0
Корзина пуста
Войти | Регистрация

Добро пожаловать на Книгоман!

Или войдите через:


Новый покупатель?
Зарегистрироваться
Главная » 3. Ненавижу эту роль (#3) (эл.книга) » Отрывок из книги «Ненавижу эту роль»

Отрывок из книги «Ненавижу эту роль (#3)»

Автор: Остин Марс

Исключительными правами на произведение «Ненавижу эту роль (#3)» обладает автор — Остин Марс Copyright © Остин Марс

Остин Марс

«Ненавижу эту роль»

Цикл «Роль», том третий

ГЛАВА 1, 53й день съемок

 понедельник, 15 июля ∙•∙ 53й день съёмок ∙•∙ 8 лунный день  

***

«Стивен ждёт меня.»

Солнце давно село, горизонт ещё светился красным, но с востока на небо уже взбирались первые звёзды. Приятный бриз постепенно превращался в пробирающийся под одежду ветер, и им пришлось набросить куртки. Но это их ничуть не печалило – вдвоём под одной было вполне уютно, вторая укрыла ноги, они сидели обнявшись и молчали.

«Тишина. Ненавижу.»

Весь день Крис только тем и занимался, что развлекал её, они играли в волейбол с местными, ели мороженое, носились друг за другом по песку. Крис позвонил кому-то сразу после того, как они добрались до пляжа, договорился о выходном для них обоих и тоже отключил телефон – они приехали сюда отдыхать и никто не должен им мешать.

«Меня ждёт Стивен. Возможно, он прямо сейчас мечется по трейлеру и обрывает телефон, в ярости вспоминая все ругательства, которые только знает... Интересно, как прошла его пресс-конференция? Может, он сейчас расстроен и ему нужна поддержка?»

– Стеф, – Крис тронул губами её шею, – ты так напряжена. О чём задумалась?

«Лучше тебе не знать.»

– О том, когда же им надоест тут торчать, – она кивнула на юную парочку, с которой они уже пару часов соревновались в выносливости. Берег давно опустел и только эти двое подростков на другой стороне пляжа продолжали целоваться и дурачиться, иногда поглядывая на соперников с откровенной недоброжелательностью.

– Как только замёрзнут, сразу уйдут, – косо улыбнулся Крис, – у них нет с собой тёплой одежды. – Игриво куснул её за ухо и шепнул: – И мы останемся совсем одни, на этом мрачном тёмном берегу... не боишься?

«Боюсь. Но давно уже пора что-то решать.»

– А что, мне есть, чего бояться? – она притворно распахнула глаза, – ты же со мной!

– Вот меня и бойся, – он продолжил путешествовать губами по её шее и уху, – а вдруг я маньяк?

Она изобразила шок и ужас, прошептав:

– Сексуальный?

– Сексуальней только боги, – пафосно улыбнулся он, тихо рассмеялся и прижал её к себе, уже нормальным голосом шепнул: – Смотри, смотри! Собираются, замёрзли всё-таки.

Она обернулась, украдкой глядя на парочку, собирающую вещи.

«Вот и всё. Сейчас они уйдут, мы переберёмся в машину и я на практике проверю теорию Эванса о зависимости психологической и эмоциональной стабильности от количества секса в жизни.»

Руки Криса на её талии, по-хозяйски поглаживающие живот под майкой, только подтвердили её мысли, а когда он молча начал её целовать, она так же молча ответила.

«Вот и всё. Стивен будет в бешенстве.»

Она крепко зажмурилась, прогоняя из головы ненужные мысли, попыталась сосредоточиться на поцелуе, на приятных ощущениях, которые он в ней вызывал.

«Приятных... таких это, милых, тёплых, светлых.

Чёрт, Льюис, соберись! Твоя блондинистая сучка возбуждала меня больше, чем ты!

А если вспомнить, как Эванс поставил меня на ступеньки...»

Она против воли вздрогнула и впилась в губы парня сильнее, он довольно ухмыльнулся, похоже, приняв это на свой счёт.

«Надо же, я раньше смеялась над анекдотами о том, как замужние дамы представляют Алена Делона во время секса с благоверным.

А это вообще не смешно.»

Его левая рука придерживала на её спине сползающую куртку, правая в это время начала осторожно пробираться под майку. Она подавила рефлекторное желание поскорее её оттуда убрать, прикусила губу.

«Держи себя в руках, это только начало.»

Осмелевший Крис, вдохновлённый первой победой, усадил её к себе на колени и уже увереннее стал целовать её шею и плечи.

«Хорошо, что ты не смотришь на моё лицо.»

Нервное раздражение заставляло сильнее сжимать в кулаке его футболку, она поймала себя на желании вскочить и отодвинуться, кутаясь в куртку. А потом написать ему подробную инструкцию на тему «что нужно делать с девушкой», торжественно вручить и прогнать нафиг, запретив приближаться к ней, пока не выучит на память каждую грёбаную строчку.

«Как у тебя могло быть столько женщин, если ты совершенно не умеешь с ними обращаться? Или это я такая фригидная? Да ну, с остальными же всё нормально было.»

– Стеф, – он тяжело дышал, глаза были дикие и затуманенные, – не хочешь перебраться в машину?

– Да, давай, – она высвободилась и поправила одежду, закинула обе куртки в багажник. – Кресла разложим?

– Можно, – он улыбнулся, стал укладывать спинки передних сидений.

«Такая щель между креслами, лучше бы мы на моей поехали... ах да, она же у Джо.»

Мысль опять скакнула зигзагом Джо → Стивен → чувство вины.

«Он ждёт меня.»

– Иди сюда, – Крис предвкушающе улыбнулся, укладываясь поудобнее, Стефани сняла туфли и попыталась улыбнуться, подползая к парню. Они опять стали целоваться, он вёл себя так уверенно, как будто делал это сотню раз. Стеф уложила его на спину и уселась сверху, вызвав у парня бурю восторга, опять стала целовать, чувствуя, как его руки путешествуют по её спине и бёдрам.

«А ведь действительно, когда я точно так же оседлала Эшли, у меня было море эмоций. Может, я скрытая лесбиянка?»

Она представила, как целует первую пришедшую на ум девочку из массовки, поморщилась – э, нет. Тогда всё было так круто только потому, что она думала, что это Крис.

«Сейчас это на самом деле Крис, так почему всё так печально?»

Он стал стягивать с неё майку, она послушно подняла руки.

«Раньше начнём, раньше закончим.»

Парень восхищенно полюбовался её фигурой, чуть приподнялся, снимая футболку, бросил в угол, опять улёгся с самодовольной улыбкой – он прекрасно знал, насколько классно выглядит.

«У него действительно отличное тело, его тренер просто волшебник. Не стоило отказываться, когда он предложил составить для меня программу, на свои кровные я вряд ли оплачу такого профессионала.»

Стеф провела руками по его шее и груди, он погладил её бёдра, потом осторожно перекатился, укладываясь сверху и прижимаясь к ней обнажённой кожей. Девушка переместила руки на его спину, погладила рельефные бугры мышц, вспомнила лучшего друга.

«Шарк тоже ходил в качалку, а он от природы гораздо массивнее Криса. Он любил похвастаться личными рекордами взятого веса, поиграть мускулами, настойчиво предлагая пощупать.»

Она чуть улыбнулась, вспоминая один из таких вечеров – он тужился, напрягая руки, а она кривлялась и спрашивала, это он уже напряг или ещё подождать? Тыкала пальчиками в твёрдые бугры, изображая сомнение и тяжкие раздумья, внутренне кайфуя от возможности без всяких гендерных барьеров потискать такое тело. Это было приятно, мило, весело и ни капли не возбуждающе.

Как сейчас.

«У меня ощущение, что нас снимают и я должна отыграть страсть. Чёрт, мне это вообще не нравится! Почему так?»

Он покрывал поцелуями её шею и грудь, она рассматривала обивку потолка, нашла два пятнышка. Руки на автомате гладили его спину, плечи, поясницу...

Она вдруг замерла, мгновенно стряхнув сонное безразличие – под кончиками пальцев отчётливо проступали чуть выпирающие пересекающиеся линии.

– Малыш, всё хорошо? – он поднялся к её лицу, попытался поцеловать, но она отвернулась, выползла из-под него и стянула ниже пояс его джинсов – так и есть, перевёрнутая звезда в круге, непроглядно-чёрная. Её руки задрожали, голос стал хриплым и дрожащим.

– Откуда у тебя это?

– Это? – он заметно занервничал, попытался улыбнуться: – Глупое тату, которое я набил по пьяни. Хочу свести, но всё боюсь шрамов.

Стефани сжала зубы, подняв на него угрожающий взгляд:

– Я не спрашивала, что это такое! Потому что, чёрт возьми, и так прекрасно знаю! Я спросила, откуда это у тебя!

– Стефани, малыш, – он успокаивающе улыбнулся, попытался обнять её, но девушка нервно оттолкнула его руку, нашарила майку и надела, прошипев:

– Лучше расскажи сам, Льюис, иначе я за себя не ручаюсь.

Он посерьёзнел и хмуро отвернулся, тоже нашёл футболку, стал её выворачивать, делая вид, что очень занят.

– Льюис! – рыкнула Стефани. – Посмотри на меня.

– Помолчи! – он резко поднял взгляд, впившийся ей в глаза и мигом заставивший заткнуться. Она злобно попыталась ответить чем-то не менее резким, но с удивлением поняла, что голос её не слушается. Парень криво улыбнулся и хмыкнул: – Не нравится, когда такое делают с тобой, да?

Стеф похолодела, опять ощущая внутри тугой клубок стянутых нервов, вдруг подумала, что она одна на пустом берегу, где до утра никто не появится, и никто из её друзей или знакомых не знает, куда она уехала. А напротив сидит человек, о котором она практически ничего не знает, и он мало того, что физически гораздо сильнее, так ещё и обладает неизвестной, но страшной силой, сравнимой с её собственной. Она вспомнила, с какой лёгкостью вертела окружающими, и ужаснулась, на миг представив, что он может с ней сделать одним словом.

«Так, спокойно. Берём себя в руки и осторожно разведываем обстановку. Выясняем всё, что можно, прикидываемся ангелом небесным и при первой же возможности линяем отсюда на сверхзвуковой скорости.

Почему я оставила крест в комнате...»

– Крис, – она прошептала это тихо и мягко, ещё не зная, что говорить дальше, но он от звука её голоса в шоке округлил глаза, приятно удивив её.

«Ты не ожидал, что я так быстро отойду от твоего приказа? Ну что ж, это даёт надежду.»

– Ну-ка приляг, милый, – хищно улыбнулась она, буравя его взглядом. С удовольствием понаблюдала борьбу на его лице, ощутила лёгкое давление в голове, но усилием воли отбросила его. Впилась взглядом в злобно прищуренные голубые глаза, в которых страх и обречённость понемногу побеждали желание сопротивляться, резко скомандовала: – Лежать, я сказала!

У него задрожали губы, лицо побледнело, руки постепенно подогнулись и он лёг, продолжая смотреть ей в глаза.

– Отлично, – она улыбнулась, стараясь не показать, насколько ей страшно. Переступила его талию и уселась сверху – никакой эротики, просто так удобнее смотреть ему в глаза. – А теперь честно и откровенно – откуда у тебя пентаграмма?

– Сама появилась, после посвящения, – тихо ответил он и зажмурился с такой болью, как будто только что под пытками сдал подельников. Ей стало его жаль, она прикрыла глаза, погладила его по щеке:

– Крис, может, ты сам всё расскажешь, а? Мне это тоже не особенно приятно, если честно.

– Ладно, – он с силой потёр лицо, она слезла с него и села рядом, обхватив колени.

– Так как это случилось?

– Как обычно, – вздохнул он. – Слушай, а откуда ты знаешь о... ну, обо всём этом?

Она пару секунд поколебалась, потом решилась:

– Из первых рук.

– Так ты посвящённая? – радостно округлил глаза он. – Чёрт, я думал, что ты ученица! Как тебе удаётся так хорошо скрываться?

«Блеф и ложь, милый. И всё в порядке.»

Она пожала плечами, отводя взгляд. Он понимающе улыбнулся:

– Ладно, у всех свои секреты. А сколько у тебя сейчас колец?

«Каких колец? Бабушка, спаси меня...»

Стеф опять загадочно улыбнулась и отвела взгляд – думай, что хочешь. Тот, кто молчит, всегда выглядит умным.

– Да ладно тебе, что тут такого? – парень осторожно потянулся к ней и попытался приподнять низ майки, Стеф шлёпнула его по руке:

– Давай без этого!

– Ну ты же на мои смотрела, – надулся он. – У меня сейчас всего три, я пока не могу тянуть больше.

«Отличный повод задать наводящий вопрос.»

– И что ты сейчас тянешь? – как бы невзначай поинтересовалась она, рассматривая ногти, он на секунду смутился, потом пожал плечами:

– «Сияние», «магнит» и... не помню, как называется, для здоровья что-то.

«Что это за хрень и почему это всё тебя так смущает?»

– Сам выбирал? – осторожно спросила она, он кивнул:

– Да. Только «магнит» дядя посоветовал, – Крис опять отвёл взгляд, она поспешила развить тему:

– У тебя дядя... по этой части?

– Угу, – кивнул он. – А у тебя?

– Бабушка, – она помолчала. – А почему дядя? Я думала, это только по наследству передаётся.

– Это только у вас по наследству, – качнул головой он, – у нас просто в роду. У дяди нет детей, – он на миг поднял на неё взгляд и тихо добавил: – И у меня не будет... Когда встретил тебя, я в первый раз пожалел об этом.

