Войти | Регистрация

Добро пожаловать на Книгоман!

Или войдите через:


Новый покупатель?
Зарегистрироваться
0
Корзина пуста
Главная » Палач для варвара » Отрывок из книги «Палач для варвара»

Отрывок из книги «Палач для варвара»

Автор: Ковальди Анна

Исключительными правами на произведение «Палач для варвара» обладает автор — Ковальди Анна . Copyright © Ковальди Анна

Палач для варвара

Глава 1

- Тариль? Тариль?! – Странный окрик заставил встрепенуться и резко распахнуть глаза. Пригрелась на жарком от южного солнышка песочке и не заметила как задремала.

«Но зачем же так орать?» - Негодующая мысль едва вспыхнула в сознании как я поняла что стало причиной пробуждения – меня кто-то тряс за плечо.

Переместив ошарашенный взгляд (а окружающее пространство в последнюю очередь напоминало пляж!)  в направлении трясущего, вновь услышала завывания:

- Тариль! Тариль?!

- Ээ… вы ко мне? – Со сна вышло сипло и едва различимо, но женщина (а в окружающей полутьме я каким-то наитием распознала в причине беспокойства даму) так тревожно сопела что едва ли распознала смысл моих слов. Зато уловила шевеленья! И от того с чувством облегчения заголосила вновь.

- Как же хорошо, что вы проснулись. У нас беда! Владычица негодует: уже четвертую ночь как мы истязаем воина, но результатов нет. Ни единого хрипа! Не то что вопля боли или мольбы о помощи! Каждую ночь все жители нашего города собираются под стенами башни стенаний и… ждут. Напрасно.  Владычица решила что вы не справились, не сумев заставить последнего воина корчиться от боли. А если не справилась тариль… В общем, она приказала на рассвете обезглавить весь наш род. Если вы так и не сумеете заставить его сегодня мучаться.

Омг!..

«Что за… (нет литературных выражений доподлинно отображающих мой шок)»

- А… ээ… это сон?

- Тариль, умоляю простите что посмела разбудить вас! – Странная женщина поняла меня по-своему. - Все мы знаем что вы безумно устали истязать монстра. Сжигали его тело огнем, вырезали его проклятые органы острым кинжалом, обливали кислотой, протыкали сотнями острейших игл и пик, избивали плетьми и травили ядами ужасных змей… Никто из нас не смог бы придумать пыток более изощренных и мучительных.

«Мамочки, что за изверга она тут описывает?! Это же палач какой-то… мучитель!» - Опешив, я просто дара речи лишилась. Тем более, что обращались явно ко мне!

А незнакомка, не замечая моего потрясения, голосила дальше:

- Не зря именно вы тариль нашего рода. И всегда ранее, ваши старания и истинный талант давали должный результат и приносили неизменное процветание нашему роду. Все пленники, попавшие в ваши руки, молили о смерти как о самой вожделенной мечте, кричали так, что стены города содрогались, а наш народ заходился в экстазе восторга. Но не в этот раз, увы… - Женщина уже кричала в ярости. – Род Двааль… эти жалкие бесхребетные неумехи посмели обвинить вас… заявить что вы тариль нашего рода слишком мягки! И не достойны называться верховной тариль нашего народа! Они… они потребовали наказать вас, низвергнув наш род, а пленника выдать им! Они клянутся что тариль их рода справится куда лучше и усладит слух владычицы стонами агонии мерзкого варвара. Меня отправили просить… умолять вас… спасти нас! Спасти наш род! Сжигайте его, съедайте заживо, разъедайте его тело кислотой, а душу страхом, но заставьте его мучиться! Кричать…

При этом странная особа еще и тянула меня куда-то вверх, вынуждая подняться. В общем безумии происходящего легкость и проворство собственного тела остались незамеченными. Я в прострации шока последовала по каким-то каменным узким и темным переходам за незнакомкой.

- Времени на отдых больше нет, о моя тариль! У вас всего час чтобы подготовиться к этой ночи. Скоро взойдет луна и тогда вам останется лишь эта ночь. А утром нас всех или казнят, или наградят… Спасите нас, о моя тариль.

Женщина, что стремительно неслась впереди меня, с ловкостью кошки ориентируясь в каменном лабиринте, на ходу взвывала и заламывала руки.

- Ааа… эээ…? – Попыталась я вновь собраться с мыслями, борясь с подступающей паникой: ощущение сумасшествия было абсолютным!

Но тут моя спутница замерла напротив громоздкой двери. Поразительно легко толкнув ее, шагнула внутрь. Мне ничего не оставалось как последовать туда же. Внутри небольшого помещения оказалось немного светлее – имелось окно, сейчас позволявшее последним лучам заходящего солнца рассеивать тьму этих холодных катакомб.

- Вот он! – Провозгласила с явной ненавистью в голосе моя спутница. – Проклятый колдун и вестник зла маолхов! Их мерзкая магия вновь позволила ему исцелиться от ран в избытке нанесенных вами вчера, о моя тариль!

Впрочем, в слова незнакомки я вслушивалась вполуха, споткнувшись на месте. Это солнечный свет позволил мне, наконец, рассмотреть себя. Вернее… изящные через чур бледные руки с остренькими коготками, покрытыми белоснежным лаком и – что само потрясающее! – высокую и вполне себе приметную грудь, обтянутую какой-то эластичной тягучей тканью.

«Мамочки…»  - пусть в моем возрасте хвататься за родительскую юбку несолидно, но именно матушку я вспомнила с перепугу. – «Я попаданка? Чужое тело?!»

В слабой надежде что перечитала очередного фэнтезийного романа и перегрелась на солнышке, а значит у меня галлюцинации, я энергично ущипнула себя за бедро! (К слову сказать, последнее так же ощущалось очень крепким и мускулистым! При том что физкультурой я сроду не увлекалась)  Боль заставила подпрыгнуть на месте и, оторвав взгляд от «собственного» бюста, перевести взгляд на типа, что был прикован к стене напротив.

«Ма-а-амочки…»

Мужчина, о котором говорила моя спутница, был не просто громадным. Высокий рост, огромное мускулистое и покрытое шрамами тело меня шокировало! Такого крупного представителя сильного пола отродясь не видела…

«Покойный муж мой тоже был мужчиной приметным, но этот… дикарь…»

Я поперхнулась воздухом, невольно закашлявшись. И не в последнюю очередь потому, что встретилась с ним взглядом. Глаза пленника (а множество металлических колец, удерживающих его тело возле стены, не позволяли усомниться в этом статусе) светились ненавистью! Да и весь его облик буквально кричал о дикости, силе и неукротимости!

О… мести.

Мужчина был обнажен. В  беспорядке свалявшиеся клочки волос заслоняли лоб, свисали до плеч. В неясном свете плохо освещенного помещения я заметила надорванную мочку уха, странные татуировки, которыми в избытке было испещрено его тело. Натужно натянутые вены на вздутых бицепсах – вопреки всему он силился вырваться!

Рот незнакомца был словно оскален в жуткой гримасе, щеки впали, крылья носа трепетали, словно он принюхивался к моему запаху.

-  Тварь! – Яростным окликом вырвав меня из созерцательного транса, взорвалась моя провожатая и с поразительной силой хлестнула по груди мужчины гибким металлическим прутом изобилующим острейшими шипами, оставляя ужасающий рваный след на его теле. Пленник даже не поморщился – не шелохнулся, ни застонал. Лишь в его взгляде проступило презрение…

А моя провожатая, словно впав в неистовство от этого безмолвия, в исступлении принялась наносить все новые удары, разрывая кожу на животе пленника на кровоточащие лоскуты.

Ощутив мгновенно подступившее ощущение дурноты, я протестующе вскинула руку:

- Нет… - терпеть такие зверства была не способна. Голос прозвучал пусть и негромко, но твердо.

- О моя тариль, - мгновенно опомнилась незнакомка и рухнула на колени, отбросив свое жуткое оружие. – Прости мою несдержанность! Я понимаю, что в умении наказывать я и близко не сравнюсь с вами, но этот варвар… о как же я желаю его муки!

На последней фразе в голосе женщины проступило запредельное отчаяние. Прежде чем она смогла продолжить, снаружи раздался трубный звук, возможно, какого-то горна.

- Время пошло, - вздрогнула моя спутница. – Моя тариль, весь наш род этой ночью будет возносить богам молитвы, умоляя даровать вам силы и самые изощренные идеи в надежде, что вы выполните свое предназначение, предопределив для нас прощение владычицы. Все уже готово для вас, - женщина взглядом указала в сторону стены за моей спиной. – Все инструменты наточены, гады ползучие годны и полны яда, тошнотворные порошки и гремучие смеси составлены, очаг разожжен. Должны ли мы еще как-то помочь вам, о моя тириль?

Оглянувшись в испуге, оглядела столы, заставленные, на мой взгляд, жуткими вещами. Имелись тут и клетки, в которых клубками свились змеиные тела, и черепа неизвестных мне животных, еще какие-то… части чьих-то тел, склянки с дурно пахнущими смесями, а главное – целый стеллаж с колюще-режущими… предметами.

- Н-нет, - качнула я головой, искренне не желая иметь ничего общего с происходящим «зоопарком».

Но моя спутница поняла этот возглас по-своему. Вновь бухнувшись лбом об пол, забормотала:

-  Не смею мешать вам, о моя тириль. Да прибудет с вами сегодня долгая ночь!

Оперативно подскочив, незнакомка метнулась к двери, оставив меня наедине с огромным… пленником. Вспомнив об этом безрадостном факте, я резко обернулась к нему, снова пристально всматриваясь в лицо мужчины. Он же напротив не проявлял никакого интереса к моей персоне и, игнорируя раны на животе, смотрел в окно на ночное небо.

«И его мне надо замучить до «почечных колик»? Заставить кричать от боли?!» - Мысленно обалдела я. – «Иначе утром казнят?»

Обидно… Не то чтобы я мечтала о «втором шансе», возможности прожить еще одну жизнь… Но всего лишь сутки в новом мире, это как-то излишне сурово! (Судьба таких злобных «сотоварищей» как моя провожатая нисколько не волновала – таких злодеек я б и сама казнила, будь на то моя воля)

За грустными размышлениями не сразу уловила какое-то подозрительное шевеление у подола платья. Сообразив же, устремила взгляд вниз. Света от горящего огня вполне хватило, чтобы увидеть… мышь! А рядом еще одну, и еще! Сознание едва восприняло этот факт, а визг ужаса уже вырвался из глотки – мышей боюсь с детства.

Шарахнувшись в сторону варвара (когда страшно инстинктивно тянет к кому-то большому и сильному), услышала ответный вопль множества разочарованных глоток. В еще большем страхе резко закрыла рот ладонью, вспомнив о том, что нас «слышат» многие ждущие агонизирующих воплей пленника. Мыши, к счастью, тоже разбежались. А я, присмотревшись, обнаружила на одном из столов клетку с мышами, вероятно предназначенную для корма змеям. Очевидно, грызуны сподобились на побег, перегрызя прутья!

«А чем я хуже?» - Мгновенно всплыл в голове вопрос. – « Надо драпать из этого жуткого места. Вдруг, тут не везде в моде такой садизм?..»

Приободрившись позитивной мыслью, осторожно посмотрела на варвара. Тем более что стояла совсем рядом с ним. Встретившись с мужчиной взглядом испытала чувство неописуемого смущения, оказывается все это время он наблюдал за мной! Более того в полутьме в его прищуренных глазах мне почудилось… пристальное внимание.

Сглотнув, вспомнила, что должна поддерживать амплуа жестокой и кровожадной… как ее… палача, одним словом. Передернув плечами, заносчиво задрала подбородок: нечего смотреть на меня свысока! Озвереть могу и я…

Тем более что умирать поутру совсем не охота. Держа спину прямо, прошагала к стеллажу с «пыточными инструментами», иначе все эти длинные острые спицы, мечи и клещи назвать не могла.

«Я бы от одного их вида завопила. А что если…» - надежда была наивной и отчаянной, но… а в друг?..

Выхватив парочку попавшихся под руку «агрегатов» я решительно развернулась в сторону мужчины. Шагнула ближе к нему, еще ближе… Пленник не шелохнулся, продолжая наблюдать за мной. Лишь губы его слегка дрогнули, вытянувшись в жесткую линию. Подойдя вплотную, угрожающе взмахнула острым тяжелым крюком перед лицом мужчины. И если я и помыслить не могла о том что делали с ним этой штуковиной, содрогаясь даже от самых «невинных» предположений, то… варвар проигнорировал мой маневр.

С подступающим раздражением я снова взмахнула крюком, изображая намерение его ранить! Эффекта – ноль, варвар и бровью не повел. Неловко попытавшись стукнуть мужчину по плечу тяжелой ручкой, умудрилась… выронить крюк.

«Проклятье!»

Он мгновенно шлепнулся на пол, одним концом ощутимо приложив меня по ступне. Зашипев от боли и кусая губы в истовом желании не завопить (толпа снаружи мой вопль бы точно не оценила!), прыгала на одной ноге, пережидая волну боли.

Переведя дыхание и пнув злосчастный крюк, посмотрела на острую спицу, что держала в другой руке. Потыкать ей в живое существо было откровенно страшно – конец казался реально острым. В чем я и убедилась, коснувшись его пальцем. На светлой коже тут же проступила капель крови… брр.

Отступив в немом ужасе, подняла взгляд на пленника. Мужчина пристально смотрел на меня, его глаза были широко распахнуты – в свете огня в очаге я отчетливо видела их блеск. Я явно «поразила» его своей «неумелостью»! После предыдущих то ночей…

Раздраженно отбросив спицу, отвернулась от пленника, шагнув к огню. Страх вызывал озноб и хотелось почувствовать тепло жаркого пламени. Присев на небольшой стул возле очага, заметила погруженные в угли железяки. Для чего они я уже догадывалась. Как и о том, что вряд ли смогу замучить этого пленника до воплей.

«Скорее уж насмешу его своими попытками» - признала факт собственного бессилия. Воин был ни чета мне – настоящим и закаленным.

И тут же подумала: а только ли болью можно заставить его кричать? Молить о пощаде? Вспомнилось совсем далекое детство, как мы с братьями щекотали друг друга до слез и крика. А что если и с этим «несговорчивым» этот способ сработает?..

Вновь обернувшись к пленнику, обнаружила что он так и не отвел от меня взгляда. Более того мне почудилось чувство тревоги в выражении его лица. Какого-то затаенного напряжения… Впрочем, смотреть в его глаза долго не могла, взгляд невольно перемещался ниже – к его кровоточащим ранам. Оставаться бесчувственной к состоянию истекающего кровью мужчине не получалось. Вздохнув, поднялась и еще раз осмотрелась. На столике в углу обнаружила металлический кувшин с водой и небольшой тазик для омовений. Рядом лежала и мягкая ткань. Порвав ее на лоскуты, небольшой кусочек обмакнула в воду и двинулась к мужчине. Стараясь избегать его взора, приложила влажную ткань к животу, мгновенно почувствовав как напрягся пресс. Не знаю какой изощренной гадости он ожидал от меня (возможно, чего-то разъедающего раны), но промокнув спекшуюся кровь, я перебинтовала его рану. И отступила, в задумчивости осматривая дело рук своих и прикидывая как осуществить задумку.

У варвара нервно дрогнуло веко! Определенно, я заставила его недоумевать о дальнейшем.

«Это хорошо!» - Размышляла я, обегая взглядом подмышки закрепленных над головой рук, крепкую шею, грудь и пах – намечая цели.

Большой жизненный опыт (следствие солидного возраста) позволял сконцентрироваться на основной цели – на спасении. О «прелестях» мужского тела не задумывалась. Если бы еще так же легко можно было заставить себя не нервничать…

«Черт!» - Поспешно дернувшись вперед не учла «мобильности» нового тела и тюкнулась носом прямо в мужскую грудь.

Варвар охнул – я приободрилась: на какое-то звукопроизношение он способен. А значит…

Мысленно я уже удвоила усилия. Подняв взор на неподвижное от напряжение лицо пленника, очаровательно улыбнулась в ответ на его застывший взгляд. (Так это виделось мне, но варвар от чего-то попытался податься назад. Стена ему помешала) Нахмурившись, прикусила краешек нижней губы и осторожно опустила на мужскую грудь ладошку. Пленник содрогнулся!

- Пока… все хорошо, - слегка запнувшись, многозначительно прошептала я, - лучше бы вам покричать для вида! Иначе…

Я решила напустить тумана, понимая, что пленнику в любом случае ничего не светит. А мне надо как-то выкручиваться из трудной ситуации. Но неразумный дикарь и не подумал благородно поспешить мне на помощь – упорно молчал. Лишь глаза в полутьме сверкали яростью.

«Упрямствуешь?» - Привычно побарабанив пальчиками, осознала что касаюсь мужской груди, т.к. ладонь свою так и не отвела.

- Могу помочь сбежать, - в последней попытке договориться миром, подмигнула я пленнику.

Не факт, конечно, что смогу, но обреченному на гибель и иллюзия – надежда…

Неразумный варвар в ответ оскалился, демонстрируя прекрасные зубы и крайнюю степень неприязни.

- Сам виноват, - раздраженно шикнула я, проклиная всех во вселенной упрямых пленников, толкающих меня к краю пропасти. – Придется мне что-то делать!

Что конкретно я еще не знаю, но вопрос острой необходимости назрел. Поэтому в задумчивости продолжая подушечками когтистых пальчиков выписывать круги уже на твердом поджаром животе мужчины, предавалась самым отчаянным мыслям, когда…

Расслышала едва уловимый хрип… нет, булькающий стон!

Пораженно подняв взгляд на лицо пленника, увидела… испуг в его взгляде. И смотрел он… на мою ладонь на своем напряженном прессе.  Я, проследив за его взглядом, тоже уставилась на нее. А затем и чуть ниже – на его бедра…

«Ага!» - Торжествующе завопила женская интуиция. Она раньше меня, опираясь на большой опыт замужней жизни, сообразила: варвар попался на элементарном!

Не знаю чем там его мучала моя «предшественница», но я только что случайно выяснила способ «разговорить» несговорчивого пленника. Единственное…

В скудно подсвеченной огнем темноте комнаты я пристально обежала мужское тело взглядом, оценивая его уже с «практической» точки зрения.

«Грязноват…» - возможно в моей ситуации это уже «пережитки прошлой жизни», но любой намек на секс с немытым дикарем будоражил чувство брезгливости. А поскольку я только что уразумела самый железобетонный шанс выжить, то такие мелочи как слой грязи на мужском теле остановить меня уже не могли. Решительно метнувшись к кувшину с водой, отлила большую ее часть в тазик и, прихватив ткань и неровный брусок мыла, чинно прошагала назад.

Пленник не отводил от меня взгляда (я бы охарактеризовала его как: слегка нервный!). Полностью игнорируя его точку зрения на происходящее (а я предлагала договориться миром!), принялась за дело – стараясь не намочить повязку на животе, отмывала грудь и чресла мужчины от слоя запекшейся крови, смешавшейся с засаленной грязью.

Кадык мужчины судорожно дергался, мышцы пресса сжимались под прикосновением моих рук, словно он силился вдохнуть и… не мог. Если бы варвар мог, наверняка уже рычал бы на меня от непонимания. Таким путем его еще явно не пытали! Сейчас я испытывала на прочность не его тело, а нервную систему. (А это дело привычное… Не побоюсь этого заявления, в этом я профи – троих мужей пережила)

- Красавчик! – Удовлетворенная результатом своего труда, обозрела я уже частично чистого мужчину.

«Серьезно, очень мужественный экземпляр» - мысленно подмигнула я сама себе, вспоминая, когда ЭТО было в моей жизни в последний раз? Да еще с таким – ух! – партнером? (Да, никогда!) – «Тряхну стариной»

Бросив взгляд на кромешную тьму за окном, решила, что времени на раскачку нет, и принялась ласково поглаживать грудь  и плечи варвара. В процессе так увлеклась (оказывается, это неслыханное удовольствие, обнимать мощные до окаменелости и необъятные для моих рук плечи мужчины!), что и думать забыла о времени.

Изредка бросая затуманенные взгляды на лицо пленника, отмечала его закушенные губы и ошалелый взгляд. Не сдержав порыва, вслед за ладонями коснулась его тела губами. Поднявшись на табурет, поцеловала его шею, очертила языком мгновенно заколыхавшийся кадык, слегка прикусила кожу плеч и… потянулась ниже, опускаясь к мужским соскам.

Довольно причмокивая и жмурясь от удовольствия (как, оказывается, мне не хватало ощущения обнаженного мужского тела совсем рядом!) поиграла с ними, обводя языком каждую крошечную вершинку. Затем втянула в рот, сжимая губами и увлажняя языком…

Сорвавшись, пленник издал долгий выдох… И забился в оковах!

- Тшш… - выдохнула я шепот на его грудь. – Я не сделаю тебе больно!

Мужчина содрогнулся, заставив собственным прижатым к нему телом почувствовать… его возбужденный вздыбленный член! Руки мгновенно устремились к нему, с восторгом обхватывая тугую плоть, обегая подушечками пальцев напряженную головку, осторожно скользя краем коготка по выпуклым венкам.

«Да он сокровище!» - Оценила я размерчик, полагая что такой экземпляр днем с огнем не найти!

Отчаянно захотелось попробовать его, почувствовать не только руками, но и губами… Продолжая целовать мужскую грудь, я переместилась к торсу, смещаясь все ниже и оставляя на его жарком теле следы от страстных поцелуев. Дойдя до огромного, налитого кровью члена, я слегка застопорилась, вдруг осознав, что просто не смогу осуществить задумку: в меня это просто не влезет!

Но нетерпение, жадное желание, наконец, коснуться его губами, подтолкнуло вперед. Обведя языком головку, пробуя варвара на вкус, я слегка пососала ее и… попыталась втянуть его плоть в рот. Бедра мужчины подались мне навстречу. Он захрипел! Громко, мучительно и как-то надрывно…

«Есть контакт!» - Мелькнула в голове восторженная мысль.

Сама я уже толком не помнила, почему меня так вдохновили эти хрипы, но побуждающей мотивации мне они придали. Попытка за попыткой, помогая себе руками и языком, я приноровилась заглатывать его до половины. Больше, как ни старалась, не получалось…

Прикрыв глаза, полностью сосредоточившись на ощущении бархатистой поверхности твердой мужской плоти, я скользила по ней кончиком языка, стараясь не пропустить ни единой жилки. Обводила их языком, целовала губами. Мужские хрипы и стоны звучали так вдохновляюще…

Давненько я так не заводилась! Реакция незнакомца, вопреки всем обстоятельствам, возбудила меня неимоверно. Какие там, грозящие казнью Владычицы и вопиющие маньяки и садисты под окном… Гортанные хрипы варвара (а стоило мне начать двигаться быстрее, ритмично помогая себе руками последовали и вскрики!) сильнее распаляли мое желание, заставляя тело пылать жаром и страстью.

Я умопомрачительно крепко захотела большего! И гомон ликующих воплей, сопровождавших каждый вскрик пленника, никак не способен был затмить в моем сознании жажду обладания этим бесподобным телом. Таким… мужественным! Вопиющая мужественность варвара не вызывала у меня никаких сомнений.

Мощные толчки его члена, сопровождающиеся рывками его бедер, твердость его плоти, немногим не заставляющая меня задыхаться и густой и терпкий вкус его семени.

«Черт! Это несправедливо!»

Женское начало во мне яростно жаждало получить «свою долю пирога». Почему ОН сейчас кричит, содрогаясь в конвульсиях разрядки, а я стою тут, пожирая его алчным взглядом, и дрожу от ощущения бешеной неудовлетворенности?.. Тело, это еще совершенно незнакомое мне тело, чувствовало боль – спазмы, сжимавшие мышцы моего лона, жаждавшего тоже почувствовать восторг удовольствия.

Подняв навстречу взгляду незнакомца лицо, я словно сквозь пелену тумана разглядела в его глазах… немой вопрос? Вызов?..

И как попавшая в луч света яркого прожектора бабочка я застыла, затрепетав в необъяснимом предчувствии. Предчувствии чего-то фантастического! Окружающая обстановка перестала быть реальной. Остались только двое, связанные одним взглядом. Глаза варвара в отсвете огненных всполохов казались черными и бездонными. Они словно тянули меня за собой, погружая в пучину небытия, не позволяя думать о чем-то еще.

Поэтому я и не подумала испугаться, когда сильная рука обхватила мой затылок, жестко сминая пальцами гигантский пучок волос. Все казалось таким правильным… закономерным… необходимым.

Логичным!

«Пришла моя очередь наслаждаться»

Так и не разорвав, цепко державшей в плену, связи глаз, второй рукой пленник обхватил меня за плечи, сжимая, привлекая к себе. Секундное ощущение невесомости и жесткость пола под спиной.

А он – сверху! Склонившись вплотную, все так же буравя своим влекущим взглядом мое лицо, мужчина приблизился ко мне, отрезая своим мощным телом от всего мира! И даже если бы все мыши вырвались сейчас из своих клеток, а следом за ними и змеи… я бы вряд ли заметила. Как не подумала и обеспокоиться вопросом: как освободился пленник?

«Айхши» - варвар впервые сказал что-то, выдохнув незнакомое слово вместе с теплом своего дыхания, прежде чем коснуться моих губ. И тут же я с таким долгожданным восторгом почувствовала тяжесть его тела.

Глава 2

- Тариль? Тариль?!

Испуганно очнувшись, я вдруг подумала, что и накануне проснулась от этого вопля:

«Не приснилось…»

Разочарование было сопоставимо разве что с моим испугом – стоило с трудом распахнуть сонные веки, как взгляд уперся в широкую, испещренную старыми шрамами и странными рисунками спину варвара! И не только спину… Обнаженные бедра мужчины мгновенно отозвались в памяти целым фейерверком волнующих воспоминаний прошедшей ночи.

«Неудивительно что я чувствую себя такой утомленной»

Прояснившийся взгляд встретился с, устремленным над мужским плечом, испуганным взором моей вчерашней визави. Она, будучи за горло притиснутой варваром к стене, практически болталась в воздухе. И задыхалась! Именно в этом – как осознала я, отринув остатки сонливости, и была причина резко оборвавшихся воплей.

- Эээ… а что, собственно, тут происходит?

Недоуменно произнесла я, приподнимаясь в сидячее положение и пытаясь приложить к себе вчерашнее одеяние так, чтобы максимально прикрыть собственное (уже в каком-то смысле!) тело.

Варвар оглянулся, реагируя на мой вопрос. Во взгляде белокожей женщины замелькали сотни эмоций – она явно была готова дать мне образный и развернутый ответ, изобилующий угрозами и проклятиями в адрес пленившего ее мужчины, но… Незадача! Ответить она не могла по понятным даже мне причинам.

