0
Корзина пуста
Войти | Регистрация

Добро пожаловать на Книгоман!

Или войдите через:


Новый покупатель?
Зарегистрироваться
Главная » В снежных горах Непала » Отрывок из книги «В снежных горах Непала»

Отрывок из книги «В снежных горах Непала»

Исключительными правами на произведение «В снежных горах Непала» обладает автор — Соколина Наталья Copyright © Соколина Наталья

ПРОЛОГ

Известие об исчезновении в Непале российской этнографической экспедиции МГУ никого особо не взволновало. Центральные газеты лишь вскользь упомянули об этом досадном событии и уже на следующий день переключились на темы, набившие оскомину читателям: убийства, пожары с человеческими жертвами, автокатастрофы, разводы никому не известных "звёзд". Напрасно родственники оббивали пороги официальных учреждений. Их горе никого не волновало, и искать пропавших учёных в далёком Непале никто не собирался.

 

ГЛАВА 1

В раздумье Маша стояла посреди своей небольшой квартирки. Мечта сбылась: научный руководитель, Марк Авдеевич Рубинштейн, берёт её с собой. Маше было уже двадцать девять, и она сомневалась, стоило ли ей продолжать учёбу в   аспирантуре с последующей защитой кандидатской диссертации. Развод с Сергеем не был для неё таким уж потрясением. Их пятилетняя совместная жизнь закончилась ничем. Собственно, они всегда были чужими, хотя она и не хотела в это верить. Ей казалось, что, несмотря на разность интересов и вкусов, их любовь сможет это преодолеть, а если родится ребёнок, то они станут полноценной семьёй. Её мечты потерпели крах. Сергей не был настроен отказываться от своих привычек ради неё и дочери. Легкомысленный и хвастливый, он жил одним днём. Его друзья и подружки, под завязку накачанные пивом, пахнущие дешёвым табаком и не чурающиеся "травки", могли шумной толпой ввалиться к ним поздним вечером. Подшучивая и смеясь над её недовольством, располагались на кухне, и тогда громкая музыка, полупьяный нецензурный  разговор будили четырёхлетнюю Анютку и вынуждали соседей стучать в стены.

Профессору Рубинштейну было семьдесят лет, и сорок из них он отдал любимой науке. Во время его лекций аудитория всегда заполнялась до отказа. Он был не слишком хорошим преподавателем. Увлёкшись, он мог далеко отойти от темы лекции и вместо взаимосвязанности и взаимозависимости этнографии, этнологии и антропологии профессор, возбуждённо жестикулируя метался перед студентами, живописуя нравы и обычаи очередного, лишь недавно открытого, племени Непала, Зимбабве или Новой Гвинеи. В составе этнографических экспедиций он объехал всю Азию и Африку, изучил и описал племена и народности, о существовании которых научный мир и не подозревал. Маленького росточка сухонький еврей обладал громадной, всепоглощающей любовью к своей науке. Непал был его страстью и увлечением всей жизни. Он мог часами рассказывать о нём, знал неимоверное количество языков и наречий племён, населяющих эту небольшую горную страну.

Вот почему Маша с восторгом приняла предложение профессора.

***

 -У-у-у-о-о-о! - Задрав морду, Сантош с наслаждением провыл вызов синему небу и заснеженным пикам гор.

- А-а-ах...ш-ш-ш-ш... засмеялась-ответила снежная лавина, устремляясь к нему с ближайшей вершины, - смеёш-ш-ш-шься, мальчиш-ш-ш-шка! Когда-нибудь я догоню тебя, пуш-ш-ш-шистик, и тогда мы посмеёмся вмес-с-с-сте!

Легко перепрыгивая с уступа на уступ, большой снежный барс оглянулся: лавина отставала, но упорно не желала сдаваться. Он подпустил её поближе, наблюдая, как увеличивается скорость и как вздымается её гребень, погребая под собой редкие чахлые деревца и присоединяя к своему потоку всё новые и новые снежные реки. Вот уже первые редкие струйки коснулись его лап, и тогда Сантош прыгнул. Гибкое сильное тело легко перемахнуло через пятиметровую расщелину.

