0
Корзина пуста
Войти | Регистрация

Добро пожаловать на Книгоман!

Или войдите через:


Новый покупатель?
Зарегистрироваться
Главная » У любви пушистый хвост, или В погоне за счастьем! » Отрывок из книги «У любви пушистый хвост, или В погоне за счастьем!»

Отрывок из книги «У любви пушистый хвост, или В погоне за счастьем!»

Автор: Гусейнова Ольга

Исключительными правами на произведение «У любви пушистый хвост, или В погоне за счастьем!» обладает автор — Гусейнова Ольга . Copyright © Гусейнова Ольга

Глава 1

Гул многочисленных голосов, доносящийся из большой нижней повалуши, только порадовал — все собрались. Пропустила я момент, когда первые лица клана прошли туда решать важные вопросы. Ну ничего, подожду, когда выйдут, а у самой руки дрожат от волнения, ведь одно — задумать, а другое — сделать это самое задуманное. Дело мне предстояло неслыханное и потому пугающее до дрожи в коленках. Сердце бьется пойманной птицей, кровь приливает к щекам, а руки холодеют и не хотят слушаться.

Судорожно вздохнув, я проверила свою одежду: свободный сарафан длиной в пол и унылый синий плат из плотной ткани, который положено носить не созревшим самкам-малолеткам, полностью скрывающий фигуру до пояса, а руки — по кисти. Мало того, лицо по самые глаза прикрывает, только для ушей на макушке прорези оставлены. Одна поблажка — закрепляют это безобразие на голове яркой лентой с бусинками, вышивкой, подвесками. У кого на что выдумки и денег хватает, ну или кому что родителями дозволено.

Так, веревка к подолу пришита незаметно, уж я постаралась, чтобы не было видно ни стежка. В сотый, наверное, раз дернула за веревку — и подол сарафана задрался вверх, открывая нижнюю, яркую, легкую рубашку, спрятанную под широкими складками, выгодно облегающую женские изгибы моего тела. Вот это «сокровище» я и хочу показать всем мужчинам, собравшимся за массивной деревянной дверью. А то засиделась в девках, вот и вынуждена носить опостылевший большой платок.

В повалуше отчего-то слишком громко зашумели, подстегнув меня поторапливаться. Нервно огляделась по сторонам: добротная лестница, ведущая на первый ярус; резные балясины вдоль площадки второго яруса, где находятся светлица и покоевые горницы, наши и для гостей, которыми за годы правления брата редко пользовались; потемневшие от времени деревянные панели и надежные потолочные балки. Меня они точно выдержат.

Солнечный свет, проникающий в высокое узкое окно у лестницы, отражается от огромной круглой люстры, которую якобы собралась чистить от маслянного нагара — брат мог себе позволить подобное дорогое и «прожорливое» освещение. Положила тряпки, туес с чистящим порошком, скребок, чтобы потом оправдаться перед братом, что работала в поте лица. И вообще, вся в делах и заботах исключительно о его доме, благоденствии и спокойствии. И ни о чем худом или — не дай Луна! — личном, считай бабском, не думаю! Ни-ни!

Приподняв подол, я легко запрыгнула на перила. Держась за столб, подпирающий потолок, подтянула к себе люстру и накинула веревочную петлю на специальный крюк. Я все продумала: если аккуратненько «упасть», то есть спрыгнуть, то повисну как раз под ней — бедненькая, неуклюжая, сдуру… ой, нет, по недоразумению попавшаяся в ловушку собственной одежды. Зато полуобнаженная, красивая, фигуристая и… желанная. Вот! Холостяки среди тех, что сейчас разговаривают в повалуше, еще остались. Может хоть один, да позарится. Такие мечты и надежды снедали меня последние несколько дней.

Затаив дыхание, я прислушалась к гулу голосов: о чем конкретно говорят уважаемые представители клана за в кои-то веки плотно закрытой дверью не разобрать, хоть на слух не жалуюсь. Но грозный рык моего брата Амаля ни с чьим не перепутать. С него станется, мог бы и дальше просторной передней, или, как иноземные мастера, перестраивавшие эти хоромы, называли, холла, никого не пускать, что делал обычно, когда приближенные клановцы по одному с докладами являлись.

