0
Корзина пуста
Войти | Регистрация

Добро пожаловать на Книгоман!

Или войдите через:


Новый покупатель?
Зарегистрироваться
Главная » Пленница чужого мира » Отрывок из книги «Пленница чужого мира»

Отрывок из книги «Пленница чужого мира»

Автор: Бланк Эль

Исключительными правами на произведение «Пленница чужого мира» обладает автор — Бланк Эль Copyright © Бланк Эль

Глава 1. Проект «Сирена»

 

«Устали от обыденности? Состарились? Достигли карьерных высот и заработали миллионы, но это не приносит удовлетворения? Готовы на всё, лишь бы начать сначала, но не в своей пресной жизни? Технология «Сирены» к вашим услугам. Уникальная возможность выбрать себе новый мир, внешность, возраст, профессию, семью, можно даже сменить пол. Это билет в новую жизнь...»

— Ваше «творчество»?

На стол упал небрежно брошенный лист.

Рваные края, ровные линии, качественная бумага. Несомненно, его выдрали из дорогого блокнота. Причём рвали варварски, даже не заботясь о сохранности последних строчек. Бросили, кстати, тоже отнюдь не деликатно. С тем превосходством и гонором, что были присущи баловням судьбы.

Мужчина, сидящий за столом кабинета, на дверях которого висела табличка «Управляющий оздоровительно-развлекательным комплексом «Сирена» И.В. Бершев», поднял взгляд от обрывка и посмотрел на посетительницу.

С ней тоже всё было понятно. Молодая — лет двадцать пять максимум. Обеспеченная, дерзкая, привычная диктовать свою волю. Отсюда следует наверняка невыносимый характер. Дорогая одежда, изысканные аксессуары, ухоженная внешность... Да чего тут описывать — она красавица. Стройная фигура, светлые вьющиеся волосы, приятные, миловидные черты лица, которые так и притягивают взгляд.

И чего она забыла здесь? Этот текст из рекламного проспекта о билете в новый мир адресован не к ней. Не производит она впечатления уставшей от жизни особы. Клиенты «Сирены» совершенно другие.

— Присядьте, — предложил, указав на одно из кресел.

Пока девушка устраивалась на мягком сиденье, нажал на кнопку селектора.

— Да, Илья Васильевич, — тут же раздался голос секретаря.

— Олег, будьте добры мне кофе, а девушке... — вопросительно посмотрел на посетительницу.

— Кофе. Чёрный без сахара, — она не стала отказываться. — Меня зовут Айрин. Айрин Легорьевна Вайс.

Полное имя она назвала с тем апломбом, по которому даже незнакомый мог сразу понять — кто-то очень влиятельный заглянул в кабинет. Впрочем, эта фамилия как раз была на слуху. Имя владельца компании-монополиста транспортной отрасли гремело на весь мир. И столь же броскими были заголовки в прессе, когда Легорий Вайс погиб вместе с женой, возвращаясь домой. Символично — владелец крупнейшего завода, выпускающего аэрокары, разбился, когда летел на том, что производил для нужд других людей.

Причины обсуждались самые разные — от диверсии и покушения до несчастного случая. В итоге информация об итогах расследовании была засекречена. Зато единственная дочь стала наследницей состояния и выгодной партией...

Впрочем, эта сторона вопроса Илью не интересовала. Самоутверждаться за счёт жены он не планировал. Наоборот, стремился самостоятельно достичь не меньшего благосостояния.

— Хорошо, Айрин, — мягко продолжил Илья Васильевич. — Будьте добры, объяснить, откуда у вас... это.

Он аккуратно поднял обрывок и, покрутив в пальцах, отправил в щель напольного утилизатора. Механизм довольно загудел, «проглатывая» и превращая компромат в мелкую пыль.

— Мой хороший знакомый воспользовался вашими услугами.

Проследив за действиями собеседника, Айрин хмыкнула и выразительно постучала по коммуникатору.

— Кто именно? — обречённо поинтересовался Илья, понимая, что электронную копию она сделала и сохранила.

— Павел Александрович Соболев. Он отправился в новый мир.

— Вы что-то путаете, Айрин, — отчаянно попытался избежать разоблачения собеседник. — Я помню господина Соболева. Он обращался ко мне, да, но за иной услугой. Развлекательный центр «Сирена» занимается виртуальными путешествиями...

— Не врите! — припечатала девушка, ударив ладонью по столу. — Павел умер после того, как побывал у вас.

— В этом есть связь? — удивился Илья. — Странно, что вы её находите. Ваш... хороший знакомый давно страдал неизлечимым заболеванием, которое слишком поздно диагностировали. Разве я имею к этому отношение?

— Не знаю, — отрезала Айрин. — Но в том, что на самом деле он жив, я уверена. Вы переместили его в другой мир, в другое тело!

— Это невозможно... — сочувственно вздохнул Илья. — Понимаю, вы безутешны, но не стоит предаваться спасительным фантазиям.

— Не увиливайте, господин Бершев! Я нашла его дневник!

Заявление прозвучало настолько весомо, что Илья нахмурился. Айрин же не мешкая вытащила из сумки ежедневник в чёрном кожаном переплёте. Открыв там, где вложена закладка, принялась читать:

— Завтра состоится перемещение и жизнь изменится окончательно и бесповоротно. Мой последний день на Земле... Я думал, что проведу его развлекаясь и наслаждаясь, а по сути брожу как неприкаянный по комнатам дома, который мне больше не принадлежит. Все мысли лишь о том, как утром полечу в «Сирену». Умру здесь и обрету новую жизнь там... Этого достаточно?

Девушка захлопнула книгу и с торжеством посмотрела на собеседника.

— Вы желаете от нас компенсации? Или решили поиграть в борца за справедливость? — Бершев избрал другую тактику.

— Нет! Я хочу последовать за ним. Отправьте меня туда же.

— Однако... — Илья Васильевич потрясённо посмотрел на девушку. — Я понимаю, когда... — Он запнулся и замолк, потому что раздался осторожный стук, и в раскрывшийся дверной проём зашёл секретарь.

Молодой светловолосый мужчина в сером костюме аккуратно и быстро поставил на стол поднос с салфетками и чашками и так же стремительно исчез, прикрыв за собой дверь.

— Понимаю, когда не самые молодые и здоровые просят о подобном, — продолжил Илья, придвинув к себе чашку, — но ваше решение...

— Вот именно, это моё решение. Остальное — не ваша забота.

— Айрин, вы ошибаетесь. Для успешного перемещения мы обязаны знать о своих клиентах всё. Привычки, желания, потребности... Мотивы. — Он в очередной раз пробежал глазами по изящным чертам лица и изумительной точёной фигуре. — Я не понимаю, зачем это вам? Вы богатая, красивая, молодая, у вас вся жизнь впереди... А знаете что? — улыбнулся весело, словно нашел выход. — Приходите лет через сорок. И мы продолжим наш разговор.

— Я хочу сейчас! — строптиво заявила Айрин. — Потом будет слишком поздно.

— Это ещё почему? Куда вы так спешите, неугомонная особа?

— К нему! За сорок лет он успеет обзавестись семьёй, и я стану ему не нужна. Я это уже проходила! Всё повторится, а мне не нужны разочарования. Я хочу счастья и взаимной любви. И раз уж Павел выбрал другой мир, значит, я буду счастлива там вместе с ним!

— Вы так сильно его любите?

— Представьте себе, да!

— А он? — ещё один осторожный вопрос, и предсказуемый ответ:

— Это не имеет значения! Павлик ответственный, он не мог позволить себе интрижек на стороне. Теперь он свободен и у нас всё будет замечательно!

Илья Васильевич промолчал, лишь мысленно пожал плечами. Встречался он не раз с такими экзальтированными дамочками. Не сумела удержать мужчину однажды, так не надейся на реванш. Не помогут ни новая внешность, ни другой мир. Впрочем... любой каприз за деньги клиента. Особенно если он так настаивает.

— Наши услуги дороги, — предупредил он Айрин.

— Цена не имеет значения! Я отдам всё, что имею.

— Обратного пути не будет.

— Я знаю, — презрительно скривился аккуратный ротик. — Прочитала. Павел многое описал. И если вы мне откажете...

Она многозначительно положила ежедневник на стол.

— Не откажу, — приняв решение, Илья Васильевич, сосредоточился, перейдя на привычный метод работы с клиентами. — Взамен вы передадите мне все записи, в том числе и электронные копии. Мы проверим, чтобы они не были тиражированы. И основных условий сделки это не отменяет. Вы переводите на указанные в договоре счета все средства, которые имеете, а также решаете вопросы с недвижимостью и акциями, вернее, предоставляете нам все сведения о наличии таковых. Мы сами решим, что нам подходит, а что оставим вам, чтобы вы могли успеть распорядиться этим на своё усмотрение.

— Меня всё устраивает. Я ускорю решение деловых вопросов насколько смогу. Но и «переселение» я бы хотела начать побыстрее.

— На подготовку нужно время, — покачал головой Бершев. — Вы должны пройти обследование, получить представление о мире, в который уходите, временно переселиться в то тело, в котором в дальнейшем будете находиться постоянно. Иначе будут сложности, без должной подготовки вас никто не примет за местную жительницу.

— Ясно, вы предлагаете мне пробную попытку. Тянете время, даёте шанс передумать. Только не надейтесь, что я откажусь.

— Это стандартная процедура. Вы подписываете соглашение, мы начинаем работу...

Он развернул к клиентке экран планшета, на котором был необходимый для ознакомления текст.

Вопреки ожиданиям Ильи, девушка спешить не стала. Тщательно изучила каждый пункт, задала уточняющие вопросы и лишь после поставила свою подпись.

— А моё тело? Что будет с ним? — деловито поинтересовалась, вернув планшет владельцу. — Здесь про это ничего нет.

— И не будет. Нам подобные доказательства не нужны, — пояснил Бершев. — Этот вопрос решается исключительно на уровне доверия. Какую причину смерти вы предпочтёте?

— Наименее интересную для прессы. И быструю. Не желаю, чтобы меня обсуждали все кому не лень. Мне хватило шумихи после гибели родителей.

— Разделяю ваше мнение. Провокационные заголовки не нужны ни вам, ни нам. Впрочем, вы — личность известная, так что они всё равно появятся...

