0
Корзина пуста
Войти | Регистрация

Добро пожаловать на Книгоман!

Или войдите через:


Новый покупатель?
Зарегистрироваться
Главная » 2. На службе их величеств (эл. книга) » Отрывок из книги «На службе их величеств»

Отрывок из книги «Оборотная сторона луны. На службе их величеств (#2)»

Автор: Романовская Ольга

Исключительными правами на произведение «Оборотная сторона луны. На службе их величеств (#2)» обладает автор — Романовская Ольга Copyright © Романовская Ольга

Королева Раймунда с такой силой сжала ладонь, что едва не поранилась. Камень перстня оставил глубокий красный след на нежной коже.

Глаза Раймунды пылали гневом. Поднявшись, она склонилась над светящимся шаром и прошипела, не скрывая чувств: «Хоть на что-то ты годен?! Если не можешь, найду другого. Пошел прочь!»

Ударив по хрусталю, грубым образом оборвав связь, королева отошла к окну. За ним раскинулась Наисия. Снег укрыл столицу пуховым одеялом, наградил искрящейся россыпью серебра на крышах и кронах деревьев.

Из покоев Раймунды была видна река, и королева сейчас следила за крохотными темными точками на льду – катавшимися на коньках горожанами. Если бы захотела, она услышала бы их смех: зимний воздух облегчал работу мага, помогая усиливать звуки, но зачем тратить силы на безделицу?

Над королевским парком пронесся всадник на крылатом коне. Кто-то из высшей знати, потому как любому другому подобное лихачество стоило бы нешуточного наказания. Всадник натолкнул Раймунду на мысль. Хлопнув в ладоши, она вызвала фамильяра. Дух появился сразу, почтительно спросив, что угодно госпоже.

— Найти оборотня. Того самого, чью девицу ты сопровождал на ужин. И передать письмо. Жди!

Королева подошла к секретеру, задумалась и не потянула руку к гербовым листам, а достала из потайного ящика пергамент тончайшей выделки. Раймунда с любовью коснулась пальцами желтоватой кожи и вывела на ней две руны – Огня и Молчания. Касание волшебной палочки заставило их вспыхнуть и, почернев, исчезнуть. Не удовлетворившись этим, королева провела ладонью над пергаментом. Пальцы окутал голубоватый дымок и туманом опал на секретер.

«Artegero», — на выдохе произнесла Раймунда и с удовлетворением рассмотрела творение своих рук. Теперь письмо окажется тайной для всех, кроме адресата, да и тот на следующий день найдет лишь горстку пепла.

Обмакнув перо в чернила, королева ровным, аккуратным почерком, которому позавидовал бы любой писарь, вывела на пергаменте:

«Уважаемый профессор Тревеус Шардаш!

Полагаю, вы не откажитесь послужить на благо королевства? Учитывая ваше прошлое и настоящее, рассчитываю получить положительный ответ. Император ФасхХавел помог вам, не так ли? Значит, вы либо его друг, либо должник. Мне это не важно, важно другое – вы сможете избавить Лаксену от большой беды. Не секрет, что Империя мечтает поглотить нашу страну, а теперь, когда Темнейший вернул перстень, судьба государства висит на волоске. Вы хорошо знаете темных, понимаете их лучше любых других магов. Кому, как не вам, разгадать хитрые намерения врага? Нет, я не прошу ехать в Империю, всего лишь докладывайте о действиях императора.

Магистр ордена Змеи – доверенное лицо Темнейшего. Проявите фантазию, разговорите Асваруса. И ни слова о том, что движет вами! Пусть все считают это простым любопытством.

И, самое главное, сделайте так, чтобы перстень с розами покинул пальцы императора. Если вы сможете, моя благодарность будет столь велика, сколь может предложить королева».

Запечатав письмо воском, Раймунда обошлась без личной печати, воспользовавшись заготовленной на подобный случай палочкой.

— Отнеси Тревеусу Шардашу, — приказала королева фамильяру. – Обо мне – ни слова. Вероятно, он сейчас в Бонбридже, в Ведической высшей школе. Как сделаешь, найдешь человека с моим кольцом и получишь новые указания.

Дух забрал конверт и исчез.

Раймунда опустилась в кресло и, заметив следы от кольца на ладони, быстро уничтожила их.

Атласные перчатки скрыли тонкие пальцы, украшения вновь поблескивали поверх ткани.

Подумав, королева решила переодеться: после волнений полезны прогулки на свежем воздухе. Ставить в известность супруга о том, куда она едет, Раймунда не собиралась. Между ними никогда не было близости и доверия, хотя Страдену казалось иначе. Он обожал жену, а она всего лишь позволяла себя любить.

