0
Корзина пуста
Войти | Регистрация

Добро пожаловать на Книгоман!

Или войдите через:


Новый покупатель?
Зарегистрироваться
Главная » Подписка » Предавая любовь » Отрывок из книги «Предавая любовь»

Отрывок из книги «Предавая любовь»

Автор: Самсонова Наталья

Исключительными правами на произведение «Предавая любовь» обладает автор — Самсонова Наталья . Copyright © Самсонова Наталья

ГЛАВА 1

                На улице ярко светило солнце. Со своего места мне было видно, как далеко внизу снуют яркие машины. Я сидела на подоконнике, стискивая правой рукой томик популярного романчика, а мою левую руку обнюхивал какой-то молодой оборотень. Весьма безнадежно обнюхивал и даже немного поскуливал от разочарования.

                Во мне целая четвертинка оборотнической крови. Эта четвертинка подарила мне выносливость, гибкость, красоту и теоретическую возможность оказаться чьей-то истинной парой. Но так как по роду занятий я не пересекаюсь с оборотнями, мне приходится раз в три месяца посещать Бал Истинной Любви. Все с больших букв, прямо как на рекламных плакатах.

                «Найдите свою любовь и живите полной, счастливой жизнью!» Это звучит немного издевательски, учитывая, что женщина законодательно не может отказать оборотню признавшему в ней свою пару. На «притирку» выделяется аж четырнадцать дней, после чего самка…то есть, простите, женщина должна перезрелой грушей упасть в объятия своего оборотня.

                Увы, первым связь ощущает самец. Я уверена, если бы было наоборот многие женщины до последнего скрывались бы.

                Юнец беспомощно вздохнул и отпустил мою руку.

- Вы даже ничего не скажете?

- За прошедшие годы я ужасно устала от этого Бала,- ответила я не оборачиваясь и добавила,- но вместе с тем, я желаю никогда не встретить свою истинную пару.

                Мальчишка, оскорбленно фыркнув, ушел. А я повернулась в сторону залитого золотым светом пространства. Именно здесь семь лет назад мой друг впервые меня сфотографировал. И уже через неделю я была приглашена на первые полупрофессиональные съемки. Я единственная коммерческая фотомодель без специального образования. Все окупается моей врожденной пластикой и способностью часами стоять в одной и той же позе. Все же эта четвертина оборотнической крови очень мне помогает.

                И мешает – вместо того, чтобы наслаждаться выходными я сижу здесь, на подоконнике. Читаю мало интересный романчик о пылкой любви пылкого альфы к его пылкой паре (кроме шуток, там так и написано) и наблюдаю как обнюхиваются совсем молоденькие мальчики и девочки. И вот хочется спросить – куда вы так спешите? Неужели оно того стоит?

                Видимо, стоит. И девушки, смущенно краснея, с надеждой протягивают руки к юношам. Те склоняются к запястьям и смешно дергают носами. Чаще всего – безрезультатно.

                Я отбыла на этом празднике жизни два часа. Все, до следующего бала я больше никому и ничего не должна. Бросив романчик, спрыгиваю на пол. Каблуки звонко стучат по мраморному полу, а я уверенно иду к выходу.

                Неожиданный тычок в бок отбросил меня прямо в руки того юнца, что последним отирался о мое запястье. С трудом удержав ругательства, я оттолкнула мальчишку и, пылая гневом, развернулась к обидчику.

- Под ноги смотри,- вместо извинений бросил высокий и широкоплечий оборотень.

- Вы в порядке, госпожа Тильса? – мальчишка нехотя выпустил меня из рук и заглянул в глаза.

- Отойди от нее,- рыкнул тот же, кто меня толкнул. – Свободному волку незачем тереться о продажную женщину.

                Я поперхнулась воздухом:

- Немедленно извинитесь!

- В моих словах нет лжи,- холодно бросил альфа,- вы продаете свое тело. Ваше имя знает каждый и у каждого подростка есть ваши откровенные фото. Пусть люди называют это искусством, но не стоит тешить себя – это порнография.

- Что ж, по меньшей мере вы можете извиниться перед той, которую толкнули,- едко выплюнула я.

                Да, если к человеческим моделям у оборотней претензий не было, то ко мне…Я была первой из волчиц, кто рискнул обнажиться перед камерой. Да и как сказать «обнажиться» – чтобы ни говорил этот оборотень, но нет ни единого моего порнографического снимка. Все по-настоящему интимные места скрыты в тени. А то, что додумывает фантазия зрителей…Это уже не моя беда.

- Поделом,- буркнул он и ушел.

- Позвольте я провожу вас,- жалко промямлил мальчишка, не смевший даже пикнуть в присутствии сильного оборотня.

- Кто это был? – спросила я ради приличия.

- Эверард Штерн. Он прибыл с дальнего круга,- мальчишка вздохнул,- пример того, что сильный альфа может всего добиться сам. Уверен, его пара будет ему под стать.

- Запуганная идиотка – вероятно,- кивнула я.

                Очарованный мною мальчик проводил меня до машины и на прощание еще раз прижался носом к запястью.

- Какой ваш настоящий цвет волос? – выпалил он, отпустив мою руку.

- Я связана контрактом,- покачав головой соврала я.

                Три года назад я впервые покрасила свою роскошную, медно-золотую гриву. И выяснила, что мне идут все оттенки. Мой агент негодовал целых полчаса. А после нашел нужный номер и я стала постоянным «лицом» Фэшн Нэчралз Фрут. Что пополнило мой счет на весьма приятную сумму. И примирило Вика, моего агента, с новым имиджем его самой востребованной модели. И теперь именно рекламный отдел ФэФ решает, как, когда и в какой цвет будут окрашены мои волосы. Из-за чего многие считают, что мой прежний, настоящий цвет, тоже был делом рук стилистов.

- Остановите у суши-бара на пересечении восьмой и одиннадцатой улиц. И подождите меня,- коротко бросила я.        

                В этом маленьком ресторанчике готовят самые вкусные роллы. Суши так себе, но запеченные роллы – м-м-м, просто невероятное объедение. И да, именно в такие моменты я восхваляю свою оборотническую сущность – мне не нужно сидеть на изнуряющих диетах.

                Обычно я беру на вынос, но сегодня мне хотелось неспешно поесть и посмотреть на окружающих. В столице одинаковое количество людей и оборотней. Многие популярные блоггеры шутят на тему того, как именно достигают такого четкого равновесия. А мне нравится думать, что это следствие объединения культур. Знаю, звучит наивно, но так приятно.

                Выйдя из ресторанчика я села в такси и уже через двадцать минут была дома. «Зеленая аллея» - самый респектабельный район столицы. Это настоящий парк, заполненный детскими площадками, цветами, фонтанчиками и замысловатыми памятниками. По парку то тут, то там стоят небольшие дома на две-три семьи. Кто-то, как я, выкупает домик полностью. Расположена «Зеленая аллея» далековато от центра – сорок минут езды, если использовать платную полосу дороги. Если не использовать – два часа.

                 На втором этаже горел свет. Ожидаемо и неприятно. Прикоснувшись пластиковой картой к замку, я вошла. Принюхалась – морской аромат туалетной воды, табак и черный перец. Хоть бы раз я ошиблась…

                Оставив клатч на низком столике я сменила уличные туфли на домашние и поднялась наверх, в гостиную. Он стоял у окна. Широкий разворот плеч, руки заложены за спину. Хмурый взгляд направлен на улицу.

- Та же машина и тот же водитель, что забрали тебя от здания мэрии. Ты всегда используешь платную часть дороги – ненавидишь пробки. Где ты была?

- Ела суши,- равнодушно ответила я.

                Из моей гостиной можно сразу попасть в кухню.

- Кофе?

- Ты сидела там и позволяла себя облизывать,- сухо произнес он. – Все эти мальчишки только что из штанов не выпрыгивали.

- Это нормально, Эв,- с фальшивым сочувствием произнесла я. – У меня нет истинной пары и каждые три месяца я должна бывать там.

                Он резко развернулся ко мне и сверкнул янтарными глазами:

- Не забывайся, Тильса.

                Эверард Штерн – идеальный альфа. Высокий и широкоплечий, он идеально сложен по меркам оборотней. Изумительный цвет волос – стальной, со светлым отливом. Стилисты подобрали для него подходящую стрижку – по бокам покороче и чуть длиннее на макушке. Янтарные глаза, твердая линия челюсти и умопомрачительные губы. Когда он подошел ко мне, просто на улице, и сообщил, что мы истинные – я влюбилась.

                Вот только все вышло несколько не так, как принято. Сильнейший альфа испугался общественности, как же так, его истинная пара – фотомодель. Коммерческая модель, которая не гнушается практически никаких съемок. А ведь на самом деле я весьма и весьма переборчива.

- Прими душ и иди в спальню,- приказал он. – Я подойду позже.

- Нет.

- Что? – наверное, я впервые смогла его так удивить.

- Мы с тобой никогда не занимались сексом в моем доме,- спокойно и ровно произнесла я. – Ты купил милую квартирку для соитий, кажется, ты назвал это так. И, кажется, у нас договор встречаться только там. Я не звала тебя в гости. И если ты не уйдешь я вызову полицию.

- Не успеешь.

- Только сейчас я могу сделать это тремя разными способами. Эв, когда я окончательно осознала, что ты за…экземпляр,- я вздохнула,- тогда же я перестроила свой дом. Это – моя крепость. И для тебя в ней нет места. Так что, до воскресенья.

                Одно не отнять у моего истинного – он не хлопает дверьми. Заняв его место я стояла и смотрела как он вышел на улицу, вытащил мобильный телефон и кому-то позвонил. Такси или личный водитель? Через три минуты к моему дому подъехал роскошный черный суизи. Все же личный водитель.

                На кухне зашипела кофемашина и я, включив по пути TV, пошла за чашкой.

- А я хочу напомнить нашим зрителям, что сегодня во всех магистратах проходит Бал Истинной Любви. Спешите присоединиться и пусть именно сегодня и именно вы встретите свое счастье!

                От приторности улыбки ведущей меня затошнило. Я невольно вспомнила свою первую встречу с Эверардом. И то ощущение жгучего счастья, что он мне подарил. Чтобы через два дня ощутить не менее жгучее унижение.

«- Что это,- он бросил на стол фото и повторил вопрос,- что это?

- Я думала, ты меня узнал,- улыбнулась я. – Это мои фото. «Золото и кашемир» фотограф Алеззи.

- Это твой голый зад,- прошипел мой возлюбленный. – Точно такой же голый зад смотрит на меня с экрана компьютера моего заместителя. И, держу пари, он не один такой. Заместитель. Как, впрочем, и зад.

- Эверард…

- Я много думал, Тильса. Я не могу признать тебя своей истинной парой. Это невозможно. Ради всех богов – моя пара проститутка!

- Не смей! Ты взял мою девственность,- я вскочила на ноги. – Я ни с кем кроме тебя…

                Он только мотнул головой.

- Я куплю квартиру. Попробовав тебя я не смогу сойтись ни с кем другим. Будем видеться там.

- По воскресеньям,- бросила я, желая, чтобы хоть что-то было по моему».

***

                Мое утро началось с Вика. В спальню проникал потрясающий аромат свежесваренного кофе, что-то бубнил TV. Потянувшись, я поднялась и побрела в ванную.

                И позднее, сидя над поздним завтраком, слушала болтовню Вика.

- Сегодня дам тебе отдохнуть. Ты очень несчастная после этих балов. Неужели так хочешь стать счастливой?

                Вздохнув я потерла запястье, и криво улыбнулась.

- Если я открою тебе секрет, от которого зависит моя жизнь, как быстро ты его продашь?

- Если ты прям умрешь,- он поджал по-девичьи пухлые губы и пожал плечами,- то сохраню. Ты ведь моя золотая волчица.

- У меня нет второго облика,- напомнила я Вику.

                Разговор угас. Мы вместе подчистили приготовленный им омлет и переместились в гостиную на диван.

- Я принес диск с тем самым сериалом,- он смешно подергала светлыми бровями.

- Ты находка, дорогой.

                Короткий и абсолютно бессмысленный мультсериал про синеглазую волчицу постоянно влипающую в переделки. И о ее альфе которые ее постоянно спасает. И пока общественность кляла волчицу за то, сколько проблем она приносит любимому…Я ценила этого персонажа именно за создаваемый хаос. Хотела бы и я приносить Эверарду проблемы.

- Итак, секрет.

- Я истинная пара Эверарда Штерна.

- Твоего попугая,- ругнулся Вик. – Может, потянете с объявлением? Отработаем то, на что уже есть зацепки и переведем тебя в порядочные жены. А там и матери. Знаешь, некоторым фотографам не хватает моделей в положении.

                Я захохотала. Даже мой прожженный циник и пройдоха Вик ни на секунду не усомнился в Штерне.

- Тиль? Воды? Истерика? Девочка моя, что случилось?

- Уже три года,- отсмеявшись и стерев со щек слезы я заговорила,- уже три года я являюсь парой господина Штерна. Он прикупил квартирку в центре столицы и по воскресеньям мы там…сношаемся. Так что тебе не светит продать меня в роли порядочной жены.

- Если решишь покончить жизнь самоубийством,- серьезно произнес Вик,- то давай поговорим с Алеззи. У него сейчас зашибенный проект «смерть в каждом из нас». Ты сделаешь меня богатым.

- Надо подумать,- кивнула я и включила следующий сезон «Ало-золотой волчицы».

 

 

ГЛАВА 2

                Это воскресенье я провела в одиночестве съемной квартиры. Эверард уехал на другой конец страны. Было ли это совпадением или он хотел как-то поставить меня на место – не знаю. В любом случае я объедалась сладостями, смотрела глупые теле-шоу и старательно переключала «свадебные ролики». Последние лет десять репортеры повадились снимать короткие сюжеты об истинных парах. О их жизни до, во время встречи и после. Отвратительно слащавые ролики, надо сказать. И я не могу не отметить, что хотела бы такой же о себе и Эверарде. Только чтобы там была показана правда.

                На ночь я устроилась на диване – укладываться в постель мне не захотелось. Промаявшись полночи без сна, утром я была как выжатый лимон. Желтоватая, кисловатая и абсолютно без сил.

                Я дожидалась Вика, он позвонил и сообщил, что едет:

- Должен же я узнать, как выглядит любовное гнездышко,- пошутил мой агент и бросил трубку. – Скоро буду.

                И его «скоро буду» оказалось правдивым – через двадцать минут он звонил в дверь.

- Ты сам сел за руль, без водителя? – удивилась я.

- Тиль, мой водитель такой же делец как и я. А я все же хочу первым придумать как сделать деньги на тебе и этой ситуации. Подумать только альфа-оборотень, самец и отказывается от своей истинной пары. Раньше это происходило только с трепетливыми барышнями. А теперь, гляди-ка.

- Хочешь сказать, что ему пойдет розовое кружево? – заинтересовалась я.

- Я уверен, что в розовом он будет прекрасен,- захихикал Вик и бесцеремонно подвинул меня в сторону,- дай же мне рассмотреть это любовное гнездышко! В котором наш альфа скрывает свою «недостойную истинную пару»!

                Разуваться Вик не стал и я только вздохнула, мой старый друг (не дай бог сказать вслух, обидится) таким образом высказывал свое презрение.

- А полы-то ведь мне мыть придется.

                Он резко развернулся и вытаращил глаза:

- Тебе?! Тиль. Тиль, девочка моя, у тебя размягчение мозга? Ведущая коммерческая модель, самая продаваемая модель…Мое сокровище с огромнейшим счетом в банке – моет полы? Если у твоего альфы нет денег на персонал, найми сама.

- Это как бы секретное место,- я пожала плечами.

- А, прости, это разве тебе нужно оставить в секрете ваши отношения?

- Нет.

- Значит проблема грязного пола, нестиранного белья и посуды – тоже не твоя,- Вик покачал головой,- ты ничего в жизни не смыслишь, да?

- Я смыслю как сниматься по двенадцать часов в день с разными фотографами и без перерыва,- обиделась я,- или как сниматься в купальнике на морозе, как купаться в снегу и выглядеть счастливой. Мне за это платят!

- Конечно платят, попробовали бы не платить,- закивал Вик. – Тиль, он никогда не признает тебя своей вслух, потому что ему удобно. Эверард Штерн трудоголик, он пашет, как и ты, сутками. И в воскресенье у него под боком потрясающая женщина, жратва из лучших ресторанов, секс и никаких проблем. Каждую неделю у него «перезагрузка». Он даже не понимает, что может быть лучше.

- Не надо считать меня идиоткой, я это понимаю.

- Ты другого не понимаешь,- с сожалением посмотрел на меня Вик. – Эти отношения в большей степени нужны твоему альфе, а не тебе. Когда ты в последний раз выезжала из страны?

                Я пожала плечами, а что тут думать? Три года назад мы снимали на островах несколько стори. Эти снимки принесли мне пару сотен тысяч на счет и…И маленькое бунгало – подарок от влюбленного в меня бизнесмена. Ну, на самом деле тот бизнесмен был не совсем правильной ориентации и подарок был сделан на публику – чтобы все знали, что господин N любит правильных женщин. Но тем не менее, бунгало у меня есть.

- Вижу, ты потихоньку осознаешь,- Вик покачал головой,- Тиль, ты ведь пропадешь без меня.

- Говорят, что самкам оборотня необходим вожак,- я пожала плечами и пояснила,- это из гембиологии, пятый класс. Учебник был изъят лет десять назад и сейчас дети учатся по более политкорректным книгам.

- Что ж, раз твой альфа любезно отошел в сторону, твоим вожаком стану я. В конце концов, я твой агент, твой промоутер, твой…

- Властелин моих дум и герой моего банковского счета,- захохотала я. – Давай Вик, я целиком и полностью тебе подчинюсь. Потому что хуже – некуда.

- Ну ты уж аккуратней, на самом деле всегда есть куда хуже,- тут же возразил Вик. – Истинное днище не имеет дна, а имеет жидкую зловонную дрянь в которую ты погружаешься все глубже и глубже и хм…Прости, увлекся.

- Ничего, пойдем, я угощу тебя кофе.

                И, идя вместе с Виком, я вдруг другими глазами посмотрела на наше с Эверардом «гнездышко». Здесь не было души. Дизайнерская обстановка, какие-то малопонятные картины, статуэтки. Много пыли – я ни разу оную пыль не протирала. Пустота. Я ведь этого совсем не замечала.

                Мой беспардонный агент проскочил мимо кухни и сунул любопытный нос в спальню:

- Красное, серьезно? Из всего многообразия вариантов у вас полностью красная спальня? И зеркальный потолок? Это зачем? Чтобы ты в ночь с воскресенья на понедельник трещинки в потолке не считала?

                Я заглянула в кричаще-алую спальню, скользнула взглядом по золотым столбикам кровати и пожала плечами:

- Моего мнения по поводу ремонта или количества комнат или еще чего-нибудь – никто не спрашивал. Я получила электронный ключ, через курьера. И график встреч «для здоровья». Как я и хотела, эти встречи происходили строго по воскресеньям.

- Да-а, а я слышал, что у оборотней, после встречи с истинной, начинается прям сексуальный гон и так до тех пор пока не появится пара щенков.

- Не ко мне вопросы,- фыркнула я.

- Может он у тебя непрокий? – засмеялся Вик. – Потому что даже я, глядя на тебя, ощущаю томление весьма определенного рода.

- Кстати,- я встрепенулась,- а ты-то? Ты ведь, как и я, с четвертушкой оборотнической крови. Не нашел еще пару?

- Я свою пару, свою истинную любовь обрел еще в шестнадцать лет,- мечтательно закатил глаза Вик и плюхнулся на постель.

- Серьезно?

- А то! Это отношения на всю жизнь,- он сел и подмигнул мне,- я люблю деньги, а деньги любят меня. Это – самый крепкий брак из возможных! И, потеряв свою любовь, я мир переверну лишь бы вернуть назад.

- Дурак,- фыркнула я. – А я поверила.

- Поверила? Мы столько лет знакомы, а ты веришь, что у меня есть сердце? Тиль, девочка, нельзя быть такой мягкотелой. Вот и Эверард твой творит, что хочет. Нет, теперь за дело берется Вик Вайгер и клянусь своим банковским счетом, к концу года, к Новому Году, все это как-то утрясется.

                И я ему поверила. Потому что…ну кому еще, кроме него? У меня есть Вик, электронная рыбка и работа. И суррогатный заменитель отношений – крышесносный секс по воскресеньям. Но мне этого мало.

                Работоспособность Вика всегда зашкаливала. Если я могу сниматься без перерыва на отдых, выдерживать аномальную жару и такой же холод – то он способен говорить сутками. По смартфону, одновременно переписываясь по электронке и так же одновременно говоря с кем-то присутствующим рядом с ним. И никого это не возмущало.

                Так что за понедельник и вторник, пока я приводила себя в «продавабельный вид» он договорился о новых съемках и вызвал меня в наше любимое кафе. «Янтарный слон» - дешевая забегаловка. Здесь варят дрянной кофе и подают черствые булки. Вокруг пластик с рисунком под янтарь. Почему мы всегда собираемся здесь? На этот вопрос я ответить не могу. Просто – потому что. Семь лет мы обсуждаем серьезные вещи либо в моем доме, либо тут.

