Павлов Игорь " /> Павлов Игорь " /> Павлов Игорь " />
0
Корзина пуста
Войти | Регистрация

Добро пожаловать на Книгоман!

Или войдите через:


Новый покупатель?
Зарегистрироваться
Главная » Сирус с планеты Дэрна » Отрывок из книги «Сирус с планеты Дэрна»

Отрывок из книги «Сирус с планеты Дэрна»

Исключительными правами на произведение «Сирус с планеты Дэрна» обладает автор — Павлов Игорь Copyright © Павлов Игорь

Она вела меня, крепко держа за руку, не отпускала. Вначале мы бежали, потом стали быстро идти, затем начались густые заросли. За нами никто не шел. Виера не оборачивалась. Уже стемнело, а она шла уверенно, будто отчетливо видела тропинку.

Перед глазами тьма, только ветки изредка хлещут по лицу, приводя в чувства. Шум ночного леса вокруг меня. Чем дальше идем, тем отчетливее слышу звуки ночных животных. Впереди, сквозь стволы деревьев я увидел пробивающееся желтоватое свечение.

Мы пошли вперед. Я увидел наш барьер! Энергетическое поле. Оно преграждало нам путь. Подойдя вплотную, Виера выпустила мою руку. Шагнула вперед и начала разгребать кучу наваленных веток.

Это была нора! Виера сделала подкоп. Вот же умна, эта Варийка. Я испытал невольный восторг. Она растащила ветки, взяла меня за руку и потащила в земляной тоннель. Я не стал сопротивляться, обратной дороги нет. В полуприседе мы шли через нору, покидая границу отчерченную генератором поля. В тоннеле я понял, что Виера не могла копать его одна, ей кто–то помогал, либо же, это нора какого–то животного, которой Варийка так ловко воспользовалась. Остро пахло землей, никогда я не ощущал этот запах так насыщенно. Метров десять длился тоннель. Мы вышли наверх без особых препятствий. Барьер теперь позади. Не теряя ни секунды, Виера потащила меня дальше.

Вне периметра лес сильно оживился. Звуки поющих ночных птиц, треск веток, стрекотания, клокотания. Я шел слепо за Виерой. Мы уже час шли без отдыха. Она вдруг остановилась. Я чуть не столкнулся с ней.

Ее что–то беспокоило. Я услышал ее дыхание, громкое, сопящее. Она дышала только носом. Я уже задыхался от такого темпа, ртом жадно хватал прохладный воздух. А она дышала только носом. Удивительная девушка! 

– Лезь на дерево, Сирус, – скомандовала она ровным, но властным голосом. Ее что–то явно беспокоило.

– Я устал, я не могу, – заверещал я. Мне действительно не хотелось никуда лезть, мышцы стали совсем ватные с таким темпом, с которым гнала Виера. Она схватила меня второй рукой и подтолкнула к дереву.

– Лезь, я сказала! Не заставляй делать тебе больно! – прорычала Виера.

– Ты мне не командир! – возмутился я. Меня охватила досада.

– Прости брат Сирус, – осеклась Виера и быстренько чмокнула меня в потный лоб. Я почувствовал ее влажные губы и смягчился.

– Здесь зверь, – продолжала она. – Он охотится, у меня нет снарядов, а ножом его сейчас не убить. Мы проиграем, лезь, прошу.

Я послушно полез на дерево, к которому меня подтолкнула Варийка. На фоне звездного неба я видел силуэты толстых веток. Мои руки дрожали, я еле держался. Что со мной? Я никогда еще не был так слаб.

Совсем близко я услышал гулкое стрекотание. Виера внизу звучно зарычала. Это было забавно. Треск веток раздался почти под деревом. Через три секунды Виера уже подталкивала меня за мой ленивый зад. Я уже был на высоте не менее десяти метров, как она успела?!

– Брат Сирус, выше, – шептала снизу она. – Зверь сейчас прыгнет, выше.

Меня охватила паника. Зверь под деревом. Я услышал его стрекотание прямо подо мной. Виера уже головой упиралась мне в зад. Я зашевелился быстрее, страх придавал сил.

Наше толстое дерево что–то качнуло, раздался звук ломающихся веток подо мной, метрах в трех ниже нас, затем стук чего–то массивного на землю. Зверь прыгнул! Виера?!

– Виера?! – взвизгнул я.

– Тс! Я ему поддала, – ответила она и захихикала. Мы полезли выше.

Я слышал, как зверь шумит под нами, бегает вокруг дерева, яростно стрекочет. А Виера смеется. Еще пару минут назад она была готова побить меня, а теперь смеется, странная Варийка.

– Брат Сирус, стой, – скомандовала она. – Выше нельзя, выше тоже звери. Высоты достаточно. Спим!

Я был шокирован такой непринужденностью. Спим?! Но как?! Я неуклюже взобрался на ближайшую раздвоенную ветку, растянулся на ней, чтобы не потерять равновесие. Вроде устойчиво. Вот она какая, эта планета Аштана, которую таким именем окрестили Зинонцы. Некогда могучая Варийя, сейчас от нее остались только леса, Варийцы в этих лесах и звери внизу, звери вверху. И я теперь принадлежу Варийи, зверь посередине...

Звучный птичий гам ворвался в мой сон. Я открыл глаза, дернулся при виде далекой земли внизу и чуть не потерял равновесие. Было раннее утро. Я повернулся на звук. Зеленые и синие птицы сидели на соседней ветке и щебетали мне почти под ухо. Я попытался встать, но что–то держало меня. Это были веревки. Виера обвязала меня? Чтобы я не упал или чтобы не сбежал?!

Ее нигде не было видно.

– Виера?! – завопил я. Мое тело онемело и совсем продрогло, нужно слезать с дерева, а без нее это не выйдет – Виера, ну где ты?!

– Брат Сирус! – услышал я радостный дергающийся крик бегущей Варийки. – Я сейчас, потерпи!

Я увидел ее. Она прыгнула на ствол сразу на несколько метров вверх. Невероятно! Ловко преодолевая ветки, она взобралась очень быстро, будто дерево лежало на земле, а она движется по горизонтали. Ее движения были настолько сильными, что мне показалось, законы притяжения на нее не действуют.

Она поднялась ко мне и начала заботливо растирать и разминать мне ноги и руки. И только после этого развязала веревки, которые меня держали.

 Я спускался долго, она страховала. Терпеливо поддерживала, не ворчала и не ругалась. Мы спустились. Я почувствовал запах костра. Виера схватила меня за руку своей цепкой теплой рукой и потащила сквозь заросли. Я недовольно замычал, мне бы в туалет отойти не мешало...

Шли мы метров десять, не больше. Шокированный от увиденного, я замер. Небольшая полянка, тлеет костер. Такие мы разжигали на марше, нас учили. На самодельном вертеле жариться что–то размером с две моих ноги. Но не это шокировало меня, а лежащее позади костра тело огромного зверя серо–зеленой окраски. Его тело было гладкое, слегка поблескивало от первых лучей солнца. Одна лапа была вытянута, мощная у основания, чуть согнутая в трех местах, с огромными острыми шипами. Больше конечностей я не увидел.

– Зверь, – кивнула Виера. – Глупый попался, уснул рядом с добычей.

– Ты его ножичком своим?! – спросил я, меня охватил ужас – он мертв?!

– Да, да, – кивнула деловито Варийка и жестом пригласила к костру. 

Я видел только спину зверя, осторожно двинулся к нему, чтобы рассмотреть со всех сторон. Вблизи я оценил его размеры, длинное тело, метра три, в высоту не более полутора. Голова уродливая, огромные многогранные синие глаза, два длинных уса, один обломан. Конечно, меня больше всего интересовала его пасть. Она была большая, необычная, сложная и непонятная мне. Какие–то перепонки, зеленые пластинки. Челюсти распахнуты в четыре стороны. Свисали полупрозрачные слюни. Меня передернуло. Такая мерзость. Я насчитал пять лап, из них одна большая, та что вытянутая, вероятно выполняла функцию ноги. Вторую ногу, как я догадался отрезала Виера и часть ее сжарила на костре. 