Стефани против воли вздрогнула – ей раньше никто такого не говорил. Парень заметил и осторожно тронул её плечо, с надеждой заглядывая в глаза:

– Но это же не главное в жизни, да? – Она молчала, пытаясь понять, чего он сейчас от неё ждёт. После всего случившего в голове был полный бардак, она уже не понимала, что к нему чувствует. Крис продолжал заглядывать в её глаза, – Стеф, малыш... Я не думал, что ты так расстроишься. Слушай, ну если ты так сильно хочешь, можно, не знаю, искусственно забеременеть. Стефани, – он сел ближе и обнял её, стал гладить по плечам. Она продолжала смотреть в одну точку, пытаясь уложить в голове то, что её парень такой же, как она.

– А что ты ещё можешь? – тихо спросила девушка, он чуть улыбнулся:

– Много чего, я ещё при дяде половину Книги перепробовал, а после его смерти почти дошёл до конца. Твоя бабушка, кстати, давно умерла?

– Три года назад, три с половиной.

– Ого! Ты, наверное, всю Книгу уже до дыр затёрла? И своего уже успела дописать, да?

Она двинула плечами – сказать или нет? Задумалась.

«Может быть, он сможет мне подсказать, как решить мою проблему со сном?»

– Нет, Крис. Бабушка меня не учила, – она подняла на него глаза. – Я вообще нашла свою Книгу случайно, совсем недавно.

– Как это? Сама нашла? – он удивлённо потёр лоб. – Мне дядя рассказывал, что так бывает. Ну, когда колдун по какой-то причине не может передать Книгу ученику, – он помолчал, тихо добавил: – Он тогда очень тяжело умирает. – Задумчиво посмотрел в одну точку, натянуто улыбнулся: – Надеюсь, дети моей сестры вырастут раньше, чем придёт моё время... Так тебя никто не учил, что ли? Как же ты получила посвящение? – Он бросил взгляд на её поясницу. – У тебя вообще Печать есть?

– Есть, есть, – вздохнула Стеф. – Слушай, а у тебя бывает такое, что после того, как... что-то сделаешь, тебе что-то снится, ну, особенное?

– Конечно, новый дух снится.

– И как он выглядит? – она напряглась, чувствуя, как ускоряется сердце.

– По-разному, это зависит от Кольца и твоих личных вкусов. – Он чуть улыбнулся, – ко мне после «сияния» пришла золотистая лиса, очень красивая. А после «магнита» – удав, хотя дядя говорил, что у него после «магнита» была кобра. А у тебя кто? – Он с интересом покосился на её поясницу, – сколько ты сейчас тянешь?

«Он так туда смотрит, как будто там написано.»

– Хочешь глянуть? – криво улыбнулась Стеф, он кивнул, она повернулась к нему спиной и приподняла майку.

– Всего одно? – слегка разочарованно вздохнул Крис, потом хитро улыбнулся: – Это «сияние», да? Я с самого начала подозревал, что ты неспроста такая обаятельная.

«Значит, его «сияние» как-то связано с привлекательностью? Чёрт, как же я не люблю чувствовать себя единственным в классе двоечником, который не выучил урок!»

– Нет, не «сияние», – улыбнулась девушка. – Моё обаяние самое натуральное. Слушай, а можешь дать мне почитать свою Книгу? – Она увидела, как у него расширились глаза, и быстро добавила: – А я тебе свою дам.

– Ты что, так же нельзя, – задумчиво вздохнул он, нахмурился, – ты не подумай, мне не жалко... просто, нельзя же давать прикасаться к Книге никому, кроме наследника.

– А зачем прикасаться? Отсканируй или сфоткай.

– А так можно? – ошарашенно уставился на неё Крис, Стефани пожала плечами и полезла за телефоном:

– Сейчас проверим. – Включила, подождала конца загрузки и вздрогнула от вибрации входящего сообщения. Не стала открывать, зашла в галерею и нашла страницу из «Рецептов», которую когда-то сфотографировала. Увеличила нижний угол, повернула Крису экран: – Читай.

– «Ни с кем не разговаривать до третьих петухов», – он прыснул, поднял брови: – Ничего себе, как у тебя всё по-древнему!

– А у тебя что, не так? – обиженно фыркнула Стеф.

– У меня более по-научному.

– Научная магия? – криво улыбнулась Стеф, опять вздрагивая от звука сообщения.

– Ну как – научная, – протянул он, – более точная. У меня нужно высчитывать положение звёзд и планет, фазу луны, смешивать составы в точных пропорциях, – он покосился на её телефон, в очередной раз верещащий о сообщении. Стефани поморщилась и шепнула:

– Сейчас выключу, – разблокировала, попыталась отключить звук, но в этот момент высветился входящий вызов и вместо кнопки отключения она случайно нажала «принять». Внутри пронеслась ледяная колючая волна, счётчик отмеривал секунды под именем «Эванс», в углу светилось время – половина одиннадцатого ночи.

«Чёрт, чёрт, чёрт!!!»

Горло сдавило очень нехорошим предчувствием, она медленно подняла трубку к уху и прошептала:

– Да?

Секунда тишины показалась бесконечной, потом он ответил так тихо и спокойно, что она сразу вспомнила арктический холод в его глазах:

– Где вы?

Внутри всё сжалось – он знает. Она сглотнула и попыталась совладать с голосом:

– Мы вернёмся поздно.

– Правда? – с горьким сарказмом фыркнул Стив. – Ещё не наговорились? Мало времени с утра и до ночи? А ещё, можно поинтересоваться, о чём вы думали, когда выходили через главный вход, прилипнув друг к другу, как две гадюки в брачный период? – Она распахнула глаза, лихорадочно копаясь в памяти, он продолжал давить ледяным голосом: – Это было в интернете через десять минут, а сейчас писаки уже накропали сотни статей, по дебильным идеям из которых можно ещё один сериал снять. Когда будете возвращаться, постарайтесь не палиться так сильно, они будут тут ещё неделю с камерами ошиваться. – Она не знала, что сказать, он помолчал и уже спокойнее спросил: – Когда тебя ждать?

– Не знаю, через пару часов, – она бросила короткий взгляд на замершего напротив Криса, ловящего каждое её слово, закрыла глаза. – Может, утром увидимся?

– Увидимся, как только ты приедешь. И ты мне подробно расскажешь, как прошёл ваш разговор. – Она прикусила губу, сдерживая желание закрыть лицо руками, свернуться в комок и заскулить от безысходности. – Я жду.

Он положил трубку, Стефани опустила дрожащую руку и молча открыла сообщения – три, одно от Мари («Ты с ума сошла?! Позвони мне!») и два от Эванса. Их было страшно открывать.

– Малыш, всё хорошо? – Крис потянулся к ней и попытался погладить по щеке, она отвернулась. Убрала телефон и потёрла лицо, пытаясь прийти в себя:

– О чём мы говорили?

Парень посерьёзнел и перестал улыбаться:

– О том, что ты хочешь меня бросить. Из-за этого психа Эванса. Стефани, я не понимаю, что ты в нём нашла? Он полный отморозок!

Она убито зажмурилась и глубоко вдохнула, собираясь с мыслями.

«Что тебе сказать? Что мне нравятся его руки? Что от звука его голоса у меня отнимается всё, что ниже сердца, а всё, что выше – взрывается от восторга? Что я могу говорить с ним часами, всю ночь напролёт, что мне с ним весело, как с лучшим другом? И что при этом я хочу его так, как будто каждый разделяющий нас миллиметр причиняет нестерпимую боль...»

– Стефани, что происходит? – он подсел ближе и попытался её обнять, она мягко отстранилась и вздохнула:

– Крис, слушай, я должна тебе кое-что сказать. Это важно, – она подняла глаза, он сложил руки на груди и изобразил хмурое внимание. Стеф выдохнула, собираясь с силами, и медленно произнесла: – На самом деле ты меня не любишь. Я тебя приворожила.

Он чуть приподнял брови и пожал плечами, спросил:

– Когда?

Девушка округлила глаза – она ожидала чего угодно, только не такого конкретного вопроса. Задумалась и ответила:

– В ту ночь, когда ты гулял с Евой.

– Точнее, – поморщился он, – я много раз с ней гулял.

«Правда? Я не знала...»

– Когда пошёл дождь и вы целовались возле моей двери, а потом тебе стало плохо и я тебя водой поила, – она ссутулилась, глядя на его задумчивое лицо, – я тогда как раз закончила.

– Угу, я вспомнил, – он чуть улыбнулся и качнул головой, – это ничего не меняет, на тот момент я тебя уже любил.

Стефани против воли улыбнулась – это было очень приятно слышать. Но всё-таки спросила, недоверчиво прищурив глаз:

– Любил и гулял с кем попало? А после приворота вдруг резко прозрел и пришёл ко мне за столик прямо утром?

– Гулял с кем попало я чтобы тебя позлить, – довольно оскалился парень. – Я видел, как ты ревнуешь, да плюс «магнит»... Ты, кстати, не против моего «магнита»?

«Чёрт, что это такое? И дурой себя выставлять не хочется...»

– Пока он мне не мешает – не против, – загадочно улыбнулась она.

– Ну и отлично, – с облегчением выдохнул Крис. – А той ночью... ладно, не буду врать – толчок был, но это был не приворот. Скорее, я просто сам себе наконец признался, что дальше выделываться бессмысленно и пора открывать карты.

– Значит, ты не под действием магии сейчас?

«...и я имею право уйти от тебя?»

Парень внимательно посмотрел в её глаза и помрачнел:

– Стефани, ты можешь мне объяснить, что в нём есть такого, чего нет во мне, а? Ты же любишь меня, значит, причина в чём-то конкретном и для тебя важном. Это дети?

«Почти...»

– Нет, – она опустила голову, медленно краснея, попыталась сформулировать и поняла, что вряд ли получится. Помялась, решила зайти издалека. – Понимаешь, ты мне нравишься... но у меня иногда такое ощущение, что мы как будто играем. Ну, как друзья, или брат с сестрой, которые просто изображают страсть... которой нет на самом деле.

«Фууух...»

Она подняла на него глаза:

– Понимаешь?

– Не понимаю, – хмуро сгорбился он. – Что значит «мы изображаем страсть»? Я что, тебе не нравлюсь внешне?

«По тебе видно, что ты в это ни за что не поверишь.»

Она вспомнила Мари, вышагивающую по комнате с растопыренными руками, сдержала ухмылку.

– Нравишься. Просто, когда мы целуемся или обнимаемся, то это приятно, но нет... того электричества, которое обычно бывает в таких случаях, – она опустила голову, понимая, что уже вся бордовая, лицо пылало и пульсировало, объяснять дальше уже не было сил. Крис задумчиво тёр подбородок, потом озарённо распахнул глаза:

– А, я понял! Чёрт, я совсем забыл об этом... – Он с облегчением улыбнулся, покачал головой. – Это из-за одного ритуала, который я недавно провёл. Я израсходовал почти все силы, теперь какое-то время придётся их опять накапливать. Электричество, о котором ты говоришь – это энергетический обмен между двумя людьми, а так как я пуст, то твоя энергия льётся в меня, а в ответ ты ничего не получаешь. «Магнит» на тебя не действует из-за того, что ты посвящённая, поэтому для тебя я сейчас в энергетическом плане – пустое место. – Он с извиняющимся видом посмотрел на удивлённо хлопающую глазами Стеф, виновато поджал губы, – как я мог забыть... Ещё и сюда тебя притащил! – Он очень мягко погладил её по плечу, – слушай, прости, я правда должен был подумать об этом, прежде чем пытаться тебя совратить, – он с убитым видом закатил глаза, – пожалуй, это были не самые лучшие минуты в твоей жизни... Но я всё исправлю, обещаю. Завтра вечером всё будет отлично.

«Завтра вечером я должна быть не с тобой.»

– Крис, – она мягко освободилась от его руки. – Это не важно. И завтрашнего вечера не будет. Потому что...

– Будет, Стеф! – он решительно взял её за руку. – Знаешь, мне плевать, что там у вас с Эвансом было, я понимаю, что из-за того, что я не знал о твоём посвящении, мы много чего упустили, но я обещаю тебе это исправить. Тебе больше не придётся с ним видеться. У нас с тобой всё будет хорошо.

– Не получится, Крис, – тихо вздохнула она, пытаясь освободить руку. – Я люблю его.

– Ты называешь любовью банальный энергетический дефицит и пошлое желание трахаться! – рыкнул он. – Ты не любишь его, ты ничего о нём не знаешь, в тебе говорит отсутствие «магнита», которое ты, кстати, без меня всё равно не устранишь. – Он глубоко вдохнул и резко прижал её к себе, до боли сжав плечи: – Солнце моё, я тебе помогу. Я всё сделаю, ты поймёшь, что он тебе не нужен, только дай мне время. Хотя бы неделю, мне хватит, чтобы накопить сил и помочь тебе поставить «магнит», ты сразу всё поймёшь и почувствуешь разницу. Неделя, Стеф, – он поцеловал её в висок и чуть отодвинулся, заглядывая в глаза, – только не общайся в это время с Эвансом, я тебя прошу, это может сильно помешать.

Она молчала, пытаясь как-то собрать свой мир из кусков, на которые он так внезапно развалился. Качнула головой и отложила это на потом.

– Когда ты дашь мне свою Книгу?

– Завтра, мне нужно за ней съездить. – Он погладил её по плечам, – Стефани, неделя. И всё будет хорошо, поверь мне. Ты подождёшь?

«Наверное, мне тоже нужно время, чтобы всё обдумать.»