Разочарованный шорох достиг его ушей, он повернулся и с удовольствием присел на задние лапы. Старания лавины были напрасны: она не смогла преодолеть пропасть и низверглась вниз, обдав Сантоша искрящейся снежной пылью. Он с любопытством подошёл к краю, свесил через него голову: лавина разбилась о скалы, припорошив их подножия тонким слоем снега. Утратив к ней интерес, зверь длинными прыжками устремился вверх по крутому склону горы. Вчера, среди невысоких вечнозелёных кустарников он заметил промелькнувшего улара. Улар, горная индейка, вполне могла послужить неплохим завтраком. Откуда-то сбоку донёсся слабый запах голубого барана. В морозном разреженном воздухе запахи долго не держатся, значит, баран где-то недалеко. Сантош остановился, подняв большую лобастую голову с маленькими круглыми ушами, принюхался: точно, голубой баран, скорее всего, за ближайшим выступом скалы. Ладно, пусть живёт. Пока. Не настолько Сантош и голоден, чтобы позавтракать животным исчезающего вида. А вот уларов много и парочка из них вполне ему годится.

Снежный барс недовольно фыркнул: мясо улара, конечно, вкусное и довольно жирное, но эти перья! Они забивают пасть и щекочут нос. Он чихнул. Разноцветными искрами взметнулась снежная пыль. Сантош подпрыгнул и упал на спину - как большой кот он вертелся на снегу, пытаясь поймать свой хвост. Ах, как же он любил эти горы! Величественные заснеженные вершины Гималаев снисходительно и молчаливо взирали на смешливого глупого зверя.

 

ГЛАВА 2

Маше было не впервой отправляться в дальнюю экспедицию. Ещё студенткой она, вместе с профессором Рубинштейном, побывала в Индии и на Цейлоне. Теперь вот Непал. Вместе с нею Марк Авдеевич пригласил своего аспиранта, Вольдемара Демишина. На самом деле парня звали Владимиром, но он предпочитал представляться Вольдемаром. В ответ на удивлённые взгляды охотно пояснял, что вместе с родителями - сотрудниками российского посольства, всё детство провёл во Франции и привык, что его зовут именно так. Он гордился своим именем, своей внешностью и говорил с французским прононсом. Правда, иногда забывался, и тогда прорывалось московское "аканье". Маше не нравилось его поверхностное отношение к такой серьёзной науке, как этнография, и в этом с ней был солидарен Марк Авдеевич. Тем не менее, Вольдемар был включен в состав экспедиции. Маша подозревала, что профессору прозрачно намекнули, что сын таких заслуженных и уважаемых родителей просто обязан посетить Непал с научной, конечно же, целью. Сам аспирант был настроен игриво и в горы в поисках неизученных племён лезть не собирался.

Профессор основательно, как и всё, что он делал, проработал маршрут экспедиции и наметил несколько перспективных целей. Согласно его выводам, по прибытии в столицу Непала, Катманду, они направятся в Дхуликхел, небольшой городок в тридцати километрах от столицы.

Там, наняв носильщиков и проводников, экспедиция двинется к горе Лангтаг, в районе которой им предстоит преодолеть хребет и углубиться в ущелья и долины Гималаев в поисках неизученных племён.

Маша не боялась высоты, но сомневалась, что её физических сил хватит для путешествия по горным тропам. Правда, всю жизнь она занималась спортом: плавание, бег на короткие дистанции, зимой лыжи и коньки. С выходом замуж, а позднее рождением дочери, с занятиями спортом пришлось расстаться. Сергей не одобрял её увлечений и отпускал ехидные шуточки в ответ на её предложение съездить за город и покататься на лыжах. После развода Маша потихоньку возвращалась к своим пристрастиям.

