0
Корзина пуста
Войти | Регистрация

Добро пожаловать на Книгоман!

Или войдите через:


Новый покупатель?
Зарегистрироваться
Главная » Черный котел » Отрывок из книги «Черный котел»

Отрывок из книги «Черный котел»

Автор: Форш Татьяна

Исключительными правами на произведение «Черный котел» обладает автор — Форш Татьяна . Copyright © Форш Татьяна

Пролог

 

Высокий седой старик стоял у подножия горы, возле валунов, сложенных в ступени. Они вели к тайному входу в пещеру, где, он знал, сегодня все закончится.

Он стоял уже несколько часов и ждал. Заря сменилось солнечным утром, и только когда солнце достигло зенита, старик, наконец, увидел, как девичья крохотная фигурка вышла из распахнутых ворот цитадели и направилась в его сторону.

Она одна? Сердце встревожено и одновременно радостно забилось, но вот следом за ней начали выходить люди. Одетые в военную форму, они послушно устремились следом за девушкой. Армия марионеток, чьи души оказались во власти темноты, и не смогли сопротивляться подчиняющему заклятию.

Значит, она все-таки это сделала! И его задача, исправить это.

Вереница одетых в военную форму мужчин приближалась. Молодые и отмеченные приближающейся старостью, они шли навстречу судьбе, глядя пустыми глазами на слепящее солнце и не замечая его жгучих лучей.

Подойдя ближе, девушка остановилась и грустно улыбнулась старику.

- Ну вот деда, и вся моя армия. Здесь те, в чьих душах был изъян и поселилась темнота. Каждый из них признал во мне хозяйку, и вручил свою смерть.

- Не торопись. – Голос старика сорвался. Если бы он сам не научил ее, не вложил бы силы, его девочка никогда бы не сделала то, что сделала. - Подумай. Еще не поздно отказаться! Пока они такие, мы можем забрать Александра и уехать далеко в горы! Можно лишить их памяти, и они забудут о нем! И о тебе!

- Нет, деда. Не могу я так. – Девушка стерла непрошеную слезу, и упрямо мотнула головой. - Не могу простить их за то, что они сделали! За то, что увидела! Знаю, их смерти не исправят того, что творится на свете, но и отпустить не могу. Они будут продолжать сеять зло и смерти! И Сашу никто так просто не забудет! Это мой выбор! Знаю, что своей смертью, я откупаюсь для жизни моих любимых. По-другому не получится, деда! Забирай Васятку, Сашу и уходите! Переждите войну и уезжайте из этих мест, чтобы души черные не почувствовали кровь моего дитя.

- Ты закрыла «Черный котел» на кровь нашего рода?

Полина улыбнулась.

- Да. Ты же хотел, чтобы у меня тоже быть шанс. И возьми мой браслет. Саша пусть передаст свой Васеньке. А этот пусть хранится у тебя… до поры… до времени…

Она прошла мимо старика и стала подниматься к пещере, а следом за ней направилась ее маленькая армия.

Старик смахнул слезу. Он знал, что сегодня все повторится и глубокая пропасть послушно примет в себя тела пленников Черного котла, чьи души будут искать выбор между тьмой и светом, пока не придет прощение.

 

 

Глава первая

 

Наши дни.

 

Все полетело кувырком с самого утра.

- Чем вы занимались раньше? – Девица, которая встретила Артема в отделе кадров, даже не скрывала свое безразличие к, возможно, будущему сотруднику фирмы. Не отрываясь от мобильника, она неутомимо строчила эсемески, иногда чему-то улыбаясь. Как, при этом, она вообще помнила, о чем спрашивать, для Артема осталось тайной.

- У меня было свое детективное агентство. Пять лет. А до этого я служил по контракту.

- А почему было? – Девица даже соизволила оторваться от светящегося дисплея и впервые оценивающе посмотрела на Артема. Скользнула взглядом по его футболке, не скрывающей рельефы рук и тела, задержала взгляд на его татуировке, черной вязью обвивающей предплечье. Особым вниманием удостоилась его короткая, абсолютно седая шевелюра, и шрам, пересекающий бровь.

- Авария. – Коротко пояснил он и широко улыбнулся. – Правда, я мало что о ней помню. Только со слов врача. К тому же гипс на ноге и переломы ребер оказались хорошими доказательствами его слов. Но вам не о чем волноваться! За год все зажило. Правда, немного прихрамываю, но врач сказал, что это пройдет. Со временем.

- Ясно. Бывает. Мы вам позвоним. – Девица, потеряв к нему всяческий интерес, опять уткнулась в телефон.

- А анкету куда? – Артем неловко помялся, повертев в руках скрученный в трубочку листок.

- Ко мне на стол. Всего хорошего, - буркнула кадровичка так, что ему сразу стало понятно – никому его анкета не нужна, и никто ему звонить не станет.

Выйдя под серое небо, Артем поморщился, почувствовав на лице капли по-осеннему холодного дождя, и натянул черную ветровку.

На улице август и температура даже ночью не опускается ниже двадцати, и вдруг холодный дождь!

Август…

Скоро год, как он попал в аварию и потерял работу. Хотя… детективное агентство из одного человека вряд ли смогло бы долго прожить в этой ситуации. Даже в такой крошечный бизнес нужны вливания и контроль. Артем это понимал. И на следующий день, после того как его перевели из реанимации, попросил дежурную медсестру позвонить хозяину подвальчика, который он арендовал, и сообщить, что его клиент расторгает договор в одностороннем порядке.

А после потянулись долгие месяцы выздоровления, самокопания и попыток вспомнить – что же случилось почти год назад, в теплый августовский вечер, после того, как он вышел с работы, чтобы встретиться в баре с Димкой – старинным школьным другом.

Он даже помнит число. Шестнадцатое августа. А очнулся Артем в конце сентября. Что самое забавное, Димыч приезжал в столицу Сибири всего на несколько дней. По каким-то делам. Артем даже помнил, что тот попросился у него остановиться, и он, по доброте душевной, предоставил ему во временное пользование свою однешку в спальном районе. Это помнил…. А вот то, что случилось после того, как они вышли из бара – нет.

Конечно, сразу после выписки, Артем пытался с ним связаться. Искал по больницам, моргам, но никто не располагал информацией. Самое паршивое было то, что сотовый Димка потерял, и попросил Артема ненадолго одолжить ему какой-нибудь старенький. Естественно свой номер Артем помнил, вот только на все его попытки дозвониться, равнодушно вежливый женский голос каждый раз повторял: «Телефон абонента выключен, или находится вне зоны доступа сети». В соц.сетях, правда, Димка нашелся довольно быстро, но результаты были печальны. На всех его страницах датой последнего посещения оказалось шестнадцатое августа две тысячи четырнадцатого года.

Год назад!

Думать о том, что Димыч тоже мог оказаться жертвой той аварии, но менее удачливой – не хотелось.

Впрочем, время лечит все. И не только сломанные кости. Спустя полгода Артем понял, что начинает забывать и аварию, и больницу, и Димку. Точнее не так. Он все это помнил, но гнетущая тоска больше не жила в сердце, и не заставляла мозг работать двадцать четыре часа в сутки, в поисках ответов и заполнения белых пятен.

Зато появилась навязчивая идея часами бродить по городу, разглядывая лица спешащих куда-то людей. Огромный плюс от такой странности был в том, что он смог восстановиться меньше чем за пару месяцев, и даже хромота почти прошла.

А еще, на память о той роковой аварии, у него появилось украшение. Довольно странное. Браслет, сплетенный из тоненьких полосок выделанной кожи, на котором висела медная звездочка. На его расспросы, медсестры только отмахивались, как одна утверждая, что он был повязан на его запястье, когда Артем поступил в реанимацию. Снять они его не сумели. Резать такую красоту было жалко, да и Артем, на все попытки избавить его от украшения, якобы стонал, зажимая браслет рукой, словно тисками. Так и оставили.

 

В раздумьях он спустился в метро, по привычке погладив браслет, и стал бездумно разглядывать пассажиров, пытаясь догадаться об их характерах, судьбах. Вскоре подошел поезд, и Артем, став частью людской волны, позволил внести себя внутрь вагона. Уцепившись за поручень, он притулился у окна и мысленно улыбнулся. На сегодня путешествий достаточно!

Домой! Завтра суббота и надо отоспаться, а в воскресение порыскать по инету в поисках новых вакансий. Ему обязательно повезет. Ведь для чего-то он выжил почти год назад!

Рука полезла в карман за наушниками. Ехать еще пять остановок, значит нужно провести это время с пользой: слушать любимую музыку и разглядывать калейдоскоп лиц.