Зверь был весь в шипах, я дотронулся до тела. Панцирь твердый. Как она сумела его убить?! На нем не было ни царапины, не считая обломанного уса и отрезанной ноги. Та явно была отхвачена уже после смерти зверя. Рядом в кустах я увидел части от его ноги, это, скорее всего, куски его твердого панциря. Виера видимо вытащила из ноги мясо, а остальное выкинула за ненадобностью. 

– Как ты его... – залепетал я, отступая назад.

– Удар ножом в основание шеи, там у него нервный узел, мгновенная смерть, – не дала договорить Виера, она уже срезала куски жаренной плоти. – Сходи пописай, только далеко не отходи и возвращайся на трапезу.

Я покраснел от такого откровенного разговора и поспешил в кусты.

Вернувшись, сел рядом с ней. Она, молча, протянула мне кусок мяса. Запах был необычно притягательный, аппетитный. Я осторожно понюхал, попробовал на язык. Виера поглядывала и хихикала, затем демонстративно впилась в свой кусок зубами. Я повторил ее действия.

Я опьянел от вкуса. Это что–то необычное, невообразимое! Я проглотил кусок мяса, практически не пережевывая. Мягкое, нежное, правда с частыми прожилками. Варийка протянула мне обшитую лохмотьями фляжку. Вода оказалась кислой. Я поспешил выплюнуть то, что успел залить в рот. Получил легкую оплеуху, обиженно посмотрел на Виеру.

– Сирус, – строго начала она. – Я тебе последнюю воду отдала. До другой воды далеко, а ты паясничаешь!

– Она не вкусная!

– Привыкай! Вода из растений, другой нет! На, пей, брат Сирус!

– Свою я выплюнул, – мотнул головой я. Мне хотелось пойти на принцип.

– Упрямый, – зарычала Варийка и встала. Она пошла к зверю, обошла, нагнулась к брюху. Что она там делала, я не видел. Через минуту подняла голову и вернулась.

– Что ты сделала? – удивился я, заметив окрашенный чем–то зеленым  нож в ее руке.

– Крови напилась! – надменно ответила Виера, вытаращив свои выразительные зеленые глаза прямо на меня. Сейчас она такая красивая, под таким взглядом я беспомощен.

Мне вдруг стало смешно. Наблюдает за моей реакцией! Я демонстративно усмехнулся, с намеком, что не поверил. А она открыла рот, умудрившись не поменять выражения лица, и вытащила окровавленный зеленый язык. Я отскочил, как ошпаренный.

– Больше не целуй меня в лоб! – заявил я. – Фу! Фу! Фууу!

Громко хохоча, Виера набросилась на меня сверху.

– Хорошо! Хорошо, не лоб, а губы! Я буду целовать тебя в губы! – с этими угрозами она полезла целоваться. Я отмахивался, как мог, но пару поцелуев все же пропустил. Я завизжал, как девчонка. Она отпрыгнула.

– Прости Виеру, брат Сирус, – улыбнулась Варийка. – Не кричи так громко, разбудишь хекров! – Она кивнула в сторону лежащего за костром зверя.

– И этот проснется? – улыбнулся я. Виера усмехнулась.

– И даже этот с твоего девичьего визга встанет!

Варийка снова захихикала, не отрывая от меня глаз. Я перед ней сижу, как ребенок, досадно.

– А почему ты рычала ночью? – спросил я. Меня этот вопрос мучил еще ночью. Странное необоснованное поведение моей спутницы меня тревожило. Если я доверяю ей, я должен знать все.

– Я и сейчас могу порычать, –  отвечала с сарказмом она. – Только на этот раз прибегут другие звери на мой зов, те, что питаются хекрами.  

– Значит, рычанием ты ночью отпугивала этого хищника? – уточнил я. Она радостно и с большой амплитудой кивнула. Я поражался ее открытой эмоциональности.

– А те звери, что рычат, они больше хекров? – поинтересовался я, незаметно ухватив фляжку.

– Больше, и в то же время меньше! – ответила улыбчивая Виера, нарезая еще мяса.      

Мне показалось, что Виера снова рычит, звук вроде бы исходил от нее.

– Виера? – окликнул я. Та на мгновение замерла, прекратив все свои дела. Я понял, что рычала не Варийка. В три прыжка она оказалась около меня, подняла. Я уловил ее бешеный взгляд. Эта Виера меняется очень быстро. Она непредсказуема.

– Сирус, лезь скорее, – прошептала она. В голосе было беспокойство. Я послушно начал взбираться по толстому стволу, цепляя ногами и руками ветки. Я уже кое–что умею!

Виера лезла следом, подталкивая меня своей рыжей шевелюрой.

Она придержала меня за ногу, я понял, что выше лезть не нужно. Вскоре я услышал шорох травы, веток кустарников. Десятки, сотни шуршащих веток. Лес словно забурлил, заросли ожили. Что–то приближалось. Мое пугливое сердце сжалось от страха и очередного стресса, я посмотрел вниз на Виеру, она медленно поднялась до моего уровня и жестом приказала молчать. Затем показала в направлении трупа хекра.

Наконец, я увидел зверьков, что создавали столько шума. Именно зверьков, потому, что они были маленькие. Бежевые, удлиненные, плоские многоножки, их становилось все больше и больше. Каждая была не более двадцати сантиметров в длину. Но вместе они превращались в огромную кишащую массу.

Я услышал, как они рычат, такие маленькие, но столько от них звука!

Они облепили труп хекра. Эта живая река, шириной не более двух с половиной метров, окутала его полностью. До меня стали доноситься звуки трескающегося панциря. Я увидел, как быстро эти существа вгрызаются в него и проникают вовнутрь. Одна за другой, эти маленькие многоножки резво проникали в тело огромного хекра. Мне показалось, что там уже нет места, а они все входят и входят. Вскоре живая река потеряла интерес к туше, она уже хлынула через наше дерево, обогнула его с обеих сторон и устремилась дальше в заросли. Через минуту последняя многоножка скрылась в кустах. Постепенно синхронное рычание удалялось, а затем и вовсе прекратилось.

– Я дура, – сказала вдруг строго Виера, после недолгих размышлений. – Они учуяли кровь, я дура, паясничаю, как маленькая с тобой.

– Это были те самые? – спросил я, несколько виноватым голосом.

– Да, это рычащие звери, их больше, но они меньше, как я и сказала. Мурии, очень опасны, но предсказуемы.

После этих слов, она полезла вниз. Я последовал за ней. Мурии съели все, даже мясо на деревянном вертеле. Я присмотрелся, да и сам вертел порядком изрезан их острыми зубами. Они даже соскабливали слои, пропитанные соком от мяса. Вот же голодные твари! Я посмотрел на лежащего хекра, на первый взгляд, просто пронизан узкими дырочками. А если присмотреться, осталась лишь оболочка, внутри все выедено.

– Мы теперь без еды? – вздохнул я. Виера достала из своей сумки пару кусочков и подмигнула мне…

Уже вечер. Мы сидим у тлеющего костра. Как оказалось, Виера разжигает его с помощью какого–то маленького приборчика. Говорит, главное в нем – горючее, доставшееся по наследству от их старого мира Варийи.

За день мы прошли очень много. Я скулил во все горло, но Виера меня не жалела, гнала, хохотала, целовала в лоб и снова гнала. Во время нелегкой дороги я буквально засыпал ее вопросами о животных этого леса. Их множество, но на окраинах, где мы и путешествовали, теперь практически не осталось. В глубинах живут такие чудовища, что у меня мурашки катались по телу, когда Виера о них рассказывала.

Я узнал, что хекр, которого убила Виера, был не взрослой особью, та достигает пяти метров в длину. Также я подчеркнул для себя, что мурии не видят жертву, а ориентируются по запаху, боятся воды и не охотятся ночью. Странно, но об этих животных в школе Ортар на уроках не рассказывали.  

Виера также рассказала про опасности у крон деревьев. Там водятся агрессивные насекомые, которые охотятся стаей, как и мурии. Только те умеют летать и боятся света. Насекомые зовутся икли, размер их не более половины пальца, от одного укуса будешь болеть неделю. Укус десяти и более приводит к поражению нервной системы…

Я кушал кислые плоды, что нарвала Варийка. Она смотрела на меня, в ее глазах было много вопросов, странно, но за все время она еще ни одного не задала. Ночная свежесть и прохлада бодрили. Пахло угольками.