– Хорошо, – вздохнула она, – неделя так неделя. Поехали в школу.

***

Они молчали всю дорогу. Сначала Стефани делала вид, что спит, потом перестала – боялась уснуть на самом деле. По мере приближения к школе внутри росло напряжение, уже на подъездной аллее солнечное сплетение скрутило болью, гораздо раньше, чем она рассмотрела знакомый высокий силуэт на краю клумбы. Без гитары. Это почему-то испугало.

Крис напрягся ещё сильнее, чем она, остановил машину, заглушил двигатель. Бросил на Стеф короткий взгляд, игнорируя стоящего в паре метров Эванса.

– Завтра вечером всё будет хорошо, Стефани.

– Я помню.

– Не общайся с этим психом.

– Не могу, я должна ему всё объяснить, – она потянулась к двери, но парень заблокировал замок, с нажимом повторив:

– Не общайся с ним, пожалуйста! – Она хмуро посмотрела на Криса, уже набрала воздуха, чтобы возразить, но он опередил её, – Стефани, ты приворожила меня и можешь быть уверена, что я с тобой навсегда. А Эванс – непредсказуемый псих и ветреная творческая личность, сегодня ему одно в голову ударило, завтра другое. И из-за какого-то минутного порыва ты можешь сильно осложнить ритуал «магнита». Не делай этого.

– Мы просто поговорим, ладно? – подняла ладони она. – Я даже прикасаться к нему не буду, обещаю. Так можно?

Парень поджал губы и качнул головой:

– Ну поговори... Я подожду здесь и потом провожу тебя.

– Хорошо. – Он открыл дверь, она вышла из машины, медленно подошла к неподвижно стоящему Стивену, чувствуя, как подкашиваются ноги от непонятного страха.

«Почему у меня такое чувство, что я капитально неправа? Боже, не дай мне споткнуться...»

– Привет, – с трудом прошептала она. – Давно ждёшь?

Он вытащил наушники и хмуро ответил:

– С тех пор, как за тобой закрылась дверь трейлера. – Из его наушников рубило что-то очень тяжёлое, в два голоса рычали вокалисты. Стефани не выдержала его прямого взгляда, опустила глаза и кивнула на наушники:

– С каких пор ты такое слушаешь?

– Где-то с обеда, – криво усмехнулся он. – Это единственное, что тебя интересует?

– Как прошла прес-конференция? – она сунула руки в карманы, чтобы не начать хрустеть пальцами, холод внутри понемногу сковывал тело. Стивен медленно вздохнул, потянулся к телефону и выключил музыку, стало пугающе тихо.

– Меня спросили, какие отношения связывают меня с тобой, – он замолчал, задумчиво рассматривая деревья, Стеф не выдержала:

– И что ты ответил?

– А что я должен был ответить? – он наконец прямо посмотрел на неё, этот холодный взгляд заставил вздрогнуть. – Что ты ушла утром решать проблему со своим парнем, а вернулась ночью, решать проблему со мной? Я даже спрашивать не хочу, что у вас там произошло, у меня голова скоро взорвётся от попыток тебя понять.

– Так что ты сказал журналистам?

– В интернете посмотришь, – нервно рыкнул Стивен, – я не хочу сейчас об этом говорить. Отправляй своего павлина и пойдём поговорим нормально, он мне на нервы действует.

– Он не уйдёт, он хочет меня проводить до комнаты.

– Что? – неверяще фыркнул парень, – Стеф, какого хрена? – Посмотрел на машину поверх её головы, многозначительно поманил пальцем, – иди сюда, сучонок. Сейчас мы с ним всё подробно обсудим, кто кого куда будет провожать.

– Стив, не надо, – распахнула глаза девушка, он нехорошо оскалился:

– Надо, надо... давно пора было.

За спиной хлопнула дверь машины, раздались шаги, потом Крис по-хозяйски обнял её за талию, хмуро спросил:

– Всё, вы поговорили?

– Крис, мы...

– Не поговорили, – перебил её Эванс. – Мы планируем разговаривать до утра и ты нам нафиг не нужен, вали отсюда.

Стефани чувствовала, как напрягся Крис, его рука сдавила её талию, ей казалось, что нижние рёбра сейчас треснут. Она осторожно погладила его ладонь, надеясь, что он поймёт и перестанет, но он сжал ещё сильнее, на удивление спокойным голосом обратился к Стивену:

– Сейчас я проведу Стефани до комнаты, а потом мы с тобой всё обсудим, окей?

– Нет, гадёныш, – Эванс нехорошо улыбнулся и стал закатывать рукав, – тут обсуждений секунд на пять, а потом я пойду провожать Стефани, а ты пойдёшь плакать в углу. Стеф, отойди, пожалуйста.

– Не надо, – зашептала она, – Крис, иди к себе, я догоню тебя через пять минут, честно, – она не успела договорить, закусив губу от боли – парень сдавил её талию ещё сильнее. Стивен заметил и мягким, неуловимым движением снял руку Льюиса с её пояса, а через секунду блондин стоял, согнувшись в земном поклоне, с вывернутой далеко за спину рукой. Угол был такой, что Стефани даже смотреть на это было больно, Эванс криво улыбнулся и показал ей три пальца свободной левой руки:

– Недособаковый зашкиркохвать в действии, – потом изменился в лице и резко отпустил Криса, схватившись за правую, которой его держал, – что за..?

– Не всё так просто, Эванс, – тихо ответил тяжело дышащий блондин, разгибаясь и разминая плечо. – Не всё в этом мире решает сила, – обернулся к Стеф и кивнул, – пойдём. А с тобой мы ещё встретимся, – он окинул презрительным взглядом бледного Стивена, всё ещё держащегося за руку, взял за талию Стефани и потащил ко входу.

– Что ты с ним сделал? – она отошла от шока только когда за спиной закрылась дверь, Крис мелко дрожал, она чувствовала это по обнимающей её руке.

– Ничего хорошего, – он высокомерно оскалился, – будет думать, прежде чем хватать людей за руки. Это несложно, я тебя научу.

Она прикусила губу и не стала расспрашивать, позволила довести себя до комнаты и поцеловать в щеку на прощание.

– До завтра, малыш.

– Спокойной ночи, – она закрыла дверь и прислонилась к ней спиной, дрожащей рукой нащупала телефон, набрала Стивена.

– Да.

– Ты как?

– Тебе лучше знать, – рыкнул он. – Ты можешь это объяснить?

– Он такой же, как я. Чуть-чуть другой, сильнее... или нет, я не знаю, – она потёрла лоб, – Стив, я совсем запуталась, это кошмар какой-то!

– Приходи в трейлер, распутаем твой кошмар. Я бы сам пришёл, но боюсь не осилить твоё окно.

– Хорошо, жди.

Она отключилась, схватила из ящика крест и сунула в карман, осторожно приоткрыла дверь и выглянула в коридор – пусто. Тихо, как мышка, прокралась к выходу и почти бегом понеслась к трейлеру. У дверей сидел прямо на земле Стивен, хмуро поигрывая ключом, заметил её и поднялся. Стефани непонимающе нахмурилась:

– Мы куда-то идём?

– Мы идём внутрь, – скривился парень, протягивая ей ключ, – как только ты откроешь дверь. – Хмуро отвернулся и буркнул, – я не смог.

Она прикусила губу, долго возилась с замком, не сразу разобравшись, что одной рукой его действительно не откроешь. Наконец справилась, отдала ключ и вошла в трейлер, хлопком включила свет, налила себе воды, краем глаза следя за Стивеном. Он осторожно снял куртку, бросил на кровать, сел за стол и положил на него пострадавшую руку, уставившись на неё так грозно, как будто она была чем-то чужеродным. Стеф отставила стакан и села напротив, осторожно коснулась его ладони – холодная, как лёд. Взяла обеими руками, пытаясь отогреть, виновато глянула на парня:

– Не надо было его трогать...

– А что надо было делать? – он хмуро уставился в стол, – стоять и смотреть, как этот павлин изображает из себя тиски? – Он замолчал, немного шевельнул пальцами, поморщился и опять расслабил кисть.

– Болит? – сочувственно спросила Стеф.

– Не слушается, – он опять чуть двинул пальцами, – и гудит аж до локтя, как будто отлежал.

– Тебе надо всегда носить крест, – вздохнула Стеф, парень фыркнул:

– Нет у меня креста, я его подарил.

– Точно, я забыла, – она полезла в карман и встала, потянулась к нему, застёгивая на шее цепочку. – Не знаю, насколько это поможет, но попробовать стоит.

Он пожал плечами, стал рассматривать стол. Неудобная тишина начала давить, Стефани поёжилась и осторожно спросила:

– Как конференция?

– Плохо, – не отрывая взгляда от стола, он дернул подбородком куда-то в сторону холодильника, – у меня к вечеру в факсе бумага кончилась.

Стефани посмотрела в ту сторону, увидела толстую пачку листов с официальными шапками, от которых внутри повеяло холодом:

– От кого это?

– От кинокомпании, от звукозаписывающей студии, от агентства.

– И что это значит?

– Это значит, что я нищий, – он забрал у неё руку и откинулся на спинку, потёр лицо, прочесал пальцами волосы. – Гонорара от «Поцелуя душ» едва хватит, чтобы оплатить компенсации, и то, только тогда, когда я его полностью получу. – Его каменное лицо прорезала косая ухмылка, – видео с пьянками всплыли, кто-то выложил фотки, о которых я вообще ничего не помню... Со мной разорвали контракт на второй альбом, потому что он почти весь уже разлетелся по сети в отвратном качестве. – Стивен замолчал, широко улыбнулся, – не знаешь, кому можно быстро продать подержанный трейлер и десяток отличных гитар?

Она с болью закрыла глаза.

«Это всё из-за меня.»

– Ты тут ни при чём, – дёрнул щекой парень, как будто прочитав её мысли, – это полностью моя вина. Мог сидеть дома и изображать страдальца как нормальный человек, а не лететь на другой конец страны и устраивать позёрские дебоши в барах, раздаривать свои вещи, и выменивать гитару на кредитку с пинкодом.

– Ты поменял карту на гитару? – округлила глаза Стеф, Стивен обречённо усмехнулся и развёл руками:

– Мне нужна была гитара, а наличные кончились. А тот парень был настолько добр, что поверил на слово, что на карте есть деньги, и согласился взять её в обмен на своё потрёпанное весло, – он указал глазами наверх, – лежит сейчас на диване, бедолага... Похоже, это единственная гитара, которая у меня останется – за неё вряд ли много заплатят.

Ей было так стыдно, как никогда в жизни не было. Хотелось реветь в три ручья и бесконечно извиняться, но она прекрасно понимала, что никому от этого легче не станет. Стивен молча смотрел в стол, тишина опять начала давить. Стеф сжала в руках стакан, чтобы скрыть дрожь пальцев, тихо спросила:

– И что ты теперь будешь делать?

Он встряхнулся, выходя из задумчивости, натянуто улыбнулся:

– Что-нибудь придумаю. Джо с утра в мыле, мотается по офисам, изыскивает обходные пути, может, и правда найдёт. – Он помолчал, пожал плечами: – А не найдёт – сам выкручусь. Продам барахло, поживу у родителей, это ещё не конец света. Голова на месте, руки целые, – он запнулся и посмотрел на правую ладонь, поднял на Стефани неуверенный взгляд, – это же пройдёт?

– Пройдёт, – решительно кивнула она. – Дай, я ещё раз попробую, – Стивен опёрся о стол и протянул ей руку, она обхватила ледяную ладонь, закрыла глаза, пытаясь сосредоточиться.

– Стеф...

– Подожди, – прошептала она.

– Не могу, – он мягко освободил руку, заставив её открыть глаза. – Я и так слишком долго жду. Знаешь, на меня с самого утра столько всего валилось, непрерывно... – Она опять виновато прикусила губу, стрельнув глазами на пачку листов на холодильнике, он поймал её взгляд, с усмешкой качнул головой: – Ты даже не представляешь, насколько мне на все эти бумажки наплевать, это всё решаемо. Меня сейчас парит совсем другое, – она опустила глаза, не в силах выдержать его взгляд, внутри разрастался горячий ком желания просто обнять его, ничего не объясняя, и просидеть так до утра. Но его тихий усталый голос не оставлял шансов. – Как прошёл ваш разговор?

Температура в комнате подскочила градусов на десять, Стеф отпила воды, перерывая словарный запас в поисках подходящих слов, наконец взяла себя в руки и тяжело выдохнула:

– Сложно.

– Никто и не ждал, что будет легко, – резковато бросил парень. – Как вы пришли к гениальной мысли уехать из школы?

– Он сказал, что мне надо отдохнуть и отвлечься, – она зябко поёжилась. – Не знаю, почему я согласилась, так получилось... это тяжело объяснить. Вечером мы опять стали разговаривать, я пыталась объяснить ему... мы немного вспылили и он сделал то, что обычно делаю я Тем Самым взглядом, – она на секунду подняла глаза на Стивена.

– И что дальше?

– И ещё у него Печать, как у меня, – тихо добавила она.

– Сзади на пояснице? – холодно спросил Стив, она нахмурилась:

– Откуда ты знаешь?

– Ты раскрываешься во сне, – поморщился парень, потёр лицо и тихо, злобно прошептал: – Я даже спрашивать не хочу, каким образом ты узнала о его звезде на заднице.

– Ничего не было! – вскинулась она, он с сарказмом фыркнул:

– Угу, конечно. Что дальше?