Он задумался, с одной стороны уже жалея, что связался с такой сложной клиенткой, а с другой... С другой, что-то пока неясное, непонятное ему самому щекотало нервы и рождалось где-то на задворках сознания, заставляя ввязаться в эту авантюру. А ведь Илья не любил рисковать понапрасну...

 

***

Спустя сутки Айрин поднималась по ступеням совершенно невзрачного на вид провинциального трехэтажного здания. Бросила короткий взгляд на вывеску с незатейливой надписью «Санаторий «Сирена», презрительно усмехнулась, заметив облупившуюся краску на стенах, столь же быстро и с неудовольствием осмотрела совершенно простой и невыразительный интерьер холла, беспечно гуляющих постояльцев в одеждах, напоминающих больничные пижамы...

— Айрин Вайс, — шагнул ей навстречу тот самый секретарь, что приносил кофе в кабинет Бершева. — Следуйте за мной, я провожу вас.

— Какое убожество! Неужели ничего получше не нашлось... — не сумела совладать с эмоциями девушка. В обмен на солидную сумму, уплаченную по договору, она надеялась получить иной уровень комфорта и сервиса.

Секретарь, идущий на шаг впереди, промолчал, однако не удержался от улыбки. Эту избалованную богачку ждёт немало сюрпризов...

Длинный «больничный» коридор закончился дверью с табличкой «Процедурная №8». Внутри всё оказалось столь же примитивно, как и в социальных лечебных учреждениях: стеклянные шкафчики с лекарствами и инструментами, застеленная белой простынёй кушетка, занавешенное жалюзи окно. Подобные заведения не соответствовали статусу девушки, она предпочитала частные клиники.

Айрин скривилась и, окончательно разочарованная, начала чувствовать беспокойство. Может, её обманывают? То есть всех обманывают и на самом деле никаких перемещений, о которых так ярко писал Павел, не существует? Мошенничество чистой воды. Она даже приготовилась остановиться и потребовать объяснений. И набрала в лёгкие побольше воздуха... Но сказать ничего не успела.

Совершенно бесшумно один из шкафов уехал в сторону, открыв проём, за которым оказалась ведущая вниз лестница. Спуск закончился ещё одной дверью, рядом с которой была прикреплена панель доступа с несколькими уровнями защиты. Введя код, сопровождающий отступил в сторону, галантно пропуская девушку вперёд.

Створки двери дрогнули. «Потекли» в стороны, словно лопнувший воздушный шар, и Айрин невольно ахнула — перед ней открылась совершенно потрясающее зрелище, в лучших традициях научной фантастики.

На мгновение девушке показалось, что она попала на космический корабль — настолько взаимоисключающими оказались форма и содержание этого «санатория». Среди сложной высокотехнологичной аппаратуры, огромных экранов с непонятными данными, обтекаемых форм потолка, кресел и прикрытых прозрачными куполами столов Айрин терялась. Никак не могла определиться, на чём остановить взгляд в первую очередь. Интерьер убеждал... нет, он буквально кричал об успехах проекта «Сирена»: солидность, надёжность, современность. Не может эта картинка быть декорацией, видно, какие немалые средства вложены в обустройство.

Ох недаром Илья маскирует чудо научной мысли неприглядным фасадом!

— Прошу, проходите, — привлёк внимание посетительницы ещё один голос. Дверь за спиной девушки сомкнулась, оставив секретаря за собой.

Айрин повернулась, рассматривая подошедшего к ней темноволосого мужчину в белом лабораторном халате. Высокий, худощавый, словно регулярно недоедает, с острыми чертами лица и изучающим взглядом карих глаз. Проявленное внимание имело лишь одну причину — он видел в девушке новый подопытный экземпляр. Определённо лабораторный заучка, которого, кроме науки, ничего в этой жизни не интересует. Такой типаж не соответствовал вкусам богачки Вайс, и потому протянутую к ней руку она пожала без видимого удовольствия.

— Ринат Аркадьевич, — представился незнакомец. — Я буду готовить вас к перемещению и... — Он, как и Илья до этого, с сомнением и тревогой осмотрел Айрин. — Неужели вы действительно хотите...

— Начинается... — прекрасные голубые глаза страдальчески поднялись к оплетённому проводами потолку. — Давайте-ка без нравоучений. Я взрослая девочка и прекрасно знаю, что мне нужно... Где мне сесть?

— Лечь, — поправил Ринат.

Указав на одну из капсул, он отошёл к панели управления, чтобы активировать оборудование. Айрин замешкалась, однако увидев, как поднимается прозрачный колпак, решительно забралась внутрь, буквально утонув в мягком, заполняющем капсулу гелеобразном материале. Он не пачкался, не прилипал к одежде и телу, но лежать в нём оказалось так же приятно, как в воде.

Ожидая спецэффектов и прочих поражающих воображение штучек, Айрин замерла едва дыша. Однако ничего так и не произошло. Прозрачная крышка не опустилась, в лаборатории оставалось по-прежнему сумрачно и тихо, лишь слышно было как фыркает Ринат и ёрзает на своём кресле.

Подождав ещё немного, девушка не выдержала.

— Что мне делать?

— Э-м-м... — не понял её вопроса ученый. Оторвался от панели с данными и в недоумении посмотрел на пациентку. — Ничего не делать. Я фиксирую ваши показатели.

— Скучно, — пожаловалась Айрин.

— Необходима точная настройка. Успеете ещё в своём новом мире развлечься. Думаю, этот шанс стоит ожидания.

— Для начала я хочу увидеть хвалёное «перемещение». Знать, что получу в итоге. Полежать в прозрачной коробке я и дома могу.

— Моя «коробка» выгодно отличается от вашей. Я не имею права разглашать количество переселений, но, поверьте, их было более чем достаточно.

— Для чего «достаточно»? Для кошелька Ильи Васильевича? — съязвила Айрин. — Или для ваших исследований?

— Для выработки чёткого порядка действий.

Ответил Ринат нейтрально, однако мысленно был солидарен с выводом клиентки. В последнее время Бершев действительно начал проявлять излишнюю предприимчивость и жажду наживы. А ведь раньше они вместе вникали в тонкости развития научной составляющей. Да и к выбору клиентов Илья относился с большей тщательностью. Не тащил в лабораторию молоденьких избалованных дурочек. Сегодня она хочет, а после наверняка пожалеет о своём порыве. Только обратного пути, к сожалению, уже не будет.

Наконец, через пару часов, когда Айрин уже готова была взвыть от безделья, Ринат свернул экран.

— Всё, — поднялся с кресла и ободряюще улыбнулся девушке, впившейся в него вопросительным взглядом. — Завтра можно будет протестировать пробное подселение.

 — Завтра?! — возмущённо взвизгнула Вайс, чуть ли не подпрыгнув на необычном покрытии. Не удалось ей это только по причине его мягкости. Однако присесть девушка смогла и теперь гневно смотрела на Рината. — Никаких завтра! Там мой Павлик невесть с кем развлекается, а вы тут меня удерживаете! Я хочу понимать, что с ним происходит! Хочу увидеть, как он выглядит! Хочу знать, кем я там буду! Хочу...

Ринат обречённо поморщился, пропуская мимо ушей все оставшиеся «хочу». Для девушки-дилетантки сложный технологический процесс был чем-то вроде меню в ресторане, где без труда можно заказать нужное блюдо на свой вкус. Вот только здесь, в «Сирене», ответственность за неправильное «приготовление» слишком велика. Права на ошибку нет.

С другой стороны, мир, в который её требуется забросить, уже зафиксирован аппаратурой. И сознание её жениха — прекрасный маяк. Да и первое подселение вовсе не требует нахождения в «правильном теле». В принципе, можно закинуть капризную клиентку куда угодно, лишь бы поближе к объекту её симпатии. А дальше пусть сама разбирается...

— Хорошо, — пресёк поток требований, возвращаясь на своё место. — Я вас отправлю. Запоминайте условия, если вы их нарушите, можете считать, что отсрочили осуществление своей мечты надолго.

Айрин тут же умолкла, согласно закивала и рухнула обратно в капсулу, готовая слушать и выполнять инструкцию.

— Местный житель, в которого вы попадёте, — продолжил Ринат, — не будет вашим окончательным носителем. Он может оказаться кем угодно: стариком, матерью, учителем, просто знакомой вашего... гм... Павла. Контролировать действия чужого тела вы не сможете. Ваша задача: внимательно слушать и запоминать всё, что видите и чувствуете — раз. Молчать — два. Молчать — три.

— Вы повторяетесь, — обратила его внимание Айрин.

— А вы обычно увлекаетесь и принимаетесь болтать с носителем, который морально не готов вас воспринимать. Представьте, что в вашей голове вдруг раздаётся чей-то голос? Мало того, ещё и советовать начинает и комментировать... Приятно?

— Не очень, — поморщилась девушка.

— Потому «молчать» — это и четыре, и пять в инструкции! Я заберу вас, как только закончатся местные сутки. Вам хватит времени на первичное погружение в мир.

— Надеюсь... — прошептала Айрин.

Её сердечко забилось чаще, когда прозрачный купол начал опускаться. Пальцы невольно сжались в кулачки, а дыхание сбилось. Она даже зажмурилась, предвкушая встречу. И невольно перед глазами возник облик того, кто стал её единственной опорой после гибели родителей.

Чёткие лаконичные черты мужественного лица, пронзительные голубые глаза, сапфирами сияющие в отражении его смуглой кожи и густых тёмных волос... Крепкое, удивительной пропорциональности тело сорокалетнего мужчины... Хриплый, словно бархатный голос...

 

— Хороший день сегодня.

Незнакомый чужой голос первым врезался в сознание, разорвав вязкую тишину. Следом, столь же резко, полыхнул свет, ударив по глазам яркими лучами. Слепящий, отражающийся от водной глади... Солнечные блики! — догадалась Айрин, едва ли не восторженно ахнув. Перед её глазами раскинулось умопомрачительное в своей невероятной красоте зрелище — фиолетовое море, белоснежное небо и перламутровый песок.

Пляж!

Новая догадка вспыхнула в сознании, едва нос ощутил знакомый и одновременно чуждый запах моря, а кожи коснулось приятное тепло. Обнажённой кожи — это девушка тоже хорошо ощущала. Только осмотреть себя не смогла. Зато прекрасно видела того, кто сидел напротив, удобно устроившись в шезлонге с необычным по форме стаканом в руке. И продолжал говорить:

— Спасибо, что всё же меня сюда вытащил. Я бы так и не собрался.

