0
Корзина пуста
Войти | Регистрация

Добро пожаловать на Книгоман!

Или войдите через:


Новый покупатель?
Зарегистрироваться
Главная » 1. Вентерра. Истории любви. Танцы драконов (эл.книга) » Отрывок из книги «Вентерра. Истории любви. Танцы драконов»

Отрывок из книги «Вентерра. Истории любви. Танцы драконов»

Автор: Смелова Зоя

Исключительными правами на произведение «Вентерра. Истории любви. Танцы драконов» обладает автор — Смелова Зоя . Copyright © Смелова Зоя

ПРОЛОГ

 

В доме было тихо, лишь колебания маятника старинных часов да редкий скрип половиц под шагами еще не отошедшего ко сну дворецкого нарушали мерный покой погружающегося в ночную дрему двухэтажного строения.

Пожилая вента повернулась на бок, пытаясь устроить поудобнее ноющую вот уже несколько часов ногу.

— Будет дождь, не иначе, – прокряхтела старуха. И, будто услышав ее слова, за окном раздался стук первых редких капель.

Заара любила раннюю весну. Как все драконы, она обожала греться под нарождающимся солнышком, вдыхать ароматы просыпающейся от зимней спячки природы, наблюдать за пробуждением фауны. Но дожди! Вот их она ненавидела всем сердцем. Уже более пятисот лет ее мучили боли каждый раз, когда небо собиралось расплакаться. И никакие зелья королевского целителя не помогали, лишь на время усмиряя старческий ревматизм.

— Сколько можно?! Боги, имейте совесть, мне уже давно пора в небесные чертоги, а я все еще копчу воздух Вентерры! – то ли молитвенно, то ли возмущенно прошептала драконица. Но Боги безмолвствовали.

Вента обреченно вздохнула, легла на спину и прикрыла глаза, погружаясь в воспоминания – только так можно было отвлечься от ноющей коленки и сырости, проникающей в дом с улицы, где дождь уже набрал обороты и остервенело барабанил по стеклу.

Грезы уносили Заару в самые прекрасные моменты жизни: вот она молодая, красивая, в великолепном серебряном платье идет в храм Светлой Богини под руку со своим будущим мужем; вот впервые берет на руки сына, а сама смотрит в сияющее радостью лицо супруга; вот родилась их дочь, девочка с небесно-голубыми глазами, как у отца. Эти его глаза! Они дарили жене тепло и нежность, а она купалась в их манящей глубине, заходясь безмерным, щемящим сердце счастьем.

Заара не заметила, как боль в ноге прошла, сменившись болью душевной. Нет больше ее Ирарха. Вот уже восемьсот лет его нет с ней. Навечно закрылись очи любимого. Драконица не плачет больше, нет, она ждет и молит Богов, чтобы даровали ей освобождение и отпустили к возлюбленному, но она вента – серебряный дракон, а вента уйдет, лишь когда ей на смену придет другая.

Стук за окном усилился. «Это не дождь», – едва успела подумать Заара, как снизу послышались звуки шагов и приглушенные голоса. Пожилая женщина встала с постели и шаркающей походкой направилась к приоткрытой двери спальни.

— Саран, кто там? – крикнула она дворецкому.

— К вам посетительница, госпожа, – отозвался слуга.

Первым порывом венты было отказать – давно за полночь, все приличные горожане спят. Однако любопытство остановило: почему бы не узнать, что за срочность подтолкнула ночную визитершу нарушить покой старой дамы – уснуть-то все равно не получится.

— Проводи в гостиную, – распорядилась Заара.

В полумраке просторного зала на краешке деревянного стула сидела темноволосая женщина средних лет, зябко кутаясь в насквозь промокшую, видавшую виды накидку, и жалась ближе к горящему камину.

— Просуши ее одежду, – приказала вента слуге. Дождалась, когда тот помог незнакомке снять плащ, и только после этого обратилась к посетительнице. – Кто ты и зачем здесь?

— Меня зовут Рэнза Вивалес, – стуча зубами, проговорила женщина, – баронесса Вивалес… Я пришла просить вас «посмотреть» мою дочь, достопочтенная вента.

— Почему ночью?.. – нахмурилась старуха.

— Я приехала поздно вечером, – затараторила баронесса, – а тут дождь… Я, честно, хотела дождаться утреннего приема, но погода портилась...

— То есть ты намеревалась ждать у моего дома? – изумленно приподняла брови вента, а собеседница коротко кивнула и опустила взгляд.

Зааре было уже больше двух тысяч лет, она многое повидала и многое понимала без слов: давно устаревшее и поношенное платье просительницы, отсутствие украшений, немного забитое выражение лица не оставляли сомнений – женщина сильно нуждалась в средствах, а титул баронессы лишь добавлял унизительных тонов в ее положение. Однозначно номер в столичной гостинице ночной визитерше был не по карману. И, вместо того чтобы смущать ту еще больше, вента поторопилась задать вопрос, непосредственно относящийся к делу:

— Сколько девочке лет?

— Пятнадцать, достопочтимая, – оживилась баронесса, – она недавно прошла свой первый «оборот».

— Дракон обычный?

— Лазурный, – прозвучал ответ с нотками гордости. – Вот, – посетительница встала с места и вручила венте аккуратно сложенный платок.

Заара развернула ткань, взяла в руки крошечную пластинку и повертела перед глазами, внимательно изучая.

— Лазурный, – протянула она. – Хорошая магия, мощная. Твоя дочь, кроме всего прочего, неиссякаемый источник энергии, может пополнить любой резерв, – баронесса улыбнулась реплике, а вента уперла в нее задумчивый взгляд, меняя тему. – Все-таки расскажи, как дошла до жизни такой? – проговорила она жестко, глазами указывая на потрепанный наряд визитерши.

— Нечего особо рассказывать… – стушевалась баронесса. – Муж умер три года назад. Его ферма и виноградники перешли к младшему брату, а у него семья большая. Деверь нам с дочерью, конечно, помогает, но это уже совсем не та жизнь, к которой мы привыкли… У меня от бабушки остался домик на юге, туда мы и переехали…

— Я так понимаю, ко мне за помощью твои родные не обращались, – с ухмылкой проговорила вента.

— Нет, не обращались, – темноволосая драконица опустила взгляд и тихо добавила. – Но вы не думайте, мы с супругом любили друг друга. И наша дочь…

— Пфф… Любили они! Дочь у вас одна, а значит, вариант был никудышный. Ты хоть раз «звала» мужа?

Баронесса отрицательно помотала головой.

— Вот оно! Если бы с ума сходила без него – это «любили». Если бы он к тебе тянулся, как зверь, умирающий от жажды во время засухи, – вот это «любили». А то знаю я ваши «любили» – разные спальни и реверансы по утрам.

Посетительница, залившись румянцем, молча слушала отповедь, боясь вызвать недовольство Заары, которая все не унималась, продолжая свою уничижительную речь, правда, теперь больше обращаясь к невидимой аудитории:

— Не нужна им вента… статус им подавай и деньги, – она многозначительно сделала ударение на последнем слове. – Что хорошего вы от такой жизни получили? Половина браков бесплодна, у второй – сплошные измены. Стыд и срам! – не на шутку распалилась старая драконица.

— Я же пришла к вам, достопочтимая, – тихо попыталась угомонить разбушевавшуюся «видящую» баронесса.

— Пришла она! Пришла, потому что не хочешь дочери такой же участи, как у самой, так? – Заара пристально посмотрела на визитершу.

— Так, – шепотом подтвердила та и снова опустила голову, боясь даже взглядом показать несогласие с серебряным драконом.

— То-то же! – вента помолчала. – Ладно. Какого мужа для девочки будем искать: богатого или умного?

— Даже не знаю… как получится…

Заара закряхтела, покашливая, что означало смех:

— Ну давай, как получится, – с этими словами она поднялась с кресла и направилась к выходу из комнаты, бросив через плечо. – Жди здесь, не знаю, сколько это займет времени.

Вента, освещая путь магическим светильником, спускалась в подвал своего дома, туда, где была скрыта целая сокровищница чужих судеб. «Зря я на нее накинулась, – мысленно укоряла она саму себя. – Не виновата несчастная, что ее мать поддалась новому течению и выдала дочь замуж то ли за деньги, то ли за титул. Сколько таких, как она, теперь?!»

Зайдя в святая святых – хранилище, старуха раскрыла ладонь с лазурной чешуйкой и медленно двинулась вдоль стеллажей, до отказа заполненных стеклянными баночками с разноцветными пластинками внутри, многие из которых соединялись между собой видимыми лишь венте линиями. Почти в середине помещения чешуйка засветилась, и от нее потянулись две полупрозрачные ниточки голубоватого оттенка. Заара вытащила из кармана халата чистый лист бумаги и самозаполняющееся перо, подошла к месту, куда указывали линии, прочла надпись и быстро переписала имя.

— Что ж, неплохо, – пробубнила она себе под нос, – посмотрим, может, еще кто-то есть.

Вента вновь тронулась вдоль стеллажей. Дойдя почти до самого конца, она ахнула и неверящим взглядом впилась в чешуйку. От маленькой пластинки на ее ладони шли четыре толстые нити, но не это взволновало старую драконицу, а то, что две из них были насыщенного серебряного цвета.

— Наконец-то! – с придыханием прошептала Заара. – О, Боги, благодарю! – она кинулась к таре, хранящей пока еще призрачный путь к ее свободе, дрожащей рукой переписала имя, скомкав и выкинув предыдущий лист без сожаления, и поторопилась обратно в гостиную обрадовать ночную визитершу.

— Твоей дочери крупно повезло! – с порога объявила вента, заметив загнанный взгляд баронессы. – Ты даже не представляешь, насколько! – с этими словами она вложила в дрожащие руки женщины листок.

Драконица невидящим от волнения взглядом смотрела на надпись.

— Только один? – слегка расстроенно прошептала она.

— Да, но зато какой!

— Брат короля?! – поникшим голосом произнесла баронесса и опустила руку с запиской. – Но он никогда не согласится.

— Согласится, не волнуйся, я помогу, – поспешила успокоить посетительницу вента. – У меня есть что сказать Его Величеству. Поверь, твоя девочка станет женой герцога! – усмехнувшись, добавила она.

 

ГЛАВА 1

 

Герцог Валианс Нарнес, одетый лишь в узкие брюки черного цвета, сидел в кресле у большого в пол окна, пригубливая молодое красное вино, и лениво наблюдал за дракой тройки воробьев, пытающихся отнять друг у друга что-то съестное.

— Останься, давай сегодня проведем время вместе, – отвлек его от созерцания пасторальной картинки томный голос.

Валианс перевел взгляд на обнаженную брюнетку в разобранной постели, принявшую соблазнительную позу и бесстыдно поглаживающую пышную грудь; усмехнулся, оставив просьбу без внимания, и снова посмотрел во двор, где в отсутствие какой-либо опасности со стороны к побоищу присоединялись все новые и новые пернатые.

— Валианс, я к тебе обращаюсь, – не отставала девушка.

— Сколько раз повторять тебе, Танара: я не остаюсь на ночь, не коротаю с тобой вечера, не гуляю по паркам, музеям и так далее... Мне продолжать? – с легкой ленцой снизошел до ответа дракон.

Брюнетка вздохнула, сладко потянулась и перевернулась на живот, открывая взору партнера круглые упругие ягодицы, но мужчина не реагировал, продолжая разглядывать забавную картину за окном.

— Ты жесток, – не дождавшись никаких проявлений эмоций, выпалила драконица, вставая с кровати и надевая халат. – Мог бы хоть раз уделить мне время.

— Я только что уделял тебе время, – подмигнул ей герцог и взглядом указал на смятые простыни. – Ты чем-то недовольна?

Девушка немного помолчала, затем, приняв нелегкое решение, произнесла:

— Я хочу за тебя замуж, хочу от тебя детей, хочу всегда быть с тобой…

Валианс лишь ухмыльнулся тираде:

— Все бы ничего, Танара, да вот только я этого всего с тобой не желаю. И ты, уверен, поддаешься сиюминутной слабости.

— Что-то ты не возражаешь делить со мной постель, – запальчиво проговорила брюнетка, обидчиво надув губы.

— Разве отказываются от того, что тебе так настойчиво предлагают? – пожал плечами дракон, всем своим видом демонстрируя, что разговор продолжать бессмысленно. – Мне пора, – он встал с кресла и споро принялся одеваться.

— Ну лети, лети… Смотри, Валианс, пожалеешь, что упустил свой шанс.

Герцог снова не удостоил реплику ответом, подхватил с пола ножны с мечом и, на ходу пристегивая их к поясу, направился к выходу из спальни.

Оказавшись вне стен особняка, дракон с блаженством вдохнул полной грудью – он любил запах свежести, который дарила ранняя весна, когда деревья только-только распускали свои молодые, еще не запачканные городской пылью листочки, а многочисленные ухоженные лужайки источали аромат первоцветов. На посадочной площадке мужчина «обернулся» и стремительно взмыл в небо, с наслаждением подставляя крылья под мягкое тепло солнечных лучей и с высоты полета разглядывая пустынные после дождя улицы столицы.

В своих покоях в замке короля герцог принял душ; просушил иссиня-черные волосы длиной чуть ниже лопаток магией воздуха и заплел их в косу; облачился в приготовленные камердинером белоснежную рубашку, светло-серые брюки и укороченный кафтан в тон, после чего окинул свое отражение в большом напольном зеркале придирчивым оценивающим взглядом. Из глубины глянцевой поверхности на дракона смотрел молодой мужчина ростом под два метра, широкоплечий, с узкими бедрами и мощными накаченными ногами. Породистое лицо: глубоко посаженные темные глаза, обрамленные густыми ресницами; черные соболиные брови; прямой нос с благородной горбинкой; высокие скулы; волевой подбородок; пухлые, но жесткие губы, растянутые в улыбке, открывающей белоснежные ровные зубы. Валианс знал, что очень привлекателен. Нарнесы славились своей элегантной, изысканной, благородной красотой. Древняя кровь – вот рецепт подобной внешности.

— Милорд, – отвлек хозяина от самолюбования камердинер, – ваш брат желает вас видеть.

— Когда и где? – коротко осведомился герцог, продолжая позировать перед зеркалом.

— Прямо сейчас, Ваша Светлость, в кабинете Его Величества, – бесстрастным тоном ответил слуга.

— Бусс! – взревел дракон. – Сколько раз тебе повторять: просьбы брата надо передавать немедленно?!

— Вы были заняты, милорд, – нисколько не впечатлившись недовольством хозяина, все также бесстрастно ответил Буссен.

— Да ну тебя… – бросил брюнет на бегу.

 

***

 

В кабинете короля драконов Вааламира II Нарнеса, повелителя Тарасэна, никого кроме Его Величества не было. Сам монарх сидел за столом, заваленным свитками, о чем-то глубоко задумавшись, и нервно постукивал пальцами по подлокотнику кресла.

— Вааламир, прости, что так долго. Опять Буссен вовремя не предупредил, чтоб его вампиры задрали! – запыхавшись от быстрого бега по бесконечным коридорам замка, прохрипел Валианс.

— А… это ты! Присаживайся, – нисколько не упрекнув брата за опоздание, добродушно указал на свободное кресло король.

— Что-то случилось? – с беспокойством спросил герцог – такая доброжелательность Его Величества скорее пугала, чем радовала.

Вааламир не ответил, вместо этого в упор посмотрел на брата нечитаемым взглядом. Валианс тоже молчал, сосредоточенно рассматривая практически свою копию, только старше и богаче одетую, и старательно изображал беззаботность, хотя на душе начали кошки скрести – не иначе какая-то пакость намечалась...

— У меня для тебя новость, – приступил к повествованию монарх, но как-то безрадостно, отчего у Валианса волосы на затылке зашевелились:

— Говори уже, что за новость такая, что ты боишься ее озвучить, – прошептал он.

Вааламир потер переносицу, как делал всегда, когда сильно нервничал:

— Я… – он запнулся, – в общем, я нашел тебе невесту, – проговорил чуть ли не скороговоркой.

— Кого? – хмыкнул герцог. – Какую невесту? И кто тебе сказал, что я собираюсь жениться?

