0
Корзина пуста
Войти | Регистрация

Добро пожаловать на Книгоман!

Или войдите через:


Новый покупатель?
Зарегистрироваться
Главная » Тайны вампирских сердец » Отрывок из книги «Тайны вампирских сердец»

Отрывок из книги «Тайны вампирских сердец»

Автор: Рубцова Марина

Исключительными правами на произведение «Тайны вампирских сердец» обладает автор — Рубцова Марина . Copyright © Рубцова Марина

ГЛАВА ПЕРВАЯ

На протяжении месяца каждый день после работы Вика спешила в первую городскую поликлинику. И каждый раз, видя неподвижное тело мамы, задавалась вопросом: «Что подтолкнуло ее броситься с крыши?» К счастью, попытка самоубийства оказалась неудачной. Врачи спасли мать, но после операции она впала в кому. И теперь все зависит от нее самой. От ее желания жить. И все бы ничего, да только лечащий врач заявил, что шансов на полное выздоровление мало, даже если она выйдет из состояния комы. Можно попытаться сделать несколько операций, чтобы вернуть чувствительность ног, но и тут гарантий не дают.

В последнее время Вика работала как проклятая, даже брала работу на дом, желая получить хоть какие-то деньги для операции. Но три миллиона рублей сумма слишком большая. Даже трудясь без выходных, Вике не собрать ее быстро. А время идет, утекает как песок сквозь пальцы. Где же взять эти чертовы деньги?! Коллег просить бесполезно — найдут причину для отказа в долге. А из родственников у Вики никого нет, кроме мамы...

Отца она не знала, поэтому на него рассчитывать тоже не могла. И чего вспомнила о нем, ведь зарекалась не думать? Прошло уже двадцать три года с тех пор, как он бросил семью ради другой женщины. Как раз после рождения Вики. В детстве она не раз спрашивала маму об отце, но слышала лишь одно: «У него теперь другая семья, мы ему не нужны». С этой мыслью взрослела. Ненависть к отцу, имя которого даже не знала, росла с каждым годом и, в конце концов, превратилась в неприязнь к некоторым мужчинам: изменщикам и бабникам. Вика поджала губы, стараясь выбросить из головы мысли об отце. Не стоит думать о нем, тем более, когда так нужна матери.

Глянула на дисплей телефона — без десяти шесть. Отложив сшитые договора на край стола, взяла сумку и собиралась уйти, как вдруг зазвонил телефон внутренней связи.

— Боже, только не это, — буркнула под нос и нажала на кнопку приема. — Да, Вениамин Сергеевич!

— Вика, хорошо, что ты еще тут. Зайди ко мне на минутку.

Ей не хотелось задерживаться в офисе, но против шефа не попрешь. В этом году отпраздновали шестидесятилетний юбилей Гринева. Несмотря на солидный возраст, он не собирался покидать фирму, как того хотелось Вике. За два года работы секретарем в рекламной компании ей поднадоели двусмысленные взгляды шефа, попытки остаться с ней наедине и знаки внимания в виде конфет и красивых букетов. Как он не старался затащить ее в постель, ничего не получалось. И в последнее время Гринев перестал оказывать ей симпатию. Может, наконец, смирился с проигрышем? Но, похоже, рано радовалась!

Вика отворила дверь с табличкой «Генеральный директор» и шагнула за порог. Начальник сидел за Т-образным столом, откинувшись на спинку кожаного кресла и вертел в руке стеклянный шар со снегом, который ему на Рождество подарили сотрудники.

— Вызывали, Вениамин Сергеевич?

Взгляд уставших карих глаз скользнул по Викиной фигуре, что вызвало в ней бурю негодования. Гринев запустил пальцы в седые волосы, разделенные ровным пробором, и скривил губы в едва заметной усмешке. Вика настороженно замерла у стола. Начальник расстегнул верхнюю пуговицу белоснежной рубашки и, улыбаясь, указал на стул перед ним. 

— Присядь. В ногах правды нет.