Да видно сегодня не тот день. Впрочем, мне только на руку. Как вчера услыхала, что всех позвали на важную и, теперь убедилась, не для всех ушей встречу, так и начала готовиться. Интересно, о чем они там сейчас спорят? Ох, не нравится мне это, не нравится! Сдается, брат рычит по поводу дани, которой обложил наш клан новоявленный князь Валиан Северный, потому как накануне его поверенный прибыл. Важный господин, остановившийся на постоялом дворе.

Пару месяцев назад закончилась война, после которой большая часть кланов, стоявшая под другими знаменами, была вынуждена присоединиться к Северному. Княжество небольшое, но планы у Его Светлости Валиана — великие, раз, поговаривают, на королевство замахнулся. Мысленно я пожелала ему подавиться, как вслух частенько шипел мой старший грозный брат. Волки ненавидят ограничение свободы, а Северный явно решил затянуть удавку на нашей шее.

Неожиданно в повалуше притихли, видно закончили, сейчас разойдутся. Пробил мой заветный час! Еще раз дернув веревку, зацепленную за крюк, приготовилась. Дверь отворилась, но не полностью, чья-то сильная рука придержала ее. Донесся незнакомый, вкрадчивый мужской голос:

— …согласно указу Его Светлости князя Валиана Северного, ваш клан обязан представить ко двору на смотрины в качестве невесты незамужнюю девицу, не вдову, из семейства ближнего наследуемого круга…

— Это невозможно! Нет у нас свободных женщин по таким запросам. Да и какая нормальная самка останется в девицах к детородному возрасту? — раздался зловещий надтреснутый голос Амаля.

Отдавать что-либо он ненавидел всеми фибрами души.

— Я поверенный его светлости, а не гадалка! И на вашем месте сделал бы все возможное, чтобы без проволочек исполнить волю князя. Тем более, воевали вы на стороне его врагов, и только несколько недель назад присягнули на верность.

— Помимо присяги мой клан платит дань. Не дровами и рыбой, как некоторые, а чистым золотом!

— Его светлость учел этот факт, поэтому с вашего клана потребовали всего одну девицу. Более того, у вас появилась редкая возможность породниться с самим князем!

Собеседников я не видела, но отчетливо слышала, как тщательно скрываемая ярость и злоба прорывались в голосе брата. Амаль — волк, глава клана и вожак стаи. Этим все сказано. Он не привык, чтобы кто-то перечил ему, тем более давил или принуждал. И сейчас с трудом сдерживал свой бешеный темперамент и нрав полного территориального собственника.

— Я уверен, что ситуация с женщинами в столице не лучше, чем у нас… на окраине… княжества, — не сумел сдержать желчь Амаль. — Здоровые сильные самки нужны любому клану!

— Светлейший князь заинтересован в сильном многочисленном потомстве, поэтому решил разбавить высокородную, но застоявшуюся кровь столичных родов свежей. Суровые условия жизни и традиционный уклад, что до сих пор сохраняются… на окраинах, по его мнению, будут способствовать поиску достойных жен.

Мое сердце затрепетало от восторга: вот оно — решение моих проблем и ответ на чаяния! Под ногами скрипнули перила, ладони взмокли от волнения, и я еще крепче вцепилась в веревку.

— Жен? — прервал мои восторги изумленный голос брата.

— Да, его светлость набирает себе гарем, и лишь избранные станут законными супругами князя Валиана.

— А остальные? — поинтересовался Свят, правая рука Амаля, ох и противный же оборотень этот ушлый волк.

— Остальных вернут кланам… если женщины выкажут на то желание, — спокойно ответил невидимый столичный гость, правда на последнем слове послышалось насмешливое сомнение в подобном исходе.

Моя радость потухла так же быстро, как и загорелась. Гарем? Для волков не приемлемо, ни одна самка не потерпит соперничества в семье. Хотя, новый князь — леопард, а у кошек, как я слышала, с этим немного проще.

— Дешен вас проводит, пока мы обсудим кандидаток, — процедил Амаль, скрипнув клыками.

— Не думаю, что поиски достойной девицы затянутся, — еще более вкрадчиво, многозначительно заметил княжеский посланник. — Каждый в округе наслышан о вашей сестре — скромной девице, прекрасной хозяйке и наделенной ценным даром знахарки.

