0
Корзина пуста
Войти | Регистрация

Добро пожаловать на Книгоман!

Или войдите через:


Новый покупатель?
Зарегистрироваться
Главная » Шептунья » Отрывок из книги «Шептунья»

Отрывок из книги «Шептунья»

Автор: Овчинникова Светлана

Исключительными правами на произведение «Шептунья» обладает автор — Овчинникова Светлана. Copyright © Овчинникова Светлана

Пролог

- Отчего вы так нерешительны, господин Вернет? – с лёгкой ухмылкой вопросила посыльная, расслабленно восседая в кресле. – Неужели так смущают условия?

- Ваши условия – воплощение милости, - отозвался седоволосый Робен Вернет, поджав губы.

         До смущения ему не было дела, но выбор, что он должен был принять, представлялся насмешкой. Все его дочери, способные исполнить указания главы Багряного клана, давно имели договора на свободу. Старшая Вероника чуть больше чем через неделю должна была выйти замуж, и смена жениха грозилась стать серьёзным вызовом порядкам общества. Две дочери младше обучались в магической школе, и по постановлению магического департамента, к которому относились, считались свободными от брачных контрактов. Их нарушение неизменно вело к недовольству и порицанию, но требования главы самого признанного в Империи вампирского клана не оставляли выбора. Робен должен был решить кто.

         Кто из них? Корнелия или Синдия? Самая младшая из них восхищена магами крови, но готова ли к семейным трудностям, что ждут её с вампиром? А Корнелия, от одного упоминания её начинает бить дрожь, но…

         Владелец самых крупных банков во всей Империи, глава обширной сети лекарских лавок и отец четверых детей сдвинул брови. Воспоминания давних лет снова обожгли его.

         Она сможет. Выдержит, несмотря ни на что. Обязана.

- Могу я уточнить судьбу дочери?

         На привлекательном лице вампирши проявилась улыбка, и Робен Вернет напрягся.

- К чему интерес, господин? – протянула она ласково, сверкая хищными глазами. – Её дальнейшее существование – не вашего ума дело. Не забывайте: она – залог вашего благополучия, официальный держатель щедрого приданного и всего лишь пункт в контракте. Но не предложите её – и последствия ваших увлечений, - от выразительного молчания по спине Робена пополз мороз. Тепло-оранжевые глаза вампира обагрились кровью. – Будьте уверены, мой господин не прощает подобного.

         Робен Вернет сглотнул. Он знал, какую силу имеет угроза.

- Не осмелюсь опровергнуть, - опустил мужчина взгляд. – Я предоставлю вам всё, что просите. Однако… могу я надеяться, что господин Кельн присоединится к нам завтра на ужин?

- Можете, господин Вернет, - с ухмылкой подтвердила посыльная, поднимаясь.

         Хозяин дома тут же подскочил, торопливо склонившись.

- Благодарю! Льюис вас проводит.

         Вампирша пренебрежительно хмыкнула и молча покинула комнату, не дожидаясь дворецкого.

 

Глава 1. Сомнительная перспектива

 

         Приятная на ощупь трава щекотала ладонь. Незримые импульсы срывались с пальцев, пробегались по узким листьям, устремлялись к корням и переходили на соседние растения, пускаясь дальше. Плотная связующая сеть раскрывалась передо мной и тянулась во все стороны, желая исследовать всё больше.

         Вот, совсем рядом тонкий стебель обвили крохотные ножки, что торопливо поползли вверх. Неподалёку под прижатую к земле траву забрался паучок. На ранний солнечник, раскрывший с рассветом желтую бархатную головку, села бабочка. Импульс поднялся по мохнатым лапкам, к брюшку, к груди, к нежно-сиреневым крыльям, голове, хоботку и усикам, и ушел в сторону. Тут и там он высвечивал маленьких обитателей, и я с улыбкой наблюдала за ними и исследовала.

         Подул ветер, закачалась молодая зелень. С листка сорвалась пятнистая коровка, раскрыла на миг крылья и оказалась уже на белых гольфах, а после и голубой ткани ученического платья. Я улыбнулась шире, не раскрывая глаз.

         Сидящая рядом Мэй не чувствовала поползновения. Как и никто из группы, что сидели поблизости в наклонной неподвижной позе «земляного касания». Да и какое им было дело до неугомонных, едва ли заметных пятнышек живой энергии? Их уровень значился куда выше моего. Земля, все её частички, составляющие – управлять и чувствовать их считалось высшим проявлением земляного дара. Мой переступал опасный порог бездарья едва-едва.

         Действительно, куда отнести способность чувствовать какие-то травки, мелкую живность и некоторые поверхности, что касались растений непосредственно? В воздушные и водяные направления мне не стоило и соваться, что уж говорить про огневиков. Но, в общем и целом, положение в школе меня устраивало.

         Я всё же маг! Пусть несколько не до конца, но какая кому разница? Будущее выбирать мне, подходящее занятие непременно найдётся. Неспецифические специалисты тоже могут иметь востребованность.

         Кивнула сама себе.

         Определённо. От красивого сада мало кто откажется. Да и грызунов отогнать смогу, если постараться. Однако с ними сложнее, чем с теми же насекомыми.

         Я вернулась к пятнисто-красной коровке, ползущей по талии Мэй, и шепнула губами:

- Лети.

         Она тут же раскрыла крохотные крылья и взмыла вверх. Я легко улыбнулась. Мелкая живность давно была послушна мне, однако раскрывать тайну об этом страшилась.

         Что за кровь во мне намешана? Отчего силы не относятся ни к одной известной? Неужели в моих предках значился кто-то кроме людей? А может, они и вовсе связывались с грязнокровками, так называемыми заклинателями?

         Какие бы способности не перенимали дети от множественного смешения кровей, в высших кругах таких носителей считали плодом неприличным и всячески принижали. Благословлением было считать, если ребёнок от разных рас оставался без дара вовсе. Мой же дар, к великой радости, можно было отнести к магам стихий, которыми могли становиться лишь люди. Да и род моей семьи относился к знати, чью родословную вели едва не издревна.

         Велика ли вероятность грязной крови во мне? Есть только две допустимые, но от кого?

         Я рассуждала об этом редко, но допускала, что могла иметь что-то от магов жизни, способных исцелять кого угодно. Да только могла ли течь во мне кровь самой таинственной и закрытой расы эльфов? Управление букашками и травками едва ли являлось их профилем. С большей вероятностью можно было сказать, что способность моя от магов крови – вампиров, в чьей власти было управлять другими через их кровь. Ведь, несмотря ни на что, я не могла упускать из виду свою особенность управлять живительными потоками в растительности, насекомых и маленьких животных.

         Впрочем, я старалась не думать об этом. С не меньшей вероятностью можно было предположить, что стихия земли изначально было во мне слишком слаба и нестабильна. Такое случалось. Пусть почти никогда, но…

         Я отбросила рассуждения и сосредоточилась, стараясь расширить границы ощущаемого до предела. Импульсы вырвались из тела друг за другом. Растения по листьям и корням разнесли их по заднему школьному двору до ближайшей белой ограды и почти до стен трехэтажного здания. Шесть выделяющихся пятен выросли на зелёной территории закрытыми, недоступными оболочками. Пятеро сидели, скрестив ноги и дотрагиваясь руками до земли, одна фигура стояла в отдалении.

         Голова налилась тяжестью. Копошение маленьких существ, шевеление травы на слабом ветру, смена положения у оболочек – удерживать в сознании каждую деталь становилось сложнее с каждым мгновением. Я прикусила губу.

         Я смогу! Ещё чуть-чуть.

         Резко перестало хватать воздуха, и я жадно вдохнула, осознав, что задержала дыхание. Снова.

         Концентрация распалась. Я откинулась на спину.

- До чего утомительно!

         Грудь поднималась высоко и быстро. Над головой синели небеса. Белые перистые облака плыли куда-то вдаль, широко огибая яркое летнее солнце. Оно, будто недремлющий надзиратель, стояло высоко и спускалось к горизонту будто неохотно. А так хотелось скорее уйти с занятия!

- Чем вы занимаетесь, Корнелия? – суровый голос рассек беспечность словно удар молнии на чистом небосклоне. Непроизвольно вздрогнула и скосила глаза на едва не летевшую ко мне наставницу.

         Оп!

         Захотелось слиться с безмятежно колышущейся у лица травой, но от пристальных глаз не скрыться и так. Даже если бы это было возможно.

         Натянула глупую улыбку вины и сожаления. Поднимать голову, весом никак не меньше всего остального тела, не представлялось возможным.

         Может, обойдётся?

- И половина занятия не прошла, а вы уже позволяете себе расслабиться? – очень уж прозрачно намекнула она на мои «выдающиеся» способности. – Примете правильное положение и тренируйтесь. Тренируйтесь, Корнелия!

         Я вздохнула со всей обречённостью и поглядела на одногруппников, что тайно косили на нас взгляды и усиленно изображали усердную работу дара.

- Травы не обеспечат вас работой и не спасут от нападений, Корнелия. Всё ваше будущее зависит от уровня дара, - нравоучительно вещала Розали Вайлер, и я поджала губы. Она вздохнула. – Слабым магиням – место у плиты. Этого вы хотите?

         Волей-неволей, а глаза тут же нашли её.

- Тогда продолжайте тренировку.

         Резко развернувшись, она зашагала на наблюдательский пост, а я с безмолвным стоном подняла голову и разместилась в «земляном касании». Для надежности углубила кончики пальцев в почву.

         А вдруг в этот раз получится?

         Но чёрный, глухой монолит земли не ответил и шепотом. Я не чувствовала его и не видела сознанием. Недосягаемый и безмолвный. Не то, что травы. Невольно вернула часть внимания им, и они будто сами потянулись ко мне, качнулись в мою сторону, потянули внутрь себя, невнятно шепча и обещая, и я поддалась. Секрет их жизни вновь стал доступен, скрытые процессы понятны и увлекательны.

         И отчего никто не ценит этого? Почему отойти от четырех стихий так позорно? Ведь это же такое чудо…

         Я изучала внутренние течения растений со всем вниманием, однако экспериментировать на занятиях не решилась. А под конец и вовсе вытянула сканируемую сеть за угол белокаменного школьного здания поближе ко входным воротам и попыталась выудить из памяти земли короткие отрезки прошедшего.

         Опытный маг земли запросто мог бы считать память земли и даже каменной тропы, но куда мне? За двенадцать лет тренировок только травы и разнообразные цветы, щедро рассаженные по главному двору школы, дали знать, что те остались неприкосновенны другими учащимися школы.

         Что ж, может, мы выйдем и не самыми последними?

- Время вышло.

         Я тут же распахнула глаза и нетерпеливо поднялась на ноги, отряхивая голубое платье и поправляя тонкую мягкую ткань гольф.

- Ирек, Моверик и Вайолет по пятерке за полугодие. Оливер и Мэйлин по четверке, ну и Корнелия, - затянула она привычно, бросая на меня тяжелый, наставительный взгляд, который, допускаю, казался ей стимулом стараться лучше. - Тройка, Корнелия.

         Я покачала головой, будто жалея и намереваясь подтянуться. Ну, как всегда.

– Надеюсь, вы достаточно благоразумны и два месяца каникул проведете в ежедневных тренировках. Уже в следующем году вам предстоит поиск работы по вашему направлению, и чем лучше будут ваши результаты в этой области, тем выше будет цениться ваша работа. Надеюсь, вы это понимаете? - требовательно вопросила она у нас, и мы послушно закивали в ответ. Не слишком правдоподобно – нам всем натерпелось уже оказаться за воротами школы, но домогаться до нас она не стала. – Можете идти.

- До свидания, Розали Вайлер, - почти хором попрощались с наставницей и в сдержанном беге покинули задний двор школы.

- Ну наконец! - облегченно выдохнула я, выходя за ограждение незаменимого в этом городе учреждения по обучению стихийников.

- Ни говори, - подтвердила Мэйлин, подстраиваясь под шаг и вдыхая тёплый, ароматный воздух цветущего лета так, будто до этого он был недоступен. – Теперь-то можно будет отдохнуть, как следует.

         Я посмотрела на неё с интересом.

- Уже что-то придумала?

- А то! – ясные голубые глаза Мэй сверкнули энтузиазмом и неутолимой жаждой к приключениям. – И знаешь что?

         Её бровки заиграли, словно бросая вызов: «Ну, ну, знаешь какой у меня план?»

- Так и знай, в сад Его Величества я больше не полезу! Ни за что! – предостерегающе вскинула палец, и подруга недовольно скорчилась. А как заметила недалеко от ворот не слишком-то решительного белобрысого поклонника со старшего курса, так её вовсе перекосило.

- Э-э, - пренебрежительно бросила она в его сторону, ускоряя шаг. Я засмеялась, толкнув Мэй локотком.

- Трусиха. Думаешь, догонит?

         Оно поморщилась, но шаг не сбавила.

- Сама-то. Только разочек нос за ограду сада сунула, а уже в его сторону смотреть боишься.

- И ничего не боюсь. И вообще, там не ограда, а стена.

- Да-да, и псы там не псы, а адские гончие.

- Итэри не слишком-то отстают от них, - намекнула я на жуткие острозубые пасти тех четырёхногих охранников великолепного сада, что едва не лишили меня трепетно любимых конечностей.

         Правда, собранные в саду Его Величества цветы, травы, кустарники и деревья из разных уголков империй и далёких земель привлекали неимоверно. От того и рискнула. Не напрасно. Я запомнила хоть и совсем крохотную часть растений, но будь там хоть одно-одинешенько – не пожалела бы и тогда. Единственное, что всё усложняло – защита сада. Нам едва удалось ускользнуть от сторожевых в самый последний момент. А ещё чуть-чуть, и приятного оказалось бы совсем мало.

- Нас бы всё равно не съели, - отмахнулась Мэй от оправдания. – Отругали бы после или наказали чуток, не велика потеря за такой-то шанс. К тому же, разве тебе не хотелось обследовать то чудное деревце знаний?

         Поморщилась. Вечно цветущее дерево, чьи горькие чёрные ягодки при разжевывании давали ответ, весьма расплывчатый ответ в виде видений и всего на один вопрос, осталось нерешенной загадкой.

         И откуда взялись в ней такие свойства?

- И разве ты получила ответы?

         Я поглядела на подругу с сомнением.

         Предложение было соблазнительным. Очень.

         Прикусила губу и вздохнула.

- Приглашаешь продолжить?

         Мэйлин счастливо заулыбалась, обхватывая мой локоть и притискиваясь поближе.

- В этот раз давай так: ты сканируешь территорию, я создаю под стеной тоннель и земляные летающие платформы, и мы добираемся на них… да куда захотим. Эти псы во второй раз нас ни за что не учуют!