Решив не мелочиться из-за морали (в обществе таких извергов это не такой актуальный вопрос), по возможности быстрее натянула на себя платье. (Пусть оно и облегало мой новый бюст заманчиво и влекуще, но с практической точки зрения оказалось неудобным – одевалось с трудом) И только после этого обратила пристальный взгляд на варвара и его пленницу, придав, как мне хотелось верить, лицу выражение высокомерной надменности. Кто бы знал чего мне это стоило!

«Не знаю, что нашло на меня ночью, но это не повод отклоняться от выбранной стратегии! Надо придерживаться «отведенной роли», разобраться в местных порядках и по возможности быстрее сбежать туда, где безопаснее! И необъяснимый порыв страсти, накрывший с головой, не заставит меня изменить этому плану»

Впрочем, с последним все было уже не так однозначно… Покосившись на «вмятины» в стене, где еще вчера вечером находились крепежи оков варвара, в душе я основательно напряглась: он их все же вырвал!

- Отпусти ее, - спокойно, но неумолимо обратилась к мужчине, не отводя взгляда.

Он прищурился, но руку разжал. Моя злобная провожатая, судорожно глотая воздух и растирая горло, приласкала варвара «многообещающим» взглядом и… рухнула на колени.

- О, моя тариль, - захрипела она. – Вы спасли нас, усладив слух Владычицы и жителей города криками муки и агонии пленника! Вас превозносят, а презренный род Двааль осмеян за неверие в ваши способности!

«Надеюсь, не покраснею» - в ужасе подумала я, старательно не смотря на варвара. – «Даже думать не хочу о том, что решила эта садистка, обнаружив его на свободе, а меня раздетой»

Он спокойно стоял рядом, наблюдая за мной. Я чувствовала этот взгляд, но пока не набралась решимости ответить ему тем же. Вопрос прямой угрозы со стороны мужчины никуда не исчез.

- О, моя тариль, - уже более резво заголосила женщина, - могу ли я позвать охрану? Мерзкого колдуна пора выпроводить отсюда.

- Эээ… да?

Кажется, незнакомка не считала проблемой его способность к сопротивлению.

- Да! Да! – Сопроводив кивки новым злобным взглядом в направлении персоны обсуждения, с облегчением  подтвердила женщина. – Ему уже пора.

Куда пора я уточнять не стала, лишь осторожно кивнула головой, испытывая ощущение странной нерешительности – присутствовало непонимание, стоит ли цепляться за поддержку варвара или надо поспешить и отречься от всякого намека на любую связь между нами!

«Кто знает этих садистов, вдруг в их обществе такая связь считается слабостью!»

«Попасть под раздачу» и оказаться на месте пленника мне совсем не хотелось. А ему уже не привыкать терпеть этот террор!

Созвучно моим мыслям незнакомка заголосила, призывая охрану. Тут же в помещение ворвались пятеро вооруженных мечами женщин, которые окружили варвара.

- Руки вперед вытяни! – Рявкнула одна и безжалостно плашмя ударила по спине варвара оружием.

С трудом сдержавшись и не зажмурившись от ужаса, я невольно перевела взгляд на его лицо, стремясь понять реакцию. Как и накануне он совершенно невозмутимо воспринял это «наказание». Более того, не обращал внимания на вооруженный и настроенный более чем недружелюбно конвой. Варвар внимательно наблюдал за мной!

Повисла напряженная пауза. Вслед за ним и вооруженные женщины уставились на меня, заставив нервничать: я должна что-то сделать? Сказать?..

К счастью, мужчина все же подчинился, медленно вытянув вперед руки. На них тут же защелкнули пудовые кандалы. Такие же, но разделенные короткой цепью, сковали его ноги.

- Пошел! – Новый рык охранниц, и варвара грубо толкнули в плечо, понукая покинуть помещение.

Но он не спешил подчиняться, продолжая буравить меня пронзительным взглядом. Словно ожидая чего-то… Но я понятия не имела, как вести себя в данных обстоятельствах, не знала должна ли попытаться ему помочь?.. Поэтому только напряженно застыла на месте, изучая затейливое тату на плече мужчины и мечтая об одном, чтобы все «свалили» уже, наконец, и дали мне время подумать!

И чем дольше он не двигался, тем большее напряжение разливалось в воздухе. Моя сопровождающая отступила вглубь помещения, женщины-воины подобрались, удобнее перехватив мечи. Я сама невольно затаила дыхание, боясь представить что может случиться дальше…

«Те оковы, что крепили его к стене, казались более надежными, а он смог освободиться…»

Внезапно пленник, что-то для себя решив, развернулся и покорно засеменил к дверному проему.

Уф… я незаметно перевела дыхание – в этот раз обошлось. Больше всего я боялась что злобные «дамы» догадаются о том, что я вовсе не их тариль! И что их злобная натура обернется против меня!

Но… пронесло. Варвар подчинился приказу, а за ним ушли и воительницы.

- О, моя тариль, - вырвала меня из размышлений вчерашняя провожатая, суетливо «наводя порядок» в помещении. – Как хорошо что вы все же смогли опоить мерзкого колдуна настоем из сока авеи. Верно вы рассудили – жажда заставит его выпить настойку. Но я уже начала терять веру – он терпел жажду больше недели.

- Эээ… сок авеи?

О чем она говорит?!

- Да, да! Как же отрадно видеть варвара таким послушным! Страшно представить, что бы он устроил, не опои вы его настойкой подчинения. Но я сразу сообразила, что ваш план сработал, едва увидела его без оков.

Судорожно сглотнув, я тяжело осела на стоявшую у стены скамейку: ма-а-амочки… что теперь будет?..

- Но маолх силен! Вы видели, он смог напасть на меня, даже под действием зелья! Он сопротивляется его влиянию. Впрочем, сейчас об этом уже не стоит волноваться.

- Почему?

- О, моя тариль! – Белокожая снова бухнулась на пол. – Я же не сказала вам главного. Умоляю, не карайте меня! Владычица так довольна вашим успехом, что решила устроить праздник. Сегодня казнят всех пленников, захваченных в последнем сражении, подарив им спасение. И колдуна тоже!

Сердце сжалось: варвара было жалко. И дело даже не в сблизившем нас сексе (о последнем я почему-то помнила очень смутно – лишь отрывочные мимолетные образы удержались в памяти), а в сохраненной мне жизни!

«Варвар мог убить меня сотни раз за эту ночь! Но сохранил жизнь той, что мучила его почти неделю!»

Пусть я не понимала его мотивов, но чувство благодарности испытала сполна. И чувство жалости…

«У каждого своя судьба» - мысленно попыталась я успокоить себя. – «И не мне вмешиваться в нее. Но хорошо, что я не увижу его смерти»

- Вам надо поспешить, времени на отдых очень мало, - не подозревая, что разрушила все мои надежды, заволновалась незнакомка. (Спросить ее об имени я боялась, страшась выдать себя)

- Почему?

- Вас ожидают на празднике как почетную гостью. Владычица повелела именно вам в знак поощрения позволить убить трех сильнейших варваров! Первой! А вам надо еще искупаться, сменить одежды и поесть… Поспешим же, о моя тариль!

Желудок где-то в глубине непривычного еще тела судорожно сжался: завтрак сейчас точно был последним, о чем я волновалась…

«Убить?!!» - В полнейшем ступоре следуя за своей визави по темным лабиринтам башни. – «Мне убить?! Трех сильнейших?.. Это гарантированно он! Ма-а-а-ма, роди меня обратно!!!»

Это не попаданство, это ПОЛНОЕ попаданство!

Стоило моей провожатой выйти из комнаты, как я вцепилась в свои-чужие волосы и взвыла. В комнате имелась огромная деревянная бадья, наполненная горячей водой, стол, заставленный едой, широкая кровать, поверх которой было разложено какое-то одеяние и три больших окна с распахнутыми деревянными ставнями. Но все это совершенно не придавало оптимизма, взгляд первым делом уткнулся в стену, увешанную реальным холодным оружием – мечи, кинжалы, стилеты – это только о чем я могла догадаться.

«Что делать? Что делать?» - металась я по комнате.

Судьба варвара меня уже не занимала – со своими бы передрягами разобраться. Убить я, естественно, никого не смогу. А это грозит мне разоблачением, а дальше – перспективой оказаться на месте варвара и на собственной шкуре прочувствовать весь местный «колорит».

«О моя тариль, праздник начнется после обеда» - напутствие моей провожатой набатом звучало в ушах.

Решив, что надо что-то делать, время идет, я метнулась к купальне и умылась, надеясь, что освежающая манипуляция прояснит мозги. Выкрутившись из узкой тряпки под названием мое платье и мысленно костеря непривычно большой бюст (неудобный какой-то!), я разделась. Приготовленная одежда, к счастью, оказалась разновидностью костюма – имелись широкие брюки и довольно просторный  камзол – там и грудь уместилась и плечам не тесно было.

Зашнуровывая куртку, я на ходу запихнула в рот какого-то мяса с хлебом, запила большим глотком  вина и рванула на себя дверь.

- Эх, есть кто живой? – Рявкнула в темноту каменного коридора. Раз отсидеться в своей норе не получится…

Почти тут же откуда-то из глубины донесся ответный вскрик. Узнав по голосу свою белокожую сопровождающую, я выжидательно прищурилась: пора уже этот мир посмотреть!

- О, моя тариль… - заголосила было белокожая, но я решительным взмахом руки оборвала вой.

- Хочу воздухом подышать! – Максимально категорично заявила я и тут же добавила. – Можно место праздненства осмотреть.

И шагнула вперед, не позволив обратиться ко мне с вопросами или возрожениями. Но белокожая и не думала мне перечить, лишь вскрикнула:

- А оружие? Что возьмете с собой?

«Омг… Это еще зачем?» - Я растерянно замялась.

- Люб… - начала было, но умолкла на полуслове – еще всучат какую-нибудь пудовую палицу, с этих извергов станется.

- Любимое? – По своему истолковала эти звуки незнакомка и метнулась к стене с оружием, на ходу разливаясь соловьем. – Конечно же, ваши любимые клинки. И как же я сама не догадалась. В такой-то момент. Тем более вы уже однажды победили ими варвара!

Последняя фраза меня основательно напрягла: точно ли ночной «марофон» имеет в виду эта женщина?

- А что за момент? – Прочистив горло, все же смогла я исторгнуть из себя вопрос, послушно приподнимая руки и позволяя нацепить на себя какую-то «упряжь», к которой крепились клинки, скрещенные за моей спиной.

- Так варвары обступили город, всей ордой в осаду нас взяли, - как-то поразительно безразлично отмахнулась белокожая.

- Возможно, до них дошла весь о… празднике?

Я пыталась осторожно навести ее на мысль о нелепости заниматься казнями пленников, когда самих могут вот-вот пленить и искромсать в капусту (если все эти маолхи такие же мощные как вчерашний варвар я бы поставила на них!)

- Естественно! Мы специально раз десять прокричали со всех башен наружной стены им об этом. Но они еще раньше явились – с неделю лагерем у подножия нашей твердыни стоят. Как вы предводителя их пленили, так они всей ордой и пошли. Одного, дикари, не понимают – разозлят Владычицу, и она опять вам повелит устроить набег. Вот зададите им жару!

«Я?!!» - В горле встал ком, на лбу выступила испарина.

- Эээ… а что угрозы для нас никакой?

Пришлось рисковать разоблачением, но собственное положение нравилось все меньше и меньше. Вынырнув вслед за моей спутницей из дверного проема, венчавшего длинный коридор, оказалась на широкой стене башни. Один взгляд вниз и сердце нервно дрогнуло – армия, окружавшая город-башню была огромной. Она простиралась до самого горизонта!

- Твердыня не может пасть! – Убежденность в голосе белокожей никак не убедила меня! – Этого никогда не происходило. Богиня истово охраняет нас, своих верных дочерей. И у нас есть вы – наша тариль, чтобы яростным вихрем накинуться на воинов орды, неся им повальную гибель и услаждая взоры Богини и Владычицы тысячами их разрубленных тел.

«От фанатиков надо держаться подальше!» - уверилась я в давнем убеждении. – «Их разочарование неизбежно»

- А где стража?

В самом деле – неприятель повсюду, а сколько мы не идем по городской стене – ни единого воина не увидели. Пусть и женщины…

- Так праздник же, - как нечто элементарное закивала головой белокожая. – Все готовятся, принаряжаются, чтобы сделать Богине приятное. А потом – отправятся к амфитеатру.

- А орда?!

Это уже за гранью благоразумия!

- Твердыня не может пасть, - о чем-то размышляя, повторила свою мантру моя провожатая. – О, моя тариль, а вы возьмете меня в свой следующий поход? Может быть, я могу остаться тут?

Если бы кто-то спросил мое мнение – я бы сама осталась!

- Эээ… а что… что вас удерживает? И поход ожидается так… скоро?

- Да раба себе присмотрела, - кажется, слегка смутилась белокожая. – Думаю сделать третью попытку. А поход? Да хотелось бы! Развлечемся… варваров погоняем – Богиня кровушку любит. Так что Владычица тянуть не станет, может быть, завтра и отправит вас.

- Третью? – Когда все совсем страшно, лучше спросить о непонятном. Что там убийство троих пленников на фоне вылазки к армии варваров?!

- Да, - повернув на лестницу, что вела вниз, вглубь города, кивнула моя визави. – Я двоих уже родила.

- Детей? – Совершенно запуталась я.

- Да.

- И где они? – Как-то чудовищные замашки местных дам не вязались в моей голове с материнством.

- Как и положено – выкинула в реку.

- В реку?! – Я даже споткнулась: кошмарный мир!

- Конечно! – Испуганная моей бурной реакцией белокожая рухнула на колени. – Но я готова на третью попытку.

- Зачем?

- Может родиться девочка…

- А до этого?.. – Начала прозревать я.

- Да, проклятые маолхи. Но я избавилась от них, согласно воле Богини.

«Маолхи?! Мальчики, рожденные этими недоженщинами, и есть маолхи?!» - Я медленно, но верно сходила с ума.

Дар речи на какое-то время меня покинул, вынудив шагать за моей провожатой молча.

Арена, где ожидалось «праздненство» впечатлила меня куда меньше воинства за стенами города и вопиющей беспечности его жителей. Обычный амфитеатр, где уже начинали собираться восторженные зрители. Причем именно восторженные!

В душе поежившись от кровожадности местного населения от всей души пожалела местных мужчин. Что бы не было причиной такой гендерной разобщённости, сильному полу доставалось, определенно, больше.

- И… - я замялась, подбирая слова, - какая программа?

- О, моя тариль, - с неизменным почтением ответила белокожая воительница, - времени подготовить масштабное торжество в честь ваших успехов, не было. Поэтому, да не прогневаетесь вы на свой клан, боев ожидается немного.

«Лучше бы они к обороне готовились!» - Проклиная дурацкие верования и фанатичные иллюзии (а «познакомившись» с варваром, я не была уверена что орду ему подобных сдержат какие-то стены!), мысленно чертохвостила я глупых товарок.

- А… поконкретнее?

Право дело, если все пленники друг друга перебьют, облегчат мне тем самым участь неимоверно – что делать с «поощрением» Владычицы я не представляла.

«С них станется, прояви я слабость или неуместную заминку, скинуть меня на арену сражений прямо сегодня»

- Сначала, как всегда пленникам предложат добровольную милость – возможность стать рабами. Но мерзкие маолхи слишком глупы, чтобы оценить эту честь и как всегда откажутся, - затараторила моя спутница, застыв возле широких перил, ограждавших арену. – Затем против них выпустят стаю голодных клыкастых огров, выжившие сразятся с огненными старами. А по тем, кто выдержит и это сражение, во славу Богини пройдутся меткими стрелами наши арбалетчицы. В предсказании значилось, что выживут трое! Их участь и предстоит вершить вам, о моя тариль. Вы сможете заполучить еще трепещущие сердца самых сильных воинов и съесть их на глазах всех горожан – это ли не подлинное признание?!

- Угум… - отчаянно боясь с приступами рвоты, пробормотала я. – А предсказание… вдруг оно неточно?

Не знаю, кто предсказывает им эти ужасы, но я бы предпочла обойтись без последней части «торжества».

- Что вы, сама Богиня, дала знак – она сбережет до поры до времени их жалкие жизни! Вы удостоились ее милости, заставив страдать варвара!

Ух… Странная Богиня, однако.

«Но что делать?»

- А если маолхи откажутся от «милости» откуда у вас раб для… третьей попытки?

«И возможность размножаться?!»

Будь я на месте их Богини, лишила бы их этой возможности!

- А кто их спрашивает? Это тех, что на арене – спросят, чтобы продемонстрировать Богине наше благородство, даже в намеке на которое отказано этим дикарям. А многих… вот как я своего – уже «растащили» по своим жилищам нуждающиеся. Хвала вам, о моя тариль, ваши вылазки регулярно приносят нам много рабов!

«Интересно, в своих жилищах эти гарпии творят с несчастными мужчинами то же, что делала моя предшественница с варваром?.. Я бы себя уже возненавидела на месте маолхов!»

- И… много ли презренных маолхов рождается после моих… вылазок? – Старательно демонстрируя безразличие, лениво протянула я вопрос.

(Если учесть численность вражеского воинства, жительницы этой твердыни должны грузовиками скидывать младенцев мужского пола в эту реку… Интересно, варвары «отлавливают» их ниже по течению? Живодерский мир, одно слово!)

Как появляются новые белокожие воительницы, я уже поняла, но факт размножения маолхов так и остался для меня тайной. По идее, у них должны быть свои женщины… Зачем эти недоженщины совершают набеги я могу понять, но зачем это надо орде? У них с численностью итак все в полном порядке…

- К несчастью, Богиня не всегда добра к своим дочерям, карая за проступки. И примерно половина рожденных детей оказывается ими, - явно с мыслями о собственных «провинностях», отозвалась белокожая. – Вот я, к примеру, уже дважды была лишена ее милости. Видимо, недостаточно мучала своих рабов, чтобы заслужить ее одобрение. Но в этот раз я уж постараюсь, следуя вашему примеру! В глубине души уже никто не верил, что вы добьетесь от варвара реакции… Но вы, о моя тариль, посрамили всех врагов. Как же он кричал… Половина жительниц города предлагают мне самые желанные дары, умоляя раскрыть ваш секрет – способ исторгнуть из глотки мужчины такие стоны!

Мучаясь стыдом и одновременно невыразимым сочувствием к нынешнему рабу моей провожатой, я вздохнула: мои личные сложности все это нисколько не умаляет? С клинками я понятия не имею что делать и как публично совершу «казнь» - не представляю.

«О чем я? Даже будь я виртуозом во владении этим оружием, убить я не способна. Эх… разоблачение уже неизбежно»

- Пожалуй я прогуляюсь…

Протянула в никуда, размышляя о побеге. Выбраться бы из города, а там… А там эти варвары! Причем, гарантированно «любящие» меня всем сердцем. Сменю шило на мыло.

- О, моя тариль, я сейчас же призову ваш эскорт, - заволновалась белокожая, судорожно поглаживая какой-то медальон.

Спустя минут пять вокруг толпилось порядка пятнадцати мечниц!

«Стерегут…» - расстроенно осознала я, отринув мысли о немедленной попытке побега.

- Пожалуй, нет, - с утомленным зевком «поменяла я планы». – Лучше отдохну перед началом.

Проводив меня до входа в подземную (а город-башня был вырублен в скале!) часть, мечницы удалились. Я же в сопровождении своей визави вернулась в уже знакомую спальню.

- Настойки подчинения мне! – В сердцах рявкнула на вмиг задрожавшую женщину, решив ухватиться хотя бы за этот мизерный шанс (вдруг, получится… плеснуть им лицо… если влить в глотку не удастся)

Захлопнув дверь, рухнула на мягкий матрас кровати и глухо застонала: вот, почему у меня всю жизнь все не как у людей? Через одно место…

***

На «торжество» шла с полным ощущением предчувствия конца. И полностью заполненные трибуны (шум от их воплей гарантированно слышали и маолхи!) не вдохновлял.

«На месте врагов я бы напала, когда все ослеплены эйфорией…»

- А маолхи? – Не сдержала я мысли. – Не нападут ли они сейчас?

- Несомненно! – Закивала моя визави. – Гонимые желанием отбить своего предводителя – а сейчас последний шанс – они предпримут попытку штурма! Тем сильнее ослабнут и станут для вас завтра легкой добычей!

Поперхнувшись воздухом, закашлялась: «легче» добычи, чем даже полудохлые варвары, и не придумать! Е-мое!

«Но почему они так уверены в собственной неприступности?..»

Мое появление ознаменовалось ликующим воплем, что сотрясли трибуны. Сидевшая на возвышении в окружении вооруженных воительниц белокожая (не первой свежести!) дама с неудовольствием прищурилась. Возможно, меня поприветствовали более живо, чем ее?

«Несомненно, Владычицы»

Тридцать лет «оттрубив» в женском коллективе, я не сомневалась, что в военный поход против орды меня завтра отправят (случись мне чудом пережить сегодня!). И даже постараются не допустить моего возвращения назад. Нет незаменимых…

Устроившись в кресле «в свите» Владычицы, перевела взгляд на пыльную арену, что служила центром города-цитадели. С пронзительным лязгом, двери, прорубленные в скале, открылись, позволив томившимся за ней пленникам выйти. «Мой» варвар шагнул первым!

 

 Глава 3

Троица, шествующая впереди толпы жавшихся друг к другу мужчин, сразу бросалась в глаза. Это, несомненно, варвары! (я бы усомнилась, что в свете замашек местных женщин термин применим именно к маолхам, но спорить с местными порядками мне недосуг) В них не чувствовался страх, как в других мужчинах. Даже неизбежность смерти воспринималась ими как нечто естественное и недостойное эмоций. «Мой» варвар и его собратья двигались, шагая к центру арены, уверенно и деловито. Невольно вызывая сомнения в своей обреченности!

«Их даже не вооружили!»

В мыслях возмутилась я явной несправедливости, с ужасом ожидая момента, когда на арену выпустят местных голодных хищников. Но прежде чем это случилось…

- Презренные отродья, ради нашей благословенной Богини во славу ее великодушия и благородства, мы готовы даровать вам, пленные маолхи, величайшую милость – возможность послужить на благо ее дочерей, став их рабами, - разнесся над ареной громкий женский голос одной из глашатай.

«Примечательно, что «чести» удостоили только маолхов!»

К какому народу относились другие мужчины – куда более жалкого вида и телосложения, я не знала.

Над амфитеатром на секунды повисла напряженная тишина, скосив глаза, я заметила, что большая часть местных воительниц, облачившихся в яркие наряды по случаю «торжества», подались вперед, жадно пожирая глазами мощную фигуру моего пленника. Он определенно вызвал интерес у местного населения!

«… подарит прекрасных дочерей, сама Владычица не отказалась бы от таких наследниц» - долетел до меня чей-то отдаленный шепот.

Я же думала о размножении в последнюю очередь! Рассматривая гигантскую фигуру пленника, даже лишенного оружия, понимала, что осилить его не смогу даже чудом.

Отведенное для ответа время истекало, когда варвар вдруг сделал несколько быстрых шагов вперед – к слегка нависающей над ареной площадкой, где восседала Владычица и сопровождающие воительницы. (Я в том числе)

- Я признаю себя рабом вашей тариль! – И он пал на колени.

К моему вящему ужасу он брякнул это очень громко – все вокруг расслышали его ответ. И едва спала первая оторопь (можно подумать, впервые кто-то из маолхов согласился!), уставились на меня. Даже Владычица обернулась, холодно прищурившись.

«Нет, ну что за невыносимый тип! Всего-то и требовалось, что тихо-мирно сгинуть в пасти какой-нибудь адской зверюги, не доводя дело до крайности – до моего участия в экзекуции. Но он, видимо, природой создан с единственной целью – максимально осложнить мое существование в этой жизни!» - С трудом не трясясь от негодования, размышляла я, вынужденно отвечая холодными взглядами всем… завистницам.

И так проблемы на каждом шагу, так еще этот варвар! Вспыхнувшей было симпатии и жалости, как не бывало: что мне теперь делать? Как выкрутиться?!

Ничего умнее не придумав под десятками испепеляющих взоров, я легкомысленным жестом махнула рукой: мол, пусть будет! Но… «аттракцион невиданного согласия» маолхов на этом не закончился! Стоило варвару и почтительным поклоном в моем направлении подняться с колен, как его примеру последовали оба его соплеменника…

Дружно подавшись вперед, оба рухнули на колени и зычно прокричали:

- Мы признаем себя вашими рабами, тариль жестокосердных!

«Кретины!!!» - Содрогнулась я в ужасе, заметив, как округлились глаза у абсолютно всех женщин вокруг этой проклятой арены. Смотрели они на меня с непередаваемыми чувствами во взглядах.

«Сожрут! С потрохами»

Взгляд судорожно заметался вокруг в поисках выхода. Но никаких вариантов изменить фокус всеобщего внимания не наблюдалось. Вокруг – только сдерживаемое бешенство «аудитории», включая и их главную злыдню.

«Все! Эти варвары меня достали!» - Мечтая скинуть их всех со стены этого треклятого города, наполнялась я бешенством.

Чувство гнева (а он весь был устремлен сейчас на первопричину моего неизбежного падения – в этом террариуме мне после сегодняшнего не выжить) неожиданно придало уверенности в себе. С саркастичной (так мне казалось) улыбкой смогла холодно кивнуть, сопроводив движение сухим ответом:

- Прекрасно! Мне будет на ком оттачивать свое… мастерство!

И видимо, это сошло за согласие, поскольку трибуны тут же одобрительно загудели.

«Бедные мужики у этих «паучих»! Ну, натуральные паучихи, готовые пожрать своего самца после спаривания!»

Словно желая поскорее «задвинуть меня на задний план» после внезапного возвышения Владычица оперативно взмахнула рукой, подавая сигнал к началу «действа». И как мне не жалко было несчастных пленников на арене, но, стоило всем отвести взгляды, облегченно вздохнула. Однако, вредный инстинкт самосохранения тут же напомнил о грядущем «благоволении» - мне же еще предстоит поучаствовать в финале этого побоища.

«А вдруг мне «повезет», и никто не выживет?!» - Подал робкий голос оптимизм…

Что творилось дальше – не передать словами! Пользуясь всеобщей сосредоточенностью на трагическом (на мой взгляд!) действе, я большую часть происходящего пропустила, невольно жмурясь или отводя взгляд. Происходящее побоище заставляло дышать через раз. А от рвоты меня избавило только пустое содержимое желудка.

«Какие там бои… это настоящая кормежка диких зверей!» - непроизвольно теребя в руках флакончик с настойкой подчинения, в мыслях содрогалась я. Впрочем редкие взгляды, что я отваживалась бросать на арену, оставили у меня впечатляющее впечатление от маолхов… Чтобы буквально голыми руками рвать на части диких хищников… это дорогого стоит!