                Вик поджидал меня у входа. Вручил маленький букет цветов и галантно открыл дверь. Такое поведение моего циничного друга говорило об одном – будет что-то интересное. Что-то такое, что может нас поднять на гребень волны или же потопить, переломав кости.

                Набрав на панели наш обычный заказ – кофе и соленые сухарики, Вик торжественно произнес:

- Я договорился с Алеззи.

- Я еще не определилась с датой самоубийства,- фыркнула я и попыталась приладить поудобнее букет цветов.

                Подошедший официант побледнел и чуть не пролил кофе. Проводив его взглядом я рассмеялась. Вокруг меня не утихает шумиха все семь лет. Но впервые может появиться новая нотка в коктейле сплетен.

- Опять слухи пойдут,- хмыкнул Вик. – Нет, это другая съемка. Ты же знаешь Алеззи – он работает над десятком проектов за раз.

- И что за проект? – я с удовольствием понюхала ароматный напиток. Но пробовать не стала. Увы, вкус запаху не соответствует.

                Мой агент делано-смущенно улыбнулся, и негромко, вкрадчиво, промурлыкал:

- Очень скандальный. Проект «поправка двадцать девять».

                Он явно рассчитывал на какую-то особенную реакцию.

- Поправка? – я нахмурилась, соображая, что это может быть. – У нас поправки выходят каждый месяц, причем пачками.

- Она самая. Тиль, ну ты же сама от нее страдаешь! Та самая, запрещающая истинным парам расходиться.

- Не четкая формулировка,- нахмурилась я. – Женщина не имеет права голоса, все решает мужчина.

- Вот-вот,- покивал Вик. – Неизвестный спонсор выделил Алеззи нереальное количество денег за качественное фото.

                Нереальное? Для Вика? Никогда бы не поверила, что есть такие суммы.

- Не томи,- поторопила его я. – Тебе бы на подмостках выступать, актер.

- Да, я мог бы,- гордо вскинул подбородок Вик. – Но увы, не нашлось второго Вика Вайгера, чтобы раскрутить первого Вика Вайгера. Итак, полное название нового проекта «Поправка двадцать девять. Истинное счастье». Цвет – черно-белый, антураж – цепи, веревки, шипы…Ну тут Алеззи еще думает. Над образом тоже думают, пока что в работе имитация ссадин и кровоподтеков.

- Обнаженная натура?

- Скорее всего. Алеззи что-то думает с платьем под горло,- Вик пожал плечами,- будет интересно. Предварительный договор готов. Ты в деле? Я подтверждаю твое участие?

                Прикрыв глаза я представила, что будет после выставки. У Алеззи свое помещение, огромная толпа почитателей. Более профессионального и востребованного фотографа попросту не существует. И он решился…Вряд ли из-за денег. А решусь ли я?

                В нашей с Эверардом жизни уже были ссадины и кровоподтеки. Один раз. Нет, он не поднял на меня руку. Банальные засосы и как будто случайные царапины. На следующий день мне предстояла тяжелая и ответственная фотосессия. Гримерам пришлось потрудиться, чтобы скрыть следы страстной ночи. А я получила первый в своей жизни штраф.

- Конечно в деле,- фыркнула я. – Нам хорошо заплатят?

- Нереально хорошо, Тиль. Нереально. Ты сможешь уйти и никогда больше не работать. Как и хотела. Это будет страховка на тот случай, если…

                Он не стал договаривать. Но я поняла – наш проект можно будет подвести сразу под три уголовно-наказуемые статьи.

- Я хотела уйти из индустрии до того как встретила свое «истинное счастье»,- усмехнулась я. – Теперь я буду работать пока не сдохну.

- Вот и славно. Значит, будем готовиться. Тебе нужно сбросить семь килограмм – чтобы проступили ребра и подвздошные кости. Ключицы у тебя прекрасны, но все же, все де.

- Первым у меня худеет лицо.

- И запавшие щеки – просто идеально,- промурлыкал Вик. – Как славно, что ты оборотень. Лиши тебя мяса и…Вуаля, оживший скелет с маниакальным блеском глаз. Только витамины не забывай пить, чтобы волосы не посеклись.

                Вик разглагольствовал, а я кивала. И гадала – стоит ли оно того? Не зря ли я ввязываюсь в откровенно политический проект?

                Рассчитавшись (каждый сам за себя) мы с Виком поехали ко мне. Неугомонный агент собирался перетряхнут мой холодильник – оставить только овощи.

- А то знаю я твою хищную душу,- посмеиваясь, ворчал он,- небось все-все полки забиты мясом и колбасами.

- Дай хоть сегодня поесть по-человечески? – взмолилась я.

- Вот именно сегодня ты и будешь есть по-человечески – овощи и фрукты,- хмыкнул Вик. – Сердце мое, Алеззи готовит площадку. Ты же не хочешь чтобы вместо тебя там оказалась эта доска Астория?

- Как она может в этом участвовать, если она чистый человек? – возмутилась я.

- Линзы, плюс обработка в графическом редакторе. Конечно, Алеззи предпочтет тебя – больше возможностей и меньше мороки.

- Ладно, все, поняла. Как только узнаешь дату съемки отпиши мне. Устрою голодовку в последние сутки.

- Вот за что я люблю с тобой работать,- промурлыкал Вик и похлопал по водительскому креслу,- Брок, притормози и оплати полосу. Звезду, как-никак, везешь.

                Сам Вик чаще пользовался обычными дорожными полосами. Ему-то что? Он с любой окраины способен договориться. Его машина оснащена всеми благами цивилизации – лэптоп, интернет, несколько смартфонов. И все это только для машины. Дома еще несколько устройств связи. Все гаджеты связаны между собой и дублируют контакты. Так что Вик из любой пробки способен работать. Что он и делает.

                Вот и сейчас, потеряв ко мне интерес он переписывается с Алеззи. Гениальный фотограф не любит телефонных разговор и предпочитает смс. Узнав об этой не афишируемой слабости, Вик выбил мне первую съемку с ним. И с тех пор четыре из семи съемок – съемки с Алеззи.

                Подняв голову Вик коротко бросил:

- Съемки – следующий понедельник. Сдюжишь голодовку? После сексуальных игрищ оборотни страдают обострением аппетита.

- В любом случае, даже если не удержусь – поправиться не успею,- ответила я.

                И задумалась. Покусав губу, пожала плечами – Эверард пропустил наше свидание. Сделал выбор в пользу работы. И я поступлю точно так же. Только как хорошая девочка предупрежу его об этом заранее.

                Вытащив смартфон, лаконично-черный, без узоров и стразов, открыла контакты. «Недо-альфа» - моя маленькая и очень приятная месть.

                Вик, как всегда заглядывавший мне через плечо захихикал и показал большой палец. После чего вернулся к диалогу с Алеззи.

«В это воскресенье не смогу – в понедельник важные съемки. Буду сидеть на воде и воде и ненавидеть весь мир. Тиль»,- я всегда подписываюсь. Потому что, если честно, то я не уверена, что мой номер у него записан. Или что его номер на самом деле его, а не какого-нибудь доверенного помощника.

- Молодец. Хочешь, свожу тебя на озеро? Хотя нет, не хочешь – нам не нужен лишний загар.

- А я обрадовалась,- буркнула я.

- После съемок,- Вик серьезно посмотрел на меня,- после съемок я заберу тебя на озеро. Со вторника и по субботу. Чтобы ты успела к своему, хех, «недо-альфе». А вообще, я ему немного завидую. Хорошо устроился, мерзавец.

- Ты уже говорил.

- Но завидовать не перестал.

- Подумай о своем обещании,- напомнила я агенту,- ты сказал, что поможешь устроить ему сладкую жизнь. Пропала зависть?

- Немного уменьшилась,- Вик широко ухмыльнулся. – Ты же понимаешь, что я весь в предвкушении смс о пополнении моего банковского счета.

- Я знаю, что у тебя есть секретный конверт. Ты распечатываешь самые приятные смски и складываешь их внутрь.

- Ведьма,- буркнул Вик. – Злобная ведьма, сующая свой любопытный нос во все щели.

- Так я у тебя научилась,- отозвалась я. – Пусть Брок остановит у магазина.

- Зачем? – подозрительно спросил Вик.

- Затем, что овощей у меня нет. И когда ты заберешь все мясо и сыры,- я пожала плечами,- у меня останется только дистиллированная вода и петрушка. Я не согласна так жить целую неделю.

- Брок, ты слышал? Звезда хочет в магазин!

                Я выразительно закатила глаза – со своими подчиненными Вик был невыносим. Клянусь, если бы он со мной общался так же, как с Броком и Лайрой – я бы его загрызла. Лайру, секретаря Вика, мне особенно жалко. От девушки нет проку – всеми делами Вик занимается сам. А ее с большим удовольствием пилит за безделье и не умение готовить пристойный кофе. Мне иногда кажется, что в их с Лайрой прошлом что-то зарыто.

                В магазине Вик тщательно следил за тем, что я укладываю в корзину. И даже комментировал:

- Клубника? Возьми сливки и пошли пару фотографий своему…тому самому.

- Он не терпит моих фото.

- Хм? Может он просто не все видел?

- Вик. Давай сосредоточимся на работе, а за «того самого» возьмемся с понедельника. И вообще, если этот поправку уберут,- я неуверенно пожала плечами,- может быть мы и попрощаемся.

- Ты его любишь?

- Любила. А сейчас…Не знаю. Он не груб, но и так жить,- я начала выкладывать покупки на кассовую ленту,- так жить нельзя. Такое отношение убивает чувства.

                 Вик помог донести покупки до машины и вновь углубился в свой смартфон. А я пустым взглядом провожала ухоженные дома и с откровенной завистью смотрела на детские игрушки разбросанные по ухоженным газонам. Мне эта радость не грозит…

- Не спим, выгружаемся,- Вик тронул меня за плечо и я осознала, что уже минуту смотрю на свой пустой, ухоженный газон.

- Как думаешь, может мне пару гномов поставить? – спросила я, выходя из машины.

                Темно-вишневый суизи отъехал чтобы развернуться и Вик, проводив свой автомобиль взглядом, повернулся ко мне.

- Гномы? Зачем? Хочешь сад камней?

- Надо полистать журналы,- вымученно улыбнулась я.

                Я не думала, что Вик меня поймет. Но то как он на меня посмотрел говорило совсем о другом. И мне в голову закралась мысль, а так ли он любит деньги. Или же за этой золотой лихорадкой кроется нечто большее, чем просто жажда наживы?

                Ведь мы с ним сейчас одни из самых обеспеченных людей. Черт возьми, я два с половиной года в строчке рейтинга была выше Эверарда. Только в этом году он смог перещеголять нас с Виком. Но ничего, работа с Алеззи должна поправить эту финансовую несправедливость. Хотя вряд ли Штерн смотрит эти рейтинги. А даже если и смотрит – есть ли ему дело до моих дел?

- Ох как вкусно я сегодня ужинаю,- напевал Вик и перекладывал мои мясные запасы в пакет. – Люблю твои вкусняшки – ты всегда выбираешь лучшее.

- Слух, нюх и выносливость,- вздохнула я,- только второго облика нет. Вик, я тебе уже предлагала – могу ходить по магазинам с твоей Лайрой. Иногда. И только за мясом.

- Нет, вот еще. От нее и без того толку нет. А если ты еще и мой холодильник на себя возьмешь – за что я ей платить буду? Ну все, кошечка моя волчистая, до послезавтра. Я заеду проверю тебя и вернусь к своим мелким рыбешкам. У нас юниор-показ и там есть весьма перспективный мальчик. Надо его перехватить, пока не поздно.

                Подойдя к окну я смотрела как подъезжает суизи Вика, как он машет мне на прощание рукой, садится и уезжает. Что-то не меняется – у меня плотные шторы, но агент знает, что я наблюдаю за его отъездом.

                Звук смски заставил меня вздрогнуть.

«Нарушаешь договор».

«Мне все равно. Это важная съемка и я не дам тебе ни шанса ее испортить»,- отбила я в ответ и отключила смартфон. Если я понадоблюсь Вику он использует наш аварийный, личный канал связи.

 

ГЛАВА 3

                За неделю я исхудала и обозлилась. Морковный салатик, капустный салатик, салатик из салатика – мне начало сниться мясо. Роскошное, вкусное, ароматное мясо. Сало с прожилочками (хоть обычно я его и не люблю), крупные кольца свиной колбаски.

                Клянусь, когда я просыпалась на языке оставался фантомный привкус мясной вкуснятинки. Ничего. Сегодня воскресенье, завтра съемки и я начну есть. Вот сразу после съемок в магазин и все. Усну у телевизора с сосиской в зубах. Ну, это я конечно преувеличиваю, но что-то такое будет обязательно. М-м-м, обязательно, с самого утра, закажу суши. Из того самого магазинчика. И порцию возьму побольше.

                Зазвенел аварийный смартфон.

- Вик?

- Включи трубку и поговори со своей истеричкой,- со смешком, не здороваясь, произнес мой агент. – Что-то он от тебя хочет.

- За что мне это? – вопросила пустоту, потому что мой лаконичный друг уже отключился.

                Найти некрупный, черный, выключенный смартфон целый подвиг. Особенно в большом доме, особенно если не помнишь где его оставила.

                И хоть я уверена, что отключала звонилку в гостиной, нашелся он на полочке в ванной комнате. Хм-м, кажется, что-то я припоминаю такое…

                Сразу после того, как пропал экран приветствия посыпались смски и голосовые сообщения. Переслушивать и перечитывать у меня желания не было. Поэтому все полученное я удалила и отбила Эверарду смс:

«Что хотел? Ничего не читала. Не дергай Вика он занятый человек».

                И через минуту получила ответ.

«Приезжай. Важно».

                С минуту я размышляла, что ему ответить.

«Вечером».

«Сейчас».

                Я разозлилась и сжала в руках смартфон. Да что он о себе возомнил?

«Вечером. Сейчас у меня нет на тебя времени».

                Ответ не пришел. Вот и хорошо. Вот и славно. Нет, ну надо же! Вик оказался прав – как только Эверард ощутил угрозу своему спокойствию наша жизнь пришла в движение. Что за «важно» у него могло появиться? Нет, он бизнесмен и в его жизни полно нюансов. Но чтобы это было связано со мной? Вот уж вряд ли. А значит все это не более чем попытка манипулирования.

                Время до вечера пролетело незаметно. И овощной суп, съеденный перед выходом, показался таким вкусным, что я навернула дополнительную порцию. После чего сама себе напомнила маленького ребенка, который перед тем как лечь спать начинает хотеть пить, кушать и писать. Иными словами, хотеть всего чего угодно лишь бы потянуть время.

                Но в десять вечера я уже открывала дверь «сексуального гнездышка». Принюхавшись, я уловила запах Эверарда и, совсем слабый Вика. Агент был здесь?

                И тут же, вспомнив как Вик плюхался на кровать, захихикала. Так вот что за важное дело у Штерна – ревность. Мой недо-альфа ощутил на своей дурной голове фантомные рога.

- И чем же ты была так занята? – он, как и всегда, стоял ко мне спиной. Заложив руки за спину и вперив взгляд в пространство за окном.

- М-м-м, смотрела сериалы, гадала онлайн-кроссворд,- я плюхнулась в кресло. – Ты лучше скажи, что у тебя такого важного случилось? Секс сегодня тебе не обломится. Зачем я неслась сюда?

- Что делал Вик в нашей квартире?

                Я с жадностью принюхалась к восхитительному аромату жаренного мяса и, сглотнув слюну, ответила:

- Мне надоело ему врать. Теперь Вик знает о твоей квартире и моем в этом всем участии.

                Он резко развернулся и ожег меня взглядом.

- И когда запланирован выход сенсации?

- Я тебя умоляю, Штерн,- фыркнула я. – Кому ты нужен? Эпоха когда о моей личной жизни судачили газеты уже прошла. Есть ты или нет – на меня это никак не повлияет. А значит Вик будет молчать. По меньшей мере до тех пор, пока не придумает как это продать.

- Ты похудела.

                Отвечать я не стала. За неделю я потеряла почти десять килограмм. Скулы заострились, глаза запали. Губы, как и всегда, чуть припухли.

- Почему?

- Что почему? – мясной запах отвлекал меня.

- Почему ты похудела? У тебя что-то случилось? Я могу чем-то помочь?

                Признаюсь, давно я так не удивлялась.

- Во-первых, не твое дело, во-вторых, нет, ничего не случилось, в-третьих, ты последний на чью помощь я когда-либо буду рассчитывать. Ну а вообще, чтобы ты понял, я похудела целенаправленно. Ради съемок. Отказалась от мяса.

- Это подрывает твое здоровье,- он подошел ближе и сел в соседнее кресло.

- Моего здоровья хватит на сотню таких экспериментов,- отмахнулась я. – Штерн, что случилось? С чего вдруг ты начал интересоваться чем-то кроме постели? Я не уверена, что мне нравятся эти изменения.

                Он откинулся на спинку кресла и негромко спросил:

- Значит и я могу привести сюда кого-то? Уложить в нашу постель?

                Я отчаянно потрясла головой и выпалила:

- Стоп-стоп, меня не приплетай. Это твоя квартира, твой дизайн и твоя отвратная алая спальня. Мы не пара, помнишь? Мы встречаемся здесь раз в неделю, чтобы сбросить напряжение. И чтобы твоя оборотническая природа не вынудила совершать безумства ради недостойной самки. Так что ты уж как-нибудь сам реши – кого приводишь, куда и когда. И если больше ты ничего не хочешь, то либо идти в спальню и спи, либо я поеду домой.

- А если я пойду спать, то что будешь делать ты?

- Тоже лягу, на диване. Решайся уже.

- Давай вместе посмотрим фильм и я уйду спать,- осторожно произнес Эверард.

                Нахмурившись, я пожала плечами. Ну давай.

                Фильм он, конечно, выбрал сам. Посмотрев начало я разочаровалась (крутой альфа + слабая женщина + нереализованное желание слабой женщины научится готовить). Потому, осторожно вытащив смартфон, отбила смску Вику.

«Сижу на диване. Как дура. Смотрю «Стальной Перевал»».

«Большего тупизма я не смотрел. Сочувствую».

                Я так увлеклась перепиской с агентом, что не заметила, как уснул Штерн. С неудовольствием отметив, что оборотень занял весь диван я осталась в кресле. Ладно. Алеззи нужна измученная мышь. А излишние следы усталости подотрет визажист.

***

                Вик заехал за мной на квартиру. Дверь ему открыл Штерн и с большой неохотой пропустил внутрь.

- Привет,- радостно улыбнулась я. – Что у нас со временем? Кофе успеваем выпить?

- Успеваем,- кивнул мой агент и помахал передо мной пакетом,- я тебе привез маленький сандвич ветчиной.

- О-о-о, дай же мне его,- чуть не взвыла я.

                Каюсь, но крошечный сандвич был мной проглочен еще до того, как я нажала кнопку кофеварки.

- Алеззи ждет нас через час. По платной полосе ехать полчаса,- Вик потянулся. – Так что допиваем и в путь. Там еще на подхвате будет Астория.

- Групповой снимок? – я скривилась.

- Увы. Алеззи ее навязали. Дать дорогу таланту и все такое.

                Придется быть весьма осторожной. Этот «юный талант» из тех талантов, что в пуанты подкладывают лезвия.

- Что ты мне раньше не написал? Я бы успела смотаться домой. У меня профессиональная косметичка как раз для таких случаев.

                Вик снисходительно посмотрел на меня и погладил по голове:

- Детка, тебе не о чем беспокоиться. У тебя есть я. И я съездил утром к тебе домой и забрал твой гримерный чемодан. Ну что, в путь?

- В путь. Ты на суизи?

- Разумеется. Я же помню, что мою голодную модель укачивает во всех остальных машинах. А когда ты сыта?

- Когда я сыта меня можно с вертолета скинуть,- потянулась я.

                Съеденный сандвич еще больше разжег во мне голод. Но вместе с тем в организме кипела дурная энергия. Я хотела бегать, прыгать, танцевать – делать уже хоть что-нибудь. И только выходя из подъезда я вспомнила, что не попрощалась со Штерном. Черт, это было довольно невежливо. И уж точно не специально.

                Вытащив смартфон я набила сообщение:

«Не попрощалась. Прости. Забыла про тебя». Ну вот и все, приличия соблюдены. Впереди работа и Астория. Кстати, настоящего имени и фамилии девицы не знал никто. Хотя Вик считает, что это оттого, что она никому не интересна. Ну, не интересна настолько, чтобы ее искать.

                Суизи притормозил у промышленной зоны.

- Если бы я не знала тебя так долго и так хорошо – сейчас бы начала паниковать,- пошутила я.

- А? А, нет. Спросишь у нашего гения. Он за неделю поставил на уши весь город и в итоге перевез половину своих вещей сюда. Даже бригаду строителей нанимал.

                Пожав плечами, я вылезла из машины и осмотрелась От пункта охраны к нам шел невысокий человек. В руках он сжимал фотографию и ручку. Ясно.

- Добрый день. Тиль, вы могли бы дать мне свой автограф?

- Конечно. Что писать?

- Что-нибудь для Рольфа.

                Привычное «С любовью, Тиль. Для Рольфа». Дата и роспись. Дежурная улыбка и я уже иду по узкой заасфальтированной дорожке.