Вика покорно опустилась на мягкое сиденье и положила руки на колени. От волнения принялась крутить обручальное кольцо на левой руке. Неужели он снова за старое?

— Я хочу с тобой серьезно поговорить. — Глаза Гринева заблестели. — Мне срочно требуется личный помощник, и я подумал, что ты как никто другой подходишь на эту должность. Что скажешь?

— Я? — Вика растерянно уставилась на начальника.

Личный помощник? Это шутка? В компании ходили слухи среди сотрудников, что Гринев отпетый бабник и интриган, который всегда достигал желаемого. Поговаривали, что последняя девушка, которая была его личным помощником, исполняла все прихоти. Что-то вроде личной дрессированной собачки, с которой можно делать все, что душе угодно, и она никогда не станет жаловаться. Гринев частенько таскал Мартынову с собой на важные встречи. По слухам, она соблазняла партнеров, он подкладывал ее под конкурентов и сам охотно с ней спал. Однако и зарплатой не скупился. Спустя пару лет девушка уволилась. Видимо, надоело скакать перед шефом на задних лапках с высунутым языком и ублажать его извращенные фантазии. Если Гринев это предлагает Вике, пусть не надеется на согласие.

Начальник поднялся, достал из мини-бара графин с виски и два стакана.

— Ты подумай, время есть. — Плеснув немного коричневой жидкости в стаканы, протянул один Вике. — Выпей, тебе нужно расслабиться. Ты слишком напряжена.

Гринев словно раздевал глазами, мысленно проникая под тонкую ткань Викиного платья. Страшно представить, что он себе на воображал. Вика не переваривала таких мужчин — кобелей, которые ставили свои принципы и похоть превыше всего, которые плевали на чувства и желания других.

— Я не пью виски, — ляпнула первое, что пришло в голову. — Можно спросить: почему именно я?

— Ну, во-первых, ты ответственная, аккуратная, умная и… очень красивая. — Он взял стакан, сел на край стола и глотнул виски. — А во-вторых, мы уже два года тесно работаем, пора бы познакомиться поближе. Так сказать, перейти на новый уровень общения.

Сердце встревоженно екнуло. Ох, не нравился Вике этот разговор! Она знала — Гринев не отступится, пока не получит ее. Придется бросить работу, погрязнуть в долгах и лишить маму последней надежды на полноценную счастливую жизнь. Но выхода Вика не видела. В отличие от бывшей личной помощницы начальника, она не станет пресмыкаться перед мерзким любвеобильным шефом. Одна только мысль, что его руки будут лапать ее, а липкие губы касаться кожи, вызывала приступ тошноты. Вика непроизвольно скривилась.

Гринев же, опустошив стакан залпом, развернулся, налил еще и снова выпил в один присест. Вика напряженно смотрела на него и не верила, что это происходило с ней.

— Твоя модельная внешность — залог успеха нашей компании, — продолжал Гринев. — Ты будешь сопровождать меня на переговорах. Партнеры дар речи потеряют, когда увидят такую роскошную женщину. Захотят познакомиться поближе… Ну ты понимаешь. Витая в облаках, они подпишут что угодно. Я же со своей стороны обещаю тебе шикарную зарплату, красивую жизнь и кучу привилегий. Соглашайся.

— За кого вы меня принимаете?! — возмутилась Вика. — Я не буду играть в ваши дурацкие игры!

Чувствуя, что вот-вот может сорваться, взяла стакан с виски и, зажмурившись, выпила. Алкоголь обжег горло, проник в желудок. Вика закашлялась и зажала рот ладонью. Отвратительный вкус! В голове помутнело, щеки зажгло, зато напряжение спало.

— А ты подумай, — не унимался Гринев.

— Мой ответ — нет, — категорично заявила Вика. — Я не буду вашей марионеткой.

— На «нет» и сделки нет. Жаль. — Он пожал плечами. — Я думал, ты умная девочка, согласишься, а ты все цепляешься за гордость. В наше время нужно идти по головам, с благодарностью принимать то, что дают. Но я дам тебе последний шанс. Подумай до завтра. Ты ведь понимаешь, от чего отказываешься? У тебя появятся деньги… Много денег.