Ничто не вечно, подошло к концу и местное празднество. Как и было «предсказано» выжили трое… Мои же рабы! И вот до меня дошло: а все ли еще в силе мое «обязательство»? Я едва перевела озадаченный взгляд на свою белокожую визави, как Владычица громко обратилась к своим подданным и заодно троим варварам, тяжело осевшим посреди множества искореженные человеческих и звериных тел на пыльную поверхность арены, стоило им дружно уничтожить последнего зверя.

- Дочери Богини! – Не без пафоса возвестила она. – Сегодня мы достойно выразили свое уважение и любовь к нашей доброй Матери! Она насытилась изобилием страданий и крови. Но выжили трое…

Я нервно напряглась. Владычица выдержала паузу, позволяя всем присутствующим, возбужденным кровавым зрелищем, осознать двойственность ситуации: я должна казнить этих мужчин, но немногим ранее я признала их своими рабами…

- И мы оставим решение на усмотрение нашей тариль! – С самым благостным видом возвестила Владычица, расставив мне ловушку. Теперь выбери я казнь во славу их кровожадной Богини – лишусь таких «лакомых» рабов. Пощади я их - проявлю себя мягкотелой и жалостливой, в должной мере, не уважающей Богиню (что впоследствии, наверняка, обернут против меня).

Конечно, мне полагалось выбрать казнь – мне фактически не оставили выбора. И их истинная тариль так бы и поступила, но… я не могла.

- Я поступлю как должно, - привстав по примеру других и поклонившись Владычице, громко отозвалась я. – Варвары должны погибнуть во имя Богини!

У меня возник план! Утопическая идея… Неосуществимый прожект.

«Если только они мне подчиняться…»

А трибуны между тем ликующе вопили. И еще вопрос, что больше радовало их: продолжение убийств или осознание, что их соплеменнице не достанется такой мужчина!

Мысленно кряхтя, я чинно поднялась с места и сопровождаемая моей провожатой направилась к… столу с кувшинами, наполненными вином. Почему-то казалось, что вино легче скроет любой посторонний привкус, нежели вода. Заслонив собственным телом от всех на миг один из кувшинов, выплеснула в него содержимое настойки. Прихватив кувшин, развернулась к арене. Тишина стояла абсолютная – все пристально следили взглядами за мной, спускающейся на арену по лестнице, проход к которой открыли специально для меня.

Я, чувствуя себя клинически глупой, в гордом одиночестве шагала к троице варваров. Последние, едва створки одной из стен преобразовались в лестницу, вскочили на ноги, готовые к новой угрозе. И тут появилась я с кувшином… Даже с расстояния между нами я видела прищуренный взгляд моего пленника и пылающие ненавистью взоры его соплеменников.

«Порвут как тузик грелку» - печально попрощалась я с жизнью.

Но делать нечего – с другой стороны целое полчище жаждущих «крови и зрелищ» одиноких женщин, что в буквальном смысле подались вперед, жадно следя за мной взглядами. Я буквально чувствую их прожигающие стрелы. На этом фоне трое варваров кажутся меньшим злом.

«Мучать хотя бы не будут» - рассуждала я. Боль не люблю с детства, поэтому маниакальные садистские наклонности местного населения разделить никогда не смогу.

Шаг, еще и еще… Расстояние между мной и мужчинами все меньше, их фигуры все крупнее, атмосфера все более зловещая…

- Это вам утолить жажду, - остановившись в паре шагов от «своего» варвара, уставилась я прямо в его глаза. На спутников его внимания не обращала, подспудно ощущая, что главная задача – убедить его. – Достойный противник заслуживает уважения. Прежде чем вы погибнете, я во славу Богине проявлю благородство и позволю вам утолить последнюю жажду.

Варвар прищурился. Переведя взор на его спутников, отметила злые и недоверчивые взгляды – они явно не желали верить в любую милость от «дочери Богини». И протягивать руки за кувшином никто не спешил, несмотря на палящее солнце! А огласивший округу после моих слов рык ликования постепенно стих…

- Пейте! – Начиная заводиться очевидной обреченности моего плана, зашипела я. – Накажу, мало не покажется!

В сердцах от чувства собственного бессилия (А что все эти дамы на полном серьезе ожидают, что я выхвачу клинки и как супервумер сражу этих трех закаленных жизнью воинов?! Страшно представить какой была истинная владелица этого тела!) зашипела, как бывало на сына.

На слове «накажу» варвар моргнул и словно в трансе, медленно вытянул вперед руку. Я, не веря собственному счастью, оперативно всунула в нее кувшин. И нервничая, инстинктивно облизнула губы… от участившегося дыхания затрепетала грудь, волнуя ткань легкой туники. Кадык мужчины дрогнул, и он с какой-то одержимой жаждой сделал глоток – большой и жадный, не отрывая взгляда от моих губ! Несколько капель вина скатились с его подбородка и упали на грудь, устремившись вниз – к замусоленной набедренной повязке, что была на всех пленниках. Я, наблюдая за дорожками влаги, отчего-то тоже сглотнула, словно выпав на миг из реальности. Жара, ревущая толпа на трибунах и перспектива «самоубийства»  исчезла – остались только я и этот мужчина. И чувство странной жажды, заставляющей облизывать губы и сглатывать вязкую слюну…

Уловив мои движения, варвар протянул кувшин назад, а я, не задумываясь, отхлебнула из него, чтобы тут же закашлять, поперхнувшись крепким напитком. Кувшин из моих рук тут же вырвали – это двое других маолхов, уверившись в безопасности напитка, выхватили остатки, желая утолить жажду.

Растерянно замершая после моего поступка толпа вновь взвыла, требуя большего!..

«Моей эпохальной кончины, не иначе»

Переведя дух и пытаясь осознать, что первая часть моей задумки осуществилась (о том, какое влияние окажет злосчастный глоток на меня, и думать боялась!), я очертя голову решила «ломать дрова» и дальше. Едва опустевший кувшин раскололся на два черепка, будучи брошенным о землю одним из маолхов, как я… выхватила клинки! (Честно старалась не пораниться, но и сделать это максимально эффектно – как в кино. Что получилось - судить не мне, но злобные дамы отреагировали дружным воплем!) Двое незнакомых пленников стремительно подались назад, подхватывая крупные и острые осколки глиняной посуды. Почему-то я не сомневалась, что в их руках они представляют собой более грозное оружие, нежели клинки в моих. А вот «мой» пленник порыву не поддался, явно контролируя себя лучше соплеменников. Так и остался стоять в паре шагов от меня, сверля пристальным взглядом. Только жилы на шее и руках напряглись – вероятно, он мог бы разоружить меня голыми руками.

«И кому пришло в голову, что их в принципе может одолеть одна женщина?! Пусть и воительница… Уж не от этой ли «заманчивой» перспективы «сбежала» предыдущая сущность этого тела?..»

Но мне не до рассуждений… выкрутиться бы! Тем более, зрители, разочарованные промедлением, отчаянно выли, понукая мне к активным действиям.

- Идите туда, презренные маолхи! – Копируя местную манеру изъясняться, взмахнула я клинком в направлении границы арены, примыкавшей к стене цитадели. Во время недавней прогулки по ней я подметила эту данность.

Момент стал решающим – или пленники мне сейчас подчиняться под действием этой непонятной настойки (на мне она по ощущениям пока никак не сказалась, но и отпила я совсем мало в сравнении с мужчинами), или…

«Или мне хана!»

Секунды потекли, отсчитывая мгновения. Над ареной повисла тишина – зрители осознали, что у меня имеется своя задумка! И застыли в ожидающем недоумении, не понимая к лучшему ли это?..

Варвар прищурился, слегка вопросительно приподняв одну бровь. Я же, с угрожающе зажатыми в руках клинками, хлопала ресницами, силясь удержать слезы и, мысленно возносила молитвы всем существующим Богам: подчинитесь же!

- Идите… - уже надрывным шепотом.

Он, неуловимым движением слегка кивнув, что-то рыкнул, обращаясь к своим соратникам (я не узнала языка). Слегка опешив, оба маолха что в угрожающей комбинации расположились чуть позади варвара, тут же шагнули в нужном мне направлении!!! Следом за ними двинулся и сам предводитель «колдунов», предварительно бросив на меня пытливый взгляд.

«Ура! Действует!» - Испытала я колоссальное облегчение и пожизненную благодарность к изготовителю зелья. И едва ли не вприпрыжку рванула за ними, осторожно размахивая острющими «ножами», словно и в самом деле могла представлять для мужчин какую-то угрозу.

Над городом (а по ходу, все его жители столпились сейчас на арене, повскакивав с мест) стояла абсолютная тишина – все, затаив дыхания и разрываясь от любопытства, сверлили наши спины взглядами. Так, сопровождаемая всеобщим вниманием, наш квартет цепочкой «прогарцевал» до узкой лестницы, что вела на узкую поверхность городской стены. При нашем приближении ограждение, ведущее на нее, приподнялось – всем было интересно: чем закончится этот маневр. Но боковым зрением я отметила ряды стремительно и бесшумно выстроившихся неподалеку лучниц – Владычица была начеку!

Пара пролетов, решительный шаг вперед и мы стоим на городской стене, видимые всему вражескому воинству. Бросив стремительный взгляд вниз, с изумлением понимаю, что варвары пытаются приступом взять город…

Безуспешно!

Все стрелы и гигантские камни, выпущенные из огромных катапульт, словно заговоренные отлетают от стены, на которой мы стоим! Лестницы, притиснутые одним краем к границе города, вспыхивают ярким огнем, буквально на глазах превращаясь в кучку пепла… Цитадель стоит неприступным монолитом, а варварам, действительно, не помогают все новые и новые волны атаки – они захлебывают, отраженные какой-то защитной магией этого оплота жестокосердных.

Громкий клич, мгновенно разнесшийся над рядами врага, заставляет замереть и орду. Взгляды воинов устремлены на нас – их предводитель явно опознан… Как и я, четко видимая на фоне безоблачного неба, с клинками в руках. Тишина становится пронизывающей и давящей на нервы!

- Дочери Богини! – Прокашлявшись, во всю глотку ору я, стремясь быть услышанной абсолютным большинством обеих сторон. – Я посвящаю эти смерти нашей Богине! Пусть варвары погибнут на глазах своих соплеменников, напитав ее душу их муками бессильной ярости и бессилия! Пусть это ослепит их яростью, вынудив поддаться отчаянию и пойти на гибель. Богиня получит много крови, боли и страдания презренных!

Пленники вздрагивают, пораженные моим коварством. Но что-то противопоставить мне они не могут – их сдерживает влияние зелья. А еще варвар продолжает угрожающе рычать им что-то…

Мир вокруг одновременно взрывается сотнями тысяч воплей. Женский визг ознаменован восторгом и ликованием от мысли о моей невероятной жестокости – нанести такой удар по нервной системе врага! Маолхи «снаружи», рыча от бешенства, кричат в отчаянии и неверии.

- Правее, идиоты, правее… - едва слышно шепчу я, нетерпеливо покалывая пленников острием клинка в бок, стремясь сдвинуть их в нужное мне место, - двигайтесь!

Высота до земли – этажа два-три! Плюс где-то тут я приметила стог сена, вероятно заготовленный для попытки поджечь стену! Или задымить…

«Для таких воинов и их закаленных тел – это реальный шанс выжить. Если только шею не сломают…»

Но для меня это все лучше, чем самой совершить убийство!

- Прыгайте!!! – Сквозь зубы, так чтобы слышали только маолхи, рычу я, взмахивая клинками, словно пронзаю тела пленников разящими ударами (надеюсь, со стороны арены это смотрится именно так!) – Сейчас!!!

Двое, напоследок пронзив меня потрясенными взглядами и осознав свой шанс, без раздумий срываются вниз, словно подкошенные моей рукой. А вот варвар… странно дрогнув и пошатнувшись, отзывается призывом:

- Ты – со мной!

И так безапелляционно это звучит! Что я, насмерть перепугавшись, что его не сдержит и зелье, сломав мне все планы, шепчу в ответ:

- Хорошо…

И подаюсь вперед, к нему… чтобы вероломно толкнуть в спину!..

- Уходите отсюда! Немедленно… - последнее, что я успеваю крикнуть вниз, надеясь что орда, заполучив своего предводителя (или его тело), уберется восвояси, избавив меня от необходимости завтрашней «вылазки».

Последнее что я замечаю, прежде чем, отступив от края победно взмахнуть клинками (а на них кровь – «уколы» в мускулистые мужские тела не прошли даром) – толпу воинов, нахлынувшую на место, куда приземлились пленники.

И все это под «аккомпанемент» бушующей восторгом арены! Я определенно подарила им ощущение новизны и достойное их сердец зрелище: варвар уничтожен, враг деморализован… А уж пылающие бешенством взгляды Владычицы я могу разглядеть даже отсюда: сегодня мне обеспечен триумф и всеобщее преклонение!

«Надо делать ноги, пока «случайно» не прикопали под ближайшим валуном» - делаю я логичный вывод, преисполненная веры в себя, опьянённая чувством облегчения: пока справилась! Тот редкий случай, когда ненадолго уверенность в себе затмевает всякие сомнения.

Сердце все еще стучит словно сумасшедшее, как «приземлились» варвары стараюсь не думать: надеюсь, я им все же помогла, а не угробила! Ничего хорошего их в плену у этих жестокосердных, в любом случае, не ожидало. Возбужденные «праздничным» зрелищем зрительницы, стоит мне вновь подняться на трибуну, окружили плотным кольцом, выкрикивая восторженные пожелания.

Чувство клаустрофобии мгновенно зародилось и развилось в моей душе до кошмарных масштабов. К счастью, явилась моя извечная провожатая. Растолкав толпу почитательниц, потянула за собой, бормоча на ходу:

- Тариль необходимо восполнить силы и переодеться перед пиршеством!

«Это еще не конец?» - расстроилась я. – «Вероятно, там мне и огласят «приговор» на завтра!»

Владычица определенно впала в бешенство от того, что эпицентром всеобщего внимания стала я. Здоровую конкуренцию тут не признают. Но перспектива удалиться из этого места вдохновляла, я энергично принялась проталкиваться к одному из темных зевов-входов во внутреннюю часть цитадели. Белокожая, по пути бросая на меня восторженные взгляды, явно благоговела, но хотя бы держала свои мысли при себе. И подведя к дверям моих покоев удалилась.

«Ожидала ли она моего возвращения сюда?» - Размышляла я с подозрением, распахивая дверь и делая первый шаг в комнату. Но стоило бросить взгляд вперед, как все мысли выветрились из головы, а воздух со свистом вылетел из легких!

На широкой кровати, расположившись с удобством на подушках, сидела… милейшая старушка с высокой укладкой, покрашенных в лиловый оттенок, седых волос! Закинув ногу на ногу, облаченная в такие, оказывается, родные джинсы с… ноутбуком (!) на коленях, она сосредоточенно хмурилась, вглядываясь в экран, и периодически подносила к губам дымящуюся сигарету.

«Дурдом!» - Непонятно от чего испытав приступ неземного счастья, я рванула к нежданной гостье.

 

Глава 4

- Секундочку! – Притормозив меня на подходе взмахом руки и коротким взглядом, старушка вновь уткнулась в экран. – Дай досмотреть серию. Вышла новая в «Доктор Хаус». Обожаю этот сериал, всегда, знаешь ли, мечтала о встрече с этаким стервозным всемогущим сухарем… Но что-то не те попадаются… устаю от них после пары-тройки сотен лет.

Опешив от неожиданного заявления, уже более спокойно присела в уголке кровати, не отводя взгляда от женщины. Боялась – вдруг исчезнет, оказавшись фантазией моего не выдержавшего происходящего сознания. И без возражений приготовилась ждать сколько угодно – перед носом замаячила перспектива разобраться в происходящем. Я нутром чувствовала, что неспроста тут эта дама!

- Вы же сможете объяснить мне, что происходит? – Стоило старушке захлопнуть ноут, выпалила я вопрос.

- Ты сама уже обо всем догадалась, - вальяжно махнула она в ответ рукой, все еще довольно жмурясь после приятного время препровождения.

- А вы?.. Что-то вроде демиурга этого мира?

- Что ты! – Вскинулась старушка. – Какой демиург. У нас тут целый пантион Богов, все поклоняются разным. А я… так, у всех на побегушках.

- Это перемещение ваших рук дело?

- Признаться, да, - женщина усиленно пыталась изобразить смущение, но искры смеха в ее глазах портили все впечатление. – Но мне просто повезло – удачно сложились обстоятельства.

- Зачем??! Только не говорите мне, что надо спасать мир! Я точно не гожусь для этого дела. В моем-то возрасте. И вообще – у меня семья, дети, внуки…

- Нет, нет! На счет мира – не переживай. Никаких непосильных задач я перед тобой не ставлю. Просто пока ты тут, кое-то… не тут!

«Угу» - Это я вполне понимала. Больше того и вопросов не возникло – почему! Эта их тариль меня даже «заочно» впечатлила…

- Но я домой хочу! Надеюсь это не надолго?

- Увы… - старушка вздохнула. – Дома тебя уже не ждут. Решили что утонула… Придется обживаться в этом мире.

Воздух в груди резко потяжелел, обжигая болью: как… несправедливо! Я ведь не просила об этом… Мне это не нужно!

- Не спеши возмущаться, - словно прочтя мои мысли, подалась вперед старушка. – Рано или поздно, это расставание с семьей бы случилось. Будь практична – подумай многим ли доступен второй шанс прожить жизнь? Другую жизнь. Разве тебе не интересно?

- Нет, - стиснув пальцы в кулак. – Мне страшно! Жизнь жизни рознь. Эту я бы не выбрала для себя. Неужели возможности вернуться домой нет… совсем?

Женщина задумчиво рассматривала меня несколько секунд.

- Хорошо, я могу исполнить это твое пожелание. Но… ты должна кое-что сделать. Собственно сегодня ты упустила шанс вернуться.

- Что?

Неужели все же спасти мир…

- Варвар! Предводитель маолхов… Цена твоего возвращения – его жизнь.

И тут меня осенило!

- Вы… вы и есть эта Богиня? Местная… Которой приносят все эти чудовищные жертвы.

- Что ты, - старушка так замахала руками, что ноутбук скатился с ее колен, и тут же странным образом растворился в воздухе. – Не надо сравнивать меня с Толл! Эта ее извечная жажда крови… признаться, она так однообразна и утомительна. Она никак не насытиться! Это должно было когда-то случиться.

- Что случится?

- Толл настроила против себя весь пантион!

- Эээ… так ее… свергнут?

Пусть я и не рядовой местный житель, но за данное решение ратую!

- Это не так-то просто, - тряхнув лиловыми прядями, энергично замотала головой женщина. – Ее последовательницы сполна питают ее силы, Талл сильна. Но вот сейчас случай подвернулся – мало ей оказалось кровавых даров, ее потянуло самой приносить жертвы. Богиня заняла тело смертной - тариль! Тут мы ее и поймали в ловушку…

- Поэтому меня и выдернуло в этот мир…

- Да… случайный выбор.

- Но где сущность тариль, в смысле богини?! – Вдруг подумалось – а не в мой ли мир «обраткой» заслали этого кровожадного монстра?..

- Нет, нет, - догадавшись о подозрениях, разуверила моя собеседница. – Ее мы смогли заточить в особенном месте, это пространство между мирами. Но…

- Что?

«Вот и подошли мы к сути вопроса»

- Но ее мы сможем удержать там, лишь пока ее физическое воплощение занято другой душой! А заменить душу уже невозможно – Талл больше не проявит беспечности и использует этот момент, чтобы вырваться из плена.

- Тогда надо уничтожить это ее физическое воплощение! Тариль! Меня…

- Еще хуже, - категорично отказалась старушка. – Едва это случится, Талл мгновенно вознесется в пантион, вернув себе в полной мере силы Богини. Сейчас они в какой-то мере ограничены возможностями смертной, к телу которой привязана… Слишком уверилась она в своем всесилии, что решилась на эту «прогулку, это ее и подвело.

«Да, сглупила эта Талл!»

- Но почему тогда варвар? Я совершенно не понимаю, как его гибель может повлиять на Богиню?

В полнейшей растерянности от услышанного, я сжала виски руками, пытаясь собраться и мыслить в привычном русле – деловито и спокойно.

- Дох не обычный варвар! Ты полагаешь, Богиня так просто охотилась на него и пытала? Считаешь, обычный смертный смог бы так долго противостоять Талл, пусть и в теле смертной?

А я почувствовала что краснею… Только сейчас представила насколько неожиданными стали мои действия для пленника! Да еще какие действия…

- Кто же он?

- Колдун! Сильнейший из них – из смертных. И именно поэтому его гибель высвободит необходимой мощи всплеск силы, чтобы справиться с Талл. Окончательно!

- Глупость! – Не поверила я. – Если вы – Боги и вас много, что может быть проще, чем уничтожить какого-то мужчину… пусть и колдуна.

- Увы! Мы можем меряться силами друг с другом, уничтожая или возвеличивая. Но вмешиваться в судьбы жителей мира… Нет! Это необратимо изменит баланс сил. Его должен убить смертный. Но никто из этого мира не осмелится противостоять Доху. Ты же…

- А что я?! – В негодовании вскочила на ноги. – Я – обычная женщина. Ни маг и не воительница! Да я вообще против убийств в любом их проявлении! Я даже мяса не ем…

- Но ты должна! Подумай о новых и новых жертвах, что будут приносить Богине, питая ее силы. И когда-нибудь наступит миг, когда она порвет наши узы… Предaставь что станет с этим миром? Она, прикрывая их своим покровительством, направит в мир своих приспешниц. Его затопят реки крови…

- Но тариль смертная! Она в любом случае умрет, и возможно скоро?!

Старушка ответила печальным взглядом.

- Она выберет себе замену. Талл… Она не позволит исчезнуть свой физической оболочке. И твоя душа…

- О, нет, - ужаснулась я, сообразив раньше, чем услышала ответ. – Твоя душа переместится в новое тело. И так до бесконечности. У тебя нет выбора: или вечный марафон кровавых жизней тариль, или… всего одна смерть, и возвращение в своей мир!

- Я не смогу… - с чувством безнадежности осела на кровать.

До этого момента держаться помогало какое-то внутреннее убеждение, что выход из этого кошмара найдется. Но выход оказался тупиком!

- Да-а-а… - старушка досадливо поцокала языком, - неудачно ваша душа подвернулась. Но… придется исходить из того что есть. Я помогу!

- Обойдемся без убийства? – Я встрепенулась: надежда вспыхнула в душе.

- Увы… Предводителя маолхов ты уничтожить должна, считай что это та жертва, что спасет этот мир. Но я облегчу тебе задачу. Вот, держи.

И местное божество протянула мне крошечную емкость – маленький сосуд, оформленный в виде кулона на длинной цепочке. Внутри имелась какая-то вязкая темно-бурая жидкость.

- Что это? – отшатнулась я, уже предвидя ответ.

- Яд. И не яд одновременно…

- Так бывает?

- Да, если ты не способна взять на себя роль спасительницы мира, стань слепым орудием судьбы. Это… вещество не убивает. В смысле, если ты добавишь зелье в пищу маолха, он не погибнет в скоропостижных конвульсиях у тебя на глазах. Он всего лишь… станет послушным нашей воле. И тогда уже мы сами натолкнем его на мысль о смерти! И ты не при чем… Устраивает тебя такой вариант? Извини, но большего предложить не могу…

- А вы уверены, что он подчиниться… этому желанию?

Пусть наше «знакомство» оказалось недолгим, но у меня осталось впечатление, что в этом мужчине инстинкт самосохранения очень силен.

- Это уже не твоя забота! Определись со своим выбором? Что предпочтешь – существование в теле тариль и бесконечные убийства или…

И старушка тряхнула медальоном.

- Это, - осторожно переняв емкость, я сухо кивнула. Выбора и нет! – Но как я смогу добавить зелье в пищу варвара?

Признаться, я бы не хотела, чтобы наши пути пересеклись вновь. Но выбора не оставляют – как еще я смогу подлить ему эту… не ядовитую смерть?

- Хороший вопрос. Думаю, с ответом ты не поспоришь – пора тебе покинуть это место.

- О, да! Но я не представляю как? Эта цитадель кажется неприступной, я понятия не имею есть ли у них выход наружу. Если только… река?

Но, признаться, пловец из меня не ахти…

- Я помогу, - лилововолосая женщина едва ли не лучилась доброжелательностью, насторожив меня безмерно. – Как раз сейчас, пока все празднуют и надо бежать – позже хватятся.

- Ээ… Но там вокруг воины орды! Если честно, попасть им в плен - желания тоже нет.

И вообще, может можно отсрочить «судьбоносную» встречу со всеми вытекающими обязательствами.

«Надо бы найти еще кого-нибудь сведущего в вопросах перемещения душ и выслушать его точку зрения на мою ситуацию…» - Полагаться на единственное мнение я не привыкла. – «Мало ли, эта… дама пристрастна и использует меня втемную?..»

- Есть одна тропинка… через горы… Если пойдешь тем путем, сможешь миновать воинство маолхов.

Звучит как песня!

- Да, я предпочту этот вариант.

- Что ж, - старушка совсем не по возрасту резво спрыгнула с кровати и метнулась к стене. – Тогда прямо сейчас и пойдем?

- Прямо сейчас? – Я растерялась, спешно озираясь вокруг. Что же прихватить с собой?.. – Я с мыслями еще не собралась. Столько вопросов…

- Все потом, - отмахнулась старушка. – Время дорого! Больше шанса на побег может не подвернуться.

С этими словами вдавив в определенной последовательности три камня, она отодвинула часть стены, за которой обнаружился узкий проход. В него женщина и проскользнула.

«Твою же мать!» - В сердцах проклиная собственное «везение», подхватив на бегу какую-то еду и кажется кинжал, я рванула следом. Стена уже поскрипывала, подсказывая мне, что проход готов схлопнуться.

- А что тогда с зельем? Если варваров я миную, как мне добраться до нужного вам маолха? – Прошептала вопрос в темноту, двигаясь на ощупь и надеясь, что моя провожатая его расслышит.

Что-то не «клеется» во всей этой задумке… Но времени разобраться – не дают. Такая суматоха…

- Не сомневайся, едва до маолхов дойдет слух, что тариль покинула цитадель жестокосердных, они ринутся на поиски… Вопрос скорее в том, как долго ты сможешь избегать встречи с ним! Но как только поймают – так сразу используй зелье. Кстати, никто кроме тебя увидеть или почувствовать, а тем более снять, этот медальон не сможет!

Оказывается старушка-ураган стояла совсем рядом, поджидая меня.

- Но… - я поперхнулась, представив собственные перспективы: я не знающая мира и его порядков и тысячи местных воинов, устроившие на меня охоту совсем не из любви к ближнему! – Они меня уничтожат, едва найдя. Никаких шансов «пообедать» в обществе из предводителя не предвидится. А как еще мне подлить ему зелье?

