Лиффренте, и…

Слова давались женщине тяжело. Она явно успела повидать всякое, и уже отплакала свое, но какое-то жуткое ощущение того, что она больше не увидит родных, снова подступало к ней, и лишь вышколенный годами самодисциплины профессионализм не позволял ей выдать своих чувств.

—...и он сказал, что от лица муниципалитета вышлет компенсацию за погибших, и попросил уточнить немного о них для составления памятных листовок и эпитафий. Мне было жуть как интересно, и я — дура старая — спроси у него: мол, слышала, что девочки выжили, нет ли среди них моей родственницы? Он сначала ответил, что да, была, Чарлайн Саттер. Хотела сказать, мол, кто она такая, но потом решила промолчать. А он пишет себе, пишет, спрашивает о погибших, заполняет что-то в своей книжище. Такая здоровая, в кожаном переплете, вот такой толщины!

Лиретта притихла и внимательно слушала. Как бы сейчас пригодился Унами с его хорошей памятью!

Женщина выразительно показала толщину пальцами.

— И вдруг меняется в лице и спрашивает у меня, что рассказывали родственники о девочке. Как к ней относились. Так спрашивает, мне аж страшно стало. В общем, понял он, что я до чего-то догадалась, и говорит мне такой: ты, бабка, получишь свою компенсацию, но о девочке лишний раз не волнуйся, не беспокойся, не спрашивай. Она в надежных руках. А ты как жила, так и живи, сделай вид, что как не знала о ней, так и не знаешь все еще. И угрожал последствиями, если вдруг кому-нибудь расскажу.

Логан покачал головой и выразительно посмотрел на Лиретту. В его глазах читалось: “Блин, эти уроды точно не храмовники”. Но вставал вопрос, кто тогда?

— Интересный человек, — хмыкнула Лиретта. — А описать сможете? Я бы попробовала нарисовать.

Она кинула короткий взгляд на куратора. Мол если что, всегда может ее послать куда подальше с этими предложениями. Но не зря же их с девочками три раза в неделю усаживали за мольберты и требовали портретного сходства с моделями? Может быть, пригодится наконец-то?

Женщина заколебалась.

— Я точно не помню… постой! Ты же видела его, он выходил как раз, — произнесла она, с мольбой обращаясь к девушке. Логан едва заметно нахмурился: то, что Лири с ним пересекалась, означает и то, что он видел саму Лиретту.

— Видеть-то видела, да мельком, — задумалась Лири, взяла протянутые лист и карандаш. — Высокий… Тощий, нет, скорее жилистый. У тощего не было бы такой скорости. Волосы… темные, скорее всего коричневые, не черные… Да и все, пожалуй. Только шляпу-котелок и помню.

Бабушка тут же подсказала одно. Затем другое и третье. На поверку ее память оказалась куда глубже и внимательнее к деталям. Не укрылся от нее и странный браслет на левой руке, очень похожий на нефритовый, с каким-то изображением, которое она толком не смогла разглядеть. Чуть погодя вспомнился шрам на мочке левого уха и, наконец, тот факт, что гость на самом деле лысый и носил котелок с полями, пытаясь скрыть этот досадный факт. Да и, судя по вмятинам на лысине, либо ему крепко досталось когда-то, либо он вовсе не идеален… как человек.

Логан с каждой деталью хмурился все сильнее и спешно фиксировал все, что озвучивалось, в небольшую карманную записнушку. Лиретта же старалась не упустить ни одной подробности. Судя по тому, как посерьезнел куратор, дело дрянь.

— Это все? — уточнил он у госпожи Саттер. Получив подтверждение, протянул руку Лиретте и мягко, совсем по-дружески попросил. — Покажи, что получилось.

—  Вот, — Лири протянула лист. — Он похож на того, кого я видела… и в то же время не похож. Странное ощущение, как будто как в детской сказке взгляд отвели.