                Алеззи занял пустующий цех и…И сотворил в нем инфернальную сказку. Роскошь соседствовала с нарочитой нищетой. Алые драпировки с одной стороны были абсолютно новыми, со второй выцветшими и подранными. И так со всеми предметами. До и после. Тогда и сейчас.

- Тиль, милая, прекрасно выглядишь,- фальшиво пропела Астория.

                Ее уже загримировали – запавшие глаза, побледневшие губы. Но это не скрывало того, что в целом у модели был вполне себе здоровый вид.

- Ты тоже невероятно хорошо,- привычно отозвалась я.

                Ко мне подошел Брок и протянул мою косметичку. И мы, я и косметичка, направились к Лайре. А Лайра уже передала меня в руки гримера. И если девушка и удивилась тому, что косметику я использую свою, то вида не подала.

                На грим ушло почти полтора часа. За это время Алеззи успел трижды поругаться с Виком и сделать несколько пробных снимков с Асторией.

- О, моя птичка, моя муза,- промурлыкал фотограф. – Обожаю твой ответственный подход, моя пушистая девочка.

- Но-но,- я погрозила ему когтистым пальчиком,- у меня волосы только на голове. Больше – нигде. И когти нарощенные. Но они – только для тебя.

                Дальше все слилось в бесконечный поток фотовспышек.

- Ногу чуть вытяни. Носок. Да. Хорошо. Еще. Отлично. А теперь перевернись, да. Посмотри на меня.

                Я стояла абсолютно обнаженная и при этом искусно задрапированная в черный, полупрозрачный шелк. Расположившись так, чтобы быть ровно в точке слияния «до и после» я выполняла все приказы Алеззи.

                Шелк медленно стекал по моим обнаженным плечам. Демонстрировал очень красивые, профессионально-киношные ссадины и синяки. Потертости на запястьях и шее. Следы укусов.

                Финалом стала съемка в широком поддоне с водой. Я сидела, лежала, вставала. А в итоге свернулась в комок позволив воде скрыть половину лица. После чего Алеззи пришла в голову гениальная идея и он притопил меня так, чтобы скрыть лицо в воде полностью.

                Это был убийственный кадр. Черно-белое фото, обреченное лицо модели скрыто под водой. Зато ярким контрастом грудь с напрягшимися сосками, ключицы и выставленная в молитвенном жесте рука. Остальное скрадывает темнота. Гениально.

- А совместное фото? – напомнила Астория.

- Прости, не люблю делать лишнюю работу,- Алеззи уже был не с нами. – Можете заселфиться. Да, Тиль? Кошечка, заселфись с Асторией, а то ее брат меня с ума сведет. Все. Две недели меня нет.

- А когда выставка? – крикнула я в спину уходящему гению.

- Через две недели! И ты должна там быть!

                Астория умчалась следом за ним, а ко мне подошел Вик.

- Ну что, голодающая, везти тебя в супермаркет?

                Я сглотнула голодную слюну и потянулась за смартфоном. Там был список моих «хочу». И пока я переодевалась, Вик, похмыкивая, читал длиннющее полотно текста.

- Планируешь умереть счастливой? – хмыкнул он. – Даже организм оборотня столько переварить не сможет.

- Ты настолько в меня не веришь?

                Так ворча и переругиваясь мы вышли на улицу и побрели к суизи. Я в который раз задумалась о собственном авто с водителем. И в который раз не смогла найти повода – ну куда мне ездить? На съемки меня возит Вик. Сама я предпочитаю такси.

                В супермаркете за мной тенью скользил Брок. Представляю, как мы выглядели – я, с тремя красивыми ссадинами на лице, и он – огромный, преследующий меня мужчина.

                На кассе, когда Брок отошел, меня тихо спросили:

- Вызвать полисменов?

- Нет-нет, спасибо, все в порядке,- я улыбнулась. – Это просто грим со съемок. Слишком хотелось домой.

                Кажется, кассир мне не поверила. Ладно, если пойдут слухи Вик разберется. У него уже давно есть особая папочка куда он складывает особенно выдающиеся перлы СМИ.

                Пискнул смартфон.

«Мне нужен твой особый номер». Несколько секунд я соображала о чем он говорит. Потом фыркнула, вот еще. Мой «особый» номер есть только у Вика. Он моя семья. Мама с папой от меня отказались – они целиком разделяли мнение Штерна о позорной профессии. И даже деньги их с этим не примирили.

«Нет». Мне хотелось дописать, что три года назад я была согласна на все. И что ради него могла оставить профессию. И что Вик даже смог бы сделать все это тихо. В конце концов Тильса такой же псевдоним как и Астория или Алеззи. Единственное за что мне благодарны родители, так это за то, что я не засветила свою фамилию.

                Хотя последний раз отец намекал на то, что я могла бы оплатить брату колледж. А я…Я просто спросила, значит ли это, что я могу вновь посещать семейные воскресные обеды? Получив в ответ категорическое нет я пожала плечами и предложила отцу выйти на работу. Нельзя же сидеть у матери на шее всю жизнь. В общем, продуктивно пообщались.

                Но за колледж я заплатила. На своих условиях. Ректор поставил брату планку – если дорогой братик не будет успевать, то будет вынужден платить самостоятельно. Прогулы, хамство и игнорирование преподавателей – туда же. Я слишком хорошо его знаю, и не собираюсь позволить ему вырасти копией отца.

- Тиль? О чем задумалась? – Вик погладил меня по щеке. – Мы уже приехали и Брок с пакетами стоит и ждет тебя. Проходить не буду. Дела. Наклевывается кое-что.

- У тебя всегда что-то наклевывается,- улыбнулась я.

- А то,- подмигнул мне Вик и неожиданно серьезно добавил,- помнишь, ты спросила меня про любовь? Однажды была. Я пришел с одной розой и дешевой плиткой шоколада. На большее у тогдашнего студента-нищеброда просто не было денег.

                Он не договорил, отвернулся. А я не стала спрашивать. Не дура все-таки, понимаю. Хоть и хотелось встряхнуть друга, напомнить, что есть и другие. Что не все смотрят на деньги. Вот взять хоть мою семью…Мда, не лучший пример.

- До встречи,- проронила в итоге я.

                Брок оставил пакеты на кухне и вышел. А я подошла к окну и посмотрела вслед отъезжающему суизи. Интересно, он ее все еще любит? Если так горит работой, если не нашел себе никого постоянного…Значит, еще болит?

                Долго рефлексировать я не стала. Голодным оборотням это не свойственно. Даже если от оборотня всего лишь четвертинка.

                Напластав мясо и от души его присолив, я побежала в гостиную – раздвигать журнальный стол. Сегодня я буду есть как не в себя и смотреть TV. Вряд ли Вик позволит мне отдыхать больше двух дней. Увы, пусть я не старею, но народная любовь проходит. Еще год-полтора и все, я буду не интересна людям. И потому у меня на жизнь выделена весьма скромная (по меркам шоубизнеса) сумма. Все мои драгоценности застрахованы и пропиарены – случись что, я смогу продать их не в ломбард, а на аукционе.

                Господи, что только не полезет в голову. Бросила на толстостенную сковороду мясо и быстро напластала сыр, ветчину и колбасу. В кастрюльке весело побулькивая варились яйца. А в духовку был поставлен противень с индейкой – уже замаринованной. Просто покупай и запекай!

                Белый хлеб, зерновые лепешки, немного зелени, свежий сладкий перец – я все-все стаскивала на столик.

                Пискнул смартфон. Недо-альфа: «Я приеду».

                Вообще-то я, как и Алеззи, не особо люблю телефонные разговоры. Без какой-либо причины. Просто так. Может даже переняла привычку того, кем восхищаюсь. Не знаю. Но сейчас я считала гудки в телефоне и одновременно тряслась от ярости. Трубку он не взял.

                «Даже не вздумай. Дом под охраной. Дверь не открою. Я неделю ждала этот вечер и ты его не испортишь!» Отправлено.

                И даже потрясающий аромат жарящихся стейков не мог меня успокоить. Я на секунду представила, что пустила Штерна. И что? Неловкая тишина. Он будет недовольно кривиться глядя тот канал, что я выбрала. Съест половину приготовленного…Не для него, кстати! А потом захочет переспать со мной. Я не против, любовник он хороший. Но в моем доме для секса места нет. Нет уж. Ни за что. Раз уж я стала его постыдной тайной, раз уж мне не хватило перцу сразу настоять на своем, то теперь все любовные обтирания на его территории. Мой дом – только мой!

«Мне нужно поговорить с тобой».

«Завтра. Могу приехать на ту квартиру. Отработаю тебе пропущенное воскресенье».

Он долго не отвечал. Затем все же разродился:

«Я бы тоже мог…отработать пропущенное. То, что по моей вине».

Я поперхнулась воздухом и быстро настрочила ответ:

«Вот уж не надо. У меня к тебе тяги особой нет. Та, что была – прошла. До завтра».

«До завтра».

 

ГЛАВА 4

                С утра я, плотно и с наслаждением позавтракав, направилась на квартиру. Вик, которому я на всякий случай отчиталась куда иду, предложил три варианта названия «любовного гнездышка». Но я краснела даже просто читая его смски. Так что вряд ли что-то из его предложений приживется.

                Когда я выходила из такси пришла смс. От Вика.

«Пятый квадрат. Послезавтра. С 14:00 до 16:00. Винтажная съемка. Фотограф Гвориан».

                Скривившись, я убрала смартфон. Не слишком люблю Гвориана. А вот он напротив, очень мне радуется. Возможно, моя неприязнь растет из того, что он дружит со Штерном? И мой недо-альфа несколько раз присутствовал на съемках. После чего Вик поставил Гвориану условие – никаких посторонних. Фотограф долго мялся, но в итоге принял наши условия.

                А я поставила условие Вику – из пяти предложений Гвориана три должны быть отклонены. За мои нервы и слезы, за дрожь и страх во время съемки. И просто потому что я женщина и имею право быть не только мстительной, но и мнительной.

                Открыв дверь я сражу же попала в объятия Штерна. Он прижимал меня к себе, оглаживал по спине и заднице, согнувшись шумно дышал в шею.

- Мы сразу в спальню? – спросила я.

- Я сделал заказ в ресторане,- проворчал он.

- Тогда убери руки,- холодно сказала. – Не выноси секс за пределы спальни.

                И хотя мне самой хотелось нежиться и ласкаться, я отодвинула его, разулась, надела свои тапки и прошла в комнату. Раньше я сразу же шла на кухню, смотрела что да как и варила кофе.

- Не сваришь кофе? – спросил посмурневший Штерн.

- У тебя крутейшая кофеварка, два раза на кнопку нажми,- буркнула я и уткнулась в смартфон.

                Как-то раньше было проще. TV, его недовольство моими каналами, еда, секс и сон. Я притворялась, будто засыпаю. И когда засыпал он уходила в душ. Чтобы утром уйти сразу. Не размениваясь даже на чистку зубов.

                А вот среди недели, да еще и с самого утра – как-то странно.

- Ты хотел серьезно поговорить,- напомнила я.

- Не так чтобы совсем серьезно,- усмехнулся он. – Мне не нравится то, что сейчас происходит.

                Поерзав в своем кресле, я повернулась к нему. Он стоял в дверях и смотрел на меня. В упор. Как тогда, когда увидел впервые.

- Мне тоже,- пожала я плечами. – И что? Мне это никогда особо не нравилось.

- Если ты перестанешь быть оборотнем, потеряешь свою кровь – это может вылиться в серьезную болезнь.

- Ничего умнее чем страшилки прошлого века ты не вспомнил? – фыркнула я. – Штерн, то, что я идиотка мне и самой прекрасно известно. Идиотка, но не клиническая дура. Мне стоило послать тебя, а не соглашаться на этот фарс. Но тем не менее я к тебе привыкла.

                Он самодовольно усмехнулся и сделал шаг ко мне.

- Это твоя кровь. Ты не можешь без меня. Я купил дом,- он сел в соседнее кресло. – И хочу, чтобы ты в него переехала.

- Ты собираешься взять замуж фотомодель? – вскинула я брови,- наступил правильный этап? Все крупные бизнесмены в определенный период жизни покупают себе жен-моделей. Поддался поветрию?

- Я не сказал жениться, я сказал – переехать. За прошедшее время я кое-что ощутил – мне необходимо твое постоянное присутствие. Тактильный контакт между истинными парами очень важен. Тебе это тоже на пользу пойдет.

- Нет.

- Что – нет? Это был не вопрос.

- Ты понимаешь, что теперь преимущество на моей стороне? – вдруг рассмеялась я. – Три дня назад глава одной крупной корпорации сообщил о своем браке с истинной парой. Вот только пара его несколько лет работала в борделе. Визажистом, но в борделе.

                Штерн передернулся.

- И ты увидел, что его решение поддержали. Потому что истинная пара – счастье и…и что там еще по телевизору предлагают? Не помню. Так вот. Ты понял, что истинную пару фотомодель общество вполне могло принять. И засуетился.

- Ты не права,- спокойно произнес он. – Я купил дом до того, как узнал об этом…происшествии.

- Тем не менее, если я сейчас расскажу свою мелодраматичную историю,- я чуть прикрыла глаза и прижала к пальцы к левому виску,- о трех годах боли, одиночества и пренебрежения…Тебя осудят. А самые ортодоксальные оборотни даже разорвут контракты.

- Ты не посмеешь, ты моя пара. Я должен…

- Ты должен был меня защищать, любить и баловать. А я должна была рожать тебе щенков, любить и баловать. Но ты выбрал другую модель семьи. И, Штерн, мне понравилось. Я свободна, у меня есть любимая работа. И даже качественный, безопасный секс.

- Безопасный? – глупо переспросил он.

- Я про заболевания. Поэтому теперь все будет так, как я хочу.

                Он встал и отошел к окну.

- И что же ты хочешь?

- Я хочу проводить с тобой минимальное количество времени. Приезжаем сюда уже сытыми. Ты приезжаешь заранее, моешься. Приезжаю я, принимаю душ. Мы занимаемся сексом, я уезжаю. Считай, как бесплатная леди по вызову.

- Это неприемлемо.

- Неприемлемо, Штерн, стыдиться своей пары. СМИ сделают из Тошии и мистера Оливера звезд. Уже сделали. Их романтичная история муссируется везде. И если ты не согласен,- я пожала плечами,- значит предадим огласке наш флирт. Секс сегодня будет или до воскресенья?

- До воскресенья,- процедил он.

- От переживаний упал и не шевелится? – на меня вдруг такая злость накатила, что я подошла к нему,- а ты знаешь, что три года назад я собиралась бросить ради тебя карьеру? Что я уже успела придумать имя нашему будущему щенку?

- У нас могут быть дети,- шепнул он.

- О, вот уж от этого я себя надежно защитила. Даже не надейся удачно меня обрюхатить,- фыркнула я. – Приятного дня, мистер Штерн.

                Ночью этот план мне скинул Вик. Показать оборотню, что он может лишиться пары. Вот только чем дольше я читала то, что написал мой друг, чем больше над этим думала, чем больше рассматривала варианты…Тем сильнее понимала, что притяжения истинности больше не чувствую. Оно и было слабым – я все же лишь на четверть оборотень. Все, что осталось – дикий, животный секс. Но если убрать из моей жизни излишний стресс – а в девяти из десяти случаем виновник моих переживаний Штерн – то и секс не потребуется. Меня, как и Вика, трахает работа.

                На улицу я выскочила взъерошенная и сердитая. В СМИ нет-нет да мелькали репортажи об истинных парах, о тех парах, кому не повезло. О госпитализированных женщинах и осужденных мужчинах. Зная об этом, я не могла сказать, что совсем уж страдаю. Но…даже если кому-то хуже, чем мне, неужели только поэтому я должна чувствовать себя лучше? Что-то вроде, кушать нам сегодня нечего, но зато у соседей еще и воды в кране нет. Так что попейте и успокойтесь.

- Госпожа, куда вам? – с легким нетерпением спросил водитель.

                И только тогда я осознала, что стою рядом с такси. Ничего себе. Задумалась и даже не заметила, что машина уже подъехала.

- К зданию центрального телеграфа.

                На самом деле никакого телеграфа там уже давно не было. Но бывают такие названия которые в людской памяти держатся куда лучше и дольше чем новомодные словечки.

                Я хочу связаться с семьей. На самом деле я звоню им стабильно раз в полгода. Не знаю зачем. Вик считает, что мне хочется признания и что я не могу жить, не растравливая себе душу.

- Спасибо, у вас есть безналичный расчет?

- Приложите карту к экрану,- водитель протянул мне свой смартфон. – Спасибо, приятного дня.

                Я заметила, что внутреннее убранство здания меняется каждые полгода. Тонкие колонны и искусственные цветы сменились на тумбы с прекрасными образцами современного искусства. На стенах вывешены картины абстракционистов, а на окнах, вместо портьер, повисли рыболовные снасти. Какая прелесть. Хорошо, что я здесь редко появляюсь.

                Очередей к стойкам связи не было. Обычно вырвавшиеся в столицу люди вспоминают об оставшейся в секторах родне только перед праздниками. Или вообще не вспоминают…Как повезет. Родне, разумеется.

- Здравствуйте, можно связаться с пятым удаленным сектором? Улица Градная, дом одиннадцать. Семья Томлинсон.

- Пройдите в кабину, через минуту я начну устанавливать видеосвязь,- доброжелательно произнесла сотрудница центра связи.

                За минуту я успела удобно в мягком кресле, посмотреться в зеркало и поправить волосы. На темном экране появился обратный отсчет. 5…4…3…2…1…

- Здравствуйте,- я всегда здороваюсь первой.

                Мама сильно постарела. Тяжелая работа и тяжелая жизнь погасили яркие искры в ее темных, красивых глазах. А еще она коротко постриглась, из-за чего еще сильнее видно, как сильно она похудела.

- Что случилось? – обычно вторая реплика принадлежит отцу.

- У нас родился ребенок,- с гордостью произнес отец. – Девочка. И мы приложим все усилия, чтобы она не пошла по твоим стопам. Я ждал этого дня, чтобы приказать тебе больше нам не звонить. Малышке уже месяц, не хочу, чтобы ребенок знал о наличии такой родственницы.

                А я смотрела на мать: на ее осунувшееся, несчастное лицо, на огрубевшую кожу. Сколько она работала, прежде чем выйти в декрет? Не удивлюсь, если ее увезли рожать с работы. Отец выжмет из нее все соки, а потом сделает виновной в собственных несчастья. Так нельзя.

- Если ты захочешь, мама, то я заберу и тебя, и твою дочь. Если захочешь – найдешь способ со мной связаться,- коротко произнесла я. – Всех благ.

                Почему жизнь не может быть простой? Или справедливой? Мама пахала как проклятая – содержала своего «героического» мужчину. Как же, он ведь взял за себя оборотня, полукровку. И в любой момент мама может встретить свою истинную пару! А еще, подумать только, замужняя женщина ходить на эти бесовские балы – в общем, поводов для страданий у господина Толминсона было предостаточно. Вот и лежал он на диване, а мать прыгала вокруг него. А я не это смотрела и понимала – мне так жить не хочется. А будет именно так – ведь я тоже оборотень.

- Госпожа, оплаченное время окончено.

- Да, благодарю. Будьте любезны вызвать мне такси.

                В дороге я размышляла над тем, что пора организовывать свой бизнес. Штерн заговорил о детях и я вдруг поняла, что по большому счету не против. Но работать моделью и проводить время с детьми – невозможно. Жить растрачивая накопленное – не по мне. Значит, нужно что-то придумать. Нет, нужно вернуться домой, попить кофе, послушать музыку и, успокоившись, в тишине кабинета составить план. Первоочередная задача обеспечить матери и моей младшей сестре возможность покинуть сектор. А это можно сделать сразу.

                «Вик, ты обещал вытащить мою мать в столицу. Выбей разрешение для нее и для дочери. А отца чтобы оставили в секторе. Сможешь?»

                Он долго не отвечал. Потом прислал короткий ответ:

                «Придется сняться для мужского журнала».

                «Хорошо. Но по моим правилам».

                «Разумеется».

                Ну вот, одной проблемой меньше. Если мама захочет выбраться из сектора, она воспользуется разрешением. Жилье и работу я ей найду. Точнее, пока сестра маленькая она сможет посидеть дома. Выплаты мизерные, но я буду добавлять от себя. Тайком. Пусть думает, что она диво самостоятельная.

                Дома я проверила почту. Там оказалось письмо от Вика. А в нем целый перечень того, что я должна сделать со Штерном. Да еще и в скобках указаны варианты как он на эти действия отреагирует. Ну Вик…

                А мне все больше хотелось бросить эту затею. Вик хотел всколыхнуть Штерна, заставить его переосмыслить происходящее…Что ж, ему это удалось. Вот только и я вся исколыхалась. И я  - не хочу. Да, другого мужчины, после Штерна, у меня не будет. Как-то на съемках я пробовала поцеловать своего напарника – липко, неприятно и, по самому краю, неприятный запах.

                Я хочу детей. Но не хочу Штерна. И других мужчин – тоже не хочу. Значит, необходимо держать нос по ветру и выжидать. Что-то должно произойти. Но одно я знаю точно: свой шанс быть крутым альфа-самцом Штерн продолбал. Теперь мы на равных.