- Возможность будет, об этом я позабочусь, - авторитетно прозвучало из темноты. – Главное ты свой шанс не упусти. Поспешим!

И схватив меня за руку, с невероятной скоростью потянула вперед. Я неслась на пределе сил, ежесекундно опасаясь врезаться лбом в какой-нибудь камень. Но в рекордные сроки, всего-то набив пару синяков и шишек, увидела забрезживший впереди свет – выход приближался.

- А как мне… - едва, вынырнув из неприметной расщелины, мы оказались при свете дня, попыталась я выяснить что-нибудь жизненно необходимое.

- Некогда! – Властно перебила меня старушка, указывая рукой в единственно возможном направлении – вперед, высокие стены ущелья не предполагали иного пути. – Поспеши, тут тебя легко поймать в ловушку, надо спуститься на равнину. А мне срочно пора в другое место. И не забывай, твоя цель – предводитель маолхов…

Последнее она прокричала, в буквальном смысле истаивая в воздухе!

«Твою же…» - я влипла в неприятности – факт.

Не представляя что делать, шагнула вперед – назад возвращаться желания тоже не возникало. Буду плыть по течению…

- Кстати, - напугав до икоты, старушка «материализовалась» в воздухе передо мной, - забыла предупредить. Ты использовала против маолха настойку подчинения. В нашем мире чтят равновесие. Поэтому при встрече он получит способность повелевать тобой сроком… скажем, на неделю. Ты не сможешь ни отказать, ни возразить ему, подчиняясь его воле.

«Что?!! Где справедливость?» - вопль не успел сорваться с моих губ, как старушенция подмигнула с самым зловредным видом.

- Разумеется, ему об этом мы не сообщим! Все, я ушла…

Скрепя зубами и по инерции пялясь на то место, где только что была эта несносная женщина, я мысленно выругалась. Как матрос! «Желание» повидаться с варваром совершенно испарилось.

«Я бы на его месте заставила себя камни жевать после всех этих пыток!»

На этом фоне даже отдаленная перспектива возвращения в прежнюю жизнь не так привлекала…

 

В следующий миг, но в другом месте

Воин устало присел к реке, почерпнув ладонями воду. Плеснул ее на лицо, смывая пот и кровь убитых им сегодня врагов. Последние сутки изменили его жизнь невероятным образом, и сейчас мужчина нуждался в одиночестве, чтобы обдумать неожиданный сюрприз.

Внезапно ощущение чужого присутствия заставило его вскочить на ноги. Именно в тот миг, когда рядом - на высоком валуне появилась прекрасная женщина с волосами лилового цвета, струящимися по плечам. Воин, едва осознал кто перед ним, склонился в поклоне.

- Великая Мать! – С почтением приветствовал он появление Богини равновесия и хранительницы мира. И тут же покаянно признался. – Я не смог выполнить ваше поручение. Стены цитадели высасывали из меня силы, не позволяя использовать собственную мощь.

- Я знаю, - ласково, всматриваясь в мужчину как в любимого сына, откликнулась прекрасная женщина в платье, словно сотканном из невесомых лучей радуги. – И не порицать тебя явилась. Наоборот! Я помогла тебе, сумев выманить физическое воплощение Талл из цитадели. Она направляется в долину по северному ущелью, если поспешишь – перехватишь ее по дороге. Помни: выполнишь свое обещание, уничтожив тариль жестокосердных, и избавишь наш прекрасный мир от жуткого культа Талл.

- Именно тариль? – С сосредоточенным видом переспросил воин.

- Да, только ее! И помни, что важно не просто убить ее, ты должен сделать это в водах Озера жизни.

- Конечно, - с небольшой заминкой кивнул мужчина, - я помню. Предстоит доставить ее туда.

- Не отправляйся к тариль сам, - посоветовала Богиня. – Отправь одного из тех, кому доверяешь. Она ожидает появления воинов и будет остерегаться. Поэтому встретить ее должен кто-то другой. Пусть он приведет ее к Озеру жизни – так проще.

Безмолвным поклоном воин ответил Богине. Когда поднял голову – прекрасная женщина исчезла.

 

Глава 5
«И есть же идиоты, что мечтают попасть в другой мир?»
Пыхтя от негодования, я споро шагала по дну ущелья, стремясь в неизвестность. Сказать, что страшно - не могу. Душу заполнило не страхом, а ужасом перед неизвестностью: как бы не оказалось что жестокосердные – это еще цветочки… Мало ли что за мир?
Но по мере продвижения (Безлюдного! Что немаловажно и крайне успокаивающе) взгляд то и дело убегал в сторону. То на яркое солнце полюбоваться, то за высокий шпиль горного хребта цеплялся, то на клочке сочной зелени замирал…
«Странно, что травы почти нет» - как-то мимоходом мелькнула мысль. – «А та, что есть – островками высоко…»
Под ногами наличествовал один камень. По бокам, сжимая меня в тиски узкого лаза, тоже. И это подсознательно беспокоило…
Вжик!
Стремительный свист-не свист заставил замереть в испуге. Зря, надо было драпать! Спустя секунду сверху накрыло сетью. Пока я в панике сообразила, что слышала звук стремительно летящей ловушки, ее дернули, крайне недружелюбно обрушив меня на землю. Не обращая внимания на боль от впившихся в тело острых обломков горной породы, попыталась хоть что-то рассмотреть сквозь мелкие ячейки сетки. Получилось плохо… Увидела что камень обсыпается сверху, сигнализируя о приближении… охотника.
- Рыба? – Огорошил меня угрюмый бас. Вдобавок - немилосердно пнули по ребрам, вынуждая перевернуться на спину.
«Почему рыба?» - всполошилась я. Мало мне встречи с недоброжелателем, так он еще и полоумный!
- Нет, - пискнула я, с трудом переводя дыхание. – Освободите меня!
- Говорящая рыба?! О-о… - судя по тону, у неизвестного басовитого субъекта запустился мыслительный процесс. И очевидно – это надолго.
Отчаянно ерзая и дрыгаясь, я попыталась ослабить путы.
- Не рыба я, а женщина! – Не обращая внимания на боль от царапин, я энергично дергалась, чувствуя что охотник не стянул сеть окончательно, замешкавшись.
- Какая же ты женщина, если в реке? – Угрюмо буркнули в ответ. При этом тяжелая рука опустилась поверх моих ног. Раз – и фиксирующий шнур стянули основательно, отрезая мне все пути к отступлению. – Думаешь, махнуть хвостом и уплыть? Не на того напала – я рыбак опытный, ваши трюки знаю. Заговорить себя не дам.
- Какая река? – В ярости от чувства бессилия взвыла я. – Нет тут воды! А значит, и рыбы нет. Отпустите!
- Сейчас нет, скоро будет, - как-то философски отозвался незнакомец. Я даже рассмотрела легкое движение плеч. Больше рассмотреть не получалось – громила стоял против солнца, не позволяя мне всмотреться в черты.
«О чем он?!»
- Но хвоста нет тоже! Это вы видите?
- Кто же своим глазам верит? – Судя по тону «тупой верзила» удивился.
- А чему тогда еще надо верить?! – Взревела я, понимая, что разговор идет черти о чем, а освобождать меня никто не спешит.
- Богам, конечно, - подобострастно проурчали в ответ. – А мне сегодня хороший улов обещан…
- Точно не тут! Здесь нет реки, а значит, нет рыбы! Развяжи меня немедленно, иначе…
Тут я замялась, справедливо озадачившись вопросом: а что я могу?
- Рыба, ты это… зубы мне не заговаривай! Подождем, оно видно будет, есть вода или нет. И есть ли в ней рыба или нет…
В последнем высказывании я усмотрела прямой намек на себя.
- И сколько ждать? – Обреченно смирилась я с тем, что сила не на моей стороне. Лежать на острых камнях под ярким солнцем в душном плену засаленных канатов – не верх моих мечтаний, но…
- Пока не надоест.
Я даже не нашлась с ответом на эту вопиющую глупость. Вот только пока подбирала слова, раздумывая как переубедить встречного идиота, мужчина развернулся и куда-то пошел.
- Хвороста соберу. Рыбка копченая завсегда вкуснее!
«Каннибал» - в пору падать в обморок, но я с удвоенной энергией попыталась освободиться. Даже вопреки чувству брезгливости сделала попытку перегрызть веревки. Не получалось!
Время шло, откуда-то потянуло дымком, небо высоко над головой принялось темнеть… И тут! Вдалеке раздался громоподобный шум. Мне понадобилось всего ничего времени, чтобы сообразить – это шумит вода. Огромной силы стихия, что мощным потоком несется ко мне по этому… руслу!
Ущелье было ни чем иным как дном горной реки. Почему вода в ней то исчезала, то появлялась я не думала, важнее было другое.
- А-а-а… - заголосила я, - спасите!
- Рыба, - свесившись с верхнего края острого выступа, надо мной зависла голова громилы. – Тебе молчать положено. Чего орешь?
- Вытащите меня отсюда!!! – Взорала я так, что все окрестные камни наверняка прониклись.

- Вытащите меня отсюда!!! – Взорала я так, что все окрестные камни наверняка прониклись.- Вода!!!

Увы, на мою беду повстречавшийся мне субъект не обладал и намеком на тонкую душевную организацию.

- Рыбе вода полезна, - авторитетно гаркнул он мне откуда-то сверху и… исчез из поля зрения. Следом донеслось. – Вот и проверим, рыба ты или нет. Если да – всплывешь…

«Инквизиция отдыхает…»

- Я погибну! Погибну! Клянусь всеми Богами, я не рыба! А женщина-а-а…

Кричу, уже охваченная лихорадочным страхом. Это же надо – пережить все ужасы цитадели и так нелепо… потонуть.

Легкий рывок и меня – о счастье – тянут наверх. Впрочем, не достаточно быстро, и хлесткий удар воды успевает накрыть с головой. К счастью, из водного плена меня извлекли достаточно быстро, всего-то и успела, что сделать пару глотков из нахлынувшего потока. От судорожных рывков (а нежданный встречный все же развязал узел в моих ногах, позволяя выбраться из сети) промокшая рубашка на груди распахивается. Это мой «обретенный» бюст не сумел удержаться в рамках приличий…

- И правда, не рыба.

Отплевываясь  от холодной воды, дрожа под ветром в промокшей насквозь одежде, я опешила от неожиданности – мужская ладонь совсем недвусмысленно подхватила одну мою грудь, изрядно ее потискав.

- Что за нагл…

От шока совершенно позабыла про текущие обстоятельства, обратившись к привычной модели поведения. Но того что меня вот так сходу, не дав и отдышаться, начнут лапать совершенно не ожидала.

- Надо пощупать, глазам верить не могу, - так же без проблеска эмоций пробубнил мой… «спаситель».

- А рукам, значит, верите? – Нервно запахивая на груди мокрую ткань и по возможности отодвигаясь назад, я принялась протирать слезящиеся глаза. Хотелось уже всмотреться в лицо этого… наглеца.

- Рукам всякий верит, - нравоучительно поведали мне. – Глаза другое дело: морок или иллюзию навести дело нехитрое. А уж рыбам…

«Что ж за рыбы у них тут?!»

Взгляд наконец-то прояснился, позволив мне рассмотреть безобразный облик мужчины напротив. Огромный мускулистый гигант в довольно неопрятной одежде: широкие плотные штаны, собранные за голяшки высоких поношенных сапог, все были в пятнах свежей грязи, а засаленная рубаха топорщилась пузырями из-за пояса брюк.

Но поразило другое! Покрытое струпьями и обезображивающими следами от давних язв лицо. Даже беспорядочные, наполовину скрывшие «щербатое» лицо сальные волосы, не способны были скрыть от меня ужасающую внешность незнакомца. Невольно вздрогнув, я не без чувства тревоги поежилась – не заразен ли этот… прокаженный?

«Он ведь явно чем-то переболел. Или болеет?..»

- Не нравлюсь, - беззаботно тряхнул обросшей шевелюрой мужик и накинул на голову капюшон. Тени от него легли на лицо, слегка смягчая ужасающий вид. Но общее впечатление незнакомец производил… отталкивающее. Встреть его на улице, побрезговала бы соприкоснуться, а то и вовсе поспешила бы убежать. – Ну, точно не рыба. Тем все одно.

- П-простите, - сообразив, что веду себя недостойно благодарной спасенной, отвела взгляд. Ветер ощущался пронизывающим, заставляя немногим не стучать зубами.

- Куда направлялась таким странным маршрутом?

- Иду… - тут я замялась, не представляя как можно ответить, не продемонстрировав свое абсолютное незнание.

- Так приключений себе искать на свою голову, - хохотнул незнакомец. – По всем направлениям воины рыщут. Ищут кого-то. Не лучшее время одиноко бродить женщине по окрестностям цитадели жестокосердных.

- В-воины?!

Я закономерно напряглась в душе, заподозрив, что по мою душу эта суета.

- Они. Говорят, предводитель воинства их направил. Может сбежала из пленниц кто?

- Ой!

В панике всплеснув руками, поняла что «оттянуть» встречу с маолхом не удастся: куда я сбегу, не зная мира.

- Ты вот накинь, - с этими словами мужчина швырнул мне валявшийся неподалеку плащ. – И теплее в нем, да и никто не сунется.

Почему вопроса не возникло. Плащ был не просто под стать своему владельцу. Он превосходил его раз в десять своим жутким видом. Какой-то затхлый, местами покрытый плесенью и блестящий от корки сала он выглядел старым и пыльным. Вертя плащ в руках, боролась с чувством гадливости, размышляя как поступить.

- Едет кто-то из них, - поворошив тонким прутиком хилый костерок, мотнул головой в сторону за моей спиной, буркнул верзила.

Плащ мгновенно оказался на мне. Еще и капюшон по примеру своего спутника надвинула. И замерла, боясь разоблачения – звук приближающегося топота сейчас расслышала и сама.

- Эй, вы двое! – Раздался резкий окрик позади. – Тариль жестокосердных не проходила?

Сердце в душе замерло.

- Нет, - мотнул головой мой спаситель.

А для меня наступила минута истины: отзовусь сейчас, получу шанс встретить пленного маолха, выполнить наказ Богини и… оказаться дома.

«Если то был не обман!»

Сомнения в правдивости слов лиловолосой старушки заставили неподвижно сидеть на месте – пока ее слова не очень то и оправдываются. А попасться орде в теле тариль… брр…обожду.

- А второй?

И мне в бок влетел небольшой камешек. Подойти и коснуться, привлекая внимание, воин не решился. С перепугу я отреагировала неподвижностью, судорожно соображая что сделать.

- Дурной он совсем, - махнул в мою сторону рыбак и…  откинул капюшон. – Мало чего осознает, прибило его волной о камни совсем мальцом.

Судя по стуку копыт (ну или что там было у местного ездового зверя) всадник подался назад. Надо понимать внешний вид прокаженного его тоже впечатлил.

- Ясно. Увидите тариль – сообщите. За нее огромное вознаграждение предводитель обещал.

Воодушевив нашу жадность новостью (как, несомненно, полагал воин) он ускакал. Ссутулившись, я поникла: сейчас даже этот «не умник» догадается. И страшно стало: вряд ли варвар так меня ищет, чтобы поблагодарить за спасение после недели пыток…

- Ты – тариль? Да быть такого не может, - подтверждая мои опасения, вслух принялся рассуждать мой спаситель.

- Нет, я не тариль, - голос вышел ни к черту, но в моем положении странно, что я еще вообще говорю.

«Я действительно не тариль! К вопросу о том, что важнее тело или душа»

- А кто ты?

Ну, прямо мысли читает!

- Я… из цитадели. Сбежала.

А что еще скажешь? Не знаю, какие женщины у маолхов, но внешне я копия садисток из крепости. Увы.

- Повезло тебе, - сверля пристальным взглядом, медленно промямлил рыбак. – Вырвалась на свободу. Хотя какая свобода в жизни? Что ж, пойдем?

И добро поднявшись, мужчина принялся топтать костер. Даже шанса обогреться мне не оставил. А тело закоченело во влажной насквозь одежде.

- Куда? – Настороженно переспросила я. – Идти?

Стоит ли полагаться на так неожиданно встреченного незнакомца. Да еще такого… странного.

- Греться.

Это он правильно буркнул – в самую точку попал. Ни на что другое я бы сейчас не повелась. За возможность отогреться я на все соглашусь. А потом и посмотрю что делать. Незнакомец же, не проявив и толики интереса к моей реакции, не оборачиваясь, двинулся дальше. Напуганная перспективой остаться в одиночестве, я, спотыкаясь и с трудом двигаясь, побрела за ним.

Спускались мы с довольно крутого края горы, стремясь к равнине у подножия. Оказывается я не дошла совсем немного: еще пара часов ходьбы и я бы выбралась из ущелья. И наверняка успела бы до воды!

«А там… А там воины. И варвар!» - вспомнив о том что равнинная территория вокруг цитадели наводнена ордой, я осознала что встретить знающего попутчика – это не так плохо. – «А кто онэтот неожиданный попутчик?»

С чего в таком странном месте бродит этот… прокаженный? Задумавшись, не заметила солидного валуна и упала, зацепившись ногой за камень. Мужчина впереди не обернулся. Превозмогая боль и давясь слезами, я вынужденно встала и побрела дальше. К горе примыкал лес, именно к нему и стремился мой провожатый.

От неимоверных усилий я согрелась. К тому же плащ он не отобрал – я так и не сняла грязный капюшон с головы.

Достигнув леса, мой пленитель, не сбавляя скорости, двинулся в глубь древесных зарослей. Я старательно переставляла ноги, придерживая руками полы грязного бреющего на ветру плаща, и спешила за ним. Робкая мысль направиться своим путем покинула меня еще в процессе спуска. Бросив взгляд по сторонам, я заметила два больших отряда воинов у самого предгорья. Они, буквально на наших глазах рассредоточившись по парам, принялись прочесывать территорию. Еще больше воинов виднелось в отдалении – они буквально наводнили долину. И пусть они были ни чета моему недавнему пленнику, но все маолхи явно были тренированными и вооруженными противниками. Истинная тариль возможно и могла бы оказать им достойное сопротивление, но не я…

«По мою душу» - я не сомневалась.

А от того уцепилась за единственный пока для меня шанс избежать встречи с предводителем маолхов. Уж слишком все к ней «располагает» - и местная богиня всеми силами сориентировала меня на этот шаг, да и сам колдун, очевидно, жаждет меня выловить.

«Еще и подчиняться ему во всем буду» - вспомнилась мне крошечная «ремарка» лиловолосого божества. – «Меня словно заготовили на роль жертвенного агнца»

Предпочитая прежде сориентироваться в ситуации в мире, я отчаянно старалась не отстать от стремительного незнакомца. А еще переживала как бы меня не выдало одеяние… Впрочем после вынужденного купания оно выглядело плачевно, да я еще старательно заворачивалась в безразмерный плащ.

На подступе к лесу воины решили нас перехватить, но подъехав ближе и рассмотрев… опасливо остановились. Мужчина еще и обернулся к ним, демонстрируя изувеченное болезнью лицо и низко поклонился, выражая почтение. Я поспешила повторить его маневр с поклоном, прогибаясь еще ниже.

В итоге, вплотную к нам они, как и первый воин, не приблизились. Зато я смогла рассмотреть существ, на которых они восседали. Это были крупные ящеры!

Лес, узким клином врезавшийся в скалу, расходился от нее широким полукругом, образуя где-то дальше большой массив диких зарослей. Но вопреки моим надеждам и там мы несколько раз натыкались на «патрули». К счастью, их реакция была неизменна – нас сторонились. Игнорируя ушибы и царапины, я продиралась за незнакомцем, который, казалось, вовсе забыл о моем существовании.

Быстро я подметила, что мы двигаемся параллельно руслу небольшой речки. По моим подсчетам шли мы часов пять, и когда день явно пошел на убыль, я почувствовала, что воздух стал более влажным. Еще через полчаса послышался и характерный шум.

«Рядом море!»

Лес оборвался внезапно, выпустив нас на пологий, каменистый берег. Широкая, продуваемая всеми ветрами, полоса каменной породы со скудной растительностью. Присмотревшись, в подступающих сумерках я заметила впереди силуэты каких-то строений. Неказистые домики, сложенные из крупных, плохо отесанных камней с кривоватыми и потемневшими от непогоды деревянными крышами.

«Хижины» - вынесло мое сознание вердикт, оперируя понятиями цивилизованного человека о жизненном комфорте.

К самому крайнему, стоящему на большом отдалении от прочих, строению и стремился мой спутник.  Приблизившись к двери, что больше напоминала дощатый щит, остановился, задумчиво уставившись на море и заходящее солнце. Он монументальной громадой возвышался на фоне заката. Ветер, что хлестал меня, словно подгоняя, его словно не беспокоил.

С чувством облегчения, ощущая измождение в преддверии скорого отдыха, я добрела до двери. Стоило ухватиться за ручку с отчаянным желанием оказаться уже в тепле, как меня задержали.  Мужская рука, ощутимо давя, опустилась поверх моей ладони, мешая мне распахнуть дверь.

– Я не припомню, чтобы приглашал тебя?

Я споткнулась. Действительно не приглашал, но для меня это было чем-то само собой разумеющимся…

- Вы что оставите женщину на ночь глядя одну на улице?

Глупая фраза – в этом мире свои порядки и возможно про галантность отродясь не слышали. У меня же сработал рефлекс собаки Павлова.

- Мне лишний рот и проблемы не нужны. Откуда я знаю кто ты!

А я вдруг сообразила, о чем он! Воздев очи к темнеющему небу, поспешила заверить мужчину:

- Вы же выяснили что я не рыба! Вы же это проверили… досконально!

В душе вспыхнуло возмущение.

- Ты одна из тех, кто обитает в цитадели, - снисходительно пояснили мне. – Какая мне выгода укрывать ту, что так ищут?

Опешив вылупилась на собеседника: так он понял, что ищут меня?!

- Отчего же не выдали меня воинам?

В подступившей темноте при тусклом свете ночного светила рассмотреть выражение лица незнакомца не представлялось возможным. К тому же гул ветра заставлял меня с большим вниманием вслушиваться, нежели всматриваться.

- Я рассудил, что раз ты сбежала от них, не совсем безнадежна. Но задаром я кормить тебя не стану, жизнь и так не легка.

Покосившись на его «жилище» с последним не могла поспорить. Но в моем положении излишняя разборчивость чревата огромными проблемами!

- Готова помогать вам по хозяйству! – Решительно выпалила я, отчаянно стремясь к одному – оказаться в тепле. Пусть в его понимании ведение хозяйства наверняка подразумевает не совсем то, что в моем. Но сейчас я готова подписаться под чем угодно!

- Все это время я и сам прекрасно справлялся. К чему мне обуза сейчас?

А я растерялась: в самом деле, вряд ли от меня будет много толка в таком «средневековом» быте. И даже рвение, которое я готова проявить, осваивая тонкости местного хозяйствования с его точки зрения не оправдывают затраты на мое пропитание.

«Может он попрошайка? И живет только от милостыни окружающих?» - А жители этого мира не произвели на меня впечатление милосердных особ.

- В чем же может быть ваша выгода?

К счастью, голос не выдал душевного трепета. Я отчаянно боялась услышать очень… нежелательный ответ.

- Не соглашаются бабы ко мне в гости заглядывать. А ты… фигуристая, подходящая!

Худшие опасения подтвердились. Сейчас я как раз ощутила себя рыбой: могла только беззвучно открывать рот, не в силах озвучить достойный ответ.

«Он мне спать с ним в обмен на еду предлагает?!»

- Чтобы с тобой так же обошлись в тяжелый момент! – От всего сердца пожелала я. Сказала от обиды, резко развернувшись и шагнув в сторону: во мне слишком сильны еще старые привычки. Себя ломать трудно – устоявшиеся принципы в один миг не изживаются.

- Справа дорога, - абсолютно спокойно раздалось мне в спину. Следом хлопнула дверь.

С этим хлопком с меня слетела вся бравада, на которой я с гордо вздернутым подбородком, забыв про холод, пронеслась метров десять. Но стоило единственному зрителю, которому предназначалось мое искреннее негодование, исчезнуть с горизонта, как разом навалилась накопившаяся за день усталость и страх о будущем.

Ветер продолжал безжалостно терзать мою одежду, выстужал все тепло моего тела и трепал волосы. Ощутимо хотелось кушать и спать. Чувствуя себя как никогда одинокой и несчастной, я поплелась в сторону указанной мне дороги.

«Если есть дорога, она куда-то ведет?» - Из последних сил рассудила я. – «Может быть туда, где живут? Где есть тепло и еда?»

Впрочем, теперь я знала, что мне нечем заплатить за все это. Кроме своего тела, как мне намекнул этот… прокаженный. Счастливее от этого знания я не стала.

«Хочу домой! В свои шестьдесят с хвостиком, к детям и внукам! Накой ляд мне все эти заморочки с новой жизнью!»

Переживая о несправедливой судьбе (почему-то представляя себя попаданкой, все думают что попадут на готовенькое!) я обреченно брела в темноте. Плотнее обернувшись полами огромного плаща, благодарила судьбу за то, что хотя бы его у меня не изъяли…

Оказалось, что каменистая почва была только в прибрежной части. Именно там, где стояли лачуги, в одной из которых скрылся мужчина. Дальше же шла более мягкая почва, даже не видя ее я почувствовала – ступать стало легче. Нырнув в небольшую рощу, едва ли не наощупь стала пробираться вперед. В блеклом свете ночи я заметила ленту грунтовой дороги. Она прекрасно распознавалась даже ночью. Именно это меня и насторожило.

«Я там буду как бельмо на глазу»

Рассудив так, устало привалилась к стволу дерева, наблюдая за дорогой и борясь со сном. Не прошло и четверти часа как передо мной промчались двое всадников – их «рысаки» странно зафыркали, поравнявшись со мной. Но не остановились. Это навело меня на мысль что найти кого-то можно и по запаху!

«Впрочем, вонь от этого плаща неминуемо перебивает мой собственный запах»

Но напуганная возможностью, я отступила глубже, удалившись на максимальное расстояние, откуда мне было видно дорогу. И затаилась, выжидая. Худшие подозрения подтвердись: за тот час, что я мерзла на ветру, мимо пронеслись еще два патруля!

А ведь дальше – сплошная равнина, я видела это, спускаясь с горы. И укрыться будет негде. Меня поймают очень быстро, пока это не случилось по причине темноты и наличия этих зарослей. Соответствуя моему внутреннему настрою, погода тоже решила отличиться. Мало мне было ветра, внезапно хлынул дождь, уже второй раз за сегодняшний день окатывая ледяной водой!

«Или смиряюсь с неизбежным – уже завтра меня доставят к этому предводителю маолхов, - я невольно коснулась ладонью висящего на груди медальона-футляра. – «Или иду на поклон к… прокаженному»

Не знаю какой силой духа обладала истинная тариль, но я тяну только на роль жертвы. И на подвиги решиться не смогу.