Мужчина, чьи губы сейчас двигались, произнося слова, внешне был совсем не похож на Павла. Он был... Он был ещё лучше! Молодой, с идеальной рельефной фигурой, бледно-золотой кожей и ярко-рыжими, собранными в низкий хвост волосами. Столь же необычны и прекрасны были черты лица: раскосые глаза, разрез которых доходил почти до висков, длинные оранжевые ресницы, тонкие приподнятые брови, высокий открытый лоб, почти незаметный нос и идеальный контур совершенно человеческих губ, разве что словно покрытых золотой помадой.

— Ты последнее время вообще избегаешь развлечений. Эх, раньше всё иначе было.

Айрин замерла, не сразу сообразив, почему вдруг её губы двигаются, а в груди рождается незнакомый по тембру голос. Определённо мужской! И едва не засмеялась, когда осознала — ей просто достался носитель мужского пола! Он, видимо, был единственным, кто в момент перемещения находился рядом с Павлом.

На краткий миг Айрин пожалела, что поторопилась. Ведь могла бы потребовать, чтобы её забросили в женщину — привычнее как-никак, а о смене пола девушка никогда не мечтала, более того, испытывала отвращение. Однако быстро взяла себя в руки. Это же ненадолго, ей всего лишь нужно выяснить, на кого запал Павел! И уж тогда...

— Раньше я был легкомысленным одиночкой, — засмеялся «Павел». — А теперь у меня ответственности больше. Семью ведь нужно будет содержать.

Семью?

Айрин почувствовала недовольство. Когда это он успел?! Ведь недели не прошло! Однако будущее время чуть снизило силу возмущения. В конце концов, это даже хорошо, что есть не просто красивая девушка рядом, а настоящая невеста. Значит, можно не тратить силы на напрасные переживания и метания — если попадёшь в её тело, то с гарантией станешь женой.

— Нея приедет? Я ведь вас обоих приглашал, — вновь подал голос «носитель».

— Да, к вечеру обещала быть... А ты так и не определился?

— Я не тороплюсь, — потянулся носитель, поставив свой бокал на столик, оказавшийся рядом. — Не хочу усложнять себе жизнь. Да и оставаться свободным мне нравится, а мой талант не настолько редок, как у тебя, чтобы без особых усилий получить хорошую должность после женитьбы. Так что подожду. Если появятся выгодные вакансии, тогда...

— Дело твоё. Но не всё в этой жизни измеряется заработком, ты со временем поймёшь. Ты ещё не встретил свою любимую. Вот когда влюбишься, тогда по-другому заговоришь.

Айрин встрепенулась. Девушке показалось, что Павел с такой нежностью вспоминал именно о ней. Не о жене, с которой толком и не общался, будучи на Земле, — он ведь сам не раз о ней отзывался нелестно при девушке. Да и не мог же он за эти дни влюбиться в местную красотку... Наверняка его в ней только внешность и привлекла. Так что он будет только счастлив, когда узнает, чья в ней душа...

— Купаться пойдёшь? — неожиданно сменил тему «Павел». — Я бы окунулся в море.

И снова Айрин мысленно хихикнула. Тело новое, мир новый, а своих привычек Павлик не меняет. Он и на Земле был заядлым пловцом.

— Лень, — зевнул носитель и махнул рукой. — Я лучше подзаряжусь...

Он вытянул ноги и сполз по шезлонгу, распластываясь в форме морской звезды. Видимо, местное «подзаряжусь» соответствовало земному «позагораю».

Айрин, хоть и хотелось пойти вместе с Павлом, пришлось коротать время, прислушиваясь к шуму прибоя в темноте — носитель закрыл глаза. Ей оставалось только приободрять себя заманчивыми перспективами. Ничего, вот обзаведется она новым телом и сможет ходить куда захочет, делать что ей вздумается, никогда не расставаясь с любимым.

— Улевиафейер! — донёсся до ушей далёкий женский голос. — Обед готов!

— Вот ведь только расслабился... — проворчал носитель и нехотя сел.

Айрин же выругалась про себя на этого лентяя. Ведь час валялся ничего не делая, не меньше! И это называется «только расслабился»?!

— Олерианайлер! — крикнул носитель, когда, приставив ладонь к глазам, рассмотрел в волнах светлое пятно. — Сюда! — махнул рукой, призывая вернуться.

Теперь девушка с трудом сдерживала смех. Ну и имена! Их не то что запомнить, их выговорить быстро нереально! Хорошо хоть, женские короткие, судя по тому, как носитель назвал... невесту.

Ладно, это всё мелочи. Главное — понимать, когда к тебе обращаются. А с Павлом наедине Айрин сможет использовать его привычное, земное имя.

На обед мужчины отправились в постройку, оказавшуюся маленьким бунгало, в чём-то даже похожим на земные аналоги. Разве что в основе были доски из зелёной древесины, а крыша покрыта листами из непонятного синего материала. В тени прятался столик, накрытый на двоих, а около него суетилась полноватая, в сравнении со стройными мужчинами, и несомненно уже немолодая женщина.

— Иса, хватит хлопотать, мы сами, — отправил её восвояси Улевиафейер. — У нас к ужину будут ещё гости. Ты справишься?

— Да. Не волнуйтесь, вам не будет стыдно перед знакомыми за плохое угощение, — заверила женщина, тут же покидая мужчин.

Вечеринка? Айрин в предвкушении едва ли не облизнулась. Такое времяпрепровождение она любила. Пляж, море, гости... И если не самый богатый Улевиафейер может себе это позволить, то хорошо зарабатывающий Олерианайлер точно превзойдет его в роскоши. Значит, её будущее будет благополучно, обеспечено и безоблачно. Как же всё складывается замечательно! Не зря она поторопила этого лаборанта! Чуть было не пропустила самое интересное и важное. И приятное!

Увлечённая своими мечтами, Айрин даже не слишком прислушивалась к разговору друзей. К тому же отдельные фразы, долетающие до сознания девушки, были не настолько информативными и интересными, чтобы привлечь её внимание.

«Смотри, не опоздай завтра на работу», «Как думаешь, где выгодней купить свадебный костюм?», «Ты составишь мне компанию на тренировке?»

А вот к меню, то есть к тому, что мужчины ели и как, Вайс присматривалась внимательно. И ко вкусовым ощущениям прислушивалась. Это же не земная пища, тут нужно как следует разобраться — что с чем есть, в какой последовательности и какими приборами. В будущем точно пригодится... Интересно, а какие здесь дома?

Девушка снова отвлеклась, пытаясь представить то, чего никогда не видела. Впрочем, если судить по картинам, висящим на стенах, то местный мир больше всего похож на большую деревеньку. О небоскрёбах здесь наверняка и не слышали. Самые приличные и статусные жилища напоминают небольшие загородные коттеджи.

И хорошо и плохо. В принципе, девушка была не против жизни на природе, если к ней прилагались иные блага цивилизации — туалет, готовая кухня, магазины, салоны красоты. Да и Павлу нравилась загородная жизнь, он часто так отдыхал. Но ведь когда-то захочется и большего. Здесь есть театры? Торговые центры, индустрия развлечений?

И снова Айрин отбросила проблему как не самую существенную. В конце концов, даже если всего этого нет, она с Павлом может всё это построить, вложив деньги и снабдив примитивных аборигенов нужной информацией. Да они же им за эти ноу-хау ещё и заплатят! Тут тогда и обогатиться можно!

К тому же разве не об этом твердили некогда популярные фантастические истории о попаданках в другие миры? Там любая заурядная землянка могла круто изменить жизнь захудалого королевства. Одна из героинь даже открыла собственный бизнес и озолотилась.

Чем хуже Айрин? Она поумнее будет, чем вымышленные фифы. На её стороне жизненный опыт и умение добиваться поставленных целей.

Очередное подтверждение своим выводам девушка получила, когда мужчины, набросив на торсы хламиды из приятной тонкой ткани, а на ноги надев сандалии, отправились покупать невесте подарок. Тропинка, начавшаяся за бунгало и петляющая в зарослях краснолистных деревьев, быстро вывела путешественников к улочке между домами. Построенные из дерева и камня, они выглядели аккуратно и симпатично, но чересчур просто.

Лавка с товарами тоже не впечатляла. Витрина с деревянными полками, грубо сколоченный прилавок. На котором не было ни кассы, ни допотопного ящика для денег. Ценники у товаров тоже отсутствовали, приходилось постоянно уточнять стоимость у продавщицы — такой же золотокожей и рыжеволосой, как и все остальные жители поселения. Поразительно, как она помнила положение каждой побрякушки. И ведь никакой защиты от воровства — ни видеонаблюдения, ни ограниченного доступа к витринам.

Мужчины перебрали чуть ли не все предложенные к продаже вещи. В итоге выбрав яркий палантин, Олерианайлер бросил коротко, уже на выходе: «Запишите на мой счёт».

Какой примитивизм! Айрин едва ли не взвыла от возмущения, окончательно и бесповоротно решив — она возьмётся за этот мир основательно! По крайней мере, в том, что его жители нуждаются в переменах, сомневаться не приходится.

За время, проведённое в лавке, местное солнце, совсем не отличающееся от земного, опустилось к горизонту. И на пляж мужчины возвращались в окружении маленьких огоньков, протянувшихся вдоль тропинки. Зрелище было красивым, и Айрин жалела, что её носитель, привычный к подобному явлению, не стал к нему присматриваться и просто спокойно шёл, глядя больше под ноги, чем вокруг. А вот «Павел» то и дело оглядывался, несомненно любуясь и получая удовольствие. Для него этот мир ещё не успел стать обыденным.

— Олерианайлер! — радостный приятный женский голос встретил мужчин, когда их ноги ступили на песок. Сидящая на скамеечке у бунгало девушка одним стремительным движением вскочила и грациозно подбежала к ним.

Пользуясь тем, что Улевиафейер не отрываясь смотрел на незнакомку, Айрин тоже ревниво её изучала. Стройное гибкое тело с красивыми формами в нужных местах, одетое в летний короткий сарафан на бретельках. Рыжие волосы, темнее, чем у остальных, поднятые и собранные в высокую причёску. Босые ноги — длинные, стройные, по щиколотку утопающие в песке. Тонкие узкие кисти, лежащие на плечах «Павла». Невероятно жёлтые, практически янтарные, глаза, с нежностью всматривающиеся в его лицо.