— Савери не обсуждается! — грозно прорычал Амаль.

Я вздрогнула и пошатнулась, нога в мягкой туфельке соскочила с балясины. Вцепилась в веревку еще крепче, нечаянно выпустив опору, и теперь, скрючившись, повисла в воздухе, отчаянно цепляясь ногами за перила. Темные полы плата словно знамя колыхались над первым ярусом. Проклятые тряпки мешались, не давали освободиться и вернуть себе устойчивое положение, а влажные от волнения ладони как назло скользили по веревке.

Луна! А ведь сама виновата в своем нынешнем глупейшем положении. Надо выбираться и срочно.

— Ваша сестра полукровка. Вероятно, ее кошачья натура позволит принять нашего князя как мужа и отца своих детей. Даже будучи не единственной его женой.

Я неловко дернулась, услышав мнение княжеского чиновника. Оно стало последней каплей в череде моих жизненных проблем. Зачем, спрашивается, еженедельно собственноручно полировала и натирала воском перила — чтобы они сейчас уходили из-под ног?! Туфли предательски скользили, разъезжались, хоть я тянула носки, как завзятая танцовщица.

Двери распахнулись — и худощавый высокий шатен, видимо тот самый поверенный, первым вышел из повалуши, по-кошачьи мягко, прямо загляденье, направился к выходу. За ним твердо ступал Дешен — сильный, умный, хороший волк, ради которого собственно и затевалась эта чистой воды… авантюра. И, к сожалению, не удалась, потому что оба мужчины вышли из дома.

Хлопнула входная дверь; загомонили остальные оборотни. Но мне было не до обсуждения кандидатки в невесты Его Светлости, а по сути — заложницы. Ведь не зря новоявленный князь требует именно высокородных оборотниц, а не любую представительницу клана. Кому как не мне ясно, что дело плохо пахнет.        

Амаль грохнул кулаком по столу, отчего я невольно вздрогнула — а перила, в конце концов, ушли из-под ног. Зависнув над полом и качаясь будто маятник, я даже испугаться не успела, как и среагировать, мягко спружинив на лапы. Ведь, как и задумывалось, веревка, пришитая к подолу, словно ловчая сеть стремительно задрала его вверх. Я рассчитывала, что в этом случае всего-то окажусь пленницей собственного задравшегося сарафана, но на самом деле веревка выскользнула из моих рук и обвила шею.

Я захрипела, беспомощно болтая в воздухе обнаженными ногами, вытаращив глаза — одежда мешала освободиться, веревка сдавливала горло. Словно рыбина, выброшенная из воды, хватала воздух ртом, но не могла вдохнуть. В глазах начало мутнеть, когда совет клана наконец вынудил Амаля признать, что выбора у него нет и меня придется отправить ко двору Северного. Новая война нам не по карману и не по силам.

Было слышно, как мужчины вышли из гостиной, но, наверное, ни один не глянул вверх, где я болталась, отчаянно дрыгая ногами. Все, как обычно, спешили покинуть наш дом. Мои потуги привлечь к себе внимание холостяков развеялись прахом. Причем вскоре, вероятно, и мой собственный развеют — я уже сипела, проваливаясь в темноту. А ведь всего лишь мечтала о муже, собственном мужчине, с которым могла бы обрести личное женское счастье и семью.

— Савери! — Амаль привычно рявкнул на весь дом.

Раньше бы я уже спешила на его зов, промедления и непослушания брат не терпел. А сейчас из последних сил сучила ногами, пытаясь привлечь его внимание, а удавка еще сильнее перехватила мне горло. Все, так и умру невинной, нелюбимой и несчастливой — какой позор!

— Савери? — потрясенно взревел Амаль.

Неужели заметил меня! Скрежет когтей по дереву, движение воздуха от мощного прыжка — и через секунду брат спрыгнул на первый ярус, держа меня на руках. Торопливо выпутал из собственноручно устроенной самой себе тупейшей ловушки и удивил до глубины души, неожиданно печально спросив, с сочувствием разглядывая меня:

— Ты слышала про княжеский указ?

Я осторожно кивнула, кашляя и пытаясь отдышаться.