— Это дочь почившего барона Вивалеса, – ответил король, не обратив внимания на последнюю реплику брата. – И… мне очень жаль, но у тебя нет права отказаться, – он будто вынес приговор, отвел взгляд в сторону и замолчал.

— Нет! – произнес герцог, гневно сверкнув глазами. – Ни на какой угодной тебе дочке барона я не женюсь!

— Что ты имеешь против родства с достопочтенным бароном Вивалесом? – повысил голос монарх, вставая с кресла и нависая над столом, словно каменная глыба.

— Да ладно тебе, Вааламир! – Валианс усмехнулся, нисколько не впечатлившись попыткой старшего запугать его. – Я ничего не имею против достопочтенного барона. Я «имею против» жениться сейчас, да и в ближайшем будущем «имею против», так яснее?

Король тяжело задышал, явно с трудом усмиряя злость на несговорчивость младшего: 

— Я настаиваю на твоем союзе именно с этой благородной девой. Ты также, как и я, должен нести ответственность за наш народ…

— Погоди-ка, – прервал пафосную речь Валианс, – то есть ты мне предлагаешь жениться на «благородной деве» исключительно из государственных интересов?

— Не перебивай! Да, этот союз принесет пользу королевству… К тому же он одобрен и рекомендован вентой!

— Вот оно что! На старину потянуло?! А мое мнение для тебя ничего не значит?! – младший дракон и сам начал закипать. – Так вот тебе мой ответ и твоей полоумной старухе тоже: нет, нет и еще раз нет!

— Поверь, я не рад, что вынужден настаивать, – Вааламир устало опустился обратно в кресло и снова почесал переносицу.

Валианс впервые видел брата в таком сильном замешательстве и уж точно никак не ожидал от него следующего заявления, от которого захотелось по меньшей мере грубо выругаться.

— Ты выйдешь отсюда или названным женихом Сирины Вивалес, или никчемным, не умеющим даже элементарно ухаживать за собой повесой – без денег, титула и положения. Выбирай!

Шестое чувство безошибочно подсказало младшему дракону, что на этот раз угрозы брата не пустые, но и соглашаться безоговорочно на шантаж он был не намерен, по крайней мере, пока не выяснит причины подобной настойчивости, что он и поспешил сделать:

— Ответь хотя бы, почему так важен этот брак?

— Вента сообщила, что у тебя и у девочки есть только одна возможность завести семью с большим количеством детей… И это потомство крайне необходимо королевству...

Валианс обреченно покачал головой: «необходимое королевству потомство» могло означать только одно – у него и у дочки барона должна родиться серебряная драконица! Старая Заара нашла, наконец, себе замену. Однако это не умаляло того факта, что жениться его заставляли, а этого он стерпеть не мог.

— Послушай, брат, – тем временем продолжил Вааламир, не подозревая, какую бурю поднял в душе младшего, – вента ждала много сотен лет, она и так пережила всех известных драконов и, если умрет раньше, чем появится другая, мы вовсе можем остаться без «видящей». Ты сам знаешь, что многие семьи в стране бесплодны…

— И почему именно я должен отвечать за ошибки отца? Разве это я отменил норму получения разрешения на брак от глав родов?

— Нет, конечно, – скривился Вааламир, признавая очевидное. – Но ты же знаешь, отец хотел дать драконам больше свободы выбора, позволить любящим сердцам соединяться без оглядки на родню… Получилось так, как получилось, – удрученно закончил он.

Валианс вынужден был согласно кивнуть. Действительно, почивший родитель попытался исправить промах, вновь обязав подданных выполнять норму. Однако произошло это только через триста лет, когда было поздно – от помощи венты многие отказались, ища в брачном союзе по большей части выгоду, а не продолжение рода. Результат – уже тысячу лет минимум половина семей драконов бесплодна, и крылатая раса медленно, но верно вымирает.

— Серебряным дано видеть судьбы не просто так, – продолжил самозабвенно вещать Вааламир, в то время как младший поднялся на ноги и отошел к окну, принявшись с отрешенным видом разглядывать малый королевский сквер и прогуливающихся там скучающих аристократов. – Венты – неотъемлемая часть нашего народа, призванные соединять драконов. На протяжении миллионов лет предки прислушивались к ним, и раса росла и крепла. А сейчас? Только те, кто вопреки модному течению еще советуются с Заарой, заключают плодотворные союзы, остальные…

— Сам-то ты к ней не обращался, однако вполне себе доволен жизнью, – не преминул упрекнуть старшего Валианс.

— Нам с Миарой повезло найти друг друга без помощи «видящей», но подобных везений все меньше, – парировал Вааламир. – Я глава государства и должен думать не только о себе. Серебряные – это крылья нации! Кроме того, нельзя оставлять тех, кто считает, что устами венты говорят сами Боги! Неужели не понимаешь: если ничего не предпринять, через пару десятков тысяч лет мы исчезнем с Вентерры?

— Ты король, а отвечать за будущее подданных должен я? Хороша логика! – пробурчал Валианс, хотя мысленно уже смирился со своей участью и даже начал строить планы по приобретению выгоды от сложившейся ситуации. – Кстати, ты не уточнил: какую награду я получу за вынужденную женитьбу? – он развернулся к брату лицом и сложил руки на груди, выжидательно приподняв брови.

Вааламир недоуменно округлил глаза. Вероятно, на торг он не рассчитывал, отчего и вопрос его прозвучал с ноткой опаски в голосе:

— Так ты, надо полагать, согласен?

— Предположим, я проникся… эм… важностью своей миссии, но хотел бы услышать условия. Сам понимаешь, начинать исправлять демографическую ситуацию за счет собственного брата это как-то недостойно правителя, и ты обязан предложить мне…

— Хорошо, будут тебе награды, – раздраженно перебил брата Вааламир. – Во-первых, ты станешь наместником восточной провинции, как и мечтал. Во-вторых… я назначу тебя своим преемником или регентом, в том случае если Миара подарит мне сына.

— Преемником? – хмыкнул герцог. – У нас с тобой разница всего-то около пятисот лет. Я скорее сдохну, чем дождусь короны.

— Надежда всегда остается… – с философским налетом ответил король, не сумев скрыть победной улыбки.

Валианс рассмеялся:

— Ладно, на восточную провинцию я согласен. Да и на преемника тоже.

— И ты женишься на Сирине Вивалес?

— И я женюсь… Кстати, девушка-то хоть привлекательна?

— Не знаю, если честно, – ответил Вааламир, пожимая плечами. – Как говорится, стерпится – слю… – он не успел закончить фразу, так как в этот момент из-за створки двери кабинета показалась светловолосая голова драконицы – его беременной жены:

— Вот вы где! Я вас искала...

— Родная, ну зачем ты спустилась? – ворчливо проговорил Вааламир, резво кинувшись к супруге. Он помог ей устроиться на диване и заботливо поправил подушки, после чего коротко поцеловал любимую в губы и принялся что-то ей нашептывать, отчего щеки королевы запылали алым румянцем.

Герцог с улыбкой наблюдал за воркованием правящей четы, но скоро ему наскучило:

— Если у тебя ко мне все, то я, пожалуй, пойду.

Вааламир вздрогнул, по всей видимости, успев забыть о присутствии брата, и поспешил исправить неловкость:

— Не хочешь узнать, когда у тебя помолвка?

— Валианс, ты женишься?! – радостно воскликнула Миара.

— Родная, я тебе позже обо всем подробно расскажу, – не дав младшему ответить, опередил его король. – Так что насчет помолвки?

— А что насчет нее? – герцог пожал плечами. – Когда скажешь, тогда и будет.

— Рад, что ты принял правильное решение. Можешь идти, я сообщу, когда потребуется твое присутствие.

В ответ Валианс лишь коротко кивнул и покинул венценосных супругов.

 

ГЛАВА 2

 

Маленькая драконица с лазурной чешуей, переливающейся разноцветными искорками под лучами ласкового весеннего солнышка, вот уже битый час пыталась взлететь, усиленно махая крыльями, но каждый раз, стоило ей оторваться от земли на несколько метров, страх брал верх, и она падала вниз, чувствительно ударяясь брюшком.

— Сирина, сколько тебе повторять: не части крыльями – ты не бабочка, ты дракон! – с раздражением крикнул наставник и недовольно покачал головой. – Ладно, хватит на сегодня, иди переодевайся, – пожалел он девушку, заметив слезы в синих глазах с вертикальными зрачками.

Драконица, понуро опустив мордочку и неуклюже переставляя задние лапки, направилась к раздевалке. Вскоре оттуда вышла худенькая рыжеволосая девушка.

— Прости, дядя, – обратилась она к поджидавшему ее мужчине, – я до сих пор боюсь. Только взлетаю, и начинает казаться, что земля стремительно удаляется, паника накрывает…

— Сирина, детка, все через это проходят. Страх – это нормально, но с ним нужно бороться, иначе никак, – Нистан Вивалес произносил слова нравоучительным тоном, хотя большого опыта в обучении молодых драконов полетам не имел.

От посадочной площадки к дому вела дорожка, пролегающая через сад.

— Удивительно… не думал, что уже пришло время для роз, – мужчина кивком указал на клумбу, усыпанную разноцветием прекраснейшего из растений. – Не ты ли их подпитала?

— А… это, да я, – отмахнулась Сирина.

«Какая полезная магия у девочки! – подумал дракон, принявшись оценивать перспективы увеличить с ее помощью урожай теперь уже его виноградников. – Будет больше доход, и племяннице больше достанется. Хоть одежды приличной купит, а то смотреть страшно, ходит, как оборванка». Для подтверждения своих мыслей Нистан окинул взглядом впереди идущую молодую драконицу. Наряд той оставлял желать лучшего: не говоря о том, что из платья девушка явно давно выросла, так оно еще и вид имело выцветший, а подол украшали две приличного размера заплаты. О том, что именно от самого Нистана зависело в какие наряды будет одеваться родственница, он старался не вспоминать – наследство получено по праву!

У старшего брата дракона, Камаса, не было сына, а по закону королевства имущество наследовалось по мужской линии, если иное не было оговорено заранее и не оформлено по всем правилам. Никто не ожидал, что вполне здоровый дракон, которому исполнилось всего-то тысяча четыреста пятьдесят два года, в один из вечеров уснет в своей постели и больше не проснется. Не ожидал и сам почивший, не позаботившийся заранее о составлении завещания. Нистан тоже не ожидал, но принял нечаянно свалившееся на него богатство старшего брата с удовольствием, даже с радостью. Он и сам был не беден – их родители поделили состояние между сыновьями поровну, с той лишь разницей, что как главе рода Камасу достался фамильный особняк. Однако старший брат умел делать деньги буквально из воздуха. Еще в молодости, не побоявшись быть осмеянным высшим обществом, он занялся фермерством, и очень скоро его дело стало приносить существенную прибавку к уже имеющемуся у семьи капиталу. А вином с виноградников барона, сырами и мясными деликатесами не брезговали угощаться самые высокопоставленные аристократы.

Нистан не забыл, как обрадовалась его вечно сварливая супруга, когда он принес ей символические ключи от старинного особняка Вивалесов, расположенного в центре столицы, недалеко от замка короля; и как два их отпрыска (тогда десяти и двенадцати лет) завороженно осматривали многочисленные богато обставленные комнаты и портреты достопочтенных предков, в непомерном количестве украшающие стены коридоров трехэтажного строения.

Каких-либо указаний по поводу содержания жены и дочери внезапно скончавшийся старший брат по понятным причинам не оставил. Поэтому Нистану пришлось самому решать, как много он готов выделить вдове и племяннице. Дракон потратил много неприятных минут на усмирение внутреннего скряги, и когда ему сделать это удалось, даже гордился собой, выделив невестке двадцать золотых в месяц, полагая, что такого количества денег с лихвой хватит на двух женщин и содержание маленького дома на юге страны. Рэнза не жаловалась, не просила больших сумм, и Нистан уверился, что щедрость его была оценена по достоинству.

И вот, впервые за три года посетив родственниц, как полагалось главе рода, и увидев удручающую картину бедности, дракон с досадой осознал, что все-таки сильно поскупился. Вдова встретила его, мягко говоря, без распростертых объятий, но ни словом не обмолвилась о своем бедственном положении, предоставив деверю самому лицезреть последствия своей «невиданной щедрости». Баронесса даже глазом не моргнула, когда Нистан чуть ли не с порога стал упрекать ее в излишней расточительности, вместо этого молча передала расходные книги, изучив которые, у дракона не осталось сомнений – женщинам едва хватало, чтобы платить одной единственной помощнице по дому, закупать дрова для зимовки и на еду. О нарядах, украшениях или экипажах речи не велось.

Привыкший, что всеми расходами заведовала супруга (Нистану полагалось лишь зарабатывать), дракон устыдился того, что неверно рассчитал бюджет для родственниц, ответственность за которых принял вместе с наследством брата. Однако увеличивать дотацию не спешил, небезосновательно опасаясь, что жена будет недовольна. Как и всякая драконица, «вьющая гнездо» и заботящаяся лишь о своей семье, Кариса не желала ни с кем делиться. И как сказать ей, что родственницам требуется минимум вдвое больше средств для приличной жизни, при этом скрыв истинное положение дел в хозяйстве, которое неумолимо приходило в упадок под руководством неопытного дельца, Нистан не представлял, но так вовремя проявившаяся способность племянницы вселила в него надежду.

 

***

 

— Наконец-то! – воскликнула Рэнза, заметив деверя и дочь на дорожке. – Сирина, у нас очень важный гость! Нистан, тебя это тоже касается. Идите быстрее! – баронесса развернулась и поспешила в дом, мысленно сетуя, что пришлось надолго оставить посетителя одного в гостиной, точнее, в холле… или все же в столовой?

Коттедж бабушки, в который Рэнза вынуждена была переехать после смерти мужа, даже близко не подходил под описание нормального жилища дракона: крохотная кухонька, примыкающая к гостиной, выполняющей одновременно роль столовой и холла, и две спальни, в которых помещались лишь по одной узкой кровати и шкафу с тумбочкой, да маленькая ванная комната – вот и все «богатство». Единственным достоинством нынешнего места жительства баронессы Вивалес являлся огромный участок с великолепным садом с многовековыми деревьями, кустарниками и цветниками, мощеными дорожками, фонтаном, коваными скамеечками, беседкой и удобной площадкой для приземления драконов. После кончины любимой бабушки Рэнза, не подозревая, что когда-то поселится в скромном домике той, наняла работника, который следил за территорией долгие годы. И вот теперь пришло время самим владелице и ее дочери ухаживать за садом.

— Госпожа, – отвлек драконицу от грустных воспоминаний сидящий в кресле у дальней стены вычурно одетый гном, – я так понимаю, это и есть ваша дочь?

— Да, господин Грэн, – опомнилась баронесса, подняв взгляд на едва успевших войти в коттедж Нистана и Сирину.

— Что ж, тогда начнем, – гном поправил пенсне, норовившее соскользнуть, и смешно подергал крючковатым носом, после чего соскользнул с непривычно высокого для него кресла и направился к круглому столу, стоящему в центре комнаты, куда споро принялся раскладывать папки с документами, одну за другой вынимая их из портфеля. – Не стойте, присаживайтесь, – по-хозяйски распорядился он, обращаясь к озадаченным драконам, мнущимся у двери.

Нистан хмыкнул и подошел к дивану, а Сирине баронесса глазами указала на стул рядом с гномом, который, едва девушка устроилась, заговорил напыщенным тоном:

— Меня зовут Барес Грэн. Я адвокат и поверенный, назначенный Его Величеством королем Вааламиром II Нарнесом представлять интересы несовершеннолетней дочери покойного барона Камаса Вивалеса. С сего момента и вплоть до дня ее бракосочетания с герцогом Валиансом Нарнесом мне поручено вести финансовые дела и документооборот. Потрудитесь подписать акт о согласии, – произнося последнее, он открыл перед Сириной папку с испещренным каллиграфическим почерком листом с гербовой золотой печатью и протянул перо.

— Мама?! – ошеломленно воскликнула маленькая драконица, круглыми от ужаса глазами посмотрев на родительницу. – Что еще за финансовые дела и какой брак? Я не хочу замуж…

— Деточка, это бумага позволит мне представлять ваши интересы. О матримониальных планах или отсутствии оных в документе ничего не сказано. Прочтите, если угодно, – важно заявил адвокат, снова смешно дернув носом.