– Мы разговорились о магии, – Стеф вздохнула с облегчением, спеша увести разговор подальше от вопросов личного пространства, – он рассказал, что у него, в отличие от меня, был наставник, который его учил. Крис много чего знает, мы не успели обсудить всё подробно, но похоже, что он сможет помочь мне с моим демоном.

– Насколько я знаю, – холодно процедил Стивен, – твоя проблема уже решена.

– Ну я же не могу вечно спать в твоём кресте...

– Можешь, это твой крест, я тебе его подарил.

– Это несерьёзно, – поморщилась Стеф. – Семейные реликвии не дарят кому попало...

– Да, кому попало – не дарят, – перебил он. – И ты сильно ошибаешься, если думаешь, что это несерьёзно. Я сказал, что крест твой, носи и попрощайся со всеми своими демонами и с Льюисом заодно. Я не хочу больше видеть его рядом с тобой.

Она опустила голову, медленно выдыхая и пытаясь найти другие аргументы. Как ни крути – Стивен прав, но жгучая жажда узнать о своей необычной силе что-то новое не давала покоя. А Стеф прекрасно понимала, что если она уйдёт от Криса, то он ей ничего не расскажет просто из мести.

– Он обещал мне свою Книгу, – наконец прошептала она.

– Ну и что? – фыркнул Стив. – Слушай, у меня такое ощущение, что ты просто ищешь поводы продолжать с ним общаться.

– Это не так...

«...или так?»

Она задумалась, вспоминая его нежный голос и обещания, услышала, как скрипнул стол, когда Стивен резко опёрся на него, подняла глаза, встречая его прямой усталый взгляд.

– Стеф, что с тобой происходит? Я тебя не понимаю, хоть убей, я честно пытаюсь, но не понимаю, – она закрыла глаза и выдохнула:

– Да я сама себя не понимаю... сегодня столько всего случилось, у меня скоро голова взорвётся, – она виновато посмотрела на него, прошептала: – Давай отложим это всё до завтра, а?

– Ещё раз отложим, – убито выдохнул он, потёр лицо, дотянулся до её рук и сжал в ладонях, заглянул в глаза, – Стефани, ты меня любишь?

Она вздрогнула и опустила глаза, чувствуя как бешеное сердце пытается вырваться из груди на волю. Парень отпустил её руки и опять откинулся на спинку дивана:

– Долго думаешь. В субботу возле студии ты говорила это очень уверенно.

– А ты говорил, что это просто настройка для записи, – перехваченным голосом прошептала она, Стивен фыркнул:

– И ты поверила? Стеф, ты можешь себе представить, чтобы я делал такое с Эшли или кем угодно другим, чисто ради качества записи?

– Кто тебя знает? – закрыла лицо руками она. – Ты псих и музыкальный маньяк, от тебя чего угодно ожидать можно.

– Но уж не признаний в любви, – криво улыбнулся он.

– Ты сказал, что в наше время эти слова ничего не значат.

– Но для тебя – значат.

– А для тебя – нет, – она пожала плечами, забираясь на диван с ногами и обхватывая колени. – Ты сказал, что я слышу это тысячу раз в день, и что это затёртая фраза. И ты мне её сказал ради записи. А до этого никогда не говорил.

Она понимала, что ведёт себя как маленькая девочка, выпрашивающая конфету, но уже не могла остановиться. Стивен вздохнул и покачал головой:

– Стеф, я говорил это сотни раз, другими словами, поступками, чем угодно. И могу только удивляться тому, как ты умудрилась не понять.

«А мог бы просто сказать. Было бы понятнее и проще.»

– Пойдём, покажу кое-что, – он поднялся, она спустила ноги с дивана, с опаской вжимаясь в спинку:

– Когда у тебя в прошлый раз был такой голос, ты искупал меня в озере.

– Не переживай, – чуть улыбнулся он, – купать не буду. Просто не хочу тащить это всё со второго этажа.

– Ну пойдём, – они поднялись по ступенькам, Стеф окинула взглядом извечный бардак в студии, заваленный нотными листами стол, кучи мятой бумаги на полу и диване, шарики из фольги. Стивен убрал с дивана гитару, смёл на пол бумагу и карандашные стружки, кивнул ей:

– Садись, сейчас я. – Подобрал с пола единственный несмятый лист, скомкал и сунул в карман пайты, Стеф заметила:

– Что это?

– Черновик, надо выкинуть, – отмахнулся он, стал копаться в столе, достал толстую папку и вернулся на диван, усевшись рядом со Стефани. – Вот, моя коллекция эмоций, – он чуть смущённо улыбнулся, двинул плечами, – вообще-то, я хотел сделать это по-другому, но раз уж так получилось...

Открыл папку, достал несколько сколотых скрепкой нотных листов, исписанных от руки, пролистал и сунул девушке, стал нервно перебирать остальные.

– Там везде есть дата. Слова я не писал, но я думаю, с этим ты и сама отлично справишься. – Она молчала, внимательно пробегая глазами строчки, Стивен нервничал всё сильнее. – Не то чтобы супер-круто, но по-моему, достойно. Как думаешь?

– Охренительно красиво, – прошептала она, не отрываясь от листов, он с облегчением улыбнулся:

– Забирай.

– В смысле? – удивлённо подняла взгляд Стефани, он пожал плечами:

– В прямом. Это тебе, – он щелкнул ногтем по пухлой папке на коленях, – это всё тебе. Твой танец в третьей серии, – он кивнул на листы у неё в руках, – наш разговор у фонтана, – взял следующую пачку из папки и передал ей, пролистал следующую, – твой день рождения. Тот раз, когда я тебя искупал... Прогулка на озеро, тут, вроде, две, – он перебирал листы, потом махнул рукой и сложил их все в папку. – В общем, разберёшься, там всё подписано. Этого нет в электронном виде, так что в интернет оно не попало, тут вообще всё в единственном экземпляре. – Он задумчиво погладил папку и откинулся на спинку дивана, в первый раз посмотрев на удивлённую и смущенную Стефани, улыбнулся, пытаясь скрыть смущение, – сейчас ты дебютируешь как актриса, но с твоим голосом тебе рано или поздно захочется выпустить альбом. Вот тогда и пригодится, – он помолчал, чуть наклонился, прижимаясь плечом к её плечу, тихо сказал: – Я хотел раньше отдать, но не был уверен, что ты примешь.

«Да я и сейчас не уверена, что имею на это право.»

Она сидела, не чувствуя тела, в душе ревел такой ураган, что разобраться в своих чувствах казалось невозможным. От его плеча по венам растекалось тепло, воспламеняющее сердце, заставляющее думать совсем не о музыке.

«Что мне делать? Как с этим справиться? А нужно ли? Господи, что со мной творится...»

Стивен сполз ниже, уложил голову на её плечо и тихо с улыбкой сказал:

– Вот приблизительно так выглядит признание у нас, психов и маньяков. Простенько, но со вкусом, не избито, возможно, даже с претензией на оригинальность, – он запрокинул голову, провёл носом по её щеке: – Как тебе?

– Супер, – прошептала Стефани, прижимаясь щекой к его волосам, нащупала его руку и крепко сжала, ощущая качку, как от средней силы шторма или бутылки крепкого вина. Он чуть приподнялся, сбросил папку на пол и обнял Стеф за плечи, прижимая к себе, она с трудом увернулась от его губ и уткнулась лицом в шею, сминая в пальцах его рукава и дрожа всем телом. Стив прижал её сильнее и нежно прошептал на ухо:

– Что такое?

– Я боюсь, что если начнём – останемся здесь до утра, – с трудом выговорила девушка, Стивен тихо рассмеялся и тронул губами её ухо:

– А чего тут бояться? Оставайся, – начал целовать её шею, спускаясь всё ниже, хитро улыбнулся: – Это не страшно, абсолютно.

– Стив... – он тронул языком ямку над ключицей и она на мгновение задохнулась, вцепившись в него изо всех сил, попыталась взять себя в руки и отстраниться. – Я не могу остаться на ночь, вдруг, кто-нибудь заметит, откуда я приду утром.

– И что? – он вздохнул и отодвинулся, устало посмотрел в её глаза. Она виновато поджала губы и погладила его плечо:

– Я очень хочу Книгу Криса. Он обещал мне её завтра привезти, а если узнает о нас – просто из вредности не покажет ни страницы. – Стивен нахмурился, Стеф состроила умоляющие глазки и подхалимски погладила его по щеке, пролепетав: – Ну постарайся меня понять. У меня не было наставника, я ничего о своей силе не знаю, и даже не знаю, откуда могу узнать. А что, если мой демон – ещё цветочки? Это опасная сила, я могу по незнанию что-нибудь натворить, случайно... помнишь, Бэт подралась с Эшли? – парень кивнул, она вздохнула: – Это я им пожелала, случайно. И Лили упала из-за меня. И Мари. Я даже лучшей подруге умудрилась подгадить, совершенно случайно. Я не хочу так, – она продолжала атаковать его умоляющим взглядом, ласково гладя щеку и зарываясь пальцами в волосы. Наконец он закрыл глаза и выдохнул:

– Ладно, сегодня ночуешь у себя, – она улыбнулась, он опять потянулся к ней, Стеф продолжила уворачиваться:

– Так я пойду?

– Не так быстро, – промурлыкал парень, придвигаясь к ней ближе и наваливаясь на спинку дивана. Диван качнулся, опасно накренившись, Стив замер, через секунду они оба прыснули от смеха, он улыбнулся: – Я бы сказал, что надо купить диван побольше, но учитывая, что скоро весь трейлер перестанет быть моим – проще сделать вот так, – он подхватил ахнувшую девушку и уложил на ковёр, удобно устроившись рядом. – Гораздо лучше, а?

– Отлично, – улыбнулась она, в очередной раз уворачиваясь от поцелуя, – мне ещё не пора?

– Время детское, расслабься, – он покрывал поцелуями её шею, решимость встать и уйти таяла, как айсберг в пустыне.

– Стив, я не уверена, что мы сможем остановиться, – тяжело дыша прошептала она, предпринимая слабую попытку подняться, парень прижал её грудью к полу, хищно улыбнулся:

– Не беспокойся, у меня с некоторых пор самурайский дан по самоконтролю, я тебя остановлю, – отбросил с лица волосы и всё-таки поймал её губы. Поцелуй был жадный и крепкий, отшибающий мозги напрочь, Стеф выгнулась дугой, прижимаясь к нему всем телом, плотнее, до боли, как будто каждый миллиметр кожи стремился коснуться и больше не отрываться никогда от этого нереально восхитительного тела. Её руки лихорадочно метались по его спине от шеи до пояса, распустили шнуровку на груди, забрались под воротник. Одежда ужасно мешала, она была настолько лишней, что избавиться от неё казалось естественным и правильным, но всё, что она могла себе позволить сейчас, это задрать его пайту и запустить ладони в мягкое тепло, жадно сминая и царапая спину, прижимая сильнее...

– Стефани, – такую интонацию в его голосе она слышала впервые, такое нереальное сожаление, как будто он проиграл в карты свою жизнь и просит дать ему пистолет, – вот сейчас самое время.

Она продолжала целовать его шею, прикусывая кожу и глубоко вдыхая его запах, до боли плотно забивающий лёгкие, растекающийся по венам пряным высокоградусным жаром.

– Стеф, тише, всё, – он с улыбкой отстранился, мягко поцеловал её в щеку. – Кому-то пора спать, а кому-то – думать о своей собачьей жизни и перспективах её улучшения. Давай, вставай.

Она недовольно заурчала, продолжая к нему прижиматься, Стив хохотнул, похоже, получая от процесса море кайфа. Встал, поднимая её на ноги, поправил одежду, обнял:

– Пойдём, я провожу тебя.

Они осторожно спустились по ступенькам, Стеф с трудом попала ногами в туфли, выпила воды, только здесь понемногу приходя в себя. Пошла в ванную к зеркалу, поправила волосы, криво улыбнулась – глазища дикие, губы напухшие, на щеках нездоровый румянец.

«Ничего, к утру пройдёт.»

Обернулась к Стивену, набрасывающему куртку.

– Как рука?

– В порядке, – он улыбнулся, опять прижимая её к себе, Стефани подумала, что никогда не видела его таким счастливым.

«У него сейчас срыв контрактов, бешеные штрафы, испорченная репутация и вообще вся жизнь летит к чертям. Как он может так улыбаться?»

– Слушай, ты говорил, что второй альбом сорвался из-за того, что все песни в интернете...

– Угу, – они вышли, он закрыл трейлер и обнял её, медленно повёл в сторону парка. – Давай через окно, там меньше свидетелей?

– Давай. И ещё говорил, что та музыка, которую ты хочешь подарить мне, в сеть не попала, – она заглянула в его лицо, – так может, сделать из неё второй альбом? Это будет гораздо быстрее, чем писать новые песни.

Он укоризненно посмотрел на неё и качнул головой:

– Я не «хочу подарить», я уже подарил. Всё, музыка твоя, она изначально не была предназначена для альбома, – он погладил её плечо и поцеловал встрёпанную макушку, – забудь об этом, а? Джо разберётся, а потом я новую напишу.

– Ладно, – она опять прижалась к нему, осторожно запуская руку в его карман, нащупала мятый лист. Когда они дошли до окна, бумажка незаметно перекочевала в её карман.

«Посмотрим, что ты так старательно прятал.»