В ответ на её сомнения профессор лишь отмахнулся: - Мария Александровна, постыдитесь! Мне семьдесят лет, но я уверен, что смогу благополучно достичь поставленной цели. Смею вас уверить, что мы не станем карабкаться на Джомолунгму и даже на более низкие вершины. Люди  не селятся в вечных снегах, а предпочитают долины. Там мы и будем их искать!

И так, сегодня вечером самолёт унесёт участников экспедиции вначале в Объединённые Арабские Эмираты, затем в Индию, а уж там и до Непала недалеко. Маша присела на диван, перебирая в уме, всё ли уложено в большой чемодан на колёсиках. Профессор планировал, что их путешествие продлится три месяца.

В самолёте обнаружилось, что место Маши среднее в ряду, между профессором и Вольдемаром. Она поморщилась: самоуверенный молодой человек отличался чрезмерной разговорчивостью. Какое-то время она вежливо поддакивала и делала вид, что внимательно слушает общительного соседа, но в конце концов, ей надоело. Откинув спинку кресла, Маша прикрыла глаза, и Вольдемар, с недовольным лицом, замолчал.

Перелёт от Москвы до Катманду занял чуть больше одиннадцати часов. Роскошный аэропорт в Абу-Даби с важно прохаживающимися, в белых хламидах до пят, блистающими многочисленными золотыми украшениями арабами и их закутанными с головы до ног в чёрные покрывала женщинами не показался Маше чем-то примечательным. Точно также грязный и шумный аэропорт Дели, жаркий, до отказа заполненный многоголосым гомоном жилистых, коричневых, полуголых людей, перекрываемый рёвом динамиков, на нескольких языках объявляющих о прибытии и отлёте самолётов, прошёл стороной мимо её сознания. Все её мысли и мечтания были направлены туда, в загадочный и таинственный Непал.

***

 Сидя на заднем сиденье маленькой ярко-красной машинки неизвестной модели, с бешеной скоростью мчащейся по узкой дороге, Маша с жадным любопытством смотрела в приоткрытое окно. Клубы рыжей пыли, поднимающейся за колёсами машинки, оседали на кукурузе, плотной стеной подступающей к дороге. С другой стороны, за невысоким кустарником, виднелась неширокая, но бурная речка. На её берегу несколько загорелых дочерна голых ребятишек пытались ловить рыбу. За рекой, в туманной дали, поднимались заснеженные вершины Главного Гималайского хребта.

Сидящий рядом с ней Вольдемар пошевелился, вздохнул: - Марк Авдеевич, а как мы до гор-то доберёмся? Они далековато, вроде!

Профессор оживлённо обернулся к нему с переднего сиденья кукольной машинки: - Вольдемар, вы плохо меня слушали! Вчера в гостинице я рассказывал, что в Дхулитхеле нас ждут. Уважаемый профессор Пунцог связался со своим коллегой в этом городе и попросил его помочь нам с транспортом и проводником. - Маша уже знала, что худой, смуглый и очень высокий и немолодой мужчина в длинной белой рубахе и таких же белых брюках, встретивший их в аэропорту Катманду, профессор Пунцог Рауте Раджбанси, являлся одним из самых уважаемых людей Непала и ректором единственного в стране Университета, а также и одним из многочисленных знакомцев Марка Авдеевича, рассеянных по всему свету.

Маша перевела взгляд на берег реки. К мальчишкам подходил...совершенно голый человек! Она отчётливо видела невысокую смуглую, необычайно худую фигуру со смоляными волосами, сбившимися в колтун. Голые ягодицы были едва заметны на скелетообразном теле. Человек подошёл к мальчишкам и что-то им сказал. Оторопевшая Маша сдавленно вскрикнула. Профессор, тоже заметивший странную фигуру, обратился к их водителю, сначала на английском, а потом, чуть запнувшись, на непали. Тот презрительно усмехнулся и что-то пробормотал. Профессор перевёл: - водитель говорит, что это человек из религиозной секты агхори. А ещё он трупоед.

- К-к-как?? - Маша пребывала в недоумении.

Вольдемар снисходительно спросил: - ты что, не знаешь, что в Непале существует такая каста?

