0
Корзина пуста
Войти | Регистрация

Добро пожаловать на Книгоман!

Или войдите через:


Новый покупатель?
Зарегистрироваться
Главная » Снежные истории. Сборник рассказов о ведьмочках » Отрывок из книги «Снежные истории. Сборник рассказов о ведьмочках»

Отрывок из книги «Снежные истории. Сборник рассказов о ведьмочках»

Автор: Шерстобитова Ольга

Исключительными правами на произведение «Снежные истории. Сборник рассказов о ведьмочках» обладает автор — Шерстобитова Ольга. Copyright © Шерстобитова Ольга

Ольга Шерстобитова

ЛОВУШКА, ИЛИ ПРАВИЛЬНОЕ ЖЕЛАНИЕ

 

— А потом… он попадет в нашу ловушку! — торжественно возвестил Лигал, так толком и не раскрыв свои планы, рассказав лишь в общих чертах.

Маг явно чего-то не договаривал, но я никак не могла понять, что именно, и предлагаемая сделка из-за этого вызывала множество сомнений. Интуиция буквально вопила не соглашаться, а ей доверять я привыкла.

Лигал окинул меня красноречивым взглядом, намекая, что ждет ответа. Волосы у него были черные, словно вороново крыло. Они рассыпались по плечам, отливали в свете многочисленных свечей тьмой, придавая мужчине легкий ореол загадочности. Глаза серые, пронзительные. Лицо… нос с горбинкой, черты — волевые, мужественные. Красив, зараза! Только меня этим не зацепишь. Аргонские змеи тоже очаровательны, но яда в них столько… А Лигал на эту пакость, несмотря на прекрасную внешность, смахивал еще как! Улыбка чарующая, голос мягкий и вкрадчивый. Если не знать, как нечист на руку да сколько ведьм и магов погубил, прямо не мужчина, а мечта.

Вот как я умудрилась с ним связаться?

Я вздохнула и мысленно послала очередное проклятие ректору Академии Магии, в которой до сегодняшнего утра тихо и мирно училась. Ладно, преувеличиваю. Тихим и мирным мое пребывание в стенах учебного заведения никогда назвать было нельзя. Я же ведьма. Этим сказано все. Или почти все. Остальное досказывается при личной встрече.

Зелье сварить? Конечно, ко мне идите. Запрещенное заклинание из библиотеки добыть? И с этим справлюсь. Любовный приворот наложить? Ну кто, как ни я с подобным разберется? И ведь шли же… Даже преподаватели иногда заглядывали и что-нибудь у меня прикупали. И большинство, распробовав эликсиры с омолаживающим эффектом да настоечки для бодрости, закрывали глаза на мои многочисленные эксперименты.

Ректор Академии Магии, к слову сказать, оказался терпеливым. Простил мне превращенную в пыль дальнюю северную башню после того, как создала зелье искажения, упростив открытие порталов. И на нашествие певчих птичек прошлой весной глаза закрыл… Подумаешь, новое приворотное зелье не так сработало! И даже когда я призвала вместо призрака на местном кладбище толпу нежити, возглавляемую древним, а оттого и сильным духом, лишь скорбно вздохнул и назначил отработку в столовой. Говорят, это был единственный случай, когда ректор с горя напился. В казну королевства пришлось выплачивать весь причиненный ущерб, а сумма оказалась немаленькой. А тут…

Приехали к нам проверяющие от самого короля Руфуса Седьмого. И все бы ничего, но оказались вредными такими, поганенькими… Ну, разумеется, наш факультет, а это ни много ни мало тридцать семь ведьм, всю неделю их изводили и устраивали пакости. Так, по-тихому, конечно, чтобы не попасться. Неприятностей ректору добавлять не хотелось. И вроде и ничего особенного, но настроение всем студентам и преподавателям поднимало.