– Ну что, до завтра? – предвкушающе мурлыкнул парень ей на ухо, Стеф хихикнула, он постучал в окно и дождался тихого скрипа рамы и удивлённой мордашки Мари, помахал ей рукой: – Открывай шире, – поцеловал хихикающую Стефани, подсадил на подоконник, дождался, пока она переберётся внутрь. Окликнул её, протягивая крест, поймал за ворот и поцеловал ещё раз, вися на подоконнике на одной руке. Когда они всё-таки попрощались и закрыли окно, глаза Мари были больше и круглее, чем литр воды в невесомости, а ширина улыбки превышала физически возможную минимум вдвое. Она прижала кулаки к груди и запрыгала на одном месте, шепотом вопя:

– Стеф!!! Дикие, отняшкать их котяроидом, пушистые бегемоты! Что это было? Ты мне немедленно всё расскажешь!

– Позже, – с комично-пафосным лицом подняла ладонь Стефани. – Мне надо в душ.

Схватила сумочку и полотенце, позорно прячась за дверью от еле слышного восторженного визга подруги.

«Когда я приду, она уже уснёт.»

Тихо пробравшись в душевую, Стеф включила горячую воду и опёрлась о стену, только теперь понемногу приходя в себя. Воспоминания кружили голову, не желали покидать память, как навязчивая песня или грохот рок-концерта.

«Что мы наделали... А если Крис каким-то образом узнает? Вот не могли один день потерпеть!»

Она отбросила с лица волосы и сменила воду на холодную, задохнувшись от неожиданности. Через минуту ледяная вода перестала обжигать, она запрокинула голову, подставляя ей лицо, ещё горящее от поцелуев.

«Но как же это было восхитительно... Это стоит чего угодно. Даже если Крис не даст мне Книгу – оно того стоило.

И чего было в таком случае уходить? Осталась бы.»

От холода она уже начала дрожать, сменила воду на кипяток, потом опять на холодную. Не помогало.

«И как я буду спать в таком состоянии?»

Тело ещё помнило его руки, в горле стойко держался его запах, мышцы продолжали сокращаться в сумбурном порядке, как будто по ним всё ещё путешествовали волны страсти. Голова кружилась, мозг ещё не верил, что это всё-таки произошло – такое нереальное, всепоглощающее счастье её давно не затапливало с головой. Никогда, наверное.

«Стивен... мой друг, мой ночной музыкант, мой-мой-мой...»

По телу пробежали колючие мурашки, не желающие смываться ни холодной водой, ни горячей. Она проторчала под душем ещё минут двадцать, пока окончательно не смирилась с тем, что так просто от этого состояния не отделаться.

«Под одеялом должно быть легче.»

Куда там! Прикосновение мягкой ткани пробудило память о совсем других прикосновениях, взбудоражило фантазию, подняв со дна сознания мысли о том, как было бы здорово увидеть в одеяле его. Только в одеяле. Всё остальное будет мешать. Мысли текли патокой, обволакивали сонное сознание, пока не убаюкали её, мягко погрузив в сладкие сны.

***

ГЛАВА 2, 54й день съёмок

 вторник, 16 июля ∙•∙ 54й день съёмок ∙•∙ 8/9 лунный день

Когда зазвонил будильник, Мари в комнате уже не было, на кровати лежал жёлтый листок с огромным восклицательным знаком по центру, Стеф улыбнулась и не стала его трогать. Пошла в душ, долго с улыбкой рассматривала в зеркале своё лицо и шею, трогала кончиками пальцев красные следы от поцелуев и свежие синяки – маленькие доказательства большого события.

«Всё хорошо. Всё будет хорошо!»

Хотелось петь и прыгать от радости, хотелось закричать на весь мир о своём счастье... и одновременно хотелось никому-никому не говорить, жадно оставить это знание только для себя, как будто от того, что кто-то узнает, её счастье станет меньше.

Тщательно расчесавшись, она уже подумывала о том, чтобы начать краситься, но вовремя остановилась – это выдаст её с потрохами, она никогда в жизни не красилась утром. С сожалением отложив косметичку, Стефани вернулась в комнату, оделась, мурлыкая под нос что-то весёленькое, с удовольствием впрыгнула в туфли на самой высокой шпильке и чуть ли не вприпрыжку побежала завтракать.

Перед самой дверью сердце сжало коротким страхом, она глянула на любимый столик Криса, только сейчас подумав о том, что ей предстоит ещё один тяжелый разговор... но столик был пуст, зато на угловом диване задумчиво потягивал кофе Стив, мигом вернувший ей радужное настроение. Она сдержала желание броситься прямиком к нему, неспеша прошла по залу, поздоровавшись со своей группой, взяла поднос и только тогда позволила себе улыбнуться Стивену:

– Доброе утро, – она опустилась на стул напротив, чувствуя, как заливается краской. Парень загадочно улыбнулся и медленно ответил:

– Офигенное. Обожаю утро.

Стеф смутилась ещё больше, начала ковыряться в тарелке, не зная, что сказать. Она прекрасно понимала, что они выглядят как парочка шпионов с явками-паролями, но не могла заставить себя болтать непринуждённо.

– Стеф, – его вкрадчивый шепот пустил по телу волну мурашек, она подняла глаза. Он чуть улыбнулся и опёрся о стол, наклоняясь ближе, – мне это не снилось?

Она хихикнула и пожала плечами:

– А бывают у двух людей одинаковые сны?

– Бывают, если обоим хочется одного и того же, – усмехнулся он.

– Хм, – Стеф изобразила задумчивость и почесала бровь, – а вот такое после снов бывает? – на секунду оттянула ворот, показывая красное пятно на шее, Стивен прикусил губу, сдерживая улыбку, опустил глаза, Стефани тоже сделала вид, что поглощена рассматриваением тарелки, изо всех сил борясь со своим лицом, которое норовило побить все рекорды по ширине улыбки.

– Как спалось? – задумчиво протянул Стив, заставив Стефани опять залиться краской.

– Хорошо... хотя и немного сложно. А тебе?

– А у меня со сном вообще не сложилось.

Стеф укоризненно погрозила пальцем:

– Твой режим не приведёт ни к чему хорошему.

– Ну почему? – загадочно промурлыкал парень, – то, к чему он привёл, ты через время споёшь. Ещё десяток таких ночей – и я наберу материала на альбом.

Стеф улыбнулась и вздохнула, качнула головой:

– Ты сегодня работаешь?

– После обеда.

– Тогда иди спать, у тебя ещё есть время, – она понизила голос и добавила: – Я позвоню вечером.

– Буду ждать, – он хитро сверкнул глазами, от чего Стефани бросило в жар. – До вечера.

Она кивнула, он одним глотком допил кофе и ушёл, она осталась ковыряться в тарелке и пытаться разобраться в собственных мыслях.

***

Телефон Криса не отвечал, на съёмках он тоже не появился, зато Эшли буравила её таким злобным взглядом, что Стеф заподозрила её в осведомлённости. Подошла к ней на перерыве, как бы невзначай поинтересовалась, не видела ли она Льюиса. Блондинка с натужной вежливостью сказала, что ничего не знает, но по всему её виду было ясно, что она готова заплевать Стефани кислотой.

На обеде он тоже не появился, но в процессе работы Сэм обмолвился, что Льюис приедет завтра, сегодня придётся обойтись без него.

«За книгой поехал. Но почему телефон отключен? Мог бы сказать.»

Вечером режиссёра опять покусала муза, так что съёмки закончились на закате, под дружную ругань осветителей и операторов. Быстро переодевшись, Стеф бросилась в парк, написала Стивену sms: «Если не спишь, приходи к роднику». Устроилась поудобнее на лавочке и включила музыку, приготовившись ждать. Мобильный пиликнул: «Иду», буквально через пару минут она увидела знакомый силуэт и тихо позвала:

– Стив, – он подошёл, нащупал в темноте её руку и сжал:

– Привет. Как съёмки?

– Как обычно, – он сел рядом, она обняла его за пояс и тихо добавила: – Только Криса не было.

– Я знаю, говорят, он уехал. Только машина его почему-то на парковке. – Парень обнял её за плечи, уткнулся лицом в шею, зарываясь в волосы и медленно выдыхая: – О, боже, как хорошо... бесконечный день.

Стефани улыбнулась, прижимаясь к нему крепче.

– Устал?

– Устал, – кивнул он.

– Спал?

– Нет, – он выпрямился и кривляясь мотнул головой, – не получилось. Утром Джо приехал, были... дела. А потом были съёмки, – он опять вздохнул и обречённо простонал: – А через полчаса идти к звукарям! И опять до ночи, как же я не хочу туда...

Стеф сочувственно погладила его по руке:

– Что я могу для тебя сделать?

Он чуть улыбнулся:

– Сядь на край, – она пожала плечами и пересела, Стивен улёгся на лавку, устроив голову на её коленях и с широкой улыбкой промурлыкал: – Отлично. – Стефани тихо рассмеялась и запустила пальцы в его волосы, парень блаженно прикрыл глаза и медленно проговорил: – И-де-ально... всю ночь бы так лежал, если бы никуда идти не надо было.

– А нельзя это перенести?

– Теоретически, можно. Но для этого нужна уважительная причина, вроде проблем с оборудованием. Моя головная боль не покатит, я об этом даже заикаться не буду.

Стеф сразу же прикрыла глаза и пролечила его всего, потом на секунду задумалась и хитро улыбнулась:

– А если света не будет?

– Тогда отложат, конечно. Но с чего бы ему не быть?

– С того, что я его выключу, – Стивен открыл глаза и недовольно двинул бровями:

– Как?

– Очень просто, – она улыбнулась и хлопнула в ладоши, как будто тушит свет в трейлере.

Где-то далеко грохнуло и мигом стало ещё темнее, чем было. Стивен округлил глаза и встал, вытягивая шею в попытке рассмотреть главный корпус, шокированно повернулся к Стефани:

– Всё потухло, Стеф. Всё!

– Значит, ты можешь никуда не идти? – она ковыряла каблуком плитку, изображая скромняжку, – и вечер свободен?

– Не знаю, наверное, – он вернулся на лавку и достал телефон, набрал кого-то. – Что случилось? – с полминуты послушал и кивнул: – Понял, до завтра, – положил трубку, посмотрел на Стефани и покачал головой. Она не видела в темноте его выражение лица, но голос был озадаченный: – Как долго не будет света?

– Не знаю, – она легкомысленно развела руками, – я конкретное время не заказывала. А что?

– Потухло всё по эту сторону перевала, даже фонари на трассе. Причина не у нас, а где-то в городе.

Она перестала кривляться и нахмурилась в ответ на его серьёзный тон:

– Ты что, не рад? Вернуть как было?

Стив спрятал телефон и обнял её, задумчиво вздохнул:

– Не знаю. Вроде и хорошо, но... лучше б я отработал, честно.

– Почему?

– Потому что не верю, что такие возможности даются просто так. За всё в этом мире надо платить, а уж за такое плата вообще должна быть непомерной, и то, что с тебя её пока никто не потребовал, ещё не значит, что этого не случится в будущем. – Он наклонился и поцеловал её в макушку, добавил почти шёпотом: – Помнишь, как в сказке: «Отдашь мне то, о чём не знаешь».

Стефани вспомнила Криса и его слова о том, что детей у него не будет. Постаралась отогнать эту мысль, крепче обняла Стивена:

– Вот для этого мне и нужна Книга. Может, оттуда я хоть что-то узнаю.

– Когда он обещал её привезти?

– Сегодня.

– М-да. Звонила?

– Отключен, – вздохнула Стеф. – Мне кажется, Эшли что-то знает, но она не хочет говорить. Сэм сказал, что Льюис будет завтра. – Парень кивнул и потёр глаза, Стеф погладила его по щеке: – Слушай, иди спать, а? Ты, по-моему, на ходу отключаешься.

Он хитро улыбнулся и поймал губами её ладонь:

– Пойдём со мной.

– Колыбельную спеть? – иронично фыркнула Стеф, парень придвинулся ближе, целуя её шею, шепнул:

– Можно и спеть, для начала...

– Стив, не выделывайся, – она хихикнула, игриво прикусывая его ухо. – Не надо мне ничего доказывать, ты больше суток не спал.

– Ну и что? – его шепот пустил по коже щекотные мурашки, девушка закрылась плечом от его губ:

– Сейчас доползёшь до кровати и отрубишься до обеда.

– Вместе доползём...

– Я до своей, ты до своей.

– Подумай хорошо, Стеф, – он добрался до её губ и стал медленно целовать, она чувствовала, как тает решимость прогнать его спать, но всё-таки прошептала:

– Сам подумай... у нас впереди море времени, куда спешить?

– Не знаю, – его губы касались её кожи, он продолжал целовать её, – у меня такое ощущение, что если я отпущу тебя сейчас, то другого шанса уже не будет.

– Ой, да ладно тебе, – она погладила его по щеке. – Что может случиться за ночь?

– Что угодно, ночь длинная.

– И ты её всю проспишь, а завтра будешь свежим, бодрым, – она хитро улыбнулась и добавила в голос страстной хрипотцы, – и полным сил.

– Я всегда полон сил, – он поднял её и посадил к себе на колени, жадно впиваясь в губы поцелуем, она отвечала, понемногу теряя ощущение времени, голова кружилась, страсть затапливала тело, отчаянно стучась изнутри волнами горячего удовольствия и желания продолжить банкет прямо здесь – никто не увидит, они одни в этой части парка...

– Стив, подожди, – она задыхалась от возбуждения, хваталась за его плечи, пытаясь не упасть. – Хватит, всё. Пойдём спать, завтра продолжим.

Сердце колотилось как бешеное, Стивен молчал, продолжая прижимать её к себе, наконец чуть ослабил хватку и тихо выдохнул:

– Ладно, да, ты права... я правда отключаюсь. Пойдём.

– Пойдём, – она улыбнулась, поглаживая его щеку, зарылась пальцами в волосы. Парень мягко погладил её спину и опять прижал к себе, крепко целуя.