- Нет, я слышала, конечно, но...трупоед??

Нахмурившийся профессор уже о чём-то выспрашивал водителя. Маша сносно знала английский, но Марк Авдеевич обращался к водителю на непали, самом распространённом в Непале языком. Тот неохотно отвечал. Тем временем она, обернувшись, увидела в заднее стекло, как один из мальчишек кинул человеку рыбину, вынув её из грязного ведёрка. Агхори, схватив подарок, торопливо удалялся прочь. Наконец профессор закончил разговор с водителем и повернулся к молодым людям: - интересно, я впервые в жизни увидел представителя этой, довольно закрытой, религиозной секты. - Он задумчиво покачал головой, - это не каста, как вы, Вольдемар, изволили выразиться, а именно секта. Они практикуют страшные вещи, такие как жизнь на местах кремации, употребление в пищу разложившихся останков животных и даже людей. Агхори пытаются достичь цельного сознания за пределами влечения и отвращения, они стремятся стать подобными Луне и Солнцу, ветру, воде и времени - всем тем вещам, которые дают и забирают жизнь всей материи во Вселенной без различия на высокое и низкое, плохое и хорошее. Они пытаются войти в жилище Бога узким, темным путем, по которому дано идти лишь немногим. Они едят гнилую плоть трупов, экскременты, пьют мочу; медитируют, сидя на трупе; окружают себя предметами смерти, такими как человеческие черепа, из которых они пьют и с которыми проводят магические ритуалы. Языки у них черные и обожженные - ведь когда агхори едят то, что осталось от сгоревшего трупа, они подбирают его с раскаленных углей ртом, чтобы избежать прикосновения руками, потому что это может оказаться труп женщины, до которых им запрещено дотрагиваться.*

Маша давно уже едва сдерживала рвотные позывы, да и Вольдемар имел бледный вид. Но профессор ничего не замечал. Вновь повернувшись к водителю, он продолжал расспрашивать его об этой странной и ужасной секте и тот, морщась, без энтузиазма отвечал дотошному иностранцу.

-----------------------------------------------

*Религиозная секта Агхори существует в Индии и Непале на самом деле.

***

 Наконец прибыли в Дхулитхел. Небольшой городок с теми же многочисленными буддийскими и индуистскими храмами, рикшами, множеством велосипедистов, горами мусора по обочинам тротуаров, туристами в шортах, майках и панамах с камерами на шее, глазеющими на неспешно идущих по проезжей части дороги священных животных - тощих коров, на пёстрые платья и сари женщин, буйную зелень акаций, пальм и рододендронов, яркие тропические цветы и стаи наглых обезьян, скачущих по крышам храмов.

Отель "Раджа Далагири" был самым обыкновенным, трёхзвёздочным. Но в номерах относительно чисто, а в душе есть горячая вода. Обедали путешественники здесь же, в отеле. Маша с опаской пробовала незнакомые блюда: рыбу с фруктами, яйцами и какими-то специями; мамацо - крупные пельмени с начинкой из бараньего фарша и опять же со специями. Вместо хлеба им подали выпеченные без масла на горячей плите лепёшки. Порции были большими,  совсем не такими, как в московских кафешках.

После обеда профессор предложил отдохнуть, наступало самое жаркое время дня. Договорились встретиться перед ужином в номере у мужчин.

Профессор и Вольдемар занимали номер по соседству с Машиным. Она постучала и вошла. Двое незнакомых непальцев с любопытством уставились на неё. Один, тот, что постарше, встал, вежливо прижал к груди сложенные лодочкой ладони и поклонился. Второй, молодой, насмешливо фыркнул и кивнул головой. Маша, смутившись, неловко прижала к груди ладони и тоже поклонилась. Профессор с улыбкой сказал по-английски: - Мария Александровна, знакомьтесь: преподаватель колледжа господин Тензин Шераб Долма. А это наш проводник, господин Таши.

 

Около 3 лет
на рынке
Эксклюзивные
предложения
Только интересные
книги
Скидки и подарки
постоянным покупателям