«И тело, в конце концов, не мое…» - Мысленно убеждала я себя, уже обреченно бредя назад. – «Да мне вообще не важно, что с ним будет! Душу бы спасти… И домой вернуться»

Путь назад показался нескончаемым. Я так устала и заледенела, что падая во тьме, каждый раз думала, что уже не поднимусь. Добрела только из вредности – собственная язвительная сущность мысленно вопила что-то о старой кляче, которую надобно пристрелить. Опять же в голове роились мысли о злобной мести. Этот прокаженный еще пожалеет, что припер меня к стенке. Он и не представляет, что «женщина под боком» может не только скрасить существование… Уж с моим-то опытом замужней жизни.

Царапаясь в дверь убогой лачуги, сама не могла понять слезы или капли дождя струятся по лицу?..

Дверь открылась почти сразу. На меня пахнуло теплом, а где-то позади гигантской, заслонившей весь дверной проем мужской фигуры, жарко потрескивал огонь.

- Я согласна! – Стуча зубами, признала я свое поражение, мечтая лишь о мгновении, когда протяну к пламени оледеневшие руки.

Прокаженный молча посторонился, позволяя мне войти.

Протиснувшись в узкую дверь, заледевшим от сырости и ветра телом мгновенно почувствовала клубящееся в жилище тепло. Площадь этого «домика» была  ничтожной – всего семь-восемь квадратных метров, единое пространство лишенное хоть каких-то стен. Вопреки моим ожиданиям, не было сквозняка – непогода снаружи вообще никак не ощущалась внутри хижины. Прямо напротив входа в очаге пылал жаркий огонь, у боковой стены виднелась грубая потемневшая от времени кровать с давно знавшим лучшие годы тюфяком, напротив него высился громоздкий сундук с привалившимся к нему мешком.

Рядом с очагом, стояла высокая бочка с водой. Бросив на нее недоуменный взгляд, я робко двинулась к огню. Но мужчина ни единым движением не воспротивился этому маневру, и я с блаженным чувством спасения рухнула на колени возле закопченного очага. Незнакомец молчал, я слышала шорох каких-то движений позади, понимая, что он занят своими делами. Но оглянуться не решалась, оттягивая миг «расплаты».

«Даст же он мне возможность отогреться» - холод отступал медленно, меня трясло крупной дрожью.

И действительно, прокаженный не спешил с домогательствами, вопреки заявлению о долгом одиночестве. Он тоже молчал, не делая никаких попыток приблизиться ко мне, выжидая. Воздух словно сгустился вокруг меня, казалось еще миг и он заискрится от переполнявшего меня напряжения.

«Это не мое тело, и точка!» - Окончательно решила я в этот миг. – «И я им пожертвую ради возвращения домой души»

Осознав, что вновь ощущаю собственные члены, не желая больше мучиться в неведении, я решительно встала. Слегка покачнувшись на подрагивающих от усталости ногах, на миг замерла и скинула на пол плащ. Усталость накрыла гранитной плитой, грозя «отключить» меня в любой миг.

«Отмучаюсь сразу!»

Вслед за плащом стянула одежду. Взгляд безразлично уперся в стену напротив, благо помещение, освещаемое лишь огнем из очага, было погружено в потемки. Когда поверхности кожи коснулся ветерок, я поняла что разделась. О том, как белокожее обнаженное женское тело выглядит в свете огня, не думала. Усталость сковывала не только тело, но и сознание… Она притупила все чувства, реакции и мысли.

«Может быть меньшим злом станет попасться в лапы варвара?» - Мелькнул в голове вялый вопрос.

Но отчего-то мне отчаянно не хотелось повторной встречи с предводителем маолхов. Поразительный факт: инстинкты едва ли не «вставали дыбом» при мысли о таком исходе… Так что я предпочла выбрать меньшее зло!

С чувством невыразимой усталости и безразличия ко всему происходящему (только бы из тепла не выгнали!) в гробовой тишине сделала пару шагов и опустилась на кровать. Не думая о том насколько грациозны движения, откровенна поза и безыскусно предложение устроилась на спине и чуть раздвинула ноги. Пышный бюст непривычной тяжестью обмяк на груди, взгляд устремился вверх к темной поверхности потолка. Я даже не страшилась перспективы заразиться болезнью, что изувечила внешность прокаженного. Безразличие стало абсолютным! Я титаническими усилиями удерживала сознание от провала в долгий восстановительный сон.

- Пользуйтесь!

Единственное что буркнула  вслух, адресуя посыл хозяину хижины.

И затаилась в душе в мучительном ожидании: проклятое попаданство!

Для такого крупного мужчины, прокаженный двигался очень ловко и стремительно. Словно тень мелькнула – и он склонился надо мной. В потемках разобрать выражения лица было нереально, да я и не стремилась, наоборот мысленно благодаря эту тьму. К чему усугублять свои страдания, наблюдая на лице мужчины животную похоть?

Он молчал. Какое-то время просто рассматривал меня, не предпринимая никаких действий. Потом с шумным вздохом склонился ниже, заслонив от меня отблески света. Почувствовав жаркое дыхание мужчины на своих плечах, инстинктивно зажмурилась. И затаилась, приготовившись…

Его пальцы коснулись щеки. Как-то неловко прижавшись к ней, на мгновение замерли в задумчивой паузе, прежде чем двинуться ниже – к моей шее. И тут, словно осознав реальность собственных ощущений, издал рык нетерпения. Я зажмурилась сильнее, опасаясь дальнейшего.

- Белая кожа, аккуратные розовые соски… Все именно так, как я себе представлял, - удивительно, но голос незнакомца прозвучал… иронично. – И я, несомненно, воспользуюсь… разрешением.

Даже в состоянии вязкой полудремы и неописуемой усталости в интонациях его ответа мне почудилась угроза. Но вдуматься в ее причины я была не в состоянии.

Жадные прикосновения мужчины к моему телу усилились. Он приник вплотную, соприкоснувшись щекой с моей скулой, опалив дыханием шею, опускаясь к груди. Его тело подрагивало от сдерживаемого нетерпения – мне знакомо это состояние партнера. Руки с усилием накрыли грудь, прокаженный с жадным вниманием изучал мое тело.

Но вот парадокс! Меня его действия нисколько не волновали. Во-о-обще! Словно  и не чувствовала я больших мужских ладоней, ощупывающих в данный момент мою талию…

«Эти жестокосердные еще и фригидны?» - В моем положении этот факт был слабым облегчением, но я удивилась. – «Или же, чтобы вызвать отклик у женщины, мужчина должен ей нравиться»

Но в чем бы не была причина моей сонливой «безмятежности», сейчас я только рада такому развитию событий. Более того, ощутив давление навалившегося сверху тела… окончательно обмякла в нестерпимо желанный сон.

И что хотите - думайте, но чтобы понять меня надо оказаться в чужом мире и выдержать несколько напряженных дней. Момент, когда все ресурсы сознания иссякнут, наступит. Как и у меня!

Я уснула… Вернее провалилась в провал сплошной тьмы, где нет даже сновидений. 

Глава 6

Просыпалась с трудом, словно вырываясь из вязкой удушающей дремы. Ощущения легкости, присущее отдохнувшему организму, и близко не ночевало. Даже когда удалось открыть глаза, чувство непонятного давления не исчезло. В темноте помещения я не сразу сообразила, что причина в тяжелом теле, что основательно придавило меня. Заерзав спросонок, не сразу вспомнила, что сплю не в своей любимой квартире, и совсем не раскормленная туша старого кота притиснула сверху…

-  Беспокойно спишь ты, нерыба! – Заставив резко вспомнить все попаданские злоключения, голос мужчины прозвучал насмешливо. – Пока пользы от тебя мне нет. Вставай!

Слегка отстранившись – а ширина кровати большего не допускала – позволил мне привстать на корточки и осторожно перемахнуть через тело прокаженного. Огонь в камине давно погас, лишив малейшего шанса рассмотреть что творится вокруг. Темнота казалась зловещей и холодной.

Зябко поежившись, я вспомнила о плаще: не спросить ли?.. Но тут же мысль перескочила на другое – а что было ночью?

- Отчего же нет? – Надеясь вызнать случилось ли «страшное», осторожно возразила в ответ. На удивление сама ничего вспомнить не могла.

Раздавшийся шорох подсказал мне, что мужчина поднялся следом. Шагнув вперед, задел меня плечом. И я поняла, что он двинулся к очагу. Ровное дыхание хозяина домика, шорох веток, непонятный скрежет – и вот посреди тьмы вспыхнула яркая искорка огня. Почти тут из нее разгорелся язычок огня, и занялся сложенным горкой поверх золы деревом.

- Помалкивай! Ты не в цитадели, командовать некем.

Встав, мужчина в какой уже раз поразил меня шириной плеч и исполинским ростом. Когда он обернулся, темнота укрыла от меня его взгляд – в свете разгорающегося огня виден был только силуэт.

- Ты мне сгодишься, если будешь делать свою часть работы. Лишний рот не нужен – можешь хоть сейчас идти, далеко не уйдешь.

- Почему? – По привычке с вызовом буркнула в ответ.

- Ты – тариль белокожих! Тебя ищут повсюду… Награда обещана несметная. Любой встречный потащит тебя к предводителю маолхов. А уж колдун по капле вытянет твою жизнь в отместку за жизни, отобранные у его воинов.

Так и знала!

- А что тебе награда не нужна?

«Наиграется и вышвырнет» - всякий так поступит в таких обстоятельствах. – «Стоило ли сбегать из цитадели?..»

- Что мне с тех монет? – Грубо хохотнул гигант. – Они вернут мне прежний облик? Потерянные годы? Нет. Такие как я и с деньгами обречены быть изгоями.

- Значит, не выдашь меня?

- Как стараться будешь! – Фыркнул он. – Пока толку с тебя нет. Заслужишь свой кусок хлеба – живи, нет – убирайся.

- Что я должна делать?

- Все, что прикажу я.

Так бы и топнуть ногой, да послать его… лесом, полем, огородом! Ярость и обида жгли изнутри, да жизненный опыт не дал им прорваться.

«Попробую остаться, там посмотрим. Надо хоть что-то о мире этом понять. Платить за грехи прежней владелицы тела не желаю! А веры той лиловолосой – нет. Своим умом обживаться надо и дорогу домой искать»

- Болезнь твоя заразна?

- Теперь уже нет, - ответил он спокойно, словно ожидал, что я спрошу.

- Хорошо, - я согласилась с условиями.

Мужчина – голова, женщина – шея. Пусть вариант немного иной, но суть одна – что если свыкнется со мной, может и что полезное выйдет. Вторая, ни вторая, а жизнь. И как прожить ее – мне решать. А не каким-то сомнительным божествам.

«Отдамся в рабство. Днем – прислуга, ночью – послушное тело под боком» - иллюзий не было. Но мне остается ждать удобного шанса изменить что-то к лучшему, узнав о новом мире.

Прокаженный вновь присел к огню, вороша горящую древесину металлическими щипцами. А я, опомнившись, принялась шарить по полу в поисках скинутой вчера одежды. В чужом теле нагота воспринимается как-то опосредованно…

- Не стоит, - неожиданно обратился ко мне хозяин домика, встав, он прихватил из камина камень. Шагнув в сторону еще вчера замеченного мной чана с водой, кинул в воду. – … одеваться. Помойся.

Не глядя на меня качнул подбородком на воду, что зашипела от соприкосновения с раскаленным камнем. Под моим оторопелым взглядом (ожидала всего на свете, но не прозвучавшего предложения) невозмутимо повторил манипуляцию с камнями еще семь раз, после чего отставил щипцы в угол и сухи бросил:

- Схожу за рыбой, используй время с толком. Мыло под кроватью.

По пути сдернув с неприметного крючка рубаху и плащ, вышел на улицу. На миг распахнутая дверь принесла всплеск дневного света и запах соленой морской воды. Но о происходящем снаружи я не думала, устремившись к кровати. Рухнув на колени, пошарила под ней рукой и нащупала небольшой ларь. Мало обнаружилось сразу. Оно, да стопка одежды – вот и все содержимое сундучка.

Отложив одежду, вооружившись мылом, осторожно забралась в воду. Она ощущалась вполне приятной температуры, а камни на дне не обжигали, как я поначалу опасалась. Не зная сколько мне отведено времени, отбросив в сторону все страхи, принялась деловито мыться. Купаться на одну воду было непривычно моему сознанию, но и за эту возможность была благодарна судьбе.

«Не зверь!» - пока решила я на счет незнакомца. – «И ночью поспать дал, и сейчас – отмыться после вчерашних побегов и заплывов»

Выбравшись из воды и отжав волосы, какое-то время потопталась у огня. Но нервное ожидание – хозяин хижины может вернуться в любой момент – не позволяли в полной мере расслабиться. Едва обсохнув, стала натягивать одежду. Влажные волосы скрутила узлом на затылке. Вычурная одежда жестокосердных казалась неуместной, но другой не было.

Дрова в очаге почти прогорели, поэтому двинулась к выходу – стоит осмотреться вокруг. Поразмыслив, прихватила вчерашний замызганный плащ – вдруг маолхи все еще рыщут рядом?

При свете дня мир смотрелся гораздо дружелюбнее. Исчезло сумеречное ощущение угрозы и мрачной неприступности. Узкая полоска каменистого берега, на которой стоит хижина, с одной стороны омыта бесконечно большим и прекрасным морем, с другой – за пролеском – виднеется дорога, уходящая вдаль. В этом направлении я смотрела с особым вниманием, сразу подметив и горящие в дали костры и двух всадников на горизонте: ищут!

- Чем меньше будешь озираться по сторонам, тем меньше на тебя подумают, - голос незаметно подошедшего мужчины заставил подпрыгнуть от неожиданности. Тут же стремительно оглянулась, чтобы натолкнуться на суровый взгляд прокаженного. Всего на миг наши глаза встретились, поразив меня выражением его глаз. Спокойным! – И одежду смени. Твоя приметная и для дела не годится.

Пока я мысленно решала как сообщить что сменной одежды у меня нет, поразивший меня красотой серых глаз прокаженный качнул головой в направлении распахнутой двери:

- В сундуке возьми.

Я безропотно двинулась внутрь, размышляя о том, что до изуродовавшей его кожу болезни мужчина был вполне себе пригож – широк в плечах и довольно симпатичен. Натянув простые полотняные мужские штаны и рубашку, вынужденно продела в шлейки бечеву – иначе они бы свалились.

Когда снова вышла из хижины, увидела четкий силуэт ее хозяина на берегу. Водрузив на камни две большие корзины, он что-то мыл в воде. Посмотрев в направлении увиденных мною вчера домов, что виднелись в отдалении, споткнулась.

«Да они необитаемы! И вовсе и не дома это…»

Странные строения скорее походили на старые сараи, возможно, какие-то рыбацкие постройки для хранения  инвентаря, или чтобы переждать непогоду? Во вчерашнюю бурю они смотрелись зловеще, при свете дня же… нелепо.

- Тут больше никто не живет? – Приблизившись к мужчине, решилась я на осторожный вопрос.

Он без вчерашнего плаща, в линялой и мокрой, с закатанными по локоть рукавами рубахе и  кожаных брюках чистил… рыбу. На миг я даже замерла, поразившись ощущению спокойствия и уверенной деловитости, что исходила от него. Пусть этот загадочный рыбак-отшельник и непонятен мне, но внушает какую-то подспудную симпатию.

Тут взгляд скользнул по изъеденным язвами коже рук и… сработал инстинктивный рефлекс – меня брезгливо передернуло. К счастью, прокаженный не видел это движение. А я запоздало напомнила себе, что не могу оставаться излишне «взыскательной».

«Мне еще с ним спать!» - Мысль не давала покоя.

- Помочь? – Пересилив себя, обратилась к мужчине. Я четко усвоила, что свой кусок хлеба придется отрабатывать. И я только порадуюсь, если все сведется к хозяйственной помощи. Не оглядываясь, мужчина протянул мне нож и махнул рукой на корзину. В одной все еще подергивались большие рыбины.  

Огромным тесаком, ловко вспарывая им брюшину и отсекая голову, рыбак скидывал всю требуху прямо в воду. Готовая к приготовлению рыба попадала во вторую корзину. Зрелище вовсе не вызвало у меня отвращения – рыбу я любила всегда. Первый супруг был любителем этого дела и всегда возвращался с рыбалки с «добычей». Поэтому уверенно подхватив острый нож, я за жабры выдернула из копошащейся массы рыбину покрупнее, и, пристроив ее на гладком камне у самой воды, принялась чистить.

Пусть и чужое тело, но подчиняясь моему сознанию, довольно ловко справлялось с поставленной задачей. К тому же собственный скулящий желудок стал мне подспорьем, я мыслями унеслась в воспоминания о том как вкусна жареная треска с яйцом и зеленым луком…

- А как мне вас звать? – Вынырнув из мыслей, успела поймать на себе острый изучающий взгляд незнакомца. – Я вот…

- Забывшая! – Перебил он меня. И я не сразу сообразила, что он обо мне говорит. – Ты - Забывшая.

«Опять он за свое?! Ну хоть не рыба»

- Хорошо, пусть так, - да хоть горшком называй! – Но как мне вас называть?

Незнакомец замер, размышляя.

- Меня так давно не называли по имени… Я стал лишь тенью себя прошлого. И имя уже не мое. Да, называй меня Тень!

«Только бы не чокнутый!» - Я не переставала изумляться, почему продолжаю оставаться рядом с ним вместо того, чтобы следовать инструкциям лилововолосой старушки.

Больше я с вопросами не приставала. Когда с рыбой было покончено, мужчина принес из рощи древесину и развел костер.

- Мы закоптим всю рыбу? – Кушать хотелось отчаянно.

- Да, часть отнесу воинам, обменяв на припасы, часть возьмем в дорогу мы.

- В дорогу? – Я насторожилась. Невозмутимость собеседника отчаянно нервировала мою нетерпеливую натуру.

- Да.

Ну что за мужчина! Я по привычке из прежней жизни фыркнула. Он обернулся и всего лишь на мгновение поднял на меня взгляд. Но проняло меня основательно: мужчина из разряда «как я сказал, так и будет». И пусть я не в том положении, чтобы спорить, но… мой типаж! А значит…

Все вдруг встало на свои места.

«Да что я, в самом деле, так расстроилась? Мужиком обзавелась! Опорой и поддержкой в возможно враждебном мире. А что до внешности? Фи… Настоящий мужчина должен быть могуч, вонюч и волосат. «Мой» близок к эталону. И что я «молодка» какая, трудностей в сожительстве пугаться?! Еще вопрос кому сейчас надо волноваться?! Против хорошей женщины еще мало какой мужчина устоял!»

Приободрившись, оглянулась вокруг. Солнце сразу засветило как-то теплее, а птицы в роще у дороги запели как-то музыкальнее. И даже угрюмый великан показался как-то более милов…

«Нет! Зачем себе врать?! Страшен…» - Собрав волю в кулак, признала истину. Но оптимизм не унимался. - «Выдюжу!»

И я очаровательно улыбнулась спутнику, вспомнив о клыках лишь когда он слегка попятился назад.

- Значит, отправимся в дорогу, - тут же прикрыв рот, с максимальной жизнерадостностью вопросила я, всеми силами стараясь выглядеть кроткой и заинтересованной перспективой путешествия. – Ээ.. и куда?

- Не отправимся, а поплывем, - глухо буркнул мне в ответ необщительный сожитель. – Сейчас на островах самый лов, туда и направимся пропитание добывать.

- Тогда я с припасами помогу! – Решила я, что вернее уже самой что-нибудь рыбное сварганить, чем ожидать пока накормят. Так и с голоду помереть можно. – Котелок имеется?

Ловко перехватив тесак, которым только что чистила рыбу, выудила из корзины кого-то напомнившего мне треску и принялась нарезать на кусочки. Тень отчего-то замер, уставившись на мои руки с большим потрясением. Только что глаза не выпучил.

- Ко-те-лок? – Как-то нервно переспросил мужчина.

То ли еще будет – тут же воспылала гордостью моя хозяйственность. А я уверилась, что выбрала верный путь – надо воспитать к себе интерес и уважение!

И я важно кивнула в ответ, не прекращая мастерски кромсать рыбью тушку: долой грусть-печаль, «убиться» о варвара я всегда успею, а пока буду обживаться в мире. Второй шанс как-никак…

Скоро над костром забулькала ароматная уха – нашлись в доме рыбака и сухарики и какие-то странные плоды, что я мысленно отнесла к картошке. Тень наблюдал за моими рьяными стараниями с каким-то напряженным вниманием. Ни на миг не сводил глаз, неотступно следуя повсюду!

Поэтому, решив задобрить будущего любовника (а мысль о долгом воздержании последнего меня, естественно, немного пугала!) первым делом протянула большую ложку ему.

- Угощайся!

- Попробуй прежде ты! – Категорично возразил мужчина.

Возмутительное нахальство! Он во мне сомневается?!

И я, гневно выхватив у него протянутую ложку, хлебнула бульон.

«Странный вкус…» - мелькнула в сознании мысль. – «Сладкие губы…»

Губы?!! При чем тут губы?!

Но…

Взгляд жадно блуждал по едва видимым в темноте комнаты очертаниям мужских плеч. Здоровенные руки умопомрачительно яростно и властно сжимали мои бедра, помогая совершить очередной рывок вверх. И тут же шершавые подушечки пальцев осторожно придерживали, притягивая вниз. А в скользкую глубину моего лона с легким давлением проскальзывал сильный ствол мужского члена…

Причем бедра и низ живота невыносимо гудели от напряжения, икры и вовсе сводило болью, но это уверенное проникновение доставляло томное удовольствие. Какое-то медленное, но невообразимо острое. Мне жадно хотелось большего! Поэтому не менее яростно осев на член своего партнера, я тут же рывком вскидывалась верх, жаждая вновь почувствовать это фантастически тесное скольжение и восхитительнейший миг самого глубинного соприкосновения наших тел.

Соски, венчающие мой шикарный бюст, торчали, подобно твердым вершинкам. Повлажневшая от усилий кожа стала сверхчувствительной, остро реагируя на каждое прикосновение мужчины. Но меня это совершенно не смущало – в голове  наличествовала лишь  туманная восторженность…

Я не вдумывалась в ситуацию, не задавалась вопросами о личности своего партнера – все это странным образом ускользало от моего внимания. Полностью отдавшись процессу, я всем существом сосредоточилась на ощущениях глубинного трения наших тел.

Такого жаркого…влажного… и… тесного! Удивительно, но каждый раз оседая на твердую плоть, я с усилием двигалась ниже, ощущая, как натужно растягивается лоно под давлением уверенной твердости его члена. И все это быстрее и быстрее с каждым разом, даря мне фантастической остроты удовольствие. Его руки, сжимавшие мои бедра, ощущались особенными, ни на что не похожими, нежными, но в то же время властными.

В темноте, что едва рассеивалась тусклым светом от углей в камине, я не могла видеть своего любовника. Все восприятие свелось к тактильным ощущениям. А еще… я слышала собственные стоны, бешеный стук сердца и сиплые вдохи мужчины.

Когда его рот, словно почувствовав мою потребность, неожиданно сомкнулся на соске, дыхание стало тяжелым и надрывным. Шершавый язык мужчины терзал мою грудь, извиваясь вокруг твердой вершинки.  Я помнила, что должна остановить его, остановиться сама… Но вместо этого еще сильнее прижалась к нему, вдавливая свою грудь в лицо партнера. Он стал посасывать ее ритмичнее, и я неудержимо застонала от нахлынувших ощущений, рефлекторно стиснув мужские бедра коленями.

Желание что до этого мига нарастало равномерно, словно приливная волна, скрутилось спиралью глубоко в моем животе, и боль от возбуждения, угнездившаяся между бёдер, взывала к освобождению. Мне нестерпимо – до крика и натужных стонов из-за закушенных губ - захотелось большего. Тем более, что переключившись на мою грудь, мужчина перестал двигаться глубоко во мне. Удерживая бедра – не позволил двигаться и мне!

Осознав нетерпение, мой любовник принялся покусывать и жадно посасывать соски, от чего клитор запульсировал, словно от невидимой связи с ними. Одна рука мужчины рывком переместилась на мою спину, крепче притиснув к себе, а вторая – обхватила и сжала бедра. Он заерзал, совершая чреслами круговые движения, чем многократно усилил жаркое трение наших тел.  А еще… спровоцировал целый взрыв чувственных ощущений!

Настолько резких, что дыхание со свистом вырвалось из легких.

Настолько острых, что слезы брызнули из глаз!

Настолько глобальных, что в считанные секунды тело буквально вспыхнуло дрожью фантастически сладостного напряжения…

Сильный оргазм пронесся волной, и я закричала. Едва ли сейчас осознавая, где и с кем нахожусь, была шокирована тем, как быстро и сильно кончила. Пребывая в состоянии абсолютной эйфории, лежала с закрытыми глазами и старалась успокоить прерывистое дыхание.

И чувствовала тяжелое дыхание мужчины, на грудь которого рухнула. Жадно хватая ртом воздух, вдруг почувствовала, как он шевельнулся во влажной тесноте моего лона. И зарычал, без всякого перехода резким толчком возвращаясь к  ритмичному трению о стенки моего естества.

Мышцы все еще содрогались от недавнего оргазма. Пришлось вцепиться пальцами в плечи мужчины, невольно прогнувшись грудью навстречу его рту. Он немедленно начал лизать ее быстрыми и протяжными движениями, подстраиваясь под темп собственных рывков. Наслаждение стало мгновенным и необычайно сильным.

Язык у фантастического любовника (а ни с одним из прежних мужей сравнить его не получалось!) был шершавый, и он двигал им так, как я и представить себе не могла. Он дразнил и воздействовал, инстинктивно находя именно то место, которое посылало волны чистого экстаза по всему телу. Я и не подозревала насколько чувствительны ореолы сосков.

– О, Боги! – кажется, простонала вслух, вновь умирая от наслаждения.

Никогда и вообразить не могла, что можно настолько страстно и полно придаваться плотской любви. Или это новое тело реагировало так чутко, испытывая запредельный голод и жадную потребность в сексе? Но что же тогда вытворяет сознание, распаляя сильнее жаркими образами, переполняющими разгулявшуюся фантазию?

Он хрипло рыкнул, заставляя меня вскидываться и встречать мощные рывки чресел,  погружаясь плотью в мое лоно, входя и выходя, и вдруг… переместил нас, поменяв местами.

Член внутри меня ощущался толстым и невероятно твердым. Гигант, очертания чьих плеч я угадывала в темноте, удерживал меня своим весом так, как ему хотелось. Мышцы моего лона растянулись, приспосабливаясь к его размеру и усилившемуся давлению.

Он решительно толкнулся вперед, вынуждая мое тело раскрыться до предела, максимально раздвинув бедра. Наслаждение и слегка уловимая боль охватили мышцы живота, когда он полностью вошёл.