— Подпиши, дочка, – мягко проговорила баронесса, – я потом тебе все объясню.

Сирина предложенное перо брать не стала, вместо этого схватила папку дрожащими руками и уперла взгляд в текст, хотя вряд ли могла разобрать там хоть слово. Гном-адвокат поджал губы, отложил писчий предмет в сторону и сразу перешел к следующему вопросу в повестке:

— Нистан Вивалес, – с вежливой улыбкой обратился он к дракону, расслабленно развалившемуся на диване с вытянутыми и сложенными крест на крест ногами, – очень рад, что вы оказались в этих краях. Потрудитесь ознакомиться и подписать, – вероятно, на этот раз решив вслух не озвучивать содержание документа, адвокат открыл следующую папку, вновь поправляя пенсне, предназначенное, скорее, для придания образу солидности, нежели в качестве средства для улучшения зрения.

Нистан с неохотой встал и забрал бумаги, после чего вернулся на облюбованное место и принялся вдумчиво их изучать. Адвокату же ничего не оставалось, как в ожидании решения драконов прохаживаться взад-вперед по небольшой даже для него гостиной.

Первым справился Нистан:

— Я не стану это подписывать, – он с вызовом посмотрел на вдову брата. Гном также остановил недовольный взгляд на баронессе, всем своим видом демонстрируя крайнее нетерпение.

— Простите нас, господин Грэн, мы на минутку… – драконица быстрым шагом приблизилась к ухмыляющемуся деверю и, с силой сдернув того с места за рукав кафтана, потащила за собой к выходу.

 

***

 

Сирина с открытым от удивления ртом, совершенно не понимая, что произошло и по какой причине мать так разволновалась, осталась за столом. Адвокат, кряхтя, взобрался на стул рядом с ней и нетерпеливо забарабанил пальцами по столешнице, покрытой белоснежной скатертью.

Через несколько секунд с улицы донесся разговор на повышенных тонах.

— Подписывай, Нистан! – зарычала Рэнза.

— И не подумаю, – с вызовом откликнулся дракон. – Со мной кто-нибудь посоветовался?! Я глава рода!

— Глава рода?! Глава рода?! Это какой такой глава? Может, это заботливый дядюшка, который думает о будущем племянницы и печется о ее благополучии? Или это тот, кто оставил девочку без приданого и держит хуже последней нищенки?!

В ответ послышалось неразборчивое мычание.

— Может, это тот, кто побеспокоился об учителях для молодой аристократки? Или все же тот, кто за три года не подумал, что на жалкие подачки девочку даже в общественную школу невозможно собрать? А? Так какой ты глава рода? – продолжала кричать баронесса.

— Я уже обдумываю, как увеличить ваше содержание. Ты несправедлива, Рэнза. Именно потому, что я хочу выполнить свой долг перед памятью брата, я и настаиваю: меня должны были заранее поставить в известность!..

— Тебя только что поставили в известность! Подпиши, Нистан, хуже будет.

— Да что ты мне можешь сделать? – самодовольно хохотнул дракон.

— Ооо, милый брат, – с издевкой протянула баронесса, – поверь, я знаю, как тебе испортить жизнь. Ты долго будешь отплевываться виноградниками, которые отобрал у несчастной сироты!

— Я ничего не отбирал! – возмутился Нистан. – Мне все досталось по закону!

— По закону?! Есть еще и моральные законы, которые ты со своей женушкой нарушили, и вас даже совесть не мучает!

Ответа не последовало.

— В общем так, глава рода, не подпишешь, пеняй на себя! Клянусь Богами, я всем расскажу, как ты заставил дочку родного брата едва ли не побираться, лишив ее даже дома! Если бы не эта хижина от моей бабушки, мы бы жили на улице! Ты об этом подумал, когда заселялся в наш особняк в Эрантасе?

Дракон снова что-то неразборчиво промычал.

— У меня много знакомых осталось с тех времен. Поверь, я найду, что им сказать! А после ты будешь давиться собственным вином, потому что ни один уважающий себя аристократ никогда больше ничего у тебя не приобретет! – гневно шипя, выпалила баронесса.

— Да что ты взбеленилась, Рэнза?! – обиделся Нистан. – Я просто хотел сначала обсудить…

— Подписывай, а потом обсудим, – отрезала драконица.

Сирина все время перепалки родственников сидела с низко опущенной головой – ей было стыдно даже смотреть на ехидно посмеивающегося в кулак гнома.

— О, вижу, вы договорились, – с улыбкой произнес последний, когда драконы вернулись в дом, и раскрыл папку с документом.

Нистан подошел к столу и, взяв самозаполняющееся перо, промямлил:

— Что писать?

— Вот здесь, – ткнул толстеньким пальцем в бумагу адвокат. – Пишите: «Я, такой-то, даю свое согласие…», а дальше по тексту, – он снова указал куда-то в документ, куда – Сирина не рассмотрела.

Когда дело было сделано, гном довольно потер руки, а потом, словно только что вспомнив нечто важное, театрально стукнул себя по лбу:

— Чуть не забыл! Теперь вы, леди, – он повернулся к молодой драконице, открывая оставленную ею ранее папку.

Сирина, опасаясь гнева матери, свидетельницей которого только что стала, взяла перо и дрожащей рукой вывела свое имя.

— Вот и славненько, – улыбаясь проговорил поверенный. – А теперь, самое приятное! Баронесса, это приглашение от Его Величества для вас и вашей дочери, – он протянул Рэнзе свиток.

— Благодарю, господин Грэн!

— А это… – гном достал из портфеля увесистый бархатный мешок черного цвета с золотой вышивкой, – вам, юная леди, распишитесь в получении, – он открыл теперь уже тетрадь и вновь предложил Сирине перо.

— Что здесь? – тихим голосом осведомилась растерянная девушка.

— Сто золотых, деточка. Его Величество король Вааламир II открыл вам счет в банке моего кузена. Вы будете ежемесячно получать сумму, которую потратите на свое обучение. Впрочем, я позже обо всем подробно расскажу, мы часто будем видеться. А эти сто золотых для… – гном закашлялся, придирчиво осматривая старенький наряд подопечной, – кхе, эм… полагаю, ваша матушка знает на что их потратить…

— Не волнуйтесь, господин Грэн, все будет сделано в лучшем виде, – мать лучезарно улыбнулась адвокату. – Подписывай, – мгновенно сменив благодушное выражение лица, с суровостью в голосе приказала она Сирине.

Девушка вздрогнула и подчинилась, побоявшись ослушаться родительницу, которую впервые видела в подобном взвинченном состоянии. Пока она старательно выводила подпись, гном собирал бумаги и упаковывал их в дорогой кожаный портфель.

— Ну вот и все, вынужден откланяться, дела, знаете ли, не ждут, – он поклонился сначала Сирине, затем Рэнзе, а Нистану достался лишь небольшой кивок.

 

ГЛАВА 3

 

Ночью маленькой драконице уснуть долго не удавалось. Ворочаясь на узкой кровати, Сирина уговаривала себя хоть немного вздремнуть, ведь с утра снова полно работы по дому и в саду, но воспоминания о прошедшем дне не давали ей даже крошечной надежды на отдых. Девушка снова и снова прокручивала в голове разговор в гостиной после ухода низкорослого адвоката.

Мать поведала о визите к венте и об обещании Заары устроить судьбу юной драконицы; о том, как почти месяц из Эрантаса не было вестей, и баронесса решила, что у серебряной ничего не вышло.

Повествование родительницы повергло девушку в шок. Ей было всего пятнадцать лет, и ни о каком браке она не помышляла. Племянницу яро поддержал Нистан, обвиняя вдову в самоуправстве, ведь по закону она не имела права без ведома главы рода принимать решение даже о поездке к «видящей», не говоря уже о планировании брака с герцогом. Дядя с матерью опять сильно повздорили, но также быстро угомонились, резонно рассудив, что вряд ли король заставит бракосочетаться немедленно, ведь поверенный ясно дал понять, что открытый счет предназначен для обучения девушки, а значит, у нее еще было время повзрослеть для предстоящего замужества.

Сирина плакала, уговаривала родственников отказаться от затеи, она совершенно не представляла, что за дракон этот герцог Валианс Нарнес, да и замуж хотела бы когда-нибудь выйти по любви и выбор сделать самостоятельно. Но Рэнза осталась безучастной к причитаниям дочери, а попытавшийся было посочувствовать племяннице дядя снова получил такую отповедь, что надолго притих и теперь мирно спал в гостиной, из которой храп разносился по всему дому, мешая и так разволновавшейся драконице уснуть.

Девушка снова разрыдалась. Почему такая спешка? Неужели вопрос лишь в том, что предложение поступило от брата короля?

— Сирина! Ты почему не спишь? – недовольный голос матери заставил драконицу задрожать в страхе. Однако упустить шанс переубедить несговорчивую родительницу она не могла:

— Мама, я не хочу вот так выходить замуж, без всякой надежды на счастье… – прошептала горемычная, отрывая лицо от успевшей насквозь промокнуть от слез подушки.

— Девочка моя, ну что за пессимистические мысли?! – Рэнза присела на край кровати, на которой едва умещалась ее худенькая дочь. – С чего ты решила, что не познаешь счастье?

— Браки по расчету… – начала Сирина.

— Не по расчету, а по благословлению венты. Это огромная разница!

— Зачем тебе понадобилось сейчас относить серебряной мою чешуйку? – не сдавалась молодая драконица. – Почему только один вариант? Ты же сама за папу выходила без благословения венты…

— Я отвечу, Сирина, только успокойся и не тараторь… – Рэнза сделала глубокий вдох и потерла виски. Чувствовалось, незапланированная ночная беседа с несовершеннолетним ребенком начала ее раздражать, но баронесса изо всех сил старалась держать себя в руках и продолжила ровным безэмоциональным тоном. – Итак, по порядку: «видящей» лучше всего относить чешуйки после первых «оборотов», то есть примерно в твоем возрасте; других претендентов Заара не предложила, значит, их у нее и не было. Что касается нас с твоим отцом, мы поженились, когда мне было уже четыреста лет с хвостиком. Мои родители к серебряной не обращались, но и сами найти для меня подходящую партию долго не могли… Впрочем, не будем об этом. Мы с Камасом друг друга любили, и ты стала закономерной вершиной наших чувств. Но все же, детка, для тебя я бы не хотела таких долгих поисков…

— Но вы же любили! Разве это не главное?! – всхлипнула Сирина.

— Да, любили. Нам очень повезло найти друг друга, хоть и поздно, хоть и прожить вместе мы смогли недолго. Другим не везет. И еще, девочка моя, ты уже достаточно взрослая, чтобы понимать: наше с тобой финансовое положение таково, что отказываться от брака со вторым драконом в государстве – несусветная глупость!

— Но… я все равно хочу не так, ты не понимаешь… Мне всего пятнадцать, и в таком возрасте узнать, что судьба твоя предрешена, что права выбора нет… – сбивчиво попыталась донести свою позицию Сирина.

Рэнза жестом остановила ее.

— Достаточно, все уже решено! – строго проговорила она, но заметив вновь выступившие слезы на глазах маленькой драконицы добавила с горькой улыбкой. – Признаюсь, малышка, скажи мне кто-нибудь несколько лет назад, что я вот так ночью буду уговаривать свою малолетнюю дочь выйти замуж за незнакомого, хоть и именитого дракона, рассмеялась бы тому в лицо. Но времена изменились, Сирина. И теперь тебе нужно побыстрее свыкнуться с мыслью о будущем замужестве.

— Я постараюсь, мама, – девушка намеревалась побыстрее закончить бессмысленный разговор и хоть немного вздремнуть. Если баронесса Вивалес что решила, она не отступит и чьих-либо доводов слушать не станет, в чем в который раз Сирина убедилась. Что ж, значит, искать способ избежать нежелательного брака придется самой. Другое дело, юная драконица совершенно не представляла, как это сделать.    

 

***

 

Проснулась Сирина лишь к полудню, в ужасе осознав, что заспалась и мать будет недовольна. Девушка вскочила с постели и, на ходу натягивая халат, бросилась в гостиную. Однако там никого не было, и что еще более удивительно – на столе ее дожидался обед: тарелка с вареным картофелем и приличным куском жареного мяса.

— Выспалась? – от неожиданно раздавшегося над ухом голоса матери Сирина чуть не взвизгнула, но вовремя сдержалась:

— Прости, я не понимаю, как так долго…

— Детка, ничего страшного. Я специально не стала тебя будить. Поешь. Мы собираемся за покупками.

Сирина с недоверием посмотрела на довольную мать, которую настолько отвыкла видеть в хорошем расположении духа, что не сразу смогла вспомнить, чем были вызваны подобные метаморфозы.

— А, племянница, – на пороге домика возник Нистан, – наконец-то! Давай живо собирайся. Да надень что-нибудь поприличнее, мы едем в город! Девочки, я быстро в душ, – проговорил дракон на ходу и скрылся в ванной комнате, откуда вскоре донесся шум воды и незамысловатая песенка в его посредственном исполнении.

— Сирина, поешь, пока есть время, – напомнила Рэнза, глазами указав на тарелку с остывшей едой.

Девушка послушно села за стол, взяла в руки нож и вилку и, аккуратно отрезая кусочек мяса, тихо поинтересовалась:

— Что это с дядей?

Рэнза усмехнулась:

— Мы с ним договорились. Нистан вдвое увеличит наше содержание. И в столице мы остановимся у него в особняке… За это мы должны будем пригласить его как главу рода в замок короля.

— Мама, разве мы можем кого-то приглашать без ведома Его Величества?

— Можем, – коротко ответила баронесса и добавила. – Не торопись с выводами, детка. Твой дядя… он не плохой, немного запутавшийся, да и жена его… В общем, он будет сопровождать нас к королю… И еще тебе предстоит помочь ему кое в чем.

Сирина помнила, сколько ночей мать провела в слезах, проклиная родственников, думая, что дочь крепко спит и не слышит, какие отчаянные рыдания порой захлестывали несчастную вдову, когда она не могла свести концы с концами, и денег не хватало даже на еду. Оттого юная драконица терялась в догадках: что заставило мать сменить гнев на милость? Неужели только обещание увеличить дотации?

— И каким образом я должна помочь? – сдавленно прошептала она.

— Ты изредка будешь посещать ферму Нистана, там сама увидишь, что надо подправить, если ты понимаешь, о чем я.

— Понимаю. Но, мама, я бы и так помогла дяде, если бы он попросил. К чему все эти условия?

— Девочка моя, ты еще слишком молода, не догадываешься, что в мире все делается со взаимной выгодой. Ты поможешь Нистану, взамен он представит тебя аристократии, как того требует твое происхождение.

Сирине были совершенно чужды слова родительницы, она была по-настоящему счастлива в их маленьком доме с прекрасным садом, и менять ничего не хотела. Ну и пусть у нее не было красивых платьев, ну и пусть у нее не было подруг (мама не разрешала общаться с детьми ремесленников и небогатых горожан, а в круг аристократов их не пускали из-за бедности). Зато у нее был свой мир, простой, но в тоже время изысканный – Рэнза заставляла дочь четко следовать правилам этикета, ни разу не дозволив за столом, даже после трудового дня, сесть в расслабленной позе или взять неподобающий конкретному блюду прибор.

— Я не понял, мы едем за покупками или нет? Сирина, ты почему еще не одета? – прервал раздумья драконицы Нистан.

— Да я… – пролепетала девушка, аккуратно откладывая нож с вилкой. За разговором ей не удалось и двух кусочков проглотить, но, вероятно, никого это не интересовало.

— Дочка, иди переодевайся, – распорядилась Рэнза.

Через четверть часа Нистан помог вдове брата и племяннице устроиться в нанятом экипаже, сам сел напротив, и компания отправилась в центр Красеца, где большую часть дня расхаживала по магазинам: примеряя, выбирая, заказывая.

Сирина дико устала от всех этих кислых лиц продавцов и продавщиц, поначалу делающих вид, что они слишком заняты, едва заметив плохо одетых посетительниц, но тут же преображающихся, как только первые золотые падали на прилавок.

Мать с дядей торговались по каждому поводу, нередко доводя хозяев лавочек до белого каления. Однако в итоге им все же удалось купить приличный гардероб и для Сирины, и для Рэнзы, да и Нистан обзавелся обновками, недаром в провинции цены на порядок ниже столичных.