- Или не достанут, - хохотнула я, представляя картину во всех красках. - А как слаженно станет бежать к нам охрана Его Величества, эм-м, просто дух захватывает!

         Мэйлин улыбнулась хитро и загадочно.

- Конечно, ведь в его охране только лучшие. Вроде эльфов.

         Я тут же стрельнула в неё взглядом.

- Это запрещённый приём, Мэй!

         Она расхохоталась последним злодеем.

- Так ты идёшь?

         Хоть и знала, что мы сделаем всё, чтобы с ними не встретиться, сердце застучало быстрее.

- Ещё бы! Не умирать же тебе в их объятиях одной!

         Мы смеялись и болтали весь путь от центра Стенбурга, где размещалась школа, до четырехэтажного белокаменного дома, где проживали все далеко живущие от города одарённые ученики школы. Но сразу внутрь не зашли. Рядом с дверью на скамье сидела Синдия со служанкой. Они разговаривали тихо, но так оживлённо, что я сразу заподозрила неладное. А как младшая сестрица увидела меня, страшное подтвердилось.

         Случилось что-то невероятное.

         С живыми горящими глазами она подскочила ко мне и едва не переломила косточки в сжатой ладони.

- Корне, Корне, тут такое произошло! Скорее собирай вещи! Папа уже прислал коляску до дома, - щебетала она, вся трясясь от неясного счастья. – Сегодня к нам на ужин приезжает господин Сентьон Кельн! Господин Кельн собственной персоной, представляешь? Представляешь?!

         Я тут же нахмурилась.

         Зачем главе следственного департамента Империи посещать нас лично? Папа что-то натворил? Да нет, тогда бы с ним не церемонились… но зачем?

         Догадка пришла следом, и я усмехнулась.

         Ну да, конечно, что может быть нужно вампиру от держателя самых крупных банков крови? Но зачем приглашать его на семейный ужин? И зачем на нём нужны мы?

– Представляешь? – не могла поверить в такую удачу Синди. – Наверняка они с папой заключат какую-нибудь важную сделку. А может, - она понизила голос, облизнув пухлые губы, - может он и вовсе хочет посмотреть на нас и выбрать невесту?

         Невольно содрогнулась.

- Не говори напрасно, Син, - остановила её бурные восхищения. – Этот вампир холост десятки лет, думаешь, ему вдруг захотелось окольцевать себя? На девице, даже не окончившей магическую школу? Зачем бы? А договор на постановление партий крови они могут заключить с папой и так.

         Синди недовольно нахмурилась.

- А вдруг они намерены совершить особенно крупную сделку и передать, допустим, часть банков через приданое? Такие контракты всегда подтверждаются брачными союзами, если есть свободные от уз дети или свободны сами стороны договора, - вызывающе напомнила сестра, и недовольно скривилась уже я.

- И с чего отцу на такое соглашаться? Думаешь, он по доброй воле захочет расстаться с большей частью банков? Вот уж сомнительно, - хмыкнула я. – Да и к чему господину Кельну компрометировать себя подобным браком? Вампиры не могут напрямую управлять банками крови, а если женится на держателе – слухов не избежать, - добавила решающий аргумент. – Сомнительная перспектива с какой стороны не посмотри. Не стоит мечтать напрасно.

         Син обиженно поджала губы.

- Да много ты знаешь! Папа, может, пригласил его для меня!

         Я не стала отвечать, и Синди, мгновенно истолковав всё против горячей любви, недовольно пождала губы. Поглядела, будто желая услышать подтверждения, развернулась и зашла в дом молча.

         Боже, и откуда в ней эта любовь? Представить не могу чем эти кровососы могут быть столь привлекательны. Да, их способности вызывают восхищение, но пугают не меньше. Их облик прекрасен, если не брать в расчёт хищность их черт и манер. К тому же все они пьют кровь живых существ! Из людей! Питаются нами! Пусть обязаны приобретать её из банков крови. Да ещё и, говорят, способны управлять, попробовав хоть каплю крови…

         Меня передёрнуло.

         Кошмар и величайший ужас!

- Кажется, приключений у тебя будет достаточно и без сада, - оценила ситуацию Мэйлин, и я подтвердила хмуро и недовольно:

- Кажется.

- Что ж, терпения тебе. Прогуляемся как-нибудь в следующий раз.

- Угу, - задумчиво буркнула в ответ, и мы вместе вошли внутрь здания.

         Учеников в каждом новом потоке по четырем стихиям ежегодно набиралось не больше двадцати человек, выпускалось примерно столько же, а жили за пределами города из всего потока и того меньше. Так что каждый ученик располагался практически в полноценной городской квартире. Некоторые, но не все, делили комнаты со слугами. Мне дополнительный контроль не нравился, хотелось самостоятельности, свободы, и я чудом упросила родителей не приставлять ко мне служанку.

         Сбор вещей в дорогу не занял и пяти минут. Кроме парочки книг и некоторых мелочей, брать оказалось нечего. Да и зачем? В доме есть всё, что нужно. Необходимая литература и даже запасная школьная форма с эмблемой Земли в виде узорчатого кружка, внутри которого стояли величественные глыбы камня рядом с низкой травой.

         Свободного времени оказалось много. Слишком. И неприятные размышления забрались в сознание.

         Зачем имперскому следопыту понадобилось посещать нас? Зачем отец устраивает ужин ради этого?

         Предположения Синдии не давали покоя.

         Незначительные сделки и договоры решаются без участия других членов семьи. Значимые – через брак, но к чему моё присутствие? Даже если допустить, что Сентьону Кельну безразлично мнение общества – браки магов возможны только по их согласию. На подобное способна решиться лишь Син – зачем на ужине я? Для комплекта?

         От предчувствия не находила места, вышагивая по комнате и кусая губы.

         Всё это дурно пахнет. Какие бы цели не преследовал вампир – ничего хорошего из этого не выйдет. А может… у отца проблемы?

         Холод пополз по спине. Замотала головой, обхватив плечи руками.

         Нет. А даже если так – стал бы глава следственного департамента вести светские беседы в кругу семьи? Но зачем тогда?! Или… у него пока нет доказательств? Выискивает их таких образом?

         Дверь распахнулась без стука. Сердце дрогнуло, и я глянула на вошедшего почти испуганно.

         Боже Всемогущий!

         Сестра тут же виновато потупилась.

- Коляска ждёт, – в сдержанном нетерпении сообщила младшая, ещё не отойдя от обиды. – Ты собралась?

         Едва кивнула, как Син заулыбалась и побежала вниз.

- Давай скорее!

         И мне ничего не оставалось как последовать за ней, а после сесть в коляску и около часа трястись по дороге в родовое поместье в компании возбуждённой сестры и её служанки.

 

Глава 2. Кольцо дракона

 

         До начала ужина оставалось около часа. Прическа давно была готова, платье надето, а нервы расшатаны догадками. И единственное утешение виделось в прогулке по саду.

         Синди, как я и предполагала, не могла усидеть на месте и минутки, сгорая от любопытства и желания встретится с великим и прекрасным Сентьоном Кельном. Не переставая что-то поправляла в волосах и, если замечала неверно лежащий локон, жутко нервничала и суетилась. Сбежав от впечатлительной сестры под незначительным предлогом, направилась в самое уединённое место.

         Размышляя о превратностях судьбы, неспешно шагала по коротко стриженной траве, интуитивно сканируя поверхность земли на изменения и непрошеных гостей. К счастью, я находилась в нём одна, и помешать заняться любимым делом никто не мог.

         Бодрым шагом направилась к ближайшим кустам белых роз, наиболее податливым к цветовым изменениям.

         С несравненным удовольствием и желанием я каждый раз пыталась сменить цвет бутона перестройкой внутренней структуры цветка. Вначале они довольно часто увядали всего через пару минут вмешательства, но со временем, особенно когда с помощью дарованной магии могла сравнивать разные расцветки у одних и тех же растений, те стали принимать самые различные оттенки. К сожалению, выяснить, что именно заставляет принять их тот или иной цвет, я так и не сумела.

         Вот и сейчас я сделала незаметные обычному глазу преобразования, и белый бутон стал постепенно приобретать тёмно-фиолетовый оттенок. Гладкие лепестки, без дополнительного контроля, стали нежно-бархатистыми.

- Какая прелесть! – воскликнула с восхищением. – Надо обязательно показать маме.

         Осторожно перекрыла поток питательных веществ на половине длинного стебля, а после и вовсе заставила несколько миллиметров быстро истлеть. Всего пара мгновений, и у меня в руках лежал новый вид роз.

- До чего чудесно! И почему такое преображение не может быть востребованным? У меня определённо получится стать достойным магом, - счастливо заулыбалась я и, окрыленная успехом, легким бегом покинула вечерний сад.

         Найти маму сразу не удалось, зато наткнулась на сурово шествующего от кабинета отца.

- О, папа? - удивилась я, едва не спрятав розу за спину. Он не любил, когда я занимаюсь магией не по положенной стихии. Он свято верил, что земля – моё истинное предназначение. Говорил даже, что я одна из сильнейших, его сокровище и путь к славе на всю Империю. Только всё это было в далёком прошлом, когда силы мои только-только стали проявляться.

         Теперь всё было иначе.

- Снова развлекаешься в саду? – спросил он, хмуро оглядев цветок. – Разве я не просил быть более…, впрочем, не важно. Я искал тебя. Проходи, - указал он на дверь кабинета, и я почувствовала неладное.

- Зачем? Скоро начнётся ужин, не нужно ли нам быть там до приезда гостя?

- Успеется, дочь, проходи.

         Он отворил дверь, и я прошла вперёд с немалым недоумением.

- Что-то случилось, пап? Что-то серьёзное?

- Случилось. – Я тут же оглянулась на него, не войдя. – И хотел бы ввести тебя в суть дела до ужина. Давай же, не стой на пороге.

         Я прошла.

- О чём ты…? – хотела уточнить я, как заметила на одном из кожаных тёмно-коричневых кресел мужской силуэт.

         Мне хватило доли секунды, чтобы узнать его. С выразительными скулами, грубым подбородком, с узкими губами и чуть заострённым носом он приковывал взгляд мгновенно. Он казался худым, но я нисколько не усомнилась в его силовом превосходстве над человеческими мужчинами. Его поза источала расслабленность и грацию, свойственную лишь прирождённым аристократам. Но хищные черты лица и взгляд…

         Руки ослабели.

         Сентьон Кельн. Глава Багряного клана вампиров. Первый следователь Империи и правая рука Императора.

         Мне стало дурно мгновенно. Сердце ухнуло вниз, едва не остановившись. Я задрожала, вновь вспомнив день открытия дара. День, когда ненависть и страх к вампирам стали неразделимой частью меня.

- Корнелия, я хотел познакомить тебя с господином Кельном до объявления, - начал отец, отведя меня от единственного выхода и закрывая дверь. – Мы заключили с ним крупную сделку, и теперь, моя дорогая дочь, ты станешь его невестой.

         Мне показалось, я ослышалась.

- Что? – пролепетала едва слышно. – Невестой? – горло пересохло, но я выдавила невероятное: – Я?

- Ты, Корнелия, кто же ещё? – спросил он сухо, будто и вовсе ожидал, что я разойдусь в благодарностях. – Как старшая незамужняя дочь наш контракт утвердишь именно ты.

         Я окаменела, не в силах поверить в услышанное.

         Отец отдал меня вампиру? Не Син, меня?!?

         Сердце забилось так часто, словно вздумало вырваться из груди и сбежать, не желая чувствовать.

         Почему? Он ведь знает! Один он прекрасно знает о том дне…

         Я не хотела принимать реальность. Невозможно больно было принять её. Хотелось нервно рассмеяться, сказать, что шутка невероятно глупая, напомнить, что у меня есть право выбора, я маг, в моей власти отвергнуть решение – нужно лишь известить магический департамент и…

         Но слова застряли в горле.

         Внимательные, поразительно холодные янтарные глаза смотрели на меня будто из самого прошлого. Я почти слышала крик, что вырывался из меня с диким ужасом так давно, почти видела, как стекает с его тонких губ тёплая кровь, почти видела, как падает за его спиной обескровленное тело.

         Нет. Я не стану его невестой, отец не может заставить меня…

- Ты станешь прекрасной женой и удачным залогом репутации нашего рода, дочь, - озвучил вдруг недопустимое родитель, одобрительно хлопнув по плечу и поспешив к столу. – Ты – наша надежда, и только тебе одной я готов передать главное дело жизни – банки по всей Империи. Уверен, ты справишься лучше кого угодно.

         Я оторопела. В груди защемило от предчувствия.

         Не может быть. Не может быть, чтобы отец по собственному желанию отдал самое дорогое какому-то вампиру. Ещё и через брак! Через брак со мной, не с Син! Недопустимо. Невозможно! Отец ни за что не стал бы так поступать со мной…

- И сейчас мы закрепим контракт помолвкой, - сердито глянул на меня Робен Вернет, и ноги едва не подвели меня, ослабнув.

         Отец продал меня… определённо точно продал. И кому – вампиру? За что?! Что пообещал ему этот кровосос взамен на банки крови? Убрать соперников в лекарских лавках? Обеспечить землями, замками, великолепным будущим или что? Взамен чего он отдал меня существу, вызывающему панику от одного лишь взгляда?

         С кресла поднялся Сентьон Кельн. Не спеша, лениво, но всё во мне всколыхнулось от ужаса. Он двинулся ко мне, и я отступила. И побежала бы, но ноги налились тяжестью, а тело сковало. Вампир растянул губы в улыбке.

- Что такое, госпожа Вернет, вы не готовы принять предложение? – Неведомым образом он оказался рядом и поднял непослушную ладонь. Не переставая смотреть в глаза, коснулся её в поцелуе.

- Что вы, - выдохнула судорожно, боясь шевельнуться и раскрыть нахлынувший ужас. – Как можно…

         Отказать ему не поворачивался язык. Мне думалось, он вцепится мне в шею, пророни я хоть слово против. Но…

         Предложение чего? Руки и сердца? Стать хозяйкой его замка? Или, быть может, предложение стать добровольной кровепускалкой? Впрочем, думается, отец уже обговорил мои обязанности.

- Действительно, нельзя, - бесцеремонно отозвался он. – Позволите?

         Вампир повёл рукой, и в его пальцах оказалось кольцо. Дракон с изогнутым хвостом глядел на меня изумрудами, так схожими с цветом моих глаз. Будто знак свыше, предназначение, насмешка Вездесущего.

         Отказ не имел смысла. Без слов едва заметно кивнула, и большое на вид кольцо уже тяжелело на пальце. Мне стоило опустить вниз руку, и оно слетело бы, но только я подумала об этом, как дракон дрогнул, выгнулся и вонзил вдруг блеснувшие красным клыки в основание пальца. Я вскрикнула и выдернула руку из мужской ладони. Острая боль в мгновение разлилась по телу неясным покалыванием. Дракон впитал кровь и замер, будто и не двигаясь.