Замуж за короля Раймунда вышла исключительно ради власти: аристократка из древнего рода могла выбрать любого жениха. Королева предпочла быть во всем первой и вот уже восемь лет пленяла улыбкой подданных. С детьми медлила, видя, что власть Страдена под угрозой.

Беременная магиня – беспомощное существо, а дети – потенциальный рычаг давления на королевскую семью. Нет, пока Лаксене угрожает Империя, Страден не дождется наследника. Зачем только этот идиот брал деньги у Темнейшего? Раймунда пыталась объяснить, к чему это приведет, но женщина, даже если она королева и магиня, все равно считается женщиной. Конечно, мужчина все лучше знает! Теперь Раймунда видела, как «хорошо» все просчитал супруг – император наводил в чужом королевстве свои порядки, а Страден терпел, не имея возможности сказать хоть слово.

Когда Темнейший объявился в Наисии, Раймунда решила воспользоваться шансом и очаровать его, а затем убить утомившегося после страстной ночи врага. Близость с демоном королеву не смущала. В конце концов, спала же она с полукровками – сыновьями вампиров низших кланов и изгнанных демонов, иногда попадавшихся в Лаксене. Они ее устраивали – куда темпераментнее большинства людей, разве что грубы. Тут же и вовсе не требовалось желать любовника.

Король Страден давно был рогат, хотя не подозревал об этом. Как, впрочем, и любовники Раймунды не знали, с кем провели ночь: морок показывал им образ совсем иной женщины. Они хвастались перед друзьями силой обаяния, с помощью которого завоевали мелкопоместную дворянку, напрочь лишенную магии.

Только один человек, кроме мужа, мог похвастаться, что видел королеву в постели без морока. Отношения их, странные, лишенные привычных признаков любви, длились давно и походили на дружбу, скрепленную редкой близостью.

Если же что-то пойдет не так, рассуждала Раймунда, и она забеременеет от Темнейшего, то все равно останется у власти и затем уничтожит императора. Как бы королева ни относилась к супругу, Лаксену она любила всем сердцем.

Увы, император остался равнодушен к чарам Раймунды. Более того, сразу заподозрил ловушку и показал себя во всей красе. Королева как магиня оценила и больше не предпринимала попыток сблизиться.

На тот ужин с Мериам Темнейший пригласил Раймунду сам и лично отобрал замаскированную и тщательно спрятанную волшебную палочку, промурлыкав, что ему не хочется сломать шею такой прекрасной женщине, пусть даже чистокровному человеку.

— Магов я уважаю, Раймунда. Разумеется, тех, кто имеет за душой что-то, кроме диплома. Ваши силы мне известны. И планы тоже, — заняв свое место, улыбнулся Темнейший. – Не надо повторять дурость тех паладинов, которых вы, да, именно вы, а не ваш муж, регулярно посылаете ко мне. Трупы, увы, не слишком привлекательны. И мужа вашего жалко: его тогда тоже придется убить. Чтобы не мучился.

Именно поэтому в тот вечер лицо королевы не покидал испуг. Она силилась понять, как, не читая мысли, Темнейший узнал обо всем. Раймунда убедилась, что ее шпионы нагло врали, а имперцы водили их за нос. Ждать, пока Темнейший наиграется, она не собиралась, надлежало действовать: император в скором времени нанесет удар.

Служить ФасхХавелу? Никогда! Род Астурциев не склонит голову перед демонами, и, если король медлит, королева будет бороться сама. Отныне никаких наемных убийц – собирать сведения, выжидать и лишить могущества. Когда перстень окажется в Лаксене, с императором будет покончено. Кольцо однажды признало Шардаша, признает и второй раз.

Раймунда проверила – профессор верен короне. О семье, увы, ничего узнать не удалось, но вряд ли она помешает тому, кто и прежде убивал темных, проклясть Джаравела ФасхХавела. И даже столь сильному противнику придет конец.

Улыбнувшись, предвкушая скорое торжество над попортившей столько крови Империей, королева направилась в гардеробную и сама, без помощи служанок, разоблачилась до белья. Выбрав мужской наряд для верховой езды, Раймунда переоделась и, оставив вместо себя фантом в спальне, перенеслась в конюшню. Взмах палочки – и все двуногие обитатели погрузились в сон.

Для всех королева почивала у себя, пока Раймунда Серано-Астурция занималась своими делами. А дел предстояло много: не только развеяться, но и найти одного человека, и переговорить с ним.

Крылатый жеребец узнал ее издали и призывно заржал. Королева одарила его теплым словом и оседлала. Вспомнились предупреждения конюха и настойчивые просьбы Страдена кастрировать коня, чтобы тот не покалечил хозяйку. Раймунда наотрез отказывалась, отговариваясь женскими прихотями.

Жеребца подарил ей, предварительно зачаровав от агрессии, тот самый мужчина, с которым она намеревалась встретиться. Королеве казалось, если нож коснется коня, то причинит вред и дарителю.