 

ГЛАВА 5

Эверард Штерн

                Сосредоточится на деле было крайне сложно. Изменившееся поведение Тиль сильно ударило по мне. Знать бы кто и как испортил наш договор.

                Я никогда не хотел найти своей истинной пары. Слишком уж хорошо запомнилось как изменилось поведение нашедшего пару брата. Он сдувал с наглой девицы пылинки, прыгал вокруг как слюнявый щенок и позабыл про все свои обещания. Девица вынудила его бросить семью и уехать с ней.

                Что ж, оттого особенно приятно было отказать брату в помощи. Когда у меня появились деньги, его девка захотела вновь общаться. Я знал, что их щенок влез в неприятности. И что просьба о встрече связана именно с этим. И я отказал.

- Господин Штерн, к вам господин Лайнен.

- Пропусти.

                Лайнен, мой самый скользкий и талантливый помощник. Я «купил» его на самой заре карьеры. Тратил все заработанное на мать и ему на взятки. Зато это помогло мне пройти выше – он сливал мне достаточно информации, к тому же смог вытащить мать из дальнего сектора в столицу. Ведь когда мой драгоценный старший братец уехал, он бросил не только сопливого щенка, но и нашу мать. И, клянусь, если бы он забрал ее с собой – я бы простил его. А на нет и суда нет. Сейчас матушка единовластная владетельница моего дома и никакие левые девки ей жизнь не испортят. Нет, может быть, будь моя пара тихой и вежливой девушкой, воспитанной оборотницей – может они бы и поладили. Но с Тиль? Нет, мне слишком дорога мать. Слишком часто ее подводит слабое сердце. Никакие «истинные пары» не омрачат и не укоротят ее жизнь.

- С чем пришел? – спросил я пошедшего Лайнена.

- Поправка к закону,- он сел не дожидаясь моего разрешения,- это уже данность. Необходимо скорректировать проекты.

- Отправить на пересмотр не выйдет?

- Увы, за продвижение поправки взялся кто-то очень и очень ловкий. А главное – продуманный. Завтра грянет гром – очередной слетевший с катушек оборотень искалечил свою пару. Девчонка оказалась полукровкой и не захотела расставаться со своим мужем. В итоге один труп и одна искалеченная девка. Оборотня взяли по горячим следам.

- От этой истинности одни проблемы,- я побарабанил по столу пальцами.

- Ученые считают, что истинных можно разлучить, химически. Но это может ослабить нашу расу.

- Мы вышли из леса, Лайнен. Второй облик больше не нужен. Когда ты оборачивался последний раз?

                Помощник пошло усмехнулся и, понизив голос, произнес:

- Я часто оборачиваюсь. У меня любовница с особыми вкусами.

- Человек или оборотень?

- Человек,- Лайнен развел руками,- оборотницы редко любят такие игры. Но в целом я с тобой согласен. По делу я последний раз оборачивался в секторе. Охотился, чтобы выжить. Ты же меня поэтому выбрал – мы одинаковые. Просто ты хитрее и умнее.

- Верно. Как поживает твоя пара?

- Сидит на острове,- Лайнен пожал плечами,- я выкупил остров и оставил ее там. Навещаю время от времени. Может вскоре щенки появятся. Хотя есть у меня подозрение, что она как-то скидывает.

- Не смирилась?

- Рыдать уже перестала,- пожал плечами Лайнен. – Хорошо у нас не такая крепкая связь и мне не пришлось бросать свою Конфетку. Она хочет, чтобы я ее так называл. А мне-то что. Главное, чтобы теперь не спросила, как ее зовут.

                Мы захохотали. Наверное, я ступил. Но Тиль не так просто увезти на остров. Увы, эта девка известна, ее станут искать. Что ж, слава проходит быстро. И как только ее звезда угаснет…Остров я ей покупать не стану, а вот дом куплю. Уже купил. Осталось только укрепить его, найти людей. Да, года за три справлюсь.

***

Тильса

                Суббота выдалась невероятно тяжелой. Мне пришлось несколько раз съездить к Алеззи – творец желал выбрать фото на фоне которого мы оба будем сниматься во время выставки. Выбрали. Я уехала, но не успела вернуться домой он позвонил и попросил вернуться – выбрать еще раз.

                Потом Вик меня обрадовал – в понедельник мать и сестра приедут в столицу. А им вдогонку летит судебный иск. Отец объявил себя инвалидом и требует алименты. Ведь старший сын у него уже совершеннолетний. А если ребенок не может выплачивать алименты, то пусть это бремя берет на себя мать.

                Вик на полном серьезе предложил нанять особого человека. Который способен гарантированно убрать проблему. И, к своему стыду, прежде чем отказаться я размышляла целую минуту.

- Суд ты выиграешь,- бурчал Вик,- но убрать ублюдка – надежней.

- Этот ублюдок – мой отец. Я не могу переступить через кровь.

                В общем, не удивительно, что воскресным днем я чувствовала себя выжатой тряпкой. И меньше всего хотела видеть Эверарда. Для кого-то альфа опора и поддержка, а для кого-то та самая соломинка, что вот-вот переломит хребет.

                Но тем не менее договор есть договор. Да и как я поняла, мы с Алеззи работаем на мою будущую свободу. Сенатор Адвизор выдвинул законопроект относящий полукровок и четвертькровок к людям, а не к оборотням. И это значит, что я смогу на законодательном уровне сказать Штерну «нет».

                Хорошо, что со временем связь притупилась. Я с ужасом вспоминаю дни, когда рядом с ним растекалась лужицей расплавленного воска. Как с восторгом внимала каждому его слову и с восхищением следила за каждым жестом и движением. Я ловила каждый взгляд, жест и все истолковывала в пользу взаимной любви.

                «Конечно»,- думала я,- «он видный оборотень. Он не может себе позволить никаких пятен на репутации». И я даже не замечала, что Эверард повторят слова моего отца. Да вашу ж мать, я сама себя начала стыдиться. Хорошо еще, что Вик не замечал. Или не говорил, что замечает.

                Теперь я вижу, что Эверард не лучший и не худший представитель альфьего племени. Тоталитарный, авторитарный самец. Все должно быть только так, как он решит и никак иначе. Вот только все равно у меня возникает вопрос – а что раньше-то? Я ведь была самой тихой и покорной из всех волчиц, просто тряпкой под его ногами. Почему у нас не срослось? Он сам кого-то любил, что ли?

                Мысли перескочили на более насущное - интересно, если я забеременею от него – он сможет отсудить у меня ребенка? По человеческой части законодательства дети остаются с матерью. По оборотнической – и мать, и ребенок принадлежат отцу. Глупо, конечно, так рисковать. Но…не зря же мы истинные? Наверняка малыш получится крепенький и здоровый?

- А это значит, что мне нужен свой бизнес,- процедила я вслух. – И собираться на свидание.

                Через пару часов я уже привычным путем поднималась по ступеням к квартире. Внутри приятно пахло специями.

                Разувшись я босиком прошла внутрь. Эверард сидел в кресле. Я села в соседнее и негромко произнесла:

- Здравствуй.

- Я купил мясо и специи,- обронил он.

- Готовить не буду,- покачала я головой. – Можем заказать доставку из ресторана.

                Он медленно повернулся ко мне:

- Тебе сложно?

- Я просто не хочу.

- Не хочешь готовить или не хочешь готовить для меня?

- Не хочу готовить для тебя,- уверенно произнесла я. – Не обессудь, но иногда я забываюсь и мне кажется, что мы нормальная семья. Особенно это ощущение усиливается когда я стою на кухне. Приятная, ненавязчивая музыка, хорошие продукты. Потом мы едим, потом идем в постель. А потом утро и ощущение, что мне нужно забрать деньги с прикроватного столика.

- Какие деньги?

- Которые мужчины платят женщинам за бурную ночь. Знаешь, ты можешь уже начинать думать о нашем будущем,- серьезно произнесла я. – Мне нужна определенность. Либо мы семья, либо – нет.

- Хочешь стать хозяйкой в моем доме? – вскинул бровь Эверард.

- Ты знаешь, а вот это, на самом деле, самая главная проблема,- я решила быть откровенной. – У меня есть свой дом. Архитектор создал его с учетом всех моих пожеланий. То есть проект был разработан с нуля. И мне в этом доме очень уютно. Я не могу представить себя ни в каком другом месте. Но самое главное, я не могу представить тебя в своем доме. Мне не нужно чужого – у меня все есть. Вот только как выясняется, своим я делиться не способна.

                Помолчав, я добавила:

- Вероятно, если ты решишь, что мы семья, мне придется походить к психологу. Потому что сейчас идея пустить тебя к себе или съехать к тебе вызывает у меня панику.

                И мне впервые удалось пронаблюдать дивную картину «Эверард Штерн не знает, что сказать».

                Возможно поэтому он молча встал, достал смартфон и заказал мои любимые суши. Признаюсь честно, я вот не могу назвать его излюбленных блюд. Пока я готовила он ел то, что ставилось на стол. В прессе упоминались привычки нового главы корпорации Ади-тех, но я те статьи не читала.

                Мы еще немного посмотрели TV и наступило то самое время. Штерн одним движением вытащил меня из кресла, прижал к себе и впился поцелуем-укусом в сочленение плеча и шеи. В то самое место, где у семейных пар находится метка. В то самое место, где у меня иногда возникает засос. Но не метка. Нет.

                Звериная страсть, напор, сила, мощь и скорость – я не понимаю, как люди могут спать с оборотнями. Моему крепкому, выносливому организму и то тяжело. А если представить на моем месте слабую, мягкую человеческую самочку…Воистину, не понять.

                Понедельник и вторник я занималась мелкими делами, которые едва не погребли меня под собой. Что не помешало мне подстроить встречу нанятого адвоката и моей гордой, но несчастной матери. Адвокат по нотам сыграл благородного и отзывчивого человека. Нашел для нее жилье, «выбил» льготы и пенсию (все в один день, потому как все эти блага уже давно ее дожидались). Так что я жду звонка от мамы. И приглашения в гости. Надеюсь, я достаточно хорошо ее знаю.

                А вот в среду я замучила Вика вопросами. Мне нужен бизнес, но я умею только сниматься. Значит, этот бизнес должен косвенно касаться моей работы. И, затираненный мною Вик, наконец нашел решение.

- «Кассандра»,- буркнул мой агент, и щелчок пальцев подозвал официанта.

                Мы опять сидели в том самом, любимом, кафе.

- Зачем нам этот умирающий журнал? – удивилась я.

- Затем, что ты купишь в нем пятьдесят один процент акций,- проворчал Вик. – И мы выведем его в первые строчки рейтинга.

- Как?

- Ты интересна людям,- Вик поправил модный, узкий галстук. – Мы состряпаем журналистское расследование и обнаружим твоего таинственного возлюбленного.

- Решил продать тайну Штерна?

- Не продать, но намекнуть. Плюсом пойдет твой архив фотосессий. Там есть нигде неопубликованные фото. У меня есть пара мальчиков-моделек, их век короток, но сейчас они на виду.

- Мы не так долго будем в центре сплетен,- я покачала головой. – Пока что да, я могу подбросить пару жареных фактов. Но потом – кто ж мне будет докладывать?

- «Кассандра» самый непопулярный сплетник столицы. Но если сменить название, например, на какой-нибудь «Бьюти амайзинг ньюс» - то может получиться.

- А почему именно на старом языке?

- Увы, все менеджеры сходятся в одном – этот язык лучше всего продается. Так что в твоем новом журнале всего будет по чуть-чуть. Рецепты красоты, статьи о новинках косметики и сплетни. Можно добавить короткие любовные истории – государство за это платит. Если герои истинные. А когда раскрутишься, тебе будут платить за то, что ты будешь писать о косметике. То есть не ты, а твои подчиненные.

- Дашь мне Лайру? На время?

- Дам,- кивнул Вик. – Я наигрался.

                Последнюю его фразу я комментировать не стала.

- Открытие выставки назначено на субботу.

- Так быстро? А как же подготовительная работа, реклама? – поразилась я. – Никто же не придет!

- О нет, ожидается аншлаг. Прошла агрессивная реклама – «Выставка Алеззи! Только один день! Ее могут запретить!». И все в том же духе. Вы же уже выбрали фото, на фоне которых будете вещать?

- Мы еще и вещать будем? Обычно я стою молча, улыбаюсь и держу бокал с шампанским.

- Люди нашего заказчика готовят текста. Твоя задача выучить и рассказать. По итогам первого дня выставки тебе будут перечислены еще деньги.

- За риск?

- За исполнительность.

                Мы посмеялись, пригубили отвратного кофе и разошлись. А дома меня ждали две вещи: костюм, для открытия выставки и текст. Пробежав глазами предложенную речь я передернулась и позвонила Вику.

- Только же разошлись,- проворчал мой друг.

- Я тебе текст скинула на почту. Посмотри. Я просто боюсь, что меня закопают.

                Читал Вик в «прямом эфире». Похмыкивал, вздыхал и чем-то шуршал.

- Ты там шоколад лопаешь?

- Шоколад и секс – вот два главных источника гормона счастья. Секс у меня исключительно с работой и счастья не приносит. Вот, шоколадом пробавляюсь. Слушай, я не думаю, что тебя закопают.

- Я не думаю, что закопают и не закопают – разные вещи,- вздохнула и отключилась.

                Остаток вечера я читала речь. Весь четверг репетировала перед зеркалами и привыкала к новой одежде – мне прислали винтажное, длинное платье. К нему прилагались туфли на тонкой и высокой шпильке. Тут я вынуждена признаться – мне привычней сниматься в такой обуви. А вот хожу я в ней крайне редко.

                Два падения на мягкий диван и я перестала наступать на собственный подол. Хорошо еще что никто не видел. Тихая, вкрадчивая мелодия смартфона заставила меня вздрогнуть и замереть. На все входящие звонки стоит одна и та же, стандартная мелодия. И только мамин старый номер имеет свою….Неужели она решила мне позвонить? И сохранила тот номер, что был у нее раньше? В Секторе?

- Алло, слушаю,- хрипло выдавила я.

- Привет. Тебя ведь теперь Тиль зовут, верно?

- Мам, если хочешь, то можешь называть меня как раньше.

- Не хочу. Я ничего не хочу, как раньше,- тихо-тихо ответила мама. Она вообще говорила едва слышно. Возможно потому что спал ребенок. Или потому что просто привыкла. – Спасибо тебе.

- Ой, да за что?

- Тиль, я живу достаточно давно, чтобы понимать – не бывает на свете таких совпадений,- грустно произнесла Алия. – Я думала вернуть свою девичью фамилию.

- Мам, тут я тебе не советчик.

- Придешь завтра в гости? – без перехода сказала она. – Знаешь, весь разговор было только ради этого. Или, знаешь, если не хочешь – я пойму. Я была плохой матерью.

- Ты была лучшей матерью. До завтра.

- Думаю, адрес тебе не нужен.

                Я услышала тихое кряхтение и плач. Мама тут же попрощалась и отключилась. А я бросилась набирать смс.

                «Где лучший детский магазин?»

                «Без меня ты беспомощна. Через сорок минут за тобой заедет Брок».

                «Зато ты – лучший, Вик».

                Выпутавшись из платья и осторожно его убрав, я натянула джинсы и футболку. Собрала волосы в хвост и до самого прихода Брока разыскивала кроссовки в тон. Не нашла. Пришлось надевать туфли.

                «Спускайтесь».

                Смс от Брока всегда отличаются крайней лаконичностью. Да он и сам предпочитает действовать, а не говорить. И смотреть. Он просто прожигает меня взглядом – будто подозревает в чем-то. Меня, если честно, в жар от него бросает. Но вместе с тем, он само олицетворение спокойствия и надежности. Этакая скала в бушующем море.

- Возраст ребенка? – скупо бросил он и открыл передо мной дверь.

- Я бы спереди села. Так удобней.

- Хорошо.

- А и ребенок совсем маленький. Еще даже голову не держит. А откуда ты знаешь куда ехать?

- Господин Вик участвовал в благотворительной акции. Тогда многие крупные производители участвовали.

                Разговор затих. Брок оплатил платную полосу и я на полчаса зависла в смартфоне.

- И стоило садиться вперед? – поддел меня Брок.

- Я просто немного стесняюсь,- я пожала плечами.

- Мы знакомы семь лет.

- Да. Знаешь, у меня сестренка родилась. Ты поможешь мне выбрать для нее игрушки? И, наверное, кроватку. Я даже не знаю, в муниципальной квартире не самые лучшие вещи.

- Я племянникам брал авто-люльку. Она поет песни и укачивает детей. А еще, если младенец сделал свои дела, срабатывает сигнал.  Классная вещь. Можно спокойно отойти на кухню или в ванную. Марша, сестра моя, счастлива была до одури.

                Я тоже была счастлива. Носилась по магазину как угорелая. А следом за мной таскался Брок. Спокойный как удав, он вытаскивал из покупательской тележки лишние вещи. Да, вероятно идея купить трехколесный велосипед не самая здравая. Но…Но у меня прорва денег и есть племянница – верни велосипед на место!

- А куда твоя мать его поставит?

- Я хочу забрать ее к себе,- искренне призналась я.

                Вспышки фотокамер заставили Брока поморщиться. Мне-то это было уже привычно.

- Кажется, ты прославишься,- хмыкнула я.

- Всю жизнь мечтал сфотографироваться с велосипедом и люлькой,- в тон мне ответил Брок. – Вик закрепил меня за тобой до завтра. Так что сейчас предлагаю заехать в текстильный магазинчик. Там хорошая ткань.

- Веди.

                Фотограф, ослепивший нас, исчез. Но и я, и Брок уже давно привыкли к нежданным атакам. Просто раньше ему, Броку, удавалось понаблюдать за этим с водительского места. А теперь он сам попал на место Вика. Или Лайры.

- Интересно, что придумают?

- Ну, меня уж раз пять выдали замуж за Вика,- я плюхнулась на сиденье и захлопнула дверь. – Раза два приплели роман с Лайрой. Думаю, тебя объявят отцом моего ребенка. Особенно, если мама разрешит мне погулять с сестрой. И кто-нибудь это заснимет.

- А может не разрешить?

                Я вздохнула и негромко сказала:

- Вик не говорил? У меня не лучшие отношения с семьей. Они не видят разницы между фотомоделью и проституткой. «Ведь и там, и там платят за использование тела».

                «И Эверард тоже так думает. И стыдится моих фото».

                В тканях мы надолго не задержались. Я помню, что мама любит шить, поэтому просто взяла несколько отрезов, нитки и какую-то «беечку». Сама я ни разу не швея, но продавцам (и Броку) – верю.

                Дома я с удовольствием и гордостью обозрела горку подарков и заманила Брока на кухню. В конце концов, он таскал коробки, да и вообще, хороший человек.

- Голодный?

- Как оборотень,- хмыкнул мужчина.

- Я знаю, как с этим бороться!

                Через минуту на сковородке аппетитно шкворчали стейки, а я нарезала салат. Все крупными кусками – есть чем жевать.

- Ты так и живешь одна?

- Да,- я знала, что Вик промолчал. Но врать, что до сих пор себе никого не нашла…не хотелось. – Надеюсь, что скоро сюда переедет мама и сестренка.

- Дети быстро растут,- серьезно произнес Брок. – Так что советую заранее ограничить выход к дороге. Машины тут редкость, да и ограничение по скорости есть, но маленькому ребенку сильный удар и не нужен. Хватит и слабого.

                Я так живо представила как моя еще не виденная сестренка, на неверных ножках, покачиваясь, выходит на дорогу и….Бррр. Завтра же позвоню благоустройщикам. Даже если мама откажется переезжать – в гости-то они будут приходить.

                Уже укладываясь спать я поняла, что весь мандраж из-за субботы – исчез. Осталось только пятничное нетерпение и спокойное ожидание открытия выставки – уж убивать-то там не будут.

 

ГЛАВА 6

                Надо признать, что спонсор сегодняшнего дня – «неловкость». Неловкость, когда близкие родственники не знают, что сказать!

                И это даже не преувеличение. Мы трижды кипятили чай, потому что в тишине и бездействии было особенно гадостно. Но вот если чай пьешь и купаж нахваливаешь, так вроде и ничего.

- У меня еще один сорт есть,- предложила мама.

                Я кивнула и в пятый раз поднялась посмотреть на спящую сестренку. Малышка была очаровательна, как и все маленькие детки.

- Неужели мы так и будем? – тихо спросила я пустоту.

- Время пройти должно,- ответила мама.

- Не доверяешь? Боишься одну к сестре допустить?

- Не знаю как прощения у тебя попросить,- серьезно сказала она.

- Никак не надо,- в тон ей ответила я и повернулась. – Подумай над тем, чтобы ко мне переехать. Дом у меня огромный, места хватит. Да и лужайка перед домом есть. Район хороший. Не отвечай сейчас, не надо. Просто подумай. Я чай не буду, уж прости, но он у меня уже где-то на уровне зрачков плещется. Броку отпишу, чтобы забирал меня.

                Вик отдал мне своего водителя – заявил, что раз от Лауры как от секретаря проку нет, пусть за рулем сидит. Что-то мне кажется, что в этих их сложных отношениях есть какая-то тайна.

- Дай хоть обниму,- негромко сказала мама,- первый раз за последние десять лет.