         Что это за магия?!

         Дрожащей рукой коснулась маленького, такого нежного на вид дракона и воспылала желанием сорвать его во что бы то ни стало.

         Он не должен быть на мне!

         Я сжала его со всей силы, потянула вниз, как неожиданно прохладные длинные пальцы накрыли мои.

- Не нужно бояться, моя дорогая, он всего лишь признал в вас хозяйку и утвердил мой выбор, - насмешливо протянул жених, глядя на меня вызывающе янтарными глазами. – Не пытайтесь снять его. Контракт заключён, и пока я не дам согласия, кольцо останется с вами.

         Многозначительная улыбка на тонких губах пробрала до дрожи.

         Он ни за что не даст его. Пока не передумает, пока не решит, что игра со мной ему наскучила!

- И не думала, - сумела выдать, не поднимая глаз.

         Может, врунов он не переносит на дух?

         Вампир ухмыльнулся, разглядывая.

– Подожду в гостиной, - спешно отозвалась и вопреки всем приличиям без согласия бросилась из кабинета.

         Сердце стучало в безумном темпе. Тело дрожало словно от холода, и всё казалось, будто за спиной вот-вот возникнет фигура из самого пугающего кошмара.

         Слёзы страха и обжигающей обиды покатились по щекам.

         Всемогущий, как так вышло? Почему отец выбрал именно меня? Почему я должна трястись от ужаса, когда Син могла бы трепетать от счастья? С чем связан выбор? Неужели… неужели из-за того, что я не оправдала надежды в магии? Или из-за того, что отец до сих пор считает виноватой в тяжелых болезнях матери после моего рождения? Из-за чего на самом деле?!

         Размазывая непрошеные слёзы по лицу, быстрым шагом направлялась в спасительный сад, чтобы успокоиться и вернуться. Несмотря на всё, на ужине моё присутствие было необходимо. Я помнила, каким отец бывает в ярости, помнила, какую пустоту внутри рождают антимагические браслеты, купленные для меня, и не смела противиться.

- Да пусть бы все они пропали без следа!

         Первый попавшийся ворсистый листок я сорвала наспех и приложила к глазам нетерпеливо. Он впитал влагу лучше любого материала, но, когда отняла его от лица, он почернел и иссох.

- Ах! Снова?!

         Глянула под ноги, и судорожно втянула воздух. Трава подо мной жухла и стремительно темнела за считанные мгновения. Прекрасные цветы сжимались и тлели, сбрасывая омертвевшие листья.

- Нет, - осела я, припав к земле. – Не нужно, я злюсь не на вас, - прошептала сквозь слёзы, выпуская сканирующую сеть по саду. Он не должен был снова исчезнуть из-за меня. – Зацветите вновь.

         Я прикрыла глаза, вспоминая и воспроизводя структуры любимых, давно изученных растений. Вслед за мыслью образовывались семена, проклёвывались ростки и распускались цветы и травы, пряча под собой погибший пласт. Вместе с ними и я будто наполнялась новой жизнью.

         Открыв глаза, вдохнула полной грудью и встала, наполненная сил.

- Что ж, каков бы не определили мне путь, так просто я не дамся.

 

         Я успела вовремя. Только вошла в гостиную и присела на стул рядом с пианино, за которым играла Синдия, в комнату вошел отец, впуская следом и вампира.

- Надеюсь, не утомились в ожидании? – спросил Робен Вернет с непринуждённой улыбкой, не требуя ответа и проходя во главу длинного стола в центре.

         Члены семьи, до этого сидевшие по краям от пианино, собрались у стола. Мама напротив отца, брат Надин через место по правую руку, а Вероника, я и Син по старшинству слева. Сентьон Кельн, кажущийся особенно высоким и худым на фоне отца, остановился с ним рядом. В чёрном костюме на бардовой рубашке, прибранными у затылка тёмными волосами и будто вежливой полуулыбкой он представлялся мне незаменимым помощником самого Вездесущего, чуждого здесь.

- Сегодня у нас особенный день, - продолжил отец, обведя всех взглядом. – Сегодня мы с господином Сентьоном Кельном заключили контракт, скрепив его браком между нашим новым партнером по рабочим вопросам, - указал он на вампира, - и Корнелией, счастливой наследницей большей части семейного дела, - гордо произнёс он, и я выдавила улыбку, будто так оно и было.

         Изумлённые взгляды семейства все как один устремились на меня. Мама, такая изящная и всё ещё бледная после продолжительного лечения много лет назад, кивнула, благословляя. Она ничего не могла изменить, и я глянула на стройную Веронику, что совсем скоро также без выбора должна была выйти замуж. Она улыбнулась с поджатыми губами.

         Совсем не так, как Надин напротив.

         С ним мне никогда не удавалось ладить. Вечное противостояние из-за нелепой глупости. Не придумать проще, он считал, будто дар, его возможную свободу и великое будущее отобрала я. Будто своими силами я едва не лишила жизни маму, а после и вовсе присвоила всё внимание семьи – первая магиня в роду! Такое не остаётся без последствий, и он не забывал этого, должно быть, ни на мгновение. А если такое и случалось, то привычка всё возвращала на место. Вот и сейчас на лице старшего брата не было и капли сочувствия, а вместо вежливой улыбки – усмешка.

         Я отвернулась, так и не став смотреть на реакцию Син. Мне не хотелось видеть, что прочувствовала я сама. Впрочем, Синди держалась великолепно на протяжении всего ужина. Несмотря на удар в саму душу, в надежды и мечты, что она так трепетно лелеяла долгие годы. Я боялась даже представить, с какой болью рушится её мир каждый миг. У меня не было столь же страстного желания, и свобода, к которой я так рвалась, рядом с ней будто теряла значимость.

         Так ли я буду несчастна в будущем, как она сейчас?

         Ответ скрывался в мрачном будущем. Едва я представляла совместную жизнь с вампиром, как тело пробивал озноб, и я думала, что хуже быть просто не может.

         Но разве мне одной так невыносимо страшно?

 

         Под конец вечера папа всё же не сдержал похвалы для любимой дочери. Он расписал талант Син к игре на пианино лучше торговца, и Сентьон Кельн предложил сыграть. О, как загорелись глаза Синдии! А как великолепно и непринуждённо она сыграла! Я ни за что не смогла бы, даже если бы умела. Вампир оценил. Казалось, не столько игру звуков, сколько её взглядов. Стало мерзко и обидно, но сестра сияла ярче солнца, будто ничего не поняв. Или отчаянно надеясь...

         Когда же бесконечные часы гостеприимства подошли к концу, я едва сидела на месте.

- Мы очень рады, что вы удостоили нас чести принять вас сегодня, господин Кельн, - раскланялся ему отец будто перед самим Императором, и я закатила глаза, пока никто не видел. – Смею надеяться, вы остались довольны.

         Вампир к взаимной вежливости был не склонен.

- Вполне.

         Отец, будто осознав, что проявленного уважения недостаточно, глянул в нашу сторону.

- Дочь, проводи будущего мужа.

         Я едва не взвыла, как поразительно наблюдательные глаза цвета заката скользнули на меня. И остолбенела.

         О, папа, за что?! За что ты так наказываешь меня?

         Судорожно сглотнув, вдохнула глубже.

         Он ничего не сделает мне. Ничего не…

         Блеск янтарных, внимательных глаз, едва заметно поднятый уголок губ, и я призналась в самообмане. Он сделает что захочется, даже если кто-то посмеет воспротивиться и рискнуть помочь. Только захочет ли кто?

         Мельком глянула на лица семьи. Ожидание. Недоумение. Гнев.

- Конечно, - покорно склонила я голову, пряча взгляд и едва сдерживая заклокотавшие чувства.

         Ненавижу. За что? Почему именно я?

- Надеюсь, я не затруднил вас? – вежливо поинтересовался подошедший вампир, и я ожидаемо растянула губы в улыбке, оторвавшись от разглядывания пола.

- Что вы, как можно.

         Вам откажешь, и антимагический браслет мне обеспечен. А репутация семьи…

         Не сумев преодолеть себя и подать руку, неучтиво указала путь и первой направилась к выходу.

- Ваша сестра великолепно играет, - продолжил он беседу, не настаивая и шагая рядом. – Вы, наверное, умеете ещё приятнее?

         Приятнее?!

         Холод пополз по позвоночнику.

         Что отец наплёл ему? Что отдал в его власть самое лучшее и прилежное? Так нет, отец, я покажу кого ты продал на самом деле.

- Не хочется разочаровывать вас, господин, но мои умения весьма среднего уровня. Обучение магии занимало меня куда больше, пусть я не сумела достичь достойных вершин и там, - очерняла я свои способности, скупо улыбаясь.

         А вдруг, вдруг он захочет передумать и поменять нас с Син местами?

– А вам хотелось бы, чтобы ваша жена умела играть?

         Вампир глянул на меня суженными, едва не хищными глазами.

- В этом есть практический интерес, - осторожно заметил он, и я решила рискнуть.

- Возможно, вас также интересуют те, кто имеет выдающиеся способности в самых разных областях и имеет, к примеру, подходящий вам чёрный цвет волос, а не каштановый? – намекнула я на свой непримечательный, и вампир протяжно хмыкнул.

- Возможно.

         Я остановилась, собрала всю храбрость воедино и взглянула в пугающие глаза, серьёзно начав:

- Господин Кельн, не хочу показаться невоспитанной и резкой, однако не могу не сказать вам: из меня не выйдет хорошей и достойной вас жены. Во мне нет домашнего послушания, обходительности, и ничего из того, что должны иметь спутницы важных господ. Даже моя магия едва переступает низший порог. Меня неудобно будет брать с собой даже на незначительные мероприятия – я только испорчу вашу репутацию. Я не пара вам, - вещала со всей честностью, и вампир слушал молча. – Имеет ли смысл приближать к себе недостойную? Особенно тогда, когда есть куда более выгодная замена? Моя сестра во многом лучшая партия. Она многое умеет, не даст скучать по вечерам, не будет мешать, когда вам нужен будет покой, и с радостью разделит с вами все горести и печали. Она не испортит вам совместные праздники и сумеет поддержать в нужный момент. Ведь вы видели её, я не вру – всё так и будет, - убеждала решительно, напоминая о влюблённых глазах сестры.

         Не мог же он не заметить желание Синди?

- Если вы попросите, отец не сможет отказать вам. Так давайте не будем отягощать жизни друг друга необдуманным выбором. Что скажете?

         Сердце бухало в груди словно каменное. Кровь бежала по телу с волнением и страхом.

         Что, если он откажет?

         Однако внимательные, пристальные глаза Сентьона Кельна отражали спокойствие и задумчивость.

- Хотите открою вам секрет, Корнелия?

         Я осторожно кивнула, вдруг ощутив, как от его низкого, пробирающего голоса вспотели ладошки.

- Какой бы не была моя супруга изначально, она станет такой, какой её видеть захочу я. Послушной, обходительной – любой, Корнелия. И уверяю вас, моя драгоценная, я вполне способен научить жену хорошим манерам.

         Сколько намёка он вкладывал в возможное воспитание я опасалась даже вообразить.

– И знаете, я, быть может, и согласился бы, но, - он вдруг ухмыльнулся, - мне больше нравятся именно смелые девушки. И по воле судьбы, не иначе, вы показали себя превосходно.

         В одно слишком быстрое для человека движение лицо вампира оказалось напротив моего совсем близко. Я испуганно вздрогнула и отпрянула. Он улыбнулся. Лениво, с превосходством, так, что не сумела даже воскликнуть, когда он обхватил подбородок пальцами и властно поднял его, приближая.

- Мне понравилась ваша речь, госпожа Корнелия. Я, можно сказать, проникся всей душой и очарован.

         Его прохладное дыхание коснулось губ. С ужасом я наблюдала, как он, словно намереваясь поцеловать, приоткрывает рот и приближается, приближается. Казалось, я взорвусь, сгорю и умру на месте с мига на миг, как только он коснётся. Но он лишь улыбнулся, всматриваясь в меня кровавыми янтарями.

- Я не отпущу вас.

         Если бы сердце могло превращаться в пыль от слов, моё бы так и сделало, рассыпаясь частичками безжалостно растертых надежд. Но оно продолжило биться, и я стояла, оглушенная признанием и последствиями, что он пообещал мне.

- Ну-ну, к чему столько отчаяния, моя прелестная? - Пальцем он провел по щеке, словно уже меня усмиряя. – Нас ждёт увлекательная жизнь. Обещаю, я приложу все силы.

         Я отмерла, дёрнулась и оттолкнула своевольную ладонь.

- Не смейте трогать меня.

         Меня застряло от гнева и расползающегося по телу страха.

         Что я наделала?!

         Сентьон Кельн оставался на месте, многозначительно кривя тонкие губы.

- Вы запрещаете законному жениху касаться вас? Как отважно. Я почти готов оставить сдержанность, наставляя вас. – Он оглядел меня снизу доверху, будто подбирал наказание. – Но сегодня я добр, я прощаю вас. И знаете, даже готов оказать маленькую, но крайне важную услугу.

         Я только вопросительно изогнула бровь.

         Что такого крайне важного может сделать для меня вампир при таком-то раскладе дел? Пообещать неприкосновенность? Заверить, что не станет злоупотреблять кровью? А может вовсе откажется от контракта? Сомневаюсь. Он больше ничего не может сделать для меня.

- Вы, видимо, спрашиваете: какую? – усмехнулся мужчина, но дожидаться ответа не стал и продолжил: – Даю слово, что о нашем, - он таинственно улыбнулся, - нескромном разговоре не узнает ваш отец. Ведь вы бы не хотели этого, правда?

         С усилием растянула губы в очередной улыбке.

- Благодарю за понимание, господин! Полагаю, раскрывать вам дверь в мои обязанности пока не входит. Всего доброго.

         Улыбка Сентьона стала шире. Он наклонился ближе снова.

- До скорой встречи, моя отважная невеста, - протянул вампир и, поняв, что в знак вежливости я не подам для поцелуя пальчики, многозначительно ухмыльнулся и вышел.

         Мерзкий кровосос! Как только угораздило дать ему повод найти во мне хоть что-то привлекательное? О, какой провал, какой провал, Всемогущий Боже!

         Едва не плача, направилась в гостиную.

         А Син… как теперь быть с ней?!

 

Глава 3. Сладость надежды

 

         Синди нашлась в комнате. Она лежала на кровати, уткнувшись лицом в стену, и тихо плакала, прикрывая лицо ладошками.