— Бывает и так, — с умным и на редкость невозмутимым видом ответил Логан, почесывая чуть саднящий с утра подбородок. Видимо, он не очень удачно провел лезвием где-то на шее, и теперь это его беспокоило, — Леди Саттер, мы с Лиреттой должны переговорить еще немного с глазу на глаз. Вы не против?

Бабушка только обреченно вздохнула, она явно все еще немного переживала, и вышла в коридор. Судя по звукам, она сняла ключ и отправилась закрывать магазинчик. Рабочее время уже закончилось.

— Вас что-то беспокоит? — выпалила Лиретта, стоило хозяйке покинуть здание. — И… если она закроется, как я пойду к себе?

— Через внутренний двор. Я провожу, — сухо ответил Логан и испытывающе взглянул на Лиретту. — Как  встреча?

— Он такой ми-илый, — протянула Лири, искоса поглядывая на куратора. — И умный. Чувствую себя рядом с ним дурой.

Куратор несколько секунд просто смотрел в глаза собеседнице, с трудом пытаясь не рассмеяться. В его голове крутились странные мысли: это выглядело как балаган, в котором он играл роль заботливой мамочки — и чутка переигрывал — а Лиретта — влюбленной девочки — и тоже переигрывала.

— О чем вы говорили? — продолжил он, старательно отыгрывая роль, но не выдержал, прыснул в конце фразы.

— Ничего смешного, — нахмурилась Лиретта. — Говорили о минералах. Вот вы можете назвать все месторождения бирюзы?

— Мне потребуется около получаса, чтобы навести справки, если такие данные будут важны, — ответил он, однако, приняв критику. — Ему интересны о минералы, и он и говорил о них, верно? А ты сама как реагировала?

— Ну… мне тоже интересно. Поняла, что… — она хотела сказать, что стоит лучше прятать Унами, но прикусила язык. — Поняла, что с ним есть о чем поговорить. Это уже неплохо. Не так ли?

— Так, — Логан задумался о чем-то и кивнул. — Как считаешь, у тебя получится пробиться к нему во владения и удержаться там хотя бы какое-то время?

— Уже получилось. Он меня в гости пригласил смотреть на камни, — не без должной гордости отозвалась Лиретта.

— Пре-вос-ход-но! — по слогам произнес Логан, каждый раз беззвучно хлопая в ладоши, а после заговорщически улыбнулся и навис над столом, приблизившись к воспитаннице лицом. — Напоминает ловушку, да?

— Волков бояться — в лес не ходить. Даже если это западня, то у меня нет выбора.

— Верно, верно… — Логан примирительно склонил голову.

Попытки как-то поддержать воспитанницу, похоже, не были успешны, и все, что ему оставалось, так это смотреть на Лиретту и надеяться, что ей повезет. Или что хотя бы принятые его коллегами закулисные меры безопасности смогут вытащить Лиретту в случае чего. Постучав пальцами по столу, он наконец спросил:

— Так как, тебе уже стоит выдать инструмент для опознания артефактов?

— Не будем рисковать. Мало ли что может случиться. А если я попаду в западню, лучше удирать одной, чем в компании ценных вещей. Разберемся на месте, — отметила Лиретта, пытаясь выгадать себе возможность и право выходить из особняка.

— Я надеюсь, это обдуманное решение, — спокойно воспринял отказ Логан и откинулся в кресле, сложив ладони перед собой в замок. — Ты считаешь нужным сказать что-то еще? Может, какие-то просьбы? Пожелания?

— Верьте в меня, куратор. Я обязательно справлюсь, — с тоской ответила Лиретта. — Я, может быть, и дурочка, но дурочка сильная.

Мужчина только кивнул, с какой-то чуть грустной улыбкой глядя на воспитанницу.

— Не сомневаюсь, у тебя все получится. Главное — верь в свою неотразимость. И не мешай “избраннику” рассказывать тебе о чем бы то ни было, даже если станет скучно. Будь прекрасной слушательницей. Это хороший ключик... в твоих руках.

— Мужчины любят ушами. Я знаю. Проводите меня? Утро обещает быть сложным.

