0
Корзина пуста
Войти | Регистрация

Добро пожаловать на Книгоман!

Или войдите через:


Новый покупатель?
Зарегистрироваться
Главная » Отрывок из книги «Не верь богам. Сама по себе»

Отрывок из книги «Не верь богам. Сама по себе»

Исключительными правами на произведение «» обладает автор — Copyright ©

Глава 1

 
Странное состояние. Словно я бьюсь в клетке, не имея возможности вырваться. Борьба. Но с кем? За что? Умом понимаю: на меня кто-то кричит, но я никого не вижу. Что от меня хотят? А главное — кто?
 — Может у тебя получится то, что не вышло у меня. Владей, — последнее, что я услышала перед тем, как в голове раздались мириады искр, а потом меня погрузило во тьму. Я и понять толком не успела, с кем разговаривала все это время.
 Переход меня не убил. Это я поняла по тому, что пришла в себя. В голове снова пронеслись смутные обрывки странного состояния и воспоминания о словах неизвестной. Кто она? Что со мной? Раз я все чувствую, значит — жива. Этот логический вывод сам собой мелькнул в голове. Но где я нахожусь? Куда меня забросило? Глаза открыть не получалось, слабость была неимоверная. Сколько ни пыталась проснуться, не вышло. Я снова уплыла в темноту.
  Мне показалось, что я всего на минуту отключилась. А когда пришла в себя, на меня напал приступ чихотки. Я несколько минут без перебоя чихала, глаза заслезились, нос, казалось, распух, тело нещадно чесалось. С трудом удалось разлепить глаза и оглядеться. Задержала дыхание, мотнула головой, не веря собственным глазам. Когда я увидела, где нахожусь и что на мне надето — возникло желание отмотать время назад или побыстрее проснуться. Мне не нравится этот сон. Он ужасен.
  Я находилась в лачуге, правда чисто прибранной. Голые деревянные полы, посреди комнаты стол, на нем две деревянные миски, две ложки. Небольшой ломоть хлеба и нечто мутное в тарелках. Похлебка какая-то. Запаха от нее никакого не было, такое чувство, что в тарелку налили воды и закрасили ее сероватой краской. Фу! Такое разве можно есть? Стараясь справиться с рвотным рефлексом, я перевела взгляд на саму лачугу.
 Голые стены, кое-где с темными пятнами. Два топчана с разных сторон. На них дерюга. На первый взгляд не первой свежести. Но запаха от нее не шло. Мой взгляд упал на табуретки. У одной ножка была треснута. И где это я оказалась? Первое, что я проверила, наличие перстня. Но стоило увидеть свои руки, я тут же забыла, что проверяла, так мне нестерпимо понадобилось зеркало.
  Руки были худыми. Жертва Освенцима, не иначе. Но еще худшее потрясение я испытала, когда бросила взгляд на свои ноги. На мне были надеты самые настоящие лохмотья. В подпалинах, дырках, сквозь которые были видны ноги-спички. Мама дорогая! И как я еще могу стоять на таких? Даже старое тело с весом в сорок пять килограмм и то выглядело толще. Сейчас я напоминала анорексичку. И что мне так «везет» в этом мире? То толстушка, то скелет, обтянутый кожей. А одежда? Как в такой можно на люди показаться? Стыда не оберешься. Я принюхалась. Порадовало уже то, что одежда не воняла бомжатиной. Такого потрясения я бы не вынесла. Точно нервный срыв бы заработала. Хотя и так до него оставалось совсем немного.
  - Мия, ты уже проснулась? — Дверь лачуги распахнулась, впуская духоту с улицы и молодого парня. На вид ему было не больше двадцати трех-двадцати пяти лет. Я недоуменно смотрела на него, пытаясь сообразить, что происходит.
  — Где я? И кто ты? Почему на мне лохмотья? А тело? Меня же унесет ветром. Ты не знаешь, что происходит? — заговорила я, словно волнуясь о том, что парень уйдет и оставит меня одну. В этот момент меня даже не волновало, что со мной абсолютно незнакомый тип. Его открытое лицо, серьезный и обеспокоенный взгляд располагали к себе.