– Зачем я тебе? – вдруг спросил я.

– Ты мой брат, не спрашивай, – резко ответила она, не сводя с меня своих выразительных и острых глаз.

– В лагере вас было несколько…

– Трое и я,  – кивнула она. – Они убиты, с честью приняли смерть в борьбе…

– В борьбе за что?! – перебил возмущенно я.

– За тебя брат Сирус, – она отвечала ровным голосом, будто для нее смерти товарищей были обыденным делом.

– Я не хочу, чтобы за меня кто–то умирал, – обрезал я. – Я не просил, на моей совести итак… – я осекся, ком подкатил к горлу. Вспомнились убитые мною гвардейцы.

– Расскажи, – настояла Виера, она заметила мою горечь.

– Я убил восьмерых гвардейцев императора и старого отшельника, – ответил я. Не хочу скрывать ничего от нее. Пусть узнает, пусть осуждает. Мне сложно все держать в себе. Может так станет легче?

Она молчала. Почесала свой рыжий затылок, посмотрела налево, направо, вниз на костер, тяжело вздохнула.

– А правда, что ты убивала учеников школы Ортар? – настороженно спросил я. Она продолжала таращиться на тлеющие угольки.

– Да.

– И отрезала там…

– Да.

Меня передернуло, после такого ответа. В груди похолодело, мурашки зарезвились по спине. Я думал это россказни ребят, байки учеников, устрашение Берона.

– Ты жестокая, – сказал я с как можно большей укоризной в голосе.

– Зинон сделал меня такой, – проговорила Виера без нотки сожаления. – Можешь осуждать меня брат Сирус, даже побить, если станет легче, у меня свои причины и своя месть.

– Что могли сделать тебе мальчишки?!

– Замолчи! – взревела Виера и топнула ногой. Я послушно закрыл рот. В гневе она была страшна. Я испугался ее.

Я выкинул недоеденный фрукт в кусты. Не могу смотреть на нее. Моя ошибка, что полностью доверился монстру. Поджилки затряслись. Я начал терять контроль. Развернуться бы сейчас и уйти куда глаза глядят! Не могу видеть это чудовище. Я сжал кулаки. А может действительно ее побить?!

Я встал, борясь с мыслью действительно это сделать.

– У меня была дочь, – начала вдруг она, не сводя глаз с тлеющих углей. – В два раза младше тебя, родная кровь, волосы как у меня, цвета солнца, жизнерадостная, умная. Как–то я не уследила, была на охоте или в дозоре, не помню. У предателей Варийцев был выход в лес. Я потеряла ее из виду, а когда нашла…

Она начала тихо плакать, но старалась давить слезы.

– Эти маленькие ублюдки… Они изнасиловали ее и изуродовали, поймали где–то детеныша мурии и запустили в нее, – прошептала Варийка. – Она еще жила три дня, мучилась. Я убила ее сама, не в силах помочь, прекратила ее страдания. Ненавижу их.

В голове все перевернулось вверх дном. Я замер, спесь куда–то испарилась. Что ж это за жизнь такая? Жестокость, месть, убийства. Все правы и все виноваты.

Я шагнул к ней, присел рядом и обнял за подергивающиеся плечи. Она не сопротивлялась. Я был не прав, а она сейчас слаба, ей нужна поддержка, хотя бы слабого мальчишки. Она обняла меня в ответ. Я поцеловал ее в соленый лоб. Сейчас она маленькая сестра, а я старший брат.

Через пол часа мы были уже на дереве. Спать тут безопаснее…

Утром меня разбудила Виера. Я чуть было не сорвался. Не могу привыкнуть просыпаться на ветке!

– Тс! – прошипела Виера, когда я открыл рот, чтобы звучно зевнуть. Она указала на соседнее дерево. Сперва я не понял, что она хочет от меня. Пока неестественно не зашелестели листья на том дереве. Зеленое тело змеи практически сливалось с местной растительностью, ее выдавали поблескивающие на солнце чешуйки. Эта тварь была не меньше той, что мы встретили с ребятами, когда нападали на лагерь Берона. Тогда нам повезло, кто–то отрезал ее голову.

Сейчас эта огромная тварь была живая, совсем рядом. Метрах в семнадцати на соседнем дереве. Я не сводил с этой массивной туши глаз. Позади послышался звук рубящего дерево ножа. Виера что–то задумала!

Она спешно срубила ветку, обстригла все мелкие веточки, срезала лишнее, получилась увесистая рогатина. Она протянула ее мне, я машинально взял. Через минуту она срезала еще ветку и соорудила себе такую же.

Змея с интересом наблюдала за нами, как мы копошимся на соседнем дереве. Она готовилась к броску. Ее длинное тело сжалось в огромную пружину. Виера показала, как я должен расположить рогатину. Сдвоенным к стволу, прижаться боком, обхватить руками у основания, направить острие на змею. Мы ждали, наши спины облокотились на ствол дерева. Виера чуть ниже уровня змеи, я чуть выше. Сердце бешено колотилось, руки дрожали. Я увидел эти черные глаза смерти.

Змея бросилась на меня. Удар пришелся мне на руки и плечи, если бы не дерево позади, я бы отлетел далеко. Голова зазвенела, затылком я стукнулся о ствол, чуть не потерял ориентацию в пространстве и самое главное – контроль. Я еле удержал деревянное оружие. Она молниеносно проглотила рогатину и захрипела. Но я почувствовал, как ее пасть все же приближается ко мне.

Сила напора змеи вдруг сошла на нет, снизу ударила Виера. Ее рогатина вошла в зеленую чешуйчатую плоть, прямо в голову через нижнюю челюсть. Змея занесла корпус и начала обвивать наше дерево. Варийка вдруг прыгнула на нее, отпустив свою рогатину. В руках Виеры был нож. Она начала активно им работать, нанося удар за ударом. Змея, извиваясь и сбивая ветки дерева, полетела вниз вместе с Варийкой. Раздался глухой стук о землю.

Мой бешеный взгляд устремился вниз. Змеиное тело продолжало дергаться и на земле. Под ним неподвижно лежит Виера. Семь–десять метров. С такой высоты упала Варийка, да еще и сверху на нее обрушилось массивное тело. Я не помню, как оказался в низу. Это произошло очень быстро. Змея была мертва, ее мозг был мертв, но тело все еще не верило в это. Я вытащил Виеру из–под трупа, дергающегося в конвульсиях. Она открыла глаза. Эта дурочка засмеялась!

Мы обнялись. Я чуть было не потерял ее. Мне хотелось разреветься от счастья, что она жива.

– Молодец брат Сирус, – смеялась Виера. – Мясо руко очень–очень вкусное!

– Вот счастья–то! – издевательски ответил я. – Ты чуть не погибла, идиотка!

– Я падала и с большей высоты! – ухмыльнулась Виера и, подобрав нож, начала разрезать, только что утихомирившееся тело змеи руко…

Жареное мясо руко оказалось действительно вкусным. Виера нашла какое–то растение и выдавила во флягу кислой зеленой воды. После трапезы мы двинулись в путь. До вечера шли без особых приключений, очередную ночь снова провели на дереве. Как всегда, Варийка обвязала меня страховочной веревкой, я и не возражал. Утром встали, поели. До обеда все было тихо и спокойно. Пока перед нами не возник пруд. Небольшой, посреди леса, берега зеленые, вокруг трава, дальше снова лес, вокруг подступают деревья, некоторые уходят в воду своими толстыми корнями. На открытой местности солнце сразу накинулось усиленно греть мое тело. Стало жарко. Пахло сыростью и цветами.

Виера без особого стеснения скинула свои выцветшие зеленые лохмотья вместе с походной сумкой, поясом с ножом и винтовкой, и, абсолютно обнаженная, полезла в прозрачную воду.