Я запаниковала, когда он погрузился до предела – сказались въевшиеся в память привычки.

– Стой!

Мужчина замер и перестал ласкать ртом полукружья пышной груди. Тело его ощущалось напряженным, ягодицы напряглись до каменной твердости.

– Не заставляй меня останавливаться. – Его голос был таким низким и резким, как будто он все силы отдал, чтобы выдавить ответ.  – Не сейчас.

– Ты слишком большой. Я не выдержу!

Паника нахлынула внезапно.

– Не бойся! Я не сделаю тебе больно. Как много раз и ранее этой ночью.

«Много раз??!» - Потрясенно поперхнулась я, когда…

Любовник обхватил мою талию одной рукой, удерживая на месте, а второй скользнул к месту слияния наших тел, так чтобы пальцами ласкать крошечный узелок средоточия женской страстности. Он безжалостно играл пальцами с чувствительным пучком нервов, заставляя меня тяжело дышать, забывая обо всем и вновь погружаясь во тьму бесконечного удовольствия.

Ощущение растянутости и наполненности стало чистым блаженством. Это шокировало меня вновь, ведь это лучшее, что я когда-либо испытывала. Я чувствовала каждый дюйм его твердого члена внутри себя. Не было и намека на боль! А в сочетании с тем, что вытворяли его пальцы, мне стало просто необходимо снова кончить.

Дыхание вновь стало рваным, грудь неровно вздымалась вверх.

Мужчина неистово двигался, каждый раз пронзая меня членом до предела. Стоны вырывались из моего горла, и казалось, что тело вот-вот воспламенится. Вспыхнет, не вынеся жара его… моей… нашей страсти.

Натянутое, как струна, тело охватила дрожь, и я закричала, когда мощный оргазм волной истомы и наслаждения прокатился по нему. Стенки лона снова и снова сжимались вокруг его содрогающейся плоти, пока меня трясло от сильнейшего оргазма.

Мужчина, кончая, захрипел, с трудом сдерживаясь от того, чтобы сдавить меня в медвежьих объятиях. Его бедра дрожали, пока он продолжал переживать свои волны удовольствия, прежде чем рухнуть рядом со мной.

Мы оба тяжело дышали. Мой фантастический любовник погладил мое бедро одной рукой, а второй скользнул вверх по спине, лаская кончиками пальцев позвоночник.

«Тень!» - внезапно вспомнила я его имя. И тут же охнула, словно очнувшись: что это было?!

Стоило мне потрясенно замереть, пытаясь свести воедино свои воспоминания и ощущения (а последнее что отпечаталось в памяти – приготовление ухи из местного карпа!), как мужчина отстранился. В кромешной тьме его домика я с трудом различила контур широких плеч – он сел. Шорохи одежды подсказали мне, что мой странный «благодетель» одевается.

Тишина обступила нас настороженным маревом. Не знаю отчего молчал он, но я ощущала себя так словно вновь оказалась в чужом теле – ситуация в голове не укладывалась.

Как и накануне, шагнув к камину, Тень присел, раздувая угли, намереваясь зажечь огонь. Я смущенно потянулась в поисках одежды, осознав, что сейчас станет светлее.

«Что это за странное забытье? Почему я ничего не помню?» - Но спросить язык не поворачивался, не покажется ли это странным.

- Отлучусь, чтобы обменять рыбу на припасы, - не оборачиваясь, спокойно сообщил мужчина, отреагировав на мои шевеления.

Ах, да! Мы же отправимся на какой-то остров… на рыбалку? (Это я почему-то помню!) Припомнив, что не заметила поблизости ни единого суденышка, а вспомнив о том что все хозяйственные запасы сводятся к куску мыла и смене белья, напряглась:

- А на чем же мы поплывем? Есть ли… лодка? Хотя бы и старая?..

Ужасно не хотелось смутить мужчину намеком на его финансовую несостоятельность. (Касаемо мужской состоятельности вопросов у меня не возникало в принципе, не после такого бесподобного удовольствия). Но, кажется, с вопросом я прогадала… Рыбак, как раз распрямившись в полный рост, напряженно замер – на фоне разгоревшегося пламени рубленый контур его застывших плеч я прекрасно видела.

- Да… Есть… старая… - спустя паузу, откликнулся он.

Черт! И я, испугавшись, что наступила на самую болезненную мозоль, рванула исправлять ситуацию.

- Что же вам моя уха? Угодила?

Одежда никак не находилась. Куда только делась?! Тень вздрогнул – для такого крупного мужчины это смотрелось странно… И опять не сразу откликнулся.

- О да!

- Вкусно? – Расслабилась я: по всему выходит, что все налаживается как-то само собой. Накормить его смогла, да и первый раз у нас случился тоже как-то сам… Теперь остается только принять факт нашего сожительства как данность и выбросить из головы сомнения и неуверенность. Буду считать, что обзавелась новым супругом. И каким!

«Неплохо в мои-то годы!»

- Всегда буду рад этому… блюду, - в конце фразы мужской голос слегка дрогнул, рассмотреть выражение его лица не могла. И лишив меня возможности выяснить еще хоть что-то, рыбак решительно шагнул на улицу.

Едва дверь за хозяином дома закрылась, как я слезла с кровати. Осмотревшись, поняла, что одежды моей нет нигде! А еще… первое же активное движение подсказало – живот свело от голода. Как же так?!

«Что там с этим рыбным супом» - мысленно подивилась я. – «Или он такой не питательный, или мы провели в постели пару суток…»

Дверь позади скрипнула, заставив подпрыгнуть от неожиданности. Но когда я обернулась, дверь уже была закрыта, а единственным свидетельством чужого присутствия стал сверток на полу. Стремительно метнувшись к нему, с невыразимым облегчением обнаружила свое давешнее облачение и… целую печеную рыбу, завернутую в широкие листья. Там же обнаружилось и нечто мучное – что-то среднее между пирожком и булкой из муки грубого помола.

«Да какая разница! Главное это еда!!!»

Организм расставил приоритеты, я впилась зубами в пищу, на время уйдя в астрал…

 

А в это же время Тень стремительно бежал по берегу, удаляясь от хижины:

Все в этой жестокосердной меня настораживало! Во всем виделся коварный план их Богини, жертвами которого станут многие из моего народа. Но женщина согласилась остаться с таким как я… И она неимоверно привлекала, волнуя своим обликом мой разум и тело. Именно поэтому я рискнул и оставил ее при себе. И не выдал воинам, предпочтя свои интересы.

Только что же будет дальше?.. Проявит ли она свои истинные намерения?.. Сможет ли остаться с таким как я?..

Настороженность не покидала – я не спускал с жестокосердной глаз. Поговаривали, что были случаи, когда их удавалось вырвать из лап Богини, тогда они оставались с мужчинами, принимая образ жизни маолхов. Что если это мой шанс?.. Что, если это та Искра, что разожжёт огонь страсти и отогреет мое давно оледеневшее сердце?..

Первое потрясение я испытал, когда жестокосердная схватилась за нож, взявшись помогать мне с рыбой. Виданое ли это дело, чтобы одна из них умела… работать?! Но дело спорилось – у нее получалось едва ли не лучше чем у меня.

В растерянности я необдуманно заявил про намерение отправиться в плавание для лова рыбы.

Дальше – новое откровение. Жестокосердная взялась готовить пищу! Заподозрив худшее, я приготовился раскрыть коварные планы нежданной «добычи». И мое изумление не иссякало ровно до момента, пока она не… притащила из хижины все запасы корпато. Все!!! А каждому известно, что этот земляной орех обладает сильнейшим возбуждающим действием. Сильнейшим!!! Оттого его и добавляют в пищу в крошечных дозах. Она же искрошила в свое варево весь запас…

Я принес его сегодня именно рассчитывая использовать для благосклонности жестокосердной, полагая что эффект корпато смягчит ее, позволив мне обладать ее телом! Думал незаметно подсыпать в ее порцию щепотку… И себе… чуть меньше. Чтобы быть достойным тариль! Не оплошать.

Поэтому, оторопев от потрясения, следил за необъяснимыми действиями своей… Искры. Что же она задумала?!

Когда предложила мне отведать варева с колоссальным количеством наркотического ореха первым, едва ли не шарахнулся от нее в ужасе. На что она… спокойно хлебнула его сама! И еще ложку, и еще…

«Возможно, их Богиня как-то защищает своих приспешниц от влияния странной магии этого растения» - успел подумать я, уставившись на жестокосердную, когда…

Глаза девушки изменили цвет, налившись янтарным блеском. Ложка выпала из рук, а она всем корпусом потянулась ко мне.

- Сладкий… - призывный шепот сопровождало бурное вздымание ее аппетитной груди – кровь устремилась по ее жилам быстрее, дыхание стало резким. Эффект карпато…

Дальнейшие события поразили меня до глубины души, сделав прошедшую ночь самой невероятной за мою жизнь. Жестокосердная в буквальном смысле накинулась на меня, на ходу срывая с себя одежду, прямо там – у костра на улице. Забыв о еде, мы рухнули на влажный песок, страстно целуясь. И меня совершенно не волновал тот факт, что Искра вряд ли осознает свои действия.

Кто же в моем положении откажется от такого подарка судьбы?!

И сейчас, устремившись на поиски самого захудалого рыбацкого суденышка, я все еще благодарил провидение за эту встречу. Конец моему одиночеству! Я обрел ту, что растопит мое сердце. При мысли о том, что мы будем только вдвоем посреди океана, что она не сможет сбежать, вернувшись в их цитадель, я… ускорился.

«Найду древнюю лодку! Куплю ее за любые деньги! Пусть даже по цене ее веса из самого ценнейшего металла – тариль жестокосердных отправится со мной в плавание… на самом утлом суденышке на всем побережье»

 

Глава 7

- Нам точно надо плыть на этот остров?

При виде…ээ… средства передвижения по воде мне стало дурно. Какое там смущение по поводу ночного «затмения», когда осознаешь что в шаге от…

- Мы же утонем! – В отчаянии, наплевав на хрупкость мужского самомнения, взвыла я, делая испуганный шаг назад.

Чтобы тут же снова подпрыгнуть к самой кромке воды, едва налетела на грудь стоящего позади Теня.

- Я попросил бы! – Холодно процедил в ответ мужчина, дав мне понять, что крайне щепетильно реагирует на критику в адрес своего… суденышка?! Нет.

Корыта! Во.

Потемневшая от времени и непогоды, местами сверкавшая чуть более светлыми отметинами – деревянными заплатками, где совсем уже изгнила древесина, лодчонка совершенно добила меня морально видом едва ли не трухлявых весел… Даже ступать в нее было страшно, казалось что от малейшего давления корпус этого баркаса затрещит и… рассыплется на мелкую щепу, что тут же подхватят и разметают во все стороны волны.

Сглотнув, обернулась к своему спутнику.

Гигант рыбак вновь выглядел угрюмым, молчаливым и близко не напоминающим того страстного любовника, что являлся мне в мутных образах воспоминаний о прошедшей ночи. И неизменный плащ с капюшоном, скрывавшим выражение лица и следы изуродовавшей его внешности болезни.

- Я плавать не умею! – Заявила я первый, пришедший в голову, аргумент. (Это было ложью. И не то, чтобы этот навык особенно помог посреди океана, но… становиться утопленницей - участь незавидная)

- В воду не лезь! – Дали мне совет, рывком подхватили на руки и, по пояс забредя в море, закинули в утлое суденышко, что мерно покачивалось на волнах возле берега. (И откуда только взялось! Еще накануне не было)

«Мамочки…»

Не шевелясь, дыша через раз, я зажмурилась, ожидая неизбежного треска. Но вместо этого через несколько минут рядом приземлился… мешок с припасами. Затем еще один. И бочонок с водой, и еще… Какие-то рыбацкие снасти, ларь, что я видела под кроватью в домике Тени.

- Чего расселась, - в очередной раз доставив с берега порцию снаряжения, недовольно буркнул мужчина, - разбирай!

Взгляд невольно устремился к берегу, где виднелась такая памятная для меня хижина, горка припасов на камнях и… скользнул дальше – к роще, за которой шла широкая дорога к лагерю маолхов. О том, что где-то рядом идет военная осада, происходят вылазки и берут пленных, я не думала в последние дни, мир странно сузился до собственных переживаний.

«Не сглупила ли?..» - В какой уже раз задалась вопросом, припомнив напутствие лилововолосой старушки. Но… на сердце было удивительно легко, словно иду в нужном направлении.

Пришлось, с трудом обуздав страх и решив плыть по течению (в буквальном смысле!), приподняться и с непривычки от легкой качки неловко взяться за сортировку поклажи. Получилось это у меня скверно – где и чему тут место я пыталась сообразить методом тыка. Поэтому запасы пищи и явно хозяйственные вещи перетащила в кормовую часть лодки, где имелся небольшой, укрытый крышей закуток.

А вот с бочонками воды озадаченно подвисла. Но завершивший сборы Тень, легко перемахнул через борт и деловито изъял у меня оба, чтобы… закрепить снаружи, у противоположного от кормы края. Бочонки, прикрепленные толстыми канатами, радостно закачались на волнах, увеличив устойчивость лодки.

«Может, обойдется» - подумалось мне. – «Все же он – опытный рыбак. Надеюсь!»

- А долго плыть до острова? – Тут же выдала я мучавший вопрос.

- Дней шесть, - не глядя на меня, буркнул мужчина, занимаясь установкой паруса.

«Блин! Лучше бы не спрашивала» - я с грустью взглянула на берег, на зеленые деревья, голубое небо и яркое солнышко – мало ли что! – «В прошлый раз сроки были другие…»

- Доплывем? – Нет, женская настойчивость не изживаема.

- Да!

- А…

Но озвучить следующий вопрос (а на языке их вследствие волнения крутилось много) не удалось.

- Посиди-ка там! – Сухо перебили меня категоричным тоном, указав на тот самый закуток на корме лодки, что был укрыт крышей и отгорожен стеной, в которой имелась дверца.

Мужчина явно был не в настроении вести беседы, решив самым банальным образом избавиться от моей болтовни. Испытав приступ душевного возмущения, я не двинулась с места, но одарила его ледяным (надеюсь!) взглядом, намереваясь… отвернуться. Но не смогла отвести глаз!

Предаваясь горю в предчувствии потопления, я так жадно всматривалась в отдаляющуюся сушу, что упустила из вида внешний вид своего спутника. Он, перенося поклажу разделся до коротких холщевых штанов, которые облепили его сильные ноги. А фантастический торс с кубиками пресса поблескивал каплями соленой воды. Всякая бы возжелала этого типа! И черт с ними этими темными пятнами – следами болезни. Главное мужик!

Своим влажным восторгам я предавалась ровно до того мгновения, когда он, кряхтя от натуги под тяжестью мотка толстенного просмоленного каната не зыркнул на меня едва ли не с ненавистью. Тут же захлопнула свой приоткрывшийся рот, отвела жадный взгляд и вспомнила про качку.

«Е-мое!А если меня вырвет»

- А если меня вырвет?

Вопрос сорвался с губ.

Рыбак недовольно засопел, я сразу прикусила язык.

- Выкину за борт, - все же процедил он, уверив меня в своем плохом настроении. – Тяжело же с вами, с бабами. И в море без вас выходить страшно, и с вами – одни хлопоты.

Изумленно моргнув, я, позабыв про все восторги, вперилась в мужчину недоуменным взглядом: не ослышалась ли? Он с угрюмым видом возился с какими-то снастями. Парус, уверенно раздутый попутным ветерком, нес нас вперед. А мне ужасно хотелось задать ему вопрос. Но как тут задашь?..

С трудом смирившись, я расстегнула рубаху, связав ее полы узлом под грудью и, распустив по плечам волосы, отдалась ласковому солнышку.

- Обгоришь, - спустя пятнадцать минут, испортил мне все восторги прокаженный. – Уйди в тень.

Я едва не подпрыгнула от радости, добившись желаемого. И тут же (а что, не я первая начала разговор) откликнулась другим вопросом:

- Почему в море без женщин страшно?

Ладно, в такой лодке страшно с кем угодно!

Со стороны мужчины раздался мученический вздох.

- Бури без них опасны.

-Б-бури? – Я насторожилась.

Представила как это утлое древнее корыто швыряет на волнах, и… едва не скрутило спазмом.

- Волнение на море.

Нет, он меня совсем идиоткой считает.

- А женщины при чем?

- Бог ветров – Тоис известный проказник. Любит вас. Увлекшись наблюдениями, забывается – тут и буря стихает. Вот и берут с собой в море всегда женщин. У кого они есть, конечно. Как буря, так сразу и…

- И… что?

Опять красноречивый взгляд в мою сторону.

- Потом поймешь, - авторитетно пообещал он мне и, отвернувшись, опять занялся какой-то сетью.

А я сидела и ушам своим не верила. Это на что он намекает?! Нас волнами захлестывать будет, да переворачивать, а я с ним буду в этой вакханалии сексом заниматься? Он точно спятил, если на это рассчитывает.

- А как же ты до этого обходился?

- Трудно, - тяжелый вздох. – Порой казалось – все, не выбраться. Даже с «ветерком» едва справлялся. Уж больно кровожаден Тоис.

Да их местные Боги все как на подбор – садисты!

- Что за «ветерок»? – Пока отвечают надо спрашивать, а то опять сошлют в «трюм».

- Заклинание стихающей бури.

Точно! Мир же с магией, значит на все свое колдовство.

- У тебя сейчас оно есть?

- Откуда? – Он с сумрачным видом пожал плечами. – Дорого оно. И не всегда даже купить можно.

- А кто его продает?

Стопроцентов – крутой маг!

- Колдун, из Знающих. Он на острове как раз живет. Зайдем к нему, может повезет и согласится. Мне тут недавно жемчужина большая попалась, в брюхе рыбы…

- А что за Знающие?

- Вы что в своей Цитадели совсем ничего о мире не знаете? – Недовольный потоком вопросов, буркнул тень.

- Да, - ухватилась я за подходящее объяснение.

- Один из тех, кто знает ответы на все вопросы. Вроде как… колдун.

О! О-о-о… Так это ж мне к нему очень надо.

- А жемчужина где? Хорошо спрятана? Не закатится в какую щель?

Тень прищурился, пытливо оглянувшись.

- Нет, - и весь его ответ.

«Черт! Надо плыть» - в какой уже раз убедилась я, что судьба ведет меня своим путем. Тот, кто знает ответы на все вопросы, очень бы мне пригодился. А еще… жемчужина, чтобы за ответы его заплатить.

Поняв, что разговорить на большее своего молчаливого спутника не удастся, решила последовать совету и скрыться в тени. Солнце (или что тут у них?) стояло в зените и палило немилосердно. Осторожно поднявшись на ноги, замерла на месте, балансируя и свыкаясь с мыслью что придется передвигаться по «волнующейся» поверхности.

«Странное дело, ветра нет, а море неспокойно» - посетовала я мысленно на полное отсутствие мореплавательского опыта.

Чуда не случилось. Первые же пару шагов и меня закачало. В попытке удержать равновесие я всем корпусом накренилась вперед (чертов бюст!) и нелепо… упала. Вернее, неминуемо упала бы, не подхвати меня на излете рука Тени. Сильная такая рука, большая… Упруго налетев на его предплечье грудью, я охнула, поперхнувшись дыханием. И как он успел среагировать и извернуться так вовремя? Сидел же практически спиной ко мне…

Но вот итог – я, навалившись на мужчину всем телом, коснулась лбом его щеки, изувеченной шрамами болезни. Он резко отстранился, слегка наклонив голову, и бросил на меня острый взгляд. Такой пронзительный, что, наверное, заглянул мне в душу. А я, оказавшись головой на его плече, впервые так близко увидела его глаза.

Ах, нет!

Едва мысль созрела в голове, как маолх моргнул и отвернулся, пряча взгляд. А затем, придержав второй рукой, помог встать. До спасительной, укрытой навесом кормы, оставалось шагов семь. И их я умудрилась доковылять сама, пытаясь сообразить что только что меня удивило?.. Какое-то несоответствие?..

Но мысль о насторожившем подозрении ушла. Ее затмило ощущение странного волнения. Эти большие и сильные мужские руки… они так удивительно нравились мне. Что само по себе странно – чего зацикливаться на чьем-то теле. Тем более субъекта, с которым так неоднозначно столкнула меня судьба?

- Достань из мешка сухари, - стоило мне устроиться в тени, не оборачиваясь, распорядился Тень. – И в маленьком бочонке справа – вяленая рыба. Поедим.

Идею я встретила с одобрением, кое-как справившись с заданием, протянула мужчине его долю и принялась жевать жесткую пищу сама. Он в свою очередь протянул мне флягу с питьевой водой.

- А нам хватит пресной воды?

С этим молчуном мне неизбежно остается самой заводить разговор.

- Да, - всмотревшись в безоблачное небо, Тень ненадолго прикрыл глаза, словно прислушиваясь к ветерку, и закрепив парус, уверенно шагнул ко мне.

Сев рядом, оперся спиной о дощатую переборку укрытия в корме и принялся вдумчиво жевать. Одет мужчина был в короткие обтягивающие штаны, и мне полностью укрывшейся под навесом были отчетливо видны следы множества язв нагноений. Но странное дело – меня не передергивало от отвращения.

«В моем положении не до брезгливости. Хороший повод начать оценивать других не по внешнему виду, а по делам»

- Ты родилась в Цитадели?

Его вопрос стал неожиданностью. Врать не хотелось, а правду – не скажешь.

- Не знаю, - и тут же решила перехватить инициативу, пользуясь настроением спутника и желая узнать больше о мире. – А зачем маолхи пытаются ее захватить? Вас не устраивает существование цитадели?

И только получив резкий взгляд, мысленно треснула себя по голове: тут же об этом должны все знать!

- Никому и дела не было бы до нее – пусть жестокосердные живут там и сами разбираются со своим укладом, но им нужны жертвы для поддержания сил этой их злобной Богини (еще один острый взгляд в моем направлении, но я, обрадованная ответом, жадно слушала, ловя каждое слово), для продолжения рода. Они устраивают набеги, захватывают мужчин… Убивают их в итоге. И это не воины, а простые люди, живущие в ближайших к цитадели поселениях. Земли эти почти опустели – их покидают, страшась участи пленных. И чем дальше, тем больше требуется жертв.

Ого! Закинуло меня, что называется.

- Поэтому вы и зовете… нас жестокосердными?

И снова он удивленно передернул плечами.

- Нет. Причина в отсутствии материнских инстинктов. Жестокосердные убивают собственных детей, одурманенные культом Богини. Этого не понимает мой народ.

Этого не понимаю и я!

- Но ведь цитадель неприступна? Вы не знаете этого?

- Все знают, - он, дожевав последние крошки и бережно закрутив фляжку, откинулся затылком к стене и прикрыл глаза. – Но это позволяет оградить мирных земледельцев от  набегов. Воины не столько осаждают цитадель, сколько отрезают ее жительниц от своих земель.

- И так будет до бесконечности?

Тупик какой-то!

- Кто знает… - Тень обернулся ко мне, уставившись неожиданно серьезным взглядом. – Набеги всегда возглавляет тариль жестокосердных. Говорят… она укрыта силой Богини и неуязвима. Без ее присутствия они за границами цитадели становятся обычной легко доступной целью для воинов-маолхов.

Упс! Я поперхнулась, шокированная этой новостью. Ведь сейчас тариль жестокосердных, бодреньким ветерком, что надувает парус, уносит все дальше и дальше от оплота последовательниц культа кровожадной богини.

«Страшно представить, что творится в цитадели! Лилововолосая старушка подкинула им проблем»

- Ээ… - говорить под внимательным взглядом мужчины было непросто. – А если пленных не будет? Богиня обойдется без… жертв?

- Кровь питает ее силы, - он прищурился, продолжая следить за выражением моего лица. Ответ прозвучал веско и лаконично. – Богиня не позволит ослабить их. Жертвы будут.

У них грядут репрессии! Припомнив злопамятную Владычицу жестокосердных и их «справедливый» суд, я не сомневалась что первым делом «избавятся» от неугодных. А вторым…

«Вторым найдут и вернут назад тариль, чтобы обеспечивала приток «пушечного мяса»!» - Мысль словно ледяной водой окатила. – «Они же до моего побега как раз планировали отправить в очередной набег. Тариль им очень нужна! И богине-мужененавистнице тоже…»

- А… далеко ли остров, на который мы плывем? – Инстинкт самосохранения взвыл.

В этот миг я буквально возлюбила этого угрюмого рыбака так «некстати» поймавшего меня «на крючок»! И даже за это разбитое корыто, что он выдает за лодку, была благодарна. Ведь все это отдаляет меня от жуткого места – цитадели жестокосердных. Вот только их Богиня…

«Может ли она влиять на тариль? Что если я вот-вот пущу Тень на корм рыбам, а сама – на веслах в состоянии какого-нибудь затмения рвану назад?!» - Пусть мне это не под силу, но еще пару недель назад, нянча внуков дома, я не поверила бы и в существование этой богини. Так что возможно все!

Страшно было уже и подумать о сне.

Но вдруг мои смятенные мысли прервало странное выражение на лице мужчины. На самом деле, это была улыбка – настоящая, широкая, от уха до уха. На вечно хмурой физиономии Тени она смотрелась чем-то чуждым и… пугающим.

- Что? – Едва ли не шепотом выдохнула я, опасаясь что он разгадал мои страхи.

- Собирается буря! – И мужчина кивнул куда-то в сторону, где я, проследив за его движением, страшно далеко – на горизонте – увидела едва различимую серую точку.

Что за наглость!

- На небе не облачка, - гневно фыркнула на спутника: мне бы его заботы.

- Ночью будет буря.

Прозвучало это так авторитетно, словно он сам ее и организует. Вот прямо с гарантией!

- Не будет! – Уперлась я чисто из врожденного женского упрямства. Мало мне плохих новостей.

- Поспи, - не стал он со мной спорить и кивнул на укрытие, в дверном проеме которого я сидела. – Ночь будет трудной!

Недолго попялившись на мощную спину (у меня слабость к крупным мужчинам!), перевела взгляд на небо.

«Какая буря?!» - Небо поражало безоблачностью. Скорее уж наоборот – имеется угроза сгинуть от жары.

Солнце палило нещадно, и я, даже укрытая от прямых лучей навесом, быстро разомлела от духоты. Теня же никакое солнце не брало, он молча, лишь изредка бросая на голубое небо взгляды. Я в разговор тоже не вступала, размышляя о… воде.

- А нам хватит питьевой воды? – Совсем не праздное любопытство.

- Да, - верно поняв намек и протянув фляжку – у меня уже во рту пересохло.

- А искупаться нам можно?

В моем мире купание в открытом океане вообще роскошь, доступная немногим.

- Нет.

- Почему?