Возможно, его план сбылся бы. Но, если кому-то наверху, приспичило вершить судьбу, сто процентов все пойдет не так, как было задумано.

 

Ее он увидел сразу. Вот еще секунду назад, на этом месте сидела какая-то толстуха с полосатой авоськой, как вдруг, кто-то снова крутанул калейдоскоп, и Артем понял, что смотрит в яркие голубые глаза незнакомки.

Та тоже смотрела прямо на него, но, казалось, даже не видела, погруженная в невеселые мысли. То, что она расстроена, Артем понял по скорбной морщинке прорезавшей переносицу. А еще губы. Так плотно сжаты, словно незнакомка боялась высказать о наболевшем всему вагону.

Чтобы хоть как-то поднять ей настроение, Артем вдруг улыбнулся и подмигнул. Вот только у девушки его знаки внимания вызвали совсем другую реакцию, чем ту, на которую он надеялся. Она вздрогнула, уставилась на него, точно увидела впервые и тут же потупилась, принимаясь изучать зажатые в руках листы бумаги.

Напугал!

Вот дурень!

Еще бы! Седой, со шрамом во всю рожу, лыбится, да еще и подмигивает! Да он бы и сам вздрогнул, а еще лучше - рванул бы куда подальше…. Все никак не вяжется его нынешняя внешность с тем обликом, что он привык видеть в зеркале до аварии.

Хотя… да! Время – лучший лекарь. Он уже почти и не помнит, каким был…

А девчонка красивая! Яркая, и в то же время ненавязчивая красота. Огромные глазищи, в обрамлении черных ресниц и бровей, прямой, чуть вздернутый носик, красиво очерченные, полные губы. А еще колорита добавляла длинная, пшеничного цвета коса, змейкой падающая на высокую грудь. Вот только платье на ней было какое-то тревожащее. Черное, в желтый горох. Траурное платье.

Интересно, она замужем?

Его взгляд переместился на тонкие пальчики. Ни кольца, ни белой полоски на безымянном пальце. Из украшений, только плетеный кожаный браслет…

Стоп!

Артем почувствовал привычное волнение, появляющееся всегда, когда он, словно ищейка, брал след. Браслет бы точно такой же, как у него! Только из белой кожи! Интересно, а на нем тоже есть подвеска в виде звездочки?

К сожалению, разглядеть не получилось. Вагон качнулся, останавливаясь, и пассажиры принялись теснить Артема, а когда он снова рискнул взглянуть на заинтересовавшую его девушку, то увидел на ее месте уже какого-то старичка. Тут на перроне мелькнуло черное в желтый горох платье, и Артем как безумный принялся проталкиваться к выходу, не обращая внимания на возмущенный ропот.

Когда он оказался на платформе, незнакомка уже подходила к эскалатору.

«Ладно… Проследим!» - Артем, ловко огибая пассажиров, прибавил шагу.

 

_____________

 

«Как же так получилось? Это, наверное, какая-то ошибка! Наверное, в деканате что-то не поняли или перепутали! А если это действительно правда? Как такое могло произойти?»

Мысли, как заезженная пластинка, крутились в голове Инги, заставляя не замечать ничего вокруг. Да и как думать о чем-то другом, если планы, мечта, да чего там мечта – жизнь рухнула в одночасье. Она даже ни сразу поняла, что говорила ей секретарь по телефону, а когда поняла - не поверила, понимая, что если поверит, убьет последнюю надежду, еще живущую в сердце.

Нет, лучше не верить в то, что проводник, единственный, кто вызвался довести их крошечную разведывательную экспедицию до ущелья горы Ак-Тулунг – упал с лошади и сломал ногу! Точно специально кто подстроил!

А может это происки Петровского? Он всегда был вторым. И смотрел на Ингу жадным и каким-то обреченным взглядом. Вот и опять, из двух претендентов на эту экспедицию назначили ее – младшего научного сотрудника института Археологии и Этнографии, а не сорока восьмилетнего доктора наук!

И вот надо же такому было случиться!

«Нет! Мы сами кузнецы своего счастья и будущего! Надо что-то придумать и во что бы то ни стало поехать в экспедицию! По последним данным, в реке, протекающей рядом с горой Ак-Тулунг, были обнаружены древние монеты, что указывало на древнее захоронение».

Если экспедиция найдет могильник – Инга поднимется по карьерной лестнице ого-го куда! Может, даже защитит докторскую, и… переберется в Москву. Там ее ждет бабушка. Уже давно ждет! С тех самых пор, как Инга, наперекор семье отказалась от столичного экономического вуза и приехала учиться в снежный Новосибирск на никому не нужного археолога.

Хотела доказать свою независимость….

Только вот доказывать уже никому ничего не надо. Отец умер от инфаркта, когда она училась на втором курсе, а мама ушла вслед за ним через два года, так и не дождавшись, возвращения блудной дочери.

Домой она смогла вернуться только после окончания института. К бабушке. И вернулась, но бабуля на ее приветствие: «Бабушка, я дома!» лишь покачала головой.

- Дом - это то место, где твоя душа. Я же вижу, что ты не здесь! Отдохни. Успокойся. Прости себя. И поезжай назад. А я буду здесь. Ждать тебя, когда ты надумаешь вернуться.

Инга уехала через неделю. Пустые стены говорили о неисправленных ошибках. О боли, что она причинила родным. Но она понимала, что родители ее давно простили, а точнее, никогда не держали на нее ни зла, ни обиды. Вот только она сама не могла себя простить. Права бабушка. Нужно успокоиться, и прощение придет само. И тогда она сможет вернуться. А пока, ее ждало то будущее, что она так дерзко выбрала себе сама!

Бабушка только улыбнулась, когда она положила на стол билет.

- Езжай. Не держу. Да и как удержать ветер в поле? Только одно… - Она поднялась и вышла из комнаты, а когда вернулась, в ее руке Инга увидела простой, сплетенный из мягкой белой кожи браслетик, на котором качалась серебряная подвеска в виде фигурки бегущего волка. – Возьми. Твой отец попросил перед смертью отдать тебе. Это украшение ему подарил твой дед. Вроде как - амулет на удачу. Дедушка тоже хранил его до самой смерти. Откуда он появился у него и что за ценность представлял, он мне так и не рассказал. Пусть он принесет тебе удачу!

И Инга вернулась в Сибирь, чтобы стать археологом. Посвятить себя загадкам прошлого. И стала. Ни секунды не сомневаясь, что именно подаренный отцом браслет стал ее талисманом. И вот теперь, благодаря ему, именно ей, доверили эту экспедицию. А значит, все будет хорошо! Все будет правильно!

Погрузившись в мысли, она не заметила, что уже довольно долго смотрит на седовласого, но довольно молодого, и весьма симпатичного парня, которого не портил даже шрам, рассекший пополам бровь. Он стоял у двери и тоже смотрел на нее в упор. Видимо решив, что девица пала жертвой его обаяния, он вдруг решил добить ее милой улыбкой и вдобавок подмигнул. Не иначе как контрольный в голову.

Медленно возвращаясь в реальность, Инга удивленно и уже осмысленно уставилась на наглеца, и тут же поспешно опустила взгляд. Ну, надо же! Он что, правда считает, что такая вульгарная стрельба глазами ему поможет в знакомстве с девушками? Какой-то странный… Хорошо, что ей уже пора выходить…

Еще раз бросив взгляд на парня, она даже выдохнула с облегчением, заметив, что тот на нее больше не смотрит. Вот и чудно! Сжав документы на дополнительную материальную дотацию, последнее, что ей нужно было принести в институт до отъезда, она поднялась и направилась к распахнувшейся двери вагона.

На выходе из метро, она остановилась, глядя на льющиеся с небес потоки воды. Как на зло! Вроде еще лето, а впечатление такое, будто уже осень, и к тому же не первую неделю. Интересно, что за погода сейчас на Алтае? Если такие же ливни, то в экспедицию нужно взять еще и резиновые лодки! Хотя…

Инга вздохнула. Размечталась о лодках! Тут дай бог, чтобы в принципе туда попасть.

В ожидании окончания ливня, рядом с ней стали собираться другие пассажиры. Инга скользнула взглядом по озадаченным, расстроенным, равнодушным лицам. Видать, тоже не по нраву такая заминка. Ведь каждый куда-то спешит: на работу, в школу, за ребенком, на встречу с любимыми. А тут такая насмешка судьбы!