Вблизи она была просто изумительна. Я смотрел на нее и не мог оторвать взгляда. Эти формы, по которым струились ее огненные солнечные волосы, вызывали неистовое возбуждение. Мне стало стыдно, я отвернулся. Она может в любой момент поймать мой взгляд, это очень неловко! Я сел на траву. Лучше я посторожу ее вещи. В воде вряд ли опасность, она знает, что делает. Но я не хочу туда лезть, я боюсь.

 – Сирус! – услышал я ее радостный крик. – Иди ко мне!

– Я не умею плавать, – буркнул я. Она повернулась и стала выходить из воды. Я увидел ее красивую грудь, маленькие женские соски, гладкий животик, соблазнительные бедра, рыженький треугольник волос между ног. Она не стеснялась меня. Я больше смущался, чем она, пряча свой взгляд. Ее рука коснулась молнии на моем комбинезоне. Она стянула его без особого труда вместе с трусами и сапогами. Столько в ней сил! Я поражаюсь.

Теперь я голый. Она стоит и смотрит, улыбается, как обычно. В выражении ее лица нет ничего того, чего я раньше не видел. Она протягивает руку, хватает мою ладонь и ведет к воде.

 Мои босые ноги почувствовали траву, затем прохладную воду. Виера тащила меня вперед, не церемонясь. Тело ахнуло от свежести. Мурашки пошли по коже. Прохладная гладь неумолимо поднималась выше. Мое тело взбодрилось. Вода доходила мне до шеи, мы остановились. Стопы чувствовали травяное дно. Вероятно, это озерко появилось тут недавно. Видимо вода залила ров. Виера отпустила мою руку и аккуратно начала отплывать, стараясь не забрызгать. Я остался стоять.

Завидев, что я не шевелюсь, она развернулась и нырнула под воду. В прозрачной глади я видел, как она красиво подплывает ко мне под водой, синхронно разбрасывая ноги и руки в стороны, будто отталкиваясь. Ее макушка показалась из воды прямо передо мной, затем вся Виера аккуратно вынырнула и встала в полный рост. Между нами расстояние было не больше ширины ладони. Как она подгадала так точно?  

Наши взгляды встретились. Не знаю, что со мной случилось. Волнение охватило меня с огромной силой, не говоря о том, что смущение все еще не отпускало. У нее был загадочный и озадаченный вид.

– Сирус, будем учиться плавать, – вдруг сказала серьезным голосом она. – Наклоняйся вперед, я поддержу, не бойся.

Я послушно стал подаваться вперед, немного в сторону от нее. Затем почувствовал ее теплую ладонь у себя на животе. Она с легкостью подняла меня над водой. Вторая ее теплая и нежная рука коснулась груди.

– Ты видел, как я плыла? – спросила она, я кивнул. – Повторяй движения руками и ногами…

Через двадцать минут я научился плавать. Неуклюже и немного мог проплыть, плохо держался на воде. Варийка была терпелива и серьезна. Я уже начал скучать по ее улыбке и смеху. Лишь, когда я начал плыть сам, она засмеялась.

Затем Виера взбесилась. Громко смеясь, она начала плескаться. Я ответил, она завизжала. Наш водный бой разразился с нарастающей силой. Меня переполнял восторг и азарт. Я хотел залепить ей в лицо струю, да побольше! 

В этом деле я оказался сильнее Варийки. Поняв, что проигрывает, она начала подбираться ко мне ближе и вскоре заключила в свои цепкие объятия. Я почувствовал, как ее горячая грудь касается моей, а мое возбужденное достоинство упирается ей в твердый животик. Вдруг прошли спесь и детская игривость. Я покраснел от запретных желаний. Она смотрела на меня слегка, улыбаясь уголком рта. Изучала мою реакцию, издевалась. Будто для нее контакт наших обнаженных тел ничего не значил. Мы вышли из воды, после того, как она удостоила меня быстрым поцелуем в губы, прервав тем самым неловкий момент.

Виера одевалась, стоя спиной ко мне. Вот и отлично, мне не пришлось прикрывать свое возбуждение. Я быстро натянул трусы и стал, не спеша, одеваться дальше.

Вскоре мы продолжили путь. Вечером снова взобрались на дерево для ночлега. Ночь была беспокойна, рядом охотились хекры. Их стрекотание долго не давало мне уснуть. Затем я привык, мысли уже были не о зверях. Я думал о Виере, перебирал в голове неловкие  моменты. Вспомнил, как она прижала меня к себе. Вот идиот, я даже не поднял рук и не прижал ее в ответ, она этого хотела, я уверен. Мне нужно быть смелее. Возбуждение снова начало разогревать меня, я будто вновь почувствовал ее теплую ладонь у себя на животе. Она взялась так близко, едва касаясь моего возбужденного достоинства, сперва я напугался, а теперь вспоминаю приятное и нежное прикосновение.

Я смотрел на ее силуэт в темноте. Свисающие с двойной ветки коленки и локти. Как она так держится? Она всегда уступает мне лучшую ветку, всегда страхует, привязывая веревкой, кормит, защищает, обучает. Ее забота и теплота так дурманит меня. Как, такая добрая и нежная Варийка могла быть жестокой с моими братьями? Неужели они все участвовали в том зверстве. Из–за двух–трех уродов страдают все. На миг я представил, как она хватает своими цепкими руками ученика и режет его гениталии. Представить было не сложно, я видел, как она расправлялась с тушами зверей, как она ловко орудует своим ножом. Меня несколько раз передернуло от мерзости, что я представил своим богатым воображением. Нет, я не могу любить такую жестокую женщину…

Под утро пошел дождь, я промок до нитки. Когда он закончился, мы спустились. Я увидел маленьких, желтых змеек, вылезающих из земли, и закричал, в страхе полез обратно. Виера рассмеялась и остановила меня.

– Хещь не опасна, глупый брат Сирус! – сказала Варийка и направилась к кусту с широкими листьями. Она дополнила свою фляжку дождевой водой, которая задержалась на листьях. Чуть–чуть и сама похлебала с листьев. Забавное зрелище. Перешагивая на носочках хещь, я тоже поспешил напиться дождевой воды.

– Посмотрел бы я на тебя, окажись ты на моей планете Дэрна! – возмутился я и начал импровизировать:

– Глупая, при–глупая сестра Виера! Ай–яй–яй, нельзя дышать радиацией, а закапываться в песок не опасно!

Артистично попричитав, я замолчал, по выражению лица, Виере было не смешно и не интересно. Она даже на меня не смотрела!

– Что такое радиация я знаю, – проговорила Виера, рассматривая что–то дальше куста. – А вот про Дэрну я бы послушала. Это планета, где ты получил свои мужественные шрамы?

– Да, – пролепетал я.

– Не стоит их стыдиться, гордись ими! – усмехнулась Виера. – Многие воины Варийи и не мечтали о таких! Многие воины Варийи позавидуют брату Сирусу! Я полюбила тебя за твои шрамы, брат Сирус.

– Только за шрамы? – хмыкнул я.

– Прости, – ответила она и обернулась. Посмотрела так ласково, будто мы снова обнимаемся в озере. – Конечно уже и не только за них. Ты будешь лучшим воином Варийи, я в тебе не сомневаюсь. А теперь нам нужно двигаться. Дальше опасные леса.

– А было–то что до этого? – удивился я и поспешил за Виерой.

Леса начались действительно другие. Деревья стали выше, заросли гуще и непроходимее. Появились какие–то лианы, которые обвивали все вокруг, и кустарники на земле, и деревья сверху. Множество ярких цветов, новые острые запахи и непривычные звуки. Виера шла осторожно, сказала, чтобы я шел след в след и ничего не трогал, особенно цветы.

– Замри, – прошептала она. Я оцепенел. Мне было и без того страшно. Виера начала принюхиваться, затем сняла из–за спины винтовку и потыкала ей впереди себя землю. Там что–то активно зашевелилось.

– Так я и думала, – заключила Варийка. – Уже и до троп добрались, пакостные создания.

– А…

– Тс! – оборвала шепотом Виера, махнув рукой – Тс! Ни звука.

Я проглотил вопрос и последовал за ней. Мы что–то начали обходить. Я так и не рассмотрел, что там шевелилось в земле, среди травы и лиан.