Последующие три дня до отъезда в Эрантас прошли суматошно. Баронесса раз за разом перепроверяла содержимое сундуков, еще не единожды отправляясь в центр города за необходимыми, но забытыми мелочами. Нистан беспрестанно напоминал родственницам, что за теми должок, и снова и снова просил Сирину продемонстрировать свое умение в подпитке энергией разных видов растений в саду, отчего тот превратился чуть ли не в непроходимые заросли. После этого мать с дядей снова ругались. И лишь молодая драконица оставалась отрешенной от всего на свете, совершенно не задумываясь ни о предстоящей поездке, ни о ее последствиях для себя.

Наконец настал день, когда драконы тронулись в путь в небольшом междугороднем экипаже – лететь Сирина не смогла бы, но и дорога им предстояла недолгая – всего-то два с половиной дня пути (Красец к столице располагался ближе остальных главных городов провинций). Ночевали в гостиницах и на постоялых дворах, трапезничали там же, и к обеду третьего дня поездки карета, запряженная тремя парами лошадей, въехала в Эрантас.

 

ГЛАВА 4

 

Сирина с любопытством рассматривала город из окна порядком поднадоевшего экипажа. Прошло всего три года с момента, когда они с матерью покинули столицу, но на то драконица и была подростком, почти еще ребенком, чтобы все четкие воспоминания сменились для нее размытыми отрывками.

Эрантас являлся как политическим центром страны, так и географическим. Градостроение драконов в корне отличалось от такового у других народов. К примеру, заборов у летучей расы никогда не было (оно и понятно – нет смысла строить в качестве защиты то, что легко преодолимо), вместо них дома и особняки окружались садами, среди зарослей которых с земли рассмотреть строения было практически невозможно. Сады перемежались ухоженными лужайками; к зданиям вели мощеные дорожки, в начале которых стояли каменные столбы с табличками, говорившими о принадлежности территории; друг от друга владения отделялись густой растительностью и широкими трассами с пешеходными зонами по обеим сторонам и проезжей частью для двух, а то и трех карет.

Над улицами и проспектами на высоте не менее четырех метров нависали каменные желоба системы водоснабжения, базирующееся на массивных колоннах и убегающие в разные направления. Встречались они довольно часто, но общего ландшафта не портили, даже наоборот, их нижняя видимая часть была оформлена в виде арок и увита вьющимися растениями, а идентичность давала ощущение полного соответствия задумке градостроителя.

Общественные здания в основном располагались на открытых площадках округлой формы и украшались клумбами с цветами и фонтанами. Строились они преимущественно из камня белого или серого цветов, обычно не выше трех этажей, украшались колоннами, разнообразными орнаментами, балконами, иногда террасами. Абсолютно все и частные, и общественные владения были оборудованы посадочными площадками и раздевалками для малоимущих (тех, кто не имел возможности приобретать одежду и обувь из специально обработанных материалов, которые не надо было снимать перед «оборотом»).

Столица также славилась огромным количеством парков и скверов, утопающих в зелени, величественными памятниками архитектуры, множеством развлекательных заведений, театров, музеев, магазинов, богатых базаров. Однако апогеем всего этого великолепия являлся замок короля драконов, территория которого в отличие от остальных имела тридцатиметровый забор, снаружи окруженный глубоким и широким рвом, наполненным водой. Вглубь замкового комплекса с земли можно было попасть лишь по одному единственному подъемному мосту, через массивные ворота, открывающиеся для посетителей в пять часов утра и закрывающиеся к одиннадцати вечера. Такая особенность строения легко объяснялась, ведь комплекс был возведен еще до «Изгнания людей» много тысяч лет назад и служил не для защиты от драконов, а в качестве укрытия, в котором крылатая раса в те стародавние времена спасала своих детенышей, женщин и стариков. Теперь необходимости в подобном укреплении не было, но вид ансамбля решили не менять, а оставить в качестве исторического памятника, архитектуре, убранству и планировке которого могли бы позавидовать многие современные постройки.

Сирина с восхищением рассматривала столицу, пока экипаж медленно из-за довольно интенсивного движения на дорогах пробирался к особняку Вивалесов. Миновав центральный парк, где степенно прохаживались дамы с целым выводком разновозрастных дракончиков и пожилые пары, по левой стороне оставив оживленный рынок со стационарными палатками однотипного дизайна, по восточной дороге обогнув замок повелителя с золотистыми шпилями, от вида которых у юной драконицы вырвался восторженный возглас, карета наконец свернула с мостовой на дорожку с указателем на табличке «Особняк Вивалесов. Глава рода – барон Нистан Вивалес», преодолел великолепный сад с многовековыми разнообразными деревьями и остановился возле широкой каменной лестницы старинного трехэтажного особняка из белого камня.

Сирина поспешила покинуть экипаж и с печальной улыбкой окинула взглядом здание, которое когда-то было ее «гнездом» и которое она помнила прекрасно: каждый камень, трещинку или неровность. Дом для дракона больше, чем жилище – это средоточие его мыслей и желаний, то, что строится с исключительной аккуратностью и бережно хранится, передается от отца к старшему сыну, вызывая зависть у младших. Девушка давно смирилась с потерей родового особняка, но он навсегда запечатлелся в ее памяти ярким и счастливым воспоминанием.

Пока мать и дядя выбирались из кареты, попеременно жалуясь на неудобства путешествия сидя в душном кузове, дверь дома отворилась, и из нее вышла полная женщина с русыми волосами, заплетенными в сложную косу.

— Нистан?! – проговорила тетка Сирины то ли вопросительно, то ли с удивлением.

— Кариса, у нас гости, – поспешил оповестить жену дракон.

— Вижу, – с непроницаемым выражением лица ответила она.

— Милая, покажи Рэнзе и Сирине их комнаты, а я займусь багажом, – деловито распорядился дядя, хотя напряжение в его голосе явно указывало на неподдельный страх перед возможной неадекватной реакцией взбалмошной благоверной на приезд непрошенных гостей.

Однако Кариса всех удивила:

— Рада встрече, – почти благожелательно проговорила она и жестом пригласила родственниц пройти в дом.

Около гостевых, расположенных на втором этаже в левом крыле, хозяйка остановилась:

— Вот здесь, думаю, вам будет удобно. Располагайтесь, а я распоряжусь насчет обеда.

Внутри особняк, как успела заметить Сирина, за три года особых изменений не претерпел и выделенные им с матерью комнаты в том числе: все те же шелковые обои на стенах; все та же мебель из темного дерева; те же картины и изысканные статуэтки.

Трапезничали в столовой на первом этаже. К хозяйской чете присоединились два их сына – подростки тринадцати и пятнадцати лет. Молодые драконы поначалу общались с гостьями с налетом столичного превосходства над менее удачливыми провинциалами, но заметив, что родители подобной манеры не придерживаются (видимо дядя успел рассказать жене о возможной скорой смене статуса племянницы, и та решила не гневить мать будущей герцогини), с легкостью перешли на простой тон, особенно с кузиной, весело болтая с ней до конца обеда.

Вскоре Рэнза пошла отдыхать, а молодые драконы вместе с Нистаном отправились на площадку тренироваться полетам.

Маален (старший из двух братьев и ровесник Сирины) свой первый «оборот» прошел еще полгода назад и теперь уверенно рассекал над головами отца, брата и кузины, демонстрируя пока еще зеленого дракона. Девушка с завистью следила за его воздушными кульбитами, высоко задрав голову и досадливо вздыхая – ей так нестерпимо хотелось поймать крыльями ветер и хоть раз увидеть землю с высоты.

— Ну, что застыла? – прервал поток мечтательных раздумий драконицы Нистан. – Давай, «оборачивайся». Какой толк на брата глаза таращить, самой надо учиться.

Сирина кивнула и повертела головой в поисках женской раздевалки, и только она направилась в нужную сторону, как дядя вновь окрикнул ее:

— Куда собралась? Забыла, что у тебя платье «оборотное»?!

Драконица застыла на месте и с неуверенной улыбкой прошептала:

— Я все же немного опасаюсь...

Нистан усмехнулся:

— Попробуй.

Сирина с полсекунды постояла в нерешительности, а затем, сообразив, что если торговцы все же обманули, то самое страшное, что может произойти, – платье и белье всего-навсего порвутся, прикрыла глаза и чуть напряглась всем телом. Уже через мгновение на площадке появилась маленькая лазурная драконица.

Убедившись, что вокруг не валяются остатки разорванной одежды, Сирина расправила крылышки, и в этот момент откуда-то сзади раздались глухие звуки, похожие на хлопки при выбивании ковра. Девушка удивленно обернулась и столкнулась взглядом с вертикальными зрачками глаз приземлившегося Маалена.

«Ух ты, лазурная! – услышала Сирина у себя в голове. – И красивая!»

«Спасибо», – послала она шепот телепатического ответа и потупилась, опустив мордочку.

— Так, сынок, Сирине нужно тренироваться, она еще не умеет летать, – Нистан не мог знать, о чем «поговорили» молодые драконы, но его явно озадачило поведение отпрыска.

Маален слушать отца и покидать площадку не спешил, вместо этого по кругу обошел кузину на задних лапах, сложив крылья и склонив морду набок, тогда как его хвост с крупными наростами гребня нервно постукивал по выложенной плоским камнем площадке, выбивая из нее облачка пыли, а в светло-карих глазах с вертикальными зрачками светилось удовлетворение от того, что дракон видел.

Если бы Сирина не была в «обороте», то залилась бы краской стыда от такого откровенного разглядывания, но то, что случилось дальше, ввергло ее в настоящий шок.

Кузен встал напротив, расправил крылья и издал приглушенное утробное рычание, чем-то напоминающие голубиное воркование, только гораздо более громкое и глубокое. Драконица попятилась, сложив крылышки в защитном жесте, а Маален, наоборот, начал медленно наступать на нее, смотря прямо в перепуганные синие глаза. В «обороте» девушка была ниже брата чуть ли не в два раза, отчего его порыкивающее урчание, склоненная набок морда, и горящий чем-то потаенным взгляд вызывали у нее не просто серьезную обеспокоенность, а настоящий ужас.

«Я что тебе сказал, щенок?» – услышала Сирина у себя в голове, а в следующее мгновение Маален уже лежал распластанный на земле, придавленный мощным телом огромного красного дракона с черным гребнем, зубы которого прикусили шею подростка, придавливая его голову так, что морда чуть не расплющилась о каменную поверхность. «Сирина, тренировки сегодня не будет, иди к себе. А я потолкую с сыном».

Едва осознав, что от нее хочет дяди, девушка поторопилась вернуться в человеческий облик, даже забыв о возможном проколе с одеждой, но, к счастью, все оказалось на месте: и белье, и синее скромное платьице. Сирина медленно, с опаской обошла продолжающих бороться драконов: дядю, держащего сына за шею, и Маалена, трепыхающегося в тщетной попытке сбросить с себя тушу отца. На тропинке она оглянулась. Сцена не изменилась, только ошеломленный Каалес, мнущийся на противоположной стороне площадки, дополнял картину. Задерживаться дольше драконица не посчитала нужным и опрометью бросилась к особняку.

К матери в комнату Сирина заходить не стала, полагая, что та может еще отдыхать, да и рассказывать о происшествии совсем не хотелось – она и сама толком не понимала, что произошло, и почему Маален решил на нее напасть. С другой стороны, он вроде бы и не нападал. Но вот этот его странный взгляд и порыкивание… Девушка, как ни старалась, не смогла найти объяснение непонятному поступку кузена, и в конце концов решила не забивать себе голову лишними тревогами – и так будущее было более чем неопределенное, а завтрашний визит в замок короля пугал, но одновременно и будоражил воображение.

Вечером на ужине Маален отсутствовал, сославшись на недомогание. А Сирина нервничала, опасаясь, что дневной инцидент на площадке всплывет и ей придется оправдываться (в чем именно, она и сама толком не знала). Однако трапеза прошла спокойно: дядя шутил; Рэнза с Карисой с воодушевлением обсуждали предстоящий визит в замок повелителя (мать сообщила, что Нистан получил от Его Величества приглашение на всю семью Вивалесов); лишь Каалес был молчалив и мрачен, изредка бросая на кузину недобрые взгляды из-под сведенных к переносице бровей.

 

ГЛАВА 5

 

Утро следующего дня началось бурно. Мать разбудила Сирину чуть ли не на рассвете, а посланная Карисой горничная принялась за приведение молодой драконицы в надлежащий вид с маниакальным рвением. Девушку вымыли, растерли и так не нуждающуюся в особых процедурах кожу, причесали до блеска волосы, затем одели в специально выбранное для предстоящего визита к королю платье молочного цвета (хоть как-то округляющее ее непомерную даже для подростка пятнадцати лет худобу).

Завтрак тоже был довольно напряженным – чувствовалось, что даже взрослые откровенно нервничали перед предстоящей поездкой.

Маален, сидящий за столом напротив Сирины, со вчерашнего дня весьма сильно преобразился: его каштановые волосы длиной до лопаток блестящей шелковой волной лежали на плечах, а цепочки с топазами, вплетенные в тонкие косички по обеим сторонам лица, черный бархатный кафтан с золотой вышивкой по бортам и белоснежная рубашка, украшенная в районе горла брошью с крупным желтым бриллиантом, прибавляли кузену возраста, да и упрямое выражение лица усугубляло образ.

Сирина хотела сделать брату комплимент, но тот за все время трапезы ни разу на нее не взглянул, так что драконице оставалось лишь теряться в догадках: чем она обидела брата, что он позволил себе подобное пренебрежение.

 Сразу после трапезы гости и домочадцы расселись по двум экипажам семейства Вивалесов. Сирина ехала с матерью и теткой, которые дорогой расслабились и даже повеселели, принявшись без умолку болтать. А маленькая драконица прилипла к окну, вновь с восторгом разглядывая мелькающие пейзажи древнего города.

Примерно через четверть часа кареты достигли трассы, ведущей к замковому комплексу, миновали мост через ров и остановились у главных ворот. Нистан переговорил с охраной, продемонстрировал пригласительные документы, и процессия снова тронулась, въезжая во внутренний двор замка.

Территория повелителя драконов поражала воображение: широкие мощеные черным камнем дороги; ухоженные парки с необъятными деревьями и аккуратно подстриженными кустарниками на зеленых лужайках; множество административных зданий из темно-серого кирпича с башнями разной этажности и арочными окнами; скверы с мраморными статуями, скамейками, каменными беседками, фонтанами и клумбами, усыпанными разнообразными цветами; мощные основательные мосты, пересекающие неширокую реку.

Вскоре дорога пошла в гору под небольшим углом, и наконец экипажи остановились на широкой площади, полностью покрытой плоским природным материалом черного цвета.

Сирина, задрав голову, с восторгом разглядывала жилище короля. Замок впечатлял своей архитектурой и размером. Построен он было из светло-серого камня. Нижний основной уровень в четыре этажа перемежался массивными высокими главными башнями округлой формы с поблескивающими на солнце состаренным золотом шпилями и башенками поменьше, возвышающимися над базовым зданием всего на три этажа. Строение имело скатную крышу, покрытую серой черепицей. К центральному входу – высокой двустворчатой дубовой двери, обитой железным витиеватым орнаментом, вела пологая мраморная лестница с перилами по бокам. Окна замка были арочного типа одинакового размера, кроме тех, которые, по всей видимости, освещали бальные и тронные залы. Последние были высотой сразу на несколько этажей и украшены разноцветными витражами с изображением драконов в полете.

С одной точки рассмотреть даже малую часть замка не представлялось возможным, и изумленная зрелищем Сирина двинулась в обход, но была тут же остановлена строгим окриком матери, которой по-деревенски разинутый рот дочери совершенно не понравился. Девушка стушевалась и потупила взгляд, смиренно приготовившись ждать, когда ее и родственников пригласят войти внутрь.

 

ГЛАВА 6

 

Валианс Нарнес стоял у окна читальни на втором этаже замка короля и разглядывал прибывших гостей. Распознать нареченную среди семейства Вивалесов труда не составило, и теперь, поджимая губы, дракон мысленно ругал брата нецензурными словами.