Но когда на торжественную речь в день своего отъезда они стали зачитывать список нарушений и предложили закрыть ведьмовский факультет… Вот я не виновата, честно! Я нормальное зелье в котелке сварила, в кое-то веки по рецепту! А то, что моя неконтролируемая сила вдруг среагировала на последнее заявление очень остро, случайность. Магия призвала какие-то редкие ингредиенты из ближайшей лаборатории, сыпанула в мое зелье… и котелок телепортировался прямо к ногам удивленно застывших проверяющих. И полезло из него… Нет, тараканов, на их месте, я бы стерпела, и так бы визжать не стала. А то, что летать могут, это мелочи. И розовых мышей ростом с кошку, клацающих зубами, пережила бы. Но вот ядовито-зеленого цвета щупальца, вылезающие из котелка…

Я даже попыталась помочь и это безобразие остановить. Не преуспела. Щупальцев стала больше, на них появились шипы. И когда они оттуда вылезли все и целиком, выяснилось, что на самом деле зелье трансформировалось в приличного осьминога. Наверное, все бы обошлось, если бы на него действовала магия. Когда ректор создал лассо и несчастную животину спеленал, комиссия лежала в глубоком обмороке, зал для торжественных приемов был разгромлен шустрым осьминогом, а боевые маги и созидатели спорили, кому животину забирать. Первые хотели опробовать на нем заклинания, вторые умилялись и желали завести себе редкое домашнее животное.

Ректор прожигал меня взглядом, а потом как рявкнет:

— Шанская, отчислены!

Так я и оказалась ранним утром за порогом родной Академии, в которой проучилась три года. Без ничего. Проснувшаяся магия каким-то немыслимым образом уничтожила все мои вещи, кроме зачарованной ведьминской книги, в которую я записывала рецепты зелий и заклинания, а так же всякую полезную информацию о колдовстве. В заляпанной зеленой слизью мантии в обнимку с фолиантом я вышла из Академии и задумалась. Денег у меня не осталось, дома не имелось, родных не было. Куда идти? Что делать? Без диплома ведьма и колдовать-то не имеет права, если кто-то на свой страх и риск не возьмет ее на работу, приняв ответственность за действия подопечной.

А на улицах… зима. Снег падал хлопьями, словно кто-то наверху распотрошил пуховую подушку. Гасили фонари, чтобы попусту не тратить магический заряд. Пахло свежей выпечкой, мандаринами, завезенными из далекой и теплой Нарии. По проулкам носилась малышня, играя в снежки. А я, да, вся такая красивая… иду, значит.

День провозилась, пытаясь найти работу, но в преддверии Ледяной Полночи, горожане не нуждались в услугах ведьмы-недоучки, а другой работы из-за нашей репутации мне даже и не предлагали. Тем временем слух о произошедшем в Академии Магии рос и обрастал такими подробностями, что только оставалось дивиться людской фантазии. Темная сильная ведьма да с дюжиной колдунов разгромила учебное заведение и сбежала.

Я тогда чуть не подавилась сладкой булочкой, которую купила на последнюю завалявшуюся в кармане монету, услышав такой вариант истории. Видели бы они сейчас эту темную сильную ведьму, которой грозило умереть от голода и холода. Эх!

Ночью я бродила по улицам, боясь остановиться и замерзнуть. Прохожих было немного, все они обходили меня стороной. Никто не жалел, не предлагал помощи и не выяснял, что леди в заляпанном плаще с книжкой под мышкой делает одна в такое время в парке.

А утром, поразмыслив и решив, что терять нечего, я отправилась к магу Лигалу. Он — гад и мерзавец, который, как говорили ведьмы, не гнушается нечестными методами заключения сделок, но единственный, кто всегда находил и давал работу ведьмам, не имевшим права ворожить за деньги.

У меня не было выхода. И выбора.

Я прикусила губу, задумалась и покосилась на Лигала. Он сидел за столом, сделанным из редких пород дерева. С одного края примостились аккуратно сложенные свитки, с другого остывала чашечка прекрасного нарийского кофе и будила во мне непередаваемые фантазии. И ждал.

Не давил, не убеждал, не уговаривал. Ведьма всегда сама принимает решение и несет ответственность за свои поступки.

— Значит, добыть нитку из ткани, которую маг Ранской приготовил для короля? — уточнила я.

— Да, — просто отозвался Лигал и улыбнулся.

— И я получу…

— Сотню золотых.