                Всю обратную дорогу я стирала с лица слезы. Брок обеспокоенно косился на меня, но вопросов не задавал. Интересно, он часто видит молодых женщин со счастливой улыбкой и мокрыми от слез щеками?

- Вик на вечер вызвал к тебе «отряд красоты», так что госпожа Туви сегодня сделает тебя самой-самой,- на прощание сказал Брок, невесело усмехнулся и уехал.

                Я посмотрела в след суизи и тяжело вздохнула, история у нашего водителя была на редкость паршивая. Огромный, сильный мужчина поседел в одну ночь – похоронил и жену, и сына. Из-за чьей-то шальной машины: навороченный внедорожник вылетел с платной полосы прямо на детскую площадку.

                До приезда «отряда красоты» мне удалось спокойно попить кофе и принять ванну. Волосы еще не успели просохнуть, а в дверь уже звонили.

- Тиль, моя дорогая детка! Обожаю с тобой работать! Чистая кожа, яркие волосы – одно удовольствие,- прочирикала Туви. – Сутки на подготовку это мало, но в твоем случае вполне достаточно. Ты уже помылась, как я посмотрю? Сейчас сделаем шоколадное обертывание.

- Сначала скраб,- мурлыкнула одна из помощниц Туви.

                На последующие шесть часов я отключила мозг. Меня вертели как хотели, разминали плечи и спину, обтирали вкусно пахнущими натуральными составами, гоняли то под горячий, то под холодный душ. Потом замотали в мягкое полотенце и занялись волосами. Каюсь, я уснула. И проснулась только утром. Девочки Туви по прежнему оставались у меня дома. Но мне дали спокойно позавтракать, посмотреть утреннюю программу и даже прогуляться.

                Помня о предложении Вика, я дошла до магазина и попросила свежий выпуск «Кассандры».

- А вам повезло,- засмеялась продавщица и подслеповато прищурилась,- последний остался! Ух и сенсация.

                С сенсацией я ознакомилась по дороге до дома. «Топ-модель Тильса и неизвестный мужчина: фото-шок!». Так вот чей это был фотограф, поразительно. Просто поразительно.

                Но фотографии получились неплохие. Вот как он так подгадал? На одном из фото мы с Броком стоим так, будто вот-вот поцелуемся. И…надо признать, он очень привлекательный мужчина. Военная стрижка, широкие плечи, ореховые глаза – образец мужественности…

                Так, кыш, кыш, таким мыслям не место в моей голове.

- Тиль, котик, ты слишком долго ходишь. Ты же хочешь роскошные локоны? Или тебе придутся по вкусу кудри болонки? Так за этим не ко мне!

- Нет-нет, только локоны, Туви.

                Открытие выставки в шесть вечера. Добираться до туда час. Сейчас одиннадцать – вполне успеваем.

                В пять за мной заехал Вик. И замер восхищенным сусликом:

- Я всегда знал, что мне повезло. Но теперь я просто не понимаю, где были глаза остальных агентов! Как они могли тебя проворонить, Тиль.

- Нам обоим повезло, что из тысячи тысяч портфолио ты выбрал меня,- улыбнулась я. – Возможно, это мой последний выход в свет.

- Вероятно. Зато «Кассандра» тебе достанется без долгов. Я слышал,- Вик выразительно поиграл бровью,- что ее владелец проиграл суд и обязан уплатить свои кредиты. А значит вся выручка за фурор с репортажем о тебе и Броке пойдет на оплату долгов.

- Но он может отказаться продавать журнал, раз уж высунет нос из кредитной ямы,- я бросила последний взгляд в зеркало и пошла к Вику.

- Мне не отказывают,- промурлыкал Вик,- ради своих я готов постараться. Очень жаль, что мои модельки не понимают – именно твое имя позволяет им зарабатывать деньги.

                Мне не было страшно. И восхищение в глазах Брока подняло мое настроение на заоблачную высоту. Даже если сегодня мой последний день в статусе самой продаваемой модели, что ж, не беда. Не все могут уйти на пике. Оставив после себя водоворот политического скандала.

                Платье идеально облегало мою не менее идеальную фигуру. Еще бы, иной фигуры у модели и быть не может. Туви уложила мне волосы незамысловатым, небрежным каскадом локонов.

- Изумительно измененный фасон,- отметил Вик,- если бы в прошлом женщины так одевались, в настоящем мы переживали бы кризис перенаселенности.

- Мы и так его переживаем,- буркнула я.

                На самом деле платье неудобным – длинное, шоколадного цвета с золотой искрой, оно облегало тело как вторая кожа. И только от колена расходилось волной с недлинным шлейфом. На который я и наступала во время тренировки.

- Брок заверил меня, что сможет унести тебя на руках,- ухмыльнулся Вик,- с выставки. Да и вообще, я смотрю, у вас уже ребенок общий.

                Выдав этот спич мой агент захохотал как гиена. Гиена довольная собой и жизнью.

- Ты явно счастлив,- с осуждением произнесла я.

- А то! Тиль, котик, нам не дано предугадать, что будет. Но…Но! Но не каждому дан шанс принять участие в таком громком процессе. Это не просто отмена поправки двадцать девять. Это изменение всего мира.

- Так уж и всего? – нахмурилась я.

- Ты гораздо умнее среднестатистической модели,- серьезно произнес Вик. – Но, видимо, недостаточно.

- Эй!

- Смотри, есть истинные пары. Ключевое слово – пары. Твой пример говорит о том, что и среди четвертькровок есть пары для чистокровных. Верно? Верно. Итак, нечистокровные оборотни отнесены к человеческой правовой семье. И значит среди оборотней появятся несвязанные с истинной парой самцы. Это будет интересно. Вероятно, возобновятся подпольные бои насмерть. Когда самку будут оспаривать два самца. Не красней! Я сказал оспаривать, а не спаривать.

                Чаще всего в дороге я успевала заскучать. Но в этот раз Брок привез нас очень быстро. Вик вышел из машины и подал мне руку.

- Ты готова?

- Нет,- честно ответила я и шагнула вперед.

                Мы, как и Алеззи, приехали заранее. И пронаблюдали как гений носится среди стендов.

- Тиль, детка, все пропало! – Он эксцентрично взмахнул руками. – Эти идиоты не смогли правильно расставить стенды. Все разрушено.

                Я тут же принялась сочувствовать Алеззи. Это было чем-то вроде ритуала – всякий раз открывая выставку наш гений находил к чему придраться. И это выливалось в небольшую истерику. Мне кажется так маэстро выпускал пар.

- До открытия выставки три минуты,- объявила Лайра по громкой связи. – Двери разблокированы.

                Мне редко доводилось открывать выставки. Нет, не так. Я открывала выставки только с Алеззи. Это часть их договора с Виком.

                Забившись в уголок я наблюдала как мельтешат официанты, бегает Лайра с перекошенным от злости лицом – кто-то завалил стойку с металлическими розами. Как по мне, так туда им и дорога.

                Первыми приходят журналисты, всегда. Минут через пятнадцать от открытия начинают приходить особые, приглашенные гости. И через сорок минут начинают запускать простых смертных – фанатов Алеззи.

                Мне такое деление не слишком нравится. Как и самому маэстро – ведь именно почитатели, фанаты сделали его популярным. Их лайки и перепосты в сети, комментарии, поддержка. Наверное, именно поэтому Алеззи частенько делает уличные выставки. Это уж не говоря о том, что на его странице в сети море «вкуснятины».

- Тиль, вот вечно ты забиваешься в угол,- недовольно проворчала Лайра. – Пора идти позировать.

- Опять наш гений будет ворчать, что у журналистов кривые руки. И что никто не способен нормально снимать,- хмыкнула я и пошла следом за Лайрой.

- Это из-за носа, Алеззи его ломали несколько раз и на фото это особенно заметно. Тут уж как ни сними,- Лайра призадумалась и добавила,- если только со спины. Но публика вряд ли оценит.

                Я сдержала смешок, на секунду прикрыла глаза настраиваясь на работу и подошла к Алеззи. Фотограф сразу же всучил мне свой бокал шампанского – он уважал исключительно коньяк и исключительно стаканами. Я же привычно приняла бокал, провела им у лица – будто бы пригубила – и приняла изящную фото-позу. Прогнув спину и чуть небрежно отставив ногу в сторону я старательно улыбалась. И напоминала себе о том, что вечером смогу снять туфли и лечь на свою кровать с ортопедическим матрасом. Или и вовсе расслабиться в массажном кресле.

- Тиль, дорогая, ты хочешь что-нибудь сказать нашим гостям? – спросил меня Алеззи,- не стесняйся, у тебя прекрасный голос.

- Спасибо, маэстро,- улыбнулась я и негромко начала,- сказать можно много чего. Например, честно признать – мне заплатили за съемки.

                Люди сдержанно посмеялись.

- Но на самом деле, я бы приняла в них участие и без денег. Теперь, когда мой счет пополнился на кругленькую сумму об этом можно сказать,- подмигнула я.- Как вы все знаете, я единственная модель с кровью оборотня. Но потому ли, что остальные менее красивы? Нет. Не потому. Наше общество растет, растет духовно и морально…

- Вы говорите о морали, стоя рядом с собственными обнаженными фото? – холодный голос Эверарда заставил меня вздрогнуть, сбиться с мысли. Ну уж нет, сегодня я не могу проиграть.

- Именно так. Мы растем, мы уже выросли достаточно сильно, чтобы видеть в женщине не только сексуальный объект. Это – искусство. Все помнят выставку «я могу не хуже!».

                Журналисты зафыркали, а вот гости не все были в курсе.

- Очень часто звучало мнение, что если дать обычному мужчине хороший фотоаппарат и красивую модель он сможет не хуже, а лучше. Не смог.

                Штерн отошел куда-то в сторону. А я, незаметно переведя дыхание, продолжила:

- Итак, мы выросли. И закон…нет, он не мешает нам. Но он подрубаем крылья многим другим. Я хочу помолчать за всех тех, кто погиб исполняя «поправку двадцать девять».  И среди пострадавших есть не только женщины, но и мужчины.

                Я говорила и говорила, перемежала свою речь искрометным юмором – не моим, а написанным каким-то гением. И меня слушали. Затем вступил Алеззи, а я ушла в сторону, в тень. На сегодня я свое «отсияла».

- Быстро в машину,- на моем запястье капканом сжались пальцы Штерна.

- Я еду домой.

- В мой дом. Там и поговорим.

- Если ты вдруг не понял, то поправке двадцать девять осталось всего-ничего,- процедила я, не пытаясь вырвать руку. – Так что остынь и подумай над тем, как убедить меня наладить с тобой отношения.

                Он разжал пальцы только тогда, когда к нам шагнул Брок. Готова поспорить, что его послал мой всевидящий Вик.

- Все в порядке? Госпожа Тильса, я должен отвезти вас домой,- негромко произнес мой спаситель.

- Мы с Тиль давние друзья,- включил «обаяшку» Штерн,- сам отвезу и даже одеялко подоткну.

- Сожалею, господин Штерн, но я наемный работник и не могу манкировать своими обязанностями,- склонил голову Брок.

- Приятного вечера, господин Штерн,- мило прочирикала я.

                И, уже на улице, привстала на цыпочки и чмокнула Брока в щеку:

- Ты мой спаситель. Спасибо, что настоял на своем. Тебя Вик послал?

- Я увидел, как он тебя тащит,- буркнул мужчина. – И не только я. Вас даже щелкнули пару раз. Садись, домчу до дома и вернусь за Виком.

                А я наконец вспомнила фамилию своего спасителя – Брок Ламертан, отставной военный. Награжден за мужество – но за что конкретно неизвестно.

                Удобно устроившись на переднем сиденье я наблюдала за тем, как по каменно-неподвижному лицу скользят блики вывесок мимо которых мы проезжали. Как-то мимоходом отметила, что мышцы у него на руках не меньше Штерновых. Да и вообще, довольно привлекательные руки, особенно жилы и…Стоп. Окстись, Тиль. У тебя слишком много проблем в жизни и вообще, ты почти замужняя женщина.

                Мысли так же плавно перешли на Эверарда. Есть ли надежда, что он одумается? Просто…Просто я не знаю, но ведь не просто же так эта истинность нам дадена? Да, взаимопонимания нам судьба не отсыпала. Но бескомпромиссная радость бывает только в TV роликах.

                Так ни до чего и не додумавшись я попрощалась с Броком и поднялась к себе. И не сразу поняла, что дом обесточен. Постояв на пороге своей ранее неприступной крепости я опрометью бросилась к соседу. Благо, что он приглашал меня заходить в любое время. Кажется, рановато я отпустила Брока Ламертана.

- Тиль?

- Закрой дверь!

                На улице прозвенело разбитое стекло, а вот шума падения мы не услышали. Неужели это был Штерн? В звериной форме? Кажется, глупо ждать его поумнения.  

                Равно как и того, не придет ли ему в голову вломиться в дом. По сути, между мной, моим соседом и зверем стоит лишь тонкая фанера, стекло и закон. И если бы о нашем с Эверардом партнерстве было объявлено официально – он имел бы право разметать здесь все в клочья.

                Будто издеваясь надо мной, он появился на садовой дорожке. Огромный, угольно-черный волк с желтыми-желтыми глазами. Он шел к стеклянной двери уверенной походкой победителя. Мне же оставалось только пятиться и молиться чтобы он передумал.

- Тильса, соседка,- а вот мой неунывающий сосед молиться и не собирался,- я уже вызвал особый отдел, детка. Понимаю, ты трепетная барышня, но я-то нет. У меня силовое поле вдоль всего периметра дома и голова на плечах. Сейчас этого урода подвергнут принудительной кастрации.

                «Урод» понял о чем говорит мой нежданный спаситель и исчез. Но его угольная морда осталась в памяти камер слежения. А я без сил опустилась на диван и разрыдалась.

                Мой сосед (как же его зовут? И как спросить, чтобы он не обиделся?) принес воды и стопку коньяка. От последнего отказалась, первой выпила залпом.

- Я забыла, как тебя зовут. И как меня зовут,- вдруг произнесла я.

- Ты Тильса, а я Стерек,- захохотал сосед.

- Точно. Я еще и олениха. Отпустила водителя.

- Где ты оборотня-то подцепила? – он сел с противоположного конца дивана и выпил коньяк.

- Сегодня была выставка. Он там на меня окрысился, но мой агент разрулил ситуацию. А потом…вот. И как он умудрился оказаться здесь раньше?

                Стерек посмотрел на меня с искренним сочувствием и спросил:

- Соседка, ты же оборотень. Неужели про собственную расу ничего не знаешь?

                Я секунду рассматривала соседа и ругнулась. Точно. Оборотень в истинной форме способен следовать особыми тропами. Их в нашем мире становиться все меньше и староверы кричат, что в этом повинны технологии. Мол, из-за них уходит магия. Да всей той магии жалкий телекинез, после которого старовер неделю пластом лежит и кровью харкает. Я не хочу променять свой телефончик или комфортабельный суизи на голубиную почту, карету и телекинез в нагрузку. А так же медицину и TV, и…Да вообще все не готова променять. Особенно смущает то, что женщин не держали за разумных существ. У оборотней и сейчас с этим проблемы, а уж тогда…

- Ты чего там гневно пытхтишь?

- Да про магию вспомнила,- буркнула я.

- Одно вытесняет другое,- пожал плечами Стерек,- я так мыслю – где-то убыло, а где-то прибыло. Ушла магия от нас, пришла в другое место. И это нормально. Если есть круговорот воды в природе, почему не быть круговороту магии?

                Вот бы еще оборотней с собой забрало, подумалось мне. И тут же передумалось, вдруг и меня за собой утянут? В чисто оборотническом доле я долго не проживу. Либо сама убьюсь, либо меня порешат.

- Можно еще воды?

- Хочешь апельсиновый сок? – радушно предложил Стерек.

- Я хочу есть,- честно призналась я. – На открытии выставки мне не удалось попробовать ничего, кроме шампанского. Но я его не стала, во-первых, бокал был не мой, а во-вторых, пузырьки так гадко бьют в нос. Но выдохшееся холодное шампанское – превосходно. Жаль.

                Но пояснять, чего именно мне жаль я не стала. Как объяснить, что я давно не пила такого шампанского? Ведь нет никакой сложности в его приготовлении. Открой утром бутылку и поставь в холодильник. Вечером будет готово.

- Держи, сандвичи «все, что было в холодильнике» и выдохшееся красное вино. Вообще, оно наверно даже скисло, но вдруг тебе понравится.

                Вино не скисло, да и вкус был терпимым. Но пила я его только для того, чтобы порадовать Стерека. Собственно, мы и познакомились из-за моих странных (с его точки зрения) вкусовых предпочтений. Это была местная ярмарка и я ела стейк средней прожарки с фисташковым мороженым.

- Спасибо. Очень вкусно.

                Постепенно я успокоилась. И к приезду вызванных оперативников у меня в голове билась только одна мысль – я больше никогда не останусь наедине со Штерном. Нельзя жить с тем, кого боишься. Чтобы ни произошло дальше, я всю жизнь буду помнить его желтые глаза и его же медленный шаг. И свой панический страх. Сегодня я полностью осознала, что мне нечего ему противопоставить. Нож, пистолет, да господи, особый отдел и тот запаздывает. Будто дает зверю возможность расправиться с нами.

- Странно, они задерживаются,- Стерек подошел к окну. – Не типично.

- Думаешь, он их мог подкупить?

                Сосед пожал плечами и подлил мне вина.

- Что будешь с домом делать?

- Перестраивать, но для начала вкачу охранной компании … иск,- я позволила себе крепкое словцо. И Стерека оно не шокировало:

- Думаешь, накосячили?

- Неет, не накосячили. Выдали аварийный код,- я немного опьянела и потихоньку начинала ненавидеть весь мир.

                Поэтому стоит написать Броку. Пока я при памяти.

«На меня напал Штерн. Сижу у соседа, жду особый отдел. Тильса».

«Еду».

                Наверное, Броку Ламертану можно выдать медаль за немногословность. Вот только куда он денет Вика. Хотя, он что-то говорил о том, что водитель моего агента теперь Лайра. Вот и славно. Я бы к Броку еще и переехала, если честно. У него наверняка со времен службы в армии завалялось пара пистолетов.

                Особый отдел отличился – они вынесли дверь.

- Где тварь! – рявкнул какой-то молоденький, чуть прыщавенький мальчик.

- В лесу,- глубокомысленно выдала я и допила вино. Стерек тут же подлил мне и шепнул:

- Пей-пей, у меня много его. Ненавижу красное вино.

- Стажер Чилрок, снимите показания с камер,- устало произнес огромный, нет, не так, огромнейший мужчина, вошедший в дом. Несчастная дверь под его ботинками жалобно захрустела. Стерек приложился к моему вину.

- Рассказывайте. Нет, госпожа, пусть говорит господин.

- Мое имя Давид Олтарн Стерек, я сосед госпожи Тильсы. Сегодня она прибежала ко мне с перекошенным от ужаса лицом. А следом за ней примчался угольно-черный оборотень. Я вызвал вас. Но хочу заметить, что если бы не защитное поле, вы могли найти здесь менее красивую картину, чем Тиль с вином.

- Отказали платные полосы. По всему городу,- коротко ответил оперативник.

                А мне лениво подумалось, что в роду этого человека определенно были медведи. Обычные, не оборотневые.

- Госпожа? Вы можете ответить на наши вопросы?

- Могу,- я широко улыбнулась. Потому что по разбитой двери шел мой герой.

- Ламертан,- человек-медведь встал и протянул руку Броку.

- Ордвич,- отозвался мой спаситель. – Что здесь произошло? Тиль, ты же пьешь!

- Тут запьешь,- философски выдала я.

                Но увы, вино у меня отобрали, выдали чашку крепкого кофе и заставили отвечать на вопросы. Зато Брок надежной скалой сидел рядом и держал меня за руку. Это как-то сглаживало…все сглаживало.

- Что ж,- Ордвич что-то высмотрел в своем планшете,- волк господина Штерна действительно имеет черный окрас.

- Угольно-черный,- наставительно поправила я.

- Хорошо, угольно-черный,- покладисто кивнул человек-медведь. – Сейчас мы осмотрим ваш дом и сад.

- Лужайку,- поправила я.

- Лужайку,- согласился Ордвич.

- Только не заглядывайте в ящик с нижним бельем,- вдруг попросила я. – Оно абсолютно обычное. Нет, вы ничего не подумайте, но просто был один обыск в моей жизни…Так потом меня еще и обвинили, что в моем белье рыться не интересно. А вот обувь…вы знаете, у меня много обуви…

- Ламертан, увози-ка ты свою подопечную спать. А завтра привезешь ее в отдел.

                И, когда он уходил, я услышала, как он проворчал «во дела, в жизни пьяного оборотня не видел». Это кто здесь пьяный, я?!

- Тиль, ты выпила почти всю бутылку вина,- укоризненно заметил Брок. – Пойдем, я отвезу тебя в гостиницу.

- Ты останешься со мной?

- Пока нужен – всегда,- серьезно ответил он и поднял меня на руки.

                Раньше я не верила в такое понятие как светлые слезы. Это казалось смешным, ведь люди плачут от боли. Душевной или телесной, но боли. «Мне было так хорошо, что я заплакала. – Да? А может ты заплакала потому что тебе было очень плохо, но нужно держать марку?»