Девушка была очень худой, даже светлое платье не могло скрыть костлявости ее фигуры. Лица невесты герцог не мог видеть с такого расстояния, но нисколько не сомневался, что его оно тоже не впечатлит. Единственным достоинством драконицы были густые волосы насыщенного медного оттенка, но они, как у всех подростков, еще не достигли достаточной длины, чтобы это могло удовлетворить взыскательный вкус дракона, избалованного вниманием самых красивых женщин королевства.

«И это тщедушное создание – моя невеста! – мысленно негодовал Валианс. – Ну, братец, одним званием наместника восточной провинции ты не отделаешься!»

— Милорд, – прервал его размышления секретарь, – король ждет вас в Малом тронном зале.

— Благодарю, Сатан. Сейчас спущусь.

Герцог отошел от окна и направился к выходу, но привычно остановился у большого зеркала, примостившегося на стене рядом с дверью, чтобы придирчиво осмотреть свой безупречный наряд из светлого серебристого шелка с набивным рисунком; поправил волосы, украшенные платиновыми цепочками с бриллиантами, вплетенными в тонкие косички по обеим сторонам лица, и, оставшись вполне довольным своим отражением, решительно шагнул за порог читальни.

Брат восседал на троне из темного дуба, обитом алым бархатом. Кресло Миары пустовало – королева уже несколько дней не покидала своих покоев, опасаясь, что роды вот-вот начнутся.

— Мы должны поговорить, – прошипел Валианс, приближаясь к монарху. – Ты кого мне подсунул?

Вааламир недоуменно приподнял брови, но ответить ничего не успел, так как церемониймейстер доложил о прибытии почтенного семейства, и через несколько секунд в зал вошли драконы, возглавляемые главой рода, который чинно прошествовал к площадке перед троном короля и склонился в глубоком поклоне. Его примеру последовали домочадцы. Валиансу ничего не оставалось, как занять привычное место справа от трона и придать лицу бесстрастность.

— Рад, барон, что вы навестили нас, – обратился Вааламир к Нистану Вивалесу. – Баронесса… – он перевел взгляд на русоволосую пышнотелую драконицу.

— Ваше Величество, это такая честь! – дракон склонился еще ниже. – Позвольте представить вам вдову моего брата, баронессу Рэнзу Вивалес, и ее дочь Сирину.

Драконицы вышли вперед и присели в глубоком реверансе, правда, у девушки приветствие вышло неуклюжим, отчего она стушевалась и низко опустила голову.

— Леди! – поприветствовал Вааламир дам. – Познакомьтесь с герцогом Валиансом Нарнесом.

 Младший дракон слегка кивнул головой и тут же вновь принял расслабленную позу.

Далее последовали представления оставшихся Вивалесов. Герцог не прислушивался, считая для себя абсолютно излишним запоминать имена будущих родственников, вместо этого пристально рассматривал свою нареченную.

Девушка была невысокой (как Валианс сумел оценить со своего места, она едва смогла бы достать ему до плеча). Плоская грудь, узкие бедра – ни намека на женственные формы. Юная драконица так и продолжала стоять, не поднимая головы, и герцогу не удавалось разглядеть ее лица, но когда, наконец, это произошло, дракон возликовал: белая кожа, без единого изъяна; большие миндалевидные глаза насыщенного синего цвета в обрамлении густых длинных коричневых ресниц; темные брови с задорным изгибом; нежный персиковый румянец на щеках; коралловые пухлые губы, способные пробудить вполне определенные желания лишь от одного взгляда.

Драконица, заметив интерес жениха, неуверенно улыбнулась, обнажив белоснежные ровные зубки, а Валианс не смог удержаться от ответной улыбки, отчего нареченная еще больше залилась румянцем и поспешила спрятаться за шелковым пологом медных волос, снова низко склонив голову.

— Барон, – донеслись до герцога слова брата, – предлагаю вам с семьей сейчас разместиться в выделенных покоях, а вечером я жду вас на ужин.

— Выше Величество, – стушевался Нистан Вивалес, – мы не рассчитывали, что останемся в замке, поэтому…

— Ничего страшного, – Вааламир догадался, о чем переживает гость, – пусть кто-нибудь съездит к вам домой и соберет необходимое. Я полагал, вам сообщили, что мы планировали отметить помолвку торжественно. К завтрашнему дню прибудет множество гостей, будет бал. Так что я рассчитываю, вы с семьей погостите у нас немного.

— Конечно, Ваше Величество, – с поклоном ответил барон, – видимо, я неправильно понял… – он сделал паузу, пытаясь скрыть охватившее его волнение. – Мы с удовольствием погостим у вас, благодарю за оказанную честь.

Валианс поморщился. Наблюдать за непрерывно кланяющимся будущим родственником было неприятно, и он поспешил предупредить Вааламира о своем уходе:

— У меня есть дела. До вечера!

— Ты же хотел о чем-то поговорить? – с полуулыбкой, обращенной к гостям, шепотом попытался остановить брата король.

— Позже, – коротко ответил герцог, кивнул почтенному семейству и ретировался, уйдя через неприметную дверь в стене за троном Его Величества.

 

***

 

Сирина так разволновалась на церемонии знакомства, что даже не поняла, каким образом оказалась в предоставленных королем покоях, очнулась лишь посреди большой светлой комнаты, с тремя арочными окнами и обоями бледно-розового цвета.

— Я поеду за вещами, а ты оставайся здесь, – донеслись до растерянной девушки слова матери. – Без меня никуда не выходи, через пару часов вернусь… Сирина, ты меня слышишь?

— Да, мама, прости… – ответила драконица, рассеянным взглядом смотря на баронессу.

— Детка, я все понимаю… Ты нервничаешь… Но, родная, соберись, сегодня еще много чего предстоит, – Рэнза подошла вплотную к дочери, убрала прядь непослушных волос от ее лица и продолжила. – Приляг… или, может, тебе обед заказать?

Сирина отрицательно помотала головой – она не смогла бы и кусочка проглотить:

— Мам, не беспокойся...

— Ну сколько еще тебя ждать?! – в комнату ураганом ворвалась Кариса.

— Иду, – откликнулась на нетерпение родственницы Рэнза. – Сирина, с тобой точно все будет в порядке?

— Да, мама, не волнуйся, – уже более уверенно произнесла девушка.

Мать с теткой ушли, а юная драконица принялась осматривать выделенное ей помещение. Комната была просторной и светлой, но вот декор ничего кроме раздражения не вызвал: розовый цвет стен, розовые шторы на окнах, белая мебель с узорами темно-розового цвета, кровать с розовым покрывалом. Сирина сморщилась – спальня была похожа на кукольную. «В конце концов, мне здесь не жить долго. Несколько дней можно и потерпеть».

— Госпожа что-нибудь желает? – в покои неслышно вошла горничная.

Драконица резко развернулась и столкнулась взглядом с молоденькой служанкой, одетой в форменное темно-синее платье в пол и белоснежный передник. Девушка была невысокого роста, черноволосая, с большими карими глазами, густыми ресницами и приятной светлой улыбкой. «Магиня-человечка», – мысленно пришла к выводу Сирина и произнесла вслух:

— Ты можешь приготовить ванну? – почему-то именно водные процедуры ее всегда успокаивали, и как раз настал тот случай, когда нервы сдавали, а неуверенность в будущем вызывала внутреннюю дрожь, и без расслабляющего эффекта теплой воды было не обойтись.

Горничная поспешила выполнить поручение, и уже скоро Сирина с блаженством погрузилась в приятно пахнущую лавандой пену.

— Останься, – окликнула она служанку у выхода из ванной комнаты. – Как тебя зовут?

— Гала, – магиня присела в книксене.

— А меня Сирина. Как ты здесь оказалась, Гала? – поинтересовалась драконица, сдувая с ладоней мыльный пузырь.

— Я работаю по контракту, миледи.

— Сколько тебе лет?

— Восемнадцать, миледи, – горничная снова присела в книксене.

— Ты не должна называть меня «миледи».

Брюнетка стушевалась:

— Вы невеста герцога, будущая герцогиня… Я не могу вас иначе называть...

— Какая я невеста?! Какая герцогиня?! Еще вчера я была одета хуже, чем ты сейчас…Так что давай просто по имени.

Магиня нахмурилась и несколько секунд молча рассматривала юную драконицу, по подбородок укутанную в душистую пену.

— Совсем не важно, что было вчера…– наконец тихо произнесла она.

Сирина помрачнела, поняв, что скоро переубедить горничную, по долгу службы привыкшую выражаться с пиететом, не получится.

— Расскажи о себе, – сменила она тему. – Как ты попала в Эрантас?

— Банальная история, миледи. Я из Имервита, как вы, наверное, уже догадались. Семья у меня небогатая. Мама болеет несколько лет, зарабатывает только отец… – девушка сделала паузу. – Мне исполнилось семнадцать, когда я увидела объявление, приглашающее молодых магов на службу в Тарасэн. Так я попала в замок, работаю уже больше года.

Сирина слушала, разглядывая тихо потрескивающие в горячей воде мыльные облака.

— А контракт на сколько лет? – спросила она больше для того, чтобы продолжить беседу – ей крайне не хотелось оставаться наедине со своими мыслями и тревогами.

— На пять, миледи. Вы не думайте, – поспешила добавить служанка, – я очень довольна условиями. Родителям деньги посылаю, да и сама коплю.

Драконица, собственно, ничего плохого и не думала.

— А какая у тебя магия? – поинтересовалась она. В отличие от драконов, которые владели всеми четырьмя стихиями с рождения, различаясь лишь степенью мастерства и особыми дарами (как у нее самой), человеческие маги редко обладали больше чем одним видом способностей.

— У меня немного магии огня, на зачаточном уровне, могу лишь камин развести… ну… или костер разжечь, – девушка зарделась. – И чуть-чуть умею воздействовать на воздух – волосы высушить… или мокрую одежду…

— А почему не стала развивать дары дальше? Две стихии – это уже прилично! – произнесла Сирина и тут же осеклась, пожалев о своей бестактности (зная о бедственном положении собеседницы, не трудно было догадаться, что девушка даже в магическую школу пойти, чтобы совершенствовать талант, не смогла бы, не говоря уже об Академии или личном учителе). – Прости, – стушевалась она. – Спасибо, что рассказала. И, Гала, давай все же на «ты».

Брюнетка улыбнулась:

— Я попробую, леди… эм… Сирина.

Еще немного поплескавшись в ванне, драконица ополоснулась чистой водой, надела махровый халат и вернулась в спальню. Гала помогла ей высушить волосы, хотя драконица без труда справилась бы сама, но горничная настояла (это ее работа), а затем занялась укладкой:

— Волосы пока коротковатые, но мы можем это скрыть высокой прической, тем более они у вас очень густые, – брюнетка то так, то эдак прикладывала непослушные пряди к лицу драконицы, сидящей перед большим напольным зеркалом в углу комнаты.

— Не хочу, давай оставим распущенными, – поморщилась Сирина.

Магиня пожала плечами:

— Как пожелаете… эм… пожелаешь.

Драконица грустно улыбнулась. Не то чтобы она рассчитывала на доверительные отношение с едва знакомой человечкой, но подчеркнутая вежливость раздражала – не привыкла Сирина к подобному обращению в свой адрес, и оно ее больше нервировало, чем вызывало должный отклик.

— А ты видела герцога Нарнеса? – понизив голос, спросила она, решив во что бы то ни стало вывести Галу на приятельский уровень общения. – Как он тебе показался?

— Видела, конечно, – охотно откликнулась горничная, продолжая до блеска расчесывать рыжую копну. – Его трудно не заметить!

Сирина затаила дыхание, ожидая продолжения.

— А как он мне показался, хм… не важно. Главное, чтобы он тебе понравился, – со смешком закончила магиня, даже не заметив, что перешла, наконец, на «ты».

Драконица зарделась. Ее герцог впечатлил. Он был настолько хорош собой, что даже неискушенное сердце юной девушки затрепетало при виде этой классической породистой красоты.

— Вижу, что недурно «показался», – усмехнулась Гала.

— Сирина, хорошо, что уже приводишь себя в порядок, – с порога заявила вернувшаяся Рэнза, заставив обеих девушек вздрогнуть от неожиданности. – Вы горничная? Как вас зовут?.. – она посмотрела на магиню.

— Гала, госпожа, – брюнетка присела в книксене.

— Гала, оставьте пока мою дочь и помогите разложить вещи.

Горничная бросилась к баронессе, забрав у нее из рук большие матерчатые сумки, и сразу направилась в гардеробную развешивать и разглаживать помятые платья металлическим приспособлением, наполненным плоскими жар-камнями, которое у драконов называлось «гладецем», а у человеческих магов – «утюгом».

Несколько часов до ужина с Его Величеством пролетели быстро, вновь измотав юную драконицу изнурительной подготовкой. Мать, видимо, вознамерилась за один день сделать из дочери достойную (по ее мнению) невесту высокородного дракона. Сирину снова мыли, мазали и растирали, делали маникюр, педикюр и подвергали еще множеству совершенно излишних, с ее точки зрения, процедур. Ближе к назначенному часу облачили в нежно-голубое платье, правда, как и предыдущее, не сумевшее скрасить угловатую фигуру девочки-подростка. Рэнза настояла на высокой прическе, с ней согласилась Гала. Вместе они придумали замысловатую конструкцию, действительно украсившую и так миловидное личико девушки, сделав ее чуть старше своих лет.

Сирина кривилась – ей совершенно не нравилось отражение в зеркале – выбранный образ, казалось, еще больше подчеркнул ее по-детски недоразвитое тело, но мать была непреклонна и менять ничего не позволила.

Сама баронесса выбрала шелковое платье персикового цвета, приятно оттеняющее ее насыщенно-каштановые волосы. А около семи часов вечера за драконицами зашел Нистан Вивалес, после чего семейство в полном составе приставленный слуга проводил в Малую столовую на первом этаж королевского замка.

 

ГЛАВА 7

 

Вивалесов вели по коридору, стены, полы и потолок которого были отделаны темно-серым мрамором с белыми прожилками. Сирина пыталась запомнить маршрут, но уже после третьего поворота поняла, что это совершенно невозможно сделать. Широкие проходы, углубления непонятного предназначения, закрытые двустворчатые двери белого цвета были похожи друг на друга как две капли воды. Различия имели лишь гобелены, украшавшие стены, статуэтки в нишах и статуи из светлого мрамора, изредка встречающиеся на пути, но даже они были минимальны: гобелены изображали драконов в полете, а статуи и статуэтки тех же драконов, но со сложенными крыльями, восседавших на постаментах в разных позах. Остальные элементы декора: мраморные колонны, кованые светильники на стенах, в которых слабо мерцали магические шары, тяжелые потолочные люстры на массивных металлических цепях все с тем же неярким освещением, огромные напольные мрачные вазы без цветов – не отличались друг от друга ни на йоту и встречались с завидной периодичностью, лишая гостей замка возможности сориентироваться в пространстве.

Наконец драконы вышли в просторный холл, выполняющий роль пролета широкой массивной лестницы из уже привычного мрамора, только молочного цвета, с красной ковровой дорожкой посередине, по которой и спустились на первый этаж.

Слуга, провожавший семейство Вивалесов, у основания лестницы молча кивнул направо, приглашая следовать за собой, и компания оказалась в богато обставленной комнате, по-видимому, одной из многочисленных гостиных замка, с окнами на две стороны, украшенными тяжелыми портьерами. Не останавливаясь, прошли в следующую, подобную первой, но с чуть отличающимся декором. Так, передвигаясь по анфиладе, переходя из помещения в помещение, группа быстро следовала за сопровождающим. А Сирина едва успевала делать предположения о предназначении того или иного помещения. Она насчитала их не менее десяти: несколько гостиных разного размера, пара музыкальных залов, театральная с небольшой сценой и рядами кресел и еще три, о назначении которых драконица так и не смогла догадаться.

Тем временем провожатый остановился у высокой двустворчатой белой двери, отделанной золотым орнаментом, по обеим сторонам от которой стояли несколько хорошо вооруженных охранников в одинаковой форме из сукна красного цвета. Слуга что-то шепотом сказал стражникам, а затем повернулся к Нистану и произнес:

— Прошу ждать здесь, барон, вас пригласят, – после чего коротко поклонился и отправился в обратный путь.