  — Мы сейчас находимся в Радании. Ты недалекая Мия. Нищая. Тебя не любят, но и прогнать не могут, так как боятся. У тебя магический дар темной силы. Твои проклятия всегда находят свой объект. Несколько купцов поплатились за то, что избили тебя палками за попрошайничество. Все они погибли в страшных муках. Поэтому иногда тебе дают хлеб или фрукты, — терпеливо начал объяснять парень. Меня передернуло. Я убийца? Быть того не может. Я ведь и мухи не обижу. Какая из меня убийца? Истерика начала накатывать со страшной силой, но я взяла себя в руки. Это наверняка была не я. Ведь в чье-то же тело меня перекинуло. Значит, это та, другая, была такой злопамятной. И снова вопрос залез в голову: а куда же она тогда делась? Или мы вдвоем находимся в одном теле? Это еще ужаснее. Неизвестно в какой момент она решит показать себя. Раз она такая сильная магичка, то наверняка сможет меня вытеснить. Нет. Не думать пока об этом, не накручивать себя. Сначала разобраться с насущными вопросами, потом все остальное. Хотя… Не с ней ли я вела борьбу за тело? Не ее ли были те слова? Наверняка именно душа Мии и беседовала со мной. Получается, она добровольно отказалась от жизни?
  — А кто ты? И что здесь делаешь? — нахмурилась я, разглядывая парня. Короткие темные волосы, зеленые глаза, словно проникающие в душу, худое, но жилистое тело. Твердый подбородок, красиво очерченные губы. Был в парне свой шарм. Мне определенно импонировала его открытость.
  — Живу я здесь, — пожал плечами юноша. — Вон, второй топчан мой. Ты закончила с расспросами или тебя еще что-то интересует Не мешало бы перекусить. Я голоден. Полдня работать пришлось, спина ноет сильно.
  - Хм, я смотрю, тебя мои вопросы не удивили? Почему? — сузив глаза и готовая заподозрить парня во всех мыслимых и немыслимых грехах, спросила я, пристально наблюдая за его реакцией. Он вздохнул.
  - Мия, ты меня слушала? Я же еще в самом начале сказал, тебя называют недалекая Мия. Тебе это ни о чем не говорит? Ведь не на каждого навесят ярлык недалекой. Все дело как раз в том, что у тебя проблемы с памятью. Ты забываешь о том, что было сутки назад. Иногда ты полностью все забываешь, мне, как и сегодня, приходится все объяснять заново. Я к этому уже привык, потому и не удивляюсь, — пожал плечами юноша.
 Говорил он искренне, уверенно. Мне хотелось ему поверить. Но что-то мешало. Где-то внутри ворочался червячок сомнений. Может он и говорит правду, но явно не всю. Большую часть определенно утаивает. Теперь мне захотелось узнать, что он скрывает от меня.
  — Ты наговорил много, но так и не сказал своего имени, — нахмурилась я. Этот юноша напомнил мне незнакомца из загадочного дома. Та же манера разговора, немного растягивая слова. Та же скрытность. Даже отсутствие эмоций на бесстрастном лице такие же. Но это абсолютно невозможно, так как я сомневаюсь, чтобы тот отстраненный и хамоватый тип вдруг ни с того, ни с сего оказался здесь, рядом со мной.
  - Эль, — коротко бросил он, я едва не рассмеялась. Забавное имечко. Интересно, у них подают такой напиток в тавернах?
  — Сорокоградусный? — вырвалось у меня, прежде, чем я смогла сама себя остановить. Всего на мгновение промелькнуло удивление на его лице, но тут же исчезло.
  — Ты о чем? — поинтересовался парень. Мне показалось, что ответа он и не особо ждал. Но я все-таки ответила. К тому же мне стало интересно узнать, есть все-таки в этом мире эль или нет.
  — Твое имя. Есть такой напиток, он как раз называется эль. У вас такого не подают? Я читала — убойная штука.
  - Мия, во-первых, ты перепутала эль с айлем, а во-вторых, ты же не умеешь читать? Да и где ты могла взять какую-либо книгу? Они баснословно дорогие. У нас и на еду деньги не всегда бывают, не говоря уже о книгах, — попенял парень, я заскрипела зубами. Его дотошность начала раздражать.
