0
Корзина пуста
Войти | Регистрация

Добро пожаловать на Книгоман!

Или войдите через:


Новый покупатель?
Зарегистрироваться
Главная » Няня по ошибке, или Лист желаний » Отрывок из книги «Няня по ошибке, или Лист желаний»

Отрывок из книги «Няня по ошибке, или Лист желаний»

Автор: Мамлеева Наталья

Исключительными правами на произведение «Няня по ошибке, или Лист желаний» обладает автор — Мамлеева Наталья Copyright © Мамлеева Наталья

Наталья Мамлеева

Няня по ошибке, или Лист желаний

 

Пролог

 

— Ты слишком зажата, — шепнул мне Макс.

— А ты слишком расслаблен, — неожиданно ответила в том же ключе, перейдя на «ты».

Вот он пил алкоголь, а я — нет. Так чего так кружится голова и путаются мысли?

— Готов поделиться с тобой своей расслабленностью, — шепнул начальник и неожиданно сказал: — Сколько у тебя было?

— Что? — краснея, переспросила я.

— Ты ведешь себя так… м-м… зажато? Нет, эта твоя милая наивность выглядит даже сексуально.

— Максим Викторович, вы пьяны, — шепнула я. — И у вас явный недостаток женского внимания.

— Даже не буду спорить, — отозвался мужчина и слегка отстранился. — Ну так сколько?

И мне даже показалось, что не так уж он и пьян, а больше притворяется. Забавляется со мной, словно с интересной новой игрушкой.

— Пятнадцать, — с вызовом ответила я, и мужчина присвистнул.

— Тогда ты не будешь против, если я стану шестнадцатым?

— Макс! — воскликнула я, едва не отстранившись, но мы все еще танцевали, а Макс был прекрасным партнером.

По танцам. Партнером по танцам. Даша, да о чем ты думаешь?

— Даша-Даша, — со смешком продолжил Макс. — А врать надо уметь. Я вот, например, девственник.

— Врать нам нужно учиться вместе, — едко протянула я, и начальник вновь рассмеялся.

— У меня сегодня хорошее настроение. Я решил отдыхать. Забить на все сделки и просто наслаждаться видами Варадеро. Как тебе план?

— Думаю, дети будут рады.

— Определенно, — шепнул Макс, вновь наклонившись и вызвав у меня мурашки, — а теперь поворот…

 

Глава 1

О битых машинах замолвите слово

 

Две недели назад

 

Телефон, лежавший на полу у кровати, буквально разрывался от звонков. Перевернувшись на другой бок, я накрыла голову подушкой и подумала, что опять дед звонит с утра пораньше. Он любит поговорить с любимой внучкой ни свет ни заря. Но сегодня я вне зоны действия.

Как же тяжело просыпаться…

Телефон продолжал трезвонить. Зарычав, я откинула подушку, резко села, из-за чего немного закружилась голова, и нащупала телефон на полу. На дисплее отобразился входящий абонент, и я со вздохом приняла вызов.

— Мам…

— Даш! Наконец-то до тебя дозвонилась! Ты чего трубку не берешь? — быстро протараторила родительница. — Ты уже собралась? Хотя у тебя на час больше, значит, ты уже едешь на собеседование?

Со-бе-се-до-ва-ни-е. Какое длинное слово, которое мой мозг произносил по слогам, буквально впечатывая в себя их смысл. Подскочив, я заозиралась по сторонам в поисках часов, потом вспомнила, что в этой съемной квартире таковых не существовало, поэтому отодвинула от уха телефон и посмотрела время на дисплее.

Девять сорок. Мне крышка! Собеседование в десять! Я просто не успею, даже если буду мчать на всей скорости!

— Даш? — раздался взволнованный голос мамы. — Ты же уже выехала, да?

— Ага, — стараясь, чтобы голос не дрожал, протянула я. — Ма-ам, ты прости, за рулем разговаривать неудобно, я тебе потом перезвоню, после собеседования.

— Да, обязательно сообщи результаты, — с напряжением ответила мама. — Люблю. Целую. Ни пуха.

— К черту, — проговорила я, уже сбрасывая вызов и влетая в ванную комнату.

Вот и стоило мне вчера выпить на ночь успокоительное с сонным эффектом, чтобы встать сегодня бодрой и выспавшейся. Нет, я выспалась, прямо чувствую прилив энергии, только… только девать эту энергию теперь будет некуда. Я опоздаю на собеседование!

Если честно, мелькнула мысль вовсе не ехать — какой уже смысл? Я даже толком одеться не успею! И почему будильник не зазвонил? Ан нет, звонил, я его просто сбросила. Что сказать — ума палата!

Собрав волосы в неаккуратный пучок, я нацепила строгое темно-синее платье-футляр и обула тонкие туфли на шпильке. Рассматривать себя в зеркало времени не было, лишь успела захватить с собой зубную пасту со щеткой и бутылку воды, после чего выскочила на лестничную площадку, толкнув дверь. Та захлопнулась за моей спиной, и я побежала вниз. Ключ от старенькой, видавшей виды KIA всегда был в сумке, поэтому я быстро запрыгнула в машину, завела мотор и выехала на улицу. Уже было сорок семь минут десятого. Успею ли я доехать за тринадцать минут? Очень в этом сомневаюсь.

На ближайшем светофоре открыла бутылку воды, достала зубную щетку и нанесла пасту. Не могу же я себе позволить, чтобы на собеседовании дыхание было несвежим? Если оно, собеседование то есть, состоится.

Я жутко торопилась, поэтому нарушила несколько правил. Чтобы успеть на светофор, решила нарушить еще одно, пристроившись сбоку к правому ряду, таким образом проскочив направо в числе первых. Но в погоне за скоростью я так увлеклась, что повернула раньше и неминуемо столкнулась с черным спорткаром справа.

Только царапнула боковину, но… но уже увидела впереди десятилетний кредит и сглотнула. И сдалась мне эта работа?

Я так и застыла после резкого торможения, невидящим взором смотря вперед под недовольные сигналы водителей вокруг. Блин, мне же, безработной, даже кредит не дадут. Кто же думал, что переезд в крупный город обернется вот так? Я-то надеялась, что покинув город в сорок тысяч жителей, в миллионнике найду работу своей мечты. Сняла квартиру и вот уже несколько недель не могла пройти собеседование. Устройство во взрослой жизни оказалось сложнее, чем я представляла.

В окошко постучались. Я даже не сразу сообразила, как опустить стекло, но вскоре вспомнила и нажала на кнопку, медленно обернувшись к мужчине. Незнакомец нахмурился и склонил голову набок, будто видит перед собой неведомую зверушку.

— Бешенство заразно? — решил пошутить он, явно на нервной почве.

Запоздало вспомнив, что у меня во рту зубная щетка, а губы — в белой пене, я вытащила ее изо рта и оглянулась в поисках бутылки. Я бы могла и огрызнуться, но кредит, повисший надо мной минуту назад, не давал этого сделать. Наконец отыскав бутылку, я прополоскала рот, выплюнула воду в стаканчик из-под кофе, надежно зафиксированный в подстаканнике, и обернулась к мужчине.

— Вот здесь еще немного осталось, — с усмешкой протянул он, дотронувшись до уголка своего рта.

Взяв салфетку, я вытерлась и покинула салон автомобиля. Владелец автокара оказался высоким, даже с моим ростом метр семьдесят я смотрела на него снизу вверх. Оценив меня, он оглядел мой автомобиль, а потом со вздохом протянул:

— Разумеется, вы не сможете выплатить мне компенсацию?

Я сглотнула. Разумеется, нет! Но разве его это волнует?..

— Вы верно понимаете ситуацию, — глухо отозвалась я, и мужчина хмыкнул.

— Если вы не имеете достаточно средств для того, чтобы расплачиваться за свои ошибки, просто не совершайте их, — произнес незнакомец.

Хоть я и была раздосадована собственным поведением, но не могла не сказать в свою защиту:

— От ошибок никто не застрахован!

— Вы хотите сказать, что у вас нет страховки?

От таких случаев — нет. Моя страховка покроет косметический ремонт моего KIA, но вот царапину спорткара… определенно нет.

Он все прочел по моему взгляду и мог бы сказать мне пару ласковых, но в этот момент у него зазвонил телефон. Не говоря мне ни слова, мужчина снял трубку и отошел в сторону, начав с кем-то разговор. Мне тоже пришлось отвлечься на смартфон — пришло сообщение от мамы: «Жду новостей». Взглянула на время — десять ноль-ноль. Мне крышка. Уже можно даже никуда не торопиться, можно сказать — моя жизнь кончена.

На собеседование опоздала, спорткар поцарапала, в двадцать пять лет не замужем.

Последнее к проблемам сегодняшнего дня не относится, но тоже весьма досадный факт.

— Что значит «сбежала»? — тем временем донесся до меня голос незнакомца. — Вы хотите сейчас сказать, что няня из приличного агентства просто взяла и ушла? Вы ничего не путаете? Поищите ее, может, она потерялась где-нибудь. Ну, в шкафу, под столом, в подвале…

Чем больше он говорил, тем больше я представляла маленького монстра, напоминающего Стича из одноименного мультика «Лило и Стич». Этакий неугомонный сорванец, с которым не справиться ни одной няне. А в качестве его мамы и, соответственно, жены незнакомца я представила этакую блондинистую фифу, одетую по последнему писку моды, с перекачанными губами и спортивным телосложением. И вот она на своих двадцатисантиметровых шпильках бегает за неугомонным чадом, в итоге выдыхается, садится на диван, чтобы полистать ленту Инстаграма, и отдает распоряжения няне.

Ну и жизнь у некоторых… счастливая!

— Ладно, я понял. Няни нигде нет. Тогда попросите Марию за ними приглядеть, пока я не найду новую няню… У нее выходной? Черт! Она же отпрашивалась, чтобы уехать к своим детям. Какое… Ладно, я возвращаюсь домой.

Мужчина развернулся ко мне. Его взгляд был даже злее, чем пятью минутами ранее. Осмотрев меня, он внезапно поменял свою стратегию и спросил:

— У вас есть высшее образование?

Я кивнула.

— С детьми ладите? Никакими садистскими наклонностями не страдаете? Справка от психиатра имеется?

— Справки нет, но я разве выгляжу психованным человеком?

— А это мы узнаем вечером, — с улыбкой маньяка отозвался мужчина. — Как насчет взаимовыгодной помощи? Я забываю этот инцидент, а вы посидите день с двумя прелестными детьми.

Это от прелестных-то детей сбежала няня? Ну-ну…

— А у меня есть право отказаться?

— Разумеется, — отозвался мужчина и многозначительно посмотрел на царапину своей машины. — Так что вы выбираете?

— Думаю, у вас прелестные дети, — нехотя ответила я, и мужчина согласно кивнул.

— Отлично! Через тридцать минут у меня деловая встреча, и если я на нее не успею, то сорвется очень крупная сделка. Если меня ничто не будет отвлекать, то она пройдет успешно. Поэтому я вам напишу адрес, по которому вы поедете. Охрана вас пропустит. Вы посидите с детьми, включите им мультики или что-то вроде того. Главное, чтобы они были довольны и не убили вас.

— А это возможно?

— В этом мире нет ничего невозможного, — философски изрек он и подал мне руку. Я хотела ее пожать, но он увернулся. — Паспорт. Мне нужен ваш паспорт в качестве залога. И, заметьте, сделать что-то с детьми вам не даст охрана, поэтому даже не думайте украсть их, чтобы потребовать выкуп.

— Даже в мыслях не было!

— Это сейчас, — хмыкнул он, принимая мой паспорт. — Увидите их, и не такие мысли возникнут. Признаюсь честно, я иногда мечтаю, чтобы их украли.

Он посмотрел на часы, потом написал адрес на обратной стороне визитки и протянул мне.

— Езжайте немедленно. Ах да, еще мне нужен ваш номер.

Номер я ему продиктовала, и он его послушно записал. Не говоря больше ни слова, он развернулся и направился к спорткару. Мне оставалось затаить дыхание и надеяться, что он собирается уехать. Вот он открывает дверь, садится за водительское сиденье, выжимает газ и… и проносится мимо, оставляя меня с колотящимся от страха сердцем.

Если я до этого не верила в Бога, то готова поверить сейчас! Спасибо, Господи! Мне удалось избежать десятилетней каторги!

Или я влипла гораздо хуже, чем могла подумать?

Посмотрела на адрес. Элитный район города, хотя чего еще следовало ожидать? Но если дома только охрана, то где жена этого мужчины? Не каждый воспользуется помощью случайной встречной. Видимо, дети там действительно… удивительные.

 

Глава 2

«Дагавор»

 

Пока мчалась по проспекту к нужному дому, пришло сообщение от мамы. Уже половина одиннадцатого. Логично, что она ждет каких-то результатов.

«Как собеседование? Тебя приняли?»

«Можно сказать и так».

Почти не солгала ведь! Просто имела в виду временную подработку в качестве няни на один день.

«Что это значит, Даш? Ты же помнишь, что врать матери нельзя? Карма будет плохая!»

О, тема кармы — мамина любимая. Она считает, что за все грехи нам воздастся позже, как и за хорошие поступки. А уж ложь матери — это высшее из зол, за которое на тебя обрушатся все несчастья мира. Быть может, это действительно так и сейчас я отрабатываю кару за утреннюю ложь маме?

«Мам, прости, сейчас некогда. Оформление документов», — отозвалась я и обреченно посмотрела на дорогу перед собой.

Теперь плохая карма мне точно обеспечена! Игнорирование матери — это второе по тяжести преступление после лжи. Опять же, по маминому топу преступлений.

Дом, в котором мне суждено провести сегодняшний день, располагался за высоким каменным забором. Въехав на подъездную дорожку, я оглянулась и обнаружила столб с экраном и микрофоном.

— Добрый день, я от… э-э… — Я замялась, даже не зная имени незнакомца. — В общем, я Дарья Коронцева. Пропустите?

— Проезжайте, — раздался голос с той стороны, и для меня открыли ворота.

По гравийной дорожке под тенью ореховых деревьев я въехала во двор и остановилась возле трехэтажного особняка с огромным каменным крыльцом. Постучав пальцами по рулю, вдохнула-выдохнула и вышла из автомобиля. Даша, главное — не волноваться! Все плохое уже случилось, поэтому дальше будет менее худшее из возможного.

Мне навстречу, спустившись по ступенькам, вышел охранник в строгом черном костюме. Я постаралась беззаботно улыбнуться, но мне не ответили тем же, лишь смерили оценивающим взглядом.

— Добрый день, Дарья. Мы вас ожидаем. Прошу за мной.

Н-да, и чей же спорткар меня угораздило поцарапать? Вопрос все более актуальный.

Я поднялась по ступеням и вошла вслед за мужчиной через двустворчатые двери в огромный круглый холл, едва не навернувшись на отполированном до блеска мраморном полу. Охранник любезно придержал меня за локоть, спасая от падения. Я скомканно поблагодарила и огляделась. Помпезно! По периметру стояли бюсты на деревянных тумбах, а прямо передо мной на второй этаж вела широкая лестница, поручни которой плавно переходили в парапет второго этажа. С него, перегибаясь, на меня смотрели двое милых детей — девочка с двумя высокими косичками в голубом сарафане и мальчик в такого же цвета рубашке с короткими рукавами и шортах. Оба блондины и, хоть отсюда цвет глаз не видно, я была уверена, что дети голубоглазые. Этакие куколки шести-семи лет.

— Привет! — поздоровалась я и улыбнулась, но дети отреагировали неожиданно.

Они отвернулись и наклонились. Охранник рядом со мной напрягся, будто эти дети могли взять в руки гранаты. Но в следующую секунду мне уже было не до смеха, когда в меня полетели помидоры. Целенаправленно так, с помощью увесистых рогаток. О, хоть цвет глаз я по-прежнему не знала, но теперь была уверена — зрение у них отличное, а дальность прицела — вообще отпад!

Первый помидор попал мне прямо в лоб, ошметками скатившись ниже, на грудь. Второй помидор пронесся в сантиметре от меня, благодаря моей изворотливости, а вот остальные штук десять достались охраннику, героически прикрывшему меня собой. Какой мужчина! Нет, ну какой мужчина! Не каждый бросится защищать невинную девушку от снарядов, грудью на амбразуру, так сказать. Я даже застыла, восхищенно глядя на мужчину, стоявшего ко мне лицом, а спиной — к детям.

Наконец звуки войны стихли, и я аккуратно покинула свое убежище. Дети уже стояли у подножья лестницы. Я застыла. Над головой что-то жужжало, но я боялась посмотреть наверх и отвлечься от детей — вдруг они еще что задумали? Внимательность и осторожность — наши главные союзники!

— Привет, — вновь поздоровалась я и смахнула мякоть помидора со лба. — Давайте начнем знакомство сначала?

— Давайте, — с улыбкой ответила девочка, и в этот момент я что-то заподозрила.

Не удержавшись, вскинула голову вверх и увидела дрон, держащий огромную тыкву. Тыкву, блин! Мне крышка.

— Ложись! — крикнул охранник и бросился ко мне, прикрыв меня своим телом.

И вот, пока мы лежали, над нами поднималась белая пыль — это была мука, вылетевшая из тыквы при ее падении. Именно в этот момент я призадумалась о значении кармы — быть может, ложь матери действительно злейшее из зол? Иначе как со мной могло такое приключиться? Бабушкам помогала, дедушек через дорогу доводила, детям и беременным места уступала. Так за что? Не иначе, как за ложь!

Дети хохотали, стоя на лестнице. Я выбралась из-под охранника, который лишь слегка поморщился от удара тыквы, но даже не подумал жаловаться. Вот это выдержка! Сразу чувствуется опыт работы в этом доме. Охранник моментально поднялся на ноги и отряхнулся.

— Вы тут дальше сами справитесь?

— Не уверена, — прошептала я, едва удержавшись, чтобы не схватить мужчину за лацканы пиджака и умолять, чтобы он не уходил.

— Дети они хорошие, — нетвердо протянул он, видя беспокойство в моих глазах, и взглянул на двойняшек. — Их зовут Карл и Клара. Если они уже смеются, то план пакостей исчерпан, остались лишь импровизации. Ну, я пошел. Вернусь к своим обязанностям.

И охранник быстро направился к двери. Я подумала, что этим ребятам нужна не нянька, а мускулистый нянь или лучше два, как в фильме «Няньки». Вот те бы справились с ними, а что могу сделать я — хрупкая и пугливая девушка? Покосилась в сторону выхода.

— Беги, глупая, — сказал Карл, вторя моим мыслям. — Лучше сейчас, потом поздно будет.

— Проблемы с психикой лечатся долго и весьма болезненно, — ангельским голосом добавила его сестра. — Мы знаем. Уже не одна няня проходила сеансы психотерапии.

— Няня Анастасия, которая была у нас уже пять раз, последние четыре раза включала в свой договор оплату этих сеансов, — сказал мальчик. — Но, видимо, даже они перестали помогать.