— А если…

— Выдадите себя — разбираетесь сами, Ярослава.

М-да… Маг Ранской — владелец сети магазинчиков с женскими нарядами, созданными при помощи магии. Богатый, влиятельный красивый и… холодный. Ледяной красавчик. Так его звали в народе. Но его платья… шедевры, о котором мечтала каждая женщина. И как к такому подобраться? Да еще и добыть требуемую вещь всего лишь за три дня!

— В методах я вас не ограничиваю, — ехидно улыбнулся Лигал, делая глоток кофе.

На что намекает? Я вспыхнула, осознав, а потом… вздохнула. Хватит уже, допоказывала свой характер. Даже ректор не выстоял, а у него до встречи со мной, слышала, выдержка была сильнее некуда.

— Я согласна.

Лигал, который ни на мгновение не сомневался в моем положительном ответе, кивнул.

— Моя экономка даст вам чистую одежду и накормит завтраком. И… приступайте к делу. О результатах доложите за час до Ледяной Полночи. Все ясно?

Да куда уж яснее?

Я быстро поставила свою подпись под договором, проколола палец иглой и капнула на свиток кровь, закрепляя сделку магическим путем, а потом отправилась разыскивать экономку.

 

 

— Значит, все вышло случайно, и теперь вы решили найти работу, — холодно констатировал Кай Ранской, буравя меня взглядом. Глаза у него голубые настолько, что небеса обзавидуются. Жаль, напоминают льдинки.

И сам он… в белоснежном костюме, расшитом синими и серебряными узорами, с убранными в сложную косу волосами, по цвету — чисто иней, сидел за столом, положив на скрещенные пальцы подбородок, и рассматривал неудавшуюся ведьмочку. Меня, то есть.

Рассказывать о произошедшем в Академии Магии пришлось честно. Проверить такие сведения было легко, а ложь маг Ранской точно бы учуял.

— И почему же ко мне? — все же спросил он.

Эх, не повезло! Я надеялась, собеседование проведет старшая швея, а не эта ледяная глыба.

Так бы и заморозил взглядом, но почему-то мне с каждым мгновением становилось все жарче и жарче. Темно-синие скромное платье длиной в пол с воротничком-стойкой и рядом перламутровых пуговиц — единственным украшением было совсем новым. Оно слегка натирало кожу, и та зудела. Наверное, от этого и чувствовался странный жар. На мгновение, когда маг склонился ближе, появилось нестерпимое желание скинуть это платье, оказаться лежащей на столе, чтобы Кай, коснувшись, снял напряжение. Поймав себя на такой неприличной и несвойственной мне мысли, я выдохнула и проверила себя на приворот. Увы, маг Ранской, в отличие от Лигала, играл честно. И то, что во мне неожиданно проснулось желание принадлежать этому мужчине, не имело к его чарам отношения.

А может, кажется? В комнате слегка душно, хотя и прохладно. Помещение явно недавно проветривали.

— Вы не ответили на вопрос, — напомнил он. — Почему вы решили устроиться на работу именно ко мне?

— Вы открыли новый магазин, требуются сотрудники…

Об этом я знала точно, экономка Лигала проболталась, пока я завтракала. Ей было запрещено мне помогать в этом деле, как и всем, кто работал на мага. Каждый сам за себя. Но разве устоит женщина, когда речь заходит о нарядах? Так я и выяснила, что ее давняя знакомая, как раз-таки швея у Кая Ранского, неудачно поскользнулась и сломала руку, а на ее место пока никого не нашли. И что-то подсказывало, подобное произошло не случайно. Сдается, Лигал заранее подготовился к диверсии и искал только исполнителя. И тут удачно подвернулась я. Правда, зачем ему нитка из нового полотна Кая Ранского, так и не ответил. Ткань у мага, понятное дело, всегда зачарованная. Но сдается, в эту, требуемую Лигалом, вложено особое волшебство. И я не я буду, если не выясню, что к чему!

— И? — спокойно уточнил он, от чего внизу живота запорхали бабочки.

Его глаза как-то ехидно сверкнули. Играем, значит? Ну погоди у меня!