Логан кивнул, напомнил не оставить покупки и вывел Лиретту на улицу. Не забыл куратор и забрать портрет, посчитав его важной уликой. Первая ночная прохлада успела пронестись по городу, оставив после себя ощущение свободы и легкости.

“Как думаешь, Уна, этот странный тип как-то связан с последними терактами?” — обеспокоенно спросила Лиретта, уверенным быстрым шагом пересекая улицу.

“Кто знает. Я бы не исключал. В конце концов, на все воля Триединых”, — смиренно ответил мыш.

“Опять паясничаешь. А ведь я серьезно!”

“Если серьезно, то приди домой и нарисуй его еще раз. Тебе его портрет тоже не помешает”.

“Ла-адно”, — недовольно протянула Лиретта, чувствуя, как ноги постепенно начинают гудеть.

За день она успела изрядно находиться, и даже постоянные тренировки при монастыре не сделали это испытание менее выматывающим! Одно дело бежать несколько километров, и совсем другое, передвигаться по городу в туфлях на каблуке в длинной тяжелой юбке!

Но в совете Унами было рациональное зерно. Поднявшись в комнату, Лиретта достала этюдник и повторила рисунок. Как ни странно, занятие успокаивало и дарило приятное чувство расслабленности.

Хвост десятый. Незнакомец в котелке

 

Утро началось с недовольного писка летучего мыша и его криков в голове о том, что они опоздают.

“Спасибо, Уна, что бы я без тебя делала!” — подумала Лиретта, как ужаленная подскакивая с постели.

К счастью, на часах всего лишь полшестого утра. До отправления в восемь с приличным хвостом еще долго. Но Лири знала, что лучше проторчать час на причале, чем опоздать. Дирижабли никогда не задерживались, это было их своеобразной отличительной чертой. Если поезд мог нагнать потом на ровном участке, то воздушный корабль летел размеренно и неторопливо, не доставляя неудобств своим пассажирам.

Хоть вещей было и немного, воспоминания о неприятно ноющих руках все еще жили. Побросав в чемодан так и не пригодившиеся платья и прочие мелочи, Лиретта надела дорожный костюм серого цвета с провокационными расклешенными брюками, походящими издалека на юбку, заколола в волосах вуаль и спустилась в холл.

Администратор дремал за стойкой, нервно всхрапывая. Лири недовольно постучала ключами о лакированное дерево, мужчина подскочил и сонным взглядом уставился на гостью.

— Уже уезжаете? У вас же еще на три дня оплачено, — с трудом подавляя зевоту спросил он.

— Да. Дела. Жизнь не стоит на месте.

— Боюсь, вы не предупредили меня вчера вечером, и я не смогу вернуть полагающуюся часть средств за отмененную бронь.

— Ох, какие мелочи, — улыбнулась Лиретта. — Вышлите на счет в банке, с которого производилась оплата. Вот ключи.

— Леди, вам нужен извозчик? — опомнился администратор, представив, как часть суммы может осесть у него в кармане.

— Нет. Здесь недалеко, я дойду сама.

— Но неужели вам не страшно ходить без сопровождения после случившегося?!

— Нет. Двум смертям не бывать, а от одной даже за семью печатями не скрыться. Все будет в порядке, не переживайте. Лучше позаботьтесь о хорошей охране, раз спите посреди рабочей ночи.

Мужчина принялся оправдываться, но Лиретта не слушала его, погрузившись в свои мысли. Утренняя прохлада бодрила, теплые солнечные лучи обещали хороший день, а пустынные улицы легкую дорогу.

Чемодан с каждым шагом неприятно бил по голени, и Лири с тоской вспоминала вещицу одного из исполнителей: такой же чемодан, только на колесиках и с ручкой, чтобы тащить его за собой. Конечно, у бедной девушки такой модной игрушки быть не может, но помечтать никто не запретит.

Тяжелее всего оказалось на причале. Лифт с утра сломался, и пришлось тащить чемодан наверх. А это, между прочим, высота пятиэтажного дома. В столь ранний час не нашлось никого, кто был бы так же галантен, как Рикардо Вейлум, и никто не предложил руку помощи. А еще Лиретта волновалась, что не будет билетов, и все ее потуги окажутся напрасными. Конечно, церковь обязательно об этом позаботится, вряд ли куратор Логан допустит провал. Но случиться может всякое.