У мужчины дрогнули плечи – вот и все признаки недовольства. (Я не конючила, искренне не понимала причины отказа: зачем страдать от перегрева, если можно охладиться)

- Ветер попутный, но это ненадолго, надо ловить момент. К вечеру наступит штиль, тогда и купайся.

А я мстительно подумала: кто-то бурей грозился. А какая буря без ветра?..

Измученная жарой и тревогами, свернулась под навесом на довольно тонком матрасике и уснула. Или у меня начались галлюцинации от жажды? Чем еще можно объяснить странное видение-сон?..

Толком и не объяснить кого увидела… Какую-то фурию? Безумную баньши? Женское воплощение демона из ада?.. Это нечто с перекошенным жуткой гримасой лицом, окровавленными клыками и жутковатыми красными глазами в истовой ярости металось в странной клетке… Ровно до мгновения, пока не оглянулось, удивительным образом почувствовав мой взгляд! И вот тогда эта кошмарная женщина замерла. А ее глаза с вертикальным зрачком впились в меня, причиняя едва ли не физическую боль лишь этим.

- Ты! – Она вытянула вперед увенчанный острым когтем палец и хрипло, словно ей трудно было произносить какие-то звуки, пугающе спокойно заявила. – Ты вытащишь меня отсюда!

Я, не осознавая реальности и не понимая способно ли это чудовище до меня дотянуться, рывком подалась назад, ударившись обо что-то плечом. И тут же проснулась, озираясь в страхе.

- Торговаться я не буду, - странно, но до меня донесся негромкий голос моего спутника. Но с кем он может говорить?

Светлого неба не было и в помине… Всю голубизну словно какой-то божественный художник небрежно закрасил кистью с темной краской, оставив местами узкие щели проплешин, сквозь которые неуместные в почти сумеречной тьме просачивались солнечные лучи.

«Ой!»

Болезненно двинув плечом, поняла что стукнулась им о борт лодки. Что немудрено… при абсолютно безветренной погоде, в странной обступившей со всех сторон тишине, море вокруг вздымалось высокими волнами, швыряя нас из стороны в сторону.

Понимая, что происходит что-то странное, я резво переместилась на четвереньки и, ухватившись руками за маленький дверной проем в стене, уставилась на Теня. Он молчал, стоя на противоположенном краю лодки. Широко расставив ноги, он с удивительной ловкостью умудрялся не поддаваться качке. Лицо его было поднято к небу, глаза закрыты, а губы… двигались, словно он шептал что-то.

Вопреки жутковатой обстановке он смотрелся очень… незыблемо. Словно и нет вокруг этой безмолвной бури, и совсем не нас, грозя накрыть волной, может через миг опрокинуть в море.

- Ч-что происходит? – Я почему-то крикнула, как будто должна была перекрикивать страшный шум.

Поэтому вопрос самой показался грохотом, разнесшимся далеко над водой. И словно подхваченный кем-то вернулся эхом… раскатов, похожих на чей-то отрывистый смех. Жуть!

Тень обернулся. Так легко и плавно, как сделал бы стоя на земле. И прищурился, всматриваясь в меня. Почему-то перед глазами вновь, пусть и несколько размытый, встал образ всклокоченной… демоницы?..

- Это надо у тебя спросить, - резко бросил он. – Тариль…

И шагнул ближе. А я только сейчас заметила, что парус убран, и только мачта одиноко встречает натиск соленых брызг. Рывком вынырнув из-под навеса, привалилась спиной к переборке, отделяющей укрытие на корме. Тут же лицо защипало от холодных уколов воды – это сотни стремительных капель сыпались вокруг. В панике схватившись рукой за борт, я уставилась на рыбака.

- Почему? – Сейчас голос поддался с трудом – я предчувствовала свою вину.

Он остановился, добравшись до мачты. Ухватив ее сильной рукой для опоры, навис надо мной.

- Тебе нужна буря. И я знал, что она будет.

- Вы сейчас на что намекаете?! – Предвестие истерики - голос срывается на визг и мне приходится оборвать себя на полуслове, стараясь успокоиться. – Что я эту бурю… накликала?

Он невозмутимо пожимает плечами: почему бы и нет. Новая гигантская волна вскидывает суденышко к небу, чтобы спустя миг низвергнуть в пропасть небольшого водоворота. Нас обдает новым залпом колючих капель, а баркас едва не опрокинулся на бок. Я, в страхе забывшись уцепиться за что-то, едва не вылетела за борт. Удержала только стремительная хватка Теня. Он, рывком дернувшись ко мне, успел перехватить на излете, прижав спиной к своей груди. В итоге противоестественное с моей точки зрения движение воды мы встретили, дружно обхватив голую мачту.

- Пора, - резкий окрик-приказ мне в самое ухо. От чего я вздрогнула, едва переведя дыхание.

- Что? – Тело бьет дрожь. Мне реально страшно – шторм кошмарный и оглушительная тишина и безветренная погода только добавляют ужаса. Лодка трещит под ударами накатывающих волн и мечется по бушующей поверхности воды как крошечная щепка. А земли не видно… И плаваю я плохо.

- Усмиряй бурю, жестокосердная! Выполняй свои обещания! Ложись…

Движение его головы – кивок к насквозь промокшему матрасу я скорее чувствую, чем вижу. И решительный толчок в плечо – мужчине не терпится завалить меня на него. И где-то в глубине души я его даже понимаю: если он реально верит, что наш секс позволит остановить окружающий кошмар…

Вот только я не могу! Целая буря самых противоречивых эмоций кипит в душе. Словно бы в меня вселились бесы. С каждой секундой паника все сильнее, тело колотит в приступах судорожной дрожи, руки до онемения цепляются за гладкое дерево мачты и… одежду моего напарника.

- К черту обещания! – Опять кричу в ответ.

Небо откликается новым всплеском хохота-грома, заставляя меня снова дернуться. И толики недавней веры в себя нет. Я просто не ощущаю себя способной лечь сюда, на дно этой едва «живой» посудины, оторвать руки от «спасительной» опоры.

Страх…

«И пусть я перечеркну все. Проявлю себя как… лживая, вероломная обманщица, но… не могу!»

- Ты нас погубишь, - холод презрение в его словах. Очень спокойных словах… - На это и был расчет?!

Новый вал идет на нас. Я только замираю с распахнутыми в ужасе глазами, горло сживает спазм, не позволяя ответить.

- Я не могу… Я боюсь…

Все! Срыв случается. Остатки любого самоконтроля разлетаются на крошечные осколки. Слезы, смешиваясь с не менее солеными каплями морской воды, устремляются из глаз потоком. А за ними и сдавленные рыдания из глотки, заставляя плечи взграгивать. Смирившись, понимая, что смерть на пороге, закрываю лицо ладонями и… просто реву.

Взвываю как белуга!

И тут же чувствую как в сверхъестественном напряжении рядом замирает мужское тело. Кажется, он тоже вздрагивает?.. Но подумать об этом времени не остается – волна высотой с двухэтажный дом накрывает нас.

К счастью, лодку каким-то чудом успевает развернуть к ней носом, поэтому, поднырнув, мы взмываем на ее гребне вверх.

- Тариль? – Мои ладони пытаются отвести от лица, ища моего взгляда.

В его голосе… испуг?! Словно забыв о вакханалии вокруг, Тень с удивительной тревогой и беспокойством всматривается в меня.

- Я… плаваю плохо! У меня морская болезнь! Я бо-о-оюсь… - под конец опять прорываются рыдания.

И этот мой полуживотный крик действует на него как удар плетью. Тень рывком отстраняется, разгибаясь в полный рост. И через миг мне под ноги падает ведро.

- Отчерпывай воду! – Его поразительно сдержанный тон вызывает зависть: вот уж кто не поддается панике.

Но переместив взгляд вниз, осознаю, что воды в лодке уже по щиколотку! И каждый миг, перекатываясь через край, она плещется все больше и больше. Из-за этого баркас крепко просел…

«Боги…»

Или собственный страх смерти, или деловитая собранность и очевидное намерение бороться со стихией, что видны в каждом движении мужского тела, действуют на меня, но… подхватив ведро и плюхнувшись на колени на дно, я начала быстро выплескивать воду за борт. Тень схватился за весла, налегая всем телом и пытаясь маневрировать, чтобы заставить лодку не быть безвольной игрушкой волн.

Это была очень долгая и безумно трудная ночь. Бесконечная борьба за единственный шанс, борьба, в которой мы изначально не могли победить, лишь оттянуть миг своего поражения, надеясь на чудо. Шквал за шквалом – гигантские волны накатывали на нас, стремясь к одному – опрокинуть лодку, низвергнув в пучину наши тела. Я от усталости едва ощущала собственное тело. Спина не разгибалась – и сосчитать невозможно сколько ведер воды выплеснула я за несколько часов. А она все не убывала, набиваясь к нам с каждым новым нахлестом.

Стертые ладони рук горели, мышцы ощущались как натянутые до предела канаты, легкие пылали огнем – так часто я дышала. Единственное что не позволяло сдаться в эти часы – это вид напряженной обнаженной спины моего спутника. Я отчетливо видела, что даже с его физической силой, удержать лодку, заставить ее двигаться в нужном нам направлении очень трудно. Мышцы бугрились, жилы и вены проступили под кожей испещряющей его тело паутиной, а по веслам текла кровь из множества лопнувших мозолей.

Изредка, на краткий миг, когда это позволяла стихия, он оборачивался, бросая на меня странный взгляд. Порой наши взгляды встречались, говоря о том, для чего сейчас вряд ли нашлись бы слова. Мы словно чувствовали друг друга, стали единым целым… И оба безмолвно умоляли друг друга держаться. Выжить. Выдюжить…

Не было в моей жизни ночи длиннее. И вряд ли будет…

Когда буря внезапно улеглась – резко в один миг, словно кто-то незримый провел ладонью по поверхности воды, пригладив волны, мы были еле живы от усталости. Баркас качнулся в последний раз и замер неподвижно на ставшем абсолютно спокойном море. А мы еще несколько долгих минут сидели в диком напряжении, не шевелясь, продолжая по инерции ожидать нового вала.

Но… все закончилось! Буря прошла.

Когда это, наконец, дошло до наших сознаний, чувство облегчения и эйфория были так огромны, что мы, не задумываясь, кинулись в объятия друг друга, стискивая тела друг друга руками, что-то бормоча и заливаясь слезами счастья. И в голове было пусто пусто. А силы нахлынули, открывая второе дыхание. Можно ли удивляться тому, что наши губы встретились? Благодаря. Поздравляя…

И встретившись, уже не расстались. Ликование в душе было таким нестерпимо огромным, что сдержаться никто бы не смог. Жар поцелуев вызвал страсть. Мы обессиленные и одновременно переполненные неизвестно откуда взявшейся силой рухнули на дно лодки, на тот самый мокрый насквозь матрас, сдирая друг с друга сырую и облепившую тела одежду. И если я царапала его тело в безнадежных попытках стянуть с мужских бедер насквозь промокшие бриджи, то его ладони просто разрывали на мне просоленную от пота и морской воды ткань рубашки.

Голова закружилась. Я со всей ясностью поняла что пути назад уже нет, я именно сейчас невыносимо хочу… жажду этого мужчину. Желаю заполучить это сильное тело, что спасло нас. Эту душу, что не побоялась бросить вызов заигравшимся богам. Этого мужчину, что не позволил мне сломаться.

А когда его упоительно горячее и такое необходимое сейчас тело накрыло меня сверху, вдавливая в матрас и не давая шевельнутся, сладкий туман нестерпимой потребности в его близости затуманил разум. И я сама извивалась в страстном танце желания, ластясь, целуя его тело, кусая ладони…

Ощущение двигающихся под загрубевшей и местами шершавой кожей каменно-твердых мышц вызывали чувство непроходящего восторга. Я торопливо и жадно оглаживала его плечи, стискивала в объятиях, вздымая вверх бедра и шире раздвигая ноги.

Тень тоже ощущался неукротимым, двигаясь во мне так резко и сильно, что каждый рывок сводил с ума. Его горячее дыхание на моей груди, требовательные поцелуи-укусы на плечах, шее распаляли еще сильнее. Казалось, что на меня накинулся, грозя задавить, самый настоящий зверь – ненасытный, свирепый, грубый и беспощадный!

Вот только я была ему под стать…  Рыча и извиваясь под ним, стонала, вскидывая бедра и обвивая ногами его торс, и умоляла уже спасти меня… Свести с ума совсем. Взять так быстро и сильно, как это только возможно.

Буря снаружи улеглась, но буря внутри нас из пережитого страха, боли и восторга только начиналась ища способ выплеснуться наружу.

Наконец-то! Наконец-то свобода и упоительный восторг победы. Свобода от смерти и общая победа над ней!

Ощущения фантастичны. Тень накрывает мои губы жгучим, опаляющим поцелуем. Его жесткий, неуступчивый рот вызывает у меня очередной беспомощный стон удовольствия. А его член, вжимаясь в мое тело с каждым новым движением, дарит неописуемое блаженство. Наши тела так идеальны… вместе.

И жалкий баркас качает не меньше чем в эту жуткую бурю, грозя опрокинуть на бок. Но нас это не заботит – разум полностью подчинен страсти. И вряд ли я когда-нибудь забуду эту ночь, когда ощущения от качки лодки сливаются с ритмичными толчками моего ненасытного любовника. Когда мы оба отдаем последние силы, чтобы упасть «замертво» с ощущением жизни, свободы и абсолютного счастья.

Выжили!..

И если есть на небе их странные Боги, наблюдающие за нами, то сейчас они видят только пару, что, не разъединив самой близкой связи тел, обессиленно провалилась в сон. Пару обнаженных тел, переплетенных руками и ногами, на дне едва покачивающего на воде баркаса.

***

Резко открыв глаза, поняла: не могу этому противиться. Тело словно зажило своей жизнью, снова став не моим! Сознание оплел странный холод. Осторожно, стараясь не побеспокоить спящего рядом глубоким восстанавливающим силы сном мужчину, я поднялась на ноги. Рука потянулась к его мечу…
Миг и ладонь, в каком-то истинно узнаваемом жесте обвила рукоятку. Сверкнула сталь клинка, взметнувшегося вверх прежде чем опуститься на веревки, крепившие бочонки с питьевой водой к лодке.
Накатил ступор - следствие глубокого потрясения. Поэтому я думала о странных вещах.
Удивительный факт: меня не столько поразило собственная «неуправляемость» (это как раз предсказуемо), сколько проявленное телом тариль мастерство. Как многого я еще не знаю об этом теле… Не знаю что оно способно так виртуозно владеть мечом, нанося удар за ударом… бесшумно! Лишь легчайший свист воздуха, рассекаемого сталью. Но он скрывается шумом волн. И каждый раз, вопреки стремительности удара, меч в моих руках замирал, не погрузившись в древесину. Лезвие рассекало только загрубевший от времени до окаменелости промасленный канат, не оставляя на борту судна даже насечек.
Пять ударов! И оба бочонка с пресной водой закувыркались на поверхности океана, неумолимым течением уносимые куда-то к горизонту. А я в ужасе замерла где-то глубоко внутри этого ослепленного темной волей тела (я ощущала эту тьму едва ли не физически – холод мрака и аромат крови!): лишив нас запаса питьевой воды, жестокосердная развернулась к мирно спящему мужчине.
Ее глазами я смотрела на мерно вздымавшуюся грудь Тени. И сейчас совсем не следы изувечившей кожу болезни или мысли о недавней близости занимали меня. Я чувствовала переполнявшее это существо желание убить! Уничтожить, растерзать…
Глаза сощурились – мир сузился до узкой полоски света, центром которой стала грудь мужчины. Место под которым бьется его сердце.
«Н-нет!» - Мысленный вскрик ужаса, а больше путешествия на этой лодчонке по неизвестному океану меня пугала только перспектива сделать это в одиночестве, и меня стиснуло со всех сторон чужой яростью. Придавило плитой злобы. Гнева!
На секунду свет впереди померк, заслоненный мысленным образом уже привидевшейся мне демоницы. Ее перекошенным от ненависти лицом, оскаленным окровавленными клыками ртом и наполненными тьмой глазами.
«Н-нет!» - Стремясь прогнать наваждение, я затрясла головой. И тут – о чудо! – поняла что это не мысленное желание – голова тариль в реальности судорожно дергалась, мотаясь из стороны в сторону. И пусть рука, продолжая приближаться к спящему мужчине, двигалась уверенно, обзор основательно исказился.
«Я тоже могу влиять на это тело!» - Озарило меня.
И тут же я осуществила подспудно бьющуюся в сознании мысль: не видеть этого кошмара! Убийства…
Мир впереди исчез – веки сомкнулись. Сразу замерла рука с занесенным клинком – даже тариль было сложно нанести смертоносный удар, не видя цели.
Взбешенное шипение демоницы реальной болью ударило по моим ушам. Рефлекторно руки взлетели вверх, стремясь зажать уши. Меч выскользнул из рук воительницы, чтобы с громким звоном упасть на дно баркаса, задев якорную цепь.
Звук разбудил мужчину, я замутненным от боли взглядом заметила, как он встрепенулся и резко вскочил на ноги, едва увидел свой меч и меня, рухнувшую рядом на колени.
Это была уже только я. Наваждение пропало, как и ощущение чуждой власти, довлеющей над телом. Исчезла и боль, позволив мне уже самостоятельно встретиться взглядом с Тенью. С мужчиной, что, как не крути, спас меня уже дважды, с которым я теперь делила постель и… которого только что пыталась убить.
«На его месте никто не предположил бы другого…» - призналась я себе, сглотнув: как выкрутиться из этого положения.
Но переживала я не о том. И Тень, стремительным взглядом, в котором уже не было и намека на сонливость, окинув все вокруг и уставившись совсем не на клинок, а на рваные края обрубленных канатов… быстро дал мне понять это.
Он не спросил ни почему, ни как, ни зачем…
- Давно? – Рывком подскочив к корме, где и крепились бочонки с водой, вытянул из воды обрубок каната и уставился на океан.
- С полчаса, - каким-то неживым голосом, понимая, что он спрашивает о времени утраты самого ценного – воды. Понимая, что запасы пресной воды отнесло от нас в неизвестном направлении так далеко, что их не увидеть, не вернуть.
- Сам виноват! – Сжатая в кулак ладонь мужчины в гневе с силой опустилась на край лодки, основательно качнув ее.
Я удержалась на ногах, только ухватившись за остов мачты.
- Ты… не винишь меня?
Обращалась к напряженной спине мужчины. Тень не оборачивался, я видела только вздувшиеся на шее мышцы и напрягшиеся руки мужчины. Но и этого хватило, чтобы понять насколько сильные эмоции обуревают его.
- Нет, - отрывисто и резко. В голосе рыбака, поразив меня неимоверно, прозвучал стыд.
- Но… нам же недолго осталось плыть?
Я всей душой надеялась, что это так.
- Долго.
- А… воды больше совсем нет?
В ответ он просто отстегнул флягу, что болталась на отброшенном в сторону ремне. И тряхнул ею. По звуку я поняла, что воды там меньше половины…
Невольно сглотнув, перевела взгляд на поднимающееся солнце. Оно припекало уже сейчас, а к полудню жара станет нестерпимой.
- Ты не спросишь меня, почему я это сделала? – Я сама задала гнетущий вопрос, отчаянно ища возможность оправдаться, пояснить, что совсем не желаю погубить нас. Да еще таким кошмарным образом.
Мужчина так и не обернулся. Некоторое время молчал, усилив мое ощущение вины до колоссальных размеров.
- Нет, - и прежде чем успела изумиться такому ответу, пояснил. – Понимаю. А что не понимаю, спрошу потом – как доберемся до земли.
«А если не доберемся, мне от этого знания легче не будет» - Додумала я за рыбака.
- У нас говорят, что женщина на корабле – к беде, - припомнив так изначально поразившее меня несоответствие взглядов на этот вопрос в наших мирах, прошептала я.
- Только если она тариль, - почему-то именно сейчас он обернулся, бросив на меня очень странный взгляд: задумчивый, печальный и настороженный одновременно.
Я промолчала. С его выводом не поспоришь. Как бы не был этот изгой обделен женским вниманием ранее, он сделал ошибку, оставив меня себе.
- А…
Я хотела уточнить о том, что же нам делать. В сознании свербела одна общеизвестная истина: три дня! Именно столько по данным экспериментальной науки может протянуть без воды человек. Подпадают ли под эту истину жители этого мира?
- Уйди в укрытие, разденься и попытайся спать, - перебил меня Тень.
И точно – болтать сейчас бессмысленно, только силы тратить. Как-то механически действуя (это шок от случившегося!), я поднялась на ноги и двинулась к навесу в носовой части баркаса. Там, безропотно подчиняясь словам мужчины, разделась и легла на подстилку. Уже сейчас хотелось пить.
Но я не заикалась о своем желании, молча наблюдая за рыбаком. Он, натянув короткие штаны, поднял мачту и крепил парус, явно избегая взглядов в моем направлении. Но ветер был очень слабым, даже развернутый парус не придал нам значительной скорости.
На мгновение нырнув ко мне, Тень вытянул наружу один их сундучков. Я знала, что там хранится одежда. Что он с ней делал я не видела, но особенно и не задавалась этим вопросом. Сознание лихорадочно искало выход, какой-то способ избежать неминуемого кошмара – смерти от обезвоживания.
- Дождь! – Слово вырвалось синхронно пришедшей в голову мысли. – Нас спасет дождь.
- Дождя не будет недели две, - сухой отклик убийственного по своей значимости ответа пришел снаружи.
Слегка переместившись, я подобралась к проему наружу и посмотрела на небо: ни облачка!
«Но и вчера так было» - цепляясь за надежду, возразила себе. – «А буря случилась»
- Ты не можешь знать наверняка!
- Это все знают, - безэмоционально отозвался мужчина. – Океан называют проклятым. Мы в той его части, где дожди крайне редки. Я уверен в сроках, опыт, знаешь ли…
Но я отчаянно не желала смиряться этой уверенностью.

Время словно остановилось, мне казалось, что солнце замерло на месте – раскаленным диском повиснув прямо над нами. Мысли сводили с ума, я успевала проиграть в голове сотни разных сценариев нашего будущего, а оно так и висело в зените. Да и лодка… по моим ощущениям мы едва ли двигались быстрее улитки.

Поначалу мне казалось, что пресловутые трое суток я выдержу легко. А там… что-нибудь да разрешится (в душе я очень рассчитывала на дождь). Но время приказного заточения в укрытии в носу баркаса шло (а Тень не отменял своего указания), жара только усиливалась, а пить хотелось нестерпимо…

Наступил и миг, когда я могла думать только о воде. Тем более, что она была повсюду. Закроешь глаза и слышишь шорох волн, плеск воды о стены судна. Все это совсем не добавляло мне стойкости. И когда желание пить стало сильнее уверенности в послушании, я выкарабкалась из-под навеса.

Тень обнаружился на корме. В первое мгновение мне показалось что он медитирует, сидя неподвижно и что-то бормоча себе под нос. Это меня разозлило: мужчина! Мог бы и сделать что-нибудь… хотя бы и грести, приближая нас к суше?..

- Надо что-то делась, - сглотнув вязкую слюну, высказалась я в никуда. И когда никакой реакции не последовало, а рыбак продолжил свое неподвижное бормотание, озвучила свое навязчивое желание. – Я хочу искупаться!

Это желание не первый час крутилось в голове, маня навязчивой и такой желанной свежестью.

- Не стоит, - мне снизошли до ответа. Впрочем, моего раздражения всем и вся это не убавило. – Терпи до вечера. Искупаешься, когда жара спадет. Сейчас не удержишься и наглотаешься воды – от соленой станет только хуже.

- Я пить хочу, - в душе в этот момент «пинала» себя за малодушие. Но не сдержалась: фраза – крик души.

- Знаю, - плечи мужчины на миг приподнялись в очевидном вздохе. – Но в этом месте трудно добиться милости богов. Цена слишком высока…

- Цена? - Я внезапно испытала прилив сильнейшего стыда, вспомнив по чьей вине мы так влипли. Но и информацию о местном Боге, насылающем шторма, запомнила. – Это как остановить шторм? Смысл в этом же? Я готова!

Каждый может считать меня распутницей, но сейчас я дошла до такого состояния, что за кувшин с водой отдалась бы кому угодно! Не только прокаженному, который, кстати, вообще оказался самым расположенным ко мне существом в этом мире.

Но Тень отрицательно мотнул головой, разрушив все мои надежды.

- Все не так просто. Твоя Богиня, тариль, хитра. Она умно выбрала время и место… Это ловушка, и из нее нет пути спасения. А если мы хотим его получить – должны отдать что-то крайне ценное, нужное Богу. Иначе ему нет резона помогать нам.

Местные Боги меня доканают!

- И что же это?! – Ухватившись за мачту, т.к. ноги от слабости плохо держали, я оглянулась. – Неужели лодка?

На мой взгляд, это древнее корыто - единственное достояние этого мужчины. Но я очень сомневаюсь, что оно может заинтересовать какое-либо божество. А значит, всем на нас начхать!

Плечи рыбака дрогнули – мне показалось: он беззвучно смеется.

- Нет, не лодка, - подтвердил он мои подозрения. – Есть кое-что другое…

«Ах, есть» - я возликовала.

- Тогда надо отдать, - тут же высказалась вслух.

Он медленно обернулся. А я с трудом устояла на ногах, увидев лицо спутника.

«Мамочки…»

Он был так бледен – ни кровиночки, лицо застыло гипсовой маской. Даже следы болезни померкли, словно стерлись, потонув в этой бледной безжизненности. А вот глаза наоборот налились цветом. Алым… Набухли, в раз став как-то больше. И все испещренные десятками кровяных прожилок, приобрели отчетливо алый цвет. И в целом выражение лица испугало меня какой-то изнуренностью… мукой. Тень словно состарился лет на пятьдесят за эти часы.

- Скажи мне: кто ты? Та, что живет в тариль? – Голос его звучал безжизненно, устало.

Вот этого вопроса я сейчас не ожидала… И в смятении страха гибели, измученная жаждой, полуобезумив, испугалась разоблачения. Словно ком в горле встал, мешая сознаться. Отведя взгляд, избегая пытливого взгляда мужчины, ответила вопросом.

- С чего вы взяли, что во мне кто-то живет? И что… эээ… Богиня желает убить меня? Я же тариль!

Он какое-то время молчал – я чувствовала его взгляд. И мне казалось что уже и не ответит, разгадав мою ложь. Но он ответил:

- Цель не ты. Ты переродишься. Твоя… покровительница выбрала удачный момент навредить мне.

«Ему?! Зачем Богине-мужененавистнице несчастный рыбак?»

- За что?

- Хотя бы за то, что увез тариль так далеко от цитадели. Твое отсутствие подрывает ее силы.

Об этом я уже и сама думала.

- А что им от тебя нужно? Может жемчужина?