— Вас проводить к выходу? — участливо спросила Клара.

Я уже хотела ответить согласием, как вспомнила о поцарапанном спорткаре. Нет, бежать — не выход. Если я сегодня выживу, то будет чем гордиться. Осталось только сохранить психику, хотя она уже получила определенные травмы. Набрав в грудь воздуха, твердо ответила:

— Нет.

— Нет? — переспросили дети с дьявольскими улыбками. — Вы уверены?

На самом деле не уверена, но ваш папа меня об этом не спрашивал, хотя честно предупреждал.

— Мы можем поговорить как взрослые люди? — спросила я, и дети оживленно переглянулись. — Нам с вами нужно заключить договор.

— Какой договор?

— Стандартный, с указанием обязанностей обеих сторон, — ответила я, стараясь быть крайне серьезной.

— И что же входит в наши обязанности? — с усмешкой спросил Карл.

— Например, послушание до конца моего рабочего дня.

Дети переглянулись и закатили глаза.

— Не идет. Вы не первая, кто предлагает нам подобную сделку. Мы не согласны, — высказала Клара общую их с братом мысль, и двойняшки поднялись с лестницы и направились наверх.

— Подождите! — окликнула я. — Вы же еще не узнали, что входит в мои обязанности!

— А то мы не знаем, — ко мне обернулся Карл, — вы будете нас любить, заботиться о нас, холить и лелеять, а еще кормить по расписанию. Нет, спасибо, нас эти лживые предложения не устраивают.

— Но я вовсе не это хотела предложить. — Я встала в позу и сложила руки на груди. — Но если не хотите, можете не слушать, тогда никогда не узнаете, что я хотела вам предложить.

Дети купились на мою уловку, хотя упорно делали вид, что им не интересно и продолжили подниматься по лестнице. В итоге не выдержала Клара. Девочка спустилась вниз, села передо мной и сложила ладошки под подбородком.

— Ну? Что у вас за предложение?

— Оно заключается в следующем. Мне нужен лишь один день, после которого я исчезну из вашей жизни, будто меня и не было. Не буду вас прессовать в течение этого дня, заставлять кушать полезную пищу и прочее. В общем, буду незаметна. Но вы в свою очередь обещаете вести себя тихо и после моего рабочего дня сказать, что всем довольны и я вам понравилась.

— Лгать? — переспросила Клара и вздохнула. — Это мы умеем. Но где гарантия, что ты больше не вернешься? Вдруг ты нас обманываешь?

— Предлагаю заключить договор на бумаге. Поверьте, меня тоже не волнует должность вашей няни.

— Зачем же ты тогда пришла? — недоуменно спросил Карл.

— Я поцарапала спорткар вашего отца, поэтому в качестве компенсации должна стать няней на день.

— Нашего дяди, — поправил Карл. — Если тебя прислал Макс.

Имя того незнакомца я не знала, поэтому и не могла ответить согласием. Мне хотелось спросить, где же их настоящие родители, но я не стала — по реакции детей было видно, что они только этого и ждут. Ждут моего прокола. Но я не собиралась его допускать. Логично предположить, что родители детей либо погибли, либо отдали своих детей на лето дяде. И я очень надеялась на второй вариант.

— Поправка принимается, — ответила я. — Я чуть-чуть задела спорткар вашего дяди Макса. Признаю, но с кем не бывает? Поэтому мне нужно отсидеть с вами день, а после я стану морской пеной, как русалочка.

— Только русалочка в принца влюбилась, — неожиданно сказала Клара.

Карл сощурился и уточнил:

— А ты в Макса не влюбишься? А то знаем мы таких, проходили. Сами с нами контракты заключают, а между тем к дяде подлизываются.

— Этот пункт готова прописать в контракте, — с максимально вежливой улыбкой, словно на собеседовании у работодателя, ответила я.

Дети, переглянувшись, слаженно кивнули. Что ж, хоть одно собеседование мной пройдено!

Мы поднялись к ним в комнаты. Теперь могу с уверенностью сказать, что эти дети избалованы. Их покои состояли из трех комнат, не считая ванной и гардеробной. Две спальни на разнополых детей и одна общая гостиная, в которой чего только не было! Начиная от простых детских пластиковых и плюшевых игрушек и заканчивая последними техническими изобретениями. Помимо этого в комнатах были спортивный комплекс и кукольный домик такого размера, что я вполне могла бы в нем поместиться. Теперь я однозначно уверилась в том, что родители этих малышей погибли — не мог дядя держать у себя в доме столько игрушек для своих племянников. Они здесь жили, и это чувствовалось. Огромным количеством подарком дядя пытался компенсировать нехватку родительского внимания.

— Вы точно не принц и принцесса? — спросила я, оглядевшись.

А то ведь страшно заключать договора с монаршими особами! Может, они сейчас своего семейного адвоката вызовут и накроется медным тазом моя попытка обыграть их дядю?

— Мама часто так называла нас, — поделилась Клара и сникла под строгим взглядом брата.

Мальчик усердно искал что-то в коробках. Наконец он извлек на свет ноутбук, прошел к письменному столу, смахнул с него игрушки и разложил там гаджет. Я же устремила свой взор на скинутые игрушки — это были небольшие роботы, фигурки из «Мстителей» и обычные солдатики, некоторым из которых свинтили головы, другим — ноги, а третьим — руки. Были и те, кому повезло больше всех — к ним только приладили пропеллеры. И ко всему этому шли провода, проволока и какие-то непонятные самодельные приспособления. Их словно препарировали. М-да, ну и дети… удивительные.

— Как твое имя? — деловито спросила Клара, именно она села за ноутбук и нацепила докторские игрушечные очки.

— Дарья Коронцева, — послушно ответила я, а девочка начала тыкать пальцем в клавиатуру.

— Предмет договора?

— Назовем это «взаимовыгодные условия няни и детей».

— Принимается.

После этого девочка на время замолчала, а после показала мне результаты своего труда. Выглядели они следующим образом:

«Дагавор с Даря Каронцева от Карл Румянцев и Клара Румянцева.

Взаимо выгадные условия няни и детей.

1. Няня уходит сёдня.

2. Няня не мешает нам играть.

3. Няня не влюбляеца в Макса.

4. Мы обещаем не трогать няню.

5. Мы обещаем сказать Максу, что нам все понравилось.

6. Макс не должен узнать об этом дагаворе».

Все. Весь нехитрый договор был составлен. Причем на некоторые ошибки я закрывала глаза и делала вид, что все написано правильно. Разве что не могла проигнорировать удивительное написание некоторых слов. Например, на очень выгАдных условиях, видимо, от слова «гадкие».

Подавив улыбку, я серьезно кивнула детям и попросила ручку, после чего поставила свою подпись. Дети писали очень долго и старались аккуратно вывести свои имена и фамилии. Я смотрела на все это с легкой улыбкой. Ну, не такие уж они и монстры… особенно когда вот так стараются.

— Все, — сказал Карл и откопировал два экземпляра, один из которых протянул мне. Я не стала говорить, что договора делаются в нескольких экземплярах… мало ли, отберет еще и не отдаст. — Теперь ты можешь сесть вон там и не трогать нас.

А мне что? А мне не сложно. Прошла к диванчику и удобно разместилась, достав телефон и обнаружив непрочитанное сообщение.

«Добрый день, Дарья. Это секретарь Максима Викторовича Румянцева. Меня зовут Ольга. Максим Викторович волнуется о своих племянниках. Не могли бы вы прислать фотоотчет?»

Я взглянула на детей. Ноутбук вновь был убран, а на столе разместились все те же роботы. Клара с интересом наблюдала за братом, который что-то рассказывал. Я даже умилилась — такие умные дети, да еще и ладят между собой! Им бы еще с окружающим миром ладить и вовсе было бы прекрасно!

Сфотографировала их, но забыла убрать звук затвора. В этот момент двое демонят одновременно обернулись ко мне, как в самых настоящих фильмах ужаса. Я даже вздрогнула и сглотнула. Но дети, будто потеряв ко мне всякий интерес, вернулись к своим роботам. Я же смогла отправить фотографию секретарю. Ответила она не сразу, а минут через пять.

«Максим Викторович доволен. Благодарю».

Даже не успела облегченно вздохнуть, как пришло сообщение от мамы с требованием все ей разъяснить. Пришлось ответить ей, почти не солгав:

«Собеседование прошла. Приступаю с сегодняшнего дня. Как хорошо, что ты мне посоветовала заранее пройти медкомиссию».

А что? Собеседование я и правда прошла! Только у детей, но это ведь несущественные мелочи?

Украдкой зашла в ванную, чтобы застирать платье от помидора и стряхнуть полотенцем оставшуюся на мне муку. Все это заняло не более двадцати минут, а когда вернулась, то обнаружила Карла и Клару на прежнем месте.

Дети оказались совершенно самостоятельными. Через два часа они попросили кушать — готовить, к счастью, не пришлось. Домработница Мария, которая уехала на пару дней за город, оставила еду в стеклянных контейнерах. Разложив все по тарелкам, мне оставалось лишь разогреть и — вуаля — я прекрасная няня!

Единственное, что настораживало, это отношение детей. Я была для них не больше мебели — столько же ко мне эмоций, словно к чему-то необходимому, но не обременяющему. Они старались меня не замечать, а если взгляд (голубых!) глаз падал на меня, то они тут же его отводили и вновь занимались своими делами по захвату мира.

По-другому я это назвать не могла. Они все время что-то строили, мастерили, придумывали. Их мозг ни секунды не отдыхал. У нас в семье было много детей — помимо меня еще четверо — старший брат и три младших сестры. Уж не знаю, как он выдерживал нас. Все младшие жили в нашем родном городе и еще учились. Я после учебы проработала три года в одной замшелой конторе, а после захотела взрослой жизни и вырвалась из-под родительской опеки, обосновавшись здесь. Брат жил в столице, и виделись мы крайне редко. Последний раз… три года назад, на моем выпускном в институте. Но фотографии присылал исправно.

Когда я услышала шум подъезжающей машины, то выглянула в окно. Дети тоже насторожились, а потом наперегонки бросились из комнаты. Я медленно последовала за ними. В холле, как и ожидалось, обнаружился Максим Румянцев. Он обнимал племянников и разговаривал с ними о чем-то веселом. Когда спустилась я, он бросил на меня вполне дружелюбный взгляд.

— О, Дарья! Как ни странно, но рад вас видеть. Дети сказали, что вы были хорошей няней, а такую критику от них очень редко услышишь. Если быть точным — никогда.

— Вот как? Ваши племянники просто прелесть, — отозвалась я, и Макс прищурился, будто заподозрил меня в лести, после чего передал мне мой паспорт. Я взяла его в руки, но мужчина его удержал. — Раз вы так понравились детям, то почему бы не заключить контракт?

Ого, это сейчас было предложение работы? Неужели? Я думала, что такое только в сказках бывает!

Взглянула на детей. Карл прищурился, а Клара показала выглядывающий из кармашка «дагавор». Договор есть договор, с ним не поспоришь! Пусть и составленный на коленке. Отрицательно качнув головой, я потянула за свой паспорт, и Макс его тут же отпустил.

— Ваши дети настолько удивительные, что «удивления» мне хватит на всю оставшуюся жизнь. Спасибо за щедрое предложение, Максим Викторович, — отозвалась я и посмотрела на детей. — И вам всего хорошего, ребятня. Почаще общайтесь с внешним миром. Закрываться от него — плохой способ самореализации.

Дети ничего не ответили, убежали наверх. Макс проводил их улыбкой.

— Видимо, они расстроились, что вы уходите. Жаль, что отказываетесь. Я могу предложить вам хороший оклад. Вы не найдете в городе работу более высокооплачиваемую, соответствующую вашему образованию и возрасту.

— А вы уже успели узнать и о моем образовании?

— У меня есть источники, — тонко улыбнулся мужчина. — Что ж, я весьма благодарен вам, Дарья, за все. Прошу вас, примите этот конверт в качестве моей благодарности.

Румянцев протянул мне белый конверт, видимо, с деньгами, но я воззрилась на него, словно на кобру.

— Зачем? Мы вроде квиты.

— Вы сделали больше, чем планировалось. Я не ожидал…

— …что я выживу и не слягу с психическим расстройством? — с усмешкой продолжила я. — Ну что вы! Вы недооцениваете мою психику, хотя дети поделились некоторыми случаями из их практики.

— Они еще те болтуны, — буркнул миллиардер, а я посмотрела в сторону выхода.

— Спасибо вам. Если бы мне встретился кто-то другой, все могло бы закончиться гораздо хуже.

— Не спорю. Что ж, вы сами отказались. Тогда до свидания, Дарья.

Странно, но возникло ощущение, что я совершаю огромную ошибку. Только сейчас обратила внимание на внешний вид Макса — шатен, волосы зачесаны направо и слегка кудрявятся. Глаза такие же пронзительно-голубые, как у его племянников. Высокий, плечистый — костюм-тройка идеально сидит на фигуре и, уверена, пошит на заказ. Да и весь образ этого миллиардера производил впечатление, что он сделан на заказ. Слишком уж он был идеальный. Хотя нос крупноват, губы слишком пухлые, ресницы не то чтобы длинные… вот есть же недостатки, есть! Но при этом его окружает флер такой уверенности, что все недостатки теряются и остаются лишь достоинства, а мужчину смело можно отнести к разряду «красавцев».

— До свидания, — с какой-то грустью ответила я и направилась к выходу.

Удивительное дело… весь день думала о Максе, его племянниках и ситуации в целом, мечтая, когда же это все закончится. Но сейчас на меня накатила тоска — словно весь этот день мне понравился. Да, он был тяжелым, но при этом наполненным такими яркими эмоциями, что мне захотелось его повторить. Мазохистка, не иначе!

Когда подошла к своей машине, припаркованной все там же, то мне в затылок прилетел грецкий орех. Ойкнув, я потеряла пострадавшее место и оглянулась на второй этаж дома — там на меня смотрели Клара и Карл, весьма довольные жизнью. Не дети, а демонята! Впрочем, весьма милые.

Сев в машину, я покинула этот особняк. Машину вела крайне аккуратно. Еще одной аварии я не переживу.

 

Глава 3. Договор

 

Прошло больше недели с того злосчастного псевдособеседования. Мама была уверена, что я исправно работаю, а я тем временем сходила еще на два собеседования. Как ни странно — с обоих мне перезвонили. Вот только на одном не устроила зарплата (на такую в большом городе просто не проживешь, особенно снимая квартиру), а на втором начальник четко установил, что ему нужен секретарь с весьма расширенными полномочиями. Настолько расширять собственные полномочия я не готова.

Поэтому в субботу утром я просматривала сайты с вакансиями, едва не плача. Без связей тут не устроишься. Вот и надо было мне начинать самостоятельную жизнь? А ведь брат звал к себе, у него там несколько автомоек, могла бы работать на ресепшен, получать какие-никакие деньги и без всей этой нервотрепки с собеседованиями. Да и начальник меня вполне устроил бы.

Но нет, решила сделать из себя самостоятельную. Только вот таким самостоятельным часто маме лгать приходится, а все это сказывается на карме (я уже сама начала в нее верить после стольких неудач).

Неожиданно поступил входящий вызов. Номер был неизвестный, поэтому я обрадовалась (работодатель, возможно, хочет пригласить на собеседование), что даже не сразу сообразила — отдел кадров по субботам не работает.

— Дарья? — раздался приятный мужской голос, который я не сразу узнала.

— Да, здравствуйте.

— Это Максим Румянцев, если вы помните.

Я едва не выронила телефон. Конечно, помнила! Но что миллиардеру от меня понадобилось? Не на свидание же решил пригласить, поняв, что без меня ему жизнь не мила?

— Да, разумеется, помню. Что-то случилось?

— Тут вот какое дело… Карл и Клара за прошедшую неделю избавились от девяти… — На заднем фоне кто-то сыпал проклятиями, а Макс исправился: — Простите, уже от десяти нянь. И только о вас они отзывались в положительном ключе! Мы не могли бы встретиться и обсудить детали вашей работы в качестве няни? Поверьте, вы мне очень нужны!

Когда миллиардер говорит, что вы ему ну о-очень нужны, тут любая голову потеряет! Но не я. Уговор дороже денег, поэтому я ответила отрицательно.

— Дарья, послушайте, без вас мне не справиться. Только вы сможете сладить с этими детьми. Давай встретимся через час и все обсудим. Уверен, мне удастся вас уговорить.

— Не думаю, что это хорошая идея. Понимаете, мы с вашими детьми…

Я вовремя прикусила язык и вспомнила о последнем пункте договора, по которому я ни в коем случае не должна разглашать ничего о нем Максиму Викторовичу. Пришлось вздохнуть и продолжить:

— Мы с вашими детьми хоть и смогли найти общий язык, но я вовсе не та, кто способен вам помочь. Поверьте, вам лучше поискать другую кандидатуру.

— Встретимся через час. Адрес пришлю в СМС, — сказал Макс и сбросил вызов.

Нет, ну какой наглец! Привык, что все по его! А я вот не такая! Буду сидеть дома, и пусть делает что хочет! Я сказала нет, значит нет! И не надо со мной в приказном тоне разговаривать!

Но через час я сидела в уютном крафтовом ресторанчике и нервно теребила замок на кожаной сумке. Почему я пришла? Уж явно не потому, что желала увидеться с Максом. Просто меня учили не заставлять никого ждать (то собеседование — не в счет!). Вот и поехала сюда, чтобы сказать свое решительное и веское «нет».

— Дарья?

Я обернулась и на мгновение растерялась. Сегодня Максим был в светлых джинсах и простой серой футболке с V-образным вырезом. Волосы были в легком беспорядке, но все равно даже в этой одежде он производил впечатление Топ-модели. Стоило ему сесть за стол, как к нам тут же подошла официантка.

— Что-то желаете?

— Мне капучино и что-нибудь из десертов на ваш выбор, — с улыбкой отозвался мужчина. — А девушка сейчас сама сделает заказ.

— Мне то же самое, — отозвалась я.

И не от стеснения. Просто я сама любила капучино, а сладости мне всегда было трудно выбрать, поэтому брала обычно «Десерт дня». Официантка ушла, а Макс внимательно взглянул на меня.

— Я рад, что вы пришли.

— Будто бы мне оставили выбор, — с усмешкой подметила я.

— Выбор есть всегда, как уже говорил вам ранее, — отозвался мужчина. Нам принесли кофе, и мне оставалось только порадоваться расторопности баристы. — У меня, например, тоже есть выбор. Либо сорвется сделка на крупную сумму, либо не сорвется благодаря вам.

— И какое же я имею отношение к крупной сделке? — с интересом спросила я и вдохнула аромат вкуснейшего кофе, после чего сделала осторожный глоток — м-м, прелесть!