         Закусив губу от досады, молча подошла к постели и села на край. Я не знала, что стоит говорить и нужно ли упоминать о неудавшейся просьбе вообще. Синди могла отреагировать как угодно - при мне не нужно было сдерживаться, - и я боялась, что откровением сделаю только хуже.

- Син, - позвала мягко. – Пожалуйста, не плачь. У отца наверняка были причины…, - прикусила губу, стараясь не поддаться злости снова. – Он сказал мне обо всём перед непосредственным представлением вамп… господина Кельна семье.

         Синди сжалась только сильнее, непроизвольно дрогнув от глухих рыданий.

- Будь моя воля, я ни за что не приняла бы предложение. Ты ведь знаешь моё отношение к его расе. Я поменялась бы местами с огромной радостью, но отец…

         От досады прикусила губу и глянула в белый высокий потолок. Как хотелось мне быть на её месте!

- Думаю, он считает, что выберет тебе ещё более достойного жениха, - проронила тихо, ощущая, как горечь расползается по телу, въедается в плоть и медленно тянет сердце куда-то вниз, во тьму без капли света.

         Почему папа поступил так с нами? За что обрёк на муки сразу обеих?

         Слов утешения не находилось, и я опустила голову, тяжело вздохнув.

         Однако, если бы не мои слова перед уходом вампира, может…

- Прости.

         Жалость сдавливала грудь. Я готова была сама разрыдаться от отчаяния и горечи к себе и нашим неудавшимся судьбам, но не могла позволить себе проявить слабость.

         Синди лежала без движения.

         Может, ей хочется побыть одной?

         Сцепив покрепче зубы, молча поднялась.

         Если так, нет смысла…

         Сестра резко села и схватила меня за рукав. Обычно сияющее от радости лицо краснело от слёз.

- Постой, - сиплым голосом шепнула Син, стирая мокрые дорожки с щёк и смотря так, что отказ казался преступлением. Слабо улыбнувшись, села обратно и притянула сестру к себе.

         Нам обеим было плохо. Однако, как бы не хотелось, в такие моменты я невольно начинала понимать привязанность и любовь отца именно к Син. Её карие, всегда сияющие искренностью и любовь ко всему миру глаза, заставляли загораться такими же тёплыми, яркими мечтами и надеждами. Хотелось, чтобы она горела всегда. Рядом. Возможно, именно это в ней нравилось отцу: её талант ненавязчиво, почти незаметно придавать уверенность, дарить надежду и последний шанс.

         Должно быть, он просто побоялся так быстро потерять свою искорку, испугался, что она угаснет в руках Багрового вампира навсегда. Может, его и стоит простить… ради Синди?

- Ты не виновата, - шепнула вдруг Син, и я едва сдержала хмык.

         Если бы ты только знала, что я наделала, Син!

         Прикрыв глаза, молча кивнула.

         Менять что-либо поздно. Стоит ли разочаровать её ещё больше? Стоит ли давать повод ненароком винить и меня?

         Я чувствовала себя премерзко. Злость на отца, обида за отобранный выбор, вина от того, что не сумела подобрать нужных слов в убеждении Сентьона Кельна – всё это неподъёмным камнем висело на душе.

- Корне, - позвала Синди и, отстранившись, поглядела на меня с осторожной надеждой. – А если попробовать переиграть договор?

         Невольно нахмурилась.

         Переиграть?

- Каким образом?

         Она замялась, поелозила по кровати и ткнула пальчиком в кольцо.

- Этот дракон, он ведь замагичен?

- Ещё как! – хмыкнула, недоумевая.

         К чему она ведёт?

- Может помнишь слухи о бабке Фэй? – я тут же насторожилась. Слухи были прекрасно знакомы и скорее пугали, чем дарили веру в лучшее. – Говорят, она способна снимать практически любые заклятия…

- А также насылать проклятия и играть в вершителя судеб, - добавила с негодованием. – А ещё говорят, будто она служит самому Вездесущему…

- Ну и что? Какая разница? Если только тёмная сторона Всемогущего может помочь нам, разве стоит отказываться? Это единственная возможность. Никто другой такого не может.

         Я пребывала в нерешительности, несмотря на крохотный, но всё же шанс.

- Никто не поможет нам, кроме неё. Неужели ты не хочешь изменить подобное недоразумение? Или не так уж ты и недовольна своим женихом? Хочешь выйти за вампира в самом деле? Больше не боишься?

- Он нравится мне даже меньше, чем до знакомства, - заверила твёрдо. - Но доверять прислужнице Тёмного Бога…

         Син схватила за руку, заглянув в глаза, полные надежд и отчаяния.

- Корне, пожалуйста, прошу тебя, давай попробуем. Ведь хуже не станет. А если мы ничего не предпримем, - сестра всхлипнула, и её губы задрожали, - все наши мечты рухнут. Ты этого хочешь? Или уже смирилась? А что будет со мной? У нас есть шанс всё исправить, давай используем его? Ну, пожалуйста?!

         Я вздохнула тяжело и мрачно.

- Она в другом городе, как мы сможем незаметно приехать к ней?

         Мне хотелось сказать прямо сколь крохотный у нас шанс, но Син расцвела, словно окунулась в живительную воду.

- У нас впереди целый месяц! Скажем па, что поедем в Стенбург, а сами тайно сбежим и заглянем в Кайрит, к Фэй. Она ведь не откажется поменять колечку хозяйку за пару десятков золотых? – лукаво улыбнулась весьма щедрая сестра, и я не стала спорить.

         В общем-то, план висел на волоске, но конечный итог был заманчив необычайно. Навсегда избавиться от связи с мерзким вампиром? Искушение было поистине велико.

         А если ничего не выйдет, кто узнает у кого мы были и что хотели? Едва ли это как-то повлияет на моё положение после провала. А так у нас может получиться хоть что-то. Да и не попробовав, не пожалею ли потом? Вдруг и в самом деле всё может получиться?

         От возможности защемило и скорее забилось сердце. Я судорожно сглотнула, вдруг припомнив обещание вампира.

         Семейное счастье с монстром? Да что может быть хуже?! Но если этот кровосос прознает раньше времени… если обмен придется ему не по душе…

         Непроизвольно вздрогнула. Его слова, так ясно и определённо давшие понять окончательный выбор, зазвучали в ушах.

         Он придёт в ярость, если невестой окажется не та. Но что сможет сделать, если я сбегу, а кольцо будет на Син? Если он действительно планирует заполучить крупнейшие банки крови по всей Империи, ему придётся жениться на одной из нас. У него не будет выбора! Главное, суметь укрыться… И к тому же, разве не по моей вине Сентьон принял окончательное решение? Если бы не настойчивость, его можно было бы уговорить на добровольный обмен…

- Хорошо. Мы попробуем.

         Синди взвизгнула и зажала в объятиях.

- Спасибо-спасибо-спасибо! Ты самая лучшая сестра в мире! – щебетала Синдия, а я подумала, что будет, если мы не сумеет организовать всё до свадьбы Вероники.

         Я была уверена, что отец объявит о такой значимой помолвке как можно скорей и как можно большему количеству знакомых из верхушки властей. Такой контракт! Хотя меня не оставляли сомнения. К чему вообще он решил сотрудничать с вампирами? Отдать самое ценное с такой легкостью? Что они предложили ему? Я не могла отделаться от ощущения, что отец желает закрепления контракта свадьбой больше даже самого вампира. С чего бы?

         Мрачные мысли одолевали с невероятным усердием, но загружать вдохновлённую сестру размышлениями не стала.

         Во всяком случае, стоит хотя бы узнать, возможен ли такой обмен вообще. А уж после можно начать тонуть в бессильном отчаянии и страхе.

 

         Немногим позже мы стояли у кабинета отца и переводили дух. Одно только намерением обмануть отца и расстроить его замыслы, приводила к нервозному волнению. Последствия страшили, как бы не было сильно желание вернуть свободу. Впрочем, отступать было поздно. Я решила попробовать.

- Входим? – спросила сестру и занесла над дверью руку.

         Син только качнула головой, поддерживая. Глубокий вдох, и я коротко простучала костяшками о древко специальный код, оповещая папу о прибытии и снимая наложенный на комнату полог. Система охраны в доме была хоть куда. На вопрос к чему такая предосторожность, отец всегда отвечал однообразно: «Разве не понятно? Я забочусь о вашей же безопасности!» Как по мне, он здорово лукавил и что-то скрывал.

         Впрочем, разве он не успешно практикует это и по сей день?

- Пап, можно поговорить? – осторожно спросила, замерев с сестрой у порога.

- Да, - отозвался отец, но только через пару минут всё же оторвался от заполнения очередных важных документов. – Что-то хотела, Корнелия?

- Мы с Син хотим съездить в город на день. Свадьба Вероники совсем скоро, и нам очень бы хотелось проводить сестру в новую жизнь в самых красивых платьях. Ты ведь знаешь, как она любит, когда всё красиво, - заискивающе улыбнулась я и тут же, пока отец не припомнил размер наших гардеробов, добавила: - Позволь нам удовлетворить её вкус к прекрасному нарядами, такой незначительной, но приятной мелочью в последний раз.

- Мы уже достаточно потратили на неё, - безучастно вставил отец. – А всем самым красивым в самом ближайшем будущем её обеспечит новая семья. Лишние траты.

         Злость вспыхнула во мне подобно искре, но я сжала зубы и вдохнула полной грудью. Гнев не принесёт нужных результатов.

- Понимаю, однако, папа, неужели ты не планируешь известить о моей помолвке в тот же день? Сентьон Кельн богат и влиятелен, будет ли он доволен, если его невеста предстанет перед обществом в поношенном наряде? Не разочаруется ли? – сдержанно выдавливала я, не сводя с отца взгляда. – К тому же, есть ли смысл переживать о деньгах, когда вот-вот вступит в силу наш брачный договор с ним? Разве это не принесёт достаточно прибыли?

         Робен Вернет сжал губы в полосу и долго молчал, глядя мне в глаза.

- Хорошо, дочь, я даю согласие, - он взглянул на Син. – С кем и когда вы желаете поехать?

         Напряжение в теле ослабло. Основная проблема была решена, осталось лишь уладить традиции, что не позволяли невесте покидать семейный очаг без сопровождения от лица жениха, либо без представителя мужского пола от кровных уз.

- Полагаю, Надин сумеет найти время на короткую поездку завтра с утра.

         Отец кивнул не слишком охотно, и в который раз я с недовольством подумала о неоправданно лояльном отношении к брату. С его мнением папа считался всегда.

- Вы уже обсуждали с ним поездку? Он согласен?

- Мы не стали беспокоить его до разговора с тобой.

- Хорошо, тогда идите и позовите Надина ко мне, - кивнул он на дверь и вновь вернулся к бумагам, словно бы нас не стало в мгновение ока.

         Мы вышли без единого слова.

 

- Да-а-а! – победно вздёрнула кулаки Син, как только оказалась за дверью. – Ты сделала это! Восхитительно! Ты – лучшая из сестра на свете! – она взмахнула руками, и тёплый порыв ветра взметнул с плеч волосы и понесся вглубь коридора. – Люблю тебя! – порывисто произнесла она и сжала в крепких объятиях. – Идём искать Надина?

         Я тяжко вздохнула.

         Надин…

- Идём, куда же без него.

         Синди хохотнула и едва не бегом устремилась на поиски. Не слишком удачные, так как брата в поместье мы так и не нашли. Разделившись, найти его захотелось и того меньше.

         Только бы не наткнуться на него первой!

         Упрашивать Надина представлялось жуткой нелепостью лишь с одним концом. Только из вредности его непременно одолеет желание испортить мне всё, что возможно. В этом деле любимый брат не смог бы устоять, я знала наверняка, и шагала по двору неспешно и неохотно.

         На вечернем небе сияла бело-синяя полная луна, освежающий ветер приятно обдувал тело и сгибал низкую траву ещё ниже. Я шла, с улыбкой следя за многочисленными движениями под ногами. Сканирующая сеть бежала впереди. Колебание почти прекращалось на утоптанной почве конюшни, где едва ли могли прорости те немногие семена, что покоились в земле долгие годы. Почти слепое пятно, за исключение бесчисленного количества мелких насекомых.

         Я улыбнулась возникшей идеи.

         А почему бы не переждать в этом тихом местечке? Уверена, Син вот-вот добьётся желаемой встречи с братцем. Не может же он скрываться до ночи?

         Ответ мне нравился. У Надина не было причин избегать нас нарочно – ведь он ещё не знал.

         С довольной ухмылкой тихо пробралась в слабо освещённое помещение. Привычные звуки успокаивающей мелодией пробрались в сознание. Показалось, будто бы именно здесь, среди величественных и грациозных животных, я защищена от бед лучше иных укрытий.

         Глубоко вздохнув, смело шагнула по проходу к стойлам, однако замерла на месте, вдруг различив весьма подозрительное шуршание в сене у стены. Мысль о воре пронзила тело не хуже молний, в руке за доли секунды оказались плоды редкого парализующего растения, вырвавшегося из почвы с тихим зовом.

         Я была готова ко всему, и едва различила очертания тёмной фигуры, не раздумывая бросила в него лучшее из оружий.

- Что за…?! – вырвалось изумлённое восклицание от грабителя, и только мгновением спустя, когда счастливый «похититель» успел повернуться в мою сторону и замереть в поразительно неудобной позе, я поняла насколько серьёзную оплошность совершила.

         Голос дрогнул.

- Надин?!

- Корнелия?! – раздался вслед за мной тонкий женский визг, и я перевела ошеломлённый взгляд на полуобнаженную девушку, нервно кутающуюся в разбросанные на покрывале тряпки.

- Вайолет?! – не менее потрясённо выдала я, и до того глубоким было моё удивление, что сдержать смешок оказалось невозможно.

         Лучшая ученица в группе кувыркалась с моим братом прямо в конюшне! Девица, что задирала при мне нос от важности, скрывалась в позорном уединении в родовом поместье моей семьи!

- Только попробуй рассказать хоть кому-то, - угрожающе ткнула она в меня пальцем, и мои брови поползли в вверх.

         Я была поражена увиденным невероятно.

- Надин! Сделай с ней что-нибудь!

         Брат окинул меня предостерегающе злым взглядом.

- Скажешь кому-то – сильно пожалеешь.

         Отрезвление пришло мгновенно. Я усмехнулась.

- Неужели? Кажется, не в твоём положении угрожать мне. Непотребный вид именно у вас, а вот славная репутация твоей великолепной спутницы… и как же мне поступить с ней?

         Надин едва не зарычал, и я прикинула, не запустить ли в него ещё один парализующий плод. Но брат владел лишь мышцами лица. Вайолет в тихом гневе прижимала к груди смятое платье.