— И, — с придыханием начала я, — я о-очень люблю шить.

О том, что я намертво зашила рукав платья, хотя собиралась всего лишь поставить заплатку на локте, а вышивать не умела от слова «совсем», ему знать не обязательно. Ложь во спасение одной ведьмочки.

Кай оглядел меня еще раз, не нашел к чему придраться и поднялся. Навис, замораживая взглядом, в котором я тонула, словно в омуте. Да так бы и сгинула там, если бы он снова не заговорил:

— У нас много заказов. Работать придется до поздней ночи. Справитесь — еще и премию получите. Продержитесь и не натворите непоправимого вреда, оставлю. Нет — выгоню на улицу. И умолять меня дать еще один шанс, бесполезно. Испытательный срок — три дня, до Ледяной Полночи.

Я кивнула, принимая условия и сгорая от желания коснуться строго очерченных губ. Таких недосягаемых, как звезда. Таких манящих… Таких…

— Поднимайтесь и отправляйтесь к Ларинде, старшей швее. Она расскажет все остальное.

 

 

Ларинда оказалась строгой чопорной леди. Платье на ней было черное, полностью закрытое. Лицо острое, угловатое. Глаза наоборот большие и сверкающие, готовые из тебя душу вынуть. Если прибавить к этому образу мышиного цвета волосы, собранные в аккуратный пучок, на темную ведьму больше смахивала Ларинда, чем я.

Она быстро показала мне небольшую комнату на втором этаже, позволив оставить сумку с вещами. Мы быстро прошли через огромный зал, где вовсю шумели покупатели, а рядом суетились помощницы, подбирая наряды и отмеряя нужные отрезы тканей, и нырнули за неприметную дверь, где располагались швеи. Мне указали на стол в дальнем углу, где лежали швейные принадлежности. Затем Ларинда призвала при помощи магии книгу с заказами, прошлась по ним и отдала распоряжение:

— Граф Ирийский приедет к обеду за портьерами. Нужная ткань, нитки и набор для украшения, имеется в подсобке номер пять. Там же вы найдете лист с замерами, Шанская. Приступайте.

После этого Ларинда исчезла, а я покосилась на сосредоточенных девушек, полностью ушедших в свою работу, и отправилась искать нужную подсобку.

 

 

Темно-синюю ткань для будущих портьер я обнаружила почти сразу же. Если бы я еще умела шить — полдела было бы сделано. Взяла лист с замерами, покрутила… Вот болотные кикиморки не дадут соврать, проще пентаграмму для призыва высшего демона начертить, состоящую, между прочим, из сорока трех звеньев, чем разобраться в этой схеме.

Четыре аршина — это что? Длина или ширина? Допустим, первое. Тогда логично, что двойка, приписанная рядом, ширина. А следующие семнадцать цифр для чего? Расчеты?

Задумчиво почесав макушку, ухватила рулон ткани и чуть не споткнулась о рыжего пушистого кота.

— Слушай, ты же ведьма? — вдруг заявил он.

— Допустим, — решила не вдаваться в подробности и не удивляться говорящему зверю.

Они, конечно, редкость, но у Кая Ранского и не такое найдется.

— А сметанки дашь?

— Нет.

— А сливочек?

— Нет.

— А я к тебе фамильяром хочу, — заявил, не смутившись моим отказам, кот.

Он так и продолжал крутиться под ногами, не обращая внимания, что я пыхчу, таща этот проклятый рулон для штор в зал.

— Да не нужен мне фамильяр, — отмахнулась я, прикидывая, с какого конца начать отмерять ткань.

— Почему? Всем ведьмам нужен.

— А я неправильная ведьма. К тому же ты… рыжий, — нашла я причину для отказа.

— И что? Я потомственный. Красивый. И…

— Вредный?

Кот прыгнул на стол, уставился огромными глазищами.

— Ну… возьми меня, а? — замурчал он.

Я заподозрила подвох, но не успела его сформировать, как откуда-то послышалась ругань. Кажется, кто-то ради сосисок разгромил всю кухню. Впрочем, ухватить кота, решившего сбежать, я и не пыталась. Не до этого. У меня эти… как их… портьеры! Для графа… я попыталась вспомнить фамилию заказчика, не преуспела и решительно сократила его до Ириски.