— Косвенное, но все же важное. Обрисую ситуацию. Мне необходимо заполучить одного инвестора. Для этого мне на пару недель нужно попасть на Кубу, но тут возникает проблема — дети. Они меняют нянь быстрее, чем я успеваю договариваться с агентствами. Я обещал им отпуск, но для этого мне нужна постоянная няня, с которой они станут шелковыми. Оставить их здесь не могу по двум причинам — у меня не будет возможности нанимать им нянь на расстоянии, к тому же я нарушу обещание. Нарушать обещания не люблю.

Я тоже, если говорить на чистоту. Поэтому никак не могу принять предложение Макса. Но как бы сказать ему об этом помягче?

В это время принесли десерты — одинаковые треугольники-пирожные с фруктами. Отвечать прямо сейчас я не стала, поэтому мы смогли насладиться десертами.

— Так что вы скажете, Дарья?

— Не думаю, что смогу помочь. Не могу взять ответственность за сделку на крупную сумму. У меня нет подходящего образования…

— Но вы умеете ладить с детьми, — парировал мужчина, — а это главное.  Скажу так, когда я принял управление компанией, у меня отсутствовало профильное образование, которое пришлось получать в короткие сроки. Наследником был мой брат, а мне суждено было заниматься тем, чем пожелаю. Но жизнь слишком извилиста, и порой ее повороты резки и неожиданны. Год назад брата не стало, а я принял всю ответственность, получил образование и сейчас неплохо справляюсь со своими обязанностями.

Значит, как я и предполагала, родители детей погибли, а Максим Викторович — их дядя по отцовской линии. Теперь становится понятна тяга детей к шалостям — они привлекают к себе внимание. Но от этого не менее интересен и персонаж Макса — он молодой дядя, младший ребенок в семье, привыкший поступать так, как ему заблагорассудится, а не как должно. Каково же было ему взять на себя ответственность, оставить свою жизнь в прошлом и занять место брата? Наверное, это был болезненный выбор.

Но я не та, кто способен так же изменить свою судьбу и из офисного клерка стать няней. Или все же?..

— Чем же вы занимались, если не секрет?

— Путешествовал. Жил в кайф, если можно так выразиться, — с мечтательной улыбкой отозвался он.

Тогда вдвойне сложнее было смириться с ответственностью и стать хорошим примером для своих племянников. Уверена, он старается, но ему тоже не хватает опыта в общении с детьми, а часто сменяющиеся няни только портят их с племянниками отношения. Странно, но я только сейчас подумала, что Румянцеву не больше тридцати лет. Не такая большая разница у нас в возрасте, как показалось сначала. Но в костюме он выглядел более представительно, вот и мысленно прибавила ему несколько лет.

— Дарья, соглашайтесь, — вновь начал Максим, коварно улыбаясь. — Мое время стоит дорого, а я выделил для вас целый час.

— Если вы куда-то торопитесь, то я не держу вас, — пожав плечами, отозвалась я, и миллиардер прищурился.

— Нет, все в порядке. Через полтора часа мы идем с детьми в аквапарк. Кстати, можете к нам присоединиться.

— Благодарю, но мне следует отказаться от вашего предложения.

— Надеюсь, вы сейчас говорите только об аквапарке? — с улыбкой уточнил он. — Если нет, то я готов предложить вам неплохой оклад и договор, сроком всего в две недели.

Мне протянули договор, который мужчина достал из черной папки. Ее он положил на край стола, и я не особенно обращала на нее внимание, только сейчас посмотрела более пристально. Договор оказался вполне стандартным, если не считать неустойки за увольнение по собственному желанию. Здесь значилась просто колоссальная сумма! А вот что насчет зарплаты….

 Полмиллиона по истечении двух недель и еще триста, не считая премиальных, каждый рабочий месяц?! Макс, я вся ваша!

Нет-нет, Даш, так нельзя. Ты обещала детям! Но разве разумно отказываться от такого предложения? Это было бы глупо! А разве я глупая? Но я же еще и честная!

Компромисс с совестью — вещь тяжелая.

— Вижу, вы заинтересовались, — с улыбкой отозвался мужчина. — Тогда мне следовало с этого начинать.

— Один выходной в неделю, — озвучила я, просто чтобы что-нибудь сказать, а не молчать, как дура.

Сумма впечатлила. Где я найду такую работу? Это в Москве зарплаты выше, а тут девушки, работающие секретарями или менеджерами, зарабатывают двадцать-двадцать пять тысяч. Да я за год такой работы смогу купить себе квартиру!

От этих цифр даже голова закружилась. Упустить такое предложение?! Да ни за что! Простите, дети, но тут непреодолимые обстоятельства. Пусть это будет мне минус в карму. Как раз третий по счету, после лжи и игнорирования матери.

— Да, но в субботу сокращенный день. Понимаете, мне тоже нужен выходной, и он будет как раз с пятницы на субботу, — сказал Макс и приподнял бровь. — Так что вы мне ответите?

Ох, сложный вопрос. Очень… На одной чаше весов собственная совесть, а на другой — деньги, очень хорошие деньги. Вздохнув, я ответила:

— Пожалуй, я могу попробовать.

— Замечательно! Кстати, я внес в договор расходы за сеансы психотерапии, — протянул миллиардер и добавил: — На всякий случай.

Мне подали ручку, но подписывать я не торопилась. Для начала все внимательно перечитала, вдумчиво, каждую фразу. Заказала себе еще кофе, и только после этого поставила свою подпись и передала экземпляры Румянцеву. Было ощущение, что продала душу дьяволу.

— Надеюсь, мы сработаемся, — сказал Макс, подписывая документы, и передал мне мой экземпляр. — К работе приступаете с понедельника. Вылет будет завтра вечером. Мы летим на Кубу, поэтому возьмите с собой летние вещи. Униформу няни я с вас не требую, понимаю, не хватает квалификации для нее, но все же прошу вас придерживаться более консервативных взглядов в нарядах. Подробную информацию вам отправит мой секретарь. Она летит с нами. Так же можете все узнавать у нее, задавать ей вопросы двадцать четыре часа в сутки — я плачу ей достаточно, чтобы она была в зоне действия круглосуточно. Что ж, теперь я с вами прощаюсь.

Расплатившись, Макс ушел, оставив передо мной экземпляр договора. Неужели я согласилась? Эх, с ума сошла! Забыла, какие там дети — маленькие монстры? А, ладно! Что-нибудь придумаем. Зато маме лгать не придется… ну почти. Разве что о своей должности в «компании»…

 

Глава 4

О пользе отдыха у моря

 

— Дочь, а это нормально, что ты только начала работать и уже летишь в командировку? — спросила мама по громкой связи, пока я собирала чемодан.

— Ну ма-а-ам, это прогрессивная фирма, которая устраивает для своих новичков мастер-классы. Со мной будет команда специалистов, и я буду усердно перенимать опыт.

— Какая ты говоришь у тебя компания? Чем они занимаются?

— Дизайном, мам. Дизайном интерьеров, — солгала я. — И мы летим на Кубу, чтобы изучить местный колорит. Ну там знаешь… Куба далека, Куба далека, Ку-у-уба ря-а-адом[1], — пропела я строчку из известной песни еще советского пространства. Кажется, я нервничала — переживала за свою карму. — Так что будет очень весело.

— Ох, Даш, не нравится мне это. Твой начальник к тебе повышенное внимание не проявлял? Может, он извращенец какой-нибудь, а командировка на Кубу — лишь предлог затащить тебя в постель?

Мысленно воспроизвела образ Макса. В принципе, я не против того, чтобы он затащил меня в постель, не будь он моим работодателем. Все-таки мужчина видный, привлекательный и при деньгах. При других обстоятельствах я бы, может, завела роман, главным принципом которого было «не влюбись».

— Ма-а-ам, моему начальнику двадцать девять, и он не женат. Увидела бы ты его, сама бы притащила ему меня в постель.

На некоторое время воцарилось молчание, а после:

— Дочь, ты же помнишь, я дарила тебе тот черный кружевной комплектик? Ты его возьми на всякий случай. И презервативов не забудь. Я тебя ни к чему не принуждаю и призываю быть крайне осторожной, но раз он не женат…

— Ма-а-ам!

— Ты сама разгласила эту стратегически важную информацию! И не ори на мать! У меня тут еще две твои младшие сестры в подростковом периоде застряли, мне их истерик хватает. К счастью, Светулечек моя отрада, перекрывает негатив от близняшек.

Это были обычные мамины стенания о несправедливости бытия. Но найти человека, который любил бы своих детей больше, практически невозможно.

— Когда взлетишь, не забудь мне позвонить.

— Не забуду.

— Ну все, пока! Целую, — сказала мама, и я уже собралась положить трубку, как она добавила: — А он точно неженат? Ты проверяла?

— Ма-а-ам!

— Молчу-молчу! Все, пока!

Я сбросила вызов и отложила телефон. Точно не женат. Информация из сети, конечно, может быть недостоверной, но ведь от детей я ничего не слышала о жене Макса, значит, ее попросту не существует. Не то чтобы я обрадовалась или огорчилась этому факту, скорее просто приняла к сведению. Заводить интрижек я не собиралась, да и кого я обманываю — он просто не посмотрит на меня. Конечно, внешностью я обладала миловидной, как и мои сестры, если накрасить — так вообще красавица, но все же недостаточно хороша для миллиардера. Ему ухоженных моделей, а не простых девушек подавай.

Оглядев свои вещи, на секунду я даже захотела их выложить, убрать чемодан обратно на балкон и разорвать договор, но… но меркантильность не позволила мне это сделать. Где я еще раздобуду такие деньги? Честность честностью, но в жизни надо как-то вертеться. Быть может, рьяные защитники добросовестности меня раскритикуют, но мне тоже хочется хорошо жить. Желательно в своей квартире. А тут всего год проработаешь — и считай она уже у тебя в кармане. Поэтому не время отступать, набираемся смелости и вперед!

Именно с этими мыслями я выходила из дома и садилась в присланную за мной машину, которая должна была отвезти меня в аэропорт. Невзрачный водитель открыл передо мной дверь, поправил фуражку и занялся моим багажом. Спустя минуту мы уже выезжали на шоссе. Чувство надвигающейся опасности не покидало.

Пока ехали, я мысленно воспроизводила диалог, который начну с детьми. Все же мне нужно перед ними извиниться, объяснить ситуацию и рассказать, что взрослая жизнь — сложная штука, и порой приходится поступаться принципами и собственной совестью. Надеюсь, они меня поймут. С виду умные детки, пусть и избалованные.

Когда шофер известил об окончании пути, я не сразу скоординировалась. Но мы действительно уже подъехали к аэропорту, поэтому я поспешила покинуть салон и оглядеться.

— Прошу за мной, — попросил шофер, подхватив мой чемодан.

Я засеменила следом, не имея понятия, какой рейс мне нужен. Но шофер знал. У стойки регистрации совсем не было очереди, а миловидная девушка проверила мои документы, забрала багаж и попросила следовать за ней, даже не выдав мне билет. Поднявшись на второй этаж, девушка указала мне путь по телетрапу, ведущему непосредственно в салон самолета. Шофер остался где-то позади, а я одна в «рукаве» и с женским рюкзаком за плечами. Ну что ж, зато дети не убегут, увидев меня. Куда можно убежать с самолета?

Хотя эти смогут. С парашютами. Стоит ли возвращаться?

— Дарья?

Голос принадлежал Максиму Викторовичу, который стоял на середине телетрапа. Стоило нашим взглядам встретиться, как он сдержанно улыбнулся и уверенной походкой направился ко мне. Сегодня он был одет в белые бермуды и полосатую футболку-поло, что так идеально подчеркивали стройную мужскую фигуру. Вот если так подумать, то весь этот идеальный миллиардер идет ко мне, но радости от этого не ощущается. Наоборот, неминуемая опасность.

— Дарья, — вновь повторил он, приблизившись. — Мы ожидаем только вас. Мы можем идти?

— Полагаю, что да, — неуверенно протянула я. — А дети уже там?

— Да, но ваш приход станет для них неожиданностью. Я решил сделать им сюрприз.

Мне крышка!

— Оу, — выдохнула я и приоткрыла рот. — Надо же, какой вы внимательный дядя!

— Не люблю лишних комплиментов, — неожиданно жестко одернул меня он, видимо, приняв мои слова на свой счет, но я это сказала от полнейшей растерянности.

— Больше таковых не будет, — мгновенно заверила я, — просто я удивлена вашим поведением, не более того. Не подумайте чего-то лишнего.

— К вашему счастью, я не успел ничего подумать. А теперь прошу вас, пройдемте на борт.

Он еще не сказал им. Я никак не могла понять, хорошо это или плохо. С одной стороны, они не успели продумать план и на моей стороне эффект неожиданности. С другой стороны, они будут в такой ярости, увидев меня, что я ничего не успею им объяснить, а Макс все тут же поймет. Впрочем, в этом случае есть один положительный момент — мы в самолете и за борт он меня не выбросит.

Или выбросит?..

Надо разузнать по поводу парашютов как можно скорее.

Все же я взошла на борт небольшого самолета, какие видела только по телевизору. Первые несколько секунд ушли на то, чтобы осознать реальность, а вторые — чтобы встретиться с непонимающими взглядами близнецов. Сделав как можно более извиняющийся вид, я постаралась улыбнуться. Ольга, секретарь Макса, сидела в самой дальней части и неотрывно смотрела в планшет.

— Карл, Клара, смотрите, кого я привел! — торжественно воскликнул Макс. — Вы рады?

Несколько секунд дети осознавали весь масштаб своей «радости», а потом Карл растянул губы в зловещей улыбке. Я почувствовала себя героиней фильма ужасов. Клара все еще надеялась, что это шутка, поэтому ничего не могла ответить.

— Не то слово, — выплюнул Карл и посмотрел на меня. — Дарья, я бы хотел с вами поговорить.

От его делового тона даже Макс растерялся. Он перевел удивленный взгляд с племянника на меня и обратно, после чего кивнул, словно разрешения спрашивали именно у него. Хотя, может, так и было, я ж не знаю. Но меня бесцеремонно схватили за руку и потянули в подсобку для стюардесс. Стюардесс, кстати, тут не было, мы были одни, зашторенные тяжелой портьерой.

Надеюсь, Макс нас не подслушивает.

Эти же мысли возникли и в голове Карла — он выглянул из-за портьеры и, удостоверившись в конфиденциальности нашей беседы, обернулся ко мне:

— Мы же договаривались!

— Придется внести некоторые коррективы, — лаконично ответила я, смекнув, что единственно верная тактика поведения с этими детьми — деловая.

— Какие? — уперев ручки в бока, спросил Карл.

— Например, поправку в первый пункт. Помнится, там не обозначалась дата, а теперь мы внесем туда точное число, скажем, июль следующего года.

— С какой это стати? Мы договаривались на один день! Мы свою часть договора выполнили!

— Видишь ли, у вас не было непреодолимых обстоятельств, — протянула я, не в силах поверить, что веду диалог с ребенком.

Казалось, что разговариваю с работодателем. Упертым и умным.

— Не было, — согласился мальчик и догадался: — Тебя принудили?

Пришлось солгать:

— Да, — с тяжелым выдохом подтвердила я. — Твой дядя — влиятельный человек. Мне пришлось заключить с ним договор. Признаюсь, условия для меня выгодные…

— Другие он не предложит, — подтвердил мальчик.

— Да, ты прав, — кивнула я. — Так что мне теперь придется целый год быть вашей няней. Мы втроем оказались в весьма стесненных обстоятельствах.

Главное давить на то, что меня все это тоже не радует. Быть может, проникнется сочувствием. Господи, до чего я докатилась! Выманиваю сочувствие у ребенка!

— Ладно, — неожиданно согласился Карл, сложив руки за спиной и смешно нахмурив бровки. — Сделаем так: оставляем тот же договор, но делаем для него дополнительные условия.

— Ставим дату? — уточнила я, и мальчик мотнул головой.

— Нет, дату мы не ставим, тогда у нас не будет возможности тебя выгнать. Обговорим детали по прилете.

— Договорились, — пожав руку Карла, ответила я, и мы прошли в салон.

Макс прищурился, когда я вошла, но ничего не сказал. Я приняла как можно более беззаботный вид.

Мало ли какие у нас с его детьми секреты?..

— Все в порядке? — с едкой улыбкой поинтересовался Макс, удобно разместившись в кресло рядом со мной.

— Да, разумеется! Что может быть не так?

— Это вы мне скажите, — протянул мой уже босс, и я пожала плечами и мило улыбнулась.

— Дарья, надеюсь, вы осознаете всю ответственность, — сказал мужчина и, не дав мне возможности ответить, отвернулся к иллюминатору и надел наушники.

Предстоял двенадцатичасовой перелет. Так далеко я никогда не летала, поэтому немного нервничала. Дети смотрели мультфильмы, а ближе к вечеру заснули в креслах. Сегодня они устали и вели себя неожиданно спокойно, а вот я не могла сомкнуть глаз. С наступлением ночи мне стало еще беспокойнее. Правильно ли я сделала, подписавшись на подобную работу? Не совершила ли я ошибку?

Макс дремал, нацепив на глаза повязку. Дети тоже посапывали, лишь периодически входившая стюардесса сдержанно улыбалась мне. К утру, когда пилот объявил о предстоящей посадке, проснулся Макс и направился в уборную. Я вздрогнула, когда его рука слегка задела мою, хотя кресла были широкими. Сам начальник тоже не ожидал этого, но решил проигнорировать мою реакцию, сделав вид, что ничего не произошло. Могу поспорить, что до этого ни одна девушка не вздрагивала от его прикосновения, но я была слишком утомлена и напряжена, чтобы отреагировать по-другому.

Дети, сидевшие напротив, стали просыпаться и огляделись по сторонам. Взгляд Карла наткнулся на меня, и мальчик поморщился. Я же, не утерпев, показала ему язык. Дети в ответ синхронно показали их мне. В этот самый момент из туалета вышел Макс и застал племянников с интересными выражениями лиц. Языки тут же были спрятаны, а двойняшки сделали вид, что о-очень заняты!

— Дарья? — с угрозой спросил Макс, положив руку на мою кресло. — Что это сейчас было?

— Это утренняя зарядка, — моментально ответила я. — Для дикции.

— Дарья, — наклонившись ко мне, проникновенно сказал Максим Викторович. — Прошу вас, занимайтесь подобной зарядкой со своим любовником, а моих племянников избавьте от подобных методов. Уверен, есть более прилежные способы улучшить дикцию.

Вот сказал он, а стыдно стало мне, потому что представила такую «зарядку». Идея оказалась заманчивой, только жаль, что ни любовника, ни парня у меня нет. Но не буду же я говорить об этом работодателю?

— Поняла. Артикуляционную гимнастику полностью исключаем.

— Замечательно, — с вежливой улыбкой отозвался Макс и выпрямился. — Мне бы не хотелось, чтобы на важном мероприятии мои племянники отпугивали партнеров своим поведением.