Красивая. Пусть Айрин и не с чем было сравнивать, женщин она пока видела немного, да и каноны здесь наверняка приняты иные, но внешность девушки показалась ей приятной. Жить в таком теле будет... комфортно.

— Привет, Нея. — Олерианайлер, обняв спутницу, привлёк её к себе. — Ты сегодня неотразима...

Айрин едва не зарычала с досады. Это ей он должен говорить, а не какой-то инопланетной мымре! И уж тем более не целовать на виду у этого... Улевиафейера. Ну ничего, недолго осталось. Скоро всё станет так, как должно быть! Он воссоединится со своей истинной возлюбленной.

Скоро... Но не сейчас. Пока Айрин оставалось лишь наблюдать за тем, как весело Нея бегает вдоль линии прибоя и смеётся, разбрызгивая воду. Как спорят мужчины, разжигая на берегу костёр. Как хлопочет Иса, расставляя на расстеленном покрывале блюда для ужина. Как, сидя перед огнём обнявшись, парочка влюблённых воркует вполголоса, а Улевиафейер посмеивается, глядя на них и попивая из бокала определённо веселящий напиток.

Он и на Айрин, видимо, подействовал, потому что мысли девушки постепенно начали путаться. Она хоть и старалась сконцентрироваться на разговоре, который был ей интересен, ведь касался подготовки к свадьбе, но улавливала определённо не всё.

— Нея, кого ты хотела бы пригласить? Церемония послезавтра, а мы со списком так и не определились.

— Я хотела бы, чтобы мы были вдвоём. Жаль, праздник без гостей это неприлично. Придётся разделить нашу радость с другими.

— Меня не забудьте! — вяло напомнил о себе их друг. Он безуспешно пытался побороть сон...

 

***

— Айрин, просыпайтесь!

Настойчивый голос мешал, раздражал. Девушка отмахнулась от него как от назойливой мухи, но он не сдавался:

— Придите в себя! Вы же не собираетесь провести в капсуле всю ночь?

Капсула?!

Очнулась Вайс мгновенно. Не сон? Она действительно была в чужом мире? Или... Девушка с подозрением уставилась на склонившегося над ней Рината. Может, всё это лишь какая-то иллюзия?

— Чем вы меня одурманили? Отвечайте!

— Стандартный перенос сознания на сутки. Через пару дней можно будет повторить процедуру уже с тестовым подселением в выбранное вами тело. Я так понимаю, вы с ним определились?

— А чего тут думать! Мне нужно тело невесты моего Павлика. Не хочу, чтобы его свадьба прошла без меня.

— Айрин, так нельзя, — нахмурился Ринат. — Вам жизненно необходимо узнать мир получше и сориентироваться, понять менталитет и специфику общения. За несколько часов вы ничего не...

— Я узнала достаточно! — припечатала Вайс. — Я не дура, чтобы не разобраться, куда идти и что говорить в этом примитивном мире. Послезавтра я должна быть на своей свадьбе! Вам ясно?!

— Я не стану нарушать основную процедуру! — возмутился учёный. — Ускорить предварительную часть — ещё куда ни шло, но полностью менять ход подселения нельзя! Это опасно для вас в первую очередь! Это огромный риск!

— Да плевать мне на риски! — продолжила наступление Айрин. — Я вам плачу не за нравоучения, а за результат, который меня... слышите?.. меня устроит! Ладно, — сменила тон на угрожающий, поняв, что Ринат сдавать позиций не собирается, — тогда я пожалуюсь Илье Васильевичу. Я найду на вас управу. Бершев, в отличие от вас, поймёт серьёзность моей проблемы.

Она именно это и сделала. Вернувшись в свой дом на ожидавшем её на стоянке у санатория аэрокаре, едва сумела дождаться утра. Ровно в девять часов распахнула дверь в приёмную. Тем самым жестом, которым воспользовалась в первый раз, усадила обратно на кресло поднявшегося было секретаря и бесцеремонно рванула на себя ручку двери кабинета Бершева. Спустя ещё мгновение на голову Ильи Васильевича обрушилось всё то, что накопилось в душе и мыслях Айрин Вайс.

— Где моё обещанное «переселение»! Я выполнила все финансовые обязательства! — она небрежно бросила на стол Илье документы. — А ваш Ринат отказывает мне!

— Для начала он не «мой». Во-вторых, вашу ситуацию он мне уже объяснил, я в курсе. И, хочу отметить, полностью с ним согласен. Айрин, вам нельзя вот так с ходу, очертя голову становиться полноправной владелицей чужого тела. Поймите, намного лучше и правильнее, если вы какое-то время побудете наблюдателем. Вы мало того, что привыкнете, вы поймёте, как себя вести, узнаете привычки прежней хозяйки тела, её манеры. Согласитесь, это же важно. Вы же не хотите разоблачения?

— Да ладно вам, какое «разоблачение», — умерила гонор, но продолжила упорствовать Айрин. — Ну подумают, что у меня амнезия. Мало ли... Вдруг головой ударилась...

— Но ведь лучше, чтобы этого не было. И вам спокойнее, и окружающим. Не надейтесь, что другие настолько наивны и не заметят ваших ошибок. И... присядьте уже.

Айрин задумалась, послушно опускаясь в кресло. Разумом она понимала, что Бершев прав. Но в душе... В душе всё бурлило от негодования и ревности. Было бы время, она бы с удовольствием последовала совету, но позволить Павлу жениться на другой, пусть даже она сама уже будет в ней... Видеть, как они проводят вместе брачную ночь... Всё чувствовать и понимать, что это не её он ласкает... Нет, это исключено!

— Подумайте, — продолжил увещевать Бершев, — вы даёте шанс носительнице ещё немного прожить в родном мире. А после замещения её существование прекратится. Она умрёт. В отличие от вас, по-настоящему. Разве вам не жаль эту девушку?

Жаль? Мысль об этом Айрин даже в голову не пришла. Дальнейшая судьба этой стервы была ей безразлична. Она сама виновата, что встала на пути чужого счастья. Какая нормальная женщина потерпит соперницу? То-то же! Конкуренток нужно убирать вовремя, в этом землянка давно убедилась. Они только вредят и бизнесу, и личной жизни. Бершев просчитался с аргументом — не на то сделал ставку, пытаясь клиентку переубедить.

— Рано или поздно всё равно это произойдёт, — непримиримо тряхнула головой Вайс, разметав по плечам шикарные светлые волосы. — Так чего тянуть?

— Значит, настаиваете... — с неодобрением, но вынужденно принял её решение Бершев. — Хорошо. Я дам указания Ринату Аркадьевичу. А вам... — он вытащил из кармана флешку, — вам придётся ускорить оформление документов по недвижимости и акциям. Здесь два объекта, которые нас интересуют, и формы договоров. Остальное, я так понимаю, будут делить ваши наследники.

— Всего два? — усмехнулась Айрин. — А я думала заберёте всё. Боитесь, что после моей «смерти» на вас падёт подозрение?

Бершев промолчал, но улыбнулся, поддерживая клиентку в убеждении, что её выводы верны. Пусть даже на самом деле это и не соответствовало истине.

Илья был достаточно осторожным и практичным, чтобы избежать претензий общественности. Сеть подставных покупателей, целый штат одаряемых... Да и сделки проводились задними числами. Таким нехитрым способом всё имущество клиента оказывалось в нужных руках, а попытки прессы и наследников разнюхать что-то были обречены на провал. Разве далека от реальности версия, что обеспеченный человек мог промотать своё состояние? А гордость не позволяла богачу признаться в этом. Кому понравится выглядеть нищим? Проще пустить пыль в глаза и жить в долг.

С тем, что принадлежало Вайс, Бершев поступил бы так же, но...

 

***

Спустя два часа после того, как Айрин ушла, в селекторе раздался голос секретаря.

— Илья Васильевич, к вам Ринат Аркадьевич.

— Наконец-то... — пробормотал Бершев, закрывая экран, с которым работал. — Пусть заходит.

Ринат, привычно растрёпанный, определённо невыспавшийся, но хотя бы без своего неизменного халата, а в стандартной серой униформе, перешагнул порог и плотно закрыл за собой дверь.

— Илья, ты в своём уме? — бросил обвиняюще, сев в первое попавшееся кресло. — Я тебя не узнаю. Где твоя осторожность?

— Не начинай, — поморщился Бершев. — Я всё продумал.

— Что ты продумал?! — схватился за голову Ринат, окончательно разворошив волосы. — Одно дело — лишить жизни подселенца в теле старого больного человека. Такой всё равно умрёт со временем. Но у меня рука не поднимется убить молодую здоровую девушку. Или ты сам это сделаешь?

— Не язви, — строго осадил подчинённого Илья. — На этот раз обойдёмся без жертв.

— В смысле? — не понял его заявления учёный.

— Оставлю её в живых.

— Ты нарушишь запрет? — до такой степени растерялся, что понизил голос до шёпота Ринат. — Илья, если это всплывёт, за тебя всерьёз возьмутся кураторы. Мало не покажется! Наш проект прикроют, и многолетние усилия пойдут прахом.

— А кто им скажет? — криво усмехнулся Бершев. — И вообще, какие проблемы? Девушка хотела сменить мир, заплатила за пробное подселение, передумала... Ну не понравилось ей. Кто докажет, что реальное замещение произошло? Разве что ты. Но ведь ты меня не подставишь? Мы с тобой столько лет вместе. Строили лабораторию, добывали оборудование, вели эксперименты, с нуля поднимали проект. Это же для тебя не пустой звук?

— Да, но... — Ринат ошалело непонимающе смотрел на сидящего напротив собеседника. Наконец выдавил: — Но зачем? Какой смысл?

— Смысл... — Илья бросил тоскливый взгляд в окно и признался: — Да достало всё. Кураторы только и знают, что поиметь с нас деньги. Что нам остаётся? Радоваться жалким десяти процентам? И крутись как можешь. Я даже не имею права голоса в совете директоров, а ты говоришь, что я жалею средства на твои исследования.

— Ты хочешь прибрать к рукам шокированную и дезориентированную подселенку? Манипулировать и пользоваться «её» финансами и связями? — догадался учёный.

— Ну да.