И тут, (от неожиданности, она задержала дыхание и поежилась от неприятного холодка, скользнувшего по позвоночнику) мимо нее прошел тот, седой! Встал у стены, обернулся, и поискал глазами. Встретившись с ней взглядом, он вдруг изобразил удивление и виновато развел руками. Мол, извиняй, опять встретились. Не иначе, судьба!

Нет, товарищи! Это уже не смешно! Это уже ни в какие ворота! А вдруг он – маньяк? Извращенец! Даром что внешность такая, открытая, притягивающая. Точнее наоборот! Бабы, наверное, на него как мухи на мед. Даже седина и рассеченная бровь его не портят. Скорее наоборот, придают шарм этакого джентельмена-удачи, флибустьера семи морей!

А ведь действительно необычно: яркие голубые глаза, в обрамлении темных, почти черных ресниц, и в контраст – коротко стриженные седые волосы. Высокий лоб, прямой, будто точеный нос, высокие скулы… Самый натуральный дамский угодник!

Инга поняла, что снова неприкрыто на него таращится и, рассердившись на себя, решительно выбежала под дождь.

Идиотка! Если он маньяк, то определенно решил, что она у него на крючке, и наверняка теперь не отвяжется! Может, хоть дождь его отпугнет?

Перебежав дорогу, Инга почувствовала, что вымокла до нитки и решила, что теперь уже поздно спасать шелковое платье, облепившее ее словно вторая кожа, и черные туфельки на шпильках, в которых теперь плотоядно булькала и чавкала холодная вода. Поэтому, уже не спеша, она дошла до остановки. Проводив тоскливым взглядом отъезжающую маршрутку, девушка, едва не стуча зубами, стала вглядываться в серый поток машин, ожидая следующую. Возможно, она так бы и стояла, не замечая, что дождь почти закончился и облепленное низкими, свинцовыми тучами небо, постепенно начинает зиять редкими синими проплешинами.

Возможно. Если бы не мягкий, бархатный голос, раздавшийся сзади.

- Вам не холодно?

Инга вздрогнула и, все еще надеясь, что обращаются не к ней, медленно обернулась. Сердце сделало два удара, и как показалось девушке, остановилось, когда она увидела голубые глазищи седоволосого, в каких-то нескольких сантиметрах от ее глаз. Возвышаясь над ней на добрую голову, на этот раз он не улыбался, а вполне серьезно и, как показалось Инге, даже сочувствующе, смотрел на нее. А ведь он даже не промок! На темной ветровке всего несколько капель, на белой майке и вовсе ни одной! Конечно! Дождался, когда дождь почти закончится, и решил догнать Ингу-дурочку.

- Что вам от меня надо? – Она вдруг разозлилась. В конце-концов! Пора заканчивать этот цирк.

- Да, особо, ничего. Заметил вас в метро, потом вышел, смотрю – снова вы.

- Что значит - снова я? Вы меня преследуете? – Надо бить правдой в лоб! Наверняка должен смутиться, если так оно и есть! Но парень не смутился. Наоборот, расплылся в очаровательной улыбке и только кивнул.

- Конечно! Как же не преследовать такую очаровательную девушку?

- Что?! – Инга даже забыла подготовленную убийственную фразу и теперь стояла, глупо открывая и закрывая рот.

- Да вы не бойтесь! Я же шучу! – Парень снова стал серьезным. – Просто мне с вами по пути. Вот и все!

- Вы тоже едете в археологический институт? – Она недоверчиво прищурилась.

- Да! Совершенно верно! – Седоволосый легко выдержал ее взгляд, честно глядя васильковыми глазами.

- Вы не похожи на студента! – Но Инга решила так просто не сдаваться.

- И снова вы правы! Я еду в институт устраиваться на работу. И да – не преподавателем. Я – охранник. Или сторож… как получится. – Где-то послышался рев машины, и начал стремительно приближаться. Его взгляд скользнул поверх ее головы. Вдруг он, стальными ручищами, резко подхватил Ингу под мышки, и, прижав к себе, развернулся вместе с ней на сто восемьдесят градусов. В следующий миг их окатила волна холодной воды, а лихач помчался дальше.

Все так быстро произошло, что Инга в растерянности замерла, уткнувшись носом в его белую футболку, как оказалось, скрывающую просто каменные мышцы. Выходит незнакомец ее только что спас, закрыв спиной от грязной, ледяной волны, вызванной каким-то безумным гонщиком?

Интересно, а почему он ее все еще обнимает?

Как же рядом с ним тепло… и как же вкусно от него пахнет…

- Артем. – Он наконец-то нехотя отстранился.

- Что? – переспросила Инга, пытаясь вернуться в реальность.

- Я – Артем! – охотно пояснил парень.

- А… Очень приятно! – Пытаясь скрыть смущение, Инга попыталась не смотреть на нового знакомого, но тот был настойчив.

- А как зовут вас?

- Инга, – помолчав, нехотя буркнула она, и все-таки посмотрела на него, но тут же снова потупилась.

Господи, да он когда-нибудь перестает улыбаться?

 

Глава вторая

 

Девчонка оказалась точно не от мира сего. Жутко смущалась, запиналась, и когда Артем, заметив несущуюся по лужам с крейсерской скоростью машину, подхватил ее по мышки и закрыл собой, она побледнела так, что казалось, еще вот-вот, и вовсе потеряет сознание.

Что ни говори, а первая мысль, что именно она виновница произошедшей с ним аварии, теперь казалась ему бредом. Да и на основании чего он так решил? Только из-за одинакового с ней браслета? Да мало ли, сколько людей носят подобные? Такие побрякушки, вон, на любом углу продаются!

Словно повинуясь какому-то наитию, Артем взял руку, вновь смутившейся девушки, и поднес к глазам, разглядывая украшение, паутинкой опутавшее ее тонкое запястье. Красивая вязь! Перевернув руку, он удивленно уставился на серебряную фигурку бегущего волка и не то подумал вслух, не то спросил:

- Волк? Почему волк?

- В смысле? – Инга дернулась, словно он спросил ее о чем-то неприличном, и принялась вырывать руку из капкана его пальцев. – Да и какая вам разница? Хочу и ношу!

- Да нет… я о другом… - Он с сожалением выпустил ее руку и высвободил из-под ветровки точно такой же браслет. – У меня, например, звездочка. А вы, в каком магазине его покупали?

С девицей отчего-то совсем стало худо. Она уставилась округлившимися глазами на переплетение кожаных полосок, словно увидела призрака, и теперь сама вцепилась в его руку, старательно разглядывая украшение и висевшую на нем медную звездочку.

- Где вы это взяли? – Она медленно подняла на него взгляд и звонко приказала. – Отвечайте!

Вот значит как? Когда нам надо, можем и коготки показать?

- Подарили!

- Кто?!

Еще бы Артем помнил - кто! А вот где она сама нашла такую же побрякушку – вопрос на миллион! Может там же? – А вы где взяли?

- Мне тоже… подарили… - Вся ее смелость куда-то делась, и Артем с ужасом увидел, как огромные глазищи Инги наполняются слезами. – Извините. Мне пора…

Она развернулась, и, не дожидаясь транспорта, направилась по залитому дождевой водой тротуару. Артем несколько мгновений смотрел ей в след, и бросился догонять.

- Инга. Инга! Ну и куда же вы собрались? По лужам! Простудитесь! Я вот что подумал. Если нам по пути, давайте поймаем машину и доедем с комфортом. А потом, если вам неприятно мое общество, я исчезну! Не в моих правилах, знаете ли, заставлять таких красивых девушек плакать!

- Это не из-за вас! – Она поспешно вытерла слезы, и, не замедляя шаг, бросила на него быстрый взгляд. – Это из-за браслета. Точнее из-за того, кто мне его оставил. Я, если честно, этого человека даже никогда не видела. Он умер за год до моего рождения. Мой дедушка.

- Дедушка?! – Артем попытался соединить воедино логику и сказанное Ингой, но у него ничего не получилось. Причем тут дед, случайно встретившейся девчонки, и авария? Ну, или то, что произошло на самом деле… Что-то ему все больше и больше кажется, что ни в какую аварию он не попадал, но и придумать рациональное объяснение происходящему, как ни старался, не мог!

- Да, а что тебя так удивляет? – Инга же наоборот словно сделала какой-то выбор, и теперь смущенный и трясущийся человечек вдруг исчез, открывая Артему ее совсем с другой стороны: напористая, хваткая, если дело касается личных интересов. – Дедушка не мог мне оставить на память браслет?

- Меня удивляет другое! – Артем тоже оседлал любимого конька, и принялся рассуждать. – Наши браслеты будто близнецы! Отличительная черта – цвет и разные висюльки. Даже если предположить, что лет шестьдесят-семьдесят назад была мода на такие браслеты, как вышло, что два из них так хорошо сохранились и оказались у нас?