— Вам не стоит переживать.

А вот мне стоит! Дети шушукаются и явно придумывают какой-то план!

Перелет был относительно спокойным: пару раз на меня вылили кофе, один раз поставили подножку, пока их дядя в наушниках смотрел в иллюминатор, и три раза разбудили, когда я начинала засыпать. Будили под самыми невинными предлогами, но с самыми ехидными взглядами. Я поняла, что ближайшие несколько недель будут очень трудными.

К концу перелета дети устали, поэтому с ангельскими выражениями лиц проспали до самого прилета.

В Варадеро мы прилетели рано утром и сразу же отправились в отель. Пентхаус с четырьмя отдельными спальнями, огромной гостиной, отдельными ванными комнатами и верандой-балконом уже ждал нас. Молчаливая Ольга выбрала себе комнату и незамедлительно захлопнула за собой дверь, ясно дав понять — в ближайшее время ее не беспокоить, она для всех вне зоны действия и вообще не существует. В чем-то я ее понимала — она была незаменимым помощником Макса, поэтому ей тоже хотелось кратковременного уединения.

На выходных я читала статьи не только о жизни Румянцева, но и обязанности няни, распорядок дня и этику. С материалом я ознакомилась внимательно и досконально, делая соответствующие пометки и записи. Перечитав получившиеся конспекты, я решила, что вполне справлюсь с обязанностями, не зря же у меня три младшие сестры, с которыми периодически приходилось сидеть дома, особенно с младшими — Катей и Машей.

Поэтому сейчас я уверенно отправилась с детьми в их комнату, чтобы помочь уложить спать. Все еще сонные, они даже не сопротивлялись, когда я разбирала их чемоданы и доставала пижамы. Переодев детей, я аккуратно прикрыла дверь и выскользнула в гостиную, где буквально налетела на Макса.

Несколько секунд мы мерились взглядами. Начальник явно горел желанием со мной побеседовать — все-таки поведение детей не укрылось от него, а я так надеялась! Так ничего мне и не сказав, Макс направился в свою спальню, а я смогла облегченно выдохнуть и занять последнюю оставшуюся комнату, чтобы насладиться несколькими часами сна до рассвета.

 

— Предлагаю использовать клей вместо зубной пасты, — услышала я шепот Карла и слегка приоткрыла один глаз.

Близнецы стояли надо мной с тюбиками в руках и явно собирались раскрасить мое лицо. Причем Карл держал клей, как он и говорил, а Клара зубную пасту. И дети явно не сходились во мнениях, точнее не могли найти компромисс с совестью.

— Если что, я голосую за зубную пасту, — сказала я. Брат с сестрой вздрогнули и мгновенно отскочили.

— Ну вот, Клара, ты все испортила! Мы уже могли все сделать и сбежать!

— Получится в следующий раз, — уверенно заявила Клара и спрятала тюбик пасты в карман пижамных штанов. Обратилась девочка уже ко мне: — Вы должны разобрать наши вещи, а также подписать новый договор.

— И накормить, — поспешно добавил Карл и нахмурился, будто фраза выскочила у него непроизвольно.

— Слушаюсь и повинуюсь, — отозвалась я и поднялась с кровати. — Только позвольте умыться.

Дети вышли, а я отправилась в ванную комнату. Зубы почистить так и не удалось, потому что кое-кто умудрился стащить пасту именно из моей ванной, поэтому пришлось ограничиться ополаскивателем для рта. Я слишком поздно почувствовала непонятный привкус. Очень поздно. Мои зубы уже успели стать желтого оттенка! Из перевернутого пузырька в раковину стекла желтая жидкость.

— Убью! — прошипела я и вылетела из ванной, застав детей в дверях с ехидными улыбками.

Увидев меня, они тут же смылись обратно к себе в комнату и заперли за собой дверь. Я в бессилии пнула ее ногой и тут же подпрыгнула. У-у, больно!

— Что-то случилось? — поспешила ко мне Ольга, уже одетая в строгое платье-карандаш.

— Эти дети, — отмахнулась я и широко улыбнулась, превозмогая боль.

Взгляд секретаря упал на мои желтые зубы. Мысленно костеря детей, я прикрыла рот рукой и, хромая, вернулась в свою спальню. И ведь зубную пасту украли, маленькие чудища! Как бы я водой ни пыталась смыть краску, она лишь поблекла, но не исчезла, поэтому пришлось переодеваться и идти к детям с такой вот «улыбкой». Они встретили меня веселым смехом победителей.

— Что ж, — начала я, — отныне мы квиты. Вы отомстили мне, я это приняла и не буду жаловаться вашему дяде. Теперь предлагаю заключить договор и оставить наши распри в прошлом.

Дети явно были не согласны, но спорить со мной не стали, вместо этого подав мне новый вариант договора, который практически ничем не отличался от предыдущего, за исключением одного — вместо пункта «Мы обещаем не трогать няню» было «Няня обещает помогать нам охранять Макса». Я даже перечитала несколько раз, не уверенная, правильно ли поняла смысл, поэтому подняла растерянный взгляд на детей.

— Что это значит? — спросила я. — От чего вашего дядю следует охранять?

Я сразу же представила киллеров, снайперов и перестрелки. В общем, настоящий детектив, героиней которого оказалась я. А Клара и Карл были членами секретной организации «Дети шпионов». Та-а-ак, пора бы мне завязывать смотреть фильмы, слишком впечатлительной становлюсь.

— От женитьбы, — с раздражением сказал Карл, сложил руки на груди и сел на кровать, не желая более ничего пояснять.

Фу-у-ух! Всего лишь от женитьбы!

Подождите-ка, от какой женитьбы?

— В прошлый раз, когда мы ездили с Максом в отпуск, он проводил очень мало времени с нами, — начала пояснять более разговорчивая Клара. — У него было много подружек, как выражалась Ольга. Мы не хотим такого же отпуска. Поэтому ты должна нам помочь!

И препятствовать вашему дяде заводить интрижки? Кажется, дети хотят подвести меня под монастырь, иначе я это объяснить не могу. Хотя их хитрый план мне был понятен: не самим выдумывать пакости, а подождать, когда мое поведение надоест их дяде, тогда он быстро рассчитается со мной. Они же убьют одним выстрелом двух зайцев, одним из которых стану я!

Сразу представила на себе накладные длинные уши и несчастное раскаивающееся выражение лица.

— Не только поэтому! — добавил Карл, хмурясь. — Он может жениться на ком-нибудь, тогда точно забудет о нас. Мы тебе не сильно доверяем, ты нарушила прошлый договор, так что можешь не соглашаться!

— Но мы тебя простим, если ты согласишься, — поспешно добавила Клара.

Я вздохнула. На самом деле захотелось прямо сейчас постучаться в комнату Макса и основательно поговорить с ним. Думаю, он поймет и сам не будет заводить интрижки, уделив больше внимания детям. Зато Карл и Клара будут думать, что я выполнила условия договора, и ничего не расскажут Максу о моем обмане.

— Пожалуйста, — тихо попросила девочка, и у меня сжалось сердце.

Они так ведут себя не от избалованности (ну или в очень маленькой части), а потому что одиноки. Их дядя уделяет им слишком мало времени, но и его винить нельзя — он привык жить той жизнью, которая была у него прежде, и пытался всеми силами подстроиться под новый ритм после смерти брата и его жены. Но это только на словах легко, на самом же деле такие решения даются с трудом.

— Ну так что?

— Да не согласится она! — воскликнул Карл.

— Идет! — ответила я и забрала договор, написанный от руки печатными буквами.

Поставив размашистую подпись, я вернула его детям.

— А теперь живо в ванную комнату! Умываться и чистить зубы. И чтобы без шалостей! Вы меня поняли? Я-то могу и уехать, а вот вы так и проведете отпуск в одиночестве. Так что не забывайте, что это взаимовыгодная сделка.

Детей как ветром сдуло. Я подошла к шкафу с разложенными вещами. Договор — это хорошо, но как найти подход к детям и завести с ними дружбу?

 

Глава 5

Приплыли

 

— Дарья, — в детскую зашла Ольга с неизменным планшетом в руках. — Максим Викторович просил передать, что завтрак он проведет вместе с детьми, а затем отправится на деловую встречу. Его не будет до самого вечера.

Дети разочарованно вздохнули. Я как раз заплетала Кларе волосы, а Карл играл с роботом. Кажется, нам удалось установить временное перемирие, но все же зубы я больше не пойми чем полоскать не буду. Нужно быть осторожнее!

— Спасибо, Ольга, — поблагодарила я секретаря, и та вышла. Я же обратилась к детям: — И чего вы приуныли? Будто не к океану прилетели! Вы хоть в окно выглядывали? На территории отеля целый лабиринт бассейнов, а еще водные горки!

— Горки? — с надеждой спросил Карл. — Высокие?

— Есть и высокие, но вам на них нельзя, — тут же отозвалась я. — А вот на маленьких мы с удовольствием прокатимся после завтрака. Вы уже подумали, что хотите покушать?

Детское настроение заметно улучшилось, и теперь близнецы с упоением обсуждали, что они хотят. Судя по перечисленным блюдам, отель должен разориться. Даже жаль, что тут нет all inclusive[2]. Максим Викторович ждал нас в гостиной при параде — в белой рубашке, серых приталенных брюках и галстуке. Выглядел он, как всегда, сногсшибательно, тут ничего не скажешь. Увидев племянников, он улыбнулся и обнял каждого, после чего обратил свой взор ко мне.

— Доброе утро, Дарья.

— Доброе, Максим Викторович, — откликнулась я и вежливо улыбнулась, о чем тут же пожалела.

— О, — многозначительно произнес Макс, посмотрев на мои зубы. Я тут же спрятала улыбку, смутившись. — Теперь я понимаю, почему вы пользуетесь зубной щеткой даже за рулем — с вашими зубами это необходимая мера. Я могу посоветовать хорошего стоматолога.

Говорить о том, что его стоматологи мне будут не по карману, я не стала, вместо этого протянула:

— Неужели вы предлагаете создать доп. приложение, где будут внесены коррективы по медицинской страховке? Так и быть, в этом случае я соглашусь на ваших стоматологов. К тому же давно брекеты себе хотела сделать.

Пока Макс размышлял над размерами моей наглости, я прошла дальше. Знал бы он, что это дело рук его племянников и у меня есть все основания просить доп. приложение!

— Дарья, знаете, вы и с желтыми зубами прекрасны!

Вот это изворотливость!

— Благодарю за комплимент! — отозвалась я, даже не оборачиваясь, и направилась вслед за детьми к выходу из номера.

В ресторане я ограничилась английским завтраком, а вот дети решили устроить себе праздник живота. Вскоре я поняла причину повышенного аппетита — они хотели провести больше времени с дядей. Макс не ушел, пока не убедился, что племянники закончили с трапезой. Но этот момент настал, ведь в детей больше не влезало, поэтому им пришлось признать себя наевшимися и распрощаться с дядей и его секретарем.

— Вы хоть теперь плавать сможете? — с улыбкой спросила я. — Или всплывете вверх пузиками? А может быть, пойдете рыбками ко дну?

Несмотря на жуткое переедание, дети не могли пропустить водные процедуры, поэтому побежали к бассейну. К большому. Я быстро сменила их курс и вернула к детскому, где под зонтиками плескались такие же детки лет пяти-восьми. Те, что помладше, обосновались рядышком — буквально в водной песочнице.

— Мы уже большие! — воскликнул Карл и сел на шезлонг.

Клара некоторое время сомневалась, но решила поддержать брата и тоже насупилась рядом с ним.

— Большие так большие. Мне-то что?

Сев на соседний шезлонг, я достала из пляжной сумки крема от загара и повернулась к детям. Они пытались сопротивляться, но я тут же пресекла их попытки, указав на женщину рядом, красную, словно рак.

— Это она кремом не пользовалась, — для пущего эффекта шепотом сказала я, будто делилась сокровенной тайной.

Дети тут же сняли с себя верхнюю одежду и выстроились в очередь. Когда убедилась, что они полностью защищены от солнца, с тоской посмотрела на детский бассейн, где был установлен настоящий комплекс с сетками, горками и прочими переходами. Дети тоже смотрели с тоской и, может, понимали, что здесь было бы даже интереснее, чем в большом бассейне, но гордость не позволяла им это признать. Сняв платье, я принялась растираться защитным кремом, все еще поглядывая на горку.

— Как жаль, что вы недостаточно ловки для таких горок, — произнесла я с тяжелым вздохом и откинулась на свободный шезлонг. — Придется нам троим томиться под солнцем и загорать.

— Почему это мы недостаточно ловкие? — ожидаемо спросил Карл.

— Ну как же? Вы же не хотите идти на те водные горки, значит, недостаточно ловкие и боитесь упасть.

— Что за глупость! — воскликнул Карл, и в этот момент он напомнил мне своего дядю. Уже не первый раз замечаю это. — Конечно, мы пойдем! Правда, Клара?

— Да! — задрав подбородок, согласилась сестра, и близнецы пустились покорять вершины.

Улыбнувшись, я накрыла пляжную сумку полотенцем, поправила соломенную шляпу и отправилась следить за близнецами, как и другие «мамочки». Кажется, с детьми работают только такие хитрые приемчики.

Карл и Клара были необычными детьми — они не умели играть в компании, что было видно невооруженным взглядом. Близнецы держались друг друга и сторонились других детей. Карл, привыкший сохранять ситуацию под своим контролем, постоянно хмурился и останавливался, оценивая обстановку. Из-за их нелюдимости дети совсем не могли расслабиться и начать развлекаться.

Я уже хотела как-то поговорить с ними, когда Карл, собиравшийся подниматься по лестнице к горке, плюхнулся в воду. Я подбежала к нему, равно как и Клара.

— Карл, ты как? Все в порядке? — запричитала я, осматривая ребенка.

— Да, — обиженно откликнулся он, держась за локоть. — Ударился больно!

Он едва сдерживал слезы. Думаю, это были слезы обиды, а не боли, ведь никаких внешних повреждений у Карла, кроме пострадавшего самолюбия, не наблюдалось.

— I'm sorry! John accidentally pushed your son[3], — услышала я голос незнакомки рядом, и обернулась к ней.

— He’s ok. Don't worry[4], — односложно ответила я, и женщина, улыбнувшись, ушла.

— Почему ты так легко отпустила его? Он меня толкнул! — воскликнул Карл, смотря вслед ребенку, которого увела мать.

— Он это сделал случайно, — терпеливо объяснила я, присев перед ним. — Здесь все дети веселятся, играют, отдыхают. Этот Джон не хотел тебя обижать, поэтому ты должен его простить. Расслабься, Карл, — сказала я и подумала, что фраза звучит как-то слишком карикатурно. — Получай удовольствие от игры. И ты тоже, Клара. Почему вы такие зажатые? Смотрите, все дети играют. Горка общая. Просто нужно быть чуточку осторожнее.

— То есть я сам виноват, что упал? — обиженно засопел близнец. — Но это ведь не так!

— Нет, конечно! Виноват не ты, а обстоятельства. Поэтому, чтобы им противостоять, нужно со всеми подружиться, быть ловким и ко всему готовым. Попробуешь еще раз?

Карл неуверенно кивнул. Клара отправилась за братом. Я внимательно наблюдала за ними, стоя в детском бассейне, и напряглась, когда Карл подошел к Джону. Но вместо мести он протянул ему руку и представился, а также представил Клару. Теперь дети стали играть вместе, как я выяснила позже — Карл с Кларой были образованными, изучали английский с четырех лет. И пусть их уровень был далек от совершенства (как и мой!), детям это не доставляло никакого дискомфорта.

Следующий опасный момент случился вскоре. В Карла попал волейбольный мяч, прилетевший из соседнего бассейна. Бросившись к ребенку, я ожидала застать его в ярости, но он удивительно легко воспринял еще одно испытание судьбы — откинул мячик и побежал играть дальше. Надо же, общество Джона на него положительно влияет!

— Извините, вы не вернете мне мяч?

Повернувшись на голос, встретилась взглядом с голубоглазым блондином. Он приветливо улыбнулся и был не менее удивлен, когда я ему ответила на том же русском:

— С удовольствием верну.

Хотя чего он ожидал, когда задавал мне вопрос на русском? Видимо, от запала в игре забылся. Я подбросила мяч, и тот угодил… под ноги незнакомцу. Не докинула! Я смущенно развела руки в стороны, мол, вот такая криворукая.

— Вы русская, — широко улыбнулся блондин, легко подхватив мяч. — Очень приятно! Меня зовут Аристарх.

— Даша, — отозвалась я.

— Вы отдыхаете с детьми?

— Можно сказать и так, — задумчиво ответила я и оценила беглым взглядом атлетическое телосложение блондина. — Я их няня.

— Няня? — переспросил он и собирался продолжить диалог, как в этот момент его окликнули друзья. — Иду!

Я уже собиралась уходить, как Аристарх улыбнулся и сказал уже мне:

— Ну что же, няня, буду рад очередной встрече!

— Как и я!

Он ушел, оставив улыбку на моих устах. Стоп, Даша, о чем ты думаешь? У тебя тут работа, а не отпуск, где ты можешь заводить интрижки! Так что одумайся и следи за близнецами!

Как ни странно, мысли об Аристархе быстро выветрились из моей головы, их место полностью заняли дети. К обеду мы попали в номер, переоделись и отправились в ресторан, а вернувшись, я уложила близнецов в кровати. Они долго не хотели засыпать, поэтому пришлось лечь на край их огромной двуспальной кровати и начать читать сказку, найденную в интернете. Вскоре дети заснули, а вместе с ними и я.

Пробуждение было не из приятных — меня просто нагло столкнули с кровати, а сверху нависли две довольные мордашки.

— За что?

— Ты не наша мама, чтобы засыпать с нами, — показав язык, заявила Клара.

— Разумеется, вашу маму вам никто не заменит, — ответила я, — но мне больно. Неужели вам меня совсем не жаль?

Дети стушевались, переглянулись и не знали, что мне ответить. Я же с самым траурным видом поднялась и направилась к выходу из комнаты. Нет, падать было не больно, на полу расстелен мягкий ворсистый ковер, но дети должны осознать весь груз вины.

— Доброго дня, Дарья. — В гостиной читал новости на планшете Максим Викторович. — Вижу, с детьми у вас прекрасные отношения — вы так мило спали с ними на одной кровати. Простите, я зашел проверить близнецов. Не имел намерений подглядывать за вами во время сна.

Я застыла. Нет, он ни в коем случае не должен узнать о моем пробуждении, иначе засмеет! Сдержанно улыбнувшись, я отправилась в комнату.

К заливу мы отправились все вместе. В Варадеро мне прежде бывать не доводилось, но я слышала, что это самый красивый и чистый пляж во всем мире. Хотелось проверить это на собственном опыте.

— Макс, — позвала начальника Ольга, — а скажи, мы идем к морю или океану?