— Чёрт, Илья! Не надо таким опасным способом решать проблему! Если всплывёт, что Айрин не Айрин... Слушай! — Ринат встрепенулся, окрылённый идеей. — А оставь себе настоящую Айрин! Убеди, что перемещения это игра воображения. Поухаживай за ней. Женись. Раз уж она тебе понравилась и так нужна.

— Эта наглая стерва? Я не самоубийца, Ринат. Нет, внешне она как раз по мне, но характер... Да я её придушу сразу после свадьбы.

— Думаешь, иномирянка не доведёт тебя до белого каления через пару дней? Она «тёмная лошадка». О Вайс ты хоть что-то знаешь и можешь предугадать, как она себя поведёт, а об этой... Нее...

— Нея? — заинтересовался Бершев. — Нея... — покатал слово на языке, словно пробуя на вкус. — Красивое имя.

— Какая тебе разница? Всё равно для всех она останется Айрин.

— Пусть. Я помню этот... Соболев... говорил, что на Земле настоящий расцвет технологической мысли, в сравнении с той отсталой планетой, которую он выбрал. В таком случае Нее здесь всё покажется чудом. А я стану для неё проводником в новый мир! Представь, какой благодарной и услужливой будет девушка...

— Принял к сведению чужой опыт? Значит, ты у нас новоявленный защитник и советчик? Только, по мне, это подло. Извини, но если бы ты её любил — это одно, а вот так банально использовать...

— Хватит, угомонись, Ринат, — отмахнулся от обсуждения Бершев. И привычно предпочёл деловой подход в подборе аргументов: — Помнится, ты хотел попробовать какое-то новое направление? Оно получит нужное финансирование. Я выделю столько, сколько попросишь, и даже больше, если наше дельце «выгорит».

— Напрасно ты пытаешься меня купить, — сердито буркнул Ринат.

— Предпочтёшь шантаж? Хорошо. Если откажешься, можешь навсегда забыть об исследованиях. Будешь до конца своих дней тупо выполнять ту работу, которую одобрили кураторы. Тебя это больше устроит?

— Ты как был циничным дельцом, так и остался, — вздохнул учёный.

— Правильно. Вот поэтому я здесь, а ты... — начав с апломбом, Бершев всё же сменил тон на доверительный: — Ринат, не передёргивай. Я же как лучше хочу. Отправь завтра эту стерву туда, куда она рвётся, и забудь как страшный сон. А с новой Айрин я сам разберусь.

 

***

На следующий день в тревожном ожидании, нервничая так, что с трудом сдерживала дрожь, Айрин прилетела в санаторий. В скрываемую за его стенами лабораторию шла с паршивым чувством, что для всех она уже умерла, а по коридорам идёт призрак, бывший когда-то живой госпожой Вайс. Сегодня ей было не до изучения интерьеров. Момент был судьбоносным и бесповоротным.

— Может, всё же передумаете? — вместо приветствия хмуро буркнул учёный, когда она перешагнула порог.

И именно эта неприязненность подстегнула решимость девушки. Этот заучка ещё имеет наглость ей указывать! У самого нет возможности заплатить за перенос, вот и пакостит из зависти к очередной счастливице.

— Может, всё же перестанете меня поучать? Делайте свою работу!

— Я помню. Клиент всегда прав, — хмыкнул Ринат, про себя добавив: «Даже если он полный идиот. Вернее, одна избалованная дурочка». — Воля ваша, я исполню оплаченную услугу добросовестно. Не сомневайтесь в моём профессионализме.

— Сразу бы так, — успокоилась Айрин, забираясь в капсулу. — Я успеваю? В нужный момент попаду? Не хочу пропустить самое главное.

— Не пропустите.

— А вы откуда знаете? — с подозрением прищурилась девушка. — Может, у них там уже всё закончилось.

— Даже не начиналось, — вздохнул учёный, бросив взгляд на экран. — Ваша носительница ещё спит.

— Так вы всё видите?! — встрепенулась Айрин, пытаясь вылезти из капсулы. — Дайте я посмотрю!

— Я «вижу» темноту и альфа-ритм спящего мозга! — не выдержал и рявкнул Ринат. — Вернитесь обратно, если хотите заполучить новое тело.

— Хамить не обязательно, — проворчала Вайс, удобнее устраиваясь в геле. — Так и быть, я подожду.

— Так... — Ринат заставил себя успокоиться и приступил к инструктажу: — Подселение и замещение отличаются, поэтому запомните порядок действий. Как только носительница проснётся, я отправлю вас. Насколько я понимаю, вы не хотите, чтобы она присутствовала в момент принесения брачной клятвы, или что там у них принято. Но до этого всё же будет лучше, если вы останетесь наблюдателем. Нея правильней выполнит необходимые ритуалы... подготовится, оденется... Вы же не хотите, чтобы ваш союз с Павлом не состоялся из-за того, что вы не знаете, где лежит платье? Момент, в который я её заберу, мне придётся выбирать интуитивно, а потому вам следует быть готовой, что это произойдёт неожиданно. Управлять телом сразу будет сложно. Возможно, вы упадёте и некоторое время не сможете говорить. Постарайтесь как можно быстрее адаптироваться и запаситесь терпением.

Он умолк, вернувшись к своим приборам, а Айрин лишь мысленно посмеялась.

Чего там сложного? Она целеустремлённая и не такая изнеженная, как остальные клиенты. Ринат только зря нагнетает обстановку. Это как скучная аннотация к лекарству — лишь пугает разными последствиями, о которых пишут, чтобы обезопасить изготовителя.

 Терпеть? Чушь! В новом мире, в красивом теле, в обществе любимого не может быть проблем. Одни удовольствия.

Полежав ещё немного в ожидании, Айрин не выдержала гнетущего молчания.

— А эта Нея, она в моём теле очнётся? Или вы его до этого... Кстати! — спохватилась, приподнимаясь на локтях. — Надеюсь, моя смерть будет красивой? Хочу прилично выглядеть на своих похоронах.

— Сердечная недостаточность. Инфаркт, — вынужденно солгав, отвёл глаза Ринат. — И нет, она не очнётся.

— Это хорошо, — успокоилась Вайс. Закрыла глаза, расслабляясь, и не увидела, как медленно начал опускаться прозрачный купол капсулы.

 

Глава 2. Свадьба и её последствия

 

Нежные лучи Ола проникали сквозь неплотно завешенные гардины. Скользили по комнате, забираясь в самые дальние уголки. Они и меня разбудили, обласкав кожу своим теплом.

Жмурясь от удовольствия, я потянулась, переворачиваясь на живот и скользя щекой по шёлковой ткани простыни. Протянула руку, нащупывая подушку, и подтащила, прижимая к себе, обнимая... Сегодня я последний раз спала в одиночестве, завтра рядом будет тот, с кем я не расстанусь до конца своих дней.

Как же это приятно осознавать! Как сладостно!

Повернув голову, бросила взгляд на настенный индикатор. Синий уровень. Хорошо, значит, не проспала, и у меня достаточно времени до прихода подруг. Можно даже не особенно торопиться.

Отпихнув подушку, села, нащупывая ногами домашние туфли. Наверное, слишком резко поднялась, потому что в глазах на миг потемнело, а в ушах зашумело. Я даже непроизвольно схватилась за край кровати...

Странно. В моём возрасте рано жаловаться на здоровье. Да и бюро Личных отношений не выдало бы разрешения на брак, если бы обнаружились проблемы. Я же совсем недавно обследование проходила!

Впрочем, тревожные симптомы исчезли быстро, и я успокоилась. Переволновалась, наверное. И потому, более не раздумывая, взялась приводить в порядок сначала комнату, потом себя.

Я хоть и в гостевом доме, но не люблю, когда вокруг не прибрано. И потому...

Отдёрнуть шторы, опустить створку окна, запустить трансформацию спального места, бросить грязное бельё в отсек и активировать систему очистки. Постоять под струями гигиенической кабинки, а потом высушить тело и волосы излучением тепловой установки. Забрать из доставки и надеть нижнее бельё...

Когда вернулась в комнату, завтрак уже стоял на столике у окна, и я с удовольствием принялась за еду. Всё же правильно Олерианайлер настоял, когда выбирал временное пристанище. Мне сейчас точно не до готовки. Хотя... Может, этот сервис и удобен, но я, пользуясь им, всё равно себя чувствую беспомощным мужчиной, неспособным приготовить пищу даже из самых простых составляющих. Остаётся утешиться тем, что я по объективной причине избегаю хлопот на кухне. Ведь не каждый день у молодой девушки случается свадьба. Любая невеста ценит время, освободившееся для сборов.

Пока я ела, синий уровень индикатора сменился на фиолетовый. Времени оставалось всё меньше, а дел предстояло так много! Сделать причёску, макияж, достать из упаковок и надеть свадебный наряд...

Платье я выбирала втайне от жениха, желая порадовать и удивить любимого. Меня сразу впечатлил простой и элегантный покрой, сочетание плотной блестящей материи и невесомой вуали, расшитой узорами.

 Наряд из струящейся золотистой ткани оставлял одно плечо открытым, лишь на другом был подхвачен тонкой лямкой. Облегающий верх, украшенный кружевом, сменялся драпировкой юбки, свободно спадающей до самого пола. Завершал образ воздушный отрез ткани, закреплённый на плече, который можно использовать в качестве накидки, если вдруг станет прохладно. Туфельки-лодочки тоже были украшены кружевом и прекрасно гармонировали с платьем.

Я с удовольствием рассматривала себя в зеркальной поверхности одной из стен, когда за проёмом, перекрытым защитной мембраной, раздались голоса. Успела как раз вовремя. Привычка к чёткому планированию со мной всю жизнь, пусть сегодня и исключительная ситуация.

— Нея, к тебе можно? — прозвучал усиленный приёмником вопрос, и я, не глядя, привычным движением сняла блокировку с двери. — Мы тут принесли...

— О-о-о! Какая ты красавица!

Восхищённые подруги закружились вокруг меня, изучая и делая комплименты. Мне оставалось лишь улыбаться и ждать, когда они, наконец, вручат свой традиционный подарок. Надеюсь, что смогу его надеть прямо сейчас...

Угадала. Вернее, подружки оказались предусмотрительными и практичными, выбрав для меня тонкую серебряную цепочку для волос, украшенную мелкой россыпью синих камней.

В другое время я бы наверняка оценила наряды подруг и поболтала с ними. Сейчас же лишь вскользь обратила внимание, что Аса надела зелёное платье, а Яла предпочла красное. В той же степени моё внимание упорно не желало концентрироваться на разговоре, в который меня пытались вовлечь подруги. Я мечтала лишь об одном — поскорее добраться до свадебной башни. Надеюсь, и наши гости прибудут туда вовремя.