  — Ладно, забудь, — отмахнулась я от него, соображая, что делать дальше. Глянула еще раз на свои руки. Облегченно выдохнула: перстень Шараза и кольцо королевы были на пальцах. Уже легче. Значит, мне не приснилось. Теперь осталось как-нибудь связаться с богом и попросить его вернуть меня обратно. В этом теле мне было совершенно не удобно. Да, несмотря на разговор с Богиней, я все еще лелеяла надежду, что он мне сможет помочь, хотя и были сомнения. В Гроте Смерти она не врала, я чувствовала ее искренность и страх. И теперь на меня свалилась еще одна проблема: как помочь ей выбраться из своего заточения, в которое она загнала сама себя по собственной глупости.
  — Садись, надо поесть, — раскладывая на столе принесенные свертки, произнес юноша, вырывая меня из моих дум. Мой желудок заурчал. — Вот хлеб и сыр, с похлебкой получится сытный ужин. Присаживайся.
  — Ужин? — я была удивлена. — То есть, я целый день проспала? Это нормально?
  — Ты работала ночью, но не спрашивай, как и где — я не знаю. Ты иногда уходишь на сутки, а приходишь с несколькими золотыми дартами. Нам их хватает на месяц, если покупать только хлеб и сыр, — ответил мой сожитель. — Сколько я ни спрашивал, откуда деньги, ты ни разу не ответила.
  — Я хочу помыться. Это возможно? — осторожно уточнила я, понимая, что крупно попала. — И еще, мне нужно срочно в Заалию, там…
  — Ты с ума сошла? Как ты собираешься покинуть Раданию? Даже если мы выберемся из города, что само по себе весьма сложно, то границу Радании мы не пройдем, нас вернут обратно, — сделал большие глаза от удивления Эль, у меня даже на мгновение создалось ощущение, что он сейчас покрутит пальцем у виска.
  — Почему? Что здесь происходит? С чего такой закрытый режим? — я оказалась поражена и раздосадована. Мне необходимо было выбраться и предупредить Шайнара, что я жива.
  — Один из членов совета не добился подписания договора с королем Заалии. Там ему все карты спутала некая прорицательница, — мне показалось, или Эль слишком внимательно посмотрел на меня? — Делегации едва удалось покинуть как дворец, так и королевство. Но они каждый день ожидали объявления войны. А в целях безопасности решили вообще закрыть свою страну от въездов и выездов. Покинуть ее невозможно, так же как и проникнуть внутрь. Выехать из города и страны можно только по специальному разрешению. А его практически невозможно достать.
  — Черт! Какая засада! — я схватилась за голову, начав раскачиваться на стуле. — Но ведь можно же хоть что-то придумать? Неужели на ярмарку не приезжают из других королевств? Мы могли бы…
  — Ярмарки запрещены, никто не может проникнуть в город. Ворота даже не открывают. Члены совета лично выдают разрешения на выезд из города, да и то, если причина весьма уважительная, — перебил меня Эль. В его взгляде появилось недоумение и потрясение. — Мия, а зачем тебе в Заалию? Ведь ты никогда не покидала пределы Радании. Тогда откуда сейчас возникло такое желание. И кого ты вдруг собралась предупреждать? А главное — о чем?
  — Ты не поймешь, — вздохнула я, откусывая кусок хлеба с сыром и заедая похлебкой. На безрыбье и рак рыба, хотя сытности я не чувствовала. Как это можно вообще есть?
  — А ты попробуй объяснить, — осторожно произнес Эль, я мотнула головой, пообещав в следующий раз рассказать. На меня напала слабость. Голова закружилась. Такая еда нисколько не утолила голода, только еще больше раздразнила.
  - Эль, как же мне все-таки помыться? Я сойду с ума с таким слоем грязи, — разглядывая некогда светлые волосы, которые сейчас были серыми, сальными и свисали ниже пояса. До них и дотрагиваться-то было противно.
  — Сейчас я наношу воды с колодца, нагрею воду, ты помоешься, — отчеканил юноша, быстро доедая и вставая. В углу я нашла лохань. Видно ей давно не пользовались, так как она немного рассохлась от времени. Сколько же лет не мылась эта девица? И как она вообще нормально себя чувствовала? Брр, мне этого не понять. Наверняка эту особу не зря называли недалекой.
  Уже через полчаса я с наслаждением влезала в теплую воду. Эль оказался огненный маг, что позволило мне купаться не в ледяной воде, а в горячей. Он же принес траву, которая при соприкосновении с водой хорошо мылилась. Я все больше поражалась, но ничего говорить не стала, так как не желала пока вызывать подозрения.