— Мы идем к Флоридскому проливу, — отозвался мужчина. — Он соединяет Атлантический океан и Мексиканский залив. Как и многие ученые, я не могу дать точный ответ, поэтому будем говорить Флоридский пролив.

— Разумно, — ответила Ольга. — Тогда я так и буду хвастать подругам в Инстаграм — встречаю закат у пролива. Как вам?

— Главное, географическую метку поставь — Варадеро, и подпись даже никто не заметит, — прокомментировала я, и мы с Ольгой негромко рассмеялись.

До пляжа было рукой подать. Разместившись на шезлонгах, мы разделись. Первой на море отправилась Ольга, а я принялась растирать детей. Макс с нескрываемым интересом изучал меня. Как мне хотелось думать, ему просто пришелся по вкусу мой кислотно-желтый купальник.

— Ваш дядя смущает меня, смотря так пристально, — сказала я детям достаточно громко.

— Я просто слежу, все ли участки кожи моих племянников вы защитили кремом, — моментально отозвался мужчина. — Кажется, вон там оставили.

Макс подобрал с плеча крем и мазнул по носу Клары. Девочка рассмеялась и попыталась отобрать у меня весь тюбик, чтобы нанести (читай, извести) его на дядю. В общем, в ближайшие полчаса, пока не пришла Ольга, намазать детей кремом у меня не получилось.

— Вы мне поможете, Дарья? — спросил Макс, и я закатила глаза.

Я и не подозревала, что он такой дамский угодник!

— Думаю, с этой задачей прекрасно справится Ольга.

— В горле пересохло, — между прочим обронила секретарь и поднялась с шезлонга. — Пойду пройдусь до бара.

Пришлось нацеплять на детей спасательные жилеты и помогать их дяде растирать спину. Хотелось сказать, что вокруг много привлекательных женщин, которые с удовольствием разотрут ему не только спину, но и кое-что другое, но я вовремя вспомнила о нашем с детьми договоре. Чтоб его!

— Макс, идем с нами играть! Идем!

Незадачливому миллиардеру ничего не оставалось, как поддаться на провокации детей. Он плескался с ними в воде, затем строил песочные замки, а после убегал от краба, которого поймали дети и собирались прищемить его клешнями мягкое место своего дяди. Мы с Ольгой, потягивая коктейльчики и заедая фруктами, наблюдали за ними с искренним наслаждением.

— Никогда ничего чудеснее не видела! — воскликнула Ольга, и я согласно кивнула.

— Да, пейзажи тут прекрасны!

— Пейзажи еще что! Ты смотри, какое действо — собственный начальник убегает от малолетних хулиганов. И в голове у меня единственная мысль — лишь бы не успел!

Я рассмеялась, а Ольга улыбнулась и вновь потянула через трубочку коктейль. Но счастье было недолговечным, и вскоре начальник вернулся — уставший и мокрый. Дети тоже, кстати, прибежали, чтобы перекусить фруктами и выпить сок. Ольга, решив, что начальника ей в рабочие часы слишком много, тут же ушла к океану, а Макс смылся якобы за напитками.

— Такими темпами вы к концу отпуска ушатаете бедного дядю, — сказала я, накидывая на плечи детей полотенца.

— О чем ты? — спросил Карл и нахмурился. — Мы просто играли!

— Конечно, понимаю, — улыбнулась я. — Просто шучу!

— Карл, смотри, — шепнула близняшка и толкнула брата локтем в бок.

Я тоже устремила свой взгляд по указанному направлению. Макс разговаривал с какой-то брюнеткой, одетой, точнее «раздетой» по последней моде. Ее пухлые перекачанные губки вроде бы даже изгибались в подобие улыбки.

— Даша! — шикнул на меня Карл. — Почему ты сидишь тут? Ты же обещала оберегать нашего дядю от посягательств посторонних!

— Так, во-первых, не я обещала, а вы вынудили меня подписать договор, — начала я. — Во-вторых, она даже не посягает на него. Смотрите, держит руки рядом, не распускает их, не кладет ему на плечо… Ну ладно, вот сейчас кладет. Но, может, у него там песчинка попала и прилипла к оголенному плечу? Ну не смотрите на меня так! Как вы себе представляете, если я пойду и?.. Эх, ладно, ваша взяла.

Пришлось идти «спасать» Макса от острых коготков красавицы-брюнетки. Попивая коктейль, я прошла за спиной девушки, когда моя нога «внезапно» подвернулась и коктейль оказался на волнистых волосах незнакомки.

— О боже мой! Простите, это совершенно случайно получилось! Еще раз прошу меня искренне простить!

Девушка начала на меня ругаться по-испански. Я улыбалась, извинялась на английском и старательно делала вид, что очень раскаиваюсь. В диалог вступил Макс, извинившись за меня. Девушка сразу же стала такой тихой и доброй, что захотелось вылить ей на волосы еще один коктейль. Но выбора у меня было немного, поэтому, пока Макс пытался объяснить девушке нелепую ситуацию, я повисла на руке собственного начальника. На его удивленный взгляд шепнула, что подвернула лодыжку и трудно стоять.

Увидев наши перешептывания, девушка громко попрощалась, гордо развернулась и отправилась к барной стойке, получив «комплимент» от бармена. Я же получила грозный взгляд от начальника.

— Дарья! Что вы себе позволяете?

— О чем вы, Максим Викторович? У меня просто болит нога. Я вот вам спинку намазала, проявив сострадание, а у вас ко мне ни капли сочувствия.

— Дарья… как вас по батюшке?..

— Анатольевна, — охотно подсказала я.

— Дарья Анатольевна, вам не кажется, что вы переигрываете?

— Ничуть, — солгала я, и Макс подхватил меня на руки.

От неожиданности я едва не выпала из крепких рук, вовремя ухватившись за шею мужчины и прижавшись к сильному телу. Пожалуй, есть приятные моменты в глупом детском договоре.

— Надеюсь, пока я вас буду нести обратно к шезлонгам, вы сгорите от стыда.

— Не переживайте, у меня хороший солнцезащитный крем, — с милой улыбкой откликнулась я.

Дети встретили нас с самыми невинными выражениями лиц, а пока Макс не видел, даже хлопнули друг другу в ладоши. Меня аккуратно положили на шезлонг и посоветовали отдыхать. Зато теперь, когда я якобы «ранена», дети вновь уговорили Макса поиграть с ними. Таким образом я исполнила сразу два желания детей и одно свое — полежать в тишине и спокойствии, наслаждаясь прекрасными видами Варадеро.

 

Глава 6

Фиктивная помолвка

 

Следующие несколько дней были насыщены событиями, и все они были связаны с близнецами. Макс редко бывал в отеле, а если бывал, то постоянно пропадал за работой.

— Карл Лангрен, пожилой и очень-очень богатый немец, ради которого Макс прилетел сюда, не слишком-то стремится инвестировать в проект Макса, — пояснила мне Ольга. — Он отказывается даже взглянуть на проект.

— Если планы Макса сорвутся, мы улетим в Россию? — уточнила я, и Ольга пожала плечами.

— Вполне возможно. Макс настойчивый и сейчас пытается найти способы, как можно уговорить Лангрена. Но если ему это не удастся, придется искать другого инвестора. И да, мы здесь надолго не задержимся.

Вечером третьего дня Макс решил отложить дела и сообщил, что сегодня он присоединится к нам на пенной вечеринке, устраиваемой отелем. Дети обрадовались, напомнили мне о нашем договоре, а также сообщили, что в прошлый раз я сработала неплохо и они мне даже благодарны.

— Просто высшая мера похвалы, — протянула я с усмешкой, но дети никак не отреагировали.

Я надела просторное красное платье и босоножки, а детей нарядила «моряками». Вечеринка проводилась в ресторане. Мы заняли столик в углу, заказали закуски, коктейли и соки. Голос ведущего был задорным и настраивал на нужный лад. Первые конкурсы были для детей, но близнецы не горели желанием участвовать.

— Так и знала, что вы трусите, — шепнула я, наклонившись к ним. — Смотрите, какой Джон смелый! Он в первых рядах стоят. Наверное, ему одиноко без вас.

Или все же им одиноко без него?

— Думаю, Даша права, — сказала Клара, посмотрев на брата. — Ему совсем скучно! Идем тоже?

— Мы не дети, чтобы участвовать в таком! — отрезал Карл.

— Ну раз вы не дети, вам и няня не нужна. Тогда я пойду ближе к сцене, посмотрю, как выступает Джон.

Не прошло и полминуты моей медленной ходьбы, как дети догнали меня, взялись за мои руки и потянули к сцене. Собственно, конкурсы они любили, еще как! Правда, Клара умела проигрывать в отличие от брата, который всех во всем винил. И этим он мне напоминал моего недовольного начальника, который заказал себе уже пятый коктейль к нашему возвращению. По крайней мере, именно столько я видела, а там, может, и больше.

— Даша, смотри, там конкурс танцев! — сказал Карл спустя минут десять, как мы вернулись. — Ты пойдешь?

— Нет, что мне там делать?

— Трусишь? — прищурившись, спросил мальчик, и я хмыкнула.

Сообразительный какой!

— Там же парный конкурс, а мне не с кем танцевать!

— Предлагаю себя в качестве партнера, — неожиданно вступил в наш разговор Макс. Я стушевалась. — Или вы трусите, Дарья?

— Трусит, трусит! — хихикая, начали повторять дети.

— Ничего подобного, — отчего-то подалась я на провокацию. — Просто у меня лодыжка все еще болит.

— Бросьте! Это было два дня назад, уже все зажило. Должно быть, как и сказали дети, вы боитесь. Вот только чего?

Действительно, чего я боюсь? Поднявшись, подала руку Максу, приглашая его на танец. Тот с усмешкой принял приглашение, но тут же поменял позиции доминирования, уверенно направившись к танцплощадке. Уж не знаю, почему дети согласились на мой танец с Максом и, более того, сами подтолкнули, но это определенно было плохой идеей. Я поняла это сразу же, как ладонь начальника легла мне на талию.

Мы встретились взглядами. Странное волнение охватило меня, будто я на выпускном балу танцую с одноклассником, которому боялась признаться в чувствах последние два года. Этот трепет, неверие, смущение.

Зазвучала музыка. Голос ведущего доносился откуда-то издалека, а я смотрела в голубые глаза и хмурилась, не понимая собственную реакцию на близость Макса.

Ему же, кажется, было все равно, какую девушку прижимать к себе. Он чарующе улыбался, вел меня в танце, периодически наклонялся, словно вдыхая запах моих духов. Я даже ни разу не перепутала движения, ни разу не наступила партнеру на ногу, что было для меня нонсенсом. Неужели так комфортно было танцевать именно с ним?..

— Ты слишком зажата, — шепнул мне Макс.

— А ты слишком расслаблен, — неожиданно ответила в том же ключе, перейдя на «ты».

Вот он пил алкоголь, а я — нет. Так от чего кружится голова и путаются мысли?

— Готов поделиться с тобой своей расслабленностью, — шепнул начальник и неожиданно сказал: — Сколько у тебя было?

— Что? — краснея, переспросила я.

— Ты ведешь себя так… м-м… зажато? Нет, эта твоя милая наивность выглядит даже сексуально.

— Максим Викторович, вы пьяны, — шепнула я. — И у вас явный недостаток женского внимания.

— Даже не буду спорить, — отозвался мужчина и слегка отстранился. — Ну так сколько?

И мне даже показалось, что не так уж он и пьян, а больше притворяется. Забавляется со мной, словно с интересной новой игрушкой.

— Пятнадцать, — с вызовом ответила я, и мужчина присвистнул.

— Тогда ты не будешь против, если я стану шестнадцатым?

— Макс! — воскликнула я, едва не отстранившись, но мы все еще танцевали, а начальник был прекрасным партнером.

По танцам. Партнером по танцам. Даша, да о чем ты думаешь?

— Даша-Даша, — со смешком продолжил Макс. — А врать надо уметь. Я вот, например, девственник.

— Врать нам нужно учиться вместе, — едко протянула я, и начальник вновь рассмеялся.

— У меня сегодня хорошее настроение. Я решил отдыхать. Забить на все сделки и просто наслаждаться видами Варадеро. Как тебе план?

— Думаю, дети будут рады.

— Определенно, — шепнул Макс, вновь наклонившись и вызвав у меня мурашки, — а теперь поворот…

Казалось, мгновения растянулись, стали словно резиновыми. Я с головой ушла в собственные чувства, вновь и вновь прокручивая наш диалог. Быть может, подобные разговоры между мужчиной и женщиной были обыденностью в его обществе, но я никак не могла успокоить свое сердцебиение, приняв откровенную беседу за флирт. Я кружилась с Максом в едином ритме, находясь в собственном мире, где существовали только мы и этот танец.

— Думаю, мы можем объявить победителей, — прозвучал голос ведущего на английском, и я, вздрогнув, отпрянула от Макса. — Прошу вас подойти ко мне для получения награды.

Оказывается, все пары расступились, пропуская нас. Жутко смущенная, я под руку с Максом подошла ближе. Ведущий заговорил:

— Вы прекрасная пара! Поэтому удостаиваетесь награды!

На нас нацепили цветочные бусы, причем одни на двоих. Нам аплодировали, Макс улыбался и прижимал меня к себе, положив руку на талию. Я была жутко смущена и не знала, что меня ждет от детей — они же меня заживо закопают! Они просили отгонять от их дяди девушек, а вместо них к нему прилипла я. И пусть это только выглядит так со стороны, но я все равно чувствовала себя виноватой.

Но боялась я зря. Нам навстречу выбежали дети, о чем-то весело хохоча, и забрали у нас бусы. Пока мы возвращались к столику, встретили седовласого мужчину в белой шляпе и таком же белом костюме. Он с улыбкой протянул руку Максу для рукопожатия, а затем уделил внимания и мне.

— Очень рад знакомству! Мистер Румянцев, вы не сказали, что приехали сюда с женой и детьми, — говорил мужчина на английском. Его взгляд упал на кольцо, подаренное матерью, на моем безымянном пальце левой руки.

— О нет, — отозвался Макс, но обнимать меня стал еще сильнее. Я ловко высвободилась из его объятий и встала позади детей, положив им руки на плечи, чтобы они никуда не убежали и не потерялись в толпе. — Я не женат. Это моя невеста Дарья и племянники — Карл и Клара.

Э-э, простите?..

— О, маленький Карл мой тезка, — улыбнулся мужчина детям и вновь посмотрел на Макса. — Вы взяли племянников с собой в отпуск? Это так редко встречается в наше время.

— Да, но они сироты, а я их единственный опекун.

— Вот как? Но я ничего об этом не знал. Соболезную.

— Я не люблю афишировать свои семейные обстоятельства.

— Это похвально! Я принял вас за бездумного ловеласа, мистер Румянцев, но теперь вижу, что это не так. Не могли бы мы завтра встретиться с вашей семьей, скажем, за ужином? Ваша невеста очень красива. Мне будет приятна такая компания.

— С удовольствием приму ваше предложение, — откликнулся Макс, и старик откланялся.

— Невеста? — переспросила я, и Макс, ничего не ответив, заторопился к столу.

Мы с близнецами последовали за ним.

— Что это значит? — вновь потребовала я объяснений.

— Это значит, что я нашел подход к мистеру Лангрену.

— Как именно, Макс? — спросила Ольга, и тот озорно улыбнулся и заказал еще один коктейль.

— Все просто, Ольга! Он считал меня беспутным пустозвоном, теперь же он уверился в моих ответственности и благочестии. Знакомься, это моя невеста Дарья и двое наших замечательных детей.

— Это шутка? — переспросила секретарь, Макс отрицательно мотнул головой и накрыл мою ладонь своей рукой, не позволив ее высвободить.

— Я совершенно серьезен, — сказал Макс и теперь посмотрел на детей, — вы согласитесь мне подыграть? Мне нужно разыграть роман с Дашей. Вы не должны называть ее няней, а также вести себя прилично, чтобы мистер Лангрен инвестировал в мой проект существенную сумму. В обмен я готов выполнить любые ваши требования.

А как же мои условия?..

Дети переглянулись и посмотрели на наши руки. Я все-таки смогла вытащить свою и скрестила руки на коленях.

— Если мы будем тебе подыгрывать, это значит, что ты всегда будешь рядом? — переспросил Карл.

— И не будешь уходить к разным тетям? — добавила Клара, и Макс кивнул. — Тогда мы согласны!

— Но с одним условием, — поспешно добавил Карл. — Когда у тебя закончится работа, ты проведешь неделю только с нами.

Макс перестал улыбаться. Ольга встала и тактично удалилась. Мне хотелось последовать за ней, но я не могла бросить детей в таком состоянии — казалось, они сейчас открылись так сильно, как никогда. Они рассказали о своих переживаниях Максу, который и понятия не имел, как дети сильно привязаны к нему.

— Договорились, — тихо ответил мужчина и встал. — А теперь идемте погуляем по берегу. В это время океан должен быть прекрасен.

— Это же пролив, Макс! — воскликнула Клара, и мужчина рассмеялся.

— Да-да, идемте скорее. Дарья, а вы на сегодня свободны.

Неужели мы вновь на «вы»? Какое облегчение!

Когда дети с Максом вернулись, я была в гостиной и читала электронную книгу. Отложив телефон, отвела близнецов в их комнату, слушая их пересказ удивительных пиратских историй, которые им поведал Макс. Будь у него ко мне хоть капля сострадания, он бы ограничился одной небылицей. Теперь Карл просто грезил пиратами.

— На абордаж! — воскликнул мальчишка, спрыгнув на кровать. — Тысяча чертей!

— Карл, слезь с кровати и идем в ванную, — сказала я, вернувшись с Кларой.

Девочка не настолько впечатлилась историями, точнее, не этой их частью. Ее больше заинтересовало существование русалок и прекрасных принцев, которых грабили грозные пираты.

— Карл, если ты сейчас же не пойдешь со мной в ванную, то тебя, такого грязного, утащит Кракен.

Угроза подействовала, и мальчик отправился со мной. Спустя час я покинула детскую. Время приближалось к одиннадцати, но я не могла отложить разговор с Максом на завтра — утром он опять мог куда-нибудь сбежать, а вечером поставить перед фактом ужина с мистером Лангреном.

Я постучалась в дверь. Ответа не последовало, тогда я немного подождала и постучалась вновь. Макс в одном набедренном полотенце открыл дверь и одарил меня вопросительным взглядом. В первую секунду я стушевалась — было видно, мужчина только вышел из душа, волосы были еще влажными, и сам его полуобнаженный вид заставил меня покраснеть.

— Кхм, — кашлянула я, отводя взгляд. — Максим Викторович, я бы хотела с вами поговорить.

— А что вы отворачиваетесь? Как же ваши пятнадцать мужчин? — спросил он и на мой возмущенный взгляд ответил усмешкой. — Хорошо, проходите.