В ожидании момента выхода я то и дело бросала взгляды в окно, где над кронами деревьев возвышался прозрачный шпиль, к вершине которого пара влюблённых возносится на специальном подъёмнике.

— Счастливая ты, Нея, — Аса вздохнула за моей спиной, положив руку на плечо. — Ты же совсем недавно завершила обучение, даже одиночкой побыть не успела. Олерианайлер так быстро сделал тебе предложение.

— Верно, — поддержала её Яла. — Большинство мужчин не спешит с женитьбой.

— Чему ты удивляешься, подруга? Им не понять наших проблем. Мужчины слишком высоко ценят собственную значимость... Пусть это и действительно так, но нам-то тоже хочется заботы и внимания.

— Вот! Из-за их разборчивости и неторопливости мы вынуждены довольствоваться временными заработками... Ой! Сигнал!

Вершина башни осветилась перламутровой вспышкой, притягивая к себе взгляды всех, кто был сейчас поблизости. Моё сердечко забилось с необычайной силой... Всё, начинается!

Наша церемония сегодня первая в очереди. Олерианайлер, договариваясь с бюро, попросил самое раннее время. Ему почему-то кажется, что утром его дар проявляется сильнее всего, а к вечеру становится слабее. Я не сравнивала, честно говоря, и потому не спорила. В любом случае мужчинам виднее, это же их таланты, которых женщины лишены.

Наверняка он решил показать что-то романтичное и эффектное. Ведь свадьба с любимой это не работа. По традиции будущий муж должен продемонстрировать невесте силу своих чувств, серьёзность намерений и способность обеспечивать семью.

В общем, через парк, окружающий башню, я шла, предвкушая и надеясь увидеть нечто невероятное, поражающее воображение. Подруги, постоянно от меня отстающие и вынужденные догонять, хихикали и подкалывали. Мол, бег к финишной черте стал бы более зрелищным, если заменить тренеров и судей на женихов. Какой действенный способ мотивации пропадает!

Возле дверей в холл у подножия башни нас уже ждали. Гостей мы пригласили немного, лишь самых близких: родителей, несколько друзей и подруг, пару-тройку хороших знакомых. И снова я почти никого не рассмотрела — мои глаза видели лишь одного мужчину. Того, который с искренним восторгом не сводил с меня глаз. Того, кто, сделав шаг навстречу, протянул ко мне руки, приглашая в свои объятия. Того, у которого наряд был ничуть не менее впечатляющим и невероятным!

Само собой, неудивительно видеть на мужчине брюки, но в сочетании с оригинальным верхом костюм выглядел эффектно. Олерианайлер смело заменил привычную для мужчин свободную тунику на более короткую и узкую, практически облегающую, дополнив её ещё одной из более плотной ткани, с разрезом впереди и небольшими отворотами.

Он, оказывается, такой фантазёр! Остальные женихи, которых мне приходилось видеть, в сравнении с моим смотрятся заурядно. Кстати, когда мы с ним познакомились, он не показался мне любителем нестандартных образов. Похоже, любимый меняется из-за желания удивить меня.

В любом случае мы с ним очень гармоничная пара — я в золоте, он в серебре... Поразительно, как можно чувствовать мысли друг друга на расстоянии, ведь я не показывала своё платье никому.

— Готова? — Олерианайлер так ласково это сказал, что у меня дыхание перехватило. Смогла лишь кивнуть и пойти с ним под руку в зал.

В его центре, шагнув на невысокую круглую платформу, мы остановились. Мягкая, нежная мелодия окутала нас. Свет, льющийся сверху, ласкал своим теплом. А голос распорядителя начал церемонию.

— Говорят, счастье возносит любящую пару до небес. Наши молодожёны традиционно последуют этому совету. Ощутите себя выше остальных и обменяйтесь свадебными клятвами. Искренним чувствам не нужно много слов, но именно они скрепят ваш союз навсегда.

Навсегда...

Странным эхом отразилось последнее слово в моих ушах. Словно кто-то из присутствующих женщин несколько раз его повторил, нарушая торжественность момента. Я даже невольно оглянулась, отыскивая безответственную гостью.

Скользнула взглядом по знакомым лицам, улыбчивым, радостным, взволнованным, чувствуя необъяснимое беспокойство. Что-то точно идёт не так! Темнее стало. И душно. И...

 

***

Ровная линия на графике матрицы, рванула вверх. Всплеск энергии, плато, затухание... И снова сглаженная полоса с едва заметными остаточными колебаниями.

Задержав дыхание и тщательно отслеживая ход перемещения, Ринат едва ли не носом уткнулся в экран. Старался не упустить момент, в который аппаратура жёстко зафиксирует одно сознание в том мире, переместив другое в земное тело Айрин. Бросал короткие взгляды на боковые панели, отражающие показатели жизнедеятельности. Наконец коснулся датчика, подтверждая результат и разрывая временную связь.

Оглянулся на капсулу, где оставалось недвижным тело девушки. Снотворное, которое система добавила в дыхательную смесь под куполом, сделало своё дело. Можно было не торопиться.

И потому то ли проявляя любопытство, то ли в научных целях, но выключать мониторы Ринат не стал. А может быть, причиной стали сочувствие к девушке или желание не нарушить планы Ильи?

Как бы там ни было, учёный удобнее устроился в кресле, подключив записывающее устройство к визуализатору, и продолжил наблюдать за происходящим.

 

— Нея, что с тобой? Тебе плохо?

Мужской голос звучал беспокойно. Руки оплели талию, чтобы поддержать оседающее на пол женское тело.

— Нет... Всё хор... хорошо, — приложив немало усилий, пробормотала Айрин, пытаясь совладать с чужим организмом, который никак не желал подчиняться её воле. — Я упала в обморок на свадьбе, да?

— Почти, — уже спокойнее отозвался жених. — Ты волнуешься, это понятно. Но всё же соберись и закончи ритуал. Ты же стойкая девочка, я знаю. Я надеялся, что ты станешь моей поддержкой и опорой на церемонии, а выходит наоборот.

— Сильный мужчина, а перекладываешь ответственность на женщину...

— Что? — растерялся Олерианайлер.

— Прости, — спохватилась Айрин, поздно сообразив, что переходить к претензиям ещё рано. — Я переживаю и говорю глупости.

— Давай лучше сосредоточимся на наших обещаниях, — поторопил жених. — Подъём уже начался.

Подъём? Глаза Айрин невольно скользнули в сторону и расширились от страха. Высоты землянка всегда опасалась, даже аэрокары выбирала со светонепроницаемыми бортами и летать предпочитала в самом нижнем воздушном коридоре, а тут... Тут платформа максимум метр в диаметре, стены совершенно прозрачные, а за ними уходит вниз поверхность земли...

— Ты первый! — пискнула Вайс, с усилием возвращаясь взглядом к лицу жениха.

— Гм... Я думал, инициатива за невестой... Ладно, — растерялся, но вынужденно согласился с просьбой Олерианайлер. — Так... Нея, я клянусь любить тебя, быть верным и своим талантом обеспечить нашей семье достойное существование. Обещаю, что у тебя будет много детей, для которых ты станешь такой же хорошей матерью, как для меня защитницей и помощницей во всех делах.

— Я... Наверное... — начала Айрин и умолкла. Все заготовленные заранее фразы вылетели из головы. То ли испуг был причиной, то ли странная клятва мужчины. Вайс определённо ждала иных слов. Она сама мечтала быть под защитой заботливого возлюбленного. А уж о детях девушка даже не задумывалась.

— Нея, я сказал что-то не то? — нахмурился жених. — Или ты передумала? Ты должна успеть дать мне своё обещание, вершина уже близко.

— Клянусь тебя любить.

— И всё?

— Я... не помню... то есть не знаю... то есть... Павлик, я — твоя Айрин! — в панике землянка решилась на признание, хотя планировала оставить его на первую брачную ночь.

Олерианайлер мало того, что потерял дар речи, он ещё и отшатнулся, едва ли не с ужасом всматриваясь в лицо девушки.

 — Ты не рад? Не веришь? — затараторила землянка. — Я нашла твой дневник. Твоя домработница не успела его сжечь, как ты распорядился. Я заставила Бершева отправить меня сюда. Я люблю тебя, Павлик! Ради тебя всё на Земле оставила. Знаю, что не вернусь, но мы же с тобой будем счастливы здесь! Я в любом облике готова быть с тобой!

— Дура! — неожиданно заорал «Павел». — Идиотка! — он оторвал от себя её руки, вцепившиеся в его плечи, и резко оттолкнул назойливую девушку. — Значит, на моё мнение тебе наплевать? Всё решила за меня?

— Я не решила, я... — опешила Айрин. Впрочем, шок от обманутых ожиданий быстро прошёл. Возобладали неуступчивый характер и привычка оставлять последнее слово за собой. — Ты же сам говорил, что не можешь встречаться со мной из-за жены! А теперь нам никто не мешает быть вместе!

— Да я просто не знал, как с гарантией отвязаться от твоей «любви»! — рявкнул Соболев в теле Олерианайлера. — Таких, как ты, избалованных заносчивых кукол с меня достаточно! Тошно уже! Думаешь, я выбрал этот мир из-за местных красот? Думаешь, меня облик носителя привлек? Нет, «дорогая», я...

— Молодожёны, вы... Извините... Вы на вершине, — не дал сорваться с его губ откровению обеспокоенный женский голос. — Не время для споров. Пора жениху продемонстрировать свой талант и удивить любимую.

Тяжело дыша, Олерианайлер сжал кулаки, буквально испепеляя притихшую невесту взглядом. Наконец нашёл в себе силы посмотреть на распорядительницу церемонии, скользнуть глазами по приготовленным для него материалам и резко бросить:

— Отмените свадьбу. Я ухожу.

Он оттолкнул девушку, вынуждая отступить и выйти за пределы подъёмной площадки. Взмахнул рукой, активируя спуск, и кабина лифта отделила пассажира от остальных прозрачной стенкой.

— Пав... Олиар... Олеанер... — спохватилась Вайс, подавшись к повернувшемуся спиной и уезжающему вниз мужчине, не сразу сообразив, что догнать жениха невозможно — напротив девушки осталась внушительная дыра в полу. — Ой... — она всхлипнула, прижимая руки ко рту. — Мамочки...