Ползала с лентой, замеряя, долго. Час точно провозилась, судя по часам, стоящим в шкафу. Мерила и так, и этак, прочертила нужные линии и взялась за ножницы. Потом что? Обошью, пришью ламбрекены и бусинками украшу. Никаких особых предпочтений мне не имелось же.

И работа закипела!

Вжик! Вжик! Вжик! Я, довольная, оглядела лишние куски ткани, а потом взяла лестницу и полезла прикладывать свой обрезанный шедевр к окну. Почему один кусок ткани больше другого? Не годится! Подрезала с другой стороны. И теперь она, наоборот, стала меньше. Решив, подошью, и ничего не случится, сняла и принялась за дело. Шила я примерно так же, как тихо и мирно училась. Вот неприятности найти на свою голову — это запросто, а когда зачарованные нитки путаются, рвутся и упрямо не делают ровных стежков… Столько проклятий не свалилось даже на голову ректора, когда меня отчислили. Зато я приноровилась и с ламбрекеном управилась вполне лихо. Подрезала торчавшие нитки, полюбовалась на слегка кривоватые края и пошла пить чай с плюшкой.

Что за четверть часа тут могло произойти? Да ничего, думала я и… ошиблась. Стоило зайти и увидеть, как ламбрекены в бахрому превратил один негодник-кот, как схватила под руки первый попавшийся предмет — им почему-то оказался мужской сапог и бросилась за котом. Сшибла пару полок, поскользнулась на бусинах, выругалась.

— А я говорил, сразу соглашайся, — добил он, выпрыгивая в окно.

— Зараза хвостатая! Ну погоди, доберусь я до тебя!

Откинула сапог, сдунула прядь выбившихся из косы волос и уставилась на масштаб катастрофы. Только собралась подняться, как по незаконченной злосчастной портьере поползли мелкие белые паучки. Я ойкнула и потерла глаза. Эта-то напасть тут откуда? Оглядела пол, обнаружила, что бусины для украшения испарились. Опасливо покосилась на ползущих паучков, начавших плести на шторах паутину. Все ясно! Опять вырвалась моя сила и сотворила… Ой, болотные кикиморки! Что же делать?

Вдали, как назло, послышались мужские голоса. Я почти сразу уловила, что ко мне направляется сам заказчик — вот зараза, явился раньше, чем нужно. И кажется, с ним вежливо разговаривает Кай Ранской. Я выдохнула и… прошептала заклинание овеществления. С крупными предметами не срабатывало, но с мелкими… Паучки замерли, превратились в бусинки, хотя лапки и глазки у них остались. И серебром замерцала паутинка, становясь нитками. Покосилась на вторую портьеру, которая была на ладонь выше первой, лихо набросила ее на гардину.

Голоса приближались. Я оглядела место побоища… место работы, то есть, и шустренько сгребла все разбросанное под стол, включая сапог. Размотала лежащий там рулон бордовой ткани, прикрывая бедлам, и выдохнула.

Кай зашел первым, остолбенел. Граф Ириска глупо захлопал глазами и повернулся к моему несчастному работодателю. Тот недобро сощурился, вытащил из кармана лист и зачитал вслух:

— «Синие ламбрекены с вышивкой ромашек по кромке».

Ой, кикиморки болотные! Что сейчас будет… Плохо будет. Интересно, под столом найдется место, чтобы спрятаться, пока маг и граф Ириска будут гневаться?

Впрочем, терять мне уже было нечего.

— Да кому нужны эти ромашки? Вы посмотрите, какая красота!

— Но… — начал, было, граф, только я перебила.

— Это же самое модное веяние, пришедшее из королевства Аргонии! Цвет штор — символ свободы и мечты, а серебряные паучки плетут благополучие и счастье вашему дому.

— Но…

— А еще, таких портьер на зимнем балу не будет даже у короля! Эксклюзивный заказ! И только у вас, такого благородного и… симпатичного, — польстила я пузатому графу, шокировано взирающему на портьеры, - они теперь имеются!