— Поэтому решила повеситься? — сделал потрясающий мое воображение вывод Амаль. — Поверь, возможно князь не выберет тебя. Ты сможешь избежать гарема. Вернешься обратно, домой… ко мне.

К этому моменту я успела отдышаться и начала соображать. Признаваться, что вешаться уж точно не собиралась, не стала. Как и в том, что напортачила с хорошей задумкой… заставить вожделеть себя неженатых клановцев, пробравшись в их сны. А как еще вынудить их пойти против брата, чтобы он согласился на мой брак? Как сделать так, чтобы не побоялись главы клана, запретившего приближаться ко мне под страхом смерти?

— Я нечаянно… хотела люстру почистить, — прохрипела заранее приготовленное оправдание.

— Кто бы сомневался, — насмешливо хмыкнул Амаль, нисколько не поверив.

Повезло, однако, что княжеский поверенный подвернулся, а то не представляю, что вышло бы…

Я шмыгнула носом и, старательно вздрагивая всем телом, заревела у брата на груди:

— И что теперь со мной бу-у-дет?..

Амаль вновь поразил, ласково погладив меня по голове и… утешая:

— Дань собрали. Но этот плешивый Валианов прихвостень требует отправить вместе с золотом тебя. Думаю, за пару дней соберешься, а потом под охраной поедешь в столицу. Не бойся, охрана подождет княжеского решения. Если повезет, ты вернешься ко мне.

Я с тяжелым вздохом кивнула, не отрывая лица от груди Амаля. Сама же в этот момент ликовала: «Наконец-то, свобода! От тебя!»

— Иди, приведи себя в порядок и накрой на стол, я проголодался. — Отстранился Амаль, вновь словно коркой льда покрывшись.

Жаль, что мой самый сильный и умный брат — эмоционально ущербный. Жители Фарна могут прожить до ста пятидесяти лет полными сил, а затем быстро угасают. После тридцати многие оборотни заводят семью — большинство находится в поиске своей половинки. Так устроено природой: чем старше оборотень, чем дольше он одинокий, тем сильнее его звериная сущность. Потерять свое человеческое «я» никто не хочет, за редким исключением, но это скорее безумцы. Или такие, как Амаль.

Он никого не любит, не жалеет, лишь желает время от времени. Единственное, что им владеет безраздельно, — жажда власти. Именно из-за нее я рано потеряла отца, будучи не созревшей малолеткой. Амаль вызвал его на бой помериться силой и выиграл право возглавить клан, убив. Собственного отца. Нашего отца! А затем сделал меня пленницей и собственностью. Мне двадцать три, но снять плат малолетки он так и не позволил. Я, единственная, ношу его так долго, до сих пор закрывая большую часть лица, когда выхожу из братовых хором — вдруг найдется тот, кто возжелает меня, полюбит и отберет у Амаля.

Отберет не сестру-кровинушку, а знахарку! Фарн, наш прекрасный мир, раздает редкие дары: иногда бесполезные, иногда похожие на проклятья — никто не знает, по какому признаку это происходит; кроме того, дар передается по наследству.

Мне достался сложный двойной знахарский дар, я интуитивно чую природную силу каждой травки, корешка и листочка. Умею соединять их полезные свойства, создавая чудодейственные настойки. Но главное и самое важное в мире двуликих — я повитуха. Оборотницы разных видов из-за второй сущности часто теряют свое потомство во время вынашивания и родов. А такие как мы, повитухи, не даем этому случиться.

Я одна такая сильная до самых гор, поэтому к нам в клан многие обращаются за помощью, привозят своих жен и дочерей. За что Амалю платят золотом или услугами, часто загоняя себя в неоплатные долги или давая клятву верности. Именно на этом держится его непоколебимая власть в клане и строятся отношения с соседями. И если бы не княжеские смотрины, брат никогда бы не позволил мне уйти от него, чтобы завести собственную семью. Передать хоть часть своего авторитета и моего ценного дара другому волку — никогда!

Конечно, Амаль будет усиленно молиться Луне и другим высшим Фарна за удачу, чтобы меня не выбрал князь, а уж потом постарается вернуть себе.

Ха, я тоже постараюсь, только наоборот! 

Около 3 лет
на рынке
Эксклюзивные
предложения
Только интересные
книги
Скидки и подарки
постоянным покупателям