 До Айрин только сейчас дошёл весь ужас ситуации, в которой она оказалась. Брошенная на произвол судьбы. Одна. В диком непонятном мире. В чужом облике. Без денег. Без информации. Без права на возвращение.

Какой дурой она была, когда позволила уничтожить своё прежнее тело! Не продумала варианты самостоятельной жизни отдельно от Павлика, не потребовала для себя никаких гарантий обратного обмена.

Допустим, настоящая Нея чему-то выучилась. Об этом болтали её подруги накануне. А что из обозначенного умеет сама Айрин? Ничего. Знания прежней хозяйки тела остаются номинальными. Как тогда работать? Как жить?!

Покинутая невеста заломила руки, падая на колени. Зарыдала и даже не обратила внимания на то, как распорядительница церемонии профессионально быстро среагировала на её истерику. Активировала блокировку шахты, вручила девушке стакан воды, связалась с медицинским центром...

 

— Реально идиотка, — не выдержал и прокомментировал Ринат, наблюдая, как спустя несколько минут прибывшая на летающей капсуле бригада медиков увозит находящуюся в состоянии нервного срыва невесту.

Рука учёного потянулась было к выключателю, намереваясь навсегда оборвать контакт с перемещённым сознанием. В конце концов, указаний вести наблюдение не было, а любоваться приступами психоза Айрин смысла не имело. Клиентка приняла решение, фактически умерла для всех на Земле. Однако... Однако палец так и не коснулся датчика. Вместо этого лишь выключил воспроизведение на экране, оставив функцию записи.

Почему?

Ну хотя бы потому, что в увиденном Ринатом были совершенно нелогичные моменты. Те, что в корне противоречили его личным наблюдениям и заявлениям Соболева и Вайс об отсталости местной цивилизации.

Ведь учёный тщательно отслеживал всё то, что видели и слышали сами «подселенцы». Правда, держал этот контроль в тайне от клиентов «Сирены», предпочитая делать вид, что довольствуется их личными впечатлениями. И информация, полученная сейчас, в корне меняла представление об этой цивилизации.

Современный гостиничный номер, сложное устройство башни с подъёмным механизмом, наличие портативных устройств связи, продвинутый транспорт врачей...

Отсталый примитивный мир? Ха! Эта планета оказалась с сюрпризом...

Разумеется, живущие на ней иномиряне-носители не пытались ввести в заблуждения своих незримых наблюдателей — они ведь о таковых ничего не знали. Скорее всего, имело место банальное стечение обстоятельств.

Вайс не осознала истину, потому как упрямо игнорировала адаптацию. А Соколов обычно перемещался в тело Олерианайлера после своего рабочего дня — все эпизоды подселения приходились на один временной интервал. Такое эпизодическое наблюдение давало однотипные картины довольно простого быта и не слишком помпезных условий.

Теперь же становилось ясно, что планета имеет территории разного назначения, сочетая и техногенные, и близкие к природе зоны. А потому...

Потому лучше подсмотреть побольше, для полноты картины. Пусть потом Бершев сам с этим разбирается. «Повелитель техники», «просветитель провинциалок», «спаситель дам в беде»... Будет величайшим удовольствием посмотреть на его обескураженную физиономию. Илья стал слишком заносчив, считая себя умнее других. Приятно щёлкнуть его по носу.

Закончив работать с аппаратурой и настроив автоматику, Ринат крутанулся в кресле, разворачиваясь к капсуле с телом девушки. Раздумывал недолго. Включил вентиляцию, чтобы удалить частицы снотворного из воздуха, а затем убрал купол и отсоединил крепления. Установил ложе на пол, выдвинув из основания опоры с колёсиками, и выкатил девушку на лестничную площадку. Открыв дверь лифта рядом с лестницей, поднялся и вышел вместе со своей ношей на третьем этаже.

Палата, в которую он привёз девушку, была самой обычной. Илья дал чёткое указание — никаких излишеств, минимум необходимого, максимум дискомфорта и изоляции. Его мотивы были в общем-то понятны. Жажда наживы сподвигла Илью на циничный обман жертвы. И Ринат, хоть и был с этим не согласен, всё же выполнил распоряжения. У него не было желания и острой необходимости настраивать Бершева против себя и идти ему наперекор.

И всё же, переложив тело на кровать, прежде чем уйти, учёный оставил на столе бутылку с водой и плитку шоколада. Для организма смена сознаний энергозатратный процесс. Незачем заставлять Нею голодать. А дальше Илья должен обеспечить девушке приличные условия жизни. Это же в его интересах...

 

***

— Нея... Нея... Нея...

Голос любимого настойчиво звал, постепенно затухая и исчезая в вязком мраке. Я старалась к нему вернуться, рвалась всей душой, но... Кажется, осталась одна. Спешила к сияющей в нашу честь свадебной башне, но в итоге не могла сделать ни шага. Шпиль насмешливо сверкал из-за крон деревьев и отдалялся от меня всё дальше. Пока не стал неясной точкой на горизонте.

 Вдруг навалилась непроглядная темнота. В ночи аккуратные кустарники парка превратились в цепкие лианы. Они обвили меня, удушая...

Я рванулась из жуткого плена и... открыла глаза. Сердце суматошно стучало, отдаваясь толчками крови в висках. Дыхание тоже не было спокойным. Однако никаких хищных растений рядом не было. Всё тихо, спокойно. Я определённо лежала в кровати, укрытая одеялом. Надо мной, довольно низко, нависал белый ровный потолок. В комнате было сумрачно, но не темно...

Сон? Это был сон и я просто спала?

Но почему? Ведь сегодня моя свадьба! Наряд, подготовка, Олерианайлер... Это же не могло мне присниться?! А если и так, то где я? Это же точно не гостевой дом!

Отбросив одеяло, я села, осматриваясь.

Светло-голубые стены, покрытые краской, гладкий пол из какого-то серого пластика. Окно, закрытое широкими полосами тканевого жалюзи. Дверь...

Я именно к ней и бросилась, понимая — если и получу ответ, то только там. Рванула за ручку, модель которой давно устарела, недоумевая — кому и зачем пришло в голову такую сюда устанавливать.

Створка моим усилиям не поддалась, видимо, оказалась заперта. А я... Я замерла от ужаса, увидев свою ладонь, сжимающую хромированный металл. Это... Это не похоже на меня!

Отдёрнув руку, я с изумлением, граничащим с паникой, принялась её рассматривать. Строение пальцев вроде привычное, но фаланги несомненно короче. Кожа светлая, но отнюдь не золотистая, а какая-то розовато-бежевая. Ногти... Они вообще жуткие и уродливые! Длинные, покрытые толстым слоем голубой краски и разрисованные белыми узорами с вкраплениями крошечных кристаллов. Как с такими «когтями» можно полноценно работать?

Невольно опустив голову, скользнула взглядом по телу, которое оказалось меньше ростом и определённо массивнее в бёдрах и груди. Волосы... Руки судорожно потянулись к лицу, захватывая длинные светло-жёлтые пряди.

Я задохнулась и судорожно вцепилась в спинку кровати, чтобы не упасть, осознав — это точно не моё тело.

Да что вообще происходит?! Не подозревала, что у нас существуют технологии, позволяющие украсть чужой облик. Допустим, они есть, но я об этом не просила и согласия быть подопытной не давала. И обстановка тут слишком непритязательная для высокотехнологичного медицинского центра.

Ещё раз, уже внимательнее, прошлась взглядом по помещению, подмечая те детали, которые при беглом осмотре остались незамеченными. Кровать,простой конструкции, не функциональную, выполняющую всего лишь одну задачу опоры для тела во время сна. Рельефную металлическую панель с подведёнными трубками — по всей видимости, примитивный обогреватель. Висящий на потолке стеклянный цилиндр, провод от которого шёл к коробке на стене. Выключатель? Шагнув к нему, я щёлкнула клавишей. Свет предсказуемо вспыхнул, а я в очередной раз поразилась незамысловатым техническим решениям.

Всё ещё недоумевая от простоты обстановки, я развернулась от стены обратно в комнату и с нового ракурса заметила ещё одну деталь интерьера: прикроватную тумбу. Вернее, ёмкость с жидкостью, которая на ней стояла. Сделанная из прозрачного материала, она была заполнена столь же прозрачной жидкостью, напоминающей воду.

Отвинтив крышку, я понюхала, но никакого подозрительного запаха не ощутила. Глотнув, поняла, что не ошиблась. Самая обычная вода... Выпив сразу почти половину бутылки, я с трудом остановилась — настолько сильно пересохло в горле. И всё же я предпочла сохранить часть воды нетронутой. Поставив бутылку на место, погладила кончиками пальцев привлекательно-яркий прямоугольный свёрток, лежащий там же, на тумбочке. Сверху бумага, под ней тонкая алюминиевая фольга. Зачем?

Подняла, рассматривая внимательнее. Кажется, это всего лишь упаковка. А в ней... В ней спрятана пластина тёмно-коричневого цвета, с приятным запахом. Еда?

Лизнув, ощутила сладкий вкус и не удержалась — откусила кусочек. Подержала на языке тающую маслянистую массу и с удовольствием проглотила. Вкусно! Жаль только, что пить после этого угощения захотелось снова. Зато хоть настроение выправилось и появился обнадёживающий настрой.

Да, я по-прежнему не понимала сути произошедшего, не могла понять, где моё прежнее тело, зачем его забрали и когда вернут, но... Но мне оставили еду и питьё, значит, я кому-то нужна. Иначе продолжала бы мучиться от голода и жажды. Какой-никакой, а всё же аргумент в пользу моей важности для тех, кто запер дверь комнаты.

Дверь... Если я не могу в неё выйти, то... То могу хотя бы посмотреть в окно. Оно, скорее всего, тоже закрыто, но, по крайней мере, прозрачно.

Отодвинув в сторону полоски жалюзи, я с насторожённостью присмотрелась к открывшемуся виду. Ничего особенного: напротив моего окна часть двора, покрытая плиткой, и островки чахлой растительности с ненормально зелёными листьями. Стоящая чуть в отдалении ограда была невысокой, но надёжно скрывала здание от посторонних взглядов.