К восьми утра прибыл огромный, блестящий в лучах рассветного солнца, дирижабль. Лири восхищенно наблюдала за тем, как он медленно опускается, как матросы привязывают его к причалу толстыми канатами. Сердце уходило в пятки при одной мысли о том, что скоро она окажется в воздухе, а до земли будет несколько сотен метров. Лиретте не доводилось летать раньше, и она изрядно нервничала и даже втайне желала, чтобы на нее не хватило билетов.

Аристократы вальяжно располагались в больших каютах на верхних палубах, а людям попроще предлагались маленькие клетушки на второй. Те что подешевле находились рядом с кухней, и в них всегда стоял ровный гул. Хуже место было только у моторного отсека.

— Добро пожаловать, мисс. Ваш билет? — выдернул Лиретту из размышлений молодой матрос, стоящий внизу посадочного трапа.

— Я надеялась купить его здесь. Это возможно?

Парнишка растерялся, достал из стоящего рядом портфеля папку и принялся в ней что-то выискивать. Толпа позади недовольно загудела. Лиретта шумно выдохнула, пытаясь успокоиться. В конце концов, она не виновата, что пришла раньше! Нечего было спать.

“А ну уйми свою гордыню. Это я тебя разбудил, а не ты сама озаботилась ранним подъемом!”

“Уна, я просто волнуюсь!”

“Даже когда ты волнуешься, нельзя забывать о том, что ты человек!”

“Сложно быть человеком, когда ты на поводке у церкви”.

— Да, еще есть пара мест.

— Замечательно. Запишите на счет, — Лиретта наклонилась и написала имя. — Думаю, с этим не будет проблем.

Не дожидаясь ответа, она проскользнула на трап и направилась в сторону дирижабля. Одного короткого взгляда вниз хватило, чтобы сердце ушло в пятки. Высоко-то как. А ограждения, хоть и по плечи, но все равно такие низкие, что можно сорваться в пропасть.

“Да не упадешь ты. Почему множество людей ходить и не падает, а ты упадешь?”

“Потому что я очень везучая?” — предположила Лиретта, старательно глядя вперед. Сердце колотилось в груди, хотелось сорваться на бег, но девушка шла нарочито медленно, с видимым усилием передвигая чемодан.

“Скорее ты большая выдумщица. Любовь же вот выдумала…”

“Не выдумывала я. Он ведь такой обаятельный и внимательный! Я же ему нравлюсь! Уна, ну ты же видел. Нравлюсь?” — с надеждой спросила Лири, ступая на борт дирижабля.

— Добро пожаловать, мисс. Ваш билет?

— Я выкупила тридцать седьмую каюту только что. Надеюсь, это не станет проблемой? — мило улыбнулась Лиретта, позволяя себе опереться о толстые металлические перила.

Матрос перекинулся с коллегой, стоящим на причале, получил от него подтверждающий кивок, ловко подхватил чемодан Лиретты и поспешил в нужном направлении.

— Добро пожаловать на борт. Надеюсь, полет будет комфортным.

— Благодарю.

Лиретта поспешила закрыться в каюте. Крохотный иллюминатор под самым потолком пропускал мало солнечных лучей, но включать магический светильник не хотелось. Глаза слипались из-за недосыпа. До столицы было около двенадцати часов пути, значит, можно подремать

Она стянула платье, повесила его на вешалку. В шкафу лежал комплект чистого постельного белья. Привычными отточенными движениями Лиретта натянула его на койку, забралась под тонкую простыню и провалилась в сон.

 

Вдоволь нанежившись, Лири привела себя в порядок и вышла к обеду. В зале-ресторане собралась толпа. Пожалуй, стоило проснуться пораньше, но кто знает, когда выдастся такая прекрасная возможность побездельничать? Вряд ли скоро. Как только она вступит на территорию Вейлумов, о беззаботных днях придется забыть. Надо будет держать ухо востро.