Кай Ранской с трудом сдерживался и молчал. Красноречиво так молчал. А я что? Ведь почти не соврала. Лишь приукрасила!

Снова покосилась на Кая, который был одним взглядом готов превратить меня в ледышку, нервно дернулась и улыбнулась графу. Улыбка в такой ситуации — ведьминское все. Она нам жизнь спасет.

— Беру! — вдруг решительно заявил граф Ириска.

Я не успела воспрянуть духом и радостно вздохнуть, как этот… чтоб ему ириски зубы слепили, заявил:

— И сделайте еще одни такие к сегодняшнему вечеру. Королю подарю!

Твою ж… кикиморки болотные! Хотя, тут даже они не помогут. Размер катастрофы приобретал сильный масштаб.

— Заворачивайте! — велел граф.

Я быстренько, пока заказчик не передумал, стянула портьеры, скатала их в рулончик, завернула в бумагу, перевязала бечевкой. Граф положил на стол два увесистых мешочка с монетами.

— Присылайте второй заказ на дом. Сам заглянуть не смогу, занят.

И быстрым шагом со свертком под подмышкой покинул комнату. За дверью обнаружилось с десяток любопытных сотрудников, но под ледяным взглядом Кая они тут же скрылись, а дверь захлопнулась. Щелкнул замок. Со стола, под которым пряталось много всего интересного, скатился рулон ткани.

— Значит, модное веяние, пришедшее из королевства Аргонии?

— Да, — пискнула я, оглядываясь и прикидывая, куда прятаться.

— Значит, серебряные паучки плетут благополучие вашему дому?

— И счастье, — дотошно поправила я.

— Значит, королю такие в подарок нужны…

Кай нарочито медленно, не сводя с меня глаз, которые налились синевой, снял перчатки и кинул их на стул. Туда же отправился зимний плащ. Коса расплелась сама собой, волосы у мага заискрились и поднялись.

Я не думала, я бежала. Нырнула под стол, опрокинула полку, сбила вешалку и… оказалась в руках мага, который тут же прижал меня к стене.

Душить будет?

Почему же от его взгляда так жарко, а сердце колотится, как бешеное? И страшно мне так стало… А когда такое случается, я, как и любая ведьма, совершаю совершенно необдуманные поступки. И теперь, выбирая между своей возможной смертью и чем-то там еще непредсказуемым, решилась на второе. Зажмурилась, чуть наклонилась и страстно Кая поцеловала.

То, что происходило дальше, не поддалось логике. Если бы он отстранился, оттолкнул, я бы поняла. Если бы… Но этого «если бы» не случилось. Его губы — теплые и мягкие раскрыли мои, углубляя поцелуй, а мир стал рассыпаться на снежинки. Метелочка моя потрепанная, да в этом ледяном мужчине огня и страсти было столько, что растопят вечный снег в горах Аритайнга!

Я застонала, отвечая, увлекая, не осознавая происходящего. Почему-то сейчас был важен только этот мужчина, вжимающий меня в стену, властно и требовательно пивший мое дыхание, сносивший все границы, которые я так давно и тщательно возвела.

Он целовал, будто наступал конец света. И я плавилась, выгибалась в его уверенных руках, куталась в тепло, которое он щедро отдавал. И делилась в ответ своим жаром. Это был не поцелуй — целое падение в ледяную бездну, когда вроде бы и страшно, но любопытство не дает остановиться. И до мерцающих звезд, до сбившегося дыхания, до опухших губ не хочется останавливаться.

Я никогда и ни с кем такого не испытывала. Никогда и ни с кем так не целовалась!

— А теперь потрудитесь объяснить, что это такое было? — хрипло велел он, не отпуская меня.

— Ну… испугалась и… Вам не понравилось? — вспылила я. — Вы, между прочим, ответили.

— Шанская, я про портьеры спросил. И поверьте, только любопытство сейчас меня удерживает от вашего увольнения.

Я покраснела, выпуталась из его рук, отодвинулась. Потом смущенно опустила глаза и невинно шаркнула ножкой.

Что еще оставалось делать-то?