***

Сон сверкал. Переливы золота и бриллиантов смешивались вокруг, было так тепло, как будто её закопали в песок на пляже. Жар бегал по коже волнами, в ушах шелестел песок и шумел океан, блики отражались от воды и дробились радугой.

Завораживающее сияние.

Щеки коснулось мягкое тепло, она улыбнулась, подаваясь ему навстречу, протянула руки, обхватывая его за талию и прижимая к себе. Ощутила на губах его дыхание, сердце заколотилось сильнее, радужные блики перед глазами полыхнули особенно ярко.

«Стивен? Я же отказалась к нему идти...»

Поцелуй обдал жаром, она запустила пальцы в его волосы, чувствуя странную неправильность. Попыталась открыть глаза, но сверкающие переливы не пропадали.

«Мне это снится?»

Его губы спустились горячей дорожкой по шее, талию обхватили сильные руки, нырнули под одежду, заставляя тело затрепетать от желания.

Она опять попыталась открыть глаза. Не получилось.

«Что происходит? Это странно... это не сон.»

Бросив попытки открыть глаза, она сосредоточилась на ощущениях, погладила его шею, провела ладонями по плечам, по рукам... Маленькая родинка за ухом, рельефное тренированное тело.

«Это не Стивен.»

Сердце сжалось от страха, она попыталась оттолкнуть того, кто её целует, но рукам явно не хватало силы – он, похоже, даже не заметил. Тогда она собрала остатки силы воли и попыталась укусить целующие её губы.

Радужный калейдоскоп вспыхнул, резанул глаза болью и понемногу потух. В тёмной комнате светилась только луна в окне – электричества, похоже, всё ещё не было. Вдвоём на маленькой кровати было тесно, она ощущала его тело везде и это вызывало болезненно-острое желание. Подавив дрожь, она тихо позвала:

– Крис?

– Привет, малыш, – он опять поцеловал её, погладил по щеке. Стефани попыталась отодвинуться, но упёрлась в стену.

– Как ты вошёл?

– Попросил твою подружку открыть, – он самодовольно хохотнул. – Не бойся, она этого не вспомнит. И сладко проспит до утра, даже если здесь будет очень шумно... так что не стесняйся. – Он опять начал её целовать, Стеф отстранилась, чувствуя внутри нарастающую панику:

– Крис, ты с ума сошёл? Так нельзя!

– Расслабься, никто не узнает, – его рука под её футболкой пришла в движение, заставив её задохнуться от эмоций, парень игриво прикусил её шею, довольно промурлыкав: – О, теперь гораздо лучше, не правда ли?

Поцеловал её, не дав ответить, его руки продолжали путешествовать под одеждой, обжигая болезненной страстью, он приподнял Стеф, стащил с неё футболку, навалился сверху, прижавшись грудью к обнажённой коже.

«Откуда такие ощущения? Раньше же...»

Он продолжал её раздевать, она тонула в вязкой истоме, изо всех сил пытаясь сопротивляться, но сил не хватало.

– Крис, стой...

– Всё хорошо.

– Подожди, нет...

– Шшш, Стеф, малыш, расслабься, – он опять закрыл ей рот поцелуем, она отворачивалась, но тело почти не слушалось, как будто она им не владела. Его шёпот обжёг губы: – Стефани, я люблю тебя. Всё хорошо. Всё хорошо...

***

ГЛАВА 3, 55й день съемок

 среда, 17 июля ∙•∙ 55й день съёмок ∙•∙ 9/10 лунный день

Мир пылал, языки пламени плясали сверху, по бокам и в глазах рогатого демона. Ей не было страшно, она смотрела в них с удивлением.

– Давно не виделись, Бренда, – зубасто улыбнулся демон. – Я скучал по тебе.

Он протянул когтистую ладонь и погладил её по щеке, она с трудом отвела взгляд от его глаз и осмотрелась – чудовище сидело на её груди, но она совершенно не чувствовала его веса, только жар пламени со всех сторон.

– Моя драгоценная, ты так выросла, – он приблизил к ней лицо, переместил руку с щеки на шею, – пора делиться силой!

Горло сдавило, демон расхохотался, запрокидывая голову к пылающему небу, девушка дёргалась, пытаясь вырваться, схватилась двумя руками за его запястье, но не смогла оторвать от шеи его пальцы. В глазах всё плыло, постепенно становилось темнее, его смех отдалялся...

*

В комнате было темно и тихо, солнце ещё не взошло, но проснувшиеся птицы уже распевались за окном.

«Что-то не так.»

Внутри нарастал холод, больно сжалось сердце от непонятного ощущения, как будто она проспала экзамен или опоздала на самолёт.

«Что случилось?»

Едва открыв глаза, она почувствовала чужое присутствие, неудобное ощущение вторжения, через секунду поняла – запах. Пахло чем-то чужим, чем-то, чего тут быть не должно.

«Кто здесь?»

Протерев глаза, рассмотрела в тусклом предрассветном сумраке спящую Мари, больше никого не было. Села на кровати и поняла, что совершенно голая – пижама валялась на полу неопрятной кучей. И вспомнила.

«Господи, пусть это будет сном.»

Сердце провалилось в ледяную пропасть, на глаза навернулись слёзы, она плотно зажала рот ладонью, чтобы не заскулить и не разбудить Мари.

«Чёрт возьми, это было! Это не сон. Как это могло случиться?»

В ушах шумело, виски пульсировали болью, грудь сдавило так, что сердце бессильно затрепыхалось, как пойманная птица.

«Нет, пожалуйста, нет! Пусть я сейчас проснусь и всё будет в порядке...»

Она крепко зажмурилась, чувствуя катящиеся по щекам слёзы, больно прикусила ладось, пытаясь смириться с мыслью, что то, что случилось, было на самом деле.

«Он пришёл сюда ночью и мы... и я его не остановила. Как я могла? Как это произошло, чёрт возьми, как?!»

Память подбросила пару кадров, полных животного иступляющего желания, удушливого жара и лихорадочной возни под одеялом. Живот опять резануло судорогой желания, Стеф согнулась от боли.

«Значит, он всё исправил, как обещал... и сразу пришёл проверить, насколько эффективно.

Чёрт, чёрт, чёрт!!!»

Она пощупала шею, не нашла креста и стала вглядываться в вещи на тумбочке, подняла с пола пижаму, перетряхнула – нету.

«Зачем он его снял, ещё можно понять. Но куда он его дел?»

Страх опять перехватил грудь тугими верёвками, она поднялась с кровати, стала копаться в вещах на столе, нервно перебирая косметику и одежду, обшарила тумбочку, пол, всё что можно.

«Нигде нет, господи, да что за... неужели он унёс его с собой?»

Вернувшись на кровать, она вывернула футболку и попыталась надеть, ощутила густой запах Криса и нервно сорвала её, глаза опять запекли.

«Мне надо в душ.»

Натянула что-то, висящее на стуле, взяла полотенце и почти бегом понеслась по коридору, закрылась, наткнулась на зеркало и чуть не вскрикнула, увидев своё отражение. Глаза были непроглядно-чёрные, а лицо такое бледное, что проступающие вены казались фиолетовыми, серые губы дрожали, круги под глазами делали её похожей на зомби.

«Что со мной?»

Стефани подошла к зеркалу, тронула пальцами веки, оттянула ворот, увидев на шее новый засос.

«Это Стивен или Крис? Господи, как можно быть такой шлюхой...»

Она с ненавистью сорвала с себя одежду, включила ледяную воду и вылила на грудь полбанки геля для душа, стала яростно натирать кожу мочалкой, задыхаясь от обжигающего холода, упёрлась руками в стену, сотрясаясь от беззвучных рыданий.

«Я себя ненавижу. Ненавижу!»

Выровнялась и продолжила до красна натирать тело, руки дрожали, легче не становилось. Её колотило, по лицу текли слёзы, мгновенно смываясь водой, в голове пульсировала боль, от отвращения к себе тошнило.

«Боже, какая же я дура... как я могла? Почему я его не остановила?»

Ноги подкашивались, она сползла на холодный кафель, сжалась в комок, обхватив колени, уткнулась в них лицом, продолжая заливаться слезами. Мокрые волосы липли к спине, вода била в затылок, внутри дрожала глыба льда, крошась осколками, больно впивающимися в сердце.

Ничего не менялось. Слёзы не заканчивались, она попыталась взять себя в руки и поднялась, выключая воду.

«Хватит страдать. Надо что-то делать.»

Растёрлась полотенцем и натянула джинсы, подобрала с пола упавшую кофту, заметила рядом мятую бумажку. Подняла, развернула, резкие угловатые буквы плясали перед глазами.

«Тот стих, который прятал Стивен. Из кармана выпал.»

   Этим утром, таким болезненно-несмешным,
   Я молился бы о прощении мне всего,
   В чём когда-либо согрешил,
   Я бы резал свои молитвы о бритвы струн,
   Извлекая из них стоны тех,
   Кого никогда уже не спасут.
   Сердце дёргалось в ритме агонии обречённых...
   Если б ты знала, как сильно
   Я хотел тебе сделать больно.

Она зажала рот ладонью, руки тряслись, мятый листок прыгал перед глазами.

«Он писал это, когда узнал, что я уехала с Крисом на пляж. Господи, Стивен, прости, я такая дура! Если бы я могла всё исправить...»

   Этот день, проклятое солнце несётся ввысь.
   Я молился о буре, бескрайней и смертоносной,
   Чтоб вы с ним ни за что не спаслись.
   Я мечтал станцевать хип-хоп на ваших могилах,
   Осыпая твой гроб цветами за то,
   Что врала, что меня любила.
   Я просил небеса о громах и тучах чёрных,
   Умоляя, чтоб тебе было хоть миг
   Точно так же больно.

«Просил – получи. Мне больно. Так больно, что нет сил сдвинуться с места. Только вряд ли тебе станет от этого легче.»

   Эта ночь, бескрайняя, душная, ненавижу!
   Как я страстно желал твой голос,
   Как молился его услышать.
   Слыша в тысячный раз: «Абоненту на вас плевать»,
   Содрогаясь от жажды найти вас
   И зубами в клочки порвать,
   В кулаке сжимая до хруста остатки воли,
   Я молился богу и дьяволу
   Подарить тебе море боли.

«Море. Океан. Бесконечную вселенную боли, которая сейчас разрывает меня изнутри. Ты хотел, чтобы я это почувствовала – отлично. Мечты сбываются.»

   В эту ночь я узнал, как страшно порой бывает
   Изрытой язвами боли душе,
   Когда ненависти не хватает,
   Когда выпито всё, когда силы оставили поле боя.
   А когда-то давно, в прошлой жизни,
   Я мечтал быть твоим героем,
   Я хотел подарить тебе свет, обернуть собою…
   Я наверное никогда
   Не избавлюсь от этой боли.

«Я тоже хотела подарить тебе свет, друг мой. Весь свет, который у меня есть, до последнего лучика... но он погас сегодня ночью. Я ни за что не признаюсь тебе в том, что сегодня сделала, а соврать не смогу – ты видишь меня насквозь. Да ты и так всё поймёшь... и никогда не простишь, для тебя это важно, ты не раз говорил.

Всё пропало. Этой ночью я убила наши неначавшиеся отношения с особой жестокостью.

Прости меня, Стивен, если сможешь. Я себя простить, наверное, никогда не смогу.»

Слёзы катились ручьями, ползли по шее, она прислонилась к стене, медленно сползая на пол, забилась под умывальник, стремясь спрятаться от всего мира. Перед глазами всё плыло, где-то в горле рождался тихий безнадёжный скулёж окровавленной собаки, которую сбили машиной, переломав все кости, и оттащили на обочину умирать.

Она протёрла глаза, пытаясь сфокусировать взгляд и всё-таки дочитать.

Эта ночь никогда не закончится, время спит,
Мысли бродят кругами,
В груди метроном стучит,
Отбивая в стотысячный раз: «Она не придёт».
Боль свернулась петлёй вокруг шеи –
Она ещё подождёт.
Я встречаю рассвет и тебя на дороге знакомой,
Понимая, что никогда
Не смогу тебе сделать больно.

«А я смогла.

Господи, Стивен, почему я тебя не послушала и не ушла вчера с тобой?! Почему не осталась у тебя позавчера, далась мне эта проклятая Книга?! Почему согласилась ехать на пляж, я же знала, что ты будешь ждать?! Почему я такая бесхребетная – куда поведут, туда иду?!

А вы с Крисом перетягиваете меня, как канат, я скоро просто порвусь!»

Скомкав лист, она сунула его в карман, несколько раз глубоко вдохнула, пытаясь прийти в себя. Поднялась с пола, опёрлась о раковину, хмуро уставившись в зеркало. Лицо было как будто чужое, искажённое ненавистью и отвращением.

– Шлюха! – выплюнула Стеф в своё отражение. – Дрянь! Предательница...

По щекам опять покатились слёзы, она растёрла их ладонью и прошипела, пристально глядя в свои глаза:

– Реви сколько хочешь, тебя это не спасёт. Ты его не стоишь, он ни за что бы так с тобой не поступил... – Губы скривила презрительная усмешка, она хмыкнула: – Хотя, кто его знает? Со своей Самантой же поступил! – Запрокинула голову и истерично рассмеялась, включила воду, стала плескать на лицо, пытаясь успокоиться.

Внезапно в дверь постучали, раздался приглушённый голос Криса:

– Стеф, малыш, ты тут? Мари сказала, ты купаешься.

Она застыла. В голове гудел рой мыслей, в глубине грудной клетки бились остатки истерики, грозящие взорваться опять.