                А сейчас сама прижималась к сильной, надежной груди Ламертана, слушала ровное, размеренное биение его сердца и смаргивала редкие слезы. Хотя, возможно во вне плакало вино? Все же Стерек влил в меня целую бутылку. Если верить Броку. А не верить ему я не могу. Мне сейчас необходимо поверить хоть кому-то. А Вик слишком далеко. Хотя ему я верю всегда. Ну, кроме тех моментов когда он говорит: «Тиль, закрой глаза и открой рот». Никогда не верьте Вику в такие моменты – неизвестно какую пакость вам закинут на язык.

 

ГЛАВА 7

                Квартира у Брока маленькой и тесной. Одна комната, кухня, совмещенные ванна и туалет. Почему мы оказались у него дома? Позвонил Вик и в категоричной форме велел «переждать бурю» у Ламертана.

- Какую бурю? – сонно вздохнула я.

- Возможно, скандал вокруг выставки. Новостные сайты обновляются круглосуточно,- равнодушно пожал плечами Брок. И мрачно воззрился на единственную кровать. – Ляжешь в постель. Сейчас принесу свежее белье.

                Перестелив постель, я посмотрела как Ламертан пытается устроиться в кресле. Которое даже не было раскладным.

- Брок, бери одеяло и укладывайся рядом. Клянусь, что твоя честь останется нетронутой,- проворчала я, опустила голову на подушку и уснула.

                Половину ночи мне снилось как я убегаю от высокого и тощего человечка, а вторую половину – как догоняю Алеззи. И, догнав, натыкаюсь на чуть насмешливый и добрый взгляд маэстро:

- Тебе сюда нельзя.

- Только для мальчиков? – неловко пошутила я,- вроде бы не туалет.

                Маэстро рассмеялся и поцеловал меня в кончик носа:

- Все будет хорошо.

                Больше я из своего сна ничего не запомнила. Но зато когда проснулась, сразу ощутила аромат жарящегося бекона, чуть подтаявшего сыра и чего-то восхитительно коричного.

- М-м-м, а где корица? – вчера я уснула в белье, и сегодня вышла на кухню завернувшись в одеяло.

- Кофе с корицей,- чуть скованно улыбнулся Брок.

- Ты какой-то странный. Я домогалась тебя ночью?

                Он немного смутился и покачал головой.

- Бро-ок, не томи. Я же такого навыдумываю!

- Я думал, что задавил тебя,- признался Ламертан. – Проснулся, а ты подо мной. Ничего пошлого, просто вот так вот неудачно перекатились

                Я рассмеялась и поняла, откуда мне снились такие сны. Видимо, полночи я пыталась выбраться из-под Брока, а потом смирилась.

- Мне Алеззи снился,- вдруг сказал Ламертан. – Так странно. Я уже четыре года не вижу снов. А тут все помню, как будто наяву.

- А что снилось?

- Попросил беречь тебя,- ответил Брок и поставил передо мной тарелку с омлетом и беконом. – Будто я так этого не делаю.

- Вероятно, это игры подсознания,- важно произнесла я. – Ты же спас меня вчера. Мне тоже снился наш маэстро, я его догоняла-догоняла, а потом он чмокнул меня в нос и сказал, что все будет хорошо.

                Смартфон пискнул.

- Что это?

- Звук входящего сообщения,- хихикнула я. – На сайте эта мелодия называется «мышкин крик».

- Больше похоже, что твою мышку кто-то раздавил и это звук того, как воздух покидает мертвое тело.

                Пофыркивая от смеха и непривычной болтливости Ламертана я достала смартфон и открыла сообщение. От Вика.

                «Алеззи убит оборотнем. Жду в главном управлении Особого Отдела».

                Сил произнести это вслух не было. Я просто повернула смартфон экраном к Броку. Ответом мне стала тяжелая, злая тишина.

- Твари. До политика не добраться, убили творца,- произнес Ламертан. – Ешь и выезжаем.

- Я перехотела.

- Ешь. Твой организм вспомнит о еде в самый неподходящий момент.

                Вкуса я не почувствовала. Просто заглотила все положенное на тарелку, выпила залпом кофе и поднялась.

- У меня есть твоя старая сценическая одежда. Вик привез.

- Зачем?

- Я ее, по распоряжению Вика, молоды моделям одалживаю. Из перспективных. Якобы оберег на удачу.

- А почему ты?

- Потому что Вик суровый шеф с каменным сердцем – ему не положено быть добрым и понимающим.

                В этот раз Брок пошел на откровенное превышение скорости. Но я была только «за». Мне так хотелось, чтобы эта смс оказалась дурновкусной шуткой. Да, Вик не играет с такими вещами. Но пусть он потеряет телефон и какая-нибудь дура-завистница окажется виновной. Видит бог, я куплю ей туфли от Ойлэ Диттора.

                Мне никогда не приходилось бывать в Особом Отделе. Экзальтированные личности фанатеющие от боевиков и шпионских саг называли это место Контора. И да, пусть кто угодно говорит, что нельзя произнести какое-либо слово с большой буквы – у этих получалось. С придыханием, трепетом и выразительным закатыванием глаз. Или, что еще хуже, с заговорщицкими ухмылками псевдопричастных людей.

                Нет, я не то чтобы не люблю оную контору. Просто, слишком часто они не вмешиваются, когда надо и влезают, когда не надо. И к нам со Стереком опоздали. Ходят упорные слухи, что в конторщики идут пострадавшие от оборотней. Мол, именно оттого они так хорошо тренированы – личные обиды на подвиги толкают.

- Алиса Ферран-Толминсон, творческий псевдоним Тильса,- коротко отчиталась я на проходной.

- Брок Ламертан, капитан в отставке, личный номер 3322,- сухо произнес Брок.

- Ваш временный пропуск,- за пуленепробиваемым стеклом сидела очаровательная блондиночка. – Вас ожидают на седьмом этаже, в семьсот тринадцатом кабинете.

                Пока мы добрались до указанного кабинета, не встретили ни единой живой души.

- Здесь вообще есть люди?

- Повсюду камеры,- пожал могучими плечами Ламертан. – Конторе не нужны «просиживальщики задниц». Аналитики беспрестанно работают, если нет дел касающихся непосредственно Особого Отдела, то берутся за полицейских. Или за социальную аналитику. Через час обед, тогда в коридорах будет не протолкнуться.

- Ты здесь служил? – тихо спросила я.

- Недолго. После…после их гибели я стал нестабилен,- Ламертан не смотрел на меня,- психологи со мной были не согласны. Но я себе доверять не мог. Ушел. Встретил Вика, мы учились вместе с ним. Он нанял меня водителем и охранником.

                После этого короткого экскурса в собственное прошлое Брок замолчал. И даже когда мы вошли в семьсот тринадцатый кабинет – все равно продолжил молчать. А ведь с нами поздоровались. Точнее, с ним. Но Ламертан встал у дверей, сложил руки на груди и остался глух к предложению «быть нормальным человеком и сесть за стол».

                А я вдруг подумала о том, что у него есть какая-то тайна. Что-то большее, чем «я перестал доверять себе». Может, он перестал доверять им?

- Вик, я надеюсь, ты пошутил? – наконец мы все расселись и я смогла обратиться к своему агенту. Хотя по красным, опухшим глазам Лайры прекрасно поняла – не шутил.

                Вместо ответа Вик стиснул мою руку:

- Эверард Штерн был задержан сегодня утром. Ты можешь сказать им, девочка.

                Легкий, почти незаметный нажим в голосе Вика подсказал мне, что все не так просто. Поэтому я закрыла лицо руками и сгорбилась. Меня начало немного потряхивать – смерть Алеззи, задержание Штерна и «ты можешь им все рассказать». Что именно?

- А я предлагал подготовить ее к этому,- сокрушенно вздохнул Вик. – Эверард Штерн ее истинный партнер, и он причинял своей паре боль. Как физическую, так и душевную. Вы ведь уже побывали на той, с позволения сказать, квартире?

                Меня затрясло еще сильней. Что происходит, они хотят обвинить меня в смерти Алеззи? В пособничестве Штерну?

- Как вы понимаете, в этом и состоит причина участия Тиль в скандальной фотосессии. Она как никто другой заинтересована в отмене поправки за номером двадцать девять.

                Это верно. После того как Штерн показал мне свое истинное лицо я даже думать о нем боюсь. Боюсь оставаться с ним наедине. Что он мог со мной сделать? Любая другая на моем месте вошла бы в дом. Там, между первым и вторым этажом пульт управления с которого можно перезагрузить охранную систему.

- Госпожа Ферран-Толминсон, расскажите, как вы познакомились с господином Штерном.

- Какое это имеет значение? – я выпрямилась и положила руки на подлокотники офисного кресла. – Алеззи мертв, вот что сейчас важнее всего.

- Нам интересен этот случай с точки зрения психологии,- спокойно произнес один из конторщиков.

                Я оглядела серое помещение, таких же серых людей и поделила их на две группы – силовики и аналитики. Поделила я их чисто по внешним данным. И, немного успокоившись, процедила:

- Я не подопытная крыса. Если вас интересует вчерашний день, то пожалуйста.

- Вся выставка восстановлена нами поминутно,- спокойно произнес один из аналитиков.

- Никто из вас представиться не хочет?

- Мы не называем имен.

- Ясно.

                Они пытали меня на тему нашего со Штерном знакомства и нашей же жизни. А я открещивалась от всех вопросов и попеременно посылала всех к прародителю оборотней.

- Госпожа Ферран, возможно вы не понимаете, но мы пытаемся установить психологический портрет господин Штерна. Отношения в семье могут рассказать о нем куда больше, чем все тесты.

- Я не помню как мы познакомились,- честно сказала я. – Там каким-то боком замешан фотограф Гвориан. Но как именно – не помню. Я была счастлива, у меня появился сильный, любящий мужчина. Целых три дня он носил меня на руках, мы планировали свадьбу и совместную жизнь. А на четвертый день он узнал, что я модель. Такому видному бизнесмену позорно связываться с той, чьи разнообразные фото давно разлетелись по сети. С тех мы встречались по воскресеньям на тайной квартире. Занимались сексом, иногда очень грубым и расходились.

                Я стиснула пальцы. Поверить не могу, что всего лишь неделю назад собиралась воспитать Штерна. Найти в нем что-то хорошее и надавить на светлые струны его души. Или как там выразился Вик?

                Нас тиранили еще несколько часов. Затем отпустили. Вик попросил Ламертана подержать меня у себя – что-то было не в порядке с моим домом. А я вдруг поняла, что не хочу туда возвращаться. Что не смогу доверять собственной крепости. Я ведь выбирала охранную систему именно с учетом нападения оборотня. И даже была уверена в своей безопасности.

- Останови у гостиницы «Серый Дол»,- глухо попросила я Брока.

- Вик сказал…

- Я совершеннолетняя девочка, Брок. А ты слишком выразительно молчишь.

                Ламертан остановил машину и, не глядя на меня, спросил:

- Почему не сказала?

- А что ты мог сделать? Или не так, а почему я должна была думать, что ты что-то будешь делать? – я провела пальцем по стеклу. – Я верила, что он изменится. Что пройдет немного времени, чуть-чуть, и все будет хорошо. На женщин притяжение истинной пары почти не влияет – все же мы продолжательницы рода. И если волчица не сможет принять другого самца – такая раса быстро вымрет. Ведь с истинным может произойти все, что угодно. А вот самец напротив зависим от самки. Ученые предполагают, что это нужно для пущей заботы и защиты как волчицы, так и общего потомства.

                Замолчав я смотрела как мимо нас идут люди. Как начинает накрапывать мелкий дождик.

- Хреновая система,- бросил Ламертан и завел машину. – Ты останешься у меня.

                Меня так и подмывало сказать какую-нибудь гадость, но я мужественно сдержалась. Все равно сейчас во мне говорит страх и боль. А это не лучшие советчики.

                Очень давно, когда небо было синее, трава зеленее, а папа меня еще любил (кошмар, как давно это было) – я изучала дыхательную гимнастику. У нас считалось, что оборотни по природе более вспыльчивые существа чем люди. И тогда, о, тогда меня это очень обижало. Сейчас-то я понимаю, что поселковые доброжелатели были правы. Но не об этом речь. А о том, что нас учили дыхательной гимнастике. Которая начала действовать лишь спустя годы.

                Так что через десять минут сосредоточенного пыхтения я попросила Брока остановиться у торгового центра.

- Зачем? – спросил он, съезжая с платной полосы на парковку.

- Мои повседневные вещи отличаются от тех, в которых я снимаюсь. У тебя дома только сценическая одежда. Мне в ней некомфортно. Да и нижнее белье,- я вдруг подмигнула ему,- нет, если ты поделишься со мной трусами, то…

                Честно говоря, я надеялась его смутить. Но не вышло.

- Я поделюсь с тобой не только трусами, но еще и веревкой – будешь подпоясывать, чтобы не свалились,- отозвался Ламертан и я вспыхнула.

- Не рой другому яму,- повинилась я. – А потом за печеньем!

                У Ламертана уже был опыт походов по магазинам. Поэтому, едва мы зашли в бутик Черри Тотарро, он устроился на диванчике и вытащил свой смартфон. И я, откровенно говоря, была удивлена – Брок не был похож на того, кто следит за гаджет-новинками. Однако же против фактов не попрешь.

- Чем я могу вам помочь? – ко мне подошла молоденькая девушка. На ее бейджике было старательно выведено «Тарин». Старательно, потому что у Черри Тотарро все было эксклюзивным. В том числе и бейджи продавцов-консультантов.

                Я не гонюсь за «чтобы не как у всех». Но Черри единственная, кто использует стопроцентно натуральные материалы. Поэтому и процветает – оборотни закупаются именно в ее бутиках.

- Ох, мне нужно все. От носочков до нижнего белья. Плюс пара платьев, две пары джинс и три футболки. Очки и сумочку,- чем дальше я перечисляла, тем в больший ужас приходила. Ведь если Штерн уничтожил все мои вещи, то я потрачу половину состояния чтобы все это восстановить.

                С нижним бельем определились быстро. Стреляя глазками в сторону невозмутимого Брока Тарин упаковала мне исключительно эротические комплекты. Еще один восхитительный момент в творениях Черри – она умеет совмещать эротику с удобством.

                Хотя конечно те трусики, две полоски, крохотный лоскуток ткани и кружевной бантик над попой – я не надену. Буду трепетно хранить и краснеть, вспоминая, что у меня есть такое белье.

                Два строгих, темно-серых платья. У меня все же траур. Алеззи был моим другом, не самым близким, но все же я уважала его и, по своему, любила. Любила как изумительного фотографа, как творческую личность. Как непревзойденного гения. Стоп. Плакать на людях – фу-фу и моветон.

                Настроение упало и разбилось. Джинсы и футболки я взяла без примерки.

- Вы уверены?

- Я работаю моделью,- криво улыбнулась я,- знаю свои параметры.

                Тарин только в этот момент поняла, кого обслуживает. И бросилась на меня поцелуями.

- Спасибо,- проникновенно произнесла она. – У моей сестры появился шанс.

- Шанс?

- Истинная пара и любовь до гроба,- консультант хмыкнула,- вопрос в том, до чьего. Нет, я и сама полукровка и нашла своего истинного. У нас стабильные, ровные отношения. Мы уже год живем вместе и пришли к выводу, что пора регистрировать брак. А вот Малинке не повезло. Дело-то ведь не в том, что у оборотней есть власть. А в том, что среди оборотней есть те, кто этой властью злоупотребляют. Мой Мариус про две недели притирки и не заикнулся даже. Скулил, выл, ночевал в волчьем облике под дверью, но с момента знакомства до секса прошло больше полугода. Я просто хотела знать, что меня ждет.

                Я кивнула, действительно, вся беда лишь в том, что оборотни, как и люди – разные. Есть Мариус, а есть Штерн. И этот таинственный владелец Малинки. И какой-нибудь другой хороший парень. Да тот же Вик, он ведь ушел от своей истинной. Не приняла его нищебродом и он не стал ее неволить. А мог. Жаль только…А ничего не жаль. Поправку примут, а Штерн сгниет за убийство Алеззи. Будь я родственницей маэстро, я бы настаивала на смертной казни.

                Все мои покупки уместились в два пакета. Ламертан встал, убрал смартфон и забрал у меня пакеты. После чего мы зашли в «Мир Печенья». Частная пекаренка, чей владелец решительно отказался от расширения бизнеса. Как он говорил: «Пока я на кухне хозяин – в рецепте свежие натуральные сливки. Когда я поставлю управляющего, хорошо если это будут разбавленные сливки. А то и вовсе порошковые. Нет. И мне, и детям денег хватает».

                Ламертан вырулил на платную полосу и вскоре парковался у своего дома.

- Чтоб меня,- буркнула я,- подушку забыла купить.

- А что не так с моей запасной подушкой? – удивился Брок.

- Пахнет.

- Она стираная,- возмутился он.

- Так порошком и пахнет. Я бы даже сказала ужасающе смердит «горными вершинами»,- вздохнула я. – Нюх у меня волчий, а резкие химические запахи – мешают. По счастью ты спал рядом, я бы даже сказала, на мне – так что меня отвлекал твой запах. Природный.

                Он придержал для подъездную дверь и, когда я прошла мимо, спросил:

- И как я пахну?

- Хорошо пахнешь,- я рассеянно пожала плечами. – Молодым здоровым мужчиной без отклонений и заболеваний. Все внутренние органы работают как часы.

                Ламертан как-то странно закашлялся и поблагодарил меня за такую оценку.

- В смысле? Это тебе самому себе надо сказать «спасибо»,- удивилась я. – Ты же себя блюдешь, в спортзал ходишь. Питаешься неправильно, но метаболизм хороший. Ты прекрасный самец, если выражаться как оборотень.

- Я сейчас начну краснеть,- хмыкнул Брок. – Надо тебе ключи сделать.

- Я без тебя никуда не пойду.

                Серьезно посмотрев на меня Ламертан кивнул, мол, принято. И открыл дверь. Я сразу же скинула обувь и пошла ставить чайник. Есть не особо хотелось, а вот печенья – очень. Рассыпчатое, жирненькое, оно привлекало меня своим неповторимым ароматом. И искушало в машине – так и хотелось запустить в кулек руку. Поэтому я положила его в пакет от Черри. Кулек непроницаемый, ничего не испачкается. А тянуться далеко и неудобно.

                Дальнейшее я могу охарактеризовать только одной фразой – закон всемирного свинства. Потому что Ламертан внес в кухню пакеты, я попросила его достать печенье, а к чертовому кульку прицепились те самые трусики с бантиком на попе. Так этот поганец их не просто отцепил, а еще и растянул на пальцах, рассмотрел и спросил:

- Не натирают?

- Убью,- нежно произнесла я и соврала,- это подарок от фирмы. Я постоянно там покупаю.

- Потому что ткань натуральная?

- Да. Брок, может ты положишь трусы в пакет?

- Слишком большое слово для этого количества ткани,- хохотнул Ламертан, но убрал.

                Единственное, что меня немного примирило с ситуацией – у него чуть-чуть покраснела шея. Я бы не заметила, если бы его запах не изменился. Ага, не только я смутилась. Ну и славно.

                Впрочем, краска с шеи Ламертана сошла быстро. И вот он уже выставляет на стол две кружки, банку с чайными пакетиками. И щелкает кнопкой чайника.

- Что ты на самом деле думаешь о произошедшем? – скупо спросил он.

                Да, с трусами оно как-то проще было. Брок тем временем ложка за ложкой насыпал сахар в чашку.

- Ты так нервничаешь или это твоя обычная доза? – спросила я. И не знаю, чего больше было в вопросе: желания узнать ответ или оттянуть разговор.

- Обычная.

- Но ведь печенье тоже сладкое.

- Ты боишься, что тебе не хватит? - по-доброму поддел меня Брок. - Так у меня запас есть.

                А мне стало понятно, что отвечать на поставленный вопрос – придется.

- Это не похоже на Штерна. Он так боялся за свою репутацию, что не рискнул предъявить меня общественности. А тут убийство,- я говорила быстро и не смела поднять глаза на Ламертана. - Это окончательно похоронит его как бизнесмена.

- Я рад, что ты нашла в себе силы это признать,- серьезно сказал Брок и отставил чашку в сторону. - Я посмотрел его прошлые психо-тесты — он зациклен на контроле.

- Психо-тесты? - я не понимала о чем говорит Ламертан.

- Они не афишируют это. Все чистокровные оборотни и все полукровки способные к обороту сдают психо-тесты. Никому не нужен обезумевший оборотень посреди города.

- Значит, последняя война окончилась не так, как нам сейчас рассказывают? Оно и логично, по одиночке люди слабее. Без оружия человек оборотню не противник.

- Да и с оружием – не каждый успеет выстрелить. И не каждый – сможет спустить курок,- кивнул Ламертан. – Стычки с дикими оборотнями происходят до сих. До сих пор особые отряды зачищают целые стаи. И чем дальше, тем виднее разницу между теми, кто стремительно очеловечивается и теми, кто стремится к природе. И я не знаю, кто лучше.

                Я шумно отхлебнула чай. Хотела сделать это изящно и небрежно, но увы, кипяток немного подпортил мне эту идею.

- Алеззи мог погибнуть от руки дикого оборотня?