Пока мылась, раздумывала, как огненный маг мог перебиваться за гроши? Ведь наверняка они всегда и везде ценились. Тогда почему он не занимается по своей специализации? Мне слабо верилось, что он не мог найти себе достойную работу. Чем больше я раздумывала, тем больше понимала — тут определенно что-то нечисто. Но донимать расспросами Эля я посчитала преждевременным, он и так на меня уже косо поглядывает. Не хватало нарваться на лишние расспросы.
  Волосы пришлось мыть раза четыре, пока они приняли чистый вид. Тело я скребла дерюгой, так как мочалок здесь явно не было. Эль находился здесь же, наблюдая за мной. Стеснения не было. Я посчитала парня как брата, недаром же он столько времени ухаживает за недалекой девчонкой. Хотя такая странность вызвала много вопросов, и именно об этом я все-таки решила расспросить.
  - Эль, а почему ты до сих пор не ушел от недалекой Мии, то есть от меня, — быстро поправилась я. — Наверняка же сложно, никакой отдачи и благодарности. Ты парень красивый, сильный, еще и огненный маг к тому же, работу найти смог бы легко. Что же тебя держит здесь?
  — Я и сам не знаю, — пожал плечами парень, опуская глаза в пол. Его щеки залил румянец, когда я немного приподнялась, чтобы отжать волосы, и он увидел мою обнаженную грудь. — Наверное, привык я к тебе, чувствую ответственность. Да и куда я пойду, меня многие знают, как твоего спутника и считают таким же, — он все-таки не удержался и покрутил пальцем у виска.
  — Тебя это огорчает? — не удержалась я от вопроса, прекрасно зная, каково парню, молодому и красивому, когда его считают малость тронутым.
  - Нет, нисколько. К тому же, благодаря такому сложившемуся мнению, меня считают неопасным и часто дают работу, за которую хорошо платят, — юноша подмигнул мне, а я улыбнулась. С ним оказалось легко и как-то просто. Я была уверена — мы найдем общий язык.
  Выкупавшись, вылезла из лохани, обернулась чистой простынью — откуда только взялась в закромах сундука, в который полез Эль — залезла на топчан и… решила рассказать Элю, кто я на самом деле. Юноша все-таки заслужил мое доверие. Чем-то неощутимо родным и близким повеяло от него. Хотелось припасть на грудь и использовать его как жилетку, поделиться всеми несправедливостями и каверзами судьбы, несколько раз подставившей мне подножку.
Начала издалека, со своего мира, с предательства лучшей подруги и жениха, о втором шансе. Потом призналась, что провидица, из-за которой весь сыр-бор, это я и есть, раскрыла остальные свои таланты: замедлять время и метать молнии. В конце своего рассказала призналась, почему оказалась здесь. Мое второе тело осталось в Гроте Смерти вместе с Линитой — на деле оказавшейся совсем не такой, какой ее представил мне Шараз.
  - Мия, это поразительно, — выдохнул Эль, стоило мне закончить. — Теперь я понимаю, почему и откуда в тебе такие разительные перемены. Ведь Мия не могла разговаривать длинными предложениями, она только мычала, не умела связать и двух слов. А так же мне понятно твое желание вернуться в Заалию. Теперь осталось придумать, как это сделать.
  — Тогда сегодня спать, а завтра начнем соображать. Да и денег неплохо бы заработать. Ты мне завтра покажешь город? — попросила я, зевая. — И вот еще что, здесь есть Храм Шараза? Мне необходимо с ним связаться, это жизненно важно. Может быть он нам поможет покинуть Раданию.
  — Храм есть, но вот попадешь ли ты в него, — с сомнением протянул Эль. На мой вопросительный взгляд, пояснил: — Войти в него могут только те, кто способен заплатить. Жрецы Храма Шараза совершенно свихнулись на золоте. Они берут мзду за все, даже за вход. К тому же… — юноша на миг с сомнением посмотрел на меня, будто решая, стоит ли продолжать. Наконец, вздохнув, все-таки продолжил: — Я сомневаюсь, что ты получишь помощь от Бога. Ведь свою миссию ты выполнила. Но я могу и ошибаться. Вдруг именно Шараз окажется достойным Богом.