- Подумаешь – семьдесят лет! – задорно фыркнула девчонка. – Даже под землей сохраняются изделия из кожи, а уж если его хранили по всем канонам, и через сто лет он бы оказался в прекрасном состоянии. А тебе его тоже подарил кто-то из родственников?

Артем старательно помотал головой.

- У меня его никогда не было, до того дня, как я попал в аварию. А когда очнулся в больнице, увидел такой вот «подарок». Вопрос только, от кого….

- Значит, поэтому ты за мной и пошел? – Инга оказалась не только умопомрачительно хорошенькой, но и догадливой. И Артему совсем не понравилось это ее качество.

- Не только. – Врать он умел, но не хотел. Не ей. – Ты очень красивая!

- И к тому же нам по пути? – Она криво улыбнулась. – Или ты даже не планировал идти в институт?

Если честно, он даже не знал, что в той стороне находится какой-то там институт! Но вот признаваться в этом, Артем не собирался. Эх… Придется соврать.

- Планировал. Мне срочно нужна работа! А я слышал, что там требуются охранники, сторожа, ну и… всякие помощники. – И попытался сменить тему. – Кстати, а ты чего такая мрачная? В метро мне показалось, что у тебя что-то случилось, и ты едва сдерживаешься, чтобы не закричать.

Она удивленно посмотрела на него.

- Вообще-то, я не кричу. Я не психопат. Я – научный работник. А научный работник и крик – не совместимы. Криком ничего не докажешь, а вот гипотезы и факты гораздо лучше отстаивают правоту.

- Убедила! – Артем только качнул головой. – Так лить воду могут только научные работники!

- И никакую воду я не лью! – вдруг обиделась она и вздохнула. – Но ты прав. Мне реально хотелось закричать. Просто все так сложилось… не очень хорошо…

- Как? – Артем решил не отставать. Пусть выговорится. Во-первых, начнет ему доверять, а во-вторых – забудет о подозрениях касательно него. – Расскажи, что случилось.

Инга только пожала плечами и вдруг улыбнулась. Задорно и светло.

- Ты решишь, что я сумасшедшая. Но сегодня мне сообщили, что экспедиция, которую я так ждала, скорее всего на грани срыва. Меня лишают полевых работ, а я едва не плачу.

- Ты не сумасшедшая. – Артем выслушал ее предельно серьезно. – Я сам такой. Едва смог подняться на ноги – перестал сидеть в кресле каталке. А теперь вот хожу, ищу работу. Не подумай, что мне так уж нужны деньги, просто скучно! А почему твоя экспедиция на грани срыва?

- Наш проводник сломал ногу. Он должен был проводить нас к хребту Ак-Тулунг, на Алтае, а искать нового – нет времени. У нас билеты забронированы на понедельник. Так что, скорее всего экспедицию придется отменить или ждать когда найдется подходящий проводник. Поверь, это на самом деле трудно. Просто те, кто водит группы, имеют свои маршруты, а у нас он не слишком близкий и популярный. К тому же погода на Алтае сейчас не балует…

- Слушай, - ответ пришел мгновенно, будто кто-то нашептал. – Я довольно часто бывал на Алтае. К Ак-Тулунг, врать не буду, не ходил, но мы были всего в километре от нее на реке Камрю. Так что… показать, куда идти, смогу…

Интересно, зачем он это сказал? На Алтае конечно отдыхал и не раз, но знал только гору Белуху и озеро Телецкое, где, собственно и отдыхал. Об озере и реке Камрю только слышал, а что за зверь горный хребет Ак-Тулунг и вовсе не в курсе.

Но эта ложь того стоила! Артем и сам заулыбался, глядя на восторженную Ингу.

- Серьезно?! Боже, спасибо! А ты и вправду пойдешь с нами? Ты не занят? Экспедиция займет не меньше двух недель. Нам же нужно узнать, где находится могильник, и по возможности все исследовать. Дел по горло!

- Ничего страшного! Я абсолютно свободен! К тому же, если ты еще и наймешь меня как проводника – благодарности моей не будет предела!

- А-а… - В глазах девчонки снова заплескалось сомнение. – Точно! Ты же ищешь работу…

- Это что-то меняет? – Он улыбнулся, глядя, как она мечется между выбором: согласиться, или послать его подальше.

Согласилась.

- Нет. Ничего. Диктуй свой номер телефона. И имей в виду. В понедельник на Главном вокзале в девять утра. И не опаздывать.

 

______________

 

 

Инга старательно записала какой-то до невозможности простой номер с кучей нулей и пятерок. Перезвонила и, услышав из кармана его ветровки трель, скинула.

- Ну, теперь будем на связи. – Она посмотрела в синие глаза Артема. Интересно откуда он взялся? Почему-то не покидает мысль о какой-то афере. – И пожалуйста. Если вдруг передумаешь. Позвони!

Он задумчиво кивнул. Видать сообразил, на какую авантюру подписался! Инга усмехнулась, и вскинула руку, заметив приближающуюся маршрутку. Как бы то ни было, а пешком она будет идти до института часа два!

Маршрутное такси охотно подлетело и с шипением отворило дверцу.

- Ну, тогда до встречи! – бросила Инга, поднимаясь на пару ступенек.

- Так я вроде с тобой еду? – Артем как-то забеспокоился, заволновался, придумывая возможность остаться, но Инга была непреклонной.

- Зачем и куда? В институт, охранником устраиваться? Но я тебя вроде только что наняла! Если ты конечно уже не передумал. Нет? Ну, тогда прощай. Езжай домой. Тебе надо подготовиться к экспедиции. Учти, на Алтае сейчас не жарко-о-о… - Последние слова она прокричала в распахнутое окно, захлопнувшейся у Артема перед носом двери, и даже помахала рукой, глядя, как быстро уменьшается ее случайный знакомый, пока и вовсе не исчез из виду.

Пробравшись вперед, она села на свободное место и задумалась.

Вот и что это было? Отчего она повела себя как школьница, которой оказал внимание симпатичный одноклассник? И зачем она рассказала ему об экспедиции, да еще и позвала с собой? Она о нем ничего не знает! Вот ничегошеньки! А он ловко запудрил ей мозги браслетом и аварией, так, что она, и думать забыла расспросить его, или на самый крайний случай посмотреть паспорт.

Ладно, попытка не пытка! В понедельник все выяснится. А если не придет, то и гадать будет не о чем.

 

В институте было по летнему пустынно, и звук ее гулких шагов разлетался по холлу, отскакивая от покрытых мрамором стен. Как же она не любила появляться здесь летом. Пусто, безлюдно. И все метания, старания и открытия, так заботливо взращенные сотрудниками за трудовой год, вдруг потеряли смысл, забытые и заброшенные на долгие недели отпусков.

Инга, как могла, отнекивалась от отпуска, предпочитая выезжать не на море, а в экспедиции. А что? И приключение, и опыт! За пять лет проработанных в институте, она побывала на трех раскопках в качестве помощника, и сейчас, если повезет, поедет в четвертую экспедицию, но уже в качестве руководителя!

Мысли опять вернулись к случайному знакомому. Что-то тревожащее было в нем. И еще этот браслет… Почему-то именно это сыграло не мало важную роль в принятии ею решения. Хотя если посмотреть с другой стороны – простое совпадение! Одно на миллион, но совпадение! Кто-то, год назад, подарил ему браслет. А двадцать восемь лет назад дедушка оставил такой же точно Инге! Только висюльки разные….

Нет! Вот хоть убейте, но совпадением это не назвать было сложно! Значит, парень встретился ей не просто так! А может он за ней следил и не один день? А про аварию все выдумал….

В душе опять заворочался червячок сомнений.

А если…

Вот только додумать, что именно «а если», не дал звонкий голос главного бухгалтера, вывернувшей из-за угла.

- Трофимова? Что не заходишь? Вроде не заперто… - Ольга Степановна, яркая брюнетка неопределенного возраста, не смотря на свою не худенькую фигурку, стремительно промаршировала к кабинету, и толкнула дверь. – Заходи. Принесла?

- Да. Вот. – Инга робко протянула бумаги. Отчего-то Ольгу Степановну она побаивалась. Хотя, вполне объяснимо отчего. Ведь именно от этой женщины зависел ее хлеб с маслом, и, конечно же, висящая на гране срыва экспедиция. – Созвонилась по поводу цен на гостиницу, плюс узнала цены на оборудование и питание. Директор уже дал добро.