Облокотившись о перила, Лиретта наблюдала за облаками, клубящимися внизу. Они совсем не похожи на то, что доводилось видеть с земли. Логан как-то говорил, что снаружи должно быть холодно, и люди чувствуют себя комфортно только потому, что дирижабли защищают куполами как и города.

“А там о тебе говорят!” — неожиданно подал голос Унами.

Лиретта вздрогнула и принялась крутить головой.

“Да спокойнее ты. Хочешь спугнуть что ли?”

“А что говорят, Уна?” — тут же притворилась ветошью Лири, старательно считая деревья, растущие возле широкой дороги внизу.

“Что ты вертихвостка, умудрившаяся окрутить одного из влиятельнейших аристократов, — хихикнул летучий Мышь. — Что нет в тебе ничего, не красоты, ни ума…”

“Да как они смеют!”

“Вот так и смеют. Это ревность. Будь готова. Логан, конечно же, не додумался предупредить тебя о такой мелочи. Мужчинам вообще не свойственно ревновать, знаешь ли. Так что улыбайся и будь милой. Тебе нельзя показывать им свои слабые стороны!”

“И зачем ты мне это рассказал?” — неожиданные новости настроение не улучшили. В душе остался неприятный осадок, словно с головой окунули в ванну с тальком и он забился в волосы.

“Чтобы не думала, что все тебе рады, конечно же! — фыркнул Унами. — Только посмотрите на нее. Ведешь себя как избалованная принцесса. А все почему? Потому что вас в церкви слишком сильно опекали. Неужели не ясно, что герцог для многих лакомый кусочек, и просто так тебя рядом с ним терпеть не будут? Нужно подключить обаяние и завладеть сердцами толпы”.

“Но… разве это не подлость, Уна?” — растерянно спросила Лиретта, косясь на двух сплетничающих кумушек.

“Нет. Это один из способов выживания. Надо быть милой, щедрой, доброй, но в то же время не позволять садиться себе на шею. Это же так просто!”

“Ага… проще сказать, чем сделать. Я ведь их совсем не знаю!”

“Зато они знают тебя. Улыбайся. Что нос повесила? Как минимум, ты под защитой церкви! Они тебе точно ничего не смогут сделать. Хочешь же после нескольких заданий получить вольную? Так и учись жить в мире людей!”

“Спасибо, Уна. Я постараюсь”.

Очередное наставление оказалось как раз кстати. Оно немного отрезвило Лиретту, девушка взбодрилась и пошла в ресторан. В животе неприятно тянуло, голова кружилась, все же до обеда без завтрака не так-то просто протянуть, а она так торопилась, что в спешке забыла поесть.

“Уна, а видел, что писали в газетах?”

“Нет. А надо? Ты можешь купить одну. Это модно — почитывать что-нибудь за едой. Думаю, они тут проглаженные, руки и перчатки не испачкаешь”.

Лиретта так и поступила. Заказала скромный обед и прессу. С одной стороны, новости никогда не помешают, с другой, бумагу можно использовать как щит от внешнего мира.

“Кристоф Матье разорвал помолвку с Эмилией Артьен. Вот это новости!” — мысленно воскликнула Лиретта.

“Ну… не брак же. Нас не это интересует. Что там про тебя написали?”

“Да-да, слушай… После недавнего взрыва в Фронтвиле многие пострадавшие отметили новую замечательную пару. Молодой сын сенатора Вейлума спас из затруднительного положения леди Лиретту Макфор. Судя по всему, между молодыми людьми возникло взаимное притяжение, ведь спустя всего сутки их видели вместе в ресторане “Гемма”. Что же происходило за высокими ширмами? Ну и да… подпись Йозефа… кто бы сомневался, что он перевернет все с ног на голову! Дальше даже читать не хочется!”

“Ну и не читай. Основное ты знаешь. Тебя выставили меркантильной интриганкой, ищущей денег и легкой наживы. Это один из образов, подумай, хочешь ли ты его принимать”.