Магия полностью контролировала разум животного, а наложенный на него и владелицу «антиглаз» сделал невидимым для слуг и стражи.

Расправив белоснежные крылья, жеребец взмыл в небо, радуясь возможности размяться.

Оказавшись в городе, Раймунда сняла чары и, уже видимая, понеслась над крышами, наблюдая картины повседневной жизни подданных. Вот дети играют в снежки, вот выписывают «восьмерки» девушки и юноши на льду, вот устроили скачку маги. Один обогнал ее, едва не сорвав порывом ветра капюшон с лица. Королева узнала его, но не окликнула: сейчас она не правительница Лаксены.

Когда дома начали стремиться к земле, копыта жеребца коснулись мостовой.

Заехав в темный переулок, куда побоялись бы заглянуть поодиночке стражники, Раймунда расстегнула ворот куртки, провела пальцами по брошке-саламандре на жилете и прошептала: «Ты где?». После долгого молчания она услышала: «Белый клык».

Жеребец тут же сорвался с места, походя обдав дождем камушков какую-то «темную личность», ожидавшую легкой добычи, и понесся в противоположный конец города. Раймунда решила, что по земле выйдет быстрее: меньше шансов быть узнанной. Крылья коня скрыты иллюзией, для всех он – обычная лошадь, а королева – худощавый юноша.

 

Название «Белый клык» носил трактир на берегу реки у самого выезда из города. Попасть туда можно было, миновав запутанный лабиринт узких улочек, населенных беднотой. Столовались в трактире личности, документы у которых предпочитали не спрашивать. Ближе к ночи забредали и некроманты – иссохшие, желчные, пропахшие кладбищем. Сколько раз власти сносили этот притон, столько же он возрождался.

Содержал «Белый клык» косоглазый гном, не скупившийся на услуги вышибал. Двое плечистых высоченных троллей справились бы практически с любым мужчиной, а пластины на их груди отразили бы магический удар.

В трактир не принято было входить без приглашения, а если уж пригласить некому, надлежало смиренно доказать, что пришел по делу.

Раймунда спешилась, привязала жеребца к коновязи, предварительно расставив «сюрпризы» для любителей чужой собственности, и смело направилась к троллям. Те, сперва не разглядев, преградили дорогу, а потом заулыбались, скаля щербатые рты: «О как, Саламандра пожаловала!».

В «Белом клыке» королеву знали как Саламандру – все из-за броши, которую в свое время приколол на ее платье тот самый человек, к которому она шла.

Раймунда толкнула дверь и шагнула в низенькое, пропитанное табачным дымом, помещение. Закашлявшись, королева скользнула глазами по столам и нахмурилась: неужели напрасно приехала?

— Я здесь, — поманил мужчина у стойки.

Несмотря на свет масляных ламп – освещение в «Белом клыке» было самым дешевым, — рассмотреть незнакомца не получалось, глаз будто бы скользил мимо. Раймунда узнала маскировочные чары. Ему, еще больше, чем ей, надлежало скрывать свое лицо. Днем – один, ночью – другой.

Королева подошла и протянула руку. Мужчина пожал ее – любой другой бы поцеловал. Пожалуй, Раймунде хотелось бы получить именно поцелуй, но решала не она.

Блеснули массивные перстни на пальцах, выдавая мага. Еще один скрадывал морок. Его видели только законопослушные подданные, зато их взгляду было недоступно другое кольцо – подарок Раймунды. Некогда оно украшало ее руку.

— Что-то случилось? – заботливо поинтересовался мужчина, предложив переместиться в свободный уголок. Таковых не оказалось, но маг просто вытащил палочку, и компания за дальним столом поспешила пойти подышать свежим воздухом.

— Да не без этого, — вздохнула Раймунда. – Я бы не побеспокоила просто так. Да и не виделись мы давно, рассказал бы, где тебя носило. Вчера Страден не позволил поговорить.

— Не ругай мужа, — улыбнулся мужчина, — он не виноват, что родился королем. А я его подданный, между прочим, и у меня есть обязанности перед страной. Ездил я на острова, высматривал, выспрашивал. Потом очередные защиты в Академии… Жаль, ты не получила ученую степень. Самообразование – это хорошо, но систематические занятия лучше.

— Я замуж вышла, как и положено девушке моего круга, — кисло улыбнулась Раймунда, сделав привычный заказ на двоих. – И так до последнего тянула. Да и родные воспротивились бы, потому как дочь, всерьез занимающаяся магией, — позор для столь высокого рода. Ты мужчина, Элалий, а я женщина. Ты – гордость, я стала бы позором. Вот и весь ответ. Но благодаря тебе могла бы превзойти всех кандидатов магических наук. И превзошла бы, если бы родилась мещанкой.