Начальник отошел в сторону, пропуская меня. После секундного колебания я все же вошла. Комната Макса немного отличалась от моей или детской, здесь имелся тяжелый письменный стол, на котором стоял открытый ноутбук. Не став проходить вглубь комнаты, я подождала, пока Макс закроет за мной дверь, и развернулась к начальнику.

— О чем вы хотели поговорить, Дарья?

— Думаю, вы догадываетесь. Вы представили меня как свою невесту, но забыли спросить о моем согласии.

— Бросьте! Не думаете же вы, что я и впрямь решил на вас жениться?

— Что? — от вопиющей наглости я приоткрыла рот и усмехнулась. — Максим Викторович, вы меня не поняли! Я и не претендую на статус вашей невесты, если честно, вы меня не привлекаете. — Тут я, конечно, лукавила. — Я говорю о том, что вы не спросили, хочу ли я играть роль в заранее написанном вами сценарии. Вы спросили о согласии детей, даже, можно сказать, уговаривали их, но мое согласие вы запланировали как данность. Позвольте же сказать, что мне не доставляет удовольствия участие в этой авантюре.

— Я заплачу вам.

— Что?

— Я заплачу вам, — медленно повторил Макс. — Вы же здесь ради денег? Я думал, это само собой разумеющееся. За вашу небольшую роль я заплачу вам, скажем, премию в размере двойного месячного оклада няни.

Он даже не спрашивал. Он говорил это так, словно заранее знал мой ответ. Признаться честно, я и сама его знала, все же такая сумма на дороге не валяется, и все же что-то заставило меня помедлить. Что именно будет входить в мою роль? Просто временно изображать счастливую невесту или что-то большее? Этот вопрос меня особенно интересовал.

— Если мы строго оговорим рамки, за которые вам не будет позволено выходить, то я готова рассмотреть ваше предложение. Лишь рассмотреть! Я еще не даю точного ответа, нужно все обдумать.

— Какие именно рамки вас беспокоят? Не переживайте, в постель я вас не потащу.

И вот чего он стоит тут, такой полуобнаженный Аполлон? Его простые слова прозвучали как оскорбление, а не как обещание.

— Разумеется, нет, — пафосно ответила я и постаралась сделать свой голос более миролюбивым: — Простите, но статус невесты подразумевает некоторые вольности. Сегодня вы меня обнимали, что, как я полагаю, доставляет дискомфорт нам обоим.

— Послушайте, Дарья… Даша, — исправился мужчина. — Послушай, Даша. Это всего лишь один ужин, где мы будем счастливо улыбаться друг другу. О чем вы волнуетесь? Я щедро заплачу вам. Рассматривайте это как гонорар за роль моей невесты. Давайте будем честны — мне нужен инвестор, вам — деньги, как и любому другому жителю нашей планеты. В конце концов, я не какой-нибудь негодяй, чтобы отказывать мне в этой просьбе.

— Так это вы так просите? — едко спросила я. Каюсь, не сдержалась.

— Да, — со вздохом откликнулся Макс. — Я вас прошу.

Капля скатилась по его носу и упала на грудь. Я отчего-то проследила за ней, а потом резко подняла глаза и встретилась взглядом с Максом. И он, и я знаем о моем решении. Было бы глупо отказывать от такого, к тому же когда тебя просит начальник. Он хотя бы предлагает деньги, а не угрожает увольнением.

— Как уже сказала, я подумаю над этим, — проговорила я и вышла из комнаты.

 

Глава 7

На абордаж

 

Всю ночь снилась свадьба. Пышная, с размахом. Только вот невеста была грустной и все время спрашивала жениха, когда он ей заплатит. И еще под пышным свадебным платьем — кеды с черепами, мои любимые, буквально заношенные до дыр.

И приснится же такое?

Разбудили меня дети раньше будильника. Они прыгали по кровати, Карл кричал «На абордаж!» и наставлял воображаемый револьвер на сестру. Та лепетала что-то вроде «Мой принц придет за мной, тебе несдобровать, мерзкий пират!». А я-то думала, что мода на пиратов Карибского моря давно ушла. Ан нет, ошиблась.

— Юные матросы уже умылись? — спросила я, и дети с визгом убежали из моей комнаты.

Пришлось быстро собираться и идти к близнецам. Дети были в комнате и чистили зубы, заодно и щеки друг друга. Пришлось разнимать их и умывать, а после выходить в гостиную, где нас ожидали Ольга с Максом.

— Не прошло и полгода, — бросила девушка и направилась к выходу.

Зато Макс не стал отдавать едкие шуточки, а наоборот, лучился энтузиазмом. Мне даже захотелось обломать его и отказаться от вчерашнего предложения, но все же меркантильность во мне была против такого решения.

— Могу я полюбопытствовать, чему вы так рады, Максим Викторович? Приснился хороший сон?

Вспомнился свой… брр!

— Лучше, Дарья! Этот сон со дня на день может воплотиться в явь.

— Не торопите события, я еще не дала своего согласия.

— Уверен, когда вы узнаете о моей идее, то с удовольствием согласитесь.

— Как вы самоуверенны! — с легким восхищением произнесла я.

— На то есть основания, — парировал мужчина и подмигнул племяннику, все это время с интересом прислушивающемуся к нашему разговору.

— Макс, а мы сегодня пойдем плавать на том корабле, который с черными парусами? — спросил Карл, заметив интерес дяди.

— Я же обещал, значит, пойдем.

— Ура! — хором воскликнули дети и понеслись к лифту.

Завтрак прошел под веселые разговоры близнецов о том, как они станут пиратами и посетят пиратскую бухту. Я слушала их с улыбкой, периодически кивая. Уже к концу завтрака Макс неожиданно сказал:

— Вы посмотрите, как они испачкались!

— Где? — спросила я, но заметила лишь пятнышко на щеке Карла. — Вы преувеличиваете.

— Да нет же, они словно поросята. Ольга, прошу тебя, отведи детей в туалет.

— Я? — переспросила секретарь, и Макс с улыбкой кивнул.

Дети, казалось, даже не заметили странного поведения дяди и направились вместе с Ольгой к уборным, зато я сразу заподозрила неладное и, откинувшись на спинку стула, сложила руки на груди.

— Так что вы хотели предложить, Максим Викторович?

— Лист желаний, — отозвался мужчина, и я вопросительно приподняла брови. — Скажем так, вместо договора мы берем чистый лист бумаги. — Макс достал ручку из своего кармана и взял салфетку, расчертив ее пополам. — С этой стороны — ваши желания, с другой — мои. Это будет взаимовыгодный обмен. Скажем, я хочу, чтобы вы сегодня отужинали со мной, детьми и инвестором в уютном ресторанчике. Это мое желание. Вы можете вписать в колонку ваше, которое я буду обязан исполнить взамен своего.

— А если я пожелаю весь остров? — спросила я и приподняла брови.

— Желайте, кто же вам запрещает? — с усмешкой откликнулся Макс. — Но в ваших же интересах, чтобы наши желания были равнозначными, чтобы и мне, и вам было возможно их выполнить. Если вы захотите остров, я просто не выполню это желание, как и вы мое.

— Звучит вполне логично и даже интересно, — с азартом ответила я и подалась вперед. — Пожалуй, вы нашли способ, как уговорить меня.

— А вы во мне сомневались, — с укором произнес мужчина и взглянул мне за спину — как раз возвращались Ольга с детьми.

— Ну что, переодеваемся — и на корабль? — спросила я близнецов.

Мне ответили дружным хором.

 

Корабль, на котором мы поплыли к рифам, оказался настоящей детской мечтой — высокие мачты, черные паруса, резное дерево, попугай с обезьяной, вечно крутящейся возле капитана Джека Воробья. Детей оказалось около пятнадцати, все они отлично отыгрывали свои роли матросов, даже не мешал языковой барьер. Каждый ребенок был увлечен только собой.

— Почему вы грустите, Дарья? — спросил Макс, облокотившись на бортик и с прищуром глядя на море.

— Завидую Ольге. Она сейчас на SPA-процедурах.

Макс негромко рассмеялся и неожиданно произнес:

— А вы красивая.

— Полагаю, я должна пищать от восторга, что вы это заметили? — спросила с иронией и взглянула на детей, которые слушали байки «бывалого» капитана. — Или вы всем отсыпаете такие комплименты?

— Нет, только очаровательным девушкам, — с улыбкой откликнулся начальник. — И еще няням моих племянников.

— Неужели каждой? Вы меня не проведете, Максим Викторович, я видела фотографию их предыдущей няни. Сколько ей было? Шестьдесят?

— Пятьдесят три, если не ошибаюсь. У нее большой опыт и стаж, а еще хорошие рекомендации. В отличие от вас.

— Знаете, вам пора завязывать с комплиментами. Они у вас откровенно неудачные.

— Не обижайтесь, — неожиданно миролюбиво сказал Макс. — Я лишь пытаюсь быть веселым, неужели не получается?

— Главное — практика! Я тоже не сразу поладила с вашими племянниками, но мы пытаемся найти общий язык.

— И это тебе прекрасно удается. Я приятно удивлен. Дети послушны и даже немного… как же это сказать… растаяли?

— Вы удивитесь, но лед тает рядом с теплом, а вот рядом с таким же льдом — нет, — сказала я, явно кидая камень в его огород, и Макс без труда это понял.

— О чем ты? — перешел он на «ты», и я ответила тем же.

— Твои племянники любят тебя, а ты уделяешь им катастрофически мало времени. Тебе не стоило совмещать отпуск с командировкой и брать с собой няню. Вам бы втроем сесть на частный самолет и улететь на необитаемый остров. Быть может, там и ты бы немного оттаял, — достаточно резко высказалась я и поспешно добавила: — Прости, если была груба.

— Считаешь меня недостаточно горячим? — совсем не обидевшись на мои слова, с вызовом спросил Макс.

Я стушевалась и даже приоткрыла рот от изумления. Мои следующие слова вновь отдалили нас:

— О боже, я не это имела в виду! Я ни в коем случае не хотела умалить твои способности на сексуальном попроще, лишь сказала, что ты недостаточно времени проводишь с детьми, которые в тебе души не чают.

— Я подумаю над твоими словами. — Макс оттолкнулся от бортика и подошел ближе к детям.

Я облегченно выдохнула. Что-то странное со мной творится, когда рядом этот мужчина.

Вернулись мы уставшие, но довольные. Обед состоялся на природе, а после, когда я уложила детей, смогла на часок улизнуть на пляж. Я собиралась просто полежать на солнце, когда рядом со мной раздался знакомый голос:

— Даша? Рад снова увидеть тебя, — сказал Аристарх и подбросил волейбольный мяч. — Не хочешь поиграть с нами?

— Я весьма плохой игрок, поэтому соглашусь, если ты полностью примешь на себя ответственность, — с улыбкой откликнулась я.

— Что ж, я готов побыть твоим рыцарем. Пойдем!

Аристарх познакомил меня со своими друзьями, имен которых я не запомнила, после чего мы приступили к игре. Все парни играли просто отлично для любителей, а вот девушки периодически ошибались, но относились к нашим ошибкам весьма лояльно. Когда мы закончили несколько партий, я даже расстроилась, что мне пора возвращаться.

— Ты обещаешь мне новую встречу? — с улыбкой соблазнителя спросил Аристарх.

— Отказать такому обаятельному парню невозможно, — рассмеялась я. — Мы обязательно встретимся.

— Тогда до встречи! — Подмигнув, Аристарх вернулся к игре, а я заторопилась в отель.

Настроение было чудесным! Дети проснулись, горничная принесла глаженые костюмы к ужину, а меня ждала в комнате коробка с коротким черным платьем. Таким, о котором упоминала Коко Шанель: «В гардеробе каждой женщины обязательно должно быть маленькое черное платье». Вот теперь такое лежало и передо мной, а в комплект к нему шли клатч и кожаные босоножки. К коробке прилагались лист А4 и записка. Последняя гласила:

«Лист желаний открыт. Ты уже можешь вписать туда свое желание в ответ на мое».

Так-так, и что тут у него за желание? В правой колонке значилось следующее:

«Я хочу, чтобы ты надела на ужин с инвестором это платье и предстала в нем в качестве моей невесты».

Все же он мастер слова. Не стал расписывать, чего он именно хочет, а написал свое желание в одно предложение и вроде как оно касается именно платья, а не нашей фиктивной помолвки. Интриган! Но что мне написать в ответ?

Оставим это на раздумья за ужином, мне ведь все равно полагается сидеть с умным лицом, как «будущей жене» Румянцева? Вот и буду старательно двигать извилинами, придумывая желание, и со стороны казаться умной и спокойной.

Или сначала стоит потребовать свое желание и только после выполнить его, иначе у него просто не будет выбора? Пришлось ровным красивым почерком выводить строчки, но получилось коряво — рука дрожала. Да что со мной? Это же всего лишь игра! Почему я ее так серьезно воспринимаю?

В общем, настрой был самый положительный. Времени на подготовку к ужину практически не было, поэтому я пожертвовала макияжем и прической — просто распустила волосы, которые слегка завивались от повышенной влажности, надела платье и туфли и выбежала из комнаты. Здесь уже стоял Макс с племянниками, полностью готовыми к мероприятию. Кларе я даже успела заплести высокую прическу, поэтому девочка в длинном розовом платье была похожа на принцессу и всем своим степенным видом это подтверждала. Сегодня даже Карл был необычайно спокоен и молчалив.

— Прекрасно выглядишь, — сказал Макс, увидев меня.

— А где Ольга? — в свою очередь спросила я, проигнорировав дежурный комплимент.

— Сегодня будет чисто семейный ужин с хорошим собеседником. Если бы я пришел вместе с Ольгой, мистер Лангрен мог бы подумать, что я встретился с ним только ради инвестиций.

— А это не так?

— Разумеется, так! Но он ни в коем случае не должен это заподозрить. — Подав мне руку, Макс повел меня к выходу.

— Кстати, думаю, тебе это следует отдать перед ужином, — сказала я и протянула мужчине Лист желаний.

В нем я написала: «Серьги с бриллиантами». Сначала скромность хмыкнула, не прифигела ли я, но потом гордость добавила, что я и не такого достойна! В конце концов, Макс сам может решить, соразмерно это или нет.

Как оказалось — вполне соразмерно. Макс кивнул, сложил лист и убрал его во внутренний карман пиджака.

Дети следовали за нами. У отеля нас ждал автомобиль. Пока мы ехали, я любовалась пейзажами Варадеро и отвечала на редкие вопросы близнецов. Спрашивали они о всякой чепухе, например, почему попугаи такие пестрые.

— Я слышала, что попугаи такие пестрые благодаря особому пигменту, который, в свою очередь, защищает их от вредоносных бактерий, разрушающих структуру перьев, — ответила я, и Макс бросил на меня удивленный взгляд.

— Неожиданные познания, — прокомментировал он.

— В детстве я была настоящей «почемучкой», в этом с Кларой и Карлом мы похожи. Поэтому родители покупали мне множество энциклопедий, лишь бы не закидывала их вопросами, — с улыбкой от теплых воспоминаний ответила я.

— А что такое «почемучка»? — вновь спросила Клара, и на этот раз за объяснения принялся Макс.

Так мы и доехали до ресторана. Зеленым коридором прошли ко входу, где миловидная хостес проводила нас к нашему столику. Мы приехали немного раньше, но ждать пришлось недолго.

— Доброго вечера, — сказал Лангрен и обменялся рукопожатиями с Максом. — Должен заметить, твоя невеста сегодня необычайно хороша. Меня радует, что не все девушки в наше время прибегают к помощи косметики и способны подарить возможность любоваться натуральной красотой.

Знал бы он, что у меня просто не было времени!

— Да, Даша необычная девушка, возможно, поэтому я и выбрал именно ее, — мгновенно отозвался Макс и помог мне присесть за столик.

Дети тут же взяли меню и принялись выбирать. Я не торопилась с собственным заказом, подсказывая близнецам правильное направление в выборе блюд. В это время потенциальный инвестор негромко разговаривал с Максом.

Официант дал нам достаточно времени, поэтому к его приходу мы полностью определились с блюдами и смогли сделать заказ. Детям сразу же принесли сок, а нам бутылку вина. Я бросала любопытные взгляды по сторонам, рассматривая убранство ресторана и вечерние туалеты приходящих женщин. В таких заведениях мне не часто удавалось бывать, разве что во времена студенчества, когда подрабатывала официанткой.

— Дарья, а чем вы занимаетесь по жизни? Есть ли у вас работа или хобби? — неожиданно спросил мистер Лангрен.

— Я работаю няней, — неожиданно призналась я и накрыла руку Макса своей, вызвав у него легкое замешательство. — Или работала. Я уже запуталась в терминологии. Сейчас главное, что Карл и Клара стали не просто моими воспитанниками, но и моей семьей. Я счастлива, что встретила Максима и получила взаимность в своих чувствах.

— О, вот как? Служебный роман, как я полагаю? Обычно я весьма негативно смотрю на это, но, видя ваше счастье, готов усомниться в правильности своих суждений.

— Да, меня просто покорила доброта Дарьи и ее самоотверженность в работе с моими непоседливыми племянниками. Карл, Клара, а вы что скажете?

— Скоро принесут десерт? — спросила Клара вместо ответа, и Макс вместе с Лангреном рассмеялся.

— Десерт принесут после горячего, — посчитала нужным ответить я.

Ужин проходил в непринужденной обстановке. Мистер Лангрен расспрашивал обо мне, моем образовании, семье. Я отвечала спокойно и с энтузиазмом — мне нечего скрывать, изначально я поставила себя в более выгодное положение, рассказав полуправду. Макс же отыгрывал из рук вон плохо — прислушивался, переспрашивал меня, интересовался и уточнял, словно первый раз слышит. Нет, разумеется, все это он и слышал в первый раз, но должен был делать вид, что уже знаком с моим прошлым. В общем, когда мистер Лангрен ушел в уборную, я наклонилась к Максу и прошептала:

— Веди себя более расслабленно. Он ни за что не поверит, что мы жених с невестой! Почему ты такой плохой актер?

— Уж извини, я изучал юриспруденцию и экономику, а не ходил на курсы актерского мастерства, — огрызнулся начальник и с надеждой спросил: — Может, все не так плохо?

— Может, и не так. Но почему ты так удивился, услышав, что я ходила на пилон?

— Ты совсем не похожа на ту, кто может чем-то таким заниматься. Ты слишком скромная.

— И при чем тут пилон? — вздернув бровь, переспросила я. — Между прочим, пилон помогает виртуозно овладеть своим телом.

— Заодно и чужим, — вставил шпильку мужчина, и я закатила глаза.

— У тебя предрассудки! Сейчас многие девушки ходят на подобные занятия, чтобы поддерживать свое тело в идеальном состоянии. Но не буду тебя переубеждать.

— И не стоит, Даша. Ты и так слишком раззадорила мою фантазию на свой счет.