“Конечно же, не хочу!” — возмутилась Лиретта

“Тогда тебе придется искренне его боготворить. И постараться избегать дорогих подарков. И это только начало”, — хихикнул летучий мышь и замолчал.

Хвост одиннадцатый. Полет

 

За окном медленно темнело. Мир погружался в вязкие сумерки, наполненные запахами свежести, трав и машинного масла. Последний, казалось, преследовал Лиретту. Ей чудилось, что вещи впитали в себя ароматы дирижабля, и теперь она сама стала немножечко дирижаблем. Конечно, это все глупость, но даже духи не могли перебить этот прогорклый аромат.

В столице людно, словно бушующее море, состоящее только из людей. И оно бурлило. Все куда-то спешили, уличные торговцы расхваливали свои товары, пытаясь привлечь внимание. Прислушавшись, Лиретта поняла, что цены завышены. Не сильно, но достаточно для того, чтобы выбраться со столичной пристани и купить что-нибудь в другом месте. Впрочем, для провинциалов, впервые попавших в крупный город, это было в новинку, и они радостно приобретали пирожки, сувениры и прочую дребедень.

“Или не все такие нищие как ты и их время стоит дороже, — тут же добавил ложку дегтя Уна. — Иногда бывает так, что проще взять здесь и сейчас, чем искать что-то подобное, но подешевле”.

“Я знаю, Уна. Но это ведь не ручная работа, фабричное. Так что найти что-то в этом духе должно быть нетрудно”.

“Вопрос не в трудностях, а в том, чтобы найти. Тебе бы вот, например, пригодилась карта”.

“Зачем?”

“А то ты знаешь, где находится особняк Вейлумов? Ты же адрес не спросила”.

“Да, но можно нанять извозчика”.

“Это ты, конечно, права. Но ты вроде бы не собиралась создавать образ транжиры, не так ли? Тогда лучше воспользоваться городским транспортом и пройтись. К тому же это может пойти на пользу еще и в том плане, что ты можешь сослаться на усталость и уйти в ванну. Время на подумать тебе, время пофантазировать ему. Не находишь, что это хороший план?”

“Ну, звучит здраво. Жаль я сама об этом не подумала. Слишком я неопытная… и наивная. И на что только рассчитывает церковь?”

“На верность и обучаемость, конечно же. Ты ведь не предашь Триединых? Да и куратора Логана не бросишь”.

“Как можно, Уна! Он ведь столько для меня сделал!”

“Вот то-то и оно. Давай, топай за картой, а потом на трамвай”.

Спустя несколько минут чемодан вновь напомнил о своем весе, но Лиретта старалась не подавать виду. Выторговала скидку на карту, отошла в сторону и принялась ее изучать. Унами высунул голову из выреза платья и присоединился.

“Вон там, в левом верхнем углу. Где еще парк и поместья других сенаторов. Туда только один трамвай идет, девятнадцатый. Ну-ка ищи остановку поблизости!” — принялся руководить летучий мыш, возомнив себя начальником операции по охмурению Рикардо Вейлума.

Лиретта не сильно возражала. Она всегда чувствовала себя скромной и не выделяющейся ученицей монастыря.  У многих девочек были свои секреты, мутации, одобренные церковью или еще что-нибудь. Конечно, наставники приказывали их скрывать, но шила в мешке не утаишь. Если ты видишь в темноте, то рано или поздно проколешься… И таких полезных мутаций было великое множество. Жаль только, Лиретте ничего не перепало. По крайней мере, она подобного не замечала, хотя надеялась до последнего.

“Опять замечталась. В тебя верят, а ты сопли на кулак наматываешь. Слушай, если не доверяешь церкви как организации, то хотя бы куратору верь. Логан не тот человек, который послал бы на смерть. Не зря же он у тебя переспрашивал много раз. Просто расслабься и получай удовольствие. Вейлум же пока не тащит тебя в постель, так что ничего страшного не происходит”.