- Проболтаешься, и я ни за что не стану больше сдерживаться, - не отказался от устрашения братец, но запугать меня теперь было не так просто.

- И что сделаешь? Пойдёшь против моего жениха? Рискнешь запятнать имя его невесты? – с ухмылкой спрашивала я, ощутив вдруг упоительно прекрасный вкус власти, что так долго держал надо мной Надин. – Не думаю. Не хватит смелости.

         Лицо Надина перекосилось в бессильной ярости.

- Чего ты хочешь? – внесла предложение самая прилежная из учениц, и я улыбнулась довольно.

         Так-то! Совсем другое дело.

- Сущую мелочь, мой ненаглядный брат должен поехать с нами завтра в Стенбург и быть паинькой, - растянула я в улыбке губы. – Ну как? Ерунда ведь, правда? Умолчание о таком обычно стоит куда дороже… может, спросить с вас ещё чего-нибудь?

         Надин дрогнул всем телом. Я решила, что и этого, в общем-то, более чем достаточно.

- Ну, не буду вас задерживать, - махнула я рукой и поспешила к выходу. Не дойдя, обернулась. – Да, тебя ждёт отец. И поскорее.

         Он сжал кулаки, и я очутилась на свежем вечернем воздухе. Несмотря на неожиданно легко достигнутый результат, меня мелко потряхивало. Надин всегда отличался злопамятством.

         Так просто меня он не простит. Может, стоило быть более сдержанной?

         Я тряхнула головой.

- Нет, он этого заслуживает.

         С твёрдой уверенностью прошла в дом. Пусть болтать о тайных встречах брата и Вайолет я не намеревалась, тем не менее сдерживать наглость Надина увиденным собиралась в полной мере.

         Иногда для достижения цели удачи может оказаться недостаточно.

 

Глава 4. Прислужница Тёмного

 

         Коляска остановилась у первой запланированной на сегодня лавки с одеждой от знаменитого на весь город портного. Деловито поправив шляпку, выглянула в окошко.

         Солнечная улица Стенбурга кипела жизнью. Прохожие тут и там гуляли в лёгких нарядах, дамы прикрывались летними ажурными зонтиками, господа вышагивали в светлых костюмах, и было ясно, что день выдастся жарким.

- Ну, теперь можно и отдохнуть, - лениво потянулся Надин, разминая затекшее тело на противоположной скамье. – А вы как, готовы к своим походам? – обратился он, само собой, лишь к Син.

         Та улыбнулась почти кокетливо.

- Всегда.

- Даже не сомневался, - покривил губами он, выбираясь наружу и подавая руку вначале Син, а после и мне. – Хорошо подобранное платье порой стоит многого, - с намёком произнёс он, сжимая пальцы до слабой боли. – Да, Корнелия? – помогая спуститься, он едва не насильно притянул к себе ближе, шепнув: – Вдруг не только кровь его заинтересует?

         Дёрнувшись, резко оттолкнула.

- Следи за языком.

- А ты за нарядом, - расплылся он в ухмылке. – Выбирай тщательней. Нынче придумывают весьма интересные модели.

- Благодарю за совет, - бросила я сдержанно, устремляясь к лавке.

         Син поспешила следом, прихватив Надина.

- И что же это за модели, милый братец? Они настолько хороши?

         Милый братец тут же сменил стратегию.

- Конечно.  Вспомни, к примеру, шнуровку на груди, которая только-только вошла в моду. Разве не будет она смотреться выгоднее и интересней по сравнению с бантами и завязками? Очень привлекательно, по-моему. Не понимаю, отчего наша дорогая сестра так вспылила. Может, ей не так уж нужны эти платья? Мы зря приехали?

         Синди тут же уверила в обратном. Мы вошли в просторный зал, заполненный светом и творениями лучшего швейного мастера.

- Добро пожаловать! – с поклоном поприветствовала нас светлоглазая помощница, возникшая словно из ниоткуда. – Желаете чего-нибудь определённого или предпочитаете осмотреться?

         Я так предпочитала осмотреть, её. И пока Син разъясняла что нам нужно, беззастенчиво глазела на поразительно редкое создание двух кровей. Не нужно было гадать, в её предках находился представить самой сдержанной расы – эльф. И я была искренне изумлена увиденным.

         Как?! Что заставило эльфа связать жизнь с простой смертной? Да хоть лишь на ночь, как так получилось?

         Мне впервые довелось встретить полукровку, и я была почти готова кинуться на неё с расспросами.

         До сих пор ли те её предки вместе? Почему она родилась, несмотря на утверждения, что такую возможность почитатели «чистой» крови искореняют всеми способами? Как живёт? Какие отношения с семьёй эльфа? Почему её не забрали к себе на тайный материк, откуда не выпускают детей и женщин? Недостойна? И по какой всё же причине тот эльф выбрал человека пусть даже хоть на одну ночь?

- Как непристойно, - шепнули мне на ухо, и я содрогнулась всем телом. Показательно ухмыльнувшись, Надин прошел мимо до линии диванов у примерочных. Син ухватила за руку.

- Идём?

         С поалевшими щеками двинулась вслед за проводящей нас помощницей. Мой интерес она оставила без внимания, будто истинная представительница эльфийского народа.

         Несколько позже мы устроили забеги на лавки всевозможных украшений и были очень придирчивы. Мы искали только лучшее, Надин готов был оплатить и самое дорогое. Но разве дорогое всегда лучшее? Мы выбирали с особым рвением и упорством

- Может, хватит уже? Они на вас все восхитительны, - опустился до похвалы брат, когда мы покинули очередное заведение без единой покупки.

- Но достаточно ли этого простого «восхитительно» перед таким грандиозным событием? – глубокомысленно изрекла Синдия, с самым важным видом направляясь по улице к следующей ближайшей лавке с женскими штучками. – Выбирать нужно очень тщательно. Не ты ли посоветовал это вначале?

         Надин покривил губами, но промолчал, всем видом изображая крайнее недовольство. Перепираться с любимицей он был не намерен. Я же с удивлением глянула на сдержанную улыбку Син. Она едва не впервые так прямо и бесстрашно шла наперекор его мнению. Да что там, она так редко настаивала на своих предпочтениях, выбирая уступки, что эта маленькая уловка казалась почти дерзостью.

         Неужели её желание заполучить вампира так сильно? Как далеко она готова зайти?

         В памяти легко всплыли те особенные моменты, когда Син действительно чего-либо хотела. Её упрямству оставалось лишь завидовать, и я прикусила губу, вновь подумав о последствиях.

         Пройдёт ли всё, как задумано? Не будет ли осложнений? Если выпадет хоть шанс, перенаправит ли Кельн внимание на неё? Сможет ли она соответствовать его запросам?

         Зная, как легко Син подстраивается под ожидания, становилось капельку спокойнее. Но предпочтения вампира расходились с её обычной манерой поведения.

         Как же быть? Сумеет ли помочь нам Фэй? Боже Всемогущий, надеюсь, нам удастся отвязаться от Надина в доме Учеников до вечера. Ведь если мы не сбежим…

- Только посмотри какая красота! – встретил нас восхищенный возглас, как только мы шагнули за порог лавки.

         Я тут же обернулась на него.

         У прилавка в лёгком бело-голубом платье стояла счастливая и непринуждённая Мэй. На голове шляпка, в распущенных волосах любимый из знаков – белая лента, которую вот-вот грозились отобрать у меня против воли. Показатель свободы. Возможность личного выбора.

         Мне стало почти больно, но я мигом откинула чувство прочь и устремилась к подруге.

- Мэй!

         Она оглянулась, вскинула брови и расплылась в улыбке.

- Корне? Ты что здесь делаешь? – Она скинула цветные ленты в руки своего дворецкого и с хитрым прищуром осмотрела меня с головы до пят. – Решила-таки…, – лукаво затянула она, но глянула мне за спину на спутников, и озорство сошло с её губ. С выразительным немым вопросом Мэй умолкла.

- Теперь мне предстоит развлекаться иначе, - ухмыльнулась я. – Я выхожу замуж.

         Мэйлин скептически вздёрнула бровь. Она явно не верила, что я по доброй воле вдруг решила окольцевать себя или же влюбилась в кого-то так скоро. Однако наличие мужского сопровождающего от моей семьи заставило её задуматься. Она прекрасно знала, в каком «восторге» я от Надина.

- О! – брякнула она, для разнообразия придерживав красочные эпитеты. – И кто любимый?

         Надин хохотнул первым, и нервный смешок перерос в угрюмое недовольство.

- Ты будешь впечатлена. Хочешь подробностей?

- Ты что, спрашиваешь?

- Тогда бросай побрякушки и идём, - решила я ускорить воплощение плана, в которое она так лаконично вписывалась. Просто лучше всякого. – Думаю, наши поиски с Син здесь закончатся, так что можем прогуляться до дома Учеников и поболтать там. Ведь у нас ещё есть время до отъезда вечером, так, Надин? – обернулась я к брату, давая понять, когда мне хочется ехать обратно.

         Не поставит же он маленький уступок выше репутации возлюбленной пугающе известного вампира?

         Брат сжал губы, но улыбку выдавил.

- Конечно, сестрица. Наболтайся вволю, иначе кто знает, когда ещё дадут тебе столько свободы, - нахально заявил он, тут же ласково добавив: - Ведь в счастливой семье, как известно, жена и мать всегда так востребованы. Боюсь, ваша крепкая любовь затмит прежние хлопоты и заботы друг другом.

         Стиснув зубы, чуть склонила голову.

- Благодарю за понимание, мой заботливый брат. Однако осмелюсь заверить, я не забуду навещать тебя в нашем трепетно любимом поместье, который так тяжко покинуть, - намекнула я на его положение, которое он всё никак не решался сменить для возможной невесты. Он, в отличии от женщин дома, выбирал спутницу сам. Только, сколько же поместий ему потребуется для каждой своей пассии? Сомнительно, что даже Вайолет та самая.

- О, семья – это здорово! – вклинилась в наш разговор Мэй, подхватив под руку. – А что вы тут хотели прикупить? Я, знаешь, отыскала здесь просто изумительные ленты! Вам с Син не нужно?

         Она увела меня к прилавку, и вскоре с новыми покупками мы отправились до ученического дома вместе. Шансы на успешное окончание плана росли с Мэй как грибы под тёплым дождём. Сбежать становилось проще. Оставалось лишь надеяться, что бабка Фэй со своим делом справится как надо.

         Ведь не может не справиться?

 

         Немногим позже, поделившись с подругой ужасами будущего, мы с Син уже мчались в Кайрит. Мэй позаботилась о коляске и страже в лице своего дворецкого, что якобы будет охранять её комнату, где я прощаюсь со свободой. Надин ни за что не проберётся к Мэйлин раньше времени.

         Только бы успеть до вечера! Но сможет ли Фэй действительно сделать для нас что-то? Или наложенное на кольцо заклятие неизменно? Всё зря или стоит надеяться до последнего?

         Сколько бы я не пыталась успокоить воображение, возможные последствия напрягали и тревожили. Я боялась, что даже осуществи мы всё как надо, вампир настоит на своём и всё разрушит. Мечты, планы, жизни – всё, без малейшего сожаления. Я страшилась за репутацию семьи, что так легко он мог испортить. Ведь он действительно мог, потому как к словам главы следственного департамента Империи прислушивались все, и от того, попав в заветный город на нужную улицу, я застыла у резной двери в глубочайших сомнениях.

         Разумно ли вообще идти против него? Есть ли эта крохотная вероятность изменить судьбу на самом деле? Каков шанс его смирения?

         Будущее предстало передо мной словно озарение. Меня затрясло от кошмарного предчувствия.

         Нет, он будет в гневе, ярости, и мы сделаем лишь хуже. Он не простит, ни за что не простит нас! И найдёт меня, куда бы я не сбежала и где бы не спряталась. Он в этом лучший. Лучший из всех! Как вообще я могла допустить мысль о замене невесты? Как собиралась смотреть в его глаза после? Или бежать от него всю жизнь?

         Я дрогнула и отступила.

         Нам не стоит.

- Корне? – обеспокоилась Син, и я глянула на неё с испугом. – Ты что?

         Я попыталась собраться, выбросив из мыслей дикий образ разъяренного вампира.

         Как только он узнает, что мы сделали, он не оставит нас без наказания. Он не тот, кого можно обманывать. Син должна понять. У нас ничего не выйдет, даже если обмен кольцами пройдёт идеально. Эта затея была провальна с самого начала.

- Син, нам не…

- Нет! Нет, Корнелия, только не говори, что передумала, - перебила меня сестра, ухватив за руку. Её губы задрожали, карие глаза заблестели золотом. – Ты не можешь, Корне… Ты не можешь так поступить со мной… Пожалуйста, давай попробуем. Ты ведь знаешь, как он важен мне!

         Сердце заныло в отчаянии.

- Синди, разве не понимаешь кто он? Мы всё испортим. Не только репутации нас с тобой, но и всей семьи. Мы ставим под угрозу каждого! Оправдан разве такой риск? Ты готова поставить всё на кон?

         Она всхлипнула, и слёзы побежали из её глаз. Закрыв лицо, она осела на дорогу.

- Он ведь тот самый, Корне. Это был он… он спас меня тогда в детстве, - она подавилась всхлипом, растёрла текущие по щекам ручейки и, дрожа, сжала пальцами подол платья. – Мне было так страшно, так страшно! Я думала, что умру в том переулке, но он… он защитил меня от них, будто я была для него самой ценной! Это был он, точно он. И пусть, что не помнит! Пусть для него это не было важным, но для меня… Пожалуйста, Корне, помоги мне. Если я хотя бы не попытаюсь…

         Она подняла лицо, и я помрачнела. Вздохнув поглубже, глянула по сторонам, но на затемнённой улице грязнокровок и всевозможных заклинателей стояла тишина.

- Мы можем потерять всё, - сказала, не смотря на неё. – Можем стать никем, если он пожелает того… Вся семья, Син. Цена слишком высока, я не готова её платить. И пусть я боюсь – мне до ужаса страшно! – но разве я могу рисковать всем лишь из-за этих чувств к нему? Он, вероятно, не причинит мне непоправимого вреда, да и ты, - я заглянула в её покрасневшие глаза и закусила губу. – Ты найдёшь ещё достойного. Самого-самого. Но он… он не тот, кто должен быть с тобой. Он тебя не достоин.

         Замерев на миг, она часто заморгала, задержавшиеся у глаз слёзы побежали с новой силой, сжатые на платье пальцы стали почти белыми.

- Пожалуйста… пожалуйста, не говори так. Не забирай у меня единственную мечту. Только не ты… Прошу тебя, умоляю, дай мне шанс. А если что-то пойдёт не так, если он будет зол и захочет мстить, я всё возьму на себя. Я скажу, что опоила тебя, заставила насильно, и ты не виновата, никто из семьи не виноват, кроме меня. Никто ничего не узнает. Пожалуйста… прошу тебя, сестра.