— Макс! — воскликнула я, чувствуя, как к щекам приливает жар.

Он смотрел на меня с легкой заигрывающей улыбкой, а я разве что ртом воздух не глотала от его откровенности. Именно такими нас и застал мистер Лангрен. Я тут же отвернулась и охнула — близнецы начали драться.

— Карл, сейчас же отпусти сестру! — шикнула я, потянувшись к ним и схватив мальчишку за руку. — На вас весь ресторан смотрит! Что произошло?

Мальчик не ответил, лишь отвернулся от меня и отстал от сестры. Клару я отвела в туалет, так как у девочки было перемазано все платье из-за брата. В общем, приличного семейного ужина не получилось, и я видела по лицу Макса, что он еще строго поговорит с племянниками.

— Что у вас произошло, Клара?

— Ничего, — резко ответила девочка. — Просто Карл невыносим!

— Но он твой брат, ты должна любить его, а не злиться. Расскажи, почему он так себя повел? Ты же знаешь этих мальчишек, они бывают вздорными, но на все есть причина. Не хочешь со мной поделиться?

— Не хочу, — односложно ответила девочка.

Больше я ее мучить не стала. Замочила платье, высушила феном и вернулась вместе с Кларой за стол. Карл отвернулся от меня, когда я бросила на него взгляд.

— Дети такие непостоянные, — улыбнулся мистер Лангрен. — Их настроение может испортить сущий пустяк.

— Но в их защиту скажу, что дети также отходчивые, — сказала я и на последних словах посмотрела на детей.

Клара делала вид, что ничего не произошло, а вот Карл продолжил дуться. На десерте он заметно повеселел, но обратную дорогу до отеля в машине висело напряженное молчание.

— За мной, — приказал Макс, когда мы вошли в кабинет. — Даша, ты тоже пройдешь с нами.

Дети послушно направились за дядей к нему в апартаменты. Здесь близнецы разместились на диване, я встала за ними, а Макс сел в кресло.

— Что сегодня было на ужине? Мы же договаривались, что вы будете вести себя хорошо.

— Ты говорил, что Даша — не настоящая невеста! — воскликнул Карл. — Ты солгал нам!

— О чем ты, Карл? — недоуменно спросил Макс.

— Мы видели, как вы смотрели друг на друга! И я против ваших отношений!

— Ты против? — прищурившись, спросил начальник. — Карл, позволь-ка спросить, какое ты право имеешь запрещать мне иметь с кем-то отношения? Будь то Даша или кто-то еще — я сам приму решение.

Макс был слишком груб. Он разговаривал с детьми как со взрослыми, но они были еще слишком малы для подобной беседы. Мне хотелось вступиться, но я понимала, что не имею права подрывать авторитет их дяди. В сущности Макс был прав, но я бы не стала так жестко разговаривать с детьми. Они вели себя не по годам взросло, но все же в глубине души оставались малышами, которым нужны любовь и забота.

— Я говорила ему, что пусть лучше Даша, чем кто-нибудь еще! — воскликнула Клара, и Карл толкнул ее.

— Что ты говоришь?! Макс сразу же бросит нас, как только женится!

С этими словами Карл вылетел из комнаты, громко хлопнув дверью. Клара расплакалась. Я присела рядом с ней, девочка доверчиво обняла меня, а Макс сидел молча и смотрел на закрывшуюся дверь. Мы все были удивлены выводами Карла, но под его словами скрывался обоснованный страх — он уже потерял родителей, теперь боится потерять единственного дядю и остаться одиноким.

— Клара, идем в комнату, — шепнула я.

— Я не пойду к нему! Не пойду!

— Хорошо, тогда пойдем ко мне. У меня кровать не меньше вашей, — доверительно сообщила я и с улыбкой добавила: — Только чур с утра меня не скидывать!

Клара улыбнулась сквозь слезы и вытерла кулачком щеку. Я кивнула Максу и увела его племянницу. Пока Клара дожидалась меня в моей спальне, я зашла в детскую, чтобы взять пижаму. Карл, увидев меня, отвернулся и насупился. Я молча прошла к шкафу и извлекла нужную одежду, после чего повернулась к мальчику.

— Ваш дядя вас любит. Он не бросит вас. Несчастье, что случилось с вашими родителями, было случайным и не зависящим от них самих.

— Я не хочу тебя слушать! Уходи!

— Спокойной ночи, Карл, — откликнулась я и вышла.

В моей комнате меня ждал еще один не менее эмоциональный ребенок. Клара сидела на кровати и хмурилась. Я подошла к ней и помогла снять платье, после чего расплела косы.

— Он называет меня наивной! — поделилась девочка. — Карл не прав! Макс нас не бросит!

— Конечно не бросит! Я сказала ему то же самое. Давай дадим Карлу время? Быть может, завтра он сам все поймет.

— Не поймет! Он глупый! — воскликнула Клара и с надеждой взглянула на меня. — Макс же в любом случае женится. Все мальчики, когда вырастают, женятся. Я была бы не против, если его женой станешь ты.

— Ох, Клара, — вздохнула я и хотела опровергнуть ее предположения, но не стала. — Идем умываться и спать.

 

Глава 8

Первые плоды ревности

 

Проснувшись по будильнику, я аккуратно соскользнула с кровати, чтобы не разбудить Клару, и отправилась в ванную. Когда вышла оттуда, то услышала стук в дверь, от которого проснулась и девочка.

— Кто там? — спросила она.

— Ну, у нас есть три возможных варианта, — откликнулась я. — Так давай проверим, какой из них окажется верным.

За порогом стоял Макс. Клара тут же побежала к нему, и дядя ловко подхватил ее на руки.

— Как настроение? — спросил он у ребенка.

— Хорошее.

— Хорошее? Тогда ты не будешь против примирения с братом?

Я бросила предостерегающий взгляд на начальника, но тот лишь подмигнул мне и направился с племянницей на руках в детскую. Карл уже не спал, сидел на кровати одетый и при этом выглядел раскаивающимся. Поцеловав свою сестру в щеку, он попросил у нее прощения и виновато проговорил:

— Я понял, что Макс нас не бросит, что бы ни случилось, — сказал и замер.

— И?.. — подтолкнул его дядя, но тот отвернулся. — Ты не собираешься извиниться перед Дашей?

— Нет! — воскликнул Карл и, ловко обогнув меня, выбежал в гостиную.

Карл сложный ребенок и ему просто необходимы… разговоры. Простые человеческие разговоры с обычными людьми. Он слишком замкнут в себе, и единственный его круг общения — это Клара. Вот и сейчас сестра кинулась следом за ним.

— Ничего страшного, — сказала я Максу, пока он не бросился за племянником. — Он же ребенок! Лучше на него не давить.

— Возможно, ты права, — пробормотал Макс и упер руки в бока. — Но иногда я совершенно не знаю, как с ними разговаривать.

— А ты часто пробовал это делать? — осторожно спросила я и слегка улыбнулась. — В конце концов, главное не сдаваться и пытаться вновь и вновь. Разве нет?

Макс пристально взглянул на меня. Ничего не ответив, он вышел из комнаты, а я облегченно выдохнула. Все оказалось лучше, чем можно было ожидать!

 

Пока я собиралась на завтрак, ко мне в комнату постучались. За порогом обнаружился Макс с синей бархатной коробочкой в руках, которую он протянул мне.

— Лучше бы ты отправил ее курьером, было бы не так неловко, — пробормотала я, забирая коробку, и собиралась закрыть дверь, как меня остановил начальник.

— Неужели ты не хочешь открыть и посмотреть содержимое?

— К чему? — спросила я и тут же догадалась: — Тебе ведь любопытно, что внутри? Подбирала их наверняка Ольга.

— Раскусила, — пробормотал Макс и хмыкнул. — Что ж, если не хочешь — не показывай, это твое право. Но я же буду иметь возможность увидеть их на тебе?

— Посмотрим, — уклончиво ответила я и добавила: — Как бы там ни было, спасибо.

— Тебе спасибо. Ты крупно помогла мне.

Улыбнувшись, я закрыла дверь, а затем с любопытством открыла коробочку.

Внутри лежали золотые висячие серьги-гвоздики с каплей-бриллиантом внизу. Некоторое время я с восхищением смотрела на них, а затем закрыла и убрала на дно чемодана. Что ж, будет в чем пойти, скажем, в театр. В иные заведения носить такие серьги просто кощунство!

На завтрак мы шли вчетвером. Точнее нас было пятеро, но Карл упорно не желал меня замечать и слушаться, делая вид, что меня не существует, а вот с сестрой он общался очень мило и периодически приобнимал ее.

— Даша, как вам серьги? — спросил начальник.

— У Ольги прекрасный вкус, — прокомментировала я и бросила благодарный взгляд на секретаря, но та лишь отмахнулась, мол, ничего сложного.

Неужели Макс думал, что я буду хвалить его?..

— Замечательно! — отозвался Макс и раскрыл цель своего разговора: — Мистер Лангрен пригласил нас на джиппинг. Я намерен принять его предложение.

— Не смею вас отговаривать, — отозвалась я.

— Вы тоже приглашены. Более того, я буду рад видеть вас там.

— Полагаю, меня ждет целый комплект украшений? — спросила я и поймала озорную улыбку Макса.

— Не правда ли, эта игра увлекает?

«Вот это-то и пугает», — подумала я, но вслух ничего говорить не стала, лишь вежливо улыбнулась.

После завтрака мы стали собираться на джиппинг. Карл по-прежнему не разговаривал со мной, но хотя бы слушался. Этого мне было достаточно. Пока я собирала вещи, ко мне заглянул Макс и вернул Лист, но уже с припиской:

«Поехали к следующему желанию? Мне необходимо, чтобы ты продолжила роль моей невесты на ближайшие три дня».

А мне даже нравится быть его невестой! Видимо, меня и правда ждет целый комплект украшений. Да, понимаю, украшения — это банально, но что я еще могу попросить — достаточно дорого, но в пределах разумного? Поэтому идеальным вариантом может быть колье в набор к серьгам.

Именно на этом и остановилась, решив, что золотые украшения — неплохое вложение в будущее. Лист я отдала Максу перед тем, как идти за близнецами. Начальник в ответ сухо кивнул.

— Даже никак не прокомментируешь? — удивленно спросила я, и Макс пожал плечами.

— Меня все устраивает. Есть что-то романтичное в том, чтобы дарить украшения своей фиктивной невесте.

— С моей стороны это выглядит как нечто меркантильное, чем романтичное, поэтому я даже чувствую укол совести. Совсем малюсенький и незначительный, чтобы пойти на попятную, — с усмешкой сказала я и вошла в детскую.

К назначенному часу мы стояли у входа в отель. Макс заказал многоместный автомобиль, который уже ожидал нас внизу.

— Не переживай, вы обязательно помиритесь! — шепнула мне Клара, когда мы выходили из отеля.

— Спасибо, — улыбнулась я девочке.

— О! Дарья! — воскликнул мистер Лангрен. — Рад снова видеть вас! И детей, разумеется, тоже. Для такого одинокого старика приятна компания молодежи.

— Не называйте себя стариком! Вы прекрасно выглядите. К тому же мне весьма приятно проводить время с хорошим и галантным собеседником, — откликнулась я.

Дети предвкушали джиппинг. Теперь Карл пре́дал свой образ коварного пирата и стал Шумахером. Он что-то с восторгом рассказывал Кларе, а девочка кивала и заряжалась его энергией. Теперь я однозначно могу сказать, кто из близнецов был ведущим. Именно Карл — он был инициатором всех шалостей и выдавал свои мысли за их общие. Наверное, мальчишки такими и должны быть — деятельными, чтобы покорить в жизни много высот.

Мне нравилось наблюдать за детьми. Я словно возвращалась в детство, заражалась энтузиазмом и тоже хотела на джиппинг. Макс держал меня за руку, пока мы ехали, и, странное дело, это не вызывало дискомфорта. Я принимала это как должное, словно мы всегда ходили вот так. Свою странную реакцию я не желала обдумывать, доверившись судьбе.

Когда мы приехали на площадку, случилось неожиданное — я встретила Аристарха. Они с друзьями тоже сегодня решили выбраться на джиппинг. Увидев меня, молодой человек уверенно направился ко мне. Я тоже улыбнулась, когда мой начальник напомнил о своем желании и взял меня за руку. Аристарх стушевался, но все же подошел ко мне. Я не знала, куда себя деть от смущения и как начать разговор.

— Даша! — с некоторым напряжением произнес он и перевел взгляд на Макса, который с довольно ехидной улыбкой смотрел на моего знакомого. — И твой…

— Жених, — подсказал Макс и пожал руку Аристарху. — Весьма приятно. Милая, не познакомишь?

— Аристарх, — вяло отозвалась я. — Макс.

— Очень приятно.

— Взаимно. — Максу удалось быть почти дружелюбным, а вот Аристарх находился в некотором замешательстве.

Он смотрел на меня и пытался что-то понять, но я лишь прикусила губу и позволила себе улыбнуться. Этот жест Аристарх принял с неожиданным весельем, но задерживаться более не стал.

— Что ж, приятно было повидаться. Увидимся позже! — отозвался знакомый и ушел, а я недовольно посмотрела на Макса.

— Зачем? — прошептала я.

— Я слышу в твоем голосе недовольство? — без тени улыбки отозвался мужчина. — Это я должен быть недоволен, что ты вместо того, чтобы заботиться о моих детях, заботишься о своей личной жизни.

— Что я слышу? Это мне говорит тот, кто знакомился с девушкой прямо на глазах своих племянников?

— Ну так ты оборвала мне то знакомство, так что мы квиты. Кстати, я тут в отпуске, в отличие от тебя.

— В отпуске ли? — едко спросила я, и Макс закатил глаза.

— Все в порядке? — спросил у нас мистер Лангрен, и мы одновременно развернулись к нему, натянуто улыбнувшись.

Дети уже стояли в широких очках и с повязками на лице, защищающими от пыли. Я поспешила к ним, отпустив руку Макса. Этот нахал даже попытался удержать меня, обличив это в легкое заигрывание, но после нашей маленькой ссоры я не была предрасположена к флирту.

В целом джиппинг мне очень понравился! Повеселились от души, помылись под холодным душем и подышали пылью, даже с учетом повязок, обязанных нас защищать. Еще был пикник на свежем воздухе с прекрасным шашлыком, свежими овощами и фруктами. Когда мы возвращались, то дети просто заснули на моих плечах, обессиленные.

Только один момент не давал мне покоя — явные соревнования Макса и Аристарха, которые не желали друг другу уступать. Из-за этого наш джип едва не перевернулся, но Максу удалось быть первым, на что я только закатила глаза.

— Ведешь себя как мальчишка! — сказала ему я.

— Но, заметьте, влюбленный мальчишка, — вмешался Лангрен. — Это выглядит очень мило с его стороны, вы так не находите?

— Вам лучше знать, а мне мужская логика порой совсем непонятна.

В общем, когда мы вернулись в отель, Макс был на взводе, но я не собиралась ничего менять и делать шаг к примирению.

На ужине все молчали, вымотанные прошедшим днем. Лишь Ольга была весела — она исследовала Варадеро, поэтому набралась впечатлений. Вот так, слушая ее рассказы, я провела свой ужин, а после мы отправились гулять по побережью.

 

Следующим днем вновь состоялась встреча с мистером Лангреном, но на этот раз на поле для гольфа. Сегодня с нами была и Ольга, которая, как оказалось, превосходно играет, а мы с детьми катались на гольф-каре и попивали коктейли, чувствуя себя при этом прекрасно. В общем, я поистине прониклась атмосферой высшего общества и с трудом покинула новый образ вечером, когда мы вернулись в отель.

— Знаете, мистер Румянцев, я готов дать вам второй шанс, — сказал Лангрен по возвращении. — Вы и ваша прекрасная невеста смогли переубедить меня. Дарья, вы, как всегда, обворожительны.

Мужчина поцеловал мою руку, после чего, распрощавшись с Максом и назначив ему встречу на завтра, ушел. Сначала Макс стоял спокойно и безмятежно улыбался, но как только Лангрен скрылся в лифте, подхватил меня на руки и закружил. Мне пришлось ухватиться за его плечи, чтобы не упасть. Вскоре он опустил меня на пол, разве что за щеки не потрепал. Я была, мягко говоря, в шоке от происходящего.

— Даша, ты молодец! В честь этого предлагаю тебе устроить небольшой праздник и отдохнуть от детей.

— От нас не требуется отдыхать, — сказал Карл, и Макс потрепал его по голове.

— Конечно-конечно! Все, идемте в номер.

Отказываться от внезапно выпавших свободных часов я была не намерена, поэтому с удовольствием отправилась к бассейну. Солнце уже давно прошло зенит и теперь было нежным и ласковым. Я разместилась на свободном шезлонге рядом с пожилой полноватой женщиной в больших квадратных очках с коричневыми линзами, широкополой шляпе и голубом парео, скрывающем купальник в тон (заодно и расплывшиеся телеса).

Мы улыбнулись друг другу, после чего я отвернулась, взяла крем и стала натираться. Пусть солнце уже и было не в активной фазе, но даже его моей нежной коже могло быть достаточно. Хотя за последние дни бледность ушла, уступив место легкому загару. Надев очки, я прикрыла глаза и приготовилась принимать солнечные ванны.

— Вот сюда, дети, да, тут свободно, — услышала я до боли знакомый голос и, открыв глаза, посмотрена на Макса.

Он размещал детей на шезлонгах с другой стороны от меня. Я некоторое время с интересом наблюдала за ними, а потом все же решила спросить:

— А как же мои свободные часы?

— А что с ними не так?

— Они испаряются на глазах.

— Неужели? Тебе показалось. Смотри, я сам забочусь о детях. Кстати, не натрешь спинку?

Я была шокирована наглостью своего начальника, но мне ничего не оставалось, кроме как великодушно помочь ему. И очень-очень сильно натереть спину, так, что у него красные разводы остались.

— Дорогая, какая же ты страстная натура, — морщась, сказал Макс, но я лишь тонко улыбнулась. — Кстати, а ты не будешь против, если я сыграю в волейбол?

— Что? — удивленно спросила и посмотрела на детей, которых Макс натирал кремом сам. — А как же?..

— Спасибо тебе большое!

Отправив близнецов в детский бассейн, он даже не дал мне времени опомниться и убежал в другой бассейн с натянутой сеткой и собирающейся командой. У-у, предатель! Не прощу!

Пришлось откладывать собственный отдых и приглядывать за детьми. Карл с Кларой, как всегда, оказались непоседливыми, зато встретили своего друга Джона, у которого сегодня был последний день отпуска. Все это я успела узнать от его мамы, когда мы подходили, чтобы разнять детей из-за водного пистолета. Но спустя минуту они вновь уже были лучшими друзьями, а я смогла вернуться на шезлонг. Не прошло и десяти минут, как случилось новое происшествие.