Сирина осмотрела очередную гостиную. Она была небольшая, но весьма уютная: с шелковыми обоями серо-голубого оттенка на стенах, с несколькими диванчиками и креслами, обитыми парчой в тон общей цветовой гамме в центре и резными белыми столиками с вазами и горшками с комнатными растениями по периметру.

Драконица отошла от родственников к окну, выходящему в сад, и выглянула наружу, засмотревшись на только-только распустившие листья деревья и кустарники, и не услышала, как к ней сзади приблизился Маален, проговорив хриплым голосом:

— Я хотел извиниться за вчерашнее.

Сирина вздрогнула от неожиданности:

— Ты напугал меня!

— И за это прости, – Маален заискивающе улыбнулся.

Девушка окинула брата взглядом. Он так и не переоделся, был все в том же черном с золотой отделкой кафтане.

— Мне не за что тебя прощать, – после непродолжительной паузы произнесла она.

— Значит, мир?

— Мир, – улыбнулась драконица.

Маален хотел еще что-то сказать, но не успел – распорядитель позвал в трапезную.

Малая столовая замка представляла собой огромный зал, посередине которого разместился относительно небольшой стол (персон на сто). Украшена трапезная была в сине-белой гамме, отличаясь от ранее виденных помещений серебряной отделкой люстр и камина, а также колоннами, создающими круг, в центре которого и находилась обеденная зона.

Каждого из членов рода Вивалес слуги подвели к предназначенному ему месту. Сирина оказалась рядом с матерью и дядей, Кариса с сыновьями – напротив. В зале находились еще пара десятков незнакомых драконов и дракониц, вероятно, попавших внутрь через другую дверь, ведь столовая, как и предыдущие комнаты, была проходной. Садиться до прихода короля не разрешалось, поэтому гости смиренно ожидали у предназначенных им мест.

Через несколько минут в зал вошел Его Величество Вааламир II Нарнес в сопровождении брата, герцога Валианса Нарнеса.

— Прошу, присаживайтесь, – проговорил монарх, занимая место во главе стола.

 

***

 

Валианс устроился по левую руку от брата и оглядел присутствующих. Все Вивалесы было в сборе. Дракон коротко кивнул главе рода, мельком глянул на невесту с будущей тещей, внутренне обрадовавшись, что их разместили достаточно далеко и ему не придется поддерживать светский разговор во время ужина. А когда принесли первое блюдо, герцог уделил ему все свое внимание, игнорируя окружающих.

Король, напротив, активно общался с подданными: представил Нистану Вивалесу некоторых из присутствующих драконов, среди которых оказались его советники с женами, казначей, глава службы безопасности и другие; задавал самому будущему родственнику вопросы о его ферме. В общем, беседа за столом велась вполне оживленная.

Валианс же с мрачным видом поглощал предоставленные блюда, почти не поднимая глаз от тарелки. Он был зол на весь мир, вспоминая разговор с Танарой, которую посетил сразу после знакомства с нареченной и ее родней.

Графиня встретила любовника, как всегда, с радостным воодушевлением, но, едва услышав о грядущей помолвке, устроила грандиозный скандал. Герцог пытался ее успокоить, уверяя, что свадьба состоится не раньше, чем через двадцать лет, а до того ничего в их взаимоотношениях не поменяется, но драконица осталась глуха ко всем доводам, поставив условие: либо Валианс отказывается от помолвки и женится на ней, либо больше ее не увидит. Естественно, дракон выбрал второй вариант, после чего графиня закатила дикую истерику, а он ретировался.

Обдумывая инцидент, герцог нахмурился. Он никогда не любил Танару, но она была ему удобна – при ней не нужно было находиться в постоянных поисках той, кто без всяких обязательств согласится удовлетворять мужские потребности дракона. В их обществе найти подобную было довольно проблематично, так как в основном женщины бережно хранили свою честь, да и родня зорко за этим следила, а пользоваться услугами жриц любви из «дома свиданий» дракон старался как можно реже – статус не позволял, да и брезговал он, если честно.

С Танарой ситуация была совершенно иной. Она до их встречи уже побывала замужем. Отец драконицы практически продал дочь старому графу Санару, когда девушке едва исполнилось двадцать лет. Супруг после свадьбы прожил недолго и благополучно скончался, оставив молодую вдову с приличным состоянием и изрядной долей цинизма в отношении любви и брака.

Однако долго Танара в одиночестве не скучала. У нее появились воздыхатели, которым, как знал герцог, молодая вдова ни в чем не отказывала. Валианс, напротив, ее старательно избегал, противясь общению с драконицей, по чьей репутации только ленивый не проходился неприличным словом, но графиня была очень настойчива, и однажды после попойки в компании друзей герцог проснулся в постели Танары Санар.

В любовных утехах, надо отдать драконице должное, она знала толк. В итоге герцог, не имеющий в то время никаких серьезных привязанностей или обязательств, посчитал для себя возможным иногда навещать любвеобильную красавицу. Но он ни разу за все тринадцать лет их общения не сделал даже намека, что желает углубить отношения и перевести их на другой уровень. Танара же, очевидно, имела совсем другие планы, и последние годы не единожды, поначалу в качестве шутки, потом и вполне серьезно, начала заводить разговоры о том, что не против связать дракона брачными узами.

— У тебя что-то случилось? – шепотом осведомился король, склонившись к уху брата.

— Нет, с чего ты взял?

— Сидишь мрачный, ни с кем не разговариваешь, – Вааламир, вероятно, по-своему расценил угрюмое выражение лица младшего дракона. – Мы так и не поговорили… Давай после ужина у тебя в кабинете.

— Хорошо, – буркнул Валианс и сделал глоток вина из бокала.

Его Величество снова перевел взгляд на подданных. Те к тому времени совсем расслабились и вели между собой непринужденные беседы. Изредка то тут, то там раздавался смех.

— А у твоей нареченной есть воздыхатель, – усмехнулся Вааламир.

Валианс оторвал взгляд от тарелки и посмотрел на Сирину, которая в это время весело улыбалась кому-то напротив себя. Дракон чуть поддался вперед, чтобы разглядеть того, кого его нареченная одаривала благосклонностью. Им оказался юноша с каштановыми волосами, как смог вспомнить герцог, один из родственников драконицы.

— Это же ее брат, – пожимая плечами, проговорил Валианс.

— Двоюродный, если точнее, – поправил его король. – А у нас не запрещены отношения между кузенами, позволь тебе напомнить.

Герцог недолго обдумывал услышанное, затем прошептал сквозь зубы:

— Избавься от мальчишки. А в договоре пропиши, чтобы Сирину перед обрядом проверили… Мне не нужна порченная жена… – он еле сдержался от того, чтобы не добавить грубого слова. – В общем, она должна быть нетронута, иначе свадьбы не будет, – после этих слов резко поднялся из-за стола, бросив на ходу. – Жду тебя, – и ни с кем не прощаясь, покинул столовую.

Дойдя до своего кабинета на втором этаже замка, Валианс рухнул в массивное кожаное кресло. Он был дико зол. А все Танара со своей истерикой. «Вот чего ей не хватало?! Неужели она всерьез думала, что я женюсь на той, в чьей постели побывало чуть ли не полкоролевства?!»

Герцог был раздосадован разрывом с любовницей. Драконица хоть и не затронула струн в его душе, но он успел привыкнуть к ее податливому телу и отношениям без обязательств и клятв в вечной любви и верности. И вот теперь он остался один.

Еще и Сирина… Неожиданно для самого себя Валианс повеселел, вспомнив о тщедушной нареченной. Зря он на брата напустился… Ну улыбалась девчонка своему кузену… Да мало ли какие он ей рожи корчил, чтобы рассмешить? Однако королю сообщать о смене своего настроения герцог не намеревался, так как то, что он задумал, удастся, только если монарх поверит, что брат на грани отказа от брака и его надо как минимум задобрить усовершенствованными условиями.

— Ну и что на тебя нашло? – в проеме двери кабинета появился Вааламир.

 

ГЛАВА 8

 

После ужина Его Величество предложил гостям пройти в музыкальную комнату, где вскоре должен был состояться концерт в исполнении королевских музыкантов, а сам, пообещав подданным вскорости присоединиться к ним, ушел в неизвестном направлении.

Сирине слушать музыку совершенно не хотелось. Она слишком устала и единственное, о чем мечтала, – поскорее забраться в постель.

— Мама, можно я пойду к себе? – шепотом спросила девушка, когда драконы рассаживались в кресла перед сценой.

— Сирина, это неприлично. Скоро придет Его Величество, что он подумает, если не застанет тебя?

— Да ничего он не подумает, – вмешалась Кариса. – Молодые драконы должны рано ложиться! Иди деточка, я разрешаю.

Сирина заметила, как мать подобралась, еле сдерживая гнев на тетку.

— Хорошо, дочка, иди, только пусть тебя кто-нибудь проводит, – кое-как сумев взять себя в руки, мягким голосом проговорила Рэнза.

— Я провожу, – тут же откликнулся Маален.

— Ты сам-то дорогу запомнил? – с улыбкой поинтересовался Нистан, прибывающий в расслабленном благодушии, вызванном лояльным отношением короля и знати к нему.

— Запомнил, – буркнул Маален и поспешил увести Сирину, пока никто из взрослых не опомнился.

Молодые драконы без труда добрались до центральной лестницы и поднялись на второй этаж. А вот там у них возникла проблема: коридоров было четыре – по два с каждой стороны холла.

— Сюда точно, – показал Маален на дальний справа от себя проход.

— Ты уверен? – с сомнением в голосе проговорила Сирина. – По-моему, все же вот этот, – она указала на ближний коридор.

— Я помню, именно оттуда мы выходили, – безапелляционно заявил Маален, взял кузину за руку и потащил за собой.

Брели довольно долго. Драконица не могла с уверенностью сказать, что брат не ошибся, но предпочла не высказывать сомнений, положившись на хоть и юного, но все же мужчину. Через какое-то время Маален остановился и, оглядевшись по сторонам, сообщил:

— Кажется, заблудились. Надо у кого-нибудь спросить дорогу.

— Но ведь здесь никого нет… – Сирина начала испытывать неподдельный страх. А темный мрамор стен и тусклый свет светильников только усугубляли гнетущее ощущение.

— Кого-нибудь да найдем, не переживай, – Маален уверенно тронулся вперед вместо того, чтобы вернуться обратно.

Через пару минут юные драконы увидели приоткрытую дверь по правой стене, из которой в полутемный коридор лился мягкий свет. Они ускорили шаг и вошли внутрь. Помещение оказалось чьей-то приемной со столом секретаря, стеллажами с бумагами и свитками и двухместным кожаным диваном для посетителей. Разглядеть более подробно Сирина не успела, так как из-за двери в глубине комнаты донесся грозный возглас короля:

— Ты женишься на ней, Валианс, или, клянусь Богами, пожалеешь!..

Сирина от неожиданности вздрогнула и попыталась развернуться, чтобы уйти, не желая подслушивать, но стоящий за ее спиной Маален не дал ей такой возможности, положив одну руку на плечо девушки, а другой показав жест, призывающий к тишине.

— Тебе надо – сам и женись, а меня уволь… – послышался ответ герцога Нарнеса. – Ты хоть ее разглядел? – продолжил он гневно. – Да она же костлявый рыжий урод!

Драконице не составило труда догадаться, о ком велась речь. Она всхлипнула и, оттолкнув застывшего кузена, выбежала из комнаты.

Сирина неслась по коридору, обливаясь слезами и не разбирая дороги, с единственным желанием куда-нибудь спрятаться, никого не видеть и не слышать.

— Стой! – догнавший девушку Маален больно схватил ее за руку и затащил за колонну, прижав к стене.

Драконица задергалась, пытаясь вырваться из цепких рук.

— Послушай меня. Герцог сам не знает, что говорит… Ты самая красивая девушка на Вентерре!

Сирина отрицательно помотала головой, не желая ни о чем разговаривать, и снова попыталась оттолкнуть от себя Маалена.

— Откажись от помолвки, – не обращая внимания на сопротивление, продолжил подросток, схватил Сирину за талию и, прижавшись к ней всем телом, короткими поцелуями начал покрывать ее лицо. – Я вырасту, стану самостоятельным и женюсь на тебе. Слышишь? Женюсь…

— Отпусти, мне неприятно… – прохныкала драконица и уперлась руками в грудь кузена, вертя головой, чтобы не дать ему возможности продолжать начатое, но Маален только усилил напор: сжал ее лицо обеими ладонями и, воспользовавшись замешательством, впился в губы жестким поцелуем, просунув язык в приоткрытый от неожиданности рот.

Сирина чуть не задохнулась от отвращения. Она вцепилась в волосы дракона, стараясь отодрать его от себя, но ее действия нисколько не впечатлили широкоплечего и сильного, хотя еще и совсем юного мужчину, самоотверженно продолжающего терзать и слюнявить ее губы. Маленькая худенькая девушка, словно пойманная бабочка, трепыхалась, прижатая к стене твердым телом, в то время как руки наглого кузена без зазрения совести принялись скользить по ее почти плоской груди и бедрам, вызывая приступы паники.

— Тебе же сказали «отпусти»! – услышала драконица грозный рык, а в следующее мгновение незадачливый ухажер был отброшен к противоположной стене ниши и, словно тряпичная кукла, сложился на каменном полу.

Сирина, всхлипывая, во все залитые слезами глаза смотрела на герцога Валианса Нарнеса. Дракон тоже несколько секунд оценивающе разглядывал невесту, склонив голову. Маален на полу глухо стонал.

— Пойдем, – коротко сказал герцог и протянул руку.

— А он? – тихим голосом отозвалась девушка, указав на постанывающего юного дракона.

— Его заберут, не волнуйся.

Сирина вложила холодную, дрожащую от волнения, ладошку в теплую руку жениха, и они вышли из укрытия.

 

***

 

Валианс молча, быстрым шагом вел нареченную по коридору замка. Все пошло не так, как он рассчитывал!

Разговор с братом как раз набирал нужные герцогу обороты, когда он услышал возню за дверью своего кабинета, а затем и топот ног по коридору. Дракон, быстро оценив обстановку, кинул королю короткое: «Подожди меня!», и вышел вслед за убегающими подростками.

Пару он нашел довольно скоро в одном из углублений перехода, приближаясь к которому отчетливо расслышал излияния «соперника». Но то, что последовало далее, ввергло герцога в состояние ярости, итогом которой чуть не стала безвременная кончина молодого аристократа. Лишь уверенность Валианса, что картина кровавой расправы шокирует невесту, спасла мальчишку Вивалеса от участи быть убитым на месте.

 Давненько дракон не испытывал подобных вспышек гнева, и они его абсолютно не обрадовали. «Теперь еще придется решать вопрос с наглым юнцом, возомнившим, что способен конкурировать со взрослым мужчиной и сильнейшим магом Тарасэна», – с досадой подумал герцог, резко сворачивая в углубление перехода. Он обогнул колонну, за которой скрывались проход в параллельный коридор и узкая лестница, ведущая на другие этажи, и вывел семенящую за ним Сирину почти к дверям ее покоев.

— То, что ты услышала, не предназначалось ни для кого, кроме моего брата, – Валианс остановился и посмотрел на низко склонившую голову девушку. – Не делай скоропалительных выводов. Придет время, и я тебе расскажу, почему так… – он замялся, – почему произнес те слова.

Сирина не ответила.

— Я сейчас вызову охрану. Не хочу, чтобы происшествие повторилось, – смягчил тон герцог, прикрывая глаза и посылая телепатический сигнал стражникам, не заметив, как драконица подняла на него удивленный взгляд.

— Но как?! – пролепетала Сирина, когда послышался гулкий звук шагов охранников, эхом разносившийся по коридору.

— Я рубиновый дракон, малышка, – усмехнулся Валианс, мысленно похвалив себя, что хоть как-то смог отвлечь юную драконицу от воспоминаний об инциденте.

— Ты читаешь мысли? – девушка, вероятно, не заметила, как перешла на «ты».

— Нет, просто могу разговаривать телепатически даже вне «оборота».

— А как слышишь?

— Спроси меня о чем-нибудь мысленно.

Сирина на секунду задумалась, потом послала вопрос: «Сколько тебе лет?»

«Двести тридцать два», – ответил ей Валианс.

В это время к ним приблизились два стражника в военной форме из красного сукна, но девушка не обратила на них внимания.