“Все равно очень волнительно. Вдруг я ему не понравлюсь?”

Подхватив чемодан, Лиретта пошла в сторону остановки. Город переливался разноцветными магическими огнями. Вывески манили, хотелось заглянуть и в ту лавку, и в тот магазинчик, но Лири старательно себя одергивала. Она понимала, что столица должна быть одним из самых безопасных городов Империи, вот только “должна” и “была” не одно и то же. Особенно после последних взрывов. Надо держать ухо востро.

Добравшись до островка остановки, Лиретта подняла на него чемодан и встала поодаль от толпы. Логан говорил, что лучше быть с людьми, но не сливаться в безликую массу. Так безопаснее. И Лири старалась не забывать об этом ни на миг, нельзя допустить прокола.

В больших городах прелесть сумерек мимолетна, вот совсем недавно над головой было голубо-фиолетовое небо, а спустя мгновение в нем вместо солнца десятки и сотни фонарей, а светлячков заменили яркие разноцветные вывески. Не сказать, что это было плохо. Просто не так, как привыкла Лиретта.

С протяжным скрипом подъехал вагон трамвая с большим баком дыхания богов на крыше. Если смотреть внимательно, можно увидеть вязь защитных контуров на случай грабителей. Да и насколько было ей известно, трамваи используют разбавленный вариант энергии, толку от него мало.

Тем временем люди принялись загружаться в транспорт. Лири приготовилась остаться одна, но потом опомнилась и тоже поспешила внутрь. Цифра девятнадцать на лобовом стекле красноречиво говорила о том, что это именно ее средство передвижения.

Прилипнув носом к удивительно чистому стеклу, Лиретта рассматривала свой новый дом. Трамвай покачивался, унося ее прочь от яркого вокзала в тихие жилые кварталы. Постепенно пропадали пестрые вывески, дороги становились уже, дома, наоборот, повыше. Вместо скверов и аллей редкие чахлые деревца, а то и вовсе пеньки от них. Иногда на мостовых появлялся мусор.

Народ в вагоне тоже менялся. Людей среднего класса становилось все меньше, их места занимали бедняки, не иначе. Простые застиранные одежды, усталый голодный взгляд, в котором читалось только желание заработать на кусок хлеба и крышу над головой. Среди них иногда можно было заметить более уверенных в себе: осанка прямая, осмысленный взгляд, но все равно полный усталости. Гнетущее впечатление, словно не люди, а машины, у которых даже вечной жизни нет, а только возможность сломаться в любой момент.

“Опять загоняешь себя в тоску. Конечно, такая клуша не понравится Рикардо. В девушках ценят молодость и их смех. Ты должна радовать его, а не быть источником проблем”.

“Уна, я просто думаю о жизни вокруг. Грустно, когда у одних, в духе Вейлумов, есть все, а другие иногда и миску баланды не получают за день”.

“Это жизнь. Смирись и пытайся сделать ее лучше доступными методами. Например, не проморгай своего Рика!”

Тем временем трамвай пересек широкий мост и въехал в квартал поместий. Лиретта снова прилипла к окну. Переход от бедной жизни к роскоши вызвал у нее шок. Совсем недавно было темно и мрачно, а вот фонарей за окном столько, что светло как днем! Живые изгороди поражали воображение. Фантастические твари, сложные геометрические фигуры. И все это в окружении ярких пятен цветов.

Запахи тоже изменились. На место сырости пришел нежный аромат лилий и жасмина. Хотелось выскочить и побежать к огромным клумбам, уткнуться в них носом и вдыхать, вдыхать.

“А ну не раскисай! Нам еще две остановки. Поместье Вейлумов в самом конце маршрута. Оттуда еще топать придется. Райончик-то дорогой. Вполне себе неплохо для жизни. Заметила, над ним еще дополнительный купол!”

“Прости, не обратила внимания. Надо будет потом присмотреться. Погоди, то есть мы проходили через грань купола?” — испуганно спросила Лиретта.

“Ну да. А что в этом такого, часто переходим. У новых моделей никаких побочных действий. Ты же знаешь”.