«Что теперь делать? Обрушить на Льюиса всё то, что я думаю о себе и о нём в придачу? И что это даст? Он не поймёт. Он думает, что в самом деле меня любит. И уверен, что я его люблю, и что этой ночью всё было зашибись.»

– Стефани, у тебя всё в порядке?

«Если я ему это всё выскажу, то будет то, чего я изначально боялась – я останусь одна. От Криса придётся уйти, а к Стивену я не осмелюсь даже приблизиться.»

– Стеф, ты меня слышишь?

Он постучал в дверь, она ещё раз плеснула воды на лицо, посмотрела в зеркало.

«Если изнасилование неизбежно – расслабься и получи удовольствие.
Если сделать вид, что всё так и было задумано, удастся сохранить хоть каплю самоуважения. Прикинуться, что всё нормально, продолжить вести себя, как будто ничего сверхъестественного не произошло.

У меня будет парень, у меня будет его Книга, проблему с сексом он решил, крест я у него заберу, что-нибудь придумаю... и всё будет хорошо. Я актриса. Я смогу.»

– Стеф?

– Что? – она пригладила волосы и открыла дверь, сделав каменное лицо. – Обязательно было вытаскивать меня из-под душа?

– Прости, – он сверкнул виноватой улыбкой, поцеловал её в губы и потёрся щекой о её лицо, тихо шепнув: – Доброе утро... как спалось?

«Вчера меня об этом спрашивал Стивен. Больше никогда не спросит.»

– Хорошо, – улыбнулась она, – но тебя я хотела хорошо треснуть.

– За что? – округлил глаза он.

– Ты не мог меня нормально разбудить? Я почти ничего не помню!

Он хитро улыбнулся и опять поцеловал её:

– Я хотел, чтобы ты проснулась в процессе... По-моему, в этом есть особый кайф.

– А по-моему, нет, – нахмурилась она, – не делай так больше.

– Ладно, не буду, – он обнял её, с обидой прошептав на ухо, – а ночью тебе всё нравилось. Ты так кричала.

«Не говори об этом, пожалуйста.»

– Зачем ты снял с меня крест?

– Меня бесит этот крест! – отодвинулся парень. – Почему ты его носишь? Верни Эвансу и забудь о нём!

«О кресте или об Эвансе? Даже не знаю, что будет сложнее.»

– Я не буду его возвращать, – хмуро проговорила Стеф, опуская глаза.

«Я со стыда сгорю раньше, чем он скажет хоть слово.»

– Тогда просто выкинь, – нервно скривился Крис, – я не хочу его видеть.

– Куда ты его дел?

– Не скажу, – он показал язык, делая вид, что изящно пошутил, Стефани поморщилась и хмуро рыкнула:

– Не веди себя, как ребёнок. Где мой крест?

– Это крест Эванса...

– Это мой крест! – вызверилась она, упёрлась в его глаза яростным взглядом, прошипела: – Говори, где крест.

– Стеф, успокойся, – шокированно поднял ладони парень, она озарённо распахнула глаза и замолчала.

«Если на него не действует мой взгляд, значит, крест у него. Приказывать бесполезно, надо подлизываться и хныкать, обижаться, давить на жалость... попробуем.»

– Крис... – она напустила полные глаза слёз и положила ладонь на его грудь, – ну пожалуйста... он мне очень нравится. Мне пофиг, кому он раньше принадлежал, знал бы ты, как трудно было его получить!

– В смысле? – нахмурился блондин, Стеф закатила глаза и выдохнула:

– Он мне его проспорил. Мы соревновались, кто дольше сможет петь одну ноту, я чуть сознание не потеряла, так старалась, – она потянулась к нему и стала покрывать лицо поцелуями, – ну отдай... я не буду его при тебе носить, обещаю!

– Я куплю тебе другой, – неуверенно пробормотал парень.

– Я хочу этот, – капризно надула губки она, изобразила грозного ребёнка и упёрлась в него взглядом исподлобья, безапелляционно заявляя: – Хочу!

– Стефани...

– Хочу! – подпрыгнула на месте она, сделала умильное личико и пролепетала: – Тебе жалко, что ли? Что тебе стоит?

– Ладно, – закатил глаза парень, покачал головой и полез в карман. – На, вымогательница. Только не носи при мне, я тебя прошу. Увези его к родителям, или куда-нибудь... короче, подальше, хорошо?

– Хорошо! – просияла она, выхватывая крест и пряча в карман, там зашуршала бумага, резанув сердце болью.

«А я бы ни за что не пожелала тебе страдать, друг мой.»

Стало так обидно, что он это написал... Стефани прикусила губу, сдерживая слёзы, пристально посмотрела в голубые глаза Льюиса, светящиеся теплом и всепрощением.

«Он меня правда любит. Может, и я смогу его полюбить?»

– Ты уже накупалась? – погладил её плечи парень, она кивнула, он улыбнулся: – Идём завтракать?

– Идём, только вещи занесу.

***

Крис галантно открыл перед ней дверь столовой. Наградив его улыбкой, Стефани шагнула внутрь и замерла, пронзённая неверящим взглядом с углового дивана. Блондин обнял её за талию и что-то сказал на ухо, она не слышала – она смотрела на Стивена. Буквально за секунду его ошарашенные глаза стали холоднее вечной мерзлоты, лицо окаменело, он уставился в чашку, обхватил её ладонями и неподвижно застыл.

«Господи, что я наделала...»

Перед её лицом звонко щёлкнули пальцами, она вздрогнула и повернулась к Крису:

– Что?

– Я с тобой разговариваю, вообще-то, – обиженно буркнул он. – Чего Эванс на тебя так уставился?

– Не знаю.

«Почему мне вчера вечером на голову кирпич не упал? Всё было бы так мирно, так спокойно – расследование, заупокойная служба, похороны... и никаких ледяных взглядов. Он пострадал бы недельку, написал бы пару слезливых песен, а потом нашёл бы себе какую-нибудь хорошую девушку, без паранормальных заскоков. Или вернулся бы к своей Саманте, она была бы рада.»

– Стеф!

– А? – она вздрогнула, опять поднимая глаза на Криса.

– Да что случилось? – парень усадил её за свой любимый столик. – Садись, я сейчас всё принесу.

– Хорошо.

Он ушёл к стойке, она уткнулась взглядом в стол, шею сводило от желания посмотреть на Стивена, но Стеф кусала губы, изо всех сил сдерживаясь – ничего хорошего она не увидит. В сумке завибрировал телефон, Стефани дотянулась и посмотрела на экран, не вынимая трубку из сумки – сообщение от Эванса: «Что случилось? Ты плохо выглядишь».

Она достала зеркало, мельком взглянула на себя и убрала – ничего не изменилось с утра, всё та же бледность и круги под глазами.

«Странно... Крис ничего не сказал по этому поводу.»

Стефани быстро набрала сообщение: «Всё нормально. Вечером пообщаемся, я сейчас не могу говорить».

Телефон опять пиликнул: «Он уже привёз тебе книгу?».

«Чёрт, Книга. Я совсем о ней забыла из-за всего этого.»

Она увидела, что Крис возвращается, и быстро набрала: «Ещё нет».

Блондин поставил перед ней поднос, улыбнулся:

– Тебя покормить? А то ты вечно час копаешься в тарелке и в результате ничего не ешь.

«Не вечно, а только когда ем с тобой. Почему-то так выходит, что в таких случаях у меня настроение ни к чёрту и совершенно не до еды.»

– Не надо, я сама, – она попыталась улыбнуться, сунула одну руку в сумку, выключая звук телефона. – Ты, кстати, привёз Книгу?

– Да, – кивнул парень, нахмурился, – слушай, Стеф... ты не обидишься, если я тебе её не отдам?

Она непонимающе нахмурилась:

– Мы же договорились...

– Да, я знаю, – он вздохнул и потёр лицо, наклонился ближе, понизив голос: – Мне не жалко, просто, понимаешь... я достаточно тебя знаю, чтобы предвидеть, что будет после того, как я её тебе отдам.

Её сердце заколотилось чаще, по спине пробежала неприятная волна.

«Что? Что он имеет в виду? Как он узнал?!»

Крис отложил вилку и взял её за руки, тихо проговорив:

– Я боюсь за тебя, малыш. Ты же прочитаешь её залпом, всю сразу, а потом начнёшь пробовать и... можешь просто не выдержать нагрузки, понимаешь?

«Фууух...»

Она улыбнулась, поднимая ладонь:

– Не переживай, я торжественно обещаю этого не делать.

– Это ты сейчас так думаешь, – горько вздохнул Крис, – и мне так казалось, в своё время. А потом получается, что Книга оказывается у тебя в руках, и ты не можешь остановиться, истощая силы и вгоняя себя в какую-то странную зависимость. Когда перед тобой подробный и понятный рецепт, кажется, что сделать всё правильно проще простого, что ничего страшного не случится, что обязательно нужно попробовать. И ты ни о чём больше не можешь думать, эта мысль постоянно маячит в голове и ты в конце концов решаешься на что-то одно, потом на ещё одно, и ещё. – Он сжал её ладони, умоляюще глядя в глаза: – Стеф, малыш, послушай меня. Тебе это не нужно. Давай я лучше буду сам рассказывать тебе информацию из неё, понемногу, по страничке в день? Мы будем пробовать вдвоём, я тебя подстрахую и если что, поделюсь силой.

Она молчала, задумчиво рассматривая их переплетённые пальцы. Когда он сказал «ничего страшного не случится», она очень чётко вспомнила себя саму, одолеваемую теми же мыслями. Как карман жёг телефон, в котором была одна-единственная страничка «Рецептов», которая так круто изменила её жизнь. Как она была совершенно уверена, что помнит рецепт до последнего слова, и как потом наделала кучу ошибок. Как в голову ударило всемогущество, заставляющее поверить, что она может вертеть всем миром, а в результате только вредящее близким ей людям.

«Но теперь-то я знаю, что почём в этом деле, и во второй раз точно не попадусь. В любом случае, мне нужна эта проклятая Книга. Она поможет поверить, что всё идёт по-моему, что это я так решила.»

– Крис, – она тяжело вздохнула и потёрла лоб, – просто дай мне Книгу. Я обещаю, что даже не открою её, будем заниматься вдвоём, как ты хочешь... просто мне будет спокойнее, зная, что она у меня есть.

– Стеф, ты не понимаешь... – начал он, но она перебила, подняла ладонь:

– Это ты не понимаешь. Помнишь, вчера свет пропал? Это я сделала, случайно. И Лили тогда упала потому, что я ей этого пожелала, – она криво улыбнулась в ответ на удивлённый взгляд Криса. – Это ещё не полный список. Мне нужна твоя Книга просто для того, чтобы знать, что мне есть, где взять информацию о своей силе, а то я уже реально начинаю бояться сама себя, – она передёрнула плечами, – это правда страшно. Как будто носишь в кармане бомбу с голосовым управлением, но не знаешь, на какую фразу она запрограммирована.

Парень молчал, хмуро кусая губы, вздохнул:

– Ладно, давай я скину тебе сканы, а ты пообещаешь их не открывать без меня.

– Давай! – радостно согласилась она, Крис улыбнулся и полез за телефоном. – Я залил на обменник, сейчас дам ссылку.

Ей пришлось достать телефон, он мигал сообщением, она отвернула экран от Криса и быстро прочитала: «Стеф, забей на эту грёбаную книгу, я тебя прошу! Я спинным мозгом чую, добром это не кончится».

Она на миг прикрыла глаза, мысленно извиняясь перед Стивеном, и закрыла сообщение. Открыла ссылку, пошла передача файла. Стефани жадно смотрела на полоску прогресса, затылком чувствуя холодный взгляд Эванса, но не находя в себе сил отказаться от таких близких и желанных знаний. Они болтали ни о чём, она не могла сосредоточиться, постоянно проверяя процент загрузки, и наконец передача закончилась. Стеф сразу нажала «открыть», выбрала файловый менеджер для распаковки архива... и программа попросила её ввести пароль.

Подняв неверящий и до глубины души обиженный взгляд на Криса, она увидела на его лице снисходительную улыбку:

– Я же просил не открывать.

– Зачем ты его запаролил? – зло рыкнула она, откладывая трубку, парень усмехнулся:

– Я тебе уже всё объяснил, поверь, это для твоего же блага.

– Я сама решаю, что для меня благо! – хмуро бросила она, поднимаясь со стула, он схватил её за локоть, в очередной раз больно сжав руку:

– Стеф, подожди, не злись, – она опять дёрнулась, но при всём желании не могла вырвать руку из капкана его пальцев. – Ну малыш! Сядь, а? Давай спокойно всё обсудим, я же не отказываюсь тебя учить, просто не хочу давать всё сразу. Мы осторожно пройдём всё, что там есть, шаг за шагом. А потом я дам тебе пароль и ты сможешь всё распаковать. Книга уже у тебя, чего ты опять злишься?

Она чуть успокоилась, уже по инерции буркнув:

– Пароль можно подобрать.

Парень тихо рассмеялся и встал, поцеловал её в висок:

– Я в курсе, что ты умная девочка, умеешь пользоваться гуглом и сможешь найти программу для подбора пароля. И именно поэтому я ввёл в него буквы, цифры, пробелы и символы. И он очень длинный, даже самый лучший переборщик будет взламывать его месяцами, так что тебе проще смириться, ты быстрее узнаешь всё от меня.

Стеф больно прикусила губу, чтобы не начать орать на него, подняла глаза, уже готовясь потребовать проклятый пароль с Тем Самым взглядом.