         Её полные влаги глаза затягивали отчаянным желанием, болью и безграничной, давящей надеждой. Надеждой на меня, на счастье всей её жизни, что я могу отобрать, не дав и шанса.

- Если я справлюсь, то и ты, Корне, сможешь получить утраченное право выбора. Банки отца – залог нашей удачи. Разве Сентьон Кельн от них откажется? Обещаю, я сделаю всё, чтобы после свободу у тебя не отобрал никто. Папа прислушается ко мне, я уверена.

         Утраченное право…

         Обида и злость незримой тенью пробрались под кожу.

         Терпеть не могу контракты, самодовольных вампиров, Кельна и глупые имперские законы! Где справедливость? Где обещанная свобода?!

         Гнев тяжелым камнем упал в душу, но решения не было, не могло быть, если только…

- Хорошо, - проронила глухо. – Но ты должна, нет, ты обязана сделать всё, чтобы господин Кельн заинтересовался тобой, всё, что понадобится, понимаешь? Не при каких условиях ты не должна допустить, чтобы он сорвал помолвку через положенный месяц и снял с тебя кольцо. Оно – залог всего. Снимет, и больше ничего не сможет остановить его. Контракт, наше положение – всё в его власти, и всё будет зависеть от тебя. Ты в самом деле готова взять такую ответственность? Сможешь стать для него той, кого он желает больше прочего?

         Синди опустила взгляд, стёрла с лица влагу и поглядела на мою руку с кольцом дракона. Вздохнув, она прикрыла глаза и поджала губы.

- Смогу.

         Мы молчали недолго.

- Тогда идём.

         Я подала ладонь, и, поднявшись, Син отряхнулась, наскоро смахнула остатки слёз, похлопала по щекам и выдавила неверную улыбку.

         Чтобы не случилось, мы постараемся изменить свои жизни. Мы будем бороться со всем усердием, потому что право выбора стоит того.

         Подойдя к резной двери, я смело ухватилась за металлическое кольцо, умещающееся в стальной звериной челюсти. Но только коснулась, как веки зверя поднялись, и желтые глаза прошлись по нам не хуже моей сканерной сети. Непроизвольно разжала пальцы, и по тихой улице разлетелся приглушенный звон. Желтые глаза недовольно прищурились и закрылись. Всё стихло. Мы с Син переглянулись.

         Нас проигнорировали?

         Несколько подождав, собиралась уже постучать вновь, как дверь раскрылась. Девушка с чёрными губами в тёмно-красном платье взглянула на нас подозрительно и хмуро.

- Вы записаны? – спросила она поразительно неприветливо, и я несколько замешкалась.

- А нужно было?

         Помощница Фэй выразительно подняла бровь, закатила подведённые глаза и покачала головой.

- Уважаемые, вы хоть осознаёте к кому пришли? У госпожи приёмы расписаны на месяца вперёд, а вы спрашиваете: «Нужно ли было?»

         Я глянула на Син и поджала губы. Невольное облегчение расползлось по телу предательским змеем.

         Нет, я согласилась. Я должна попробовать ещё. Ради нас двоих. Ради будущего.

- Нам очень, очень нужно встретиться с ней именно сегодня. Разве нет у вас, - понизила я голос, оглянувшись, - возможностей для особых случаев?

         Помощница замерла, высоко подняв подкрашенную бровь. Кажется, она не слишком верила в величину нашего «особого случая». Син проворно вынула на свет увесистый мешочек золота. Я достала свой поменьше.

- Помогите нам, - ценности перекочевали к ней. Я покрепче сжала её пальцы. – Эта встреча очень важна для нас.

         Девушка пристально оглядела нас, возможную прибыль и нахмурилась, поведя губами.

- Вездесущий с вами! Проходите, быстро, ну же, - замахала она рукой, распахивая дверь и нервно следя за пустой улицей. – Давайте, давайте, чего копошитесь?!

         Мы проскользнули внутрь, окунувшись в полутьму загадочного помещения. Синее пламя тёмных свечей заколыхалось от впущенного воздуха. Изворотливые тени побежали по стенам, то высвечивая, то пряча неясные вещицы заклинателя. Везде и всюду что-то поблёскивало или скрывалось, каждый предмет, куда вдруг падал взгляд, казалось, незримо менялся за мгновение до пристального рассмотрения. Всё искажалось, двигалось и кружило голову. Мне стало дурно от ощущения, что мы по доброй воле сами ступили на порог проклятого Бога.

         Захотелось уйти почти нестерпимо, но рядом шла Син, а позади неслышно ступала разрисованная прислужница великой Фэй.

         Не станет ли это самой страшной ошибкой?

- Сейчас у неё клиент, ждите здесь, - указала прислужница на кожаный багровый диван у тёмной стены, а сама чуть поодаль деловито уселась у заставленного столика в мягкое кресло, обитое бахромой. Вынув из ящичка карты, она принялась раскладывать их, будто гадая нам без спросу. Стало дискомфортно вдвое, но мы послушно замерли на указанном месте и прикрыли рты.

         Ожидание затянулось, казалось, до позднего вечера, и я едва вновь не склонилась к мысли, что вся наша задумка – пустая отвага. И чем больше проходило времени, тем чаще я думала о Надине. Он никогда не относился к терпеливым, а уж если заподазривал неладное, отбиваться от его внимания становилось крайне сложно.

         Угомонит ли его интерес Мэй? Сумеет ли скрыть наш отъезд достоверно?

         Я нервничала беспрестанно, то и дело замечая, как начинаю постукивать пальцем, сжимать платье или притопывать ногой. Ощущение присутствия Вездесущего никак не проходило. В один из моментов, когда я затрясла уже всеми пальцами, Син взяла меня за руку и легко сжала.

         Синди переживала не меньше, я знала, но её внешняя сдержанность поражала и восхищала.

         Как ей удаётся? В чём секрет? Неужели потому, что её вера в успех так сильна? Но ведь шанс так безнадёжно мал!

         Задышав глубже, почти успокоилась, как из кабинета в конце тёмного коридора вышли. Чуть погоня перед нами возник статный мужчина. Поглядев на нас с высока, деликатно поправил жилетку, откинул со лба непослушную прядь и молча покинул мистическое заведение. Я проводила того недоуменным взглядом, но высказывать догадки не стала.

         Мало ли зачем можно снимать верхнюю одежду у великой Фэй? В её кабинете, может, стоит жара? К тому же, она довольно стара, по слухам.

         Не успела я додумать, как скучающая до этого помощница, заслышав звук закрывшейся двери, кинулась в затемнённый коридор.

- Ждите, - махнула она нам и скрылась в комнате.

         Без возражений мы остались на диване, чтобы минут через пять уставиться на довольную ухмылку и блестящие озорством глаза прислужницы.

         Чего это она такая весёлая?

- Проходите, уважаемые, госпожа готова принять вас, - указала она на дверь, и мы послушались снова.

         Кабинет Фэй погружал в таинственную атмосферу с первого взгляда. А аромат, витающий в воздухе, заставлял желать вдохнуть ещё, глубже, до предела, чтобы после выдохнуть в неспешном наслаждении.

         Что за свечи горят у неё? Какие одурманивающие вещества содержат? Ведь это от них?

- Чего же вы замерли у порога, сладкие? – спросили нас, и я оборвала вдох, глянув в центр комнаты.

         Там стояла фигуристая, далекая от старости женщина, раскованно прислоняясь к тёмному столу без единого предмета. Её длинные кудрявые волосы спадали по изящной спине чёрным вихрем, открывая белые пряди.

         Нас что, обманули?! Где великая бабка Фэй?

- Мне сказали, делоу вас о-оченьважное, - прервала бесстыдное разглядывание женщина, отвлекая на более насущные проблемы, чем её поразительная внешность.

- Так и есть, но, - пробормотала я, всё ещё не в силах отвести взгляда от изгибов заклинательницы.

- Не нужно сомнений, - улыбнулась она мягко. - Внешность бывает обманчива, но я всё ещё та, кого вы ищите.

         Я усомнилась.

         Бывает и обманчива, но не настолько же?

- Стоит ли мне думать, что в моих услугах вы не так уж и нуждаетесь, как утверждали?

- Нет-нет, что вы! – воскликнула Син, когда я почти решила, что так и есть. – Только лучший из заклинателей может помочь нам. Только вы. Ведь не напрасно говорят, будто вы способны снять любое заклятие?

         Фэй оттолкнулась от стола и приблизилась к нам неторопливо.

- Не любое, но многие, - призналась она откровенно. – Какое нужно снять для вас?

         Я подняла ладонь с кольцом.

- Нужно сменить ему хозяина. С меня на неё, - указала я на Син, но Фэй не оторвала взгляда от неподвижного дракона.

- Боже, - выдохнула она, и подняла глаза, едва не блестящие от восхищения. – Вы хоть знаете, что это?

         Я нахмурилась.

- Что вы имеете ввиду?

         Женщина улыбнулась почти хищно.

- Это кольцо – невероятная редкость. Такие изготавливают лишь маги жизни, сильнейшие из них. И это, - облизнула она губы, - истинное сокровище. Такие есть лишь у них – эльфов, как оно оказалось на вас?

- Так ли важно? – не стала я разделять её радости. – Главное, в ваших ли силах изменить ему хозяйку?

         Фэй задумчиво отстранилась, поглядела на кольцо и неспешно раскрыла ладонь над ним. Неподвижный до того дракон поднял голову и зашипел, раскрыв зубастую пасть. Я уставилась на руку с ужасом.

         Боже мой, что за дрянь вампир надел на меня?!

- Какой мощный артефакт, - ухмыльнулась заклинательница, сжав едва не прокушенные пальцы. – И знаете, что самое интересное? – риторически вопросила она. – Он определённо точно понимает, что я могу отобрать его у вас. Лишить его хозяина. Невероятно!

         Я опасливо тряхнула рукой, и дракончик припал к пальцу, застыв.

- Значит, вы всё же можете снять его?

         Фэй неопределённо скосила губы.

- Могу ли снять? Если только с вашей ладошкой, милая, - хмыкнула она. – И то, думается мне, ваш дракон прикончит меня раньше.

         Я сглотнула, ощутив вдруг приступ безысходной паники.

         Он что теперь, всегда будет препятствовать мне? А если захочу пойти против приказа вампира, преподаст урок вместо него?

         Голова закружилась.

         Я так и знала. Так и знала, что это безнадёжная идея! Не было и смысла пытаться изменить судьбу с самого начала. Мне не избежать свадьбы с вампиром, я стану его навсегда. Пока он не решит, что моё существование его утомило.

         Слёзы заполнили глаза, я судорожно вздохнула, поджав губы.

         Это конец. Окончательный конец всему!

- Ну-ну, давайте обойдёмся без солёных потоков, - ухватила меня за плечо женщина. – Разве не сами вы просили переменить его хозяина, а не снять совсем? Ведь это абсолютно разные вещи. Обмануть можно кого угодно, - поделилась она сокровенным, - особенно, если есть пара капель родственной крови.

         Непроизвольно всхлипнула, смахнув сбежавшие из глаз капли.

         Фэй что, только что развела меня? Нарочно дождалась реакции и решила успокоить? Но… как узнала о нашем родстве?

- Значит, - тихо произнесла Син, - вы нам поможете?

- Ну конечно, как после всего я могу отказать вам? – будто забыла она о золоте. – Только вот ваш артефакт, девушка, - обратилась Фэй ко мне, - силён невероятно, и некоторые последствия не сумею проконтролировать и я. Произойти может что угодно…

- Я готова, - твёрдо произнесла, взглянув на будущее по-иному. Что бы не ждало меня за эту попытку, я окончательно решила, что риск стоит чего угодно. Жизнь с вампиром в воображении была страшнее всего прочего.

- Прелестно, - довольно кивнула заклинательница и расплылась в совершенно неприличной улыбке. – Значит, моя хорошая, ты будешь не против испытать истинную любовь со всеми её чудесными проявлениями?

         Насторожилась тут же.

- Истинную любовь? К кому? Зачем?

         Фэй рассмеялась звонким, мелодичным голосом.

- К кому угодно, милая, к любовнику, первому встречному, к тому, кого выберешь, лишь бы вы были влюблены в друг друга без ума и со всей страстью. Только так можно обойти заклятие твоего восхитительного защитника. Только крепкая обоюдная любовь способна рушить нежеланные брачные узы магии. Ну как, готовы поиграть в вершителей судеб?

         Я кивнула не слишком активно, Син согласилась порывисто:

- Готовы на всё!

- Что ж, тогда приступим. Поделитесь со мной кровью? – улыбнулась она, вдруг открывая отросшие клыки вампира.

 

***

 

         Тёмное небо уже сияло звёздами, когда мы, уставшие, но довольные покинули убежище знаменитой многокровки. Заказанная заранее карета уже ждала нас, но как только я влезла внутрь, замерла в испуге.

- Н…Надин?!

 

Глава 5. Бокал с любовью

 

         Я стояла напротив большего зеркала и в бездумном волнении скользила по темно-зелёному платью, что неделей ранее выбрала на свадьбу Вероники. Мысли никак не хотели укладываться в нужный ряд, то и дело прыгая с плана Фэй на обещание Надина. Он не стал затруднять себя выбором угрозы сразу, как обычно предпочтя насладиться нервным ожиданием.

         Ведь что ещё может напрягать сильнее, чем неизвестность? В любой миг он мог спросить с меня едва ни что угодно, зная, что его молчание стоит дороже. Он неизменно полагал, что задумка наведаться к заклинательнице принадлежит лишь мне и касается непосредственно лишь меня и вампира, и это веселило его невероятно. Впрочем, я искренне надеялась, что он не станет использовать такой шанс на месть необдуманно.

         Нужно только прождать до вечера, и все его задумки мигом утратят стоимость. Только до вечера…

         Но перестать нервничать было выше моих сил. План Фэй необходимо было исполнить в точности, в сжатые сроки, без подозрений и до малейших деталей. Неверный шаг – и случайность могла испортить всё. На словах действия казались просты: выпить любовное зелье невероятной силы, дождаться пика чувств, выпить на пару с Син зелье для максимальной совместимости нашей крови – дракон всё же испил мою не зря – и сменить хозяйку у кольца, завершив нахлынувшие чувства глотком третьего зелья и сбежав после.

         Не так уж сложно, но время играло против нас, как настороженная наблюдательность Надина и необходимость быть на виду до начала объявления о помолвке. Никто из посторонних не должен был допустить и возможности побега, иначе, узнай вампир, всё в тот же миг утратило бы смысл. Нам всенепременно нужно было дойти до самого конца.