— Карл, отойди от трубы! — крикнула я, наблюдая, как ребенок пытается загородить горку и поймать сестру. — Сейчас же! — Ребенок отошел, хоть и нехотя. Я подошла ближе и положила руки на плечи близнеца, наклонившись к нему. — Еще раз подойдешь так близко и играть уже будешь со мной, а не с Кларой и Джоном! Угроза возымела эффект?

— Да, — поморщившись, ответил Карл. — Можно идти играть?

— Разумеется, — с улыбкой отозвалась я и вернулась на свое место.

— Чудесные дети, — сказала пожилая женщина рядом со мной на чистом русском. — И муж у вас очень красивый мужчина.

Я перевела взгляд в сторону, как раз туда, где Макс играл в волейбол. Эх, что есть, то есть. Он очень красивый! Но почему при мысли об этом сердце болезненно сжимается? Мне не стоит тешить себя надеждами на наше совместное будущее, а жить реальностью. Именно эта мысль подтолкнула меня к следующему ответу:

— Он не мой муж. И дети чудесные, но не мои. Я всего лишь няня.

— Вот как? — приподняв брови, переспросила женщина. — Но ваш роман видно невооруженным взглядом.

— Не понимаю, о чем вы, — пробормотала я и вновь взглянула на детей. — Он всего лишь мой начальник.

— Он женат?

— Конечно нет! — импульсивно ответила я и тут же смутилась, посмотрев на незнакомку. — Ох, кажется, я говорю лишнее.

— Вовсе нет, моя дорогая, вовсе нет! Ты очень искренняя и открытая девушка. Видно, с какой нежностью ты смотришь на детей, но нельзя отметить те же чувства в сторону их отца.

— Он не их отец, — ляпнула я, и брови женщины вылезли из-за оправы очков. — Он их дядя и опекун. — Добавила уже со смешком: — Простите, не знаю, зачем я вам это рассказываю.

— Мне думается, что ты пытаешься оправдать свои чувства к нему, — доверительно сообщила мне женщина и улыбнулась. — Но тебе не стоит этого делать. У меня хорошее чутье, поэтому скажу тебе со всей ответственностью — твои чувства взаимны. Вот, он смотрит на тебя.

— С чего вы взяли, что на меня? — промямлила я, боясь поверить в правду.

— Деточка-а-а, не думаешь же ты, что он смотрит на старуху семидесяти лет, коей являюсь я? Моя самооценка будь здоров, но все же я трезво оцениваю свои шансы против красивой молодой девушки.

Я рассмеялась, что окончательно развеяло напряжение между нами. Женщина немного порасспрашивала обо мне, моей семье и детях, а я в свою очередь поделилась с ней своими переживаниями:

— У нас есть Лист желаний. В нем Макс попросил меня исполнить роль его невесты на три дня. Я попросила украшения. Не то что бы мне сильно нужны украшения, но ведь отказываться от такого предложения неразумно?

— Полагаю, что так, — согласилась женщина. — Но зачем ему предлагать тебе роль его невесты?

— Ему нужны инвестиции, а инвестор, ради которого он сюда приехал, считал его ветреной натурой, поэтому отказывался вести с ним дела. Как-то он случайно увидел наш танец и принял меня за его невесту, после чего и начался этот ком лжи.

— Вот как? Этот инвестор просто слепец, раз думает такое о вашем… пусть будет — работодателе. Он выглядит весьма серьезным молодым человеком, а временные увлечения девушками свойственны его возрасту и достатку. Я полагаю, он не бедствует.

— Да, вы правы. Но вы думаете, он когда-нибудь остепенится?

— Даша, послушай меня: все мужчины остепеняются. По крайней мере, преобладающее большинство. Они могут не верить в любовь, жить в иллюзиях, но лишь до тех пор, пока не встретят ту самую, единственную девушку. Такую, как ты.

— Боюсь, что я не его круга.

— А кто его круга? Быть может, я?

Я рассмеялась и покачала головой. Женщина говорила в ироничной манере и этим подкупала.

— Я не знаю, к чему этот разговор. Уверяю вас, я в него не влюблена.

— Разумеется. Но наши чувства так непостоянны! Я вот помню, лет десять назад думала, что влюбилась! Чуть замуж не вышла, а оказалось, что у меня вирусный конъюнктивит и на его фоне расстройство зрения, — поделилась Маргарита Ивановна, как она успела представиться. — Ничего, подлечилась, зрение выправилось, и вот я вновь свободна.

— Вы невероятны! Еще немного — и станете моим кумиром.

— Это я к чему… Даша, проверь зрение, и ты увидишь свои чувства так же отчетливо, как я.

Я ничего не ответила. Она ошибается. Близнецы чудесны, Макс добрый, умный и привлекательный мужчина, но у меня даже в мыслях не было влюбляться в него. Но разве старших в чем-нибудь переубедишь? Улыбаемся и машем! Поговорив со мной еще немного, Маргарита Ивановна ушла, оставив после себя тепло приятной беседы.

 

Глава 9

Спелые яблоки!

 

Утро мы с детьми провели на берегу океана. Дети строили песочные замки, собирали ракушки и вновь прониклись любовью к пиратам. На обед мы также отправились втроем, а вот когда я уложила детей и вышла из комнаты, увидела Макса с Ольгой.

— Доброго дня! Как прошла деловая встреча?

— Не очень, — призналась Ольга, и Макс поморщился. — Мистер Лангрен выдвигает много условий.

— Завтра мы увидимся вновь, хотя даже не знаю, решит ли это что-нибудь, — поделился Макс и спросил: — Как дети? Спят?

— Да, у них тихий час.

— Отлично! Пожалуй, я тоже немного отдохну.

— Тогда я ненадолго схожу к морю, раз вы будете здесь.

Макс лишь кивнул, а я зашла в комнату, чтобы переодеться. Солнышко пекло и песок звал к себе. Если я и пожалела о том, что согласилась на эту работу, то лишь на сотую долю процента, не более.

Я уже приготовилась к полной релаксации, когда кто-то заслонил собой солнце. Я сняла очки и попыталась увидеть лицо незнакомца, которым оказался Аристарх. Парень лег на соседний шезлонг и повернулся ко мне.

— Значит, чужая невеста?

— Фиктивная чужая невеста, — поправила я с улыбкой. — Мы с Максом заключили выгодное соглашение.

— И какое же?

— Я притворяюсь его невестой в обмен на некоторые материальные ценности.

— Не думал, что ты меркантильная девушка, — присвистнув, сказал Аристарх, и я пожала плечами.

— Почему бы нет? Девушка я свободная, не семи пядей во лбу, родилась в обычной семье. Не вижу никаких причин, чтобы отказываться от выгодного предложения. К тому же от меня требуется немного — улыбаться и активно поддерживать миф о помолвке.

— Действительно, не так уж и много, — сощурившись, сказал парень, — но я видел, как вы обнимаетесь.

— Разве в двадцать первом веке это что-то значит? Сейчас обнимаются совершенно незнакомые люди!

— Разумно. — Аристарх кивнул и посмотрел на волны. — Если все действительно так, могу я пригласить на свидание очаровательную меркантильную девушку?

— Даже не знаю, — весело протянула я и добавила: — А что мне за это будет?

Аристарх рассмеялся.

— Мое безграничное внимание!

— На безграничное внимание я согласна. — Широко улыбнулась. — Тогда я совершенно свободна после десяти вечера.

— Чудесно! Позволь к своему безграничному вниманию добавить билет в ночной клуб, где можно потанцевать, выпить по коктейлю и приятно провести время. Что скажешь?

— Скажу, что я не против.

— Отлично! Тогда буду ждать тебя в холле в десять пятнадцать, — сказал Аристарх и, поднявшись на ноги, протянул мне руку. — Может, теперь поплаваем?

Почему бы и нет? По-моему, это прекрасная идея!

С Аристархом было весело. Он почти не рассказывал о себе, но постоянно шутил и комментировал. Его общество было приятным, поэтому я с нетерпением ждала вечера.

Дети сегодня, как назло, не хотели спать. Они бесились, прыгали по кроватям, задавали множество вопросов и совершенно не хотели слушать сказку. Время перевалило за десять часов, когда мне наконец удалось их уложить и ускользнуть в свою комнату, чтобы переодеться. В гардеробе было не так много подходящих вещей, но все же светлые джинсы и черный топик нашлись. В качестве украшений использовала бижутерию, оставив честно выигранные серьги на более подходящий случай.

Когда я аккуратно закрыла дверь своей комнаты, вздрогнула от внезапного вопроса:

— Куда-то собралась?

Фух! Это всего лишь начальник! А я уж было подумала, что мне пятнадцать и меня подкараулила матушка! Тон — один в один!

— И вам приятного вечера.

Я оглядела Макса, удивившись нашему схожему выбору в одежде — на нем были светлые джинсы и черная рубашка. И в них он выглядел очень… горячо. И в любое другое время я уделила бы побольше внимания своему красавцу-боссу, но не сейчас.

— Простите, мне бы тоже хотелось поболтать, но я ужасно спешу, — добавила я и собиралась обогнуть начальника, когда меня самым бесцеремонным образом схватили за предплечье. — Макс?

— Даша? — в тон мне отозвался мужчина. — Куда ты так спешишь?

— Я не заметила у своего виска дуло пистолета, чтобы «добровольно» отвечать на этот вопрос, — попыталась я отшутиться.

— Пистолета нет, но есть искреннее желание тебе помочь. Ты слишком соблазнительно одета. Я должен знать, в каком полицейском участке искать тебя в случае чего.

— Однако! — воскликнула я, сраженная его откровенностью. — Ну и мнения вы обо мне!

— Просчитываю все варианты. — Макс беззаботно пожал плечами.

— Тогда я отпишусь, какой именно участок будет поблизости.

— То есть адрес ты мне говорить не желаешь?

— Какая невероятная проницательность! — с улыбкой чеширского кота откликнулась я.

А затем развернулась и вышла в коридор, но не ступила и пары шагов, как поняла, что иду вовсе не одна. Мой удивительный начальник шел следом и что-то спешно набирал на телефоне.

— Вы прикрепили ко мне маячок? — пошутила я.

— Лучше! Я прикрепил к детям маячок-Ольгу, а за вами я готов следовать лично.

— Какая неслыханная щедрость! — воскликнула я и остановилась. — Только не понимаю, что вы этим хотите показать?

— Сегодня я твой кавалер, Даша, — со вздохом, чтобы некоторые непонятливые девушки точно все поняли, сказал Макс. — Одну тебя в такой час я точно не пущу. Варадеро несет в себе множество соблазнов для таких неискушенных девушек, как ты.

Это откуда ему знать о моей «неискушенности»? Впрочем, переубеждать его в чем-то я не намерена.

— Так, быть может, я и ищу эти соблазны? — выгнув бровь, спросила я и пафосно добавила: — И я буду не одна.

Пришла очередь удивляться Максу.

— Вот как? Об этом я не подумал. Но в любом случае ты не можешь пойти никуда без меня.

— Это по какой же причине?

— Ты моя невеста, — с усмешкой заявил Макс. — Три дня, помнишь? А сегодня как раз третий день!

— О, Макс, прошу тебя, — взмолилась я, войдя в лифт, — до полуночи час и тридцать семь минут!

— Вот именно, Золушка, — заявил этот наглец и зашел в лифт. — Значит, еще час и тридцать семь минут ты обязана быть с принцем.

— Если ты принц, то мне поскорее хочется остаться с разбитой тыквой, — заявила я, и Макс почти натурально оскорбился. — Ладно, ваше высочество, полтора часа мы тебя потерпим, но на балу я имею право танцевать с тем, с кем захочу?

— На каком балу? — приподняв брови, спросил «принц».

— На обычном, — отозвалась я и, выпорхнув из лифта, развернулась к начальнику: — В ночном клубе.

Макс не успел среагировать, как я быстрым шагом направилась в холл. На одном из гостевых диванчиков разместился Аристарх. Парень приветливо улыбнулся и подарил мне очаровательную улыбку.

— Долго ждал?

— Как раз столько, чтобы успеть соскучиться.

— Надеюсь, по мне? — неожиданно спросил Макс, подавая руку Аристарху для рукопожатия.

Тот растерянно пожал ее и скосил взгляд на меня.

— Принцессу не отпустил злобный дракон? — спросил Аристарх у меня, но ответил начальник.

— А с каких пор драконы отпускают принцесс? Это прекрасные принцы должны их отвоевывать, — пояснил Макс. — Но тебе сегодня повезло — злобные дракончики остались в пещере, а вместе с Золушкой отправился прекрасный принц.

Аристарх выглядел несколько растерянно, а я, не выдержав, рассмеялась и дотронулась до руки парня.

— Расслабься! Просто принцы тоже любят повеселиться, — пояснила я и сделала шаг вперед. — Так мы идем или остаемся стоять здесь?

Никто оставаться не захотел, поэтому где-то через полчаса мы входили в здание клуба. В уши тут же ударила громкая музыка, а в глаза — огни прожекторов. Мы заняли свободный столик и заказали напитки. Между Аристархом и Максом чувствовалась какая-то напряженность, зато я себя ощущала прекрасно! Наконец-то выбралась в люди! Последние месяцы я сидела одна, никуда не выходила и вообще вела жизнь серой мышки, единственным желанием которой было отыскать работу. Напряженные были дни, да. Но теперь весь этот груз будто упал с моих плеч, и я осознала, что впереди меня ждет вполне себе приятное будущее.

— Может, потанцуем? — предложил Аристарх, и я легко согласилась, оставив Макса сидеть за столиком и охранять мою сумочку.

Уж не знаю, откуда во мне столько наглости, чтобы попросить об этом своего начальника, но я была неожиданно раскована, хотелось кричать, петь гимны свободы и бороться за равенство.

— Почему он отправился с нами? — спросил Аристарх, перекрикивая музыку, когда мы начали танцевать с ним медляк.

— Этих богатых не поймешь, — отозвалась я. — Мне думается, что ему просто стало скучно. Дети в какой-то степени связали ему руки, да еще эта работа.

— Ты уверена, что он здесь не из-за тебя?

Вопрос оказался неожиданным. Я слегка отстранилась от Аристарха, чтобы заглянуть ему в глаза и понять, что он шутит — но нет, он не шутил. Он смотрел на меня испытующе, и я терялась с ответом.

— Ты плохо его знаешь! Он бабник и ни одной юбки не пропустит!

Признаться, сама я этой информации подтверждения не получала, не считая того случая с брюнеткой. Все это я узнала лишь от детей и Ольги, но насколько правдивы эти сведения? Макс вполне может пользоваться популярностью у противоположного пола при его достатке и привлекательной внешности. Он даже может менять этих девушек слишком быстро — вновь же, при его достатке, привлекательной внешности и еще, что самое важное, — холостом статусе.

— Тогда почему он сейчас смотрит на нас?

Я оглянулась и поймала взгляд Макса. Он отпивал какой-то горячительный напиток — может, коньяк или ром, — и неотрывно смотрел на меня. Быстро отвернулась и улыбнулась Аристарху. Далее танец продолжился в молчании. Я все думала о взгляде начальника и словах своего партнера по танцу. Бред-бред-бред! Конечно, Макс пошел сюда не из-за меня! Нет, я допускаю, что привлекательная девушка и могла понравиться шефу за неимением других кандидатур женского пола, но чтобы он вот так в клубе, где девушек легкого поведения было достаточно, смотрел на меня? Глупости все! Просто его взгляд случайно упал на нас, этим все и объясняется.

Аристарх ушел в уборную, а я вернулась за столик, тут же пригубив коктейль. Макс смотрел на меня с легким прищуром, будто пытался разгадать мои эмоции. От этого мне было не по себе.

— Что ты можешь сказать о ревности, Даша? — внезапно провокационно спросил он.

Что вообще за разговоры такие? Надо чем-нибудь заняться, чтобы не отвечать на вопрос. Я бросила взгляд на корзинку фруктов, взяла яблоко и надавила на него. Мысль пришла мгновенно, и я посчитала нужным ее озвучить:

— Любовь — как это яблоко, — начала я. — А ревность — вмятина, которая со временем почернеет и уничтожит любовь.

— Неплохое определение, — с улыбкой отозвался начальник и добавил, подавив улыбку: — Но я не согласен с тобой. Ревность — это то, что питает яблоко, дает ему созреть. Конечно, если ревности будет слишком много, то яблоко созреет до того, как его сорвет садовник, упадет и станет удобрением для почвы, поэтому во всем лучше знать меру. А то, что ты называешь вмятиной, которая со временем почернеет, это безразличие. Смотри, с каким отстраненным выражением лица ты испортила это яблоко, даже не подумав о его состоянии. Ты прекрасно умеешь подбирать примеры, но они ошибочны.

— Хочешь сказать, что ревность лучше безразличия?

— Смотря для чего. Если ты имеешь планы на будущее с этим человеком, то да, определенно.

— Вот она — ключевая фраза! — воскликнула я и наклонилась к мужчине, повторив его же слова: — Если ты имеешь планы на будущее с этим человеком, то да, определенно, ревность помогает страсти, а если нет, то ограничься безразличием.

Макс не успел ответить. Я резко отстранилась и улыбнулась подошедшему Аристарху. Мне стоило подумать над словами Макса, но я почему-то решила задвинуть этот эпизод подальше, словно его и не было. В конце концов, он мог просто пространно рассуждать под действием алкоголя.

После двенадцати Золушка стала свободной. Макс нигде не обнаружился — я решила, что он ушел с какой-нибудь красоткой, зато я смогла все оставшееся время провести с Аристархом. Теперь наше свидание было больше похоже на свидание. Закончилось оно прогулкой по набережной. Мы держались за руки, даже обнимались, но перед прощанием, когда парень захотел меня поцеловать, я неожиданно увернулась. Чтобы хоть как-то оправдать свои действия, я сжала кулак справа от себя и быстро его разжала.

— Комар! — воскликнула я с такой широкой улыбкой, словно комар был величайшим моим достижением за последние два десятка лет.

— Удивительно, как он тут оказался так не вовремя, — усмехнулся Аристарх и все же поцеловал меня, но в щеку. — Сегодня был чудесный вечер. Надеюсь, мы как-нибудь его повторим, Золушка. И без злобных драконов, именующих себя прекрасными принцами.

— М-м, я попытаюсь найти снотворное для злобного дракона, — протянула я.

— Лучше яд, — заключил Аристарх, развернулся и направился к лифту. — Сладких снов, Даша!

Ох, они будут очень сладкими! Очень!

Вот только снился мне, увы, не Аристарх, а один злобный драконопринц, не отпускающий Золушку гулять после двенадцати.



[1] ВИА Пламя — «Это говорим мы».

[2] Все включено.

[3] Прошу прощения! Джон случайно толкнул вашего сына.

[4] Он в порядке, не беспокойтесь.

Около 3 лет
на рынке
Эксклюзивные
предложения
Только интересные
книги
Скидки и подарки
постоянным покупателям