Мы шли медленно. До меня, наконец, дошло, что Виера идет строго по своим тропинкам, которые уже знает. И с самого начала так было.

Вскоре Варийка начала размахивать своим ножом, прорубая дорогу. Иногда я замирал по ее команде, и мы снова обходили. Бывало, что она не прорубала лианы, а пролазила. Где–то рубила с шумом, а где–то тихо резала.

Вокруг постоянно шелестела трава, по началу, я не обращал на это внимание, шум был далеко, он был монотонный. А теперь то слева что–то проползет мимо, то справа, то позади. Виера шла, не обращая внимания. Значит и мне не стоило беспокоиться. Вокруг головы постоянно вились мелкие насекомые, будто песчинки Дэрны или радиоактивная пыль, я нервно отмахивался, они не отступали.

Варийка часто оглядывалась, контролируя мое передвижение. Это происходило быстро, кивнет головой в мою сторону так, что я не успевал уловить ее взгляда, и дальше продолжает путь. Для меня было сейчас очень важно увидеть ее выражение лица. Потому что страшно, аж жуть. Мне хотелось знать, что она улыбается смелой улыбкой, тогда я буду знать, что все точно будет хорошо и с нами ничего не случится.

Мы остановились. Впереди было какое–то препятствие. Но заросли расступились, будто изображая тоннель, построенный из лиан.

Я аккуратно подошел к Виере сзади и глянул через ее плечо. Впереди даже не было травы. Просто бледно–коричневая идеально ровная земля.

– Сирус, – шептала она, я почувствовал беспокойство. – Ты быстро бегаешь?

– Да, – прошептал я в ответ.

– Видишь, дальше на двадцати шагах начинается трава, рядом пенек и старое сухое дерево?

– Да.

– По моей команде ты должен очень–очень быстро пробежать по этой вязкой дороге, наступить на край травы и, не касаясь, пенька, залезть на дерево. Запомни, что пня касаться нельзя, иначе смерть. Ты понял?!

– Д–да, – шепнул не уверенно я. Виера пропустила меня вперед. Я с ужасом осознал, что это какая–то жидкость впереди, мне нужно по ней пробежать. Сердце бешено стучало, разгоняя кровь и нагоняя еще больший страх.

– Беги брат Сирус, – шепнула Виера и я рванул вперед. Сапоги взбудоражили коричневую вязкую массу. Первый же удар по жиже и моя нога стала вязнуть. Я вырвался, стал семенить, позади взревела Виера, чтобы я двигался быстрее. Я ожидал бега по нормальной поверхности, да, Виера сказала, что она вязкая, но я не думал, что настолько!

Я бежал, ноги уходили все глубже с каждым шагом. К концу я уже завяз почти по колено. Бега у меня не вышло, скорее ускоренный и неуклюжий шаг. После криков Варийки что–то подо мной глухо заревело. В панике, я выбрался на траву и полез на указанное дерево, не касаясь пня. Через пару секунд мне в задницу уже упиралась голова Виеры, которая, ворча и причитая, подталкивала меня. Как же она быстро!

Мы лезли все выше. С моих ног и рук труха от дерева сыпалась на огненно рыжую шевелюру Варийки.

– Быстрее на ветку! – взревела та. – Я вздрогнул, считая, что мы уже в безопасности, и ни как не ожидал такого беспокойства Виеры. Я сел на ветку и обхватил ствол дерева  обеими руками, она взобралась на соседнюю, нагнулась ко мне, быстрым движением сбросила один мой сапог, затем другой. Оба упали в жижу.

– Эй! – возмутился я. Она достала нож и ловко срезала обе штанины моего комбинезона до колен. Избавилась от ткани, испачканной в коричневой массе. Я был в шоке, даже не шевельнулся. Затем она достала флягу и начала обмывать мои ноги. С внутренней стороны коленки защипало. Она помыла и там, будто чувствовала. Я посмотрел на ее ноги, они были чистые. Значит мой быстрый бег, оказался не такой уж и быстрый. Остатками фляги она помыла подошву своих обветшалых лохматых ботинок.

Внизу что–то зашевелилось. Я с тревогой посмотрел на Виеру. Она кивнула, мол сидим нормально, достаточно высоко. Я посмотрел вниз. Пенек зашевелился, стал быстро расти, затем изогнулся и окунулся в коричневую жижу.

– Это его язык, – прошептала Виера и улыбнулась. Я был счастлив увидеть ее улыбку. И вдруг оцепенел от ужаса, осознав, сказанные только что слова.

– Язык??

– Да, мы зовем их куари, – шептала она. – Та вязкая жидкость его желудочный сок. Переваривает все живое за часы, тебя скушает за десять минут.

– А тебя? – огрызнулся я.

– Меня не поймает, – хихикнула Виера.

– Да я самый быстрый в Ортаре. Я и тебя обгоню. Я быстрее тебя бегаю, просто не ожидал, что так прилипнет все, потом запаниковал… – начал оправдываться я. Варийка растянула губки в широкой ехидной улыбке.

Я злился. Теперь я без обуви, сижу и разглядываю куари. Подумать только, что за звери водятся в Варийских лесах. Моего воображения не хватало, чтобы понять всей опасности от такого создания.

– Почему мы не обошли стороной?

– Из–за дурмана, – шептала Виера. – По обе руки от куари его дурманящий запах. Он ведет всех в его ловушку. Обходить еще дальше я не решилась, там я не знаю леса.

– Ну, ты же не первый раз тут? – спросил я. Варийка кивнула. – И всегда преодолеваешь его так?

– Не так, как сегодня, – снова захихикала она. Внизу раздался всплеск. Я опустил глаза. Из жижи показались несколько рядов огромных белых зубьев, затем они исчезли, огромный язык все еще шевелился, вращался кругом, иногда касаясь дерева, то увеличивался, то сокращался.

– Мне жаль воду, что ты потратила на меня, – с досадой пролепетал я.

– А мне не жаль, ни сколько, – улыбнулась Виера. – Ты молодец, с первого же раза прошел.

– А куари дает несколько попыток? – ехидно уточнил я. Виера захихикала.

– Скоро он успокоится, – прошептала она. – И мы пойдем дальше, до корабля к закату доберемся.

– До корабля?! – вскрикнул я. Виера посмотрела на меня с укором.

– Плюс еще полчаса на дереве, – прошептала она. – Тс!

На дереве мы действительно просидели долго, до тех пор, пока язык куари не вернулся в исходное положение и не стал снова пеньком. Виера была очень умна, она знала лес, знала все растения, всех животных. Мы пошли дальше, по дороге она пояснила, что безопаснее всего было идти именно через куари потому, что звери сторонятся его. Любой житель леса знает, где опасность и обходит стороной. А нам как раз на руку, не встречаться с лишними зверьми. Тем более куари отпугивает всех в радиусе на сотни метров. Немного попотев, мы обеспечили себе безопасность на приличный отрезок пути.

Про корабль Виера загадочно молчала. Я с замиранием сердца ждал, когда же мы придем к нему. 

К вечеру мы дошли. Путь был изнурительный, даже Виера еле плелась. Еще бы! Быть в постоянном напряжении! На нашем пути любой ошибке цена смерть. Я вообще чуть не полз, валился с ног. Обе ступни разбил почти в кровь, даже не помогла ткань, которую Виера срезала с рукавов моего комбинезона и обвязала мне стопы. Если бы не перевязка, то порезы могли быть до крови, и на нас накинулись бы все звери в округе. Варийка предусмотрела все.

Среди зарослей возвышался корпус разбитого челнока. Судя по боевой красной окраске, которая сохранилась в некоторых местах, это был Креалимский корабль. Лианы опутали его уже намертво. Поваленные им деревья практически рассыпались в труху. Значит, упал он сюда достаточно давно. Сам корабль вроде бы не подвергся сильному разрушению. Виера рассчитывала переночевать внутри. Мы направились к ближайшей пробоине.

– Креалимский челнок, – прошептал я, рассчитывая блеснуть знаниями перед Виерой.

– Не видела никогда живых Креалимцев, они должно быть огромные, – ответила Виера, не оборачиваясь.

– Да, как два твоих роста, я видел, – похвастался в ответ. – Даже сражался с ними, убил пятерых.