- Директор у нас, конечно, птица важная, но шишка-то большая здесь я! – К счастью Ольга Степановна оказалась сегодня в приподнятом настроении, и Инга, впервые за сегодняшний день, вздохнула спокойно.

- Конечно! Я и не спорю!

- Ага-ага! Хоть шишка, хоть чирий, а подпиши! – хмыкнула бухгалтер, разглядывая поданные Ингой бумаги. – Насколько едите?

Та пожала плечами.

- Как всегда, для разведывательной экспедиции выделили 10 дней, плюс минус четыре дня, минус дорога, плюс форс-мажор.

- Видимо это форс-мажор такие деньжищи стоит… - Ольга Степановна наконец-то смилостивилась. Взяв ручку, широким росчерком поставила подписи на всех документах, оттиснула печать, и, кинув листы на стол, забренчала ключами, открывая заветный сейф. – Вот!

Она положила перед Ингой пачку купюр и тыкнула пальцем в раскрытый журнал.

- Еще вот здесь распишись в получении.

Инга старательно вывела аккуратную подпись, взяла деньги и направилась к выходу.

Возле самой двери, бухгалтерша опомнилась.

- Трофимова, а что там за проблема с проводником?

- Никаких проблем! – Инга на всякий случай открыла дверь, а только после этого обернулась. – Проводник, что работал с нашим институтом, сломал ногу, но мы уже нашли ему замену. Так что - экспедиция в силе!

- И охота же по горам скакать! – буркнула Ольга Степановна, усаживаясь за стол и с громким шорохом разворачивая конфету. – Хотя, чего тебе еще делать? Ни ребенка, ни котенка! Ты хоть к Петровскому бы присмотрелась! Видный мужчина. Вдовец!

Ага. Если судить по внешнему виду, вдовцом он стал не просто так… Но озвучивать мысли Инга побоялась, зная о тесной дружбы этих двоих, поэтому лишь вежливо улыбнулась, и бросив: «я учту», скрылась за дверью.

- И еще, Трофимова! – Раздался громогласный голос Ольги Степановой теперь уже из-за двери.

Едва не ругнувшись, Инга нацепила улыбку и снова приоткрыла дверь.

- Что-то случилось?

- Да ничего особенного! Зайди к нашей методичке, она сегодня до пяти. Хотела тебе что-то передать. Какие-то материалы по вашей теме.

- Хорошо! Спасибо. До свидания.

Не веря своему счастью, что так легко выбралась из цепких лапок Ольги Степановны, Инга едва ли не бегом бросилась к лестнице, туда, где на втором этаже находилась святая святых - институтская библиотека. В ней бережно содержались раритетные книги и такие древние фолианты, с материалами по местному краю и всем прилагающимся к нему областям, что становилось трепетно и жутко от неразгаданных тайн, хранящихся у всех практически под ногами.

- Можно? – Толкнув тяжелую дверь, Инга вошла в большой зал, освещенный приглушенным светом ламп. На памяти Инги, громадные окна библиотеки всегда скрывали темные шторы, защищая местные драгоценности от губительных солнечных лучей. Здесь всегда пахло таинственно и немного пыльно. И она любила этот запах больше всего на свете!

- Инга Викторовна? – Из-за высоченных стеллажей выпорхнула Света. По профессии – методичка, а по совместительству помощница строгого бессменного библиотекаря Льва Петровича. – Привет! Хорошо, что зашли! Я, если честно, уже хотела все материалы отсканировать и вам на почту скинуть. Вы же в понедельник уезжаете?

- Тьфу-тьфу-тьфу! – Инга постучала по ближайшему шкафу. – Если не сорвется. До этого момента экспедиция вообще висела на волоске, точнее на паутине.

- Ольга ерепенилась? Она всегда старается всем бюджет урезать, – с пониманием покивала Света.

- Да нет, там другое, – отмахнулась Инга. Вот интересно, какое ей-то дело? Задача Светки снабжать экспедиции подробным планом местности, заметками о всех стоянках и предполагаемых захоронениях. – Кстати, это Ольга посоветовала мне сюда зайти. Хотя, Лев еще вчера дал подробную информацию о стоянках Алтай хана в тех местах. Если повезет, то…

- Да нет, я о другом хотела поговорить. Вот. Посмотрите! – Света подошла к столу, и, взяв увесистый пакет, протянула Инге. – Тут папка с материалами о лагере репрессированных, созданном в двадцатых годах. Он назывался «Черный котел» и находился в ущелье неподалеку от горы Ак-Тулунг, на берегу реки Камрю. Может, что-нибудь пригодится. Кстати, можете забрать папку. Тут ксерокопии вырезок из газет, отчеты о захоронениях, казнях, письма осужденных. Собирали ведь по архивам, так что… может попасться действительно что-то стоящее.

- Спасибо, Свет. Посмотрю! Впереди выходные, закупка, сбор, но я найду время поизучать! – Инга взяла пакет, и сунула туда пачку денег. Теперь не надо заморачиваться, как и в чем их транспортировать до дома! А уже после задумалась: интересно, а причем тут лагерь и становище хана? – Ну, тогда я побежала? Дел вагон!

- Бегите! И удачи! Раскопаете что-то дельное – мы с девчонками проставляемся! Пусть Петровский удавится! – Светка задорно мотнула челкой и улыбнулась.

Инга прижала к груди сжатый кулак, мол, не подведу! И вышла из библиотеки. Светка и еще четыре девушки всегда были на ее стороне. Толи их объединяла нелюбовь к Петровскому, толи то, что после окончания института они все остались здесь работать. Да важно и не это, а то, что Инга знала, в финале экспедиции ее ждет отличная встреча, в не зависимости, найдут они что-нибудь или нет!

В довольно приподнятом настроении она спустилась на первый этаж, и, кивнув вахтерше, вышла на улицу, бережно прижимая к себе ставший весьма ценным пакет.

Теперь домой! И тучи так вовремя разорвались, превратившись в облака, и теперь плыли каждое само по себе подгоняемые ветром, всем своим ветрено-романтичным видом говоря, что они не причастны к недавно прошедшему щедрому ливню.

Инга улыбнулась и торопливо зашагала к остановке, не замечая, как от соседнего дома отделилась высокая фигура мужчины и направилась за ней.

 

Глава 3

 

Артем недолго смотрел вслед уезжающей маршрутке, поднял руку, и в ответ на этот всемирный жест, тут же подскочила видавшая виды машинка.

- Куда тебе, дарагой? – из окна неизвестной модели автомобиля высунулось улыбчивое лицо водилы.

- За той желтой маршруткой. – Артем не раздумывая сел на место рядом с водителем и указал на видневшуюся впереди маршрутку, так стремительно уносящую прочь от него девушку. Чем-то она его зацепила. Не только красивой мордашкой. Чем-то на уровне рефлексов – если потеряет ее – умрет. Буквально! И именно это заставляло его действовать так импульсивно, и, чего греха таить – неразумно.

Страшно подумать, что будет, если она его увидит. Ведь в ее глазах он прочитал опасение и тревогу. Еще бы! Прилип, как банный лист к попе!

На губах Артема появилась задумчивая улыбка. А она у нее что надо! На миг он захотел стать тем платьем, что будто кожа облепило ее точеную фигурку. Ну, или на худой конец – банным листом….

Так! Сосредоточиться!

Надо все обдумать! Например: что его на самом деле в ней тревожило? Ну, для начала браслет! Он нагло врал ей, что эти украшения запросто могли сохраниться. Нет! Видно было, что это плетение ручной работы. Его звездочка старинная. Такие возможно носили те, кто был творцами нового мира и союзниками революции. А ее волк? Отлитый из серебра, он носил следы грубой обработки и никогда не знал что такое полировка. Эти браслеты однозначно делал какой-то ремесленник.

Артем мог понять, как браслет попал к Инге: дедушка купил, или ему подарили, когда он был молодым, и по сентиментальности браслет передался внучке. Возможно, с ним связаны какие-то особые моменты. Все это Артем безумно хотел узнать и узнает. Не зря же он напросился в проводники.

А что касается его браслета – тут темный лес. Секретные материалы! Кто ему его дал, или надел на бесчувственное тело, а главное зачем? И ведь не снять! Только срезать! А разрезать тонкие полоски нежной кожи отчего-то не хотелось.

- Догоняешь кого? Может маршрутку обогнать и на остановке тебя высадить? – вернул Артема на землю прокуренный голос водилы.

- А? Да нет… Просто езжайте следом.

- Харошинькая? – с видом эксперта, прищурил тот черный глаз.

- За маршруткой езжай! – зло бросил Артем, вглядываясь в желтый зад маршрутного такси, неспешно трусившего впереди.