Мне очень жалко было бы расстаться со своими планами, узнать про путь в свой мир (а я планировала заполучить жемчужину). Но сейчас… я могла не дожить до встречи с этим их местным всезнающим мудрецом. Поэтому готова была жертвовать планами.

- Ты же не можешь всерьез полагать что ХХХ (мудрец) дано знать то, что неизвестно Богам?..

Вопрос был риторическим. А я, исчерпав запал, бессильно осела на дно лодки: жажда стала катастрофической. Спасения нет. И Тень тоже бессилен помочь, более того – именно я причинила вред и ему. Пусть и не по собственной воле…

Из глаз полились слезы. Вот казалось, откуда бы им взяться, организм так обезвожен. А полились…

Это я оплакивала свою незавидную долю попаданки, чувство вины, что и сейчас не давало смириться и тихо-мирно скончаться от жажды посреди океана. Жалела не себя! Мужчину, что невольно втянула в такие проблемы.

«Ох, об одном прошу, - взывала я к мирозданию в состоянии полного душевного смятения, - пошлите мне еще раз ту лиловолосую старушку!»

Но «услышать» меня не пожелали.

Вместо этого внезапно окатило волной прохлады. Очнувшись – а я настолько глубоко ушла в свои печальные думы, что практически отключилась из реальности – заморгала, медленно понимая что случилось: Тень выплеснул на меня ведро воды. И сейчас уже наполнял второе, намереваясь повторить этот подвиг.

- Что ты делаешь?

Я в испуге отшатнулась. Освежающая волна словно придала сил.

- Не устраивай истерик, женщина! – Устало урезонили меня. – И так сложно. А вода? Я подумал, может быть ты не так уж не права… Похорошело?

В легком стопоре я кивнула.

Второе ведро он опрокинул на себя. Я с облегчением отметила, что краски стали возвращаться на его лицо.

- Что же делать? – Сама ничего придумать не могла. И не сдержавшись, призналась. – Я так виновата!

- Возвращайся обратно в укрытие! Попробуй уснуть, - он кивнул на матрасик под навесом, и еще одно ведро воды обрушилось на меня, встреченное уже с энтузиазмом. – Ночью будет легче – солнце уйдет, тогда и обсудим. Что до вины – не думай так. Я знаю что это не ты…

При этом Тень бросил на меня такой пронзительный взгляд, что я испугалась. Что за странный мужчина повстречался мне?.. И я – вот удивительно – безропотно заторопилась вернуться под хлипкое укрытие, тело словно само двинулось вперед, подчиняясь его приказу. Там, прикрыв глаза, расслабленно обмякла – вода подарила ощущение прохлады. Пусть жажда не прошла, но стало легче. Уснуть удалось.

- Тариль?

Откликнулась не сразу – так и не могла привыкнуть к этому обращению. Да и собственные реакции притупило состояние – осознав что зовут меня, с трудом раскрыла глаза, повернуть голову в направлении призыва не получалось. Состояние было каким-то неживым.

«Вареным» - с трудом собралась я с мыслями.

Язык во рту разбух, голова нестерпимо болела, а сама я словно пребывала в коконе из плотной ваты, видя окружающий мир сквозь пелену. Тело меня слушалось плохо, ощущения почти пропали. Но даже в таком состоянии я осознала главное: солнце так и весит в зените! Жара стояла ошеломительная.

Причем мое состояние однозначно говорило, что проспала я не полчаса…

«Опять чья-то враждебная магия? Время остановилось?..» - Мысли усталым роем пронеслись в голове.

- Тариль? – Теперь я узнала голос. Это Тень!

Попытка ответить успеха не принесла, а вот шевельнуться смогла. Повернув голову, увидела силуэт его фигуры, привалившейся к проему двери в мое укрытие. Поза говорила об усталости и обреченности.

- Твоя Богиня не щадит даже тебя! Ночь не наступит… Она как-то договорилась с ЧЧЧ (бог), мы не избежим солнца.

Если бы мне не было так плохо – я бы рассмеялась. Он и не представляет насколько для меня это не секрет. Поэтому все его попытки напоследок открыть мне глаза за «неправильность» моих, как он полагает, убеждений – напрасны. Я все уже ощутила на собственной шкуре.

- Ненавижу ее! – В шепот я вложила все свои чувства. – И весь культ жестокосердных!

- Правда? – Он неожиданно резво для умирающего от жажды встрепенулся. И голос уже не звучал так безжизненно как миг назад. – Ты же понимаешь, что все силы, которыми она наделила тариль – лишь призваны принести пользу ей, подарить больше жертв. А с тобой она легко разделается, заменив кем-то другим! Стоит ли верить такой Богине?.. Следовать ее законам?

Он что убеждает меня «откреститься» от «патронессы»?.. Если бы я могла!

- Даже заменять не требуется, - сдавшись, я прикрыла веки, приготовившись встретить очередные перемены. Явно грустные для меня: спячу и стану слепым оружием убийства кровожадной психопатки с замашками Бога! – Я просто сойду с ума и начну безропотно повиноваться, а после буду возрождена в другом теле.

Не то чтобы я жаждала поделиться с кем-то этой ужасной тайной, но прокаженный все равно не жилец. Последнее что уловила до того как провалилась в бессознательную кому, это расчетливый комментарий Теня:

- Вот оно, значит, как. Душа-путешественница…

Но мир уже поглотила чернота.

- Проснись немедленно! – Рявкнул кто-то рядом. – Помощь нужна.

Меня словно подбросило над матрасом. И пусть тело ощущалось разбитым, но вполне себе живым. Больше того – первое, за что ухватилось сознание – это шум ливня!

«Дождь!» - счастливо замерло сердце, в то время как руки и ноги барахтались в попытке выбраться наружу. И мысли ослушаться не возникло – тело словно само двигалось наружу.

О, да! Это был дождь. Ливень!!! Небо почернело, тугие струи прошивали воздух сплошным потоком, укрыв поверхность воды пузырями. Я, охваченная восторгом ликования, на миг замерла, чтобы в следующую секунду, ожив, жадно распахнуть рот, стремясь поймать такую необходимую влагу.

- Потом! – Снова рев Теня. – Держи края! Надо успеть собрать пресной воды как можно больше.

Он рукой толкнул мне груду какой-то жесткой ткани похожей на наш брезент, вынуждая перехватить. Держа края материи двумя руками, следуя указаниям мужчины, умудрилась закрепить его между бортами лодки с небольшим провисом по центру. Тут же по этой канавке забурлила вода…

Тут мне подсказки не понадобилось – схватила ведро, подставив его под поток, взглядом уже ища пустой бочонок. А еще – метнулась к сундуку с запасной одеждой. Выхватив все содержимое, расстелила поверх навеса.

«Воду можно и отжать!» - Жажда очень обостряет смекалку.

Наслаждаясь этим ощущением гипервлажности, успевая сглатывать бегущие по лицу струи воды, я методично наполняла водой все емкости, что попадались под руку. И наслаждалась этим! Об одном лишь моля, чтобы дождь подольше не кончался.

Состояние было неописуемым – такого драйва и энергии я в жизни не ощущала. Руки летали с невероятной скоростью, тело было подчинено одной задаче – обеспечить нас водой. Судьба дала мне шанс исправить роковую ошибку! И я в него вцепилась с бульдожьей хваткой. Пусть у меня нет магических сил этой их тариль, но взращенная годами жизненного опыта практичность – при мне.

Когда дождь внезапно оборвался, а небо в один момент просветлело, я с чувством выполненного долга, тяжело осела на дно лодки. И обвела взглядом результат сумасшествия последний минут – я работала в таком напряжении, что ничего вокруг не замечала. Но воды было в достатке, нам хватит добраться до суши.

И только сейчас я вспомнила про своего спутника. Мысль о том, почему он не помогает мне, до этого момента не возникала. А вот сейчас я увидела его…

Тень сидел на корме и управлял парусом.

«О, ветер тоже вернулся!» - Всего на миг я обрадовалась, заметив, что лодка ходко несется по волнам, когда, присмотревшись, с ужасом увидела… однорукого рыбака.

Не в смысле что на месте Теня обнаружился калека. Просто у моего спутника исчезла одна рука. Вместо нее, нелепо болтаясь, остался обрубок чуть ниже плеча.

Глаза в ужасе расширились. Я силилась понять… осознать…принять. Но не могла осмыслить увиденное.

- Что случилось? – Сама не осознала, что вскочила на ноги, вытянув руку вперед. Палец указывал на изуродованную правую руку мужчины.

- Цена… - оторвав взгляд от горизонта, спокойно пояснили мне. – Я же говорил, необходимо отдать что-то ценное. Я заключил сделку, мы спасемся.

Глава

 

Все шло ровно еще примерно полдня. Если судить со стороны. На море царил штиль, лодка вопреки отсутствию ветра уверенно двигалась вперед (последнему я уже не удивлялась, уверившись в избытке странностей в этом мире). Что же творилось в моей душе, не знал никто.

Что полагается чувствовать, когда ради тебя идут на такую жертву? Мне было грустно и жалко Теня. Но по здравому размышлению, я решила:

«Не моя то беда. Сам он в мире этом родился – ему виднее, а мне бы в свой вернуться!»

Этим голос совести и заглушила.

Поспешила, как оказалось. Измученная скверными мыслями на свой счет и неравной борьбой со стихией, немного промявшись, отправилась спать. «Отрубилась» на лету, сказать честнее.

И тут…

Глаза открылись словно по сигналу. Со странным чувством, что не я управляю своим телом, поднялась и выбралась из укрытия в корме лодки. Впрочем, в этот раз «управление из вне» было каким-то… странным. Так словно кто-то сверху методично дергал за ниточки, заставляя двигаться мои руки и ноги – идти вперед. Никакого противоборства в голове не наблюдалось – там я ситуацией владела, только вот тело действовало вопреки всем моим желаниям.

Мимолетный взгляд на Теня подсказал что и мужчина спит – устало привалился спиной к мачте и дрыхнет. Но о нем я мгновенно забыла, едва взглянула за борт.

«Е-мое! Что за проклятое место! Не океан, а парк аттракционов… - чертыхнулась в душе, испуганно озираясь. – И что им всем от меня надо?»

Кому – всем, я и сама толком не знала, но все эти палки в колеса уже бесили.

Кругом царила зима… В буквальном смысле: бесконечная синева воды сменилась обильно присыпанным снегом каркасом из прозрачного льда. Вдалеке на фоне словно хрустального морозного неба виднелись даже сугробы, а небольшой ветерок гонял с места на место снежную пургу. Пока я изумленно хлопала глазами, гадая об очередном «чуде»: замерзнем? Ноги снова понесли меня вперед. По инерции вздрогнув в душе, испугалась, что споткнусь о борт лодки, когда, переместив взгляд под ноги поняла – лодки нет.

Выяснилось, что я тоже стою на заснеженном льду!

Нервно оглянувшись, уверилась, что оказалась одна посреди ледовой пустыни. Впору взвыть, но тут кто-то деликатно кашлянул.

Стремительно обернувшись, уперлась взглядом в совершенно не соответствующего этому месту типа. (Миг назад его тут не было!) Беловолосый, с фигурой греческой статуи, мужчина обольстительно мне улыбался! Двух мнений тут быть не может, я достаточно повидала в жизни, чтобы не спутать этот самодовольный оскал субъекта, уверенного что представительницы слабого пола укладываются в штабеля при встрече. Вопреки погоде, незнакомец был совершенно обнажен. Единственное – нечто схожее с фиговым листочком имелось на том самом месте. Но я не какая-нибудь припадочная юная девственница и давно научена жизнью: главное не размер… хм… достоинства, а размер души!

Так мы и застыли, вылупившись друг на друга. Пауза затянулась. Он уже нелепо, все еще убежденный что я вот-вот плюхнусь к его ногам, но уже начинающий ощущать крохи сомнений в моей адекватности, по привычке высокомерно лыбился: падай! Я с толикой раздражения (а еще полпинка, и близилось состояние, когда «сам черт – не брат») взирала в ответ: падай сам, нашел глупую – на снегу валяться! Тем более, одежды на мне было не сильно больше – как-никак пару минут назад я была посреди жаркого океана.

Незнакомый покровительственно качнул вниз подбородком.

«Вот чего ему надо? Ниц что ли пасть?»

Я стоически приподняла правую бровь в вопросительном жесте: чАго?

- Отдайся мне! – Беловолосый не выдержал, разочаровав меня «в конец» своей очевидной узостью мышления.

- Некогда, - искренне посетовала я ему, на миг возведя взгляд вверх.

В самом деле, лет бы сорок назад предложил… А сейчас, жизнь обрела новые ориентиры, гормоны давно не бурлили и существовать приходилось по принципу: делу время, а все остальное – после. А дело сейчас было одно – вернуться, для начала к Теню.

- А где мой спутник? – Решив действовать, осторожно уточнила я.

Выражение лица неземного красавца мгновенно стало обиженным: подумайте какая цаца!

- Вот он, - недовольно фыркнув, он ткнул пальцем себе куда-то под ноги.

Я с недоумением опустила взгляд вниз. Снег, лед… Погодите-ка! С внезапным прозрением, присев на корточки, уставилась на прозрачную основу под ногами. Махнув ладонью, смела снежную крупу, чтобы изумиться – лед был словно прозрачное стекло. И за его толстым слоем, если присмотреться, виднелась синева океана, на волнах которого покачивалась такая знакомая мне лодка…

Напрягая глаза до боли, смогла рассмотреть и фигуру мужчины на борту. Он стоял, задрав голову и уставившись на небо. На миг мне показалось, что я встретила его взгляд…

«Это невозможно - качнула я головой, избавляясь от наваждения. – Даже зрение тариль не способно на подобное – я где-то очень высоко! Ох, уж эти местные Боги, покоя от них мне нет – мало не утопили, теперь «на небеса» забросили!»

Нервная система крепла на глазах! С каждой новой «встречей» с местным божеством я прямо чувствовала, что закаляюсь похлеще стали. Теперь бы еще ноги унести…

- Наконец-то должное почтение, - в собственном ключе истолковав мою коленопреклонную позу, довольно протянул обнаженный красавчик. – Впрочем, я понимаю: всю жизнь мечтать о встрече со мной, тут не в ступор впасть, умом не тронься.

Исподлобья покосившись на говорившего и не спеша вставать, насторожилась:

- Ээ… мечтать?

И пусть он там себе думает что угодно – заботиться об адекватности этого «местного зоопарка» не мое дело.

- Признаюсь, - приложив ладонь к губам, шепнул мне он, - иногда я люблю так развлечься – выдернув твою очередную инкарнацию сюда. Бог войны я или кто, в конце-концов? Должен и «одарить» служащую мне верой и правдой. Не все лавры забирать Богине жестокосердных, тариль не забывает и обо мне. Собственно, я единственный кого она может позволить себе вожделеть в сокровенных мечтах, принося мне кровавые дары!

Чувствуя, что одна бровь изумленно скользнула вверх, удивилась только одному: странно, что тариль поклоняется не богине войны, которую она и вожделеет в перерывах между затачиванием своих мечей, отрубанием голов осаждающих цитадель вояк и пытками очередных пленников!

«Что-то женское им не чуждо – мечтают, таки, злобные «машины для убийства» об этом… холеном мужчинке! - Мне как специально мгновенно представилось сильное жилистое тело Теня. Контраст вышел настолько сокрушительным, что к горлу подкатил ком – подурнело. – Надеюсь, мысли он не читает»

- Значит, мне повезло, - собственный комментарий прозвучал немного нервно.

Но я в этот миг представила как реагировали не знавшие телесной близости воительницы на встречу с тем, с кем «можно». И сразу поняла, почему этот тип встретил меня голым и был удивлен моим… тугодумием, скажем так. По всему выходит, что я должна была мгновенно начать срывать с себя одежды и кончить в полной прострации, едва коснувшись его коленки. Дела…

- Разумеется, - покровительственно кивнул он мне, демонстрируя снисходительное утомление вниманием всяких там «неотесанных провинциалок». – Но времени не много, поэтому прежде выслушай о моем повелении. Если время останется – одарю тебе позже. С Тенем трудно, пусть без руки он лишен возможности вмешаться, но может что-то и придумать.

Тут же решив заболтать Бога насмерть (только бы не дошло дело до «одаривания»), преисполнилась невольного уважения к своему хозяину: и Бог войны с ним считается! Вот, с чего бы?..

- Я готова… выслушать, - с самым примерным настроем кивнула в ответ головой.

- Твое присутствие необходимо в цитадели, без тариль воины орды, ведомые военачальником, смогли взять жестокосердных в настоящую осаду. Признаться, первоначально, я планировал переместить тебя назад… Но, обдумав ситуацию, решил что цитадель пока выдержит – силы Богини подпитывают, а у тебя есть шанс устранить источник проблем. Уничтожь варвара! Без военачальника орда – ничто. Именно его воля направляет их, поддерживает веру в свои силы.

Услышав про перемещение, я едва ли не хлопнулась в обморок в душе – спасла только крепкая нервная система нового тела. Вновь оказаться в окружении чокнутых мужененавистниц я желала меньше всего. А вот про гибель варвара от моей руки – не слишком ли многих устраивает такое развитие ситуации?

«Как бы спросить про лиловолосую старушку?»  

- Ты думаешь, Тень случайно оказался на твоем пути?

Ага! Я навострила ушки: сомнения на счет моего хозяина терзали уже не один раз. Любой информации на его счет я внимала с особым нетерпением, сама не понимая: почему?

- Он не простой рыбак! Это один из прихвостней варвара – я знаком с ним не понаслышке. Сильный маг, способный бросить вызов даже Богу!

При этом красавчик так недовольно засопел, что у меня закрались подозрения, что не просто способный, но и бросавший…

«Личная месть? А я опять – удобная «возможность» отыграться. И в перспективе – коза отпущения. Мутные у них тут порядки»

- И?..

Любопытство сводило с ума.

- Есть способ с ним разделаться! И ты сможешь к нему подобраться. Так удачно, что именно Теня варвар отправил изловить тебя. Ты же заметила, что они постарались лишить тебя всякой возможности вернуться в цитадель, разыграв историю с изгоем и патрулями воинов орды. Отправили в плавание. И куда!

- К-куда? – не без тревоги уточнила я.

- Все это позже. Если ты уничтожишь Теня, появляться на острове не придется. Без его магического влияния, я легко верну тебя в цитадель. А ты возглавишь поход, неся гибель воинам орды. В этот раз это будет не просто поход, будет война! Масштабная и неумолимая, пришло время покорить этот мир – это придаст Богине жестокосердных огромную силу, необходимую сейчас! Тогда и я в накладе не останусь. Вот что тебе поможет…

Обнаженный Бог протянул мне… кулон в форме крошечной емкости! Он лишь цветом отличался от «выданного» мне ранее – отливал жемчужно-фиолетовым.

«Однако…»

- Добавь в его еду или питье это снадобье – и все! А пока повесь кулон на шею, его никто кроме тебя ни увидеть, ни почувствовать не сможет.

Желания расспрашивать о лиловолосой уже не было: все они тут, одинаковы…

«Вот почему другие попаданки попадают в волшебные миры в тела милейших существ, а я в тело палача?! И у всех ко мне одно лишь дело – смерть» - грусть-печаль была неподдельной.

- Уяснила задачу? – Проявив неожиданную прозорливость, с прищуром впервые взглянул прямо в мои глаза красавчик.

- Да, да! – Истово закивала в ответ, спешно натягивая шнурок на голову: лишь бы отпустили уже. На груди теперь болталось целых два флакончика с ядом.

«Если дело пойдет так и дальше – стану опаснее кобры»

И тут, основательно ударив по моим натянутым нервам, в повисшей на минутку тишине раздался мерзкий такой звук – словно чем-то металлическим чиркнули по стеклу! Скрип?..

«Хруст!» - с искренним ужасом сообразила я через мгновение, проследив за направлением резво переместившегося взгляда очередного «добросердечного» божества. Прямо под нашими ногами в ледяной поверхности возникла трещина. Причем она, возникнув едва приметной морщинкой, неумолимо росла, с характерным звуком устремившись вперед и разветвляясь по ходу.

«Ко мне ползет, - с чувством внутренней обреченности, как-то неестественно спокойно подумала я, демонстрируя смирение перед неизбежным, словно все это время подсознательно ожидала чего-то подобного. – Сейчас рухну!»

- Тень! – взбешенно рявкнул обнаженный Бог, подтверждая мои подозрения. Все снисходительное безразличие слетело с него мгновенно. – Он невыносим! И тут каким-то образом до тебя добрался. Теперь ты понимаешь, как важно от него избавиться? Без такого окружения военачальник орды ослабнет, став для тебя легкой добычей!

При этом мой собеседник резко воспарил над ледяной поверхностью – очевидно, ему опасаться не приходилось. Откуда тогда гнев? Это мне надо биться в истерике, но нахлынуло странное безразличие – я с отрешенным видом и абсолютной невозмутимостью наблюдала за разрастающейся сетью трещинок на ледяном поднебесном своде. Провалюсь? А как иначе!

«Вот будь что будет» - от меня в этом мире еще ни разу ничего не зависело.

- Не печалься, - с очевидной досадой решил напоследок «приободрить» меня местный Бог войны, я призову тебя еще раз, как только исполнишь повеление. Ты сможешь отдаться мне – свершится величайшее счастье в жизни этой тариль!

Умг… ну хотя бы он уверен, что мое новое тело выдержит неумолимое грядущее…

С огромными от изумления, выпученными на мужчинку глазами (это же надо так верить в собственную неотразимость!), я и рухнула в бездну.

…пи-пи-пи… пи-пи-пи…

Кто хоть раз прыгал с парашютом без инструктора и на миг представлял себе ситуацию, когда этот самый парашют не сработает – меня поймет. Остальные вряд ли…

Высота оказалась реальность, рухнула я с мощью тяжеленного топорика – пулей устремившись к колышущейся синеве воды. Подумать ни о чем не успела, сердце зашлось в истовом стуке – это душа (моя человеческая, задохнувшаяся от ужаса душа) бесновалась внутри. Единственной мыслью, застывшей в сознании стало: сейчас будет удар!

Но…

Зажмурившись, в какой-то момент осознала, что воздух перестал со свистом проноситься мимо – мое движение замедлилось. Решившись и приоткрыв один глаз, обнаружила совсем рядом такую знакомую уже лодку и мужчину, стоявшего на корме. Широко расставив ноги, чтобы не покачнуться, он впился в меня сосредоточенным взглядом, словно именно им «регулируя» скорость и направление моего падения. Единственная не пострадавшая рука Теня призывно вытянулась в моем направлении, придержав, когда я все же обрушилась на него, мгновенно вцепившись в мужские плечи руками и заливаясь слезами от облегчения: даже неуязвимое тело тариль не стало оправданием для отмены маленькой истерики. И наплевать мне, что палачи не плачут!

- Ты не пострадала?

Все в нем – пристальный взгляд, напряженное до окаменелости тело, стальная хватка, безэмоциональный тон – говорило о подозрении. Словно он знал, с какой целью меня могли «умыкнуть».

- Нет, - растирая слезы по щекам, как маленькая девочка и все еще свыкаясь с мыслью о благополучном приземлении, я неграциозно плюхнулась на дно посудины, которую готова была расцеловать. – Испугалась очень, но обошлось. Спасибо! Не знаю как ты выдернул меня от туда, но спасибо.

Опомнившись, я поспешила выразить переполнявшую меня благодарность. Тень молчал, угрюмо изучая меня взглядом: ему тоже предстояло как-то объяснить мне свою роль в произошедшем, явно выходящую за рамки возможностей простого рыбака.

- Удачно совпало, что мы достигли течения желаний, - развеял все мои надежды на признание мужчина, кивая за борт. А там действительно наблюдалась очередная странность – лодку шустро несло в стремительном потоке мутной желтоватой воды. Причем поток этот выглядел горной шустрой речушкой в мареве едва колышущихся вод окружающего сине-зеленого моря. – Я пожелал вызволить тебя.

- А я тоже могу загадать желание? – Мгновенно ухватилась я за подвернувшийся шанс (или желание проверить честность спутника). Первая мысль была, конечно, о возвращении в свой мир.

- Можешь, - хитро прищурился мнимый рыбак.

Я немедленно пожелала вновь оказаться в злополучном санатории. Увы… секунды текли, ухмылка на лице Теня становилась все шире, а я как сидела привалившись к борту лодки – так и сидела.

- В чем подвох? – сообразила я. – Надо сжевать лапку лягушки? Прокукарекать с закрытыми глазами? Станцевать нагишом? Отчекрыжить себе ногу?

Последнее я брякнула сгоряча, мгновенно устыдившись, едва слова слетели с губ. Но Тень невозмутимо качнул головой и сообщил:

- Желание исполнится, только если оно будет касаться воды.

Вот озадачил! Окончательно вернув себе присутствие силы духа, и даже ощутив чувство голода, я задумалась.

«Вероятно, это все же попытка скрыть от меня магические способности за нелепыми оправданиями о течении желаний? Или нет?»

Перебросив руку через верхний край лодки, я наблюдала за прозрачными солеными каплями что залетали на ладонь. Что бы такого пожелать?Может сначала что-то на пробу?

- А попыток много? – бдительно уставилась на мужчину. Ловко орудуя одной рукой, Тень ставил парус.

- Одна, - даже не видя его лица, по тону догадалась об улыбке.

- А что ты загадал? – не унималась я.

- Мм… чтобы ты немедленно искупалась?

- Да?!

- Но я успел перехватить тебя на ходу, - мотнув головой, он на минутку обернулся, поразив кротостью взора: божий агнец просто!

«Ну, ну… - не поверила я, - может быть «провалилась» я и из-за магии этого ручья, но словили меня точно не так просто»

И тут осенило: жемчужина! Я же планировала ею завладеть с целью добиться от колдуна на острове значимых ответов. А во всей этой суете она куда-то подевалась… вероятно, выскользнула и упала в воду. Значит…

«Пусть жемчужина прыгнет мне в руку» - пожелала я от всей души. И тот же миг вместо соленых брызг из желтоватых глубин вылетел такой знакомый, отливающий перламутром, шарик. Бряк! Плюхнулся мне в ладошку. Пальцы немедленно сжались в рефлекторном захвате: мое.

- Не буду ничего желать! – Решила я сделать вид, что не поддалась на провокацию.

Тень замер. Медленно обернулся, посмотрев через чур внимательно:

- Расскажи мне, что там произошло?

 

Продолжение следует…

От автора:

В этот раз намерена написать полноценный роман, может быть, попробую отправить в издательство. Открыла на Палача предзаказ  https://noa-lit.ru/palach-dlya-varvara-predzakz.html или дешевле его можно купить в Книжном паровозике https://noa-lit.ru/knizhnyj-parovozik.html  Писать он-лайн тут текст продолжу примерно до 2/3 текста.

 

Около 3 лет
на рынке
Эксклюзивные
предложения
Только интересные
книги
Скидки и подарки
постоянным покупателям