Внутри все полыхало от злости. Вика стиснула зубы, с презрением смотря на Гринева, который будто намекал на ее тяжелое положение, но что он мог об этом знать? Она никогда не посвящала в свои проблемы сотрудников компании, а уж тем более начальника.

— Меня вполне устраивает зарплата и должность.

— Как я уже сказал — жаль, — Гринев хмыкнул. — Думал, мы сработаемся. Строил планы. Придется подыскать кого-нибудь более сговорчивого. Того, кто не воспримет мое предложение в штыки. Кстати, как твоя мама?

— Откуда Вы о ней знаете? — всполошилась Вика.

— Неважно. Главное, знаю. Почему сразу ко мне не обратилась? Я ведь все понимаю. — Он наклонился и коснулся ее руки, Вика нахмурилась, глядя на узловатые пальцы. — Я помогу, только попроси.

Игриво-учтивый тон раздражал, как и клейкий взгляд, норовящий пробраться под одежду.  

— Мне не нужны подачки, — сказала, как отрезала и отдернула руку.

Хотела встать, но Гринев поймал Вику за запястье.

— Позволишь матери умереть? — на его лице появилась кривая усмешка.

— Да как вы смеете?! — Вика выдернула руку из мерзкой влажной ладони, вскочила и направилась к выходу.

— Ты еще вернешься! Будешь умолять о помощи, и тогда я подумаю, дать ли шанс твоей мамаше! — крикнул он вслед.

— Ублюдок, — процедила сквозь зубы Вика и вышла из кабинета, посильнее хлопнув дверью.

ГЛАВА ВТОРАЯ

Сентябрь выдался теплым. Вика спешила на остановку. Хотелось поскорее залезть в машину и уехать домой. К счастью, такси удалось поймать быстро. Водитель оказался доброжелательным: поздоровался, улыбнулся и даже сделал скидку. В последнее время это редкость. С тех пор, как на улицах начала свирепствовать смертельная инфекция, люди стали осторожнее, предусмотрительнее и жестче. Она губила все на своем пути, в одночасье меняла характеры и привычки. И пусть вируса уже нет, ничего не изменилось за эти несколько месяцев.

В тот день, когда ужасная эпидемия нависла над страной, все изменилось. Россия с каждым новым днем превращалась в гниющую помойку, откуда начало разить смрадом и животным страхом. Вирус, который в народе окрестили «красной смертью», за несколько месяцев унес несколько сотен жизней. К счастью, эпидемию сумели остановить благодаря вакцине, разработанной крупнейшей на российском рынке фармацевтической компанией «Крейгбиомед». Ее глава, Оливер Крейг,утверждает, что раз в полгода необходимо обновлять кровь. Если же этого не делать, микрочастицы вируса, оставшиеся в крови, будут постепенно увеличиваться, мутировать, что приведет к новым вспышкам болезни.

Вика с ужасом смотрела в окно такси. Тротуары полупусты, не убраны, повсюду плакаты с лозунгом: «Хочешь жить — пройди вакцинацию». Животных  вирус не пощадил. Бездомные кошки и собаки больше не ошивались по городу — они попросту вымерли.

Вике вспомнилось, как медсестра передвижного медпункта делала ей инъекцию. 

— Я возьму у Вас двести миллилитров крови, — сообщила девушка. — Это нужно для того, чтобы кровь обновилась. Затем поставлю инъекцию с антивирусом. Она компенсирует Вам потерю крови.

— Что вы будете делать со всей кровью?

— Ее проверят и отправят в больницу.  Возможно, она даже спасет чью-то жизнь.

После всех процедур ей выдали свидетельство о вакцинации, которое стало ее пропуском в больницу к матери. Ведь с началом эпидемии туда перестали пускать тех, кто не прошел вакцинацию.

Воспоминания оборвал громкий сигнал и резкое торможение.

— Куда прешь?! — возмутился водитель такси, всплеснув рукой пареньку, который выскочил на дорогу. — Черт знает что!