- Госпожа, вы опоздаете на начало торжества, - осторожно заметила стоящая позади служанка, и я сдвинула брови сильнее.

         Совсем скоро…

- Я спущусь позже, - отозвалась в ответ. – Можешь идти.

         Помощница молча вышла, а я, постояв немного, отправилась следом. Нужно было убедиться, всё ли готово, и первым делом я отправилась к Мэй. Она согласилась на участие, как, впрочем, и всегда, со всем рвением и отдачей, пусть даже роль её оставляла желать лучшего.

         Осторожно пробравшись по узким коридорам прислуги, дошла до чёрного выхода у кухонной подсобки.  Слуги ходили здесь не часто, и почти незамеченной я дождалась появления возбуждённой Мэй. Улыбка на её лице грозилась вот-вот сбежать с лица, голубые глаза сверкали, и вся она едва не парила от предстоявшей авантюры. Её нисколько не смущал даже весьма скромный для неё наряд разносчицы.

- Боже Всемогущий! Уже всё? Совсем скоро можно будет начинать? – нетерпеливо набросилась она на меня, лихо, будто бывалая обманщица, выглядывая свидетелей по округе. – Я полностью готова! Сделаю всё, что нужно, не сомневайся. А «это», - снизила она до шепота голос, - в самом надежном месте, - похлопала она по скрытым карманам платья. – Добавлю перед выходом, как и договаривались. В самый беспроигрышный момент, - кивнула она важно, и я невольно ухмыльнулась.

         Мэй всегда играла по-настоящему, в полную силу и со всем азартом.

- Прекрасно. Следи за временем.

         Подруга гордо выпрямилась, скосив в бок губы.

- Сделаю в лучшем виде. Без единой промашки.

         Хмыкнула снова.

- Удачи!

         Она кивнула и без слов скрылась за неприметной дверью.

         У нас непременно всё выйдет, как задумано. Хорошо, что тогда мы столкнулись с Мэй.

         Её участие во многом упрощало задуманное. К тому же, как не прискорбно бы это не звучало, у нас с Син не было подходящей кандидатуры для моей временной влюблённости, у Мэйлин кандидат имелся. С его стороны не приходилось ждать опасных последствий. Ради внимания Мэй он готов был на многое, а Мэй ради участия в рискованном деле была согласна на столько же.

         Всё складывалось лучшим образом. Настолько, что пугало.

- Всё получится, - прошептала в который раз, набираясь уверенности перед входом в главный зал.

         Непрошеные сомнения лезли в голову, но я прикрыла глаза и задышала ровнее. Расслабила мышцы лица, улыбнулась, вздохнула полной грудью и со всей возможной безмятежностью прошла в зал.

         Наполненная гостями комната сверкала сотнями магических ламп, повсюду были развешены свадебные украшения, белые и красные цветы притягивали взгляд, ленты, связанные в искусные узоры, завораживали и удивляли.

         Папа постарался на славу. Ещё ни разу до этого он не был щедр настолько. Я горько усмехнулась.

         До чего же, оказывается, отец чтит этого Сентьона.

         Вернув губам улыбку, смело двинулась в поток представителей высшего света. Их наряды без слов кричали о состоятельности и важности, выражения лиц призывали блюсти приличия и выражать почтение. Не без сдержанной гордости я коротко кивала и приветствовала.

- Добрый вечер, господин Бревин, госпожа…

         Мне отвечали взаимной вежливостью, и я шла дальше, огибая центр столпотворения. В дальнем конце на низкой платформе, для ублажения взглядов, на резных стульях восседали виновники торжества. Молодая невеста в белоснежном платье с красными украшениями и пожилой жених в белом костюме и красной бабочкой на шее. Им подносили дары, желая лучшего. И каждый подарок всё приближал главное: их уход и официальное объявление о моей помолвке.

         Я не стала даже вглядываться в притворную радость Вероники, пробираясь к одному из длинных столов по краям гостиной. Поближе к скрытой двери для прислуги. Там меня уже ждали, тихо переговариваясь, Син и Тейлан – любовник на час.

- Приветствую, - одарила их косой улыбкой. – Как праздничное настроение?

- Чудесное, - учтиво отозвалась сестра. – В такой день так и хочется сделать что-нибудь невероятное и столь же прекрасное.

         Я кивнула, силясь, чтобы простая улыбка не переросла в злорадный оскал. Тайный замысел вот-вот должен был осуществиться, и предотвратить его, несмотря на все страхи, с каждым мгновением становилось сложнее.

- Да, замечательный вечер для достойных поступков, - участливо согласился блондинистый парень, улыбаясь так обманчиво скромно, что заподозрить дурное нужно было суметь.

         В который раз невольно восхитилась его мнимой робостью. Почти невероятным теперь казалось, как за всё это время он Мэй просто не выкрал или, хотя бы, не стал единственным претендентом на её свободу. Впрочем, других претендентов у неё не имелось. Может, виной был всё же он? Но такое признание из этого мага уж точно было не вытащить так просто. Стоило только глянуть на эту его улыбку, и становилось ясно, что он тот ещё хитрец.

         Припомнив пересказ подруги о их первом разговоре, улыбнулась шире. По её словам, стоило только скромняге-Тею почувствовать, что он необходим ей для особенного плана, как из безобидного паренька тот мигом превратился в неприступного шантажиста. Вызнал все подробности, выдвинул условия и деловито согласился. Мэй была уверенна, что он относился к тому типу парней, что боятся даже заговорить с понравившейся им девушкой, думая, будто та, вся такая удивительная и восхитительная, пошлёт его в тот же миг, но как только возлюбленная проявляет слабость – стоят из себя всемогущих героев плохих романов.

         Отчего Мэй излила на меня особенно красочные возмущения.

         Впрочем, мысль о совмещении их характеров казалась весьма занимательной. Да и что бы не говорила Мэйлин, ей нравились люди, отличные от других. Она питала к ним слабость, равную тяги к приключениям. Да и, как бы там не было, свободу выбора никто не в праве был отнять у неё. Её семья ни за что не допустила бы подобного.

         В отличии от моей.

 

                                                       ***

                                                   Мэйлин

 

         Бегая по указаниям главной кухарки, Мэй сгорала от нетерпения. Каждая минутка казалась ей истинным испытанием и проверкой. Ей хотелось поскорее сбежать от суматошной подготовки яств и заняться настоящим делом, но необходимо было выждать время. Всё должно было идти точно по плану.

         И вот, когда не больше получаса оставалось до подачи блюд за общий стол, когда супруги должны были уединиться, Мэйлин поторопилась ухватить разнос с вином.

         «Ну наконец! – мысленно возликовала Мэй, осторожно уместив разнос на ладошке, как положено. Глянув по сторонам и убедившись, что никому нет дела до её забот, разлила трепетно хранимое зелье по двум чуть оставленным бокалам. – Так не забыть».

         Вздохнув глубоко и довольно, Мэй с чистой совестью поспешила к специальному проходу в зал.

- Эй, ты! А ну поставь, - заорали позади так, что Мэй едав не подскочила. С ней так разговаривать было чревато, но… девушка замерла и обернулась. Главная по кухне со своего места указывала пальцем именно на неё. Она даже убедилась в этом, оглянувшись. – Тебе-тебе. Поставь поднос на место и бегом в кладовую.  Принеси базилика и корней арелии. Ну, чего замерла? Потом отнесёшь.

- Но, - начала было Мэй, как и до того суровое лицо кухарки стало совсем грозным. Все присутствующие на мгновение будто даже оторвались от дел, чтобы одарить непокорную осуждающими взглядами.

         Сглотнув, Мэйлин неохотно поставила свою драгоценность подальше на стол, чтобы никто не унёс вместо неё, и бросилась в кладовую.

         Боже! Только бы никто не взял его!

         С лихо отбивающим удары сердцем, Мэй примчалась обратно. Однако, пристально оглядев нужный стол, разноса не нашла, и едва не застонала в голос.

         Где?!

         У самого выхода, в шаге от заветной двери, другая разносчица несла бокалы.

- Стоять! – закричала Мэй на всю кухню, бросившись к прислуге. – А ну отдай, - нервно попросила она, и только завладев знакомым разносом, выдохнула. – Ох, благодарю, но я сама.

         Ошарашенная девушка не произнесла и слова, а Мэй, не став даже оборачиваться, почти выбежала в зал. Только вот все бокалы стояли в ровном кругу.

- Вездесущий прокляни! – отчаянно шепнула Мэйлин и подняла глаза на шумных гостей важного торжества. – Корнелия убьёт меня.

         Найти подругу труда не составило, она в знакомой компании стояла совсем близко, но Мэй спешить не стала. Ещё раз оглядев бокалы, представив, как могла бы взять разнос другая разносчица, и решив, где вероятность выше, двинулась с места.

         Ничего. Выпьют все – и дело с концом.

         Но только она расслабилась, только решила, что иных проблем быть уже не может, как один из проходящих мимо гостей удивительно ловко, будто и не собирался вовсе, стянул у неё бокал прямо из-под носа.

         Мэй испуганно раскрыла рот.

         О нет!

 

                                                          ***

                                                     Корнелия

 

         Обсуждение прекрасного вечера, так подходящего для свершения великих дел, проходило непринужденно. Все мы знали, что будет, все знали, чего ожидать, и когда у спрятанной двери для слуг вышла Мэйлин, я тут же предложила:

- Не желаете отметить предстоящие перемены бокальчиком вина?

         Время воплощать в жизнь нашу задумку настало. Я готова была уже поманить к себе и так шедшую навстречу временную разносчицу, как приятель отца и знаменитый своим торговым делом господин Гальтес Маули ухватил с разноса бокал. Всё бы ничего, если бы глаза Мэй вдруг не превратились в две огромные пропасти отчаяния. Не оставалось сомнений, взятый бокал содержал наш единственный с Син шанс на лучшее будущее.

         Сердце в груди ухнуло вниз, дыхание перехватило, но я, боясь упустить миг провала, бросилась к торговцу.

- Стойте! – выкрикнула я, протянув вперёд руку. И почти коснулась желанной ножки бокала, почти сжала на ней пальцы, как некто мною незамеченный совершенно неожиданно до боли скрутил тянущуюся руку за спиной и за какие-то доли секунды нагнул над полом. Распущенные волосы скользнули и замерли на мраморном полу. Едва успев вздохнуть, ошарашенно захлопала глазами.

         Какого проклятого?!

         У меня не нашлось и слова для возмущения, столь невероятной показалась ситуация. Я была поражена выше некуда.

         Кто вообще мог посметь так поступить с девушкой, дочерью уважаемого рода и магом во время торжества? При всех?!

- Отпусти её, Алейрон, - раздался властный, но весьма расслабленный голос сверху, и в тот же миг удерживать меня перестали. – Не думаю, что она хотела причинить вред мне. Не так ли, уважаемая?

         Я выпрямилась резко, полыхая гневом и задетой гордостью. Только вот, едва скользнув по торговцу взглядом и решив преподать урок вежливости его беспардонному спутнику, как замерла. Слова нравоучения так и не слетели с губ, приоткрыв их в немом изумлении.

         Передо мной стоял эльф. Чистокровный эльф будто прямо из мечтаний. Высокий, с подтянутым, но худым телом, с изящными чертами лица, серебристыми глазами, вытянутыми кончиками ушей и чёрными гладкими волосами, заплетенными в тонкие косы. Он взбудоражил кровь за миг. Мне даже подумалось, что где-то совсем рядом сам Император, а он его преданный телохранитель. Лучший из лучших!

         Да только, припомнила я, почитаемый мной народ славился безупречными манерами, а столь важного представителя Империи мы не приглашали. В отличии от стоящего рядом торговца и множества уважаемых гостей, смотрящих, возможно, как раз на нас.

         Осознание пронзило словно удар молнии. Очарование обликом рухнуло под напором реальности в мгновение ока.

         Да он ведь только что опозорил меня в семейном доме у всех на виду! Растоптал репутацию без раздумий, без малейшего колебания! И он-то – верх моих мечтаний? Беспринципный невежа! Как только он может относиться к благородной расе эльфов? Обман?! Какое невозможное разочарование!

- Вы немая, госпожа? – раздалось насмешливое от Гальтеса Маули, и я глянула на него растерянно.

         Весь богато разодетый он взирал на меня с не особо-то выдающегося роста надменно. На губах кривилась улыбка, светлые глаза были чуть прикрыты, будто все вокруг него – надоевшие букашки и не больше.

         Гнев вспыхнул в груди и жаром разнёсся по телу.

- А вы слепы, господин? Что вы позволяете своему слуге? Вы его откуда привели? Взрастили в подвалах?

         Торговец вскинул брови, хохотнул, а после и вовсе залился звучным смехом. Невольно скользнула взглядом по толпе.

         Мы привлекали внимание пугающе многих.

- Какая поразительная вы девушка, госпожа Вернет, - проявил он интерес, осматривая меня словно товар. – Вначале едва не набрасываетесь на моего, - хмыкнул он, - слугу с завидным восхищением, а после так страстно нападаете на его честь с обвинениями. Такая интригующая реакция, не правда ли? – сверкнул он белозубой ухмылкой, и я ощутила, как заполыхали щеки.

- Ни на столько, господин Маули, как его безобразное поведение, - сдержанно отозвалась я, одарив осуждающим взглядом виновника. Он стоял рядом с нанимателем бездушным изваянием. Словно и речь не о нём.

- Разве именно такое? – всё продолжал ухмыляться торговец. – Алейрон, насколько я заметил, как раз-таки исполнял свои непосредственные обязанности, когда так отчаянно вы ринулись испить со мной вина из одного бокала.

         Меня едва не передёрнуло.

         Да что он мелет? Как можно так перевирать слова?

- Вы приукрашиваете, господин, - попыталась я умерить его пылкое воображение, несколько нервничая от излишнего внимания гостей. Друзья, к беде или счастью, вмешиваться не торопились. Никому не стоило видеть особую сплочённость между нами. – Мне всего лишь очень хотелось взять именно этот. Я, можно сказать, влюбилась в него с первого взгляда, а тут вы так неожиданного его прихватили…

- О! – протянул он, поглядев на украденное сокровище с подозрительным любопытством. – Значит, всё дело именно в этом бокале. Он особенный для вас, да?

         Нервозное волнение охватило меня. Я постаралась улыбнуться невинно, даже кокетливо.

- Любовь с первого взгляда она такая. Всегда непредсказуема и желаема особенно.

         Мнительный торговец одарил меня долгим взглядом и загадочной полуулыбкой.

- Хотите попросить его у меня?

         Я едва удержалась от гримасы.

         Мерзкий Гальтес! Кого он из себя тут строит?! Но если зелье в этом вине...

- Хочу, господин.