  — Вот черт! Ладно, ложись спать, утро вечера мудреннее, — философски изрекла я, укрываясь дерюгой и закрывая глаза. Я несколько раз покрутила перстень на пальце, взывая к богу. Вдруг он снова явится ко мне во сне? Тогда не придется возиться с Храмом. Но, признаться честно, слова парня вызвали сомнения в моей душе. Только в силу своей оптимистичности я все-таки понадеялась на лучшее. А вдруг, как сказал Эль, Шараз действительно окажется благодарным Богом и поможет мне.
  — Приятных сновидений, — я скорее почувствовала улыбку, так как видеть в темноте ее не могла. Пожелав в ответ приятных снов, я уплыла в объятия сна. Как и ожидала, я снова оказалась на берегу океана.
  В шезлонге сидел Шараз. Он вальяжно развалился на лежаке, в одной руке стакан с соком, во второй сигара. На глазах темные очки. Его лицо излучало радость. У меня появилась надежда на положительный исход переговоров.
  — Здравствуй, Мия! — отсалютовал он мне стаканом. — Что привело тебя ко мне? Твоя миссия выполнена, мой мир вернулся ко мне. Теперь я могу снова управлять им. Наводить порядки, даже спускаться на землю. Виновница хаоса навечно заточена в клетке. Больше никто не сможет вставлять мне палки в колеса.
  — Шараз, верните меня, пожалуйста, в Заалию, мне очень нужно вернуться, — попросила я, надеясь на благодарность бога за мою помощь. — Там ведь парни сходят с ума от беспокойства, мне очень нужно сообщить им, что я жива и здорова.
  — Этого я не могу сделать, — равнодушно глядя на меня, развел руки в стороны Шараз. — Ты должна сама найти выход из ситуации. Я не имею права вмешиваться. За твою помощь я тебя отблагодарил: дал тебе третий шанс, дал новое тело, оставил магию. Теперь все в твоих руках. Ты девочка умная, я уверен, найдешь выход из ситуации. А на меня не стоит надеяться.
  - Ага, а жрецов вы тоже не можете прищучить? Они даже за вход в ваш Храм берут золотые. Это нормально? С ними вы тоже не станете разбираться? — начала злиться я.
  — С ними я разберусь, каждый должен получить по заслугам, — сдвинул брови Шараз. — А тебе в Радании предстоит много чего сделать. Только потом ты сможешь вернуться в Заалию.
  — А что я должна сделать? Подсказки будут? Давайте я быстро все устрою и вернусь? Мне невыносимо ходить в лохмотьях. А как изменить ситуацию, я не представляю, — я даже едва не запрыгала от нетерпения, с надеждой глядя на Шараза.
  — И снова я тебе повторю, все в твоих руках, помочь я тебе не могу, ты должна сама справиться со всем. Слушай свое сердце и душу, они откроют тебе путь. Мой перстень останется с тобой, более того, сейчас он стал с запасом магической энергии, напитавшись ею в Гроте Смерти, но… — Шараз выдержал паузу. — Со мной больше не связывайся, теперь это не имеет смысла. Каждый сам по себе. У тебя своя дорога, я тебе не помощник.
  Ответить мне не дали, как и высказать возмущение. Все вокруг померкло, а я оказалась в лачуге Мии. Слезы навернулись на глаза. Вот тебе и благодарность за все хорошее. Зато из этой ситуации я извлекла урок: богам верить нельзя. Они эгоисты, думают только о себе и больше ни о ком. Проблемы людей их абсолютно не волнуют. «Выпутывайся сама». Конечно, когда ему нужна была помощь, так он шел на любые уступки, а как я обратилась с просьбой, так получила от ворот поворот.
  - Мия, что с тобой? — ко мне на топчан присел Эль, обнимая за плечи и прижимая к себе. Как я ни пыталась сдержать слез — не получилось. Они струились по щекам, душили. Я стала всхлипывать, захлебываясь рыданиями. Наконец, с трудом продрав горло, поделилась своим горем:
  — Нельзя верить богам, они только о себе думают, — всхлипнула я. — И теперь нам предстоит выкарабкиваться самостоятельно. Мне ясно дали понять, что помощи ждать не стоит. Теперь каждый сам по себе. Хорошо хоть магию оставили и дар предвидения.
  — Что ж, самим, значит, самим, — поглаживая меня по голове, начал успокаивать Эль. — Мы обязательно выкрутимся и вернемся в твою Заалию. А сегодня у нас свободный день. Прогуляемся по городу? Может нам повезет, и мы найдем работу.