Через полчаса Вика добралась до своего района. Как всегда, вышла на перекрестке и забежала в небольшой магазин: купить овощи для салата. Продавщица, добродушно улыбаясь, сложила покупки в пакет. Эта приветливая тетушка не боялась посетителей, потому что, судя по всему, уже прошла вакцинацию. Не успел мир превратиться в кусок дерьма, как работодатели тут же включили в трудовые договора и контракты обязательное условие: раз в полгода появляться в больнице и в пункте приема крови, чтобы получить очередную дозу вакцины и обновить кровь.

Рассчитавшись, Вика вышла из магазина и побрела по ночной улице к родной пятиэтажке. Каждый шаг приближал к месту, где обнаружили маму. Поразительно, как ей удалось выжить, упав с пятого этажа? Видимо, у нее есть ангел-хранитель. Перешагивая через лужи, Вика несмело вошла в арку между домами. Это место каждый раз вызывало тревогу, но другого пути к дому не было. В детстве Вика страдала клаустрофобией, которая к двадцати трем годам приглушилась. Спасибо местному психотерапевту и его сеансам. А вот боязнь темноты так и не удалось победить. Вика ничего не могла с собой поделать: как только оказывалась в полной темноте, голову наполняли пугающие образы. Она нервно закусила губу и пошла быстрее, не поднимая глаз. Казалось, если не будет обращать внимания на окружающее, страх притупится. Это действительно помогало. До тех пор, пока слух не выхватил из пустоты звонкий стук обуви по асфальту, который вскоре затих.

Вика подняла голову. В серой дымке привиделись два огромных силуэта, точно не женских. Страх ледяной волной прошел вдоль позвоночника, вынудив замедлить шаг. Мужчины исчезли из поля зрения так быстро, что Вика растерялась, но взяв себя в руки, скорее пошла на тусклый свет фонарей. У выхода из арки она заметила, у самой стены, лежащего в позе эмбриона мужчину. И остановилась. Из случая с матерью Вика вынесла урок — относись к людям так, как хочешь, чтобы относились к тебе. Ведь если бы маме не помогли прохожие, скорее всего она скончалась бы до приезда «скорой». Имеет ли теперь Вика право пройти мимо человека, который оказался в похожей ситуации? Нет, не имеет.

Она бросилась к незнакомцу со словами:

— Что с Вами? Вы живы?

Наклонилась над ним. Мужчина пришел в себя и, опираясь ладонью об асфальт, попытался подняться. Не вышло — тут же рухнул обратно.

— Вытащи клинок… — с трудом проговорил он.

Вика недоуменно оглядела его и только сейчас заметила в груди рукоятку ножа. Внутри все сжалось. Она ахнула, прикрыв рот ладонью.

— Я вызову «скорую», — спохватилась Вика, шаря по карманам в поисках мобильного. — Не шевелитесь.

Наконец удалось отыскать телефон. Она принялась судорожно тыкать на кнопки, и в этот миг незнакомец прохрипел:

— Не нужно «скорую»… — и закашлялся.

От неожиданности Вика выпустила из дрожащих рук сотовый и испуганно уставилась на мужчину, не понимая, почему он отказался от помощи. Кровь на светлой футболке казалась огромным темным пятном. Один только ее вид внушал страх.

— Вытащи нож… 

— Если вытащу, Вы умрете, — заключила Вика, поднимая с асфальта телефон.

— Ты должна… Если не вытащишь… — он снова закашлялся, — тогда точно умру... «скорая» не успеет… а так есть шанс. Ну же…