— И не только кандидатов – ты давно доктор магических наук. Увы, ученую степень выписать не могу, хотя давно ее заслужила. По закону права не имею даже экзамен назначить. И учить мне тебя больше нечему.

Королева покачала головой и кокетливо улыбнулась, хотя знала, граф Саамат не лукавил, из нее вырос сильный маг. Хотя и не такой, как Элалий Саамат – тот самый мужчина, к которому она всегда возвращалась и с которым делилась всеми секретами.

Подавальщик – женщин в заведении не держали – сгрузил на стол содержимое подноса и удалился.

Граф Саамат разлил по кружкам вино и отрезал Раймунде кусок бараньей ноги, занявшей полстола.

— Как вы галантны, милорд, — проворковала королева, подставляя тарелку.

— Положение в обществе обязывает, — улыбнулся граф Саамат и изменил плетение чар, чтобы Раймунда могла видеть его.

Довольно высокий, крепко сложенный, со стороны он походил на наемника, которых немало бывало в «Белом клыке», но аристократические, точеные черты лица выдавали человека иного рода – боевого мага.

— Кто это тебя так? – отреагировала королева на царапину на щеке собеседника и, потянувшись через стол, положила на нее ладонь. – Едва глаза не лишился! Элалий, опять не договариваешь!

Лечебная магия за считанные минуты затянула кожу. Довольно улыбнувшись, Раймунда принялась за еду.

— Да, ерунда! — отмахнулся граф Саамат. — Пугать не хотел. Нежить напала, неудачно подставился. Глупо, правда? Такому-то магу как я! Узнали бы в Академии, на смех бы подняли.

— И лишились бы денег, — усмехнулась королева. – Род Саамат немало вложил в Академию чародейства. Помнится, твои родители тоже пожертвовали крупную сумму. Да и ты, сколько денег, сил и времени ты тратишь на этих бездарей!

— По всей Лаксене, заметь, — рассмеялся граф Саамат и предложил выпить за встречу.

Разговор крутился вокруг последних новостей, визита императора и поездки графа Саамата на далекие острова, по которым некогда прокатилась страшная война. Он искал разного рода артефакты и обещал подарить один Раймунде. Затем королева решилась перевести беседу на перстень с розами и поведала о своем плане.

— Хочешь дружеский совет? Не рискуй. Он прочитает мысли, узнает, что это опять ты, и убьет. Его ведь до сих пор сдерживали две вещи: твой пол и нежелание войны. Да, смешно, но Темнейший не трогает женщин. Наверное, воспитание матери, потому что демоны не столь разборчивы. И уважает – сама сказала, он признает твою силу. Это важно, Раймунда, император считает тебя равным существом.

— Да, знаю, люди для демонов – что животные. Один такой без малого сорок человек убил за то, что алхимик ему дорогу перешел. Это он так мстил, представляешь? – позабыв об этикете и изысканности манер, королева с жадностью поедала ужин, обильно запивая его дешевым вином. – Будто кур резал. А император не убьет, если я далеко буду. Эльфы сразу границы Империи перейдут, дроу тоже возмутятся, человеческие королевства подтянутся. И затеет Темнейший заварушку, в которой может не выжить – при всей своей силе он не бессмертный, мы с тобой завалили бы в честном бою.

— Угу, и сами полегли до того, как он испустил бы дух.

— Хорошо, Элалий, подстрахуй меня. Я фамильяра к одному оборотню послала… Он будет за императором приглядывать и попытается забрать перстень. Не силой, разумеется, а хитростью. Кто на какого-то профессора магии подумает? К тому же, они знакомы. В общем, фамильяр потом тебя найдет, расскажет все о том Шардаше, опишет. Ты, пожалуйста, навести профессора, чуть-чуть покопайся в голове.

— Убрать воспоминания о тебе? – догадался граф Саамат.

Раймунда кивнула и с мольбой уставилась в карие глаза. Даже плаксиво скривила губы.

Под напором королевы граф Саамат согласился, «но только по дружбе». Раймунда успокоилась: теперь все точно будет хорошо.

Когда ужин подходил к концу, королева, замявшись, спросила, занят ли у графа Саамата оставшийся вечер, не выкроет ли он для нее часок.

— А что? – маг промокнул губы платком. – Что-то предлагаешь?

— Себя, — смело ответила королева.

— Что, любовники кончились, обо мне вспомнила? – рассмеялся граф Саамат. – Ладно, по старой дружбе. И не там, куда ты меня в прошлый раз затащила. Клопы мне не нравятся.

Раймунда улыбнулась и предложила его спальню. С Элалием Сааматом она не была полгода, но до сих пор помнила вкус целовавших ее губ – плодовое вино.

Около 3 лет
на рынке
Эксклюзивные
предложения
Только интересные
книги
Скидки и подарки
постоянным покупателям