— Вы знаете, маг Ранской, я предпочту оставить это в секрете. Тогда у меня есть шанс тут остаться.

— Вы в этом так уверены?

— Вам же любопытно…

Он вздохнул, отошел и посмотрел на царящий вокруг бардак.

«Уволит!» — поняла я и взгрустнула.

Маг неожиданно хмыкнул и уточнил:

— Тимку не обижать, если встретите.

— Это кто? — опасливо уточнила я.

— Кот.

М-да… Ни за что не сознаюсь, как этого прохвоста чуть не прибила.

— К утру чтобы вызубрили основные швейные заклинания. Проверю. Торчащие нитки по кромке и разодранные когтями Тимки ламбрекены — не являются фирменным стилем моего магазина.

Потом оглянулся на замершую меня.

— Паучков-то как сотворили?

Я шмыгнула носом и опустила голову. Сдается, Каю не стоит знать, что гоняла его любимца по всей комнате.

— Заказ графа Ирийского должен быть готов к сроку. Лично отвезете. Ясно?

Кивнула, но глаз так и не подняла.

Кай подхватил со стула свои вещи и вышел. Практически сразу послышался звучный мужской смех, а потом голос старшей швеи.

— У нас семь заказов на шторы с пауками! — выпалила она.

— Все отдайте Ярославе. И помогите ей со швейными заклинаниями, — отозвался маг.

Вскоре шаги стихли, а ко мне влетела Ларинда.

— Вы что натворили?

— Что? — невинно уточнила я.

— Он смеялся! Кай Ранской смеялся! — выдохнула Ларинда. — Впервые с того момента, как я его знаю, а это без малого шестнадцать лет!

После она замерла, словно ждала от меня ответа, но я лишь пожала плечами. Вскоре Ларинда ушла, чтобы отдать распоряжения, пообещав вернуться через полчаса и помочь освоить швейные заклинания, а в дверях показался Тимка.

— Ах ты, поганец мелкий! Пакостник! — возмутилась я, решив закрыть глаза на слова Кая «не обижать Тимку».

— А я что? Я, между прочим, помог!

— Да чем? Ламбрекены разодрал!

— Бахрома красивее смотрелась, — довольно вытянул он когти. — У тебя бы все равно ничего путного не вышло.

— Это почему же? — не утерпела я, отмечая, что нагловатый кот мне начинает нравиться.

— Так ты длину стежков приняла за ширину портьер.

— Чего?

— Так Кай сказал, когда разговаривал с Лариндой.

Твою ж… И даже кикиморки болотные не помогут и не спасут меня несчастную.

Ну да ничего, главное продержаться три дня, а потом… получу свое золото и решу, как жить дальше. И да, обязательно выкину из головы мерцающие голубые глаза беловолосого мага, который невзначай пробрался в самую глубину моего сердечка.

 

 

Я проснулась среди ночи, ощутив неясную тревогу. День выдался настолько сложным, что сил не хватило не то чтобы умыться, но даже раздеться и расстелить постель. Я так и рухнула на нее, накрывшись пледом, и тут же заснула.

Но сейчас вскочила и села, прислушиваясь. Послышался шум, чей-то рваный стон, а потом все стихло. Я поднялась, не зажигая светлячка, выглянула за дверь и обнаружила прислонившегося к стене Кая Ранского. Бледного, зажимающего на груди кровавое пятно.

— Идите к себе и об увиденном молчите.

Я опять не думала, действовала. Подхватила его и втащила в свою комнату.

— Что вы творите… Я вызову целителя. Это всего лишь…

— Магический удар с ожоговой составляющей, — закончила я. — Ложитесь, я приготовлю нужную мазь.

— Вам запрещено колдовать, если нет диплома. Исключение — разрешение работодателя на использование определенных заклинаний. А я вам на целительские его не давал.

— Но вы ведь никому не скажете, — нашлась я, все ж таки впихнув сопротивляющегося мужчину на кровать.

Он застонал и ничего не ответил. Я зажгла светлячок и обнаружила, что Кай потерял сознание.