— Ух ты! Значит, и я могу вне «оборота» так общаться? – спросила она с радостным выражением на лице, при этом смотря прямо в глаза герцога, для чего ей пришлось сильно задрать голову.

— Можешь, – усмехнулся Валианс. – Но только со мной или с другим рубиновым драконом.

— А-а-а, – разочарованно протянула Сирина.

— Не переживай, любой может развить в себе дар, – он подмигнул невесте, про себя подумав: «Какой она еще в сущности ребенок!» – и повернулся к прибывшим стражникам. – Охраняете покои госпожи! Никого не впускать, кроме матери и служанки!

— Слушаюсь, милорд, – отчеканил один из охранников – высокий широкоплечий дракон с русыми волосами.

— Сирина, – вновь обратился Валианс к девушке, – иди спать, спокойной ночи!

Она кивнула, залившись румянцем, и быстро скрылась за дверью комнаты. А герцог пошел обратно в кабинет, мысленно посылая сигнал королевскому целителю о направлении поисков мальчишки Вивалеса.

Брат все же дождался его.

— Проблемы? – поинтересовался он, с улыбкой.

— Никаких, – уверенно ответил Валианс, плотно прикрывая за собой дверь.

 

ГЛАВА 9

 

В розовой спальне Гала что-то вышивала, сидя на стуле возле окна. При появлении Сирины она подняла голову и тихо ахнула:

— Боги, что с тобой произошло?

Драконица непонимающе нахмурила брови и медленно подошла к зеркалу, с ужасом впившись взглядом в свое отражение: прическа, над которой мать с горничной трудились битый час, напоминала взрыв – пряди торчали в разные стороны, цепочка с голубыми сапфирами сползла и болталась на ухе, едва удерживаемая крохотным зажимом, а довершало шокирующий образ заплаканное лицо с покрасневшим кончиком носа и алыми, истерзанными поцелуями кузена губами.

— Теперь понятно, почему он назвал меня уродом, – Сирина судорожно всхлипнула и снова разразилась горючими слезами.

Гала кинулась к ней и обняла за плечи.

— Что случилось? Успокойся…

— Он назвал меня уродом!

— Кто назвал?

Сирина не ответила, а служанка благоразумно не стала настаивать, вместо этого подвела драконицу к кровати, усадила, позволив упереться себе в плечо, и молча гладила несчастную по спине. Через некоторое время рыдания начали стихать, а всхлипы все реже сотрясали тело подростка судорогами.

— Пойдем, помогу тебе умыться. Или ванну примешь? – прошептала Гала.

— Душ. И я сама разденусь, не провожай меня.

Сирине потребовалось не менее получаса, чтобы прийти в себя и немного успокоиться. В спальню она вернулась, укутанная в большое махровое полотенце и с разрумяненными от горячего пара щеками. Горничная помогла ей надеть сорочку, а потом уложила в постель, укрыв мягким одеялом.

— Не уходи, побудь со мной, – попросила Сирина. – Я хочу рассказать тебе, что произошло…

— Ты уверена? Может, лучше кому-нибудь другому? – засомневалась Гала.

— Уверена… мама не поймет, еще и отругает, скорее всего… а подруг у меня нет.

Брюнетка с сочувствием окинула худенькую девушку взглядом и присела на край кровати, приготовившись слушать.

— Может, герцог Нарнес сказал правду: его слова не предназначались для твоих ушей? – произнесла магиня, когда драконица закончила повествование.

— Я знаю, что не предназначались, но от этого мне не менее больно, – осипшим голосом ответила Сирина. – Он не хочет на мне жениться, я ему совсем не нравлюсь…

— Тебе пятнадцать! Ты в принципе не можешь сейчас заинтересовать взрослого мужчину. А про слова его забудь. До свадьбы, я так понимаю, еще уйма времени… и он изменит свое мнение, ведь ты очень красива!

Сирина горько усмехнулась:

— Я урод… Рыжий урод…

— А к Маалену ты как относишься? – сменила тему брюнетку.

— До этого вечера нормально, как к брату… – драконица поморщилась, вспомнив неприятный эпизод. – Меня чуть не стошнило, когда он засунул свой язык мне в рот, – она состроила смешную гримасу.

Гала захихикала:

— Ну, зато ты теперь знаешь, что это такое!

— Фу-у-у… – засмеялась Сирина. – Никогда больше не буду целоваться!

— Еще как будешь! Тут же главное с кем…

— А ты уже целовалась? – драконица заговорщицки понизила голос.

Брюнетка неуверенно улыбнулась и отвела взгляд, о чем-то ненадолго задумавшись.

— Да, целовалась. Он служит здесь… – наконец призналась она, не смотря на собеседницу.

— Ну расскажи подробнее… Кто он? Ты его любишь? – любопытство назойливым червячком засвербело в голове Сирины.

— Он дракон… – Гала помолчала. – И я его люблю.

Горничная не заметила, с какой грустью драконица посмотрела на нее и быстро постаралась спрятать разочарование. Сирина была еще очень молодой и неопытной, но даже она знала, что дракон и магиня несовместимы, у них никогда не будет потомства, да и брачного союза нормального заключить они не смогут, только инилин – ни к чему не обязывающий гражданский брак, но вслух своих сомнений драконица не озвучила, лишь улыбнулась в ответ на улыбку брюнетки.

— Уже поздно, – спохватилась Гала. – У тебя завтра помолвка, и тебе надо выспаться, чтобы прекрасно выглядеть! – притворно задорным тоном произнесла она.

— Да, – зевнула Сирина, – за ночь превращусь в красавицу, и герцог Нарнес свалится к моим ногам.

— Ну, может, и не за ночь, а превратишься, поверь мне.

Драконица потерла сонные глаза и повернулась на бок, невнятно прошептав:

— Спокойной ночи!

— Сладких снов! – также шепотом ответила горничная.

 

***

 

Подопечная уснула быстро. Гала еще не успела собрать всю одежду для чистки, как услышала мерное посапывание рыжеволосого подростка. Брюнетка умиленно улыбнулась, окинув спящую девушку взглядом: шелковые волосы той разметались по белоснежной подушке; худенькая рука едва заметно подрагивала, отбивая тонкими пальчиками одной ей известный ритм. Служанка глубоко вздохнула, потушила светильники, оставив лишь один маленький на тумбочке у кровати, и вышла из комнаты.

— Гала! Кого я вижу?! – услышала магиня удивленный возглас, едва успев переступить порог спальни. – Не знал, что тебя сюда послали… – русоволосый дракон с высоты своего немалого роста с интересом разглядывал горничную.

— Добрый вечер, Даран… Каанес, – поприветствовала брюнетка, проходя мимо охранников с корзиной, полной белья.

Русоволосый тронулся следом:

— Я провожу тебя, вдруг заблудишься…

— Благодарю, но не стоит беспокоиться, я прекрасно ориентируюсь в замке, – улыбнулась девушка.

— И все же я настаиваю… – шепотом произнес дракон, беря ее под руку.

Гала остановилась и кинула опасливый взгляд на оставшегося у дверей спальни драконицы стражника.

— Каанес, – догадавшись о чем переживает магиня, крикнул сослуживцу дракон, – я скоро вернусь, провожу девушку, она плохо знает дорогу…

— Иди, иди, – со смешком откликнулся темноволосый охранник.

Даран склонился в шутовском поклоне:

— После вас, леди.

Как только они свернули за угол, скрывшись от взгляда напарника Дарана, русоволосый молниеносным движением подхватил магиню на руки.

— Я соскучился, Галчонок, – прошептал он, уткнувшись носом в шею девушки чуть ниже ушка. – Куда ты исчезла? За что мучаешь своего дракона?

— Отпусти, ненормальный, – также шепотом ответила Гала, – вдруг кто-нибудь увидит!

Даран огляделся, а потом метнулся в ближайшее углубление перехода, не выпуская драгоценную ношу из рук.

— Галчонок… – протяжно проговорил он и впился в губы брюнетки своими.

Гала выронила корзину с бельем и обвила шею мужчины руками. Она отвечала на поцелуй со всей страстностью, тихонько постанывая и тая от его настойчивости. А Даран, не прерываясь, поставил ее на ноги, тут же прижав к стене, в то время, как его ладони, несколько раз порывисто сжав тонкую талию магини, начали свое путешествие вверх. Одну руку он расположил на ее спине, а другой – добрался до груди, легонько поглаживая упругую окружность и большим пальцем проводя по мгновенно затвердевшей бусинке соска.

— Даран, – Гала прервала поцелуй, – прекрати немедленно!

— Галчонок… – дракон навис над магиней, которая макушкой едва доставала ему до подбородка. – Когда ты позволишь мне большее? Ты же знаешь, как я тебя люблю…

Гала не ответила, лишь загадочно улыбнулась.

— Тогда еще один поцелуй, – с огорчением прошептал мужчина и запустил руку в волосы магини, несильно потянув назад, открывая тонкую шею, по которой провел языком от ямочки у основания, наполовину прикрытой белым накрахмаленным воротничком, до кончика уха. – Люблю тебя, – он вновь захватил уста девушки в плен, неистово терзая их.

Магиня застонала – голова привычно закружилась, а ноги предательски отказывались держать, что тут же почувствовал дракон и еще сильнее прижал девушку к себе, не прерывая поцелуя.

Они отрешились от времени и пространства, окунувшись в водоворот одурманивающих ощущений. Брюнетка опомнилась первой.

— Мне пора, – прошептала она, с усилием оторвавшись от губ мужчины и с сожалением посмотрев ему в глаза. – Еще полно дел.

— Пойдем, провожу – грустно улыбнулся дракон.

Возле прачечной в подвале замка Даран остановился:

— Когда у тебя выходной? – тихо спросил он.

— Послезавтра.

— У меня тоже. Может, погуляем по городу?

— Может быть… Иди, утром поговорим.

Дракон коротко поцеловал Галу в щеку и передал ей корзину, после чего отправился обратно, а девушка какое-то время постояла, смотря ему вслед, затем, тяжело вздохнув, толкнула дверь в оживленное помещение прачечной.

 

***

 

Разговор с королем после возвращения Валианса в кабинет все-таки принял нужное уму русло. И теперь он направлялся в свои покои, тихо насвистывая незамысловатую мелодию, удовлетворенный победой.

У себя в комнате герцог быстро разделся, ополоснулся в душе и в одних шелковых спальных штанах завалился на кровать, потушив сразу все шары-светильники хлопком в ладоши и перебирая в памяти события дня, как всегда делал перед сном.

Вспомнив о разговоре с Танарой, Валианс помрачнел. Однако, сам того не ожидая, он довольно быстро смирился с разрывом отношений с любовницей и уже воспринимал случившийся днем скандал не более, чем неприятным недоразумением. Главное, что удалось дракону, – он сумел добиться от брата включения в сделку дополнительных пунктов: теперь его ждало не просто звание наместника короля в восточной провинции, а целое герцогство со своим гербом, армией и, самое восхитительное, с флотом, верфью и портом. «Спасибо, тебе, Сирина Вивалес. Если бы не твой тщедушный вид, я бы никогда не достиг такого успеха!»

Валианс усмехнулся, подумав о рыжеволосой драконице. Но вмиг его настроение упало, когда перед внутренним взором возник образ лобзающего нареченную малолетнего дракона. Герцог до боли сжал кулаки и тяжело задышал: «Ничего, ты свое получишь!» Они с братом придумали, как устранить пылкого юнца вплоть до самой свадьбы и как оградить Сирину от подобных поползновений в будущем.

Прокручивая в голове сцену, герцог каким-то немыслимым образом стал представлять себя на месте подростка, словно наяву почувствовав чистый невинный вкус коралловых пухлые губы, дрожь худенького тела с тонкими запястьями и ладошками, упирающимися ему в грудь, и увидев испуганный взгляд огромных синие глаза, в которых стоят слезы.

Валианс рывком сел в постели. «Это что за дела?! – передернул он плечами. – Только на ребенка я еще не кидался…» Дракон ощутил отвращение к самому себе, но как ни старался, возбуждение, вызванное предательским воображением, не отступало. Он застонал от досады и рухнул на подушки, с силой ударив кулаком по матрацу и прерывисто задышав, пытаясь привести чувства в порядок, но все усилия были напрасны.

— Не иначе, «зов»! – изумленно прошептал герцог в темноту спальни, осененный внезапной догадкой.

Валианс с друзьями не раз обсуждали особую связь между истинными парами. Он точно не знал механизма, но из того, что слышал от женатых драконов, утверждающих, что испытали «зов» на себе, можно было сделать вывод, что драконицы каким-то образом умели посылать мужьям сигнал желания (произвольный либо спонтанный). Сопротивляться «зову» было невозможно, он лишал воли, от него напрочь сносились все барьеры, и уже ничто не могло удержать дракона от удовлетворения его тяги, а супруга становилась центром мироздания. «Зов» считался чем-то вроде физиологической защиты от измен в браке. Сам Валианс и многие его приятели в существование подобной связи не верили, даже посмеивались над утверждающими обратное, полагая, что это просто выдумки любителей древних преданий, не более. Но в тайне все драконы (и герцог не был исключением) мечтали испытать «зов» на себе и почувствовать страсть на грани безумия.

Валианс улыбнулся своим мыслям. Будущее предстало в радужном свете. Если то, что он ощутил, вспоминая целующуюся Сирину, лишь отголосок «зова» (а так оно и было, не мог же взрослый дракон в самом деле мечтать о малолетней), то их брак не такая уж и плохая идея!

 

ГЛАВА 10

 

Сирина проснулась сама. Из-за неплотно прикрытых розовых штор пробивался солнечный свет, делая комнату еще больше похожей на кукольную спаленку.

Драконица огляделась по сторонам. Она вчера забыла уточнить, как вызвать Галу, и теперь искала что-то похожее на звонок, но, так ничего подходящего не обнаружив, решила заняться утренним туалетом самостоятельно.

Через четверть часа ситуация не изменилась: никто о Сирине не вспомнил, и все, что ей оставалось – смиренно ждать. Благо что вид из окна на парк и небольшое озеро хоть немного помогал отрешиться от чувства одиночества.

Драконица не привыкла праздно проводить время. Дома ей приходилось чуть ли не с самого рассвета приступать к работе, а сейчас было уже восемь часов утра, но создавалось впечатление, что обитатели замка продолжали спать, так как снаружи, ни с улицы, ни из коридора, не доносилось ни единого звука. «Надо все-таки попробовать исследовать территорию, – мысленно начала планировать девушка. – Когда еще удастся здесь побывать?!»

— Ты уже встала? – Гала вошла в комнату с корзиной чистого белья.

— Да, давно, – Сирина обрадовалась магине. – Я не знала, как тебе сообщить.

— Варианта два, – усмехнулась брюнетка. – Первый – выглядываешь за дверь и говоришь стражникам, они меня позовут.

— Но… – драконица растерялась, – охрану же только вечером герцог поставил.

— Тогда второй. Меня переселили в соседнюю комнату на время твоего пребывания в замке, – Гала головой кивнула налево. – Если понадобимся я или моя сменщица, просто постучи в стену.

— Сменщица?

— Ну да, я же не личная горничная, у меня и выходные бывают, – вновь усмехнулась магиня. – Завтра меня не будет, а тобой займется кто-то другой.

— Ясно. Завтра и меня, надеюсь, здесь не будет…

— Это вряд ли… – Гала деловито прошествовала мимо Сирины в гардеробную. – Чем планируешь заняться? – крикнула она оттуда.

— Хотела погулять, окрестности посмотреть, может, полетать… Ты, кстати, не знаешь, где здесь есть малопосещаемая посадочная площадка?

— Нет, – горничная зашла обратно в спальню с задумчивым видом. – Сейчас спрошу у охранников, они наверняка подскажут.

Галы отсутствовала несколько минут, а когда вернулась, радостно сообщила:

— Если ты позавтракаешь до десяти, то Даран нас проводит.

— Даран?

Горничная смутилась:

— Я тебе вчера рассказывала про него…

— А… Понятно! – Сирина хитро прищурила глаза. – Тогда давай скорее завтракать!

Магиня принесла кашу, мед, хлеб с маслом и чай, присоединиться отказалась, объяснив, что прислуга трапезничает на кухне и она сыта, а Сирину побранила за подобные предложения: не следует служанке принимать пищу вместе с госпожой. На что драконица лишь фыркнула.