Выбраться и даже позвать на помощь я не смогу. Во-первых, снять металлическую решетку с окна без специальных инструментов проблематично. Во-вторых, кто услышит и поможет запертой девушке? Наверняка в соседних помещениях такие же пленники, как я. Ну а в-третьих, какой смысл сбегать, если я ещё толком ни в чём не разобралась. Должно же быть произошедшему какое-то разумное объяснение.

Выдержка и умение собраться — это первое, чему девочек учат в пансионе. Мужчины могут иногда такие неожиданные выходки устраивать, что не устаёшь удивляться. А кто последствия должен исправлять? А в идеале вообще пресекать подобное.

Так что успокоилась я быстро. Следует выждать, чтобы не наделать глупостей и достойно выдержать выпавшее мне испытание.

Испытание!

Ухватила за хвост мелькнувшую догадку. Я же, когда была ещё маленькой, слышала, как девочки постарше болтали о подобном. Что, мол, иногда выпускницам «везёт» столкнуться с тайной проверкой. Им, даже когда они уже покинули пансион, без предупреждения назначают дополнительный экзамен, особенно если в жизни у них всё складывается излишне гладко. А ведь это как раз про меня!

Я лучше всех училась на своём курсе, все зачёты сдавала с первого раза, о практиках мои кураторы отзывались лишь положительно. И в личных отношениях у меня всё устроилось сравнительно быстро. Олерианайлер даже не потребовал пробной попытки совместного ведения хозяйства, сразу замужество предложил. А талант у любимого редкий, и потому наверняка у работодателей закономерные сомнения возникли, что я в состоянии защитить своего мужчину, справиться с теми трудностями, которые предстоят. Вот и итог...

Значит, мне следует ждать. И быть внимательной. Именно сейчас я осознала, что непривычный вид из окна был специально созданной декорацией. Ведь в нашем мире нет таких странных растений. Это наверняка должно, по задумке экзаменаторов, вывести меня из состояния равновесия.

Однако вряд ли суть испытания лишь в том, чтобы выяснить мою стрессоустойчивость. Кураторы обычно подбирают задания с учётом всех личных качеств испытуемой. И, раз мне предоставили ещё и какое-то новое непонятное тело, я должна в первую очередь не ломать себе голову над неразрешимой проблемой, как это произошло, а обязана с ним освоиться. Узнать, какие у него достоинства и недостатки. Чтобы с умом использовать первые и учитывать наличие вторых. Подумать, можно ли обратить их себе на пользу.

В общем, мешкать и откладывать изучение я не стала. Зато некоторое время спустя точно знала, что дыхалка у организма аховая, длительного спринтерского забега не выдержит, лишь размеренный темп. А вот гибкость оказалась на высоте, и вообще подвижность неплохая, несмотря на специфический коренастый тип телосложения. Кожа разочаровала — излишне нежная и легко повреждаемая. Даже собственные ногти могли запросто её разодрать. Да ещё и регенерация крайне слабая — кровь лишь запеклась, и ранка, которую я себе нанесла, никак не желала зарастать.

Зато потребности тела в плане гигиены были аналогичны. И судя по наличию не слишком приметной двери, к тому же оказавшейся незапертой, удовлетворять их полагалось здесь же, рядом со спальней, раз иных возможностей нет.

В небольшом смежном помещении обнаружилась раковина устаревшей конструкции. Краны с водой это настоящая древность — мне пришлось долго вращать фиксаторы, чтобы отрегулировать температуру и напор воды. Но зато на стене оказалось зеркало, а в нём отразилось...

Лицо. Чужое, незнакомое... Оно не выглядело отвратительным и отталкивающим, просто непривычным. В чём-то даже привлекательным. Изящные черты, тонкие брови, выразительные, пусть и не очень большие, глаза. Нос хоть и сильно выступающий, но аккуратный и прямой. Четко очерченная линия губ, ровный тон кожи. По сути, была лишь одна проблема — это не моё лицо.

Очевидно, экзаменаторы решили максимально усложнить задачу по адаптации в некомфортных обстоятельствах. Даже зеркальная поверхность не давала объёмного отражения — приходилось вертеться, чтобы видеть себя в разных ракурсах.

Пока себя рассматривала, поняла ещё одно: тело очень чувствительно к температурным воздействиям. А потому наверняка и другим тоже — химическим, болевым. Кстати, терморегуляция организма далека от идеальной — отдаёт тепла он несоразмерно больше того, что получает. По крайней мере, пока я стояла на голом полу, мои ноги очень быстро начали мерзнуть. При том, что голой я отнюдь не была.

Расстегнув короткую куртку из непонятной ткани, я обнаружила под ней маленькую обтягивающую грудь майку. Существенного тепла ни то ни другое не давало. Облегающие брюки были длинными и полностью закрывали ноги. Похоже, к этому комплекту полагается обувь, которой на мне нет. Почему её забрали? Чтобы снизить вероятность побега?

Странно... Разве это может повлиять на мою решимость? Скорее, цель иная — доставить максимальный дискомфорт. Это логичнее.

Я забралась с ногами на кровать, завернув себя в одеяло. Буду сохранять тепло, раз уж в этом есть необходимость. Но бездельничать себе не позволю. У меня ещё другие органы чувств нуждаются в проверке. А они наверняка тоже отличаются от обычных, раз тело иное.

Запахи вблизи различались достаточно четко. Я ощущала слабый аромат парфюма, который был нанесён на тело. Пустая упаковка от лакомства тоже имела остаточный запах. Теоретически та растительность во дворе тоже пахла, только я этого не чувствовала. Значит, расстояние даёт свои ограничения.

А вот зрение, кстати, что на свету, что в темноте мне показалось идентичным привычному. По крайней мере, укрывшись с головой, я мало что видела, как и прежде. Зато слух был неплох. В полной тишине я без усилителей слышала какие-то шорохи за окном и под дверью. И приглушённые голоса. Жаль только, смысла фраз уловить не удавалось. Но хотя бы как систему ориентации и оповещения об угрозе звук можно использовать — уже хорошо.

Я так и сидела в ожидании, прислушиваясь к бормотанию за дверью. Там определённо кто-то разговаривал...

 

***

— Как не надо? Я со вчерашнего утра там не прибиралась... Илья Васильевич, это же ваше распоряжение, чтобы порядок и чистота в санатории были на высоте. Меня же премии лишат, если дежурная найдёт грязь. Как я буду объясняться?

Невысокая тучная женщина в халате и с арсеналом чистящих средств и приспособлений для уборки, закреплённых на тележке, с беспокойством заглядывала в лицо возвышающегося над ней Бершева.

— А я повторю! Успокойтесь, проблем у вас не будет! Уборка в этой палате отменяется до моего особого приказа.

— Хорошо-хорошо, Илья Васильевич. И близко не подойду! Только вы уж сами скажите Марь Палне... Мне-то она не поверит... А вы другое дело...

Бершев тоскливо вздохнул, глядя вслед уходящей к другой палате уборщице. Вот бы все его подчинённые были такими же уступчивыми. Ринат покорностью не отличается, постоянно норовит диктовать свои правила. А ведь, казалось бы, какое ему дело? Сделал свою работу и отойди в сторону! Так нет же, начинает что-то выдумывать, проблемы городить на пустом месте.

Ладно, когда результат очень шаткий и непределённый, в этом случае его вмешательство ещё можно объяснить. Но когда процесс налажен, и за него взялись другие... Вот и зачем Ринат суёт свой нос туда, куда не следует?!

В общем, в планы Бершева упёртость учёного никак не вписывалась. Мало того, она ещё их и нарушала. Причём самым радикальным и наглым образом! А как иначе расценить категоричное: «Я запрещаю!» в ответ на вполне лаконичное: «Пришла в себя? Я её забираю».

— Это что ещё за саботаж? — предсказуемо рассердился Илья, замерев на пороге лаборатории, даже забыв, что мешает закрыться двери. — Ты одурел от сверхурочной работы или обнаглел до крайности? Мы о чём договаривались?

— Я помню, — привычным жестом взъерошил волосы Ринат. Бросил взгляд на экран, где сменяли друг друга непонятные символы, и пояснил: — Организму девушки нужен отдых, а суматошное знакомство с тобой может помешать нормальной адаптации.

— А одиночная камера-изолятор как нельзя лучше помогает привыкнуть к новому миру, — съязвил Бершев.

— Ну... — Ринат поморщился, отводя глаза. — Она не там... В общем, я её в обычную палату отвёз... Не надо меня испепелять взглядом! — возмутился, реакции руководства. — Девушка вменяемая. Незачем травмировать её психику ещё сильнее. Дверь я запер, стекла в раме там непробиваемые. Да и этаж третий.

— Придурок... — в сердцах пробормотал Илья и уже громче возмутился: — Там же ни смотрового окна, ни системы наблюдения! Ты хоть бы о безопасности вспомнил!

— Чьей? — хмыкнул Ринат. — Чем может угрожать нам глупая девчонка из отсталого мира? Так что я всего лишь постарался снизить для неё уровень стресса.

— Ишь благодетель выискался! Это моя роль. Не мешай!

— Делай что хочешь! — поднял руки вверх ученый, изображая поражение. — Голоса разума ты уже не слышишь. Жажда наживы окончательно помутила твой рассудок.

— Предпочитаю называть это деловым интересом... В какой она палате?

— В тридцать шестой.

Ринат вздохнул и, достав из кармана ключ, положил в протянутую к нему ладонь. Понимал — спорить дальше бессмысленно, а пускать в ход подозрения насчёт возможной ошибки относительно уровня прогрессивности мира преждевременно. Доказательства-то косвенные. Записать нужно побольше, чтобы было на что опираться. А пока... оставалось лишь надеяться, что Илья проявит адекватность.

— Глупость какая... — бурчал Бершев, поднимаясь по лестнице. — Разве я с девушкой контакт не найду? — шипел, сворачивая в боковой коридор. — Можно подумать, она не захочет выбраться из заточения... Это ещё что?.. — он ускорился, увидев, как уборщица, стоя перед заветной дверью, перебирает ключи, отыскивая нужный в связке.

И теперь, глядя вслед уходящей женщине, Илья радовался. Успел как раз вовремя!

Хотя на самом деле мог и не торопиться — запасной ключ Ринат предусмотрительно забрал. Так что, даже если бы Бершев задержался, войти уборщица бы не смогла...

Около 3 лет
на рынке
Эксклюзивные
предложения
Только интересные
книги
Скидки и подарки
постоянным покупателям