На кухню, где хранились нужные травы, я не шла, бежала со всех ног. Необходимую мазь сотворила быстро, за четверть часа. Все же ведьма из меня получилась бы гораздо лучше, чем швея. Хотя количество заказов на шторы с паучками к вечеру достигло трехсот штук. Ларинда приняла на работу еще десять девушек, которые занимались кройкой и шитьем, а в мои обязанности входило теперь создание паучков из бисера. Новенькие помощницы по началу визжали и таращились, когда те ползли по ткани, а потом ничего, втянулись и привыкли.

Когда я поднялась с мазью, маг уже пришел в себя и попытался встать. Я заперла дверь, шикнула на него и решительно направилась к кровати.

Кай ругался сквозь зубы, шипел и пытался не дать к себе прикоснуться. В конце концов, мне так это надоело, что я пригрозилась его привязать веревкой к кровати.

— Вы не осмелитесь.

Он резко встал, тут же рухнул на постель, а мое терпение закончилось. Я наколдовала веревки, и те намертво привязали его к основанию спинки кровати.

— Ярослава! — зарычал он.

Видимо, сил сопротивляться у мага не осталось. Сколько же он их потратил!

— Ярослава, я же ваш работодатель!

— Вы ранены! — зло прошипела я.

Он выругался, попытался освободиться от веревок, но снова не преуспел.

Я тем временем достала ножницы и срезала с него верхнюю одежду. Плащ все равно испорчен, так же как и белоснежная рубашка. А на груди расползалась красным рана, пульсировала.

— Не дергайтесь! — велела я. — Надо промыть, смазать и перевязать.

Кай снова выругался. Да так витеевато, что захотелось встать и записать на память. А потом выучить и ругаться, если придется, точно так же.

— Вот же ведьма! Угораздило меня с тобой связаться!

— Вы прямо, как ректор Академии Магии говорите. Есть в вас что-то общее, — вздохнула я и осторожно прикоснулась к ране.

Кай зашипел, как невиданный змей, а по телу у него замерцали светло-голубые полоски.

— Без вопросов. И комментариев, — велел он. — И развяжите уже.

— Даже не надейтесь, — отозвалась я, гадая, что это за узоры вспыхивают на его коже.

Охранные? Почему тогда я о них не слышала?

Я обрабатывала рану, слушала рычание мага и чувствовала, как мне снова становится жарко. Катился угольками по телу огонь, будил неведанное. Что со мной происходит? Почему именно на этого мужчину я реагирую так?

Мазь подействовала быстро, затянула рану. Даже не пришлось накладывать повязку. И не успела я опомниться, как маг оказался сверху, прижимая меня к кровати. Навис так, что белоснежные волосы коснулись моего лица, погладили, будто шелк.

— Что вы…

— У всего есть цена. Я предупреждал, что не потерплю такого отношения.

— Но я…

Вздернул мои руки, опутал магией, прижал к спинке кровати.

Я попробовала шевельнуться, но ноги тоже оказались несвободны.

— Да что вы себе позволяете! Да как можете! Выпустите! Если это благодарность за спасение, то она… странная!

Кай поднялся, оглядел распластанную меня и довольно сощурился.

— Будет вам и благодарность, и наказание.

— Вы что задумали?

— Сажа вам совсем ни к лицу.

— Какая сажа? — удивилась я, даже на мгновение перестав пытаться снять с себя странные чары.

— Я бы лучше поинтересовался, откуда она взялась в вашей постели. То-то Тимка ходил измазанный! Говорил, кому-то не понравилось, что он — рыжий.

— Пакостник! Поймаю и…

— Фамильяром возьмете? — продолжил маг, неожиданно тепло улыбаясь.

— Вы… вы…

— Подумайте. Он давно ищет ведьму. И я впервые вижу, чтобы так настойчиво предлагал свою дружбу и помощь. Значит, вы его, Ярослава, чем-то зацепили.

Я вздохнула и попросила:

— Развяжите меня, пожалуйста.

Кай покачал головой.

— Я еще не получил компенсацию, а вы — мою благодарность.

 

 

Около 3 лет
на рынке
Эксклюзивные
предложения
Только интересные
книги
Скидки и подарки
постоянным покупателям