         Он растянул губы шире.

- Тогда, - прочти пропел он, приблизившись, - на что вы готовы ради него?

         Ещё и шантажирует!

         Я мельком глянула на Син, так настороженно наблюдающей за нами. Тей с ней рядом смотрел не с меньшим вниманием. Мэй кусала губу, а поймав взгляд, неопределённо пожала плечами.

         Так этот бокал может быть не тем? А если тем? Что запросит Гальтес взамен? Не догадается ли о чём-то? А может, догадался уже и нарочно вытягивает выгоду? Нужно ли продолжить эту игру? Стоит или нет?

         Я вздохнула будто бы смущенно, терзаясь в сомнениях.

         Если вино – пустышка, я лишь обзаведусь неприятными обязательствами и точно вызову подозрения. Если вино то самое, насколько страшны будут последствия?

- На что? Может, – игриво шепнула я, –  на танец этим вечером?

         Мне не хотелось даже думать, как попытка скромного обольщения выглядит со стороны. А уж от мысли, что на пальце всё ещё сидит лучшее из свидетельств о замужестве, становилось вовсе не по себе. Но ошибаться я была не намерена.

         Гальтес Маули задумчиво хмыкнул, вновь изучающе посмотрев на бокал.

- Что же в нём такого, раз вы согласились так легко? Вы не показались мне такой уж непринужденной особой, - медленно проговорил он, разглядывая меня особенно пристально.

         Всемогущий Боже, неужели я и в самом деле такая неумеха в соблазнении?

- Скорее уж целеустремлённой, - продолжил он размышлять, пока я тянула губы будто бы в недоуменной улыбке. – С таким грозным видом к какому-то бокалу определённо тянутся неспроста. Вы так не думаете?

         Какой проницательный торговец! Что ж, виноват будет сам.

- Нет, не думаю, господин Маули. Мне всего лишь хотелось его, но раз вы так настаиваете на его исключительности – не стану препятствовать. Пейте с удовольствием!

         Я выждала секунды, всё ещё надеясь, что он передумает, но он не сказал ни слова, улыбаясь. С пренебрежительным хмыком развернулась и отправилась к друзьям.

         Да пусть подавится этим вином, зазнавшийся торгаш! 

- Прости меня, Корне, - умоляюще затянула Мэйлин, как только я подошла. – Я отлучилась совсем ненадолго, а их уже спутали! Я не знаю какие бокалы из них те самые. Только один… быть может.

- Да уж, наш план теперь трещит по швам, - угрюмо буркнула я. – Где он?

         Мэй тут же протянула с разноса вино.

- Если выпить вам с Теем всё, то, может…

- Будем надеяться, а то не хотелось бы мне влюбиться в саму себя или вообще не ясно в кого.

         Мой взгляд сам собой скользнул по внимательным окружающим, молчаливому телохранителю, волнующей меня расы, и торговцу. Он всё присматривался к бокалу и поглядывал на меня.

         Впрочем, лучше уж зелье выпьет он, чем всё я одна по неудачи. Тогда задуманное может не выйти вовсе. О таком нас Фэй не предупреждала.

         Я отсалютовала бокалом Гальтесу и отпила.

         Давай же, пей и ты.

         Тейлан рядом осушил первый бокал. Никто другой с разноса вино не трогал. Мэй, чтобы не вызывать ещё большее подозрение, оставила его на Син и упорхнула в тайную дверцу, чтобы начать подготовку к побегу. Нам же стоило подождать, когда начнёт проявляться эффект любовного зелья и подойдёт время для ухода супругов. Тогда Син стоило показательно увести меня с торжества, чтобы якобы насильно снять кольцо и отправить прочь.

         Только бы всё прошло без очередных осложнений!

         Задумавшись, упустила из виду Гальтеса.

         Боже Всемогущий! Так он выпил его или нет? Кому достанется этот второй бокал и взаимная любовь невероятной силы?

 

Глава 6. Безумство желания

 

         С опасно тлеющим раздражением я стояла у стены и ждала, когда начнёт проявляться эффект зелья. Время шло едва ли не на минуты. Вероника и её жених вот-вот грозились уйти в покои. Тейлан ходил неподалёку, будто не имел ко мне никаких дел. Син общалась с гостями рядом, готовая в любой момент отозваться на тайный знак. Напряженное ожидание висело в воздухе.

- О, моя любимая сестричка! – воскликнули откуда-то справа, и я тихо застонала, почти готовая позорно сбежать.

         Только его сейчас не хватало!

         Надин с лучезарной косой улыбкой подошел ко мне, держа под руку столь же улыбчивую Вайолет. Выглядели они поразительно одинаково, в этих своих масках дружелюбия. Истинная пара, не иначе.

- Как твои дела? – со всей любезностью поинтересовался брат, явно высмеивая моё одиночество и хмурость. – Чего одна? Решила подпускать к себе только своего вампирчика? Уже готовишься к семейным радостям?

         Натянула губы в ответной ухмылке. Совсем не хотелось напрасно тратить время на бесполезные колкости, но удержаться не смогла.

- А как ваши? Смотрю, решили больше не скрываться?

         Они чуть ли не синхронно сузили глаза.

- Придержи язычок, Корне, - посоветовала Вай, так и не убрав приветливый оскал с лица. – А не то все мигом узнают, что и у невесты имперского следопыта в шкафчике завалялась парочка скелетов.

         Осуждающе глянула на Надина. Не было сомнений, он, вновь подтверждая свою подлую натуру, рассказал очередной подружке о вечере у Фэй.

         С усилием придержала намёк и на её нестабильное положение.

- Если ты подошел лишь поболтать, Надин, то лучше поищи другого собеседника. Мне, как вы тактично заметили ранее, нужно подготовиться к семейным заботам.

         Брат недоверчиво вскинул бровь, будто удивлённый откровенным признанием. Уголок его губ дрогнул в неуверенной усмешке.

- О, моя дорогая сестрица, - выдохнул он. – Как, должно быть, сложно тебе сейчас. Больно даже представить, что ты чувствуешь, когда тебя вот-вот свяжут неразрывными узами брака с тем, кого ненавидишь сильнее всего прочего. С тем, от кого не спрятаться и не сбежать, с тем, кто так знаменит способностями сыска на всю Империю, - вещал он чувственно и злорадно. – Бедная, бедная моя сестрёнка, - изобразил он искреннюю грусть, вдруг подавшись ко мне. Я отпрянула.

- Мне твоё притворство не нужно. Говори, чего хотел, и проваливай.

         Он вздохнул и покачал головой, выражая, казалось, настоящую скорбь от пренебрежительного отношения дорогого человека. Ведь он так старается! Так искренне сочувствует!

- Ты так жестока, так жестока, - не унимался он, хватаясь за сердце и всё играя так неуместно приглянувшуюся роль. Вайолет рядом несдержанно хихикала в веер. – А ведь я хочу помочь тебе, сестра. От всей души! А ты…

- Что тебе нужно, Надин?

         Он перестал кривляться и взглянул на меня с торжествующим превосходством.

- Какая грубиянка. Жду не дождусь, когда господин Кельн научит тебя хорошим манерам.

         Молча поджала губы, чувствуя, как отдалённо приятное тепло медленно растекается по телу. Будто сам Всемогущий коснулся меня, дарую убеждённость и неистребимую веру в лучшее. Я ощущала, как где-то внутри рождается и процветает нечто трепетно желаемое, нежное и до того родное, что хотелось прикрыть глаза от удовольствия и тихо млеть, наслаждаться, несмотря ни на что. Однако я знала, что за чувства пробуждаются во мне и не могла сдержать нервозного волнения. Необходимо было начать готовиться к самого главному. Но…

         Кто же тот, в кого я влюбляюсь?

         Брошенный на Тея взгляд не внушал уверенности, а присутствие Надина только всё усложняло.

- Это всё, что ты хотел сказать?

         Надин хмыкнул, заговорщицки переглянувшись с важно помахивающей веером подружкой.

- Знаешь, несмотря на все твои нападки на меня, я готов оказать тебе услугу, - начал он, и бровь моя взлетела.

         Мои нападки на него? «Услуга» или приказ взамен на его молчание о посещении Фэй?

- И что же за услуга, дорогой мой брат?

         Он улыбнулся шире.

- Услуга исключительно ради тебя и твоего будущего. Хочу, чтобы ты была счастлива и начала делать первые шаги к налаживанию отношений с женихом уже сейчас. А то, сдаётся мне, ты так и не решишься преодолеть свои… гм, особенные предрассудки на его счёт.

         Я напряглась.

- А может, расставаться с ними мне не хочется?

- Как неразумно, - ухмыльнулся Надин. – Тебе жить с ним до скончания дней твоих. А тут такой шанс… Но, знаешь, именно поэтому, любимая моя, я, терзаясь муками за принуждение, вынужден настоять.

         Дурное предчувствие пронеслось по телу обжигающей волной.

- Угрожаешь?

         Он только улыбнулся, вновь многозначительно переглянувшись с Вайолет.

- Поцелуй своего жениха до объявления о вашей помолвке.

         Мне показалось, я ослышалась.

         Да разве можно просить о таком даже в шутку?!

         Подобное отрицалось даже в воображении. Я нервно хохотнула.

- Мой милый брат, ты, должно быть, разыгрываешь меня? Исполнить запрашиваемое невозможно.

- Невозможно даже при условии раскрытия нашего маленького секрета? Помнишь ли, как после посещения грязнокровки на магии пообещала исполнить любое пожелание взамен молчания?

         Сердце пропустило удар. В недоумении я взглянула в глаза брата.

         Он всерьёз? На самом деле просит о таком всего лишь за молчание?! И это – «разумное желание»? Стоило ли вообще его молчание магического обещания?

- Поторопись, Корне, - с усмешкой бросила Вай, - а то твои ночные похождения мигом станут достоянием общества.

         Гневно сузила глаза.

- Вы не станете.

- Рискнёшь проверить?

         Молча уставилась на родного по крови и не могла припомнить более изощрённой из всех его издевательств.

- Время пошло, - подмигнул он, и вместе с Вайолет направился к гостям.

         Меня же словно пригвоздило к месту. Секунды застучали в висках звонким молотом. Кровь будто мигом стала ещё горячее, и мне стало невыносимо жарко. Дыхание участилось, и я стала задыхаться.

         Проклятие Вездесущего! Что мне делать? Что мне теперь делать?!

         От отчаяния и бессильной злости с силой ударила кулаком по стене. Стук потерялся в шумных голосах гостей, но тупая боль в руке позволила собраться с мыслями. Руки задрожали. Глубоко вздохнув, внимательно вгляделась в каждого из пришедших. Не найдя знакомой фигуры, поспешила обойти зал по кругу.

         Где же он? Он непременно должен был прийти на помолвку, неужели опаздывает? А может, он и вовсе решил не приходить? Что ему стоит?

         Бросив пару слов Тею и Син, едва не выбежала из зала на свежий воздух, в сад, где так любила проводить время.

         Не исполнить данное Надину слово я не могла. Я должна была сделать всё для его реализации до последнего мгновения. Нарушение магических клятв всегда несло непредсказуемые последствия. Дар мог пропасть совсем. Однако воплощение запрошенного представлялось совершенно невероятным.

         Поцеловать вампира! По доброй воле!

         Тело содрогалось от одной только мысли, а от невольного представления кружилась голова, но я не могла не искать его. Сердце билось испуганно, только вот где-то в его глубине всё продолжало расти поглощающее чувство беспечности и стойкой, неуёмной радости. Казалось, вот-вот все мои беды потеряют значимость, будто вот-вот кто-то взмахнёт рукой, и все они исчезнут без следа. А потом я увижу его…

         Я не знала, кого так желаю увидеть, к кому так неумолимо тянется сердце, но прекрасно осознавала, что времени до полной влюблённости в неизвестного остаётся всё меньше.

         «Когда ты поймешь, что наваждение начинает перерастать во что-то большее, знай, - вспыхнули в памяти слова Фэй, - связывающий эффект зелья перенаправит вашу возрождающуюся любовь друг на друга, и ты поймешь, чьей любви жаждешь. Однако тебе стоит быть со своим избранником ещё до этого момента, потому как иначе твоё драгоценное украшение с большой вероятность исказит все мои настройки. Тебе ведь ни к чему такие изменения?»

         Я боялась непредсказуемых изменений. Я понимала, что найти и поцеловать вампира необходимо до раскрытия чувств и до того, как неисполненное обещание перечеркнёт нам все планы на удачный побег. До объявления о помолвке нас уже не должно быть в поместье.

         Лихорадочно обыскивая почти безлюдный сад, я всё же не нашла его.

         Всё пропало! Он не пришел!

         Мелко задрожав одновременно и от отчаяния, и от нарастающей любви к неизвестному, прислонилась к ближайшему дереву и медленно сползла по гладкой коре, уткнув голову в колени.

         Всё бессмысленно. Я не смогу уйти из поместья, не сдержав обещания или перестав искать Кельна до самого объявления. Есть ли смысл меняться кольцами теперь? Не будет ли потом слишком поздно? Благодаря Надину, если не отыщу вампира, я обязана дождаться хотя бы объявления о помолвке, как доказательство, что старалась до конца. Да только, смогу ли сбежать после? Не найдут ли меня сразу же, отправившись следом по остаткам портала? Хотя…

         Тут я улыбнулась, испытав удивительное облегчения.

         Не пройдёт ли всё без вампира даже лучше, чем мы рассчитывали? Исполню обещание Надина без прямого осуществления, погляжу со стороны, как отец извещает всех высокопочитаемых гостей о чудесной помолвке господина Кельна и Синди. Ведь он до последнего будет уверен, что рядом стою я. Все будут думать так, пока эффект зелья от полного совмещения нашей с Син крови для снятия кольца не спадёт. Фэй говорила, что такой эффект едва ли не минутный и проходит гладко, будто смена облика привычное и незапоминающееся дело. У него просто не будет выбора, когда во мне он увидит черты лица любимой дочери. Ведь кольцо будет на ней!

         Я тихо засмеялась.

         Да! Это во много, в сотни тысяч раз лучше, чем если бы на помолвку пришел Сентьон. От него сбежать бы так скоро не вышло. А так… пока он узнает, что его невеста подменена, я окажусь так далеко, как только возможно.

         Я засмеялась громче и подняла лицо, решив глянуть на чистое звёздное небо, так манившее безграничной свободой. Но едва подняла глаза, как наткнулась на тёмную фигуру совсем рядом. Голос пропал в тот же миг. Я даже не вскрикнула от испуга, так и оставшись немым изваянием под пристальным взглядом янтарных глаз.

Около 3 лет
на рынке
Эксклюзивные
предложения
Только интересные
книги
Скидки и подарки
постоянным покупателям