Его голос приказывал, хотя мужчина находился не в том состоянии, чтобы командовать. Господи, за что его так? Она сунула мобильный в карман и, подогнув драповое пальто под себя, села на корточки. Вика не выносила даже вида крови. Сама мысль о том, что она может запачкать руки, вызывала дурноту. Но преодолев страх, все же вцепилась в холодную рукоятку. Пальцы задрожали. Глубоко вздохнув, она медленно потянула. Ощутив сопротивление, поморщилась и замерла. Бог мой, сколько крови! Вика снова потянула, и лезвие выскользнуло из груди. Мужчина глубоко и резко вдохнул воздух, а потом сел, опираясь спиной на каменную стену пятиэтажки. Вика растерянно отбросила нож и, сорвав с себя шарф, попыталась остановить кровь. Незнакомец запрокинул голову и прикрыл глаза. Грудь перестала вздыматься. Вика опешила. Что делать? Паника нарастала. Чувствуя, что сама может грохнуться в обморок, попыталась расслабиться: выровняла дыхание. Поднеся ладонь к носу незнакомца, не ощутила дыхания — и, правда, не дышит. Это что, шутка? Она отогнула рукав его куртки и приложила два пальца к запястью. Кожа казалась холодной, пульс не прощупывался. Вика бросилась из арки в надежде вызвать помощь.

— Ну же! — нервничала она, тряся телефон. — Давай!

Но аппарат, словно нарочно, отказывался работать. Она уже собиралась метнуться обратно в арку, когда зажегся дисплей. Дрожащими пальцами Вика попыталась набрать номер, но раздавшийся за спиной голос остановил ее.  

— Не нужно...

Снова послышался кашель. Обернувшись, Вика увидела того раненого незнакомца. Он стоял у арки, согнувшись и прижимая к груди шарф. Она с облегчением выдохнула. Жив! Но внезапное воскрешение казалось невероятным. Ведь мужчина не дышал, потерял много крови, а теперь стоял, словно ничего не случилось.

При неярком свете фонарей удалось хоть как-то рассмотреть его. Ростом он казался чуть выше Вики, около метра восьмидесяти. Темно-русые волосы находились в беспорядке, закрывали уши и падали на глаза.

— Ты в этом районе живешь? — спросил парень, опустив голову.

Она болталась, как у тряпичной куклы, отчего хотелось взять его лицо в ладони.

— А что? — настороженно выдала Вика, судорожно сглотнув.

— Отведи меня к себе, — голос стал тверже.

Вот только идея «сходить в гости» не вызвала у Вики положительных эмоций. Странно, что он хотел отсидеться у нее, вместо того, чтобы отправиться в больницу.

— Тебе нужна помощь.

— Так помоги, — скривился незнакомец. — Тебе ведь деньги нужны? Если ты поможешь мне, я в долгу не останусь.  

— Да не нужно никаких денег. Что я не человек что ли? Я помогу Вам.

Вике стало не по себе. Да, ей жизненно необходима большая сумма, но она ведь не эгоистка! Не раздумывая больше ни секунды, решительно подхватила незнакомца за талию. Тот обвил ее шею рукой, и они неторопливо зашагали к дому. Тащить его на себе не пришлось — он великолепно справлялся сам. Вика лишь поддерживала, не позволяя ему оступиться.

С трудом удерживая парня одной рукой, Вика нащупала в кармане ключ и, открыв замок, толкнула дверь квартиры. Завела молодого человека внутрь и напоролась бедром на трюмо. Ойкнула. Больно, черт его дери! Но эта боль ничто по сравнению с той, что, наверняка, чувствовал парень. Вика провела гостя в свою комнату и, уложив на кровать, велела не убирать с раны шарф. Сама метнулась в коридор за аптечкой. Мысли не оставляли — правильно ли она сделала, притащив раненого незнакомца в дом? А если он бандит или убийца, ведь не зря отказался от помощи специалистов? Вопросы лились, точно проливной дождь. На одной чаше весов — страх неизвестности, на другой — желание помочь. Вика не имела никакого права осуждать парня за то, чего он, возможно, не совершал. Как гласит один из самых популярных библейских постулатов: «Не суди да не судим будешь».

Отгоняя мысли, вынула из ящика трюмо аптечку и вернулась в комнату. На мгновение задержалась на пороге, разглядывая молодого человека. Глаза парня были закрыты. Викин взгляд скользнул по его лицу, вверх от покрытого недельной щетиной подбородка, на миг замер на чувственных губах, поднялся по прямой переносице. Незнакомец резко открыл глаза, будто что-то почувствовал. Дыхание перехватило, сердце забилось настойчивее.