- Как скажешь, дарагой! – Водитель покривился и обиженно уставился на дорогу. На долгих пятнадцать минут в машине воцарилась тишина. За это время маршрутка два раза останавливалась на остановках, но среди пассажиров не было до боли знакомого черного, в желтый горох, платья. И вот, наконец, на следующей остановке, Артем увидел ее.

- Здесь остановите!

- Двести рублей! – буркнул водитель.

- Дам пятьсот, если подождешь! – пообещал Артем, не сводя взгляда с девушки. Дождался, когда она отойдет на достаточное расстояние от остановки, вышел и направился следом.

Около часа он болтался возле института, высматривая знакомое платье, а когда уже отчаялся дождаться, решив, что девушка задержится тут до вечера, дверь института распахнулась, и на крыльце показалась Инга. Остановилась, прижимая к себе веселенький в цветочек пакет, посмотрела на небо. Легко сбежав по ступеням, она улыбнулась и направилась к остановке.

Видимо, его временная работа проводника не отменилась! Артем вдруг понял, что рад этому. Гораздо легче все выяснить с помощью непосредственного общения, чем выискивать способы встреч. К тому же, непонятно, как она к нему относится. Если он ей понравился – уже полдела сделано, а если она его боится? Если согласилась на его услуги проводника только потому, что отмену экспедиции боится больше?

В размышлениях он проводил девушку до самой остановки, дождался, когда она перейдет на другую сторону, и сядет в подъехавшую маршрутку. Затем бросился к терпеливо дожидавшейся его машине и едва упал на сидение, как водитель, умудренный опытом общения со странным пассажиром, тут же стартовал, лишь уточнив:

- Ехать за маршируткой?

- Да! – коротко ответил Артем.

- Тогда с тебя тысяча, дарагой! – подытожил тот, лихо ввинчиваясь в поток машин.

 

В итоге всего этого безумного приключения, Артем проследил Ингу до подъезда. Затем, вспомнив навыки частного детектива, просто подошел к сидевшей на лавочке даме бальзаковского возраста с собачкой, и мило улыбнувшись, уточнил:

- Добрый вечер. Не подскажете, девушка сейчас прошла, в черном платье в желтый горошек. Инга! Вы знаете, в какой квартире она живет?

- А что вы хотели? – тут же насторожилась собачница.

Артем смущенно улыбнулся.

- Ну, а что может хотеть влюбленный мужчина? Дело в том, что она вчера дала мне номер телефона. Мы договорились, что я сегодня приду в гости, и позвоню от подъезда, а у меня телефон в метро вытащили. Подхожу и смотрю, она идет. Я за ней, но не успел… Нога… ранение после армии осталось…

Подозрительный взгляд женщины сразу сменился на сочувствующий.

- Вот же, сволочуги!

- Да… если не везет, так во всем сразу… - Артем печально вздохнул, чем окончательно сразил собачницу.

- На пятом этаже твоя Инга живет. В сорок восьмой. Я в этом подъезде главная. Ты в домофон позвони, чтобы она открыла.

- Огромное спасибо! – Артем сделал несколько шагов к подъезду, но чертыхнулся, и, стукнув себя по лбу, развел руками. – Вот же! Цветы забыл! Не подскажете, где их здесь можно купить?

Этот вопрос окончательно покорил сердце главной по подъезду.

- А ты вон туда иди. – Она махнула рукой в сторону возвышающейся невдалеке кирпичной многоэтажки. – За тем домом у нас рыночек. Там цветы до ночи продают. И шампанское с конфетами тоже.

Еще раз поблагодарив болтушку, Артем довольно похромал в указанном направлении. Теперь он знает, где живет его прекрасная нанимательница. Даже если что-то пойдет не так, она уже никуда от него не денется. По крайней мере, до тех пор, пока он чувствует связь между случившейся год назад аварией и этой девицей.

Дома первым делом Артем сел за старенький ноутбук. За месяцы проведенные после выписки из больницы он перерыл все сводки произошедших в конце августа аварий в городе и области, даже, пользуясь старыми связями, добыл все фотографии погибших и раненых. Но. Он так и не нашел упоминания ни о Димыче, ни о себе. Конечно, он был бы полным кретином, если бы не расспросил об аварии лечащего врача, но там тоже было глухо.

По его короткому рассказу выходило, что Артема привезли на скорой под утро. Врачи санитарной бригады сообщили, что нашли его без сознания на обочине трассы идущей из Новосибирска на юг. Вещи, что отдали ему после выписки, можно было только сжечь: рваные, грязные, местами обгорелые. Казалось, что его рвали на части, везли волоком по деревенской дороге после дождя, а в довершение еще и жгли.

Только браслет на руке был как новенький.

Отогнав воспоминания, Артем набрал в поиске: карты, маршруты к горе Ак-Тулунг и, выбрав самые подробные, с местами ночевок и опасных мест, нажал кнопку «Печать». Обрадованный вниманием заурчал принтер, принимаясь щедро выплевывать теплые листы.

Взяв первый листок отпечатанной карты, Артем улыбнулся. Нет никаких проблем быть проводником в наше время. Главное иметь ноутбук, интернет и принтер. Ну и для страховки хотя бы раз побывать в указанном месте.

Впереди два дня. Он успеет составить свой маршрут на основе прежних, успеет собраться. А теперь можно отдохнуть и посидеть с бутылочкой пива перед телевизором.

На душе, впервые за этот год было и спокойно и в тоже время тревожно. А еще не давало покоя нетерпение. Он словно наткнулся на ниточку, которая приведет его в итоге к познанию чего-то важного.

 

 

Год назад.

 

- А место это – здесь! – Череп ткнул пальцем в кусок старой карты. – Я месяц назад завалился с двумя друганами в разрушенные постройки. По старым картам там обозначается объект особой важности, а проще говоря – лагерь для врагов советской власти особого назначения. Типа Соловков. В тридцатых его закрыли. Там конечно умельцы до нас все подчистили, да только я на этом деле собаку съел. Знаю где и что искать!

Он снова, будто для достоверности карты постучал по ней пальцами.

- Так что, нароем ценное полюбасу! А потом есть у меня человечек. Драг метал и прочую шурушню купит достойно! За старинные побрякушки только он цену нормальную дает!

- Да откуда у репрессированных побрякушки? – Вован разлил остатки водки по пластиковым стаканам и кивнул. – Разбирайте.

- Ты тупой? – холодно уставился на него Череп. – В то время ссылали тех, у кого как раз можно было что-нибудь взять! Может много мы и не найдем, да только чуйка у меня. Не зря мне та карта выпала! И еще папки с доками на особо важных заключенных. Правда, я ее с собой не взял. Но изучил! Там же и описи вещей, и имена. А имена, знаешь какие? А еще вот это выпало. Прикольная хрень? Раритет!

Он задрал рукав, хвастаясь тоненьким кожаным браслетом, опоясавшим его исписанную татуировками руку.

- Сто пудово какой-нибудь оберег! Кстати, он в папке лежал, где доки на комитетчиков были, что этим лагерем заправляли. Правда, звезда не золотая. Я проверял.

- Че там не золотое? – С верхней полки свесился Богдан. В этой компании он получил прозвище Бодя, за свою пухлую фигуру и невысокий рост.

- Ни че. Спи! – Алекс отвел взгляд от пролетающих за окном степей и редких строений. – Явно что-то с местным колоритом связанное. Может и оберег. На Алтае шаманов как грязи! Сними, посмотрю.

- Да я бы снял… - Череп подергал болтающиеся по краям завязки. – Но тут хитрая застежка. Одеть - одел без проблем, потом затянул и все! А срезать не хочется. Верю, что наудачу нам этот амулетик нашелся.

- Ты не загадывай! – осадил его Алекс. – Сам же говорил, что народу там побывало достаточно. Приедем к шапочному разбору…

- Слышь, друг, у тебя со слухом как? – нахмурился Череп. – Говорю же! Никто эту карту до меня не видел! Даже подельнички мои! Я как тайник нашел, сразу его прошерстил, ценное спрятал, а остальное ясен перец – в общак! А потом смотри, - он снова тыкнул пальцем в полустертые отметки. – Вот здесь - лагерь, а вот тут, видишь? Крестик! Да еще и обведен! Я по масштабу прикинул – совсем рядом с лагерем.

- А вот эта стрелка что означает? – Вован указал на стрелку ведущую от лагеря к крестику.

- Да хрен бы знал! – задумчиво почесал Череп бритый затылок. Видать и прозвище пришло оттого. – Может для важности!