Впрочем, времени и сил на волнение скоро не осталось. Трамвай докатился до кольца, последние пассажиры покидали вагон. Лиретта не отставала. Она слилась с толпой горничных и лакеев, единственное, что выделяло ее, это увесистый чемодан.

Оказавшись на тротуаре, она осмотрелась, приняла подсказку Унами по направлению и уверенно двинулась вперед. Дорожка постепенно становилась уже, дома по бокам стояли все дальше друг от друга. А воздух, какой чистый он там был! Пьянящий, хмельной, такой густой, что кружилась голова. А сердце замирало из-за предстоящей встречи. Лиретту бросало то в жар, то в холод, и она не представляла, что будет, когда она увидит Рика.

“Главное, лужицей не растекись, кисельная барышня”, — хихикнул Унами, подхватив словечко Логана.

Идти пришлось минут пятнадцать. Лири в очередной раз подумала, что будь у чемодана колеса, она бы добралась быстрее и с меньшими проблемами. После очередного десятка шагов Лиретта подняла взгляд, надеясь увидеть массивный забор, окружающий поместье.

“Да нет, тут, скорее всего, магическая защита. Проходишь, а про тебя сразу же узнают. И если не звали, то тут же выставляют. Так что не раскатывай губу”, — прокомментировал Унами.

“М-да, дорогое удовольствие. Еще метров четыреста назад там были обычные заборы”.

 

Впереди виднелся роскошный особняк, обшитый белым мрамором. В ночи он выглядел особенно нереально, словно кто-то уронил пломбир в ежевичное варенье.

“Уна, а если он не ждет?”

“Вот когда узнаешь, что не ждет, тогда и будем думать! Слушай, никаких проблем нет, а ты уже извелась. Разве это дело? Не был бы мышью, нажаловался бы на тебя Логану!”

“Не надо! Я просто размышляю…”

“Размышляет она, как же. Думай лучше о том, где тебя поселят, что дадут на ужин, поговорит ли он с тобой перед сном. Вот это размышления. А у тебя жалость и желание поныть!”

Лиретта ничего не успела ответить. На широком крыльце показалась пара. Сердце пропустило несколько ударов, Лири прибавила шаг, чтобы вскоре встретиться с Риком.

Аристократ нес массивный чемодан, а рядом с ним шла девушка. Лет двадцать, ну двадцать пять максимум, ровесница Лиретты. Пышная юбка платья колыхалась при каждом шаге, словно медуза в воздухе. Обилие рюшей и кружев только усиливало это сходство. А какая у нее тонкая талия. Лиретта сразу же почувствовала себя той еще свиньей, жирной и раскормленной, даже не думая о том, что дело все в тугом корсете, утягивающем, где надо, да еще соблазнительно приподнимавшем полушария груди. В руках незнакомка держала зонтик, постукивая им по камням дорожки на манер трости. Девушка о чем-то оживленно переговаривалась с Риком, но как только увидела Лиретту, замолчала, поглядывая на нее свысока.

От ее высокомерия по спине пробежали мурашки. Лири не надо было говорить, что в своем простом платье она проигрывает незнакомке по всем фронтам.

— Рад, что ты приехала. Проходи, — сухо поздоровался Рикардо, кивнул в сторону дома и ушел дальше по дорожке с незнакомкой.

Спутница Рика обернулась, демонстративно погладила белоснежные волосы, бросив недовольный взгляд на Лиретту, оскалилась и отвернулась.

“И что это было?” — в ужасе спросила Лири, чувствуя, как немеют ноги.

“Чемодан подхватила! — рявкнул на нее Унами. — И пошла в дом. Что бы это ни было, тебе надо выполнить задание Логана и проникнуть в поместье Вейлумов. Не упусти этот шанс!”

"Уна, он что, действительно такой бабник, как писали в досье? Я буду одной из многих? Проклятье! За что мне это?"

Розыгрыши
и конкурсы
Эксклюзивные
предложения
Только интересные
книги
Скидки и подарки
постоянным покупателям