  - Эль, как ты думаешь, а если нам кинуть клич о моем даре предвидения? Ведь наверняка желающих будет много? — внесла предложение я. — Это наверняка поможет нам скопить немного денег, чтобы купить разрешение на выезд. Уверена, здесь, как и везде, за драхмы все можно купить.
  - Мия, это было бы здорово, если б не одно «но»… — Эль замолчал, а я тяжко вздохнула. — Тебя боятся, от тебя шарахаются. Я сомневаюсь, чтобы у нас появились клиенты.
  - Хм, иногда даже страх не может пересилить любопытства людей узнать свою судьбу, — подмигнула я помощнику, понемногу успокаиваясь. Меня захватил азарт от новой идеи. — В моем мире ходили к гадалкам, хотя их и боялись. Такой у народа менталитет: любопытство пересиливает страх. Не факт, что и в нашем случае сработает, но чем черт не шутит, когда ангел спит? — я заразилась данной идеей. Слезы высохли. Теперь нам предстояло наладить свою жизнь и найти путь, чтобы вернуться обратно. А для этого нам необходимы были деньги. И мы их добудем, чего бы нам это ни стоило.
  Быстро доев вчерашний хлеб с сыром, заварив траву вместо чая, мы скудно позавтракали и отправились на улицу. Здесь все разительно отличалось от Заалии. Насаждений было мало. Серые коробки домов стояли на небольшом отдалении друг от друга. Только у некоторых были разбиты сад и огород, а у многих просто голый двор с травой и все. Меня поразило такое наплевательское отношение к собственным домам.
  На площади перед Ратушей, куда мы вышли уже через несколько минут, стоял огромный фонтан. Посредине четыре статуи, изображающие фигуры мужчин в сюртуках и с вытянутыми вперед руками. Я повернулась к Элю и шепотом поинтересовалась:
  — Это они подаяние просят? Вечно с протянутой рукой? — Эль засмеялся, мотнул головой и пояснил:
  — Напротив, это они отдают все, что у них есть. Так сказать, широкий жест, — моя бровь удивленно поползла вверх. Мне даже представить не удалось одного из членов совета, с которым я имела несчастье познакомиться, отдающего хоть что-то народу. Да у такого снега зимой не выпросишь, не говоря уже о чем-то большем.
  Пока мы обсуждали статуй в фонтане, вокруг нас начала собираться толпа. Заметили мы ее только тогда, когда к нам приблизилась женщина с ребенком, недоуменно глядя на меня. Я обернулась и вопросительно посмотрела на нее. Но та молчала. Ее взгляд сложно было охарактеризовать, но агрессии в нем не было.
  — Вы что-то хотели, уважаемая? — не выдержала я паузы, и сама обратилась к женщине. — Может вы привидение увидели?
  — Ты изменилась! — ткнула обвиняюще в меня пальцем женщина. — Ты изменилась! — еще громче выкрикнула она, видимо для остальных, стоящих позади нас.
  — Это запрещено? — осторожно поинтересовалась я. — Мне надоело пугать народ. Я решила взяться за ум, — сама не поняла, зачем вообще что-то поясняю этим людям, но мне показалось это правильным.
  — И что же тебя к этому сподвигло? — не унималась тетка, сузив глаза и не сводя с меня пристального обвиняющего взгляда.
  Ответить я не успела. Меня покачнуло, перед глазами появилось видение: подвал, на цепи стоит юноша, его голова свешивается вниз, тело все в ссадинах, кровоподтеках и синяках. Губы разбиты, одна рука неестественно вывернута. Я содрогнулась от увиденной картины. Вдруг дверь камеры распахнулась, и в нее вошел человек в плаще с капюшоном на голове. В руках трость. Ею он приподнял лицо юноши и тихо зашипел:
  — Ну что, ты сделаешь, о чем велено? Нам нужна Киария и Вернария. Ты должен заставить их королей подписать договор на наших условиях. Ты же сильный менталист. Можешь купаться в золоте, а вместо этого висишь здесь, твоя жизнь уходит. Крайш, одумайся.