- Когда дикий выходит на охоту, он не возвращается в человеческий облик,- задумчиво произнес Ламертан. – А камеры не зафиксировали никого крупнее кошки. И сбоев в работе камер тоже не было – а когда оборотень на тайные тропы сбоит вся техника.

- В любом случае, скоро будет готов генетический анализ. Там ведь нашли шерсть? Иначе не смогли бы задержать Штерна. Он не новичок в бизнесе и у него репутация. Таких не просто посадить.

                Допив чай, Ламертан заварил еще. Уже без сахара. И только после этого взял печенье.

- Вкусно.

- Да, мне тоже очень нравится.

                Тишина ужасно давила на меня. А вот Ламертан чувствовал себя прекрасно – достал смартфон и что-то высматривал. Набирал сообщения, хмыкал, удивленно вскидывал брови. Хм, ну да, будь я у себя дома, мне бы тоже было комфортно. Но приходится страдать на чужой территории.

- Так, валите-ка вы, Брок Ламертан, в комнату. А я займусь обедом.

                Брок несколько секунд смотрел на меня расфокусированным взглядом, а затем порывисто поднялся и вышел.

                То-то же. Так, что у нас есть?

                Быстрая, но тщательная инспекция показала то, чего у нас не было. А не было у нас нормальной еды. Что ж, с покупками мы разберемся как-нибудь в следующий раз. Пока что я могу обжарить пельмени в сметане и сварить эрзац-суп. А если еще приложить к этому всему толику воображения, то обед получится почти королевским.

                Готовка заняла меня почти на час. И стоит себя похвалить – из невеликого набора продуктов, мне удалось сотворить суп, второе, салат и даже компот. Два сморщенных яблока, горсть залежавшегося изюма, половинка лимона и корица на кончике ножа.

- Можно куша…

                Меня прервал звонок в дверь.

- Оставайся на кухне.

                На смартфон упала смс-ка:

«Штерн отпущен. Тайно. Направляется к вам вместе с одним из особых. Вик. Сотри смс».

                Стереть сообщение удалось не с первого раза. Бледная, с трясущимися губами, я была готова выбраться через окно на улицу. И что, что высоко. Небось не разбилась бы.

- Тиль, у нас гости…Ты уже в курсе?

- Чутье на опасность,- нервно улыбнулась я. Сдавать Вика и его информатора я не собиралась.

- Здравствуй, Тиль,- следом за Ламертаном в кухню вошел Эверард. – Готовишь?

- Здравствуйте, господин Штерн,- максимально прохладно произнесла я. – Да, мы собирались обедать.

- Меня не было у твоего дома. Веришь?

                Верю или не верю – какая разница? Я испугалась оборотня. Я, оборотень, испугалась оборотня. Даже если он говорит правду (а я все же не верю), то я все равно не хочу находиться с ним рядом. Готова поспорить, его зверь ненамного меньше, если не больше того.

- Очень вкусно пахнет, угощаете? – это произнес уже знакомый мне офицер. Как же его? Ордвич? Да, точно, Ордвич.

- Брок, поможешь?

                Я села так, что между мной и стенкой оставалось место. И когда Ламертан закончит, я сдвинусь и попрошу его сесть рядом.

- Подвинешься? – белозубо улыбнулся Штерн.

- Уступлю,- широко оскалилась я и встала.

- Сядь рядом.

- Нет.

- Поправка еще не отменена,- процедил он.

- А ты прилюдно не объявлял меня парой,- ехидно отозвалась я. – А прилюдно – это более пятидесяти человек или более шестнадцати оборотней. Тебя официально выпустили или так, деньги помогли?

- Не то чтобы выпустили,- уклончиво произнес он.

- Но в любом случае, к публичности ты не готов. Печально.

                Он усмехнулся:

- Где прятался твой характер?

- А не было его,- я проскользнула между Броком и кухонным столом. – Потом появился. Так, раз, два, три, ага, три.

- А ты? – удивился Брок, принимая у меня тарелки.

- Потом. Что-то мне аппетит перебило. То ли запах неприятный, то ли компания. Надеюсь, офицер Ордвич, вы ненадолго?

- Мы надеялись, что вы все вместе уедете в безопасное место,- усмехнулся Ордвич. Его явно забавляла наша перепалка.

- Там, где есть Штерн нет моей безопасности. По меньшей мере до тех пор, пока не отменят поправку. Я хочу быть уверенной в том, что кто-то встанет между мной и ним. Что, офицер Ордвич, если он пожелает оприходовать самку – будете возражать?

                Ордвич отвел взгляд и уверенно произнес:

- Я в чужую семью не лезу. Милые бранятся – тешутся, а чужаки потом страдают.

- Значит, разговор окончен. Если попытаетесь утащить меня силой – клянусь, найду способ сдать Штерна. И будьте уверены, обставят это так, будто он сам сбежал. В жизни не отмоетесь!

                На кухне повисла тишина. Такая нехорошая тишина. Кажется, я всем испортила аппетит. А с другой стороны, явились, ни конфетки не принесли, а к столу сели. Пф-ф, мало того незваные-нежеланные, так еще и…Ай, да что с них взять.

- Я никогда не хотел причинить тебе вред,- серьезно произнес Штерн.

                Передернув плечами, я предпочла его игнорировать.

- Так что нас ждет? Вы решили поиграть в детективов? – я перевела взгляд на Ордвича.

- Ну почему же играть? Я детектив, Ламертан силовик. А вы с господином Штерном – балласт.

- Готова отстегнуться,- широко улыбнулась я. – И забрать с собой Брока. Он явно покинул вашу контору.

- Неужели вы не хотите узнать, кто убил Алеззи? Мне казалось, что вы были дружны,- усмехнулся Ордвич.

- Давайте сразу к угрозам,- спокойно ответила я. – Мы были дружны с Алеззи и будь он жив, но похищен – я бы перевернула этот город вверх дном. Но он мертв, а я к нему не тороплюсь. Все там будем.

- А убийцу, значит, жизнь накажет? – поддел меня Ордвич.

- Нет, его накажет фотомодель с вот такими, наращёнными, ногтями,- огрызнулась я. – Есть люди и оборотни обязанные раскрывать преступления и находить убийц. Как исполнителей, так и заказчиков. Я к этим профессионалам не отношусь никаким боком.

- Значит, все же через угрозы,- вздохнул Ордвич. – Вас ищут. Возможно, чтобы убить. Если общественности станет известна ваша настоящая фамилия, то ваша мать и младшая сестра окажутся в фокусе объективов. И тогда, вероятно, злоумышленник будет воздействовать на вас через них.

                Я коротко кивнула:

- Понятно. Мне только интересно, вы убийцу будете ловить и отдавать под суд или себе в отдел возьмете? А то, как я гляжу, нормальные люди от вас бегут.

- А вы считаете Ламертан не разделяет наших взглядов?

- А я считаю, что не ваше дело, как я считаю,- я мило улыбнулась. Так, как меня учили делать перед камерой, по команде «сахар».

- Что ж, значит, собираемся и едем в безопасное место. Там всего две спальни, так что вам придется…

- Так что мне придется разделить спальню с Броком. Либо вам придется разделить спальню на троих,- жестко произнесла я. – И цените, я все же согласна переехать.

- Тиль, послушай, сейчас не время выставлять наши семейные неурядицы на всеобщее обозрение,- устало произнес Штерн.

- У нас с тобой нет семьи,- поправила я его. – И не было. Был бизнесмен-альфа и его пара. Закон вот-вот будет принят и бизнесмен-альфа сможет женится. Или не сможет? Ведь любая другая волчица может оказаться чьей-то чужой парой? Ай-яй, кажется, Штерн, тебе будет сложно найти самку для продления рода.

- Прекрати,- рыкнул он.

- Да ни за что, у меня, знаешь ли, накипело.

                Во мне бурлила ярость, но Брок положил ладонь мне на плечо и я сдулась. Смысл? Штерн не изменится. Это в его стиле – оскорбить и позднее прислать дорогущую, безвкусную ерунду. У меня уже есть чайный сервиз из золота. Из золота. Что может быть глупей? Только столовые приборы из серебра. Для оборотня от оборотня. Почему бы и нет? Непрозрачный намек – «мне все равно, что тебе дарить. Я открыл сайт и выбрал самый дорогой товар».

                Собраться мы не успели. Я только-только успела трагично вздохнуть (три раза) и открыть сумку, как в комнату зашел Брок:

- Судьба услышала твои молитвы – Ордвич получил отбой. А Штерн временно возвращается в тюрьму.

- А что так?

- Кто-то продавил интервью со Штерном. А Штерна – нет,- Ламертан усмехнулся. – Тебе может к психологу сходить?

                Я осела на кровать и, безмолвно хватая ртом воздух, жестами потребовала объяснений.

- Ты очень ярко на него реагируешь,- Брок прислонился плечом к косяку. – Если чувства живы, то вам нужно…

- Нет чувств. Есть привычка и страх,- я забралась на постель с ногами. – Я ведь не зря сказала про его секретаршу. Она глупа как пробка и на своей странице постит все подряд. Там есть фото с дружеских встреч Штерна и Лайнена. А о том, что Лайнен похитил свою истинную пару не знает только глухой. Значит, Штерн это одобряет. Значит, между мной и комфортабельной тюрьмой только моя известность. Потому что Тильсу будут искать. Но когда я уйду в тень…никто не вспомнит. Абсолютно. Красивых тел – много. Красивых лиц – еще больше.

                Ламертан поднял с кресла плед и набросил мне на плечи:

- Прости. Я не верно оценил твое поведение.

- Понимаешь, даже если он действительно изменится – я не смогу с ним жить. Я каждую секунду буду ждать подвоха. Ждать шороха закрывающегося замка. Он ведь уже закрывал меня. Чтобы я не попала на съемки. По счастью это была квартира и я выбралась через окно. По водосточной трубе. Содрала ноготь и перепугалась до заикания. А он потом сказал, что это вышло случайно. Может конечно и случайно, но…

- Пойдем поедим. Они уже ушли.

- Я что-то потеряла аппетит.

- Ничего, сейчас посидишь, посмотришь, понюхаешь и организм возьмет свое.

                Он оказался прав. Я с большим удовольствием поела, потом потребовала мультики. Брок закатил глаза, но честно нашел мне мой любимый мультсериал. Что ж, порой, в самую глубокую яму заглядывает солнце.

 

 

 

Глава 8

                Мне не хотелось признаваться, но слова Ордвича легли на удобренную почву. Я не хотела искать убийцу, но я хотела быть в курсе расследования. И Брок меня в этом поддерживал.

- Я должен знать, когда мне нанесут очередной визит,- кривился Ламертан и пододвигал мне чашку с какао.

                В сети умело нагнетали обстановку. Всплыли все случаи домашнего насилия между истинными парами оборотней и между человеческими любовными парами. А так же сравнивали меру наказания: в первом случае – никакого наказания, во втором – от административной ответственности и выше.

                Я отвлеклась от чтения новостей и нашла взглядом Брока. Он, почувствовав мой взгляд, отложил книгу.

- Сеть полна гадостей,- я вздохнула,- зря они так. Конечно, истинность не имеет никакого отношения к разрекламированной сказке. Но и так…тоже не правильно. У оборотней, как и у людей, бывает всякое.

- Власть, Тиль. Передел власти всегда сопровождается грязью.

                Покивав, я перешла на сайт модного журнала. Но и там муссировалась та же тема – смерть Алеззи от лап оборотня и так далее.

- Они балансируют на самой грани,- проворчала я себе под нос.

                Отложив смартфон, я вышла на кухню. Вылила себе остатки остывшего кофе и встала у окна. Вечер. Город утопает в серебре и синеве голограмм. Редкие желтые пятна радуют глаз – остатки старых фонарей. Люди суетятся, торопятся куда-то. Хотя как куда-то? Кто-то домой, к семье, а кто-то из дома, от постылых людей, которых надо бы любить, да не хочется.

- Не грусти, Тиль,- Брок встал за моей спиной.

                А я…я позволила себе неслыханную роскошь – отклониться немного назад. Не прижаться лопатками к его мощной груди, но ощутить ровный жар тела. Укутаться в его тепло как в самый теплый плед. И сильнее стиснуть пальцы на крепкой керамике – не смей мечтать. Не сбудется. Только не у тебя. Ты обречена продавать себя, пока есть спрос. А после уйти в небытие.

                «Зато у меня есть сестра. И уж я-то прослежу, чтобы мелкую не коснулась никакая дрянь».

- Ты либо пей, либо выливай. Холодный кофе – гадость.

                «Его варил ты»,- хотелось сказать мне.

- Ты прав,- я отошла от Брока и медленно вылила кофе в раковину. То же самое нужно сделать и с неуместными чувствами. И я смогу. Определенно.

                До самого вечера мы прятались друг от друга. Хотя нет. Не так. Я пряталась от него за смартфоном, а Брок в принципе занимался своими делами. Для него не произошло ничего особенного.

                На ужин мы заказали суши. А меня немного отпустило. Право слово, будто я впервые в жизни встречаю привлекательного мужчину. Поболит и пройдет. А пока можно отнять у него последний ролл с креветкой.

- Эй, я его хотел съесть,- шутливо возмутился Брок.

- Ну, я могу пообещать тебе,- прищурилась я,- что в следующий раз…

                Я понизила голос, а он подался вперед.

- В следующий раз не дам тебе его даже пробовать! Чтобы не расстраивать.

- Язва,- добродушно фыркнул Ламертан.

                Ну, может быть. Зато острые запеченные мини-роллы я полностью оставила ему. И не только потому что они мне не нравятся.

- Что мы будем делать? Прятаться незнамо от кого? Ждать, пока нам опять навяжут Штерна и Ордвича? – я покусала палочки и отложила их в сторону. А то увлекусь и изгрызу их.

                Ламертан спокойно доел острые роллы, убрал палочки и потянулся. Я отчетливо уловила многозначительное похрустывание.

- Если мы в это влезем,- задумчиво произнес он,- то отойти в сторону не удастся.

- Я сойду с ума. Дело не в словах Ордвича. Мне достаточно хорошо известен…был известен характер Алеззи. Он бы не захотел, чтобы я за него мстила. Мертвому уже не помочь. Но я сама хочу в этом разобраться. Кто послал ко мне оборотня? Зачем? Только напугать или убить?

- Значит, завтра сменим место жительства,- подытожил Брок. И, предвосхищая мой вопрос,- я и сам собирался влезть в это все поглубже. Просто считал, что ты уедешь со Штерном.

- Я никогда не вернусь к нему. Если уберут поправку. А если нет…Буду думать. Буду протестовать всеми доступными мне методами.

                Он ничего не стал спрашивать. Просто встал, собрал опустевшие контейнеры и унес. Обратно вернулся с двумя чашками. Нос подсказал мне, что внутри черный, крепкий чай с сахаром и земляникой.

- Давай-ка попьем чайку, успокоимся. Ты посмотришь свой сериал, а я подумаю. Ты готова к громким, провокационным заявлениям?

- Если я в кои-то веки буду строго и скромно одета – почему бы и нет? – неуклюже пошутила я.

- Ты в любой одежде красива,- отмахнулся Ламертан, включил мне мультики и уткнулся вытащил планшет.

                А я осторожно привалилась к его боку, попивала чаек и, прижмуриваясь, смотрела привычный, выученный наизусть мульт.

                И уже позже, сквозь сон я услышала ворчание, почувствовала, как из рук Брок забирает чашку и накрывает меня одеялом.

                На завтрак мне достался сладкий чай, сгоревший тост и сухие, отрывистые команды Ламертана. Я никогда не видела его таким – суровым, властным и сосредоточенным.

- Из подъезда выйдем не таясь. Твоя задача расписать какой-нибудь магазин. Например, «лавку пряностей Эльдара». Она как раз по пути до нашего нового убежища.

                Под глазами у Брока пролегли тени.

- Хорошо. Ты спал?

- Да, немного. Хорош бы из меня был защитник – не спавший,- усмехнулся Брок и залпом допил свой черный, густой как смола, кофе.

                Пока мы спускались – мне удалось затолкать в сумочку смену белья – я восторженно расписывала какой прекрасный белый перец можно купить у Эльдара.

- И если в равных пропорциях его смешать с красным и зеленым перцем, добавить капельку масла, разогреть, добавить немного сливочного масла, а потом…

                А что потом никто не узнал – за нами закрылась дверца машины.

- Что за огненная смесь должна получиться? – с интересом спросил Брок.

- Сама не представляю,- честно ответила я. – Было сложно вспомнить какой-нибудь реальный рецепт.

                Ламертан посмеялся и вывернул руль вправо. Притормозил, открыл окно для оплаты магистрали. Я тут же завела свою шарманку про благородство белого перца.

- Хватит, хватит. А то я больше никогда не захочу ничего острого,- проворчал Брок. – У нас план простой – в моей старой берлоге хорошие гаджеты. Взломаем хранилище Особого Отдела и посмотрим отчет патологоанатома.

- У Алеззи была камера над дверью,- припомнила я. – Он ненавидел технику, у него даже вместо кофеварки была джезва. Единственное исключение – пылесосы, подметать он не любил больше чем технику. Вику удалось настоять на том, чтобы камеры…Хотя, ты наверное знаешь.

- Знаю,- кивнул Брок. – Видео изъяли. Я пытался затребовать копии, но мне отказали.

- Ты ведь уже не офицер? – спросила я.

- Но друзья остались,- он не смотрел на меня. – Я не думал, что это может стать проблемой. Боюсь, что все несколько сложнее, чем кажется на первый взгляд.

- То есть отмена поправки номер двадцать девять для тебя не слишком серьезно?

- Штерна прячут от общественности,- Брок крепче сжал пальцы на руле,- и вместе с тем потащили на интервью. Если я прав, то после интервью он долго не проживет.

- А если не прав?

- А если не прав, что скоро все закончится,- усмехнулся Ламертан.

                Я сбросила туфли и подтянула колени к груди. Обычно Брок не позволял таких фортелей в машине, но сегодня ничего мне не сказал.

- Значит, мы в центре политических игрищ? Чуточку больших, чем казалось?

                А еще меня беспокоила грядущая смерть Штерна. У меня было достаточно причин, чтобы пожелать ему и импотенцию, и вечный почесун, и даже облысение. Но смерть…Смерти он не заслужил. По меньшей мере я ему не желаю такого конца. Сдохнуть на потеху толпе.

                Брок припарковал суизи у магазина пряностей. Войдя внутрь, мы вышли через вторую дверь, немного поплутали среди одинакового вида домов и в итоге спустились в подвал. Я, честно говоря, успела представить себе трубы, лужи и крыс. Так оно и было, поначалу. Но за мощной дверью скрывалась вполне уютная берлога – квартира студия напичканная техникой. Половина из которой мне и близко была непонятна.

- Добро пожаловать. Осмотрись. Здесь есть кофеварка и электрический чайник. Вроде был холодильник,- Ламертан улыбнулся. – Но я не уверен.

                Сам он уселся в громоздкое кресло и принялся что-то набивать на клавиатуре. Мне же не оставалось ничего иного как вступить на путь эмпирического познания. Я обязательно разберусь кто тут кофеварка, а кто чайник.

                Я обошла квартиру по всему периметру. Нашла уютный угловой диван, кофейный столик, секретер и несколько малопонятных вещиц. Но и искомыми предметами они быть не могли. Это просто вызов! А я рада принять его – хоть какое-то развлечение!

                Через пятнадцать минут я была уже не так оптимистично настроена. Обойдя квартиру по кругу в пятый раз и несколько раз заглянув в санузел я поняла – что-то нечисто. Либо дура я, либо Брок чего-то не учел.

- Сдаюсь,- сев рядом с ним произнесла я. И, заметив, что реакции нет, пихнула его локтем.

- А? – он посмотрел на меня расфокусированным взглядом. – Что?

- Чай, кофе – где?

                Он выбил что-то и из гладкой стены выехала кофеварка. Которая сразу же зашипела выдавая горячий кофе.

- Убила бы,- нежно произнесла я, но Ламертан был слишком занят.

                Бывают такие моменты, когда я благодарна всем своим предкам за капелюшку оборотнической крови. Отставив нетронутую чашку в сторону, я вернулась к Броку и спросила:

- А сколько времени квартира стояла пустой?

- Лет семь,- отмахнулся Ламертан. – А что?

- Ничего, просто кофе подорожал,- я припомнила популярную шутку из сети.

                Ламертан отвлекся от экрана и вопросительно на меня посмотрел:

- В смысле?

- В смысле с плесенью, пылью и, может быть, разумными микроорганизмами,- рассмеялась я. – Подозреваю, если здесь были продукты, то и они погибли.

- Здесь консервы. Вон в той тумбе.

                Он прямо указал на секретер. Я посмотрела на Брока, затем на секретер, затем опять на Брока и напомнила себе, что мужчина не обязан отличать тумбу от секретера. Хотя, конечно, очень странно их путать. Разные ж.

                В общем, в «той тумбе» действительно оказались консервы. И все время, что Ламертан добывал нам сведения я провела сортировкой припасов. Всего получилось три кучки: просрочено, очень просрочено, вот-вот просрочится. Последнего было мало. Но мы ведь все равно выйдем наружу. Вот и прикупим еды.

- Вот и все. А ты чего все вытащила?

- Вот это умерло, вот это умерло и представляет опасность для жизни, а вот это наш провиант на сегодня.