- А может эта стрелка означает подъем? – Алекс придвинул к себе листок карты. – Вот тут и тут горы. Между ними лагерь и стрелка на эту гору показывает. Явно же не просто так?

- Молодец, Алёха! Не зря я тебя с собой взял. И чего найдем, делить будем по мере того, кто сколько сделал. Слышь, Бодя?

- А че сразу я? Договорились же, что я спонсирую все это! Вот и думай, кто из нас всех тут главный!

- Вообще-то, мы вместе скидывались! – возмутился Вован, и от души врезал в верхнюю полку кулаком.

- Мужики, хорош шкуру неубитого медведя делить! Давайте лучше выпьем. За удачу! – Алекс взял пластиковый стаканчик и опрокинул содержимое в себя.

 

Глава 4

 

Наши дни

 

Два дня тянулись как китайская лапша, которую Инга набрала в избытке. А что? Удобная штука! И весит мало и стоит дешево! Конечно, одной лапшой дело не ограничилось, и к вечеру воскресения она в ужасе посматривала на здоровенный туристический рюкзак, с палаткой и спальником, закрепленными по бокам. Конечно, у других участников экспедиции будет все тоже самое, но в данном случае была бы верна такая трактовка известной поговорки: «Чужая ноша не тянет, а своя – жить не дает».

И пусть она договорилась о машине, что довезет их почти до места, но все же…

Алтай не предсказуем!

Последним делом она уточнила еще раз время отбытия поезда, созвонилась со всеми коллегами, и с сомнением посмотрела на номер телефона, обозначенный в записной книжке как Артем-седой. Звонить или нет? Ведь, по сути, от него зависело все!

Хотя…

Инга прошла на кухню и решительно положила телефон на стол. Не пропадет! Ни она, ни ее экспедиция без этого проводника! В конце концов, деньги есть! Прибудут на место, и она наймет какого-нибудь аборигена. Если найдет…

Нет! Звонить она не будет!

И тут, словно в ответ на ее метания телефон зазвонил сам. Инга нервно сглотнула, посмотрела на высветившееся имя так, словно от того, ответит она сейчас или нет, зависела ее жизнь, и враз похолодевшими руками взяла телефон.

- Д… да… - Господи, еще и голос сорвался! Инга прокашлялась и постаралась придать голосу равнодушный тон. – Алло? Кто это?

- Привет, Инга. Звоню, как договаривались. Ну и попутно уточнить время отправки. – Раздавшийся в ответ немного ленивый, уверенный в себе голос Артема, отчего-то разозлил девушку и в то же время заставил выдохнуть с облегчением.

- А, Артем? Привет. Неужели не передумал?

- А надо? – В его голосе послышалась усмешка.

- По поводу сбора я же, вроде, говорила? – проигнорировала она его вопрос.

- Не припомню. Так, что у нас со временем?

Инге показалось, что она услышала нотки заигрывания. Ой, не все с ним гладко! Может, пока не поздно, отменить эту экспедицию? Или перенести на более поздний срок?

И все же произнесла.

- Сбор на Главном вокзале в восемь ноль-ноль. Билет можешь не покупать. Бронь оплачивает Институт.

- Даже не собирался! – Похоже, Седой вовсю веселился. – А как у тебя сегодня со временем? Может, встретимся? Где-нибудь посидим? Насильно втянула меня в авантюру, а я даже не знаю кто ты такая и зачем на самом деле тебе нужна эта экспедиция. И проводник! Кстати, ты в курсе, что в ущелье Ак-тулунг, около твоей точки назначения, находился лагерь для репрессированных? Конечно, он давным-давно закрыт, но все же? Может вы команда черных копателей? Короче, я хочу получить от тебя все подробности, так что, соглашайся на ужин!

Может Артем шутил, говоря все это недовольным тоном, но Ингу, такое приглашение на ужин, заставило на некоторое время онеметь.

Черные копатели? Это они-то? Да как он смеет?!

И возмущенно выпалила:

- Знаешь, я уже сожалею, что пригласила тебя на эту работу. Поэтому… адью! Ты уволен!

Со всей силы нажав на кнопку отбоя, она еще и кинула телефон на стол, а после, чувствуя, как ее всю колотит, открыла дверцу холодильника, выудила бутылку, с остатками коньяка, и сделала большой глоток, напрочь позабыв о чае с вареньем.

Спать она легла пораньше, но ни как не могла уснуть, думая только об одном: откуда Артем знает о лагере репрессированных? Ну, допустим, любую или почти любую информацию можно найти в интернете. Что, скорее всего, он и сделал, но почему она снова слышит об этом месте? И как она могла забыть о папке, что ей дала методичка-Светлана?

Смирившись с тем, что все равно она рано не уснет, Инга включила свет, взяла папку, что лежала в прихожей на трюмо, и направилась в комнату. Устроившись в кресле, она развязала веревочку, и с невольным трепетом открыла папку.

Отсканированные листы отражали истории жизней узников и исторические факты, происходившие почти сотню лет назад. Первым делом ей попался указ лица из высшего состава КПСС, об основании на территории Алтайской республики, лагеря для политзаключенных, а так же врагов народа. Датирован этот указ был ноябрем тысяча девятьсот тридцатого года. Значит этим документам чуть меньше девяноста лет?

Дальше шли другие указы, списки заключенных, анкеты, допросы и – как ни минуемо – исполненный приговор.

Только, зачем все это ей? Может, конечно, для историков эти сведения представляют великую ценность, но она едет искать могильники, захоронения, становища местных племен! Зачем ей этот лагерь и эти документы? Конечно, посетить его можно, в целях информации. И только!

Инга перелистывала литок за листком, пока ее взгляд не остановился на старом фото девушки. Довольно симпатичная, с длинной косой. Задорно улыбаясь, она смотрела в объектив, одной рукой прижимая косу к груди, а другую руку змейкой обвил знакомый браслет.

Что?! Не может быть!

Инга оторопело уставилась на украшение.

Хотя… Артем, наверное, оказался прав, сказав, что такие украшения в те годы не были дефицитом. К тому же…

Она присмотрелась. Жаль, фотография не сильно крупная. Плетение почти не различить! Но то, что это другой браслет доказывало отсутствие какой бы то ни было висюльки на нем.

Но даже это не смогло развеять крепнущее предчувствие, что ничего не происходит случайно. И подарок умершего до ее рождения дедушки, и встреча с Артемом, и документы о лагере, и вот теперь довольно хорошо сохранившаяся фотография девушки, с таким же как у нее браслетом.

Все это явно указывает на то, что она должна ехать в эту экспедицию!

Инга суетливо принялась ворошить листы. Если бы Света доверилась ей и отдала не сканированные документы, а подлинники, можно было бы лучше рассмотреть кое-какие не пропечатавшиеся буквы и цифры, а так… хотя бы поверхностно ознакомиться со всем что у нее имеется…

Так… Стоп!

Она заметила среди печатных букв, немного корявый, размашистый почерк, и поднесла листок к глазам. Вначале читать было сложно, из-за множества орфографических ошибок и довольно простонародного языка письма. Но вскоре Инга научилась разбирать текст.

Хм… Интересно… Кому принадлежит это письмо? Ведь явно, что писала женщина.

«Здравствуй, мой родненький Сашенька! Соскучилась по тебе, очень! Уже два месяца как не наведывался в нашу деревню. Случилось что? Подарочек тебе готов. Приехал бы, с сенокосом помог! А то совсем тяжелая я стала. К зиме сыночка или доченьку тебе рожу. Знаю, не хотел так рано, да только мне твоя столица ни к чему. Никуда я не поеду. А ты сам как знаешь. Хочешь с нами оставайся, хочешь езжай. Ты у меня и так самый главный, а будешь еще главнее! Мы с дитятком тобой гордиться станем, родный наш, Сашенька! Прощай. Навеки твоя Полина!»

А если это – письмо для какого-нибудь узника, который попал в лагерь, а эта Полина его не дождалась? Сколько еще таких писем, рассказывающих о разрушенных, семьях она найдет?

Уже не думая о позднем часе и о том что завтра рано вставать, Инга принялась перебирать листы. Больше всего конечно было листов с отчетностью: списки фамилий, обвинения, мера наказания и краткие описи допросов. Но все же, она нашла еще с десяток писем. Восемь из них были написаны знакомым почерком неизвестной Полины и всего два аккуратной вязью крошечных букв. Сложив листы в стопку, Инга принялась читать.