  - Нет, — с трудом выдавил из себя молодой маг, теряя сознание. А меня выкинуло из видения. Я ошалелым взглядом обвела толпу, которая резко шарахнулась от меня — даже страшно стало, что они во мне такого увидели - и, обернувшись к Элю, спросила:
  — Ты не знаешь, кто такой Крайш? Он сильнейший менталист. Только я не понимаю, почему увидела его, — задумчиво протянула я. Эль не успел ответить, вперед протиснулась пара: шез и гьяра, их глаза горели, рот был перекошен. Гьяра подскочила ко мне, протянула руки и запричитала:
  — Что с моим мальчиком? Он пропал почти неделю назад, мы с ног сбились в его поисках. Где он? Что с ним? — я непроизвольно отшатнулась от такого напора, схватилась за Эля. Сказать родителям о темнице и плачевном состоянии парня было выше моих сил.
  - Мия, скажи им, что ты увидела, они должны знать, даже если это и тяжело, — мягко поглаживая мою руку, попросил Эль. Я кивнула. С трудом подбирая слова, я поведала о своем видении. Шез едва успел подхватить гьяру, она вот-вот готова была потерять сознание.
  — Идем в Ратушу, — твердо заявил мужчина. Толпа загудела. Нас едва не утащило волной напирающего народа. Эль успел прижать меня к себе, пока толпа не схлынула.
  — И чего они добьются? — наблюдая за людьми, поинтересовалась я. Они что-то выкрикивали, скандировали, но у меня так заломило виски, что я с мольбой посмотрела на Эля.
  Только когда он увел меня подальше от этого места, где было потише и поспокойнее, смог ответить на мой вопрос:
  — Отец Крайша не последний человек в городе. К его мнению прислушиваются, его уважают, он помощник судьи. Думаю, Крайш скоро будет дома, — поведал мне товарищ, на что я облегченно кивнула. Парня было жаль. Я посочувствовала его родителям, представив их реакцию на состояние сына. Но самое главное — меня поразило, как у такого известного человека могли похитить сына.
  — Идем домой, что-то я не хочу уже гулять по городу, — попросила я. Головокружение не желало проходить, красные и черные круги перед глазами мешали видеть дорогу. — Но сначала давай где-нибудь присядем. У меня откат начался. Надо передохнуть.
  Эль нашел скамью, подвел меня к ней, усадил и прижал к себе. Я с наслаждением закрыла глаза. Но тут же пришлось их открыть, так как оказалась словно на карусели. Отвратное состояние. Меня затошнило. Как же не вовремя, еще и голодная. Дополнительная слабость. Еще пару таких видений и я загнусь.
  — Ты как? — спустя время поинтереслвался Эль. — Лучше не стало? Ты слишком бледная.
  — Скоро пройдет, просто еще и голод дает о себе знать. Двойная слабость, потому и отходняк такой долгий. Но вроде начинает становиться легче, — попыталась успокоить я товарища.
  — К нам гости, — шепнул вдруг юноша, напрягаясь. И я вместе с ним, пытаясь сквозь пелену рассмотреть, о ком он говорит. Но увидела только силуэты. Эх! Как же они не вовремя. Мне и так плохо, выслушивать снова нелепые обвинения выше моих сил. Я бы и рада была встать и сбежать подальше, но сил на это не было никаких. А напрягать Эля, чтобы он меня на руках таскал, я постеснялась.
  — Что с Мией? — ага, отец Крайша пожаловал. Интересно, как у них все получилось? — Ей плохо?
  — Откат после видения, так всегда бывает, — пояснил за меня Эль. Мой язык отказался ворочаться. — Еще и голод дает о себе знать. Но она скоро придет в себя. Как ваш сын?
  — Он у лекарей, — голос мужчины сорвался. — Если б не она, ему бы осталось жить всего пару-тройку дней, началось заражение. Сейчас лекари борются за его жизнь.
  — Проводите… К нему… — я вдруг отчетливо поняла, что надо делать. Лекари могут оказаться бессильны. Они не знают о внутренних повреждениях. И не узнают, так как лечат совсем другой недуг.
  - Мия, ты с ума сошла? — возмутился Эль. — Тебе нужно отдохнуть, набраться сил.
  — Внутренние… Повреждения… Умрет… — язык будто к небу прирос, не желая ворочаться. Но меня прекрасно поняли. Только Эль взбунтовался. В его голосе появилась сталь.