– Ох, брат Сирус, – удивленно произнесла Виера. – А на груди у тебя шрамы от них?

– Да, как догадалась? – с издевкой спросил я.

– Да там пара уцелевших скелетов валяется внутри, – усмехнулась Виера. – Достойные противники Зинону.

– Интересно, что их сюда занесло?! – размышлял я вслух.

– Это не единственный их след на Варийи, – обмолвилась девушка. Мы подошли к пробоине. Она была узкая, шириной метр, не больше. Но в высоту достаточной, чтобы пройти в полный рост. Виеру что–то насторожило. Я забеспокоился.

– Что не так? – спросил я, наблюдая, как Виера щупает края искореженной обшивки.

– Внутри хекр, – задумчиво проговорила она, доставая нож. – Жди здесь, я постараюсь быстро.

– Не–ет! – возразил я и придержал ее за руку. Она обернулась, улыбнулась уголком рта.

– Не беспокойся, брат Сирус за Виеру, она знает, что делает, – проговорила мягким голосом Варийка. Я отпустил ее.

– Виера оставляет меня одного, – пролепетал я.

– У меня нет выбора. Там детеныш, он еще спит, но если помедлить, то скоро проснется, я справлюсь быстро. Не отобьем жилище, останемся тут. А снаружи в этой области леса нам ночевать нельзя, верная смерть.

После этих слов она нырнула вовнутрь корабля. Меня трясло, я остался один. Прислушался, внутри все тихо, Виера двигается бесшумно. Зато лес будто ожил, я дергался на каждый шорох. Сел и поджался под корабль как можно ниже.

Сердце забилось в тревоге. По телу прокатился жар. Я услышал внутри корабля стрекотание хекра и отчетливые звуки завязавшейся борьбы. Виера вскрикнула. Все затихло. У меня затряслись колени. Я боролся со страхом не более минуты, затем решил встать и пойти за ней.

На входе показалась Виера. Она морщилась от боли. Держалась за правое бедро. Сквозь пальцы капала кровь. Я подскочил к ней, чтобы придержать.

– Их двое оказалось, – прошептала она. – Прям у арсенала сидели, умники.

– К–какого арсенала?!

– Моего! – ухмыльнулась Виера. – Помоги перевязать рану.

– Что я должен делать?! – растерялся я.

– Нужна ткань, полоска шириной с ладонь, или две, если получится, скорее, Сирус! – взмолилась Виера. Ее шатало.

Я помог ей облокотиться о корпус корабля и начал яростно рвать на себе комбинезон, ничего не получалось.

– Где нож?! – негодуя, завопил я.

– Там остался, брат Сирус, рви мою одежду, смелее, мужчина Варийи!

Одним махом я разорвал на ней лохматую кофту, обнажив одну грудь. Первый же попавшийся кусок приложил на рану. Это задержит кровь. Я сконцентрировался. Думай Сирус! Веревка! Нет…Ремень, я снял с нее ремень и затянул выше раны. Так учили в Ортаре. Затем с помощью веревки и ткани сделал повязку. Как я понял в бедро Варийки вошел шип, довольно глубоко. Но раз она дошла, возможно, кость не задета. Виера сползла вниз и села на землю. У нее не осталось сил. Под ногами была уже приличная лужа крови. Я поднял ее на руки, она была легкой для меня, и аккуратно занес в корабль. Там было темно, как она вообще ориентировалась? Я знал одно, нужно зайти как можно глубже, чтобы звери не добрались до нас, чтобы не учуяли кровь.

Виера шепнула о своем устройстве огня и протянула его мне. Я опустил ее на землю, взял его и нажал, как это делала она. Оранжевый тусклый свет озарил помещение. Это был большой переход или коридор. Я увидел большие капли крови, которые Виера оставила, выходя из корабля. Несмотря на мелкий мусор и пыль я сумел их разглядеть. Они помогли мне сориентироваться, где же ее загадочный арсенал. Устройство потухло быстро, я убрал его в нагрудный карман, подхватил Варийку и осторожно пошел дальше. На полпути я снова опустил Виеру и зажег устройство. Оценив расстояние, снова продолжил путь. Дальше был ангар, где я чуть было не натолкнулся на труп хекра. Второй лежал и преграждал путь в каюту. Больше дверей кроме той я не обнаружил, следовательно, арсенал Виеры был именно там. Я опустил Варийку на пол, и уложил аккуратно на спину, чтобы оставшаяся кровь равномерно распределилась по ее телу, так учили в Ортаре. Я стал думать, что же делать дальше.

– Сирус, – прошептала Виера. – Ты должен вытащить хекра и закрыть им проход, иначе эту ночь нам не пережить…

Я не стал задавать лишних вопросов и занялся делом.

Мое тело передернуло в отвращении, когда я коснулся ноги хекра. Толкнул его с усилием, чтобы повернуть к проходу, он поддался. Не такой уж и тяжелый. Этот достигал не более полутора метра в длину. Конечно, Виера знала, что они тут сидят маленькие, крупный хекр сюда не пролезет. Одной рукой я взялся за утончающуюся в конце ногу, другой – за крайний шип на ней и потащил зверя, пятясь спиной к выходу. Вытащил в коридор через шлюз. Пришлось приложить массу усилий, чтобы преодолеть порог. Но я справился.

Дальше коридор. Я остановился и посветил устройством Виеры. Все чисто, тридцать – тридцать пять шагов и я у цели. Не теряя ни секунды, я потащил тушу дальше. Проход я чуть было не прошел мимо. Уже стемнело. Я залился потом, пальцы дрожали. Что теперь? Его нужно поставить в полный рост, чтобы закрыть проход. Иначе нет смысла его тут оставлять.

Я попытался поднять его вертикально. Не вышло. Нужно отдохнуть. Отдышавшись, я снова стал пытаться. Шипы упирались мне в тело, я старался перехватить, чтобы не пораниться. До чего же мерзкие эти создания! От него пахло травой и чем–то горьким еще. У меня получилось его поднять, пару раз его болтающиеся безжизненные лапы стукнули мне по голове. Я подался вперед, половина его тела вывалилась наружу. Вот растяпа.

Что–то сверху гулко и прерывисто рыкнуло. Затем тело хекра резко рванулось вперед и вверх, через мгновение исчезло в темноте.

Еще секунд десять я соображал, что же произошло. Мертвая тишина пожирала мой слух. Охваченный паникой, я помчался обратно.   

 – Сирус? – прохрипела Виера, услышав мой бег. – Брат Сирус, где ты?

– Я тут, Виера, – запинаясь, ответил я и приблизился к ней.

– Что, что случилось?

– У меня не вышло закрыть проход, хекра кто–то утащил…– шептал я, стоя перед Виерой с дрожащими коленками.

– Это хорошо…

– Хорошо?! – удивился я. Меня трясло.

– Да, снаружи буа, – шептала она. – На время трапезы он отпугнет зверей. У нас есть немного времени, чтобы подготовиться.

– Значит, я покормил какого–то буа?!

– Да, это большой зверь, хозяин здешнего леса, – хрипела Виера. – Я тебе говорила о нем, не внимательный брат Сирус. Мне нужна вода, я потеряла много крови. Не ищи, брат Сирус, фляга снаружи, туда хода больше нет.

– Но что тогда делать? – пролепетал я, лег рядом с Варийкой и обнял, ее тело тряслось от холода. Она была такая холодная в моих объятиях. Я пришел в ужас от мысли, что она может умереть, что я потеряю ее – Что делать Виера?! Я сделаю что угодно, только скажи!

– Тише, – прохрипела она. – Кровь хекра. Нож где–то на полу, я выронила рядом с телом второго…

– Нет…

–Ты должен подойти со стороны брюха и вспороть его, – продолжала она.

– Нет! Нет! Нет!

– Посередине на брюхе между нижними маленькими лапами, там его артерия…

– Нет…

– Вспори, набери в рот и принеси мне, – шептала она, не обращая внимания на мои возгласы.

– Я не могу, – из–за отвращения горло напряглось, останавливая рвотные позывы.

– Ты справишься, брат Сирус, – сказала совсем тихо она. – Кровь хекра нужна мне.