«Спасибо тебе, Сашенька, за помощь! Мамка моя и дед очень хвалят тебя! Но боятся. Говорят, что уедешь ты и бросишь меня с ребенком. А кому я такая нужна-то буду? Но я не верю! Ты мой суженый. Стихиями присушенный! Я же помню наш обряд венчания, что мой дедушка над нами совершил! Ты не веришь, я знаю, да токмо не разлучить теперь нас никому! Ни партии твоейной, ни службе кровавой! Жду тебя на первые морозы, любый мой! Твоя Полина!»

Следующее письмо можно было разобрать только с середины.

« …а ветер поднялся такой, что половину стогов разметало. Ливень с того дня шел неделю. Размыло все дороги! Скотина, что не убежала, та впроголодь стояла. Деревенские на меня пальцем тычут. Говорят бесовка. Ведьма. Мол, шаманскую внучку подменили злые духи при рождении, и она бесенка родила от Сатаны. Это они о тебе, мой любый, и о сыночке нашем. И смех, и грех! До чего глупость людская безмерна, как река Катунь!»

И следующее…

« Здравствуй, мой любый! Уже полгода тебя не видела. Как жить, не знаю. Васенька ходить начал. Ранний он у нас. Еще и года нет! А красивый… Весь в тебя! Что же не пишешь? Написал бы! Хотя знаю, работы у тебя много, да только радости она тебе не дает. Мужику бы землю пахать, да дома строить, а не людей жизни лишать. Прости, ежели обидное сказала. Все равно люблю тебя и любить буду. Твоя П».

Инга читала и читала, позабыв о времени. Все письма написаны с любовью и пронизаны ноткой тоски. И все об одном и том же: любит, скучает, ждет. Одна растит сына. Все как обычно. Вот только последнее оставило сердце сжаться от нехорошего предчувствия, да только больше писем не было…

«Здравствуй, Сашенька. Вчера к нам в деревню пришли одни. Вроде из города! Забрали дедушку и посадили в погреб к старосте. Соседка Глашка прибегала. Говорит, спрашивать будут дедушку за клады горные. Кто-то из местных сказал им, что дедушка шаман и ведает, где пролегают все жилы золотые да драгоценные. Я знаю, он сможет выбраться из западни, но боюсь другого! Что, если, недаром пришли красные в нашу деревню? Чует сердцем мое, тучи, что сгущаются над головой твоей! Вдруг кто из местных подтвердит о любви нашей? Меня и так все ведьмой кличут, а Васеньку – красной заразой. Страшно мне, любый! Как быть, не знаю! Сегодня с Васенькой пойдем в дедову хижину в лесу. Пересидим, дождемся дедушку, а там видно будет. Запасов хватит на месяц. Ежели приехать вздумаешь, никаких припасов с собой не бери! Ищи нас там и будь осторожен! А если не найдешь, значит и нет нас более. Ибо жизнь без тебя любимый – это смерть…»

Значит, все же Инга ошибалась, и она стала свидетелем переписки не заключенного, а какого-нибудь охранника лагеря с местной девушкой.

Два оставшихся письма явно принадлежали мужчине, и с первых строк Инга поняла, что читает письма того самого Сашеньки.

«Здравствуй, Полина. Приехать до мая месяца никак не смогу, уезжаю в Москву за повышением. Отправляю тебе с оказией мешок муки и добротные вещи. Не спрашивай, откуда они и чьи. Просто носите, или перешей, или продай, если так уж не по нраву будут. А еще высылаю пятьдесят рублей серебром. Они зарыты в муку. Отправь с посыльным ответ, как все получили, он надежный. Привет Васятке! Твой муж, Александр Трофимов».

Ух ты!

Инга даже несколько раз перечитала письмо.

Надо же! Даже однофамилец!

Второе письмо Александра Трофимова предназначалось не Полине.

«Строго секретно. Отчет по урегулированию захоронения расстрелянных лагеря ИТЛ «Черный Котел» от начальника управления, Трофимова Александра Ивановича. Тридцатого мая тысяча девятьсот тридцать девятого года, после вспышки эпидемии среди местных жителей, отчего заразилось и погибло много заключенных, мною было принято решение о создании нового захоронения в пещере на соседней горе. Просьба в ближайшие сроки сообщить о решение».

Эпидемия? Какие эпидемии гуляли по краю в те далекие годы? Испанка? Холера? Тиф? Ну не чума же?

Интересно, чем закончилась история любви ее однофамильца и деревенской девушки по имени Полина? И что стало с их сыном?

Она отложила письма на стол, зевнула и забралась под одеяло.

Выключив лампу, Инга закрыла глаза. Пожалуй, если Света хотела чтобы она зачем-то попала в развалины этого лагеря, она своего добилась! Теперь любопытство сживет ее со свету, если она, хотя бы не одним глазком не увидит все своими глазами! Ну и если получится, попытается найти отголоски той истории.

И уже засыпая, на грани яви и сна, ей вдруг привиделась Полина. Она смотрела на нее печально и даже как-то виновато, словно знала о чем-то таком, что ждало Ингу в будущем. И ей было очень жаль, но, не предупредить, ни исправить она не могла.

 

 

Год назад.

 

Поезд прибыл на долгожданную станцию около шести утра. Парни выбрались на раскрашенный рассветными лучами перрон не выспавшиеся и оттого злые.

- Ну и че теперь? – Вован от души зевнул и огляделся. – Где твой проводник?

- Не волнуйся. Будет. Лучше деньги приготовь. Пойдемте, в той закусочной посидим. Алай слово держит и будет там ровно в восемь. – Череп закинул на плечо рюкзак и первым направился к трем столикам, спрятавшимся под большим прозрачным навесом, над которым гордо красовалась надпись: «Шашлыки, пиво, манты».

Алай действительно пришел, как и обещал. Ровно в восемь. Даже без двух минут.

- Череп-джан?

- Ала-а-ай! – Череп подскочил и стиснул в медвежьих объятиях невысокого, загорелого до черноты алтайца. – Спасибо, что не заставил ждать!

- Не в моих правилах, Череп-джан! – С достоинством ответил тот и оглядел таращившихся на него туристов. – Это вся твоя команда?

- Да. Мало? – Череп снова сел на свое место и притянул уже початую бутылку пива.

- В самый раз. Как бы много не было! – ухмыльнулся Алай в усы и заторопил. – Ну что, пойдемте? Горы промедления не любят. Сейчас солнышко, через час – гроза.

- Так мы еще пиво не допили, манты не доели… - возмутился Бодя.

- И хорошо, что не допили! Для удачного похода голова должна быть ясной, а печень чистой. – Снова ухмыльнулся Алай, развернулся и, буркнув «Жду в машине», направился прочь из закусочной.

- Лао-дзы, блин, хренов! – фыркнул Вован, доел последний мант и одним глотком выпил остатки пива. – Вот теперь и на поиски сокровищ можно отправляться!

- Ты че, дебил? – осадил его Алекс. – Ты всем еще об этом расскажи. Особенно тому узкоглазому, что нас к ним согласился подкинуть. Вот мужик обрадуется…

Растянуть удовольствие не получилось. Парни как-то разом поднялись и, оставив на пластиковых тарелках остатки завтрака, молча побрели к выходу.

- Эй, уважаемые! – Тут же окликнул их Алай, копошившийся у старого, с брезентовой крышей уазика. – Сюда, пожалуйста.

- Алай, на, тебе на бензин, и за то, что доведешь до места. Остальные получишь, когда через неделю мы будем здесь все в целости и невредимости. – Череп отсчитал и сунул ему пачку купюр. – По рукам?

- Неделя? – Проводник забрал деньги и задумался но, почти сразу же кивнул. – По рукам. Только моя еда за ваш счет. Машину можно оставить неподалеку от переправы. Только она старая. Мост старый. Новый делают. Уже год! Когда доделают – не знаем. Можно конечно до него дойти, узнать. Вдруг сделали?

- Думай сам. Переправа – не наша проблема! Это то, что входит в твою оплату, – мило оскалился Череп, сунул алтайцу в руки рюкзак, и, открыв дверцу, сел на переднее место. И только после этого поинтересовался у столпившихся у машины друзей: – Ну, а вы чего стоите?

Парни переглянулись.

Алекс подошел и, забрав у проводника рюкзак Черепа, спросил.

- Куда вещи положить?

- А в багажник. Он у меня как раз пустой! – Алай будто очнулся, засуетился, открывая дверцу. – Кидайте.

Вскоре парни погрузились, и устроились на заднем сидении. Алай, включил радио и под попсовую мелодию бодро покатил по улицам просыпающегося города.

Розыгрыши
и конкурсы
Эксклюзивные
предложения
Только интересные
книги
Скидки и подарки
постоянным покупателям