– Не делай этого, малыш, – с болью в голосе прошептал Крис, – это меня сильно обидит, а тебе не поможет – у меня сейчас достаточно сил, чтобы сопротивляться.

«Ты не знаешь пределов моих сил.»

Она колебалась всего секунду, потом медленно выдохнула и закрыла глаза.

«Чёрт с ним, с паролем. Я всё равно буду с Крисом, ничего это не изменит.»

Блондин радостно прижал её к себе, стал целовать, она отвечала на автомате, опять чувствуя внутри острое болезненное возбуждение, не задевающее тяжёлую от мыслей голову.

«Чёрт с ним. Пусть будет как будет. Так, как хочется, всё равно уже не получится, так что разницы нет. Чёрт с ним. Гори оно всё.»

Мимо простучали тяжелые шаги, щеку обдало поднявшимся ветром с до боли знакомым запахом запретного плода. Хлопнула дверь, заставив её вздрогнуть.

«Прости меня, друг мой. Я такая дрянь, что просто тебя не стою.»

– Я так люблю тебя, малыш, – прошептал Крис, прижимая её к себе. – Я никого так не любил.

– И я тебя, – она улыбнулась, почти чувствуя, как трескается кожа от ненатуральности этой улыбки.

«Скоро я научусь говорить это искренне. Ты любишь меня, Крис, не важно, по какой причине. Зато я могу быть в тебе уверена, а Эванс... он просто увлечение, короткий эпизод, который скоро забудется. Я научусь тебя любить, найду в тебе бесценные мелочи, привыкну к твоим недостаткам. Я смогу.»

Она закрыла глаза и попыталась не думать ни о чём.

***

На обеде она со страхом входила в столовую, но окинув взглядом комнату, расслабилась – его здесь не было. У стойки сидел толстячок Джо, расплывшийся в улыбке при виде неё:

– Здравствуй, красавица! Полдня тебя ищу, присоединяйся, нам есть, что обсудить!

Она с извиняющимся видом сжала ладонь Криса и пошла к стойке, села рядом:

– Добрый день. Что случилось?

– Всё прекрасно! – сверкнул улыбкой мужчина, – или ужасно, всё зависит от точки зрения, – он хитро прищурился и понизил голос, – и немного – от твоего ответа.

– На что?

– На предложение компании снять клип на «Скажи»! – Она вздрогнула, он улыбнулся ещё шире: – Я сам в шоке. Вы, ребята, так всколыхнули массы, что руководство готово закрыть глаза на некоторые грешки моего охламона, если вы согласитесь сниматься за обидно смешные гонорары. Работать придётся параллельно с сериалом, на выходных, и очень напряжённо, но Стивен это заслужил, а ты, я надеюсь, окажешь ему эту маленькую услугу по старой дружбе, а? – Он хитро прищурил один глаз и понизил голос: – Ну или не по дружбе... Я говорил с пиарщиками, они пищат от счастья – ваши видео и песни дико подняли рейтинг сериала, а фото с тем блондинчиком на парковке вызвало двусмысленные слухи, так что писаки теперь камеры сгрызть готовы за новые подробности. Кстати, чего это вы с ним решили тогда уехать? И сейчас за ручки пришли, как школьники, – Джо выглянул из-за её плеча, смерил Криса взглядом: – По-моему, я ему не нравлюсь, – смешливо надулся и пробурчал: – Плохой человек, хорошим я всегда нравлюсь.

– Он мой парень, – деревянным голосом проговорила Стеф, увидела, как с лица собеседника сползло клоунское выражение, сменившись непониманием.

– Парень? – гораздо тише спросил он, – а Стив тогда кто?

Она отвела глаза, тихо выдавила:

– Друг.

– Угу, – косо усмехнулся он, – друг. В моё время это по-другому называлось, – вздохнул и опять натянул маску весельчака: – Да какая разница?! Давай я оставлю тебе документы, ты на досуге изучишь, и через Стива передашь. – Он открыл кейс и бухнул на стойку пачку листов: – На, наслаждайся! А мне пора, – поднялся и помахал рукой, – до скорого!

Стеф кивнула и уставилась в стойку, придвинула документы, вздрогнула от хлопка двери за спиной. Начала читать, но поняла, что не понимает ни строчки, закрыла. Вернулась за стол, сунула листы в сумку, попыталась впихнуть в себя обед, но поняла, что это выше её сил.

Крис что-то говорил и смеялся, она очень старалась улыбаться в ответ.

***

Солнце ещё не село, но закуталось в тучи, как старательно болеющий в плед, света уже почти не было, только западный край неба лихорадочно багровел. Крис ушёл в спортзал, дав ей возможность побыть одной и всё-таки попытаться прочитать контракт. Листы белели в полумраке, вызывая головную боль, слова никак не желали складываться в предложения.

Сердце внезапно замерло, а через секунду сорвалось в галоп, слух различил тихие шаги за спиной, она крепко зажмурилась, но не обернулась.

«Зачем так рано? Я не могу сейчас, это слишком...»

– Стеф?

– Привет, – она положила листы на бортик фонтана и уставилась на свои руки. Он молчал. Тишина давила на плечи, всё сильнее сгибая спину. Его голос был холодным и сухим, как арктический ветер:

– Ничего не хочешь мне сказать?

«Только «прости» и «я люблю тебя». Но ты не простишь, а я не люблю. По крайней мере, мне нужно в это верить.»

– Стеф, что случилось? – он подошёл ближе и она опустила голову ещё ниже, больно кусая губы и уговаривая глаза не намокать. – Стефани, я с тобой разговариваю, вообще-то, ты можешь мне ответить?

Он отодвинул листы и сел рядом, взял её за плечо и попытался развернуть к себе, она закрыла лицо руками и приглушённо выдавила:

– Прости. У нас ничего не получится. Уходи, пожалуйста.

– Что? – неверяще выдохнул он. – Какого хрена? Вчера всё было отлично, сегодня «у нас ничего не получится»? Что случилось, ты можешь мне объяснить?

Она молча покачала головой, не поднимая взгляда, он взял её за подбородок и заставил поднять голову, она крепко зажмурилась, чувствуя, как по щекам всё-таки побежали горячие слёзы. Рука Стивена на её подбородке дрогнула и ослабила хватку, он взял её лицо в ладони и вытер мокрые дорожки большими пальцами, голос потеплел:

– Стефани, да что случилось? – Она попыталась отвернуться, он прижал её к груди, заворачивая в полы своей куртки и крепко обнимая. – Что он с тобой сделал, а? Лучше скажи сама, иначе я пойду выбивать это из него, а потом отправлюсь либо прямо в тюрягу, либо сначала в больницу, а потом в тюрягу, в зависимости от того, кто из нас окажется быстрее.

– Не надо, – прошептала она.

– Тогда рассказывай, – он поцеловал её в макушку, заставив вздрогнуть от резанувшего болью чувства вины.

«Я его не стою. Я шлюха и предательница.»

По щекам опять потекли слёзы, она закрыла глаза руками, еле слышно прошептав:

– Не могу. Мы не должны больше видеться, Стив. Прости.

– Почему? – рыкнул он, отодвигаясь, – Стеф, говори.

– Нет, – всхлипнула она. – Уходи. Всё...

– Ты хочешь меня бросить? – полуутвердительно прорычал он, убирая руки, – ладно, как хочешь, дело твоё. Но я имею право знать, в чём причина. Ты меня не любишь?

– Не люблю, – как могла уверенно прошептала она, он хмыкнул:

– Врёшь. Ты любишь Льюиса?

– Да.

– Опять врёшь. Значит, причина не в этом. В твоей проклятой книге?

– Нет.

– Хм, – он помолчал. – Странно. Ну ладно, не хочешь говорить – не надо, я буду говорить. – Он отодвинулся ещё дальше, холодно процедил: – Вообще-то, когда с тобой разговаривают, принято смотреть на собеседника, или хотя бы в его сторону.

Стефани качнула головой, на отрывая глаз от земли, прошептала:

– Я не могу, прости.

– Это неуважение, Стеф, – ещё холоднее добавил он.

– Прости, – она опустила голову ниже.

Он помолчал и невесело усмехнулся:

– Хреновая какая-то любовь получается... Без уважения, без доверия и вообще, – в голосе сквозануло истерическим смехом, он вздохнул, – знаешь, Стефани, я может и не эксперт в этой области, но я считаю, что если два человека любят друг друга, единственная причина не быть вместе – это смерть. Всё остальное – отговорки. Но если уж ты придумала себе какую-то такую офигенную причину, то позволь мне хотя бы её узнать, может, это изменит моё мировоззрение.

Сарказма в его голосе было столько, что хватило бы на сотню ехидных музыкальных критиков, Стефани глубоко вдохнула, сдерживая дрожь, согнулась ещё сильнее. Парень помолчал несколько секунд и продолжил ещё более ядовито:

– Не катит, угу. Ладно. А как насчёт поговорить о твоём павлине? Как оно, целоваться с парнем, которого не любишь, за книгу? Знания бесценны, да? Или наоборот, это обходной манёвр, как спать с преподом за оценки?

Она вздрогнула, тело скрутило болью ещё сильнее, Стив замолчал и поражённо выдохнул:

– Ты что, спала с ним? Боже, Стеф! Ты... – она готова была провалиться сквозь землю, он замолчал, в тишине парка раздавалось только тяжёлое дыхание. Потом он тихо и убито сказал: – Что может случиться за ночь, да? Ночь длинная, мы с тобой в этом много раз убеждались... а теперь ты убедилась с ним. Почему, Стефани? Я могу узнать, а?

Она молчала, дыхание перехватывало где-то в солнечном сплетении, по лицу рекой текли слёзы. Он медленно продолжил:

– Не могу, понял, не дурак... Где ж я так провинился, а? За что? Наверное, я сильно подпортил себе карму в прошлой жизни. Если верить во всю эту потустороннюю фигню, то мне тебя послали для того, чтобы я чему-то научился. Интересно, чему? Выть на луну от безысходности, зная, что ты укатила неизвестно куда со своим павлином? Или писать озверительно-злые стихи о худшем дне в своей жизни? Кстати, это ты черновик потянула? – Она кивнула, он невесело хмыкнул: – Значит, ты меня понимаешь.

Она опять вспомнила этот проклятый стих, поняла, что весь день носит его с собой, сжалась в комок ещё сильнее.

– Стеф, скажи хоть что-нибудь, – гораздо тише попросил он. – Дай мне какое-нибудь объяснение своего поведения, соври, если хочешь. Просто дай мне причину, на которую я могу всё валить, чтобы быстрее забыть тебя и успокоиться. – Он мягко положил ладонь на её плечо, очень по-дружески, как тогда, когда успокаивал её и помогал забить на проблемы. Это было ещё хуже криков, сарказма и обвинений, она мигом почувствовала себя не просто последней дрянью, а грязью под ногами, пылью под шкафом, микробом, не достойным к нему прикасаться.

– Прости, – она глубоко вздохнула, пытаясь взять себя в руки. – Помнишь, я говорила, что тогда... пыталась вызвать демона?

– Угу, врала. Я помню. И что?

– Да. Это был не вызов, а приворот. Я приворожила Криса, он в меня влюбился и теперь будет любить всегда. Я не нашла в своих «Рецептах», как можно это снять, поэтому так хотела его Книгу.

Она замолчала, со страхом ожидая его ответа, Стивен помолчал, потом холодно спросил:

– Всё? – Она кивнула, он резко выдохнул и рыкнул: – Так и знал, что это связано со всей этой магической чепухой! Ну приворожила, и что? Раскаялась, преисполнилась смирения и решила до конца дней быть с ним? Я в шоке. Если он тебя любит, значит надо с ним спать, иначе никак? Да если бы я спал с каждой дурой, которая считает, что любит меня, я бы умер от истощения!

– Он правда меня любит...

– О, да! – Стивен опять излучал сарказм. – Он любит, бедняга, а я так, погулять вышел! – Стеф молчала, парень покачал головой и медленно выдохнул, глядя в небо: – Знаешь, мне его, конечно, по-человечески жалко, но своя рубашка как-то ближе к телу, и между своим счастьем и его, я без всяких угрызений совести выберу своё.

– Ты ещё можешь полюбить кого-то другого, а он – нет.

– Это он тебе сказал? – с сарказмом фыркнул Стивен. – Алё, проснись! Он тебе что, мало врал? И вообще, ради него одного делать несчастными нас обоих – это вообще нифига не честно. Ты себя можешь наказывать за всякие придуманные грехи сколько хочешь, а меня за что? Я ничего плохого не делал.

– Ты изменял своей девушке, – прошептала Стеф, – а значит, можешь опять сделать то же самое.

Он поражённо выдохнул:

– Так, да? Охренеть... Может, ты, конечно, не в курсе, но любовь – гадина наглая и плевать хотела на всё. Она не предупреждает, что придёт, не стучится в двери, она тупо вламывается к тебе, раскидывает везде свои вещи, разваливается на твоём диване и хватает пульт, а потом щелчком пальцев посылает тебя за пивом, и ты бежишь, как радостный дебил, потому что счастлив, что она вообще пришла. И ей глубоко параллельны все условности типа кто с кем встречается или у кого какие планы, если ей тесно – она ломает стены, если холодно – сжигает всё, что под руку попадётся. И ты ничего ей не предъявишь, потому что кто ты и кто она... А если у тебя не так, Стефани, то либо это нихрена не любовь, либо ты о своём поведении сильно пожалеешь.

Розыгрыши
и конкурсы
Эксклюзивные
предложения
Только интересные
книги
Скидки и подарки
постоянным покупателям