– Я не могу, – дрожащим голосом твердил я.

– Прости брат Сирус самонадеянную сестру Виеру, – прошептала она и прижалась ко мне, как только могла, хотя силы ее уже практически оставили.

Я сумею ее подтащить к хекру! Меня осенила эта гениальная мысль. Я привстал и попытался поднять ее, она застонала. Любое движение приносит ей муки и боль. Иного выхода нет. Я зажег устройство и отыскал нож.

Не могу потерять ее. С этой мыслью я вспорол брюхо мертвой твари. Раздался мерзкий треск ломающегося покрова. Нож вошел легко, несмотря на панцирь, со стороны живота он был тонкий и нежный. Кровь полилась ручьем. Давя в себе рвотные спазмы, я нагнулся и прислонил губы к кровоточащей ране хекра. Язык почувствовал соль, кислоту и горечь одновременно. Я надул щеки и понес жидкость Виере. Присел перед ней, нащупал ее поникшую голову, приподнял ее и прислонился к губам. Она почувствовала меня и приоткрыла свой рот. Я начал медленно заливать ей кровь хекра, стараясь не разлить, в то же время хотелось быстрее избавиться от этой мерзости. Она жадно глотала.

Когда мой рот опустел рвотные позывы забили с новой силой. Это мерзкое послевкусие выворачивало наизнанку.

– Еще… – прошептала Виера.

О, Великий Квазар! Еще два раза я носил ей кровь. Во второй раз мой рот наполнялся очень долго, из тела хекра почти уже вышла вся кровь. Больше всего мне было противно прислоняться губами к брюху зверя. Если бы в ангаре было светло, я бы вряд ли смог перебороть отвращение, при виде этой уродливой твари. 

– Больше не целуй меня в губы, – хрипло захихикала Виера. Она заметно оживилась, но шевелиться не решалась.

Мне было совсем не смешно, я стоял и отплевывался. Нашу идиллию прервал шум снаружи корабля. Треск ломающихся ветвей деревьев было слышно даже тут.

– Буа ушел, – прошептала Виера – мой арсенал…

Я вскочил и направился к мертвому хекру. Оттащил его и на ощупь открыл шлюзовую дверь, надавив на большую ручку. Скрежет металла резанул слух.   

 Зажег огонь. Комнату озарил тусклый свет. Это была не большая комната, стеллажи, ящики. Ничего особенного. Я начал рыскать по комнате, у меня большой беспризорничий опыт еще с Дэрны по поиску чего–нибудь полезного. В первом ящике были какие–то цилиндры и блоки. Во втором я обнаружил коробки, похожие на Зинонские пайки. Если вода в них уже испортилась за такой срок  пребывания корабля на планете, то еда возможно еще пригодна. В третьем ящике я нащупал Креалимские винтовки. 

Я зажег свет. Да, это были именно они! С трудом я вытащил одну. Приятная тяжесть, учитывая наше нынешнее положение. Нащупав кнопку, с трепетом и надеждой в сердце я щелкнул предохранитель. Тоненький едва слышный звук взводимого вакко–заряда порадовал мой слух. Все еще боеспособна! Я вытащил еще две. Обе закинул за спину, одну взял в руки. В ящике осталось еще. Одной винтовкой я ограничиваться не стал, кто знает, на сколько выстрелов ее хватит.

Я поспешил в ангар к Виере. В коридоре или где–то в той стороне послышался шорок. На секунду я зажег свет, в ангаре никого постороннего. Медленно, держа винтовку на изготовке к стрельбе, я пошел в сторону выхода в коридор. Прислушиваясь к каждому шороху, я старался идти бесшумно. Видимость нулевая, я двигался по памяти. Решил твердо, если что–то шевельнется, и я услышу, стреляю сразу в том направлении, не раздумывая!

У выхода было тихо. В коридор я сунуться еще не решился. У меня очень плохая позиция сейчас. Нужно держать оборону в коридоре. Но там страшно! Я трясся. Зажег свет и выглянул в коридор. Никого! Слава Великому Квазару. Я выскочил и сел, прицелившись в сторону пробоины. Если кто–то пойдет, я услышу. В коридоре положу любую тварь.

За обшивкой корабля послышались первые стрекотания хекров. Буа ушел, и ночные хищники вышли на охоту, кушать подано…

 Звуки приближались. И вдруг затихли. Такая тишина, что в барабанные перепонки отдавало бешеное биение сердца. Я зажег свет, в коридоре пусто. Подождал, зажег вскоре снова. Никого! Через минуту еще. Неужели ушли?

Когда я зажег свет в четвертый раз, в пяти метрах от меня замерла темная фигура хекра. От неожиданности я чуть было не вскрикнул. Его усы были прижаты, а пасть приоткрыта. Он смотрел прямо на меня, весь прижался к земле, готовый в любую секунду прыгнуть. Мое сердце тоже было уже готово прыгнуть из меня. Я нажал на спусковой крючок.

Красный вакко–поток вырвался из винтовки, поднимая вокруг пыль. Его будто прорвало из твердых глубин после долгой спячки. Больно ударил в плечо приклад, я чуть не упал. Звук взбудоражил весь корабль. Замкнутое пространство сыграло свою роль, я чуть не оглох. Хекра разметало по всему коридору.

Через несколько секунд ослепленное вспышкой зрение вновь стало приходить в норму.   Теперь, благодаря уголькам, я мог видеть коридор. Маленькие угольки валялись повсюду и тлели. Это, скорее всего, останки его панциря. Очень слабое освещение, однако, позволяло видеть новые цели.

В проходе показался еще хекр. Вероятно, его не смутил шум от выстрела. Мерзкая голова и половина туловища возникли в коридоре почти мгновенно и так бесшумно. Этот вид сбоку был очень угрожающим. Он пошевелил немного усами и медленно, переставляя шипастые лапки, полностью вошел в коридор. Никакого шума, вот же хитрые эти твари!

Я не дал ему развернуть свой корпус и выстрелил. Время прицелиться у меня было. Теперь коридор освещают больше угольков. Третий сунулся следом почти сразу. Я стрелял точно. В коридоре стоял запах паленой плоти и гари, от дыма пощипывало и без того раздраженные глаза.

Четвертого ждать пришлось почти полчаса. Угли практически все затухли. Появись он на две–три минуты позже, я бы уже не увидел... Дело плохо. Я не смогу быть бдительным всю ночь. Нужно как–то забаррикадироваться.

Пока я думал, что делать в щель сунулась голова большого хекра. Он явно не пролазил, но яростно пытался это сделать. Шумел он как следует. Вокруг снова послышались стрекотания хекров. Недолго думая, я снес ему голову. Тело должно было остаться снаружи. Вот уже и часть баррикады!

Вскоре маленький хекр также засунул голову, она показалась чуть выше, он видимо сидел сверху тела своего старшего сородича.

Я выстрелил, но тот успел отступить. Красный поток защепил зверя, задев морду, усы и глаза. Он звучно заверещал и скрылся. Усталость взяла верх, я больше не мог держать позицию. Я пошел вперед к пробоине. Либо я их всех перестреляю и лягу спать, либо завалю проход их трупами и все равно лягу спать!

Когда я подошел ближе, то увидел, что обезглавленный труп большого хекра почти закрыл проход, а маленький сверху все равно бы не пролез, ему помешают большие ноги.

Я вернулся в ангар и сел рядом с лежащей Виерой, прислонился к ней с тревогой и трепетом. Дышит. Просто спит. Мои три винтовки я положил у левой руки. Пощупал пол около ее правого бедра. Сухо, значит, кровь не идет из ее раны. Я лег и обнял ее продрогшее тело и провалился в сон.

В моих руках самопроизвольно дернулось тело спящей Варийки. Сквозь мелкие щели в корпусе пробивало солнце. Судя по направлению лучей был уже почти полдень. Мы спали очень долго! Я посмотрел на нее, спит, дышит, голая грудь так и просит нежной ласки и моих объятий. Бедро не кровоточит, ткань на ране всего на треть была пропитана кровью, которая уже засохла и потемнела. Я попытался высвободиться от Вариичьих объятий. Виера открыла глаза. В них отразился мимолетный испуг.