  — Уважаемый шез Зарад, прежде, чем Мия станет помогать, ее необходимо покормить. Иначе она сейчас просто свалится, — краска залила мое лицо. Всегда терпеть не могла подаяний, а тут…
  — Да-да, конечно, — засуетился мужчина. — Идемте, — Эль подхватил меня на руки и понес вслед за обеспокоенным отцом. Идти долго не пришлось. Я прижималась к надежной груди парня, прикрыв глаза. Головокружение медленно проходило, тошнота исчезала. Я начинала чувствовать себя легче, но вместе с тем продолжала сгорать от стыда. Мало того, что напросилась на еду, так еще и юноша вынужден таскать меня на руках. Стыд-то какой!
  Как только мы вошли в дом, я открыла глаза. Зрение вернулось. Круги исчезли. Теперь я могла рассмотреть довольно уютную обстановку зажиточного горожанина. К нам выбежала мать, ее лицо было в слезах.
  — Зарад, ему становится хуже, лекари руками разводят, не могут понять, в чем дело, — запричитала она.
  — Быстро накорми Мию, она что-то говорила о внутренних повреждениях, но пока у нее слабость от отката и от голода, она ничего толком не может сказать, — твердо произнес хозяин дома.
  — Да-да, все готово, стол накрыт, пройдемте в столовую, — тут же залепетала хозяйка, не смея возражать.
  Эль пронес меня вслед за гьярой, усадил за стол. Мои руки тряслись, не было сил даже поднять вилку. Я вдохнула и выдохнула, маленькими кусочками отрезая мясо и кидая в рот. Тщательно прожевывала, так как понимала, нельзя есть сразу много. Чревато. Более менее утолив голод, восстановив силы, я смогла самостоятельно встать. Обернулась к хозяйке дома и спросила:
  — Где Крайш? Проводите меня к нему, — будто показывая одобрение, перстень на пальце слегка нагрелся.
  Мы вошли в полутемную комнату, в которой на кровати лежал бледный как смерть молодой человек из моего видения. Его грудь почти не вздымалась. На миг создалось впечатление, что он мертв, но я отогнала такие мысли. Около юноши сидели два старца. Один из них собрался пускать кровь. Я вскрикнула, стараясь помешать такому кощунству.
  — Вы с ума сошли! Он и так потерял много крови. Что вы творите? Выйдите отсюда, оставьте меня наедине с ним, — более твердо приказала я. Один из лекарей возмутился:
  — Что ты себе позволяешь? Да ты знаешь, кто мы? И какие тебя могут ждать последствия? Мы свое дело знаем, у нас репутация, мы…
  — Пошли вон, — процедила я, чувствуя, как время уходит. Парень вдруг выгнулся, я, больше не тратя ни минуты, подскочила к нему, закрыла глаза, схватила его за руку одной рукой, а второй направила перстень на поврежденные участки внутри организма юноши. Позади раздался пораженный возглас. Но я не стала открывать глаз, чтобы посмотреть, из-за чего. Сейчас нужно было отыскать внутренние повреждения. И через пару секунд я словно вошла в транс. Передо мной появились черные пятна на теле юноши, на которые я направляла перстень. В какой-то момент мне показалось, что сила, исцеляющая юношу, исходит от кого-то позади меня. Но отрываться от своего занятия не могла, боясь потерять связь с больным.
  Сколько времени заняла эта процедура, не знаю. Но глаза открыла только тогда, когда черных пятен больше не осталось, а мою руку кто-то сжал. Я распахнула глаза и тут же утонула в нереальной зелени глаз Крайша. Он улыбался. Я облегченно выдохнула и… стала падать на пол. Черт! Черт! Черт! Будь оно неладно это слабое тело, которое так и норовит отключиться. Меня подхватили сильные и знакомые руки Эля. Мне нестерпимо захотелось поинтересоваться, кто же он. Ведь я отчетливо поняла: не мог перстень исцелить больного. И я сама не могла, не тот уровень во мне. Значит, вывод напрашивается сам собой. Это сделал Эль?
 Додумать данную мысль не смогла. А потом и вовсе забыла о ней, поглощенная слабостью и темнотой, накрывшей меня.
  Последнее, что донеслось до моего слуха, были категорично сказанные слова Зарада:
  — Уложите ее здесь, ей нужно отдохнуть. Второй откат — это не шутка. А как только она придет в себя, мы поговорим. 
 
Около 3 лет
на рынке
Эксклюзивные
предложения
Только интересные
книги
Скидки и подарки
постоянным покупателям