— Я нашла лекарства. — Она подошла к прикроватной тумбочке и положила на нее аптечку. — Нужно промыть рану или... Я не знаю, что именно нужно делать! Может, все-таки «скорую»? — на всякий случай спросила Вика, подкладывая под голову парня вторую подушку. 

— Поверь, я не собираюсь умирать, — произнес он. Голос стал четким. — Мне просто нужно несколько дней. Отлежаться. А пока просто зашей рану.

— Что сделать? — опешила Вика.

— Зашить, — невозмутимо повторил он.

— Не могу, — она замотала головой. — Понятия не имею, как это делается! А если будет только хуже?

— Хуже уже не будет.

— Ты сам себе веришь? — удивилась Вика. — У меня нет ни нужных лекарств, ни хирургической иглы, ни ниток. Как я буду шить?

— Как сможешь. Возьмешь обычную иглу и простую шелковую нитку…

— Я тебя умоляю! Ты мазохист? — нервно хмыкнула она, смотря на парня сверху вниз. — Как я буду шить тупой иглой? Хочешь, чтобы я в обморок грохнулась от этого зрелища? Кто тогда тебе поможет? Нет, не уговаривай. Давай просто вызовем «скорую».

— Я же сказал — никакой «скорой», — категорично заявил незнакомец. — Зашьешь, как сможешь. И точка.

— Какой же ты упрямый! Я не буду этого делать, — покачала головой Вика, испуганно глядя на него. — Забудь!   

Вику скривилась от мысли, что придется испачкаться в крови, но другого выхода не было. Раз ввязалась в эту авантюру, то должна идти до конца! Пришлось быстро взять себя в руки. Все-таки от нее зависела жизнь парня.

— Тогда я сам, — выдал он. — Подняться поможешь?

Вика помогла ему сесть, осторожно сняла с него куртку и повесила на спинку стула. Руки затряслись, когда она потянула залитую кровью футболку вверх. Изо рта незнакомца вырвался стон. Вика отправила вещь следом за курткой и взяла с тумбочки аптечку. Раскрыла и положила на кровать. Вынув антисептик, смазала руки, затем достала перекись водорода и кусочек ваты. Превозмогая страх, принялась обрабатывать рану. Парень поджал губы. Частично стерев с кожи засохшую кровь, Вика вытащила из аптечки самую острую иглу и обработала перекисью. Продев в ушко шелковую нитку, протянула раненому. Сердце бешено стучало.

— Держи. Зрелище будет не из приятных. Ты уверен? — спросила Вика, надеясь на то, что он передумает и позволит вызвать «скорую».

— Никакой «скорой»! — заявил молодой человек, будто прочел мысли.

Он был непреклонен. Взял иголку, согнул ее в форме буквы «С». Поразительно, как не сломалась. Потом стянул края раны до соприкосновения и, стиснув зубы, без колебаний продел иглу сквозь кожу.

Не в силах на это смотреть, Вика, зажав ладонью рот, отвернулась. Она слышала тяжелое дыхание незнакомца, скрип зубов. Не выносимо! Но его смелость и мужественность вызывали восхищение.

— Если тебе что-то понадобится, скажи.

Вика отошла к окну. Чувствуя приближение паники, попыталась собраться. Не время раскисать! Разум словно окутало туманом. Мысли путались, мелькающие в голове картинки приводили в ужас. Из замешательства ее вывел голос парня:

— Готово.

Вика развернулась и бросила взгляд на его грудь. На месте раны увидела всего несколько узелков.

— Прости, что тебе пришлось самому… — оправдывалась она.

Стало стыдно за свою трусость.

— Не беспокойся, — попытался улыбнуться он, но получилось не очень. — И в любом случае спасибо.

Вика подошла к кровати. Наклонившись над молодым человеком, чтобы вытереть со лба капельки пота, заметила, что его губы подрагивали.

— Ты здорово пахнешь, — с трудом выговорил он и отключился.