– Что я пропустила? – проскрипела она, приподнялась и огляделась.

– Ночь и утро, – улыбнулся я, и, высвободившись из ее цепких лап, встал на ноги.

– Ты умеешь пользоваться их оружием, – заметила Виера, посматривая на винтовки, что лежали на полу. В ангаре стоял запах жаренной плоти, он так и не выветрился как следует.

– Да, пять–шесть хекров я прикончил, – похвастал я и полез в комнату, где были ящики. Меня интересовали пайки. Жутко хотелось есть.   

Это оказались именно они. Немного больше чем Зинонские, а в остальном тоже самое, серебристая упаковка, вода, прямоугольные сухие массы. К сожалению, вода в бутылках оказалась непригодной. Она давно уже зацвела, стала зелено–черной, и, похоже, там уже что–то жило.

Мы поели в сухомятку. Еда была безвкусной и сыпалась, словно песок из рук. Когда речь зашла о воде, Виера намекала на кровь херка, что закрывал проход, но я корчился в отвращении при одной только мысли об этом. Я потерплю, а она пусть пьет.

Виера смогла идти сама, скуля и прихрамывая, она зашла в арсенал. Покопалась там в ящиках и нашла спрятанные когда–то ею же патроны от древней винтовки, целую коробку. Саму винтовку мы отыскали у тела хекра в ангаре.

– Креалимское оружие тебе придется оставить здесь, – обрубила Виера, когда я нацепил на себя все три винтовки, готовясь к выходу.

– Неа, – возразил я.

– Сирус, не спорь! – возмутилась строго девушка. – Зинон не должен узнать, что мы имеем доступ к оружию равному их оружию. Это важно для всей Варийи! Прошу, не спорь.

Скрипя сердцем, я скинул тяжелый, но приятный груз. В политику я вникать не собирался, поэтому спорить не стал. Мы вышли в коридор, я придерживал ее за предплечье.

Большого хекра, что закрывал щель, никто не съел и не утащил с прохода. Я вылез по нему наружу, ухватил его за ноги и с силой потянул. С неимоверными усилиями я все же сумел отодвинуть его с прохода, чтобы раненная Виера прошла.  Она сразу и бесцеремонно вскрыла зверю брюхо и напилась крови. Меня передернуло, я отвернулся, вспомнил этот мерзкий вкус у себя на языке.

Посмотрел на Виеру, а она на меня. Опять этот неунывающий взгляд.

– Ты не сможешь теперь залезть на дерево, – заметил я.

– Уже и не потребуется, – улыбнулась Варийка. – Дальше напрямик, до первого дозорного поста Варийи дойдем сегодня к исходу дня.

– Это как? – опешил я. – Как это напрямик? А жижа, лес, цветки и всякая другая мерзость?

– Поднимись на корабль, сам все увидишь, – ответила Виера и переключила свое внимание на винтовку и патроны, которые из коробки начала укладывать в сумку.

Я полез по корпусу наверх, цепляясь за лианы. Его верхняя часть была практически на уровне ближайших деревьев. Когда я поднялся, то понял, о чем говорила Варийка. Креалимский корабль, совершая аварийную посадку, пропахал на брюхе десяток километров. Впереди была дорога из поваленных, давно сгнивших деревьев. Лес все еще не сумел восстановиться после аварии корабля. Я ликовал.  

Мы поплелись с хромающей Виерой по прямой дорожке. Впереди лишь лианы да кусты, кое–где прорастали молодые деревья, кое–где подступался лес.

– Ты храбрый брат Сирус, – щебетала по дороге Виера. – Я в тебе не ошиблась.

– И я в тебе не ошибся, – ответил я. – Ты красивая и добрая. 

– Что я красивая ты понял еще в нашу первую встречу, – захихикала Виера. Я смутился, но собрался с мыслями, чтобы попробовать дать достойный ответ:

– И ты поняла, что я красивый в нашу первую встречу!

– О дааа! – затянула Виера. – Я думала о тебе почти все дни! Мучилась и терзалась, зачем же раздела тебя…

– А зачем раздела? – хмыкнул я. – Вообще–то я еще несовершеннолетний по порядкам Зинона.

– Ни один живой мужчина не видел меня обнаженной, кроме тебя, – совершенно серьезно сказала она, не обращая внимание на мою претензию.

– А я думал ты сама по себе такая непринужденная Варийка… – выпалил я.

– Какая я?! – возмутилась Виера. – Ты не думай, что я раненая не смогу тебе поддать!

– Не догонишь! – усмехнулся я и демонстративно отбежал вперед.

– Брат Сирус, обними Виеру, ей очень нужно, – пролепетала Варийка ехидным голоском. Я чуть было не поддался соблазну и не попал в ловушку.

 – Ага, обойдешься! – усмехнулся я. – Меня не проведешь! Тысячи беспризорников Дэрны не могли перехитрить меня!

Я лишь на секунду отвернулся от нее и был обхвачен сзади ее цепкими руками. Смеясь, она повалила меня на траву, прижала. Я попытался вырваться, но ничего не вышло.

– Ну, Сирус? – усмехнулась она. – Что ты теперь скажешь?

– Отвяжись! – зашипел я, мне стало досадно. Она отпустила, перевернула меня на спину, залезла сверху, посмотрела на меня ласково, ее рыжие волосы свисали вокруг, закрывая нас от внешнего мира. Мне стало вдруг так хорошо. Она такая красивая. Я нежно взял ее за затылок и потянул к себе. Она легко поддалась, мы поцеловались, еще и еще. Мне было плевать на то, что на ее губах был вкус крови хекра.

– Нам нужно двигаться, – сказала вдруг Виера, прерывая сладостный момент объятий. Она приподнялась и встала. Подала руку и, с легкостью вздернув меня, подняла на ноги.

 Мы двинулись дальше. Виера заметно взбодрилась и шагала наравне со мной. Ее быстрое прихрамывание смотрелось забавно. Я улыбался ей, а она мне в ответ. Хотелось пить, мы шли по открытой местности, солнце грело, не щадя. Мои ноги устали, а ступни горели и ныли, я мечтал о теплой пастели. Но когда я видел, как смотрит на меня она, я становился счастливым человеком, я забывал о своих потребностях, мне было так хорошо.

 Виера вдруг остановилась. Ее рука потянулась к открытой груди. Она застенчиво прикрыла ее. Впереди я увидел нескольких человек. Один помахал нам рукой. Судя по разорванной зеленой одежде это были дикари.

Варийка посмотрела на них еще немного и снова зашагала. Они двинулись на встречу. Она не взялась за оружие, значит это ее друзья. Я надеюсь, что это так. Иначе мы с ней оба пожалеем, что я не взял Креалимскую винтовку.

– Сестра Виера! – воскликнул один из них и кивнул, приблизившись довольно уже близко.

 – Брат Хоэк, – кивнула Виера – Брат Деар.

 – А это должно быть Сирус? – поинтересовался Хоэк. Он был чуть выше меня, худощавый, как и многие Варийцы. На вид намного старше меня. Голова побрита, глаза черные, нос острый, лицо в шрамах. Сам весь в веревочных перевязях, сумка на плече, за спиной возвышался ствол древней винтовки такой, как у Виеры. Второй шел позади, видно, что молодой, может и младше меня. Чумазый пацан, ростом даже ниже Виеры. У него тоже за спиной была винтовка, только немного другая, ствол тоньше.  

 – Да это брат Сирус, – улыбнулась Виера, покосившись на меня.

 – А братья…? – начал было Хоэк, но замолк. Виера отрицательно мотнула головой, с ее губ улыбка мгновенно исчезла. Я заметил, как у Деара заблестели глаза от слез.

 – Право каждого, – проговорила Виера.

 – Право каждого, – хором повторили Хоэк и Деар. Наступило минутное молчание. Я стоял, как вкопанный. Деар смотрел на меня изучающим взглядом.

 – Сестра Виера, – прервал тишину Хоэк – передовой лагерь в твоем распоряжении, тут недалеко…

Около 3 лет
на рынке
Эксклюзивные
предложения
Только интересные
книги
Скидки и подарки
постоянным покупателям