                Ламертан потер подбородок:

- Как-то я это упустил из виду.

- Зато я смотрю гаджеты обновлены,- я выразительно покосилась на мощный ноутбук.

- Разбираешься?

- Нет, снималась для рекламы.

- Ясно.

                Дальнейший действия Брока заставили меня поежится. Этот ужасный человек отпил гадкий, плесневелый кофе, хмыкнул, вытащил сахарницу и щедро посластил противную жидкость.

- Ничего, выпить можно. У меня есть зависимость – когда работаю с документами, надо что-то пить. Кофе или чай. Хоть воду,- пояснил Ламертан.

- А все? Ты уже скачал?

- Скачал – не то слово, но да.

- Показывай!

                Увы, отчет патологоанатома оказался мне не по зубам. Буквы-то знакомые, а вот термины…Поэтому я просто прижалась к сильному, горячему плечу Брока и бессмысленно таращилась на матовый экран его планшета.

                Ламертан же то и дело комментировал:

- Интересно.

- Как я и думал.

- Ты только посмотри какой бред!

                Я же хмыкала, угукала, поддакивала и даже умудрялась время от времени вставлять:

- Ай-яй, что творится.

                В итоге Брок повернулся ко мне и сочувственно спросил:

- Совсем ничего не понимаешь?

- Совсем,- вздохнула я.

- Тогда посиди тихонько, я закончу и все поясню.

                Кивнув, я свернулась калачиком на диване и прикрыла глаза. Если бы я была полноценным оборотнем, то превратилась бы. Тепло, тихо, уютно. И надежный человек рядом. А разве волчице нужно что-то еще?

                В итоге меня сморил сон. Сколько я проспала – не знаю. Да и не снилось мне ничего. А вот проснуться повезло под потрясенный мат Брока. Испугавшись, я шарахнулась в сторону и свалилась с дивана. Мой хвост! Как больно! …Что?!

- Тихо. Ты меня понимаешь? Кивни.

                Кивнуть удалось не сразу. Дернулась лапа, потом хвост. Потом нестерпимо зачесалась спина.

- Нет, ты не волчица.

                Из моего горла вырвался скулеж.

- Ну прости, я не любитель врать. Знаешь, ты похожа на волка и собаку одновременно.

                Мне стало страшно. Если поначалу казалось, что все происходящее лишь сон, то каждое слово Ламертана забивало гвоздь в мой гроб. Почему? О, все очень просто – четвертькровки могли превращаться в зверей. Ровно один раз. Либо человек, либо зверь. Рождаясь людьми, мы проживали жизнь как люди. И только когда все становилось совсем плохо, только тогда мы могли перетечь в звериную форму. Но почему сейчас?!

- Не скули. Не скули. Все будет хорошо.

                Мне хотелось ему напомнить, что он, вообще-то, не любит лгать. Но из измененного горла вырвался лишь вой.

- Цыц! Тиль, посмотри на меня, посмотри. Ты понимаешь меня? Были, были полукровки способные к обороту.

                «Полукровки! А я – оборотень только на четверть!» Но сказать это я не могла. Только свернуться в калачик и укрыть нос хвостом. Надо привыкать к новой, животной форме. Глядишь, найду себе волка. Или пса. Или… Я хочу сдохнуть.

- Я сейчас перед тобой поставлю книгу,- серьезно произнес Ламертан,- постарайся ее прочесть, хорошо? Твоему разуму нельзя забывать, что он принадлежит человеческой женщине, а не…не зверю.

                «Книгой» оказалась техническая документация к одному из приборов. Плюхнув морду на лапы, я скользила взглядом по мелким строчкам и успокаивалась. Во-первых, я по-прежнему могу читать, во-вторых, я по-прежнему ничего не понимаю в технической документации. Но самое главное, мое зрение не изменилось. Ученые утверждают, что у животных иное зрение. Оборотни твердят, что в обоих обликах видят одинаково. Собаки, как и волки – молчат. Так что пока ученые сошлись во мнении, что оборотень не животное.

- Да, она превратилась. Спонтанно. Тиль, Тиль, ты засыпала прежде чем превратиться?

                Я приподнялась и несколько раз кивнула.

- Да, засыпала. Это хорошо? Хорошо. Да. Читает. Тиль, ты понимаешь, что там написано? Понимает. Да, буду ждать, хорошо.

                Он откинул в сторону смартфон и присел рядом со мной.

- Я звонил своей давней знакомой, уж прости, имени ее не назову. Однажды она столкнулась с такой же бедой и смогла стать человеком. А вот становиться объектом исследования ей не захотелось. Она поможет.

                Слова Ламертана проходили мимо моего сознания. Не вслушиваясь в чувственный баритон я жадно вдыхала ни с чем не сравнимый аромат. У него не было названия. Кто-то может сказать, мой избранник пахнет кофе и ванилью. Нет. Так я сказать не могла.

                Брок Ламертан пах так, как должен пахнуть мой единственный. Моя пара. Но…но ведь моей парой является Эверард Штерн? А Брок – не оборотень, а человек.

                Он встал и я, как привязанная, пошла следом.

- Хочешь со мной посидеть? Давай. Только не забывай читать.

                Боднув его в бок, я удобно устроилась и положила голову ему на бедро. Значит, Брок Ламертан моя пара. Что ж, осталось понять, чем меня нюхал Штерн и почему я ему поверила?

                «А почему не поверить? Он вскружил мне голову, рассказал о нашей истинности и о том, что самка всегда истинность чувствует меньше, чем самец. Кто бы не поверил? Ведь все так говорят. Другое дело, что когда прошла влюбленность остался только страх. Но я даже не подумала включить голову».

                Заворчав, я тяжело вздохнула. И тут же вздохнула еще раз – у меня вообще теперь не особо богатый спектр выражения эмоций.

- Перевернуть страничку? Сейчас. Ты так ко мне принюхиваешься, Тиль. Клянусь, я очень чистый.

                Оказывается волко-собаки умеют смеяться.

- Если это смех, то я рад. Мы прорвемся, Тиль. Я не дам тебе раствориться в глубинах звериного разума,- тихо сказал Брок. – Только не тебе.

                И когда он, закончив свои дела, направился к постели, я потрусила за ним. Есть в зверином облике свои плюсы – можно прижаться к сильному, мужскому телу и сделать вид, что так и надо.

- Спокойной ночи, Тиль.

                В ответ у меня вырвалось что-то вроде «уау». Тяжелая ладонь Брока нашла пристанище на моей холке и я уплыла в спокойный, безмятежный сон. А вдруг утром я проснусь человеком?

                Не вдруг. Пора бы уже привыкнуть, что моя жизнь «вдруг» преподносит только неприятности. А все прочее приходится зарабатывать долгим и тяжким трудом. Тот, кто считает, что фотографироваться не тяжкий труд просто не пробовал сидеть под пышущими жаром лампами. Софтбоксами и прочими пыточными аксессуарами.

                Сильная рука схватила меня за заднюю лапу и потащила из-под одеяла.

- Просыпайся, Тиль. Идем чистить зубы. И не смотри на меня как на идиота,- усмехнулся Ламертан,- та самая знакомая написала – вести себя так, будто ты человек. Так что вперед, шевели шерстью!

                Вкус зубной пасты мне не нравился никогда – слишком насыщенный, слишком ментоловый. Но та же паста, только на звериную пасть – и вовсе смертоубийство.

- Не вертись, Тиль. Нет, не вытирайся об меня! Ладно, хорошо, эта футболка мне никогда не нравилась.

                «Мне нравятся все твои футболки»,- мысленно вздохнула я.

- Тиль? Мне показалось, или ты,- Брок как-то неуверенно пожал плечами,- или тебе нравятся мои футболки?

                «Показалось»,- я максимально старательно подумала эту мысль. И Ламертан широко улыбнулся:

- Ясно, ну, показалось, так показалось. Тиль, ты хоть понимаешь, что это значит?

                «Магия?»

- Нет, скрытые резервы твоего организма. Понять бы еще с чего вдруг это произошло.

                Кто-то затрезвонил во входную дверь.

- Тиль, ты – собака, поняла? – Ламертан выразительно посмотрел мне в глаза. – Оборотень тебя за своего не опознает, по крайней мере, ту знакомую – не опознал никто.

                Я торжественно кивнула, еще оттерлась мордой об футболку Брока и соскочила с табуретки. Что делают собаки, когда в дверь кто-то ломится? Правильно, идут посмотреть кто там такой наглый.

                И вчера, и сегодня утром я чуть ли не плакала из-за своей излишней «шерстистости». Но опознав за дверью Штерна – порадовалась. И удивилась – его запах, сто процентов его, был…отвратительным. Омерзительная вонь от которой хотелось чихать. Клянусь, будь я человеком у меня бы глаза заслезились! Хотя, будь я человеком, ничего бы почуять не удалось.

- Доброе утро. Где Ордвича потерял? Много наболтал? – Ламертан пустил Штерна в квартиру. – Спрашивать, как ты меня нашел не буду.

- Почему? – Эверард жадно принюхивался и обшаривал взглядом маленькую квартирку.

- Потому что камеры зафиксировали волка и мне на смартфон упала смска. По запаху шел? Отличный навык.

- Где Тиль?

- В безопасном месте,- спокойно ответил Ламертан. – У меня есть друзья, способные ее защитить.

- Я сам способен защитить свою женщину. Твою псину тошнит?

                А я просто пыталась откашляться. Густой запах забивался в ноздри и мешал нормально дышать.

- Иди на подоконник, девочка,- Ламертан пригладил мою распушившуюся шерсть. – Ты же любишь там сидеть.

                Люблю, очень люблю. Но я еще не настолько освоилась со своим новым телом, чтобы с первого раза так высоко прыгнуть.

                Уложив морду на подоконник я тоненько заскулила.

- Вот ленивица,- рассмеялся Брок и, подойдя, легко поднял меня на подоконник. – Как прошло твое интервью?

- Пустили газ. Журналист в больнице, я – в бегах. Мы должны съездить за Тиль. Она должна быть рядом, Ламертан. Разделяться – глупо.

- Глупо – подставлять беззащитную девушку,- покачал головой Брок.

                Штерн зарычал и в два шага подошел к Броку.

- Послушай, человек, эта самка – моя. И только я решаю, что и как с ней делать.

- Тогда ищи ее сам,- пожал плечами нисколько не впечатленный Ламертан. – Может быть найдешь. Может быть даже до вступления в силу нового закона. Ты же из-за этого психуешь? Не успел ее привязать к себе? Кабальный брачный контракт или еще что-то столь же благородное. Любовь у оборотней уже не в моде, верно?

                Я напряглась. Если Штерн попробует обратиться – передавлю ему глотку. Первые десять секунд после оборота решают исход боя.

- Я смотрю, псина у тебя на оборотней натаскана,- усмехнулся Эверард. – Я знаю твою тайну, Ламертан. Знаю. И сочувствую.

- Я тебе тоже сочувствую,- отзеркалил его усмешку Брок,- упустить такую женщину как Тиль…На ее фоне все остальные кажутся лишь бледным подобием.

                Заворчав, я прикрыла лапой морду. Меня всегда дико раздражали эти мужские похвальбушки-подстебушки. Что в фильмах, что в жизни – когда мужики меряются пиписьками остальным становится неловко.

                Хотя приятно. Очень. Конечно, все вокруг бледные подобия – меня же профессионалы красят и наряжают.

                Выяснив, кто круче – я этого, кстати, не поняла – мужчины начали собираться на квартиру Алеззи. То, что жилье моего друга было опечатано никого не волновало.

- Жаль, что мне не удастся трансформироваться,- с оттенком сожаления и стыда произнес Штерн. – У тебя псина хорошо дрессирована?

- Девочка все понимает,- обтекаемо отозвался Брок. – На тебя ошейник надели?

- Хочешь позлорадствовать?

- Не особо,- Ламертан пожал плечами,- вы, оборотни, мало превращаетесь в повседневной жизни. Откуда такие страдания?

- Раньше я мог, но не хотел. Теперь, даже если захочу – не смогу,- процедил Эверард.

- Человеку не понять,- подытожил Ламертан. – Девочка, нам с тобой придется надеть намордник.

                Уныло вздохнув, я спрыгнула на пол и медленно подошла к Броку. Он потрепал меня по холке и, подойдя к шкафу, вытащил шлейку с намордником. А я покорно позволила себя «заковать».

- Сядем в машину – сниму,- пообещал Брок. – Штерн, ты на заднее сиденье. Девочка всегда сидит впереди.

                Оборотень ничего не ответил. То ли ему было все равно, то ли он и сам хотел сесть назад.

- Поедем дальней дорогой,- бросил Ламертан. – Подальше от камер. Ты бы морду-то прикрыл.

- Я Ти-спреем обработал.

                Брок кивнул, а я начала скрести лапой по сиденью. Что такой Ти-спрей? Ламертан, хэй, ну ты же знаешь, что я заперта в теле собаки!

- Странно, откуда у тебя секретная военная разработка? – спросил Ламертан.

- Откуда надо,- усмехнулся Эверард. – У тебя у самого логово напичкано не самыми распространенными образцами.

- Со мной, как раз, понятно – я где «надо» работал,- отозвался Ламертан. – А вот откуда у тебя спрей-обманка – вопрос. Многие бы хотели, чтобы камера фиксировала не реальные, а искаженные черты лица.

                Я благодарно ткнулась носом в бок Ламертана. Машина немного вильнула.

- Тише, Девочка, тише,- проворчал Брок.

- Твоя псина нас убьет,- зло выдохнул Штерн.

                Бросив на него недобрый взгляд, я свернулась в компактный комок и укрыла морду хвостом. Ну не рассчитала, не подумала, что теперь? Обошлось же.

                На самом деле было и стыдно, и страшно. Вот только Штерн априори не имеет права на мнение. Мне сложно разобраться, но я, отчего-то, стала ненавидеть его с какой-то безумной, почти звериной силой.

- Выгружаемся,- громко произнес Брок. – Девочка, просыпайся.

                Я выскочила наружу и «познакомилась» с дивным ощущением разъезжающихся по грязи лап. Но плюхнуться на пузо мне не дал Ламертан – он успел подхватить меня и вынести на сухой участок.

- Твоя псина чем-то похожа на оборотня после первого оборота,- хохотнул Ламертан. – Такая же жалкая и нелепая.

- Дети не кажутся тебе милыми? Точнее, щенки.

- Щенки забота женщин,- небрежно бросил Эверард. – Задача мужчины принести достаток в дом. Остальное – удел самки.

                Последняя фраза Штерна осталась без внимания – Ламертан уже был у парадной и вскрывал замок. Мой дорогой и, увы, покойный друг занимал половину дома. Во второй половине никто не жил – соседствовать с творцом было тяжело. Это при том, что Алеззи предпочитал одиночество.

                Сосредоточившись, я старательно подумала «Ключ-карта должна быть в почтовом ящике. Приклеена к дверце». Ламертан коротко кивнул, немного поколдовал у ящика и вскрыл дверь.

- Штерн, постой снаружи. Пусть Девочка войдет первой. Иначе ей твой запах все перебьет.

- Можно подумать, что у вас прямая связь,- закатил глаза оборотень. – Ты не боишься, что ее запах перебьет мне все остальное? Я, по крайней мере, говорить могу.

- Ты взрослый и опытный оборотень. Как-нибудь разберешься.

                Идти по знакомым коридорам было странно – иной ракурс, иная причина. Лапы касались мягкого, пушистого ковра – Алеззи убил бы за идею пустить животное на этот белоснежный и роскошный ворс.

                «Ничего не чувствую. Запахов нет совсем. Будто их стерли».

- Принял,- едва слышно ответил Ламертан. – Ты готова войти в ту комнату?

                «А выбор?»

- Тоже верно.

                Значит, он погиб в гостиной. Его любимая часть дома. Часть, в которую имели доступ только самые близкие. Даже в спальню Алеззи было пройти проще – он не чурался, время от времени, приятно провести время. Правда, никто не мог точно сказать, какой пол предпочитает творец.

                А вот и гостиная. Низкий, стеклянный стол, густой ворс белоснежного ковра. Кожаный диван, еще ниже чем стол и изящный алкогольный бар. Я знала, что в стену вмонтирован TV и что под потолком есть колонки. Но сейчас все это было скрыто светлыми панелями.

                Я прошла чуть в сторону и увидела их…Бурые пятна на ковре – кровь и коньяк. Переборов секундную тошноту, склонила морду к ворсу, принюхалась и фыркнула. Ничего.

                «Пятна есть – запаха нет. Можешь заводить Штерна».

- Принял. Штерн! – Брок гаркнул так, что я подскочила на всех четырех лапах.

                Через минуту вошел оборотень. Я с тоской смотрела на следы своих лап и ботинок мужчин – белый ковер казался мне изнасилованным. Алеззи так берег его. Сам чистил, мыл. Да у него только пылесосов было больше четырех штук. И дополнительный робот-пылесос.

- Похоже обработали паром с серебром,- задумчиво произнес Штерн.

                «Пусть обнюхает пылесосы»,- послала я Ламертану. После чего вышла в коридор и покрутилась, поскулила у замаскированного чулана.

                Открыть его мужчины не смогли – даже учитывая, что Брок слышал мои подсказки. Потому Штерн просто пробил тонкую перегородку. И в нос шибануло диким коктейлем запахов – кровь, коньяк, мокрая шерсть.

- Выглядит чистым,- протянул Ламертан. – Есть запах?

- Вонь нереальная,- сморщился Штерн.

                «Есть запах неправильного оборотня. Не знаю почему неправильного – опыта нет. Но знаю, что ощущается он не так, как должен».

- Хм, теперь понятно почему меня не казнили,- протянул Эверард. – Здесь остатки шерсти оборотня.

- У вас в звероформе невозможно вычленить ДНК,- констатировал Брок.

- Зато можно узнать возраст. Это – шерсть старика. Не менее восьми десятков лет. Слабый и старый оборотень. Не самый из старый из возможных, но в городе таких всего восемь.

                «Будем искать того, кого остригли?».

- Мог он убить старика?

- Нет, за старшими приглядывают младшие. Если бы кто-то осмелился – я бы знал. Все бы знали.

                «Неужели при обыске не нашли пылесос?».

- Собаки не обнаружили запахов,- ответил Брок.

- Естественно,- удивился Эверард. – Мы с твоей псинкой их не обнаружили…Хотя, она-то как-то нашла чулан.

                Я прижала пушистый зад к ковру и постаралась придать морде выражение крайней тупости. Судя по смешку Брока – получилось успешно.

- Она у меня особенная.

- Повезло.

- Да. Обыскиваем дом и едем – чем дольше здесь остаемся, тем больше рискуем,- Ламертан хлопнул в ладоши и вернулся в гостиную.

                А вот я предпочла проверить спальню – Алеззи мог захотеть уединится после выставки. Но увы, никаких следов подготовки к свиданию я не обнаружила. Зато нашла папку с договором на эту злосчастную выставку. Мой, вроде, такой же. Но на всякий случай надо прихватить – изучить на досуге.

                «Встреть меня в коридоре и возьми папку. Хочу вечером почитать».

                Передача украденного произошла незаметно. Больше мы ничего не обнаружили. Только следы ботинок на кухне…Как странно, почему тогда не было следов на ковре?

                Но я не успела переполошить Брока – из-под стеллажа с фотографиями с жужжанием выскочил робот-пылесос. Новейшая, моющая модель. Он уничтожит следы нашего пребывания всего за пару часов.

- Почему он не отчистил пятна с ковра? – задумался Штерн.

- Этот робот хаотично отталкивается от препятствий,- пожал плечами Ламертан. – У меня был такой – мог спокойно кучу мусора пропустить, потому что траектория движения не совпадала. Тебя подбросить куда-нибудь?

- На углу Радерса-Кровта высади,- кивнул Штерн. – Тиль точно в безопасности? Популярность Адвизора взлетела до небес. Он апеллирует произошедшим доказывая звериную суть оборотней. Будто мы от нее открещивались.

- Второй скандал с трупом ему не нужен,- покачал головой Брок. – Здесь Тильсе скорее угрожает опасность от оборотней. Грохнуть девицу и обвинить сенатора в подлоге – мол, и Алеззи по его приказу убрали, и фотомодель.

                Ехали молча. Штерн смотрел за окно, Брок – на дорогу, а я осторожно, не привлекая внимания принюхивалась к своей бывшей истинной паре. И если отбросить тот факт, что пах Эверард отвратительно – ноты были те же, что мне удавалось уловить будучи человеком. Значит, мы не были парой. Вот почему ему было достаточно одной встречи в неделю, вот почему он не захотел от меня щенков. Вот почему он не признал меня своей – обман мог раскрыться. Но для чего?! И я, и он – мы оба все равно должны были посещать Бал Истинной Любви.

                От чрезмерно тяжелых дум у меня заболела голова. И с каждой минутой она болела все сильнее, боль иголками скользила вдоль хребта к лапам, захватывая, дюйм за дюймом, все мое тело.

                Я краем уха услышала, как прощается Штерн, как мягко заводится мотор, как приглушенно ругается Брок. Последнее, что я услышала это дикий взвизг шин и истерический сигнал клаксона. Дальше – темнота.

Около 3 лет
на рынке
Эксклюзивные
предложения
Только интересные
книги
Скидки и подарки
постоянным покупателям