Вика решила дать парню немного отдохнуть, прежде чем приставать с расспросами. А интересовало ее многое. Например, кто его ранил и за что? Она ничего о нем не знала: ни имени, ни адреса, ни чем зарабатывал на жизнь.

Вика перевязала рану и, с облегчением выдохнув, села рядом на край постели. Убрала с его глаз волосы и, склонив голову набок, просто рассматривала. Притягательное бледное лицо так завораживало, что Вика с трудом совладала с желанием провести кончиками пальцев по небритой щеке, опуститься ниже, касаясь выразительных губ...

Что с ней творится? 

Вика всегда шла на поводу чувств и обжигалась. Уже почти два года прошло с тех пор, как она развелась. По глупости вышла замуж за одноклассника сразу после школы, но брак оказался ошибкой. Вика поняла это, когда Толик начал упрекать ее, скандалить и, самое страшное — изменять. Предательство она простить не сумела и вскоре ушла. Вика поняла, что муж — это существо, созданное, чтобы причинять боль, а мужчины слеплены из одного теста. Все они рано или поздно предавали. Сначала отец, затем Толя… После развода Вика возвела в душе стену, не позволяя ни одному мужчине проникнуть за нее. Там скрывалась боль, которую причинил папа, лишив Вику возможности расти в полноценной семье. С возрастом усиливалась и ее неприязнь к бабникам. И уж не могла Вика подумать, что муж окажется одним из них. К счастью, она  не простила измену и вскоре открыла для себя свободные отношения без обязательств. Решила, что лучше быть одной, не имея привязанностей, чем наматывать сопли на кулак каждый раз, когда любимый снова изменит. Поэтому ее романы были скоротечными и несерьезными. Как только Вика понимала, что привязывалась к мужчине, тут же его бросала. Сейчас же в ее постели спал прекрасный незнакомец, чье лицо и тело казались ей совершенными. Его мощные руки лежали вдоль тела. Плавные изгибы, твердая, как камень, грудь. Взгляд скользнул ниже и словно приклеился к неподвижному крепкому торсу. Захотелось коснуться рельефного живота, убедиться, что его мышцы так же тверды, как кажутся. Вика несмело протянула руку. Парень резко открыл глаза. Она вздрогнула. Чувствуя себя нелепо, соскочила с кровати, точно попалась на месте преступления, и отбежала к окну. Скривив губы, смотрела на подъезжающий к дому автомобиль.

— А мы ведь так и не познакомились, — тихо произнес парень.

— Я — Вика, — обернувшись, представилась она.

— Тим, — на его лице заиграла улыбка.

— Тим? То есть Тимофей? — улыбнулась Вика, желая поскорее забыть о неловкой ситуации. Глупо вышло.

— Тимофей Пирси. Но предпочитаю сокращение — Тим.

— Пирси? Ты иностранец?

— Отец был англичанином.

— Как интересно, — улыбнулась Вика и подошла ближе, скрестив руки на груди. — Так, что ты сделал парню, который всадил в тебя нож?

— Ничего.

— Просто так не пытаются убить, — настаивала она на ответе.

— Я не хочу об этом говорить.

Тим сел в кровати. Вике захотелось прикоснуться к нему, убрать непослушные пряди с лица.

— Ну хорошо, — сдалась она. Вернее, сделала вид. — Есть хочешь?

— Я не голоден, — с натяжкой произнес Тим, облизнув сухие губы.

— Как знаешь. Из меня все равно повар никудышный, — усмехнулась Вика.

И, правда, готовить у нее получалось разве что яичницу. Обедала в основном в офисе, иногда в кафе, реже в ресторанах.

Вике показалось, что она снова поддалась очарованию Тимофея. Поймала себя на мысли, что не может сопротивляться волнующему взгляду серых глаз.

— Тогда не буду тебе мешать. Отдыхай. Если что, я в комнате. И спать пока не собираюсь.  

Около 3 лет
на рынке
Эксклюзивные
предложения
Только интересные
книги
Скидки и подарки
постоянным покупателям