В обозначенное время Сирина, одетая в шерстяное платье бордового цвета, Гала и охранник направились к посадочной площадке. Добираться пришлось довольно долго: сначала петляли по узким дорожкам внутреннего сада, затем через одну из главных башен вышли с обратной стороны замка и углубились в парк.

— Ты запоминаешь дорогу? – встревожилась Гала. – Я не смогу с тобой остаться.

Сирина неуверенно кивнула.

— Ничего сложного, – увидев замешательство драконицы, поспешил успокоить сопровождающий девушек мужчина. – Мы сейчас находимся в северо-западной части, ваши покои, госпожа, на юго-востоке. Замок имеет форму квадрата с главными башнями по сторонам света. Когда будете возвращаться, смотрите на них.

Драконица благодарно улыбнулась. Представителей ее расы учили ориентироваться на местности чуть ли ни с рождения, и они могли это сделать в любую погоду, тем более в такой ясный и солнечный день, когда на небе ни облачка.

Вскоре группа обогнула вереницу хозяйственных построек, около которых стояло множество телег с провизией и суетились служащие, затем дорога углубилась в лес, а через несколько минут Даран вывел девушек на округлую мощеную плоским камнем площадку.

— Здесь редко кто бывает в это время, – пояснил он. – Это место для работников, а они все уже давно на службе или улетели к себе домой, так что вас здесь не побеспокоят.

Сирина поблагодарила дракона и магиню, а как только те скрылись в лесу, «обернулась» и расправила крылья. Она попыталась взлететь: оторвалась на несколько метров и уже решила, что у нее получилось, как страх снова взял верх, и девушка рухнула на землю, больно ударившись о каменную поверхность. «Я никогда не смогу!» – с отчаянием подумала Сирина. – Не стоит даже и пытаться!» И только она собралась «обернуться» в человеческий облик, как услышала над головой гул рассекающих воздух крыльев, и не успела опомниться, как ее схватили четыре огромные лапы и подняли вверх.

Драконица в ужасе завизжала. Магам на земле этот звук напомнил бы рев сотен труб, раздающихся одновременно, и лишь соплеменники Сирины слышали его как тонкий девичий крик, с улыбками наблюдая за стремительно поднимающимся ввысь рубиновым драконом, держащим в лапах лазурную малютку.

«Рыжик, успокойся, не ори и открой глаза», – услышала у себя в голове слова герцога Нарнеса обезумевшая от страха драконица. Она отрицательно помотала мордочкой, но затем все же решилась взглянуть вниз. Они летели настолько высоко, что замок казался игрушечным домиком, а земля представляла собой беспорядочную мозаику из разноцветных геометрических фигур.

Сирина мертвой хваткой вцепилась в лапы герцога и мысленно затараторила: «Не отпускай меня, только не отпускай, прошу тебя!»

«Не отпущу, не бойся! Расправь крылья, – послал ответный сигнал Валианс, – почувствуй ветер».

«Ты не бросишь?»

«Нет. Пока ты сама не захочешь, я буду тебя держать».

Сирина с опаской медленно начала расправлять крылья, а герцог тем временем аккуратно переставил передние лапы ниже ей под брюшко, давая возможность осуществить задуманное, задними же крепко держал за бедра.

«Планируй!».

Драконица долго не могла подстроиться под воздушный поток, бешено бьющий им прямо в морды, а когда ей это все же удалось, даже попыталась изменить направление полета, не обращая внимания на то, что Валианс уже практически не держал ее, лишь немного страховал.

«Ну все, пора. Лети!» – произнес он и в следующую секунду полностью разжал лапы.

«Ай-ай-ай!» – завизжала Сирина вновь, но, как ни странно, стремительного падения на землю не случилось – крылья уверенно удержали на весу, и через пару секунд девушка смогла ими управлять в полной мере.

«Это потрясающе!» – мысленно прокричала она.

«Надо возвращаться, на первый раз достаточно, мы уже слишком далеко от замка», – встревожился Валианс.

«Я летаю! – проигнорировала беспокойство Сирина. – Догоняй!»

«Рыжик, устанешь, я тебя обратно не понесу», – усмехнулся герцог.

Драконица повернула к рубиновому обиженную мордочку, но так как летел он чуть выше, ее пришлось задрать, результатом чего стало пике с закруткой хвостом вниз. Сирина вновь испуганно завизжала.

«Не складывай крылья!» – крикнул Валианс, снижаясь, чтобы при необходимости прийти девушке на помощь. Однако она, на удивление, справилась самостоятельно, расправив перепончатые крылышки снова выравниваясь:

«Ты прав, на сегодня достаточно».

Сирине пришлось разворачиваться по довольно большому радиусу, когда как Валианс сделал это в один прием, и уже скоро драконы зависли над центральной посадочной площадкой. Герцог показал необходимые для приземления движения, драконица старательно повторила и благополучно коснулась земли сразу четырьмя лапами.

— Спасибо! Спасибо! – Сирина вернула себе человеческий облик и кинулась к мужчине с детской непосредственностью, но на полпути спохватилась и замерла в нерешительности.

— Не за что, Рыжик! – усмехнулся Валианс. – Тренируйся почаще, только пока не поднимайся слишком высоко.

Герцог проводил девушку к главному входу в замок, который оказался совсем рядом с местом приземления, показал направление расположения ее покоев и простился до вечера. А Сирина вприпрыжку помчалась в свою комнату, где ее поджидала мать, по выражению лица которой можно было без труда догадаться: Рэнза в бешенстве.

— Мама, я тебе такое расскажу… – начала юная драконица, понадеявшись, что гнев баронессы направлен не на нее.

— Где ты была? – грубо прервала ее родительница.

— Полетам тренировалась…

— Я битый час тебя ищу, твоя горничная молчит…

Сирина перевела взгляд на застывшую в углу комнаты с понуро опущенной головой Галу.

— Переоденься. Что бы я ни делала, ты выглядишь, как ощипанный цыпленок! – Рэнза подошла к дочери и с силой дернула ее за прядку растрепавшихся волос. – Ты никогда не выйдешь замуж за достойного дракона, если так и будешь себя вести! Где это видано, чтобы молодая аристократка болталась одна по замку?! Да еще в таком виде!

Сирина поджала губы, молча выслушивая гневную отповедь баронессы и мечтая, чтобы та поскорее ушла. Желание рассказывать матери о своем первом полете и о том, кто ее научил, бесследно исчезло.

— Обедать будешь у меня, а до этого из комнаты ни ногой! И приведи себя в порядок, – с этими словами Рэнза покинула покои дочери, громко хлопнув дверью.

— Она всегда такая? – шепотом осведомилась Гала, когда девушки остались одни.

— Нет, обычно я так ее не раздражаю… – растерялась Сирина. – Может, что-то случилось?

— Я знаю, что случилось… Об этом все судачат… – горничная старательно прятала взгляд, продолжив с сочувствующим выражением лица. – Вчера король с герцогом сильно повздорили из-за тебя…

— Так ведь я об их ссоре тебе еще вечером рассказала, – Сирина пожала плечами, как бы говоря, что для нее это не новость. – Но сегодня Валианс меня научил летать! Ты понимаешь?! Я теперь могу летать!

— То, что ты рассказала вчера – полбеды. После того как Его Светлость отвел тебя сюда, они продолжили разговор, и герцог… В общем, он так кричал на Его Величество… сказал, что ему полкоролевства не хватит, чтобы забыть о твоем… облике. Прости.

— Ясно… Что ж, я тоже не горю желанием выходить за него замуж… – Сирина старалась не показать голосом, насколько слова магини ее сильно задели. – Говоришь, все об этом знают?

— Не то чтобы все… Некоторые слуги шептались…

Драконица устало опустилась в кресло и закрыла лицо руками. За эти еще не полных два дня она услышала о себе так много нелицеприятного: и что некрасива, и что недостойна стать женой высокородного дракона, что даже сама начала в это верить. Однако она никак не могла заставить себя думать о женихе плохо – он спас ее от приставаний кузена, научил летать и, в конце концов, просил не принимать случившееся в кабинете близко к сердцу.

— Знаешь, мне все равно, кто и что говорит, – начала Сирина. – Валианс сказал, чтобы я не воспринимала его речь буквально, и я собираюсь так и поступить… Ты лучше расскажи о Даране, – поспешила она перевести разговор на другую тему. – Мне он показался неплохим драконом.

Гала заулыбалась:

— Нечего особо рассказывать… Он служит здесь в охране около трех лет. Сам откуда-то с севера…

— Вы строите планы?

— Пока нет. Но я думаю, он предложит мне инилин.

— И ты согласишься? – Сирина постаралась скрыть свое негативное отношение к данному виду связи, но у нее это плохо получилось.

— Наверное, – неуверенно прошептала Гала в ответ.

— Прости, я не в праве давать советы, но инилин… это же…

— Я знаю, – перебила драконицу магиня. – Конечно, это не то, о чем я мечтала, но… он мне очень нравится… я люблю его, понимаешь?

Сирина грустно улыбнулась, не представляя себя на месте Галы и что когда-нибудь к кому-нибудь станет испытывать чувства, способные заставить пойти на нарушение норм приличий, тем более на связь заведомо без детей и обязательств, но переубеждать магиню не стала, вместо этого тихо произнесла:

— Я рада за тебя.

 

***

После молчаливого обеда в обществе матери Сирина вплоть до вечернего торжества оставалась у себя в комнате, как и велела Рэнза. Они с магиней проверили состояние платья, которое предстояло надеть, затем долго беседовали обо всем на свете, стараясь, правда, избегать неприятных для обеих тем. Договорились, что будут считать друг друга подругами, которых никогда ни у той, ни у другой, как оказалось, не было. А примерно за час до назначенного времени приступили к сборам.

На этот раз делать высокую прическу Сирина наотрез отказалась, мотивировав тем, что хоть она и «урод», но принимать решения насчет своего внешнего вида впредь собиралась самостоятельно. В итоге мать застала дочь в голубом шелковом платье под горло с длинными рукавами, до талии обтянувшем худенькое тело девушки, как вторая кожа, и с распущенными волосами, лишь слегка приподнятыми у висков и зажатыми крошечными заколками с сапфирами.

Рэнза скривилась, не оценив по достоинству облик молодой драконицы, но комментировать не стала, видимо рассудив, что костлявость той все равно ничем исправить не получится. А вскоре за ними зашел Нистан.

Церемония помолвки предстояла грандиозная. Семейство Вивалесов проводили в Большую трапезную, где к тому моменту были накрыты множество столов, а по залу прохаживались в большом количестве богато одетые гости.

Сирина держалась ближе к матери. Маалена, с мрачным видом взиравшего на нее из-под бровей, она старательно игнорировала, хотя он и сделал несколько попыток заговорить. Как и прошлым вечером, все ждали короля, и тот не замедлил появиться ровно в назначенный час.

Ужин прошел быстро, а после него церемониймейстер пригласил гостей в бальный зал, и как только был объявлен первый танце, практически все драконы разобрались по парам.

Сирину никто не пригласил, да она бы и не пошла –  девушка, хоть мать и сумела показать ей несколько танцевальных композиций, принятых при дворе, все же не практиковалась и не чувствовала себя уверенно. Зато ее жених себе ни в чем не отказывал, кружа по залу вот уже третью, как заметила драконица, шикарно одетую партнершу.

Наконец король попросил внимания собравшихся. Драконы разом замолчали, рассредоточившись по периметру зала, а монарх подошел к Сирине и вывел ее на середину, жестом пригласив герцога Нарнеса присоединиться к ним.

Вдоль рядов гостей прошли несколько слуг, предлагая бокалы с игристым вином. Такие же взяли себе король с Валиансом (Сирине не предложили). И когда основная масса приглашенных уже держала в руках шипящий напиток, Его Величество громко произнес:

— Дамы и господа! Мы собрались сегодня, чтобы отметить замечательнейшее событие. Мой брат, герцог Валианс Нарнес, объявляет о своей помолвке с дочерью барона Камаса Вивалеса – Сириной Вивалес! Прошу поднять бокалы и поздравить пару.

Толпа воодушевленно загудела. Жених взял Сирину за руку, а она, залившись румянцем, низко склонила голову.

— Кроме того, – важно продолжил Его Величество, – с завтрашнего дня герцог Нарнес приобретает новый статус. К нему во владение отходит восточная провинция, в которой упраздняется пост наместника и утверждается герцогство. Прошу поздравить моего брата и с этим приобретением!

Гул усилился. Понять, положительно ли подданные отнеслись к новостям, было сложно, да Сирина и не пыталась это выяснить, так и продолжила стоять, смотря в пол и держа дрожащую ладошку в руке жениха. К ним по очереди стали подходить аристократы и произносить замысловатые поздравления. Справиться с волнением у юной драконицы долго не получалось, и она буквально заставляла себя отвечать на приветствия с благодарностью, совсем не запоминая ни лиц, ни фамилий, ни титулов – драконы для нее превратились в нескончаемый поток, и единственным желанием было, чтобы все поскорее закончилось, и она смогла вернуться к себе в комнату, но один подход гостя, точнее, гостьи, Сирине все же не удалось оставить без внимания.

— Герцог, поздравляю вас! – раздался низкий томный голос.

— Благодарю, графиня, – сухо ответил Валианс.

— Ваша невеста обворожительна. Вы прекрасно смотритесь вместе, – продолжила незнакомка с затаенным смешком. – Даже не представляю, что вы могли бы сделать более удачный выбор!

Сирина подняла взгляд на говорившую, оказавшуюся роскошной брюнеткой в алом платье, подчеркивающем ее соблазнительные формы. Тонкие изогнутые брови драконицы были кокетливо приподняты, а пухлые губы сложены в холодную улыбку.

Валианс сильнее сжал ладошку невесты:

— Позволь представить мою… эм подругу – графиню Танару Санар.

— Очень приятно, – прошептала с робкой улыбкой Сирина.

— Она еще и скромна и так мило смущается, – растягивая слова, произнесла графиня, обдав новоявленную невесту герцога огнем карих глаз. – Полагаю, вы…

— Достаточно, Танара, – грубо прервал драконицу Валианс. – Мы признательны тебе за поздравления, а сейчас, будь добра, позволь и другим желающим высказать их…

— Конечно, все, что захочешь… мы же друзья… эм, давние, – с улыбкой проворковала брюнетка, а затем, покачивая бедрами, подошла к герцогу вплотную и, не обращая внимания ни на Сирину, ни на ожидающих рядом и слышавших весь разговор свидетелей сцены, положила руку Валиансу на плечо и, смахнув несуществующие пылинки, с придыханием прошептала. – Надеюсь, мы с тобой еще сегодня побеседуем... по-дружески.

Герцог убрал руку графини со своего плеча, гневно прожигая ее глазами.

— Думаю, что не стоит, – прошипел он сквозь зубы, после чего отвернулся к следующему аристократу в очереди.

Танара, улыбаясь и ничуть не переживая из-за выходки, которую только что устроила у всех на глазах, медленно отошла в сторону. А Сирина снова опустила голову. «Я рыжий урод, и у моего жениха есть любовница, которая об этом только что принародно объявила. Кому еще так могло повезти в жизни?!» – с иронией подумала она, догадавшись, что этих двоих связывают совсем не дружеские отношения, но вслух ничего произносить не стала, покорно дождалась окончания церемонии поздравления, затем, вырвав ладошку из руки Валианса, быстрым шагом направилась к выходу из зала. Умом девушка понимала, что герцог намного старше ее и у него могли быть связи с женщинами, но Сирина была драконом, а если дракон что-то или кого-то посчитал своим, то делиться ни с кем никогда не будет, и юная драконица не была исключением!

 

***

 

Валианс с мрачным видом провожал взглядом удаляющуюся невесту. От досады он готов был рвать и метать. Сирина не должна была видеть Танару, не должна была навоображать себе, что его сердце занято, а ее будущий удел – смиренно сносить измены мужа. Наверняка юная драконица не страдала излишними иллюзиями насчет воздержанного образа жизни жениха до нее, да и понимала, что до свадьбы вряд ли бы он вел подобный, но одно дело догадываться, совсем другое – столкнуться с любовницей на собственной помолвке и быть униженной ею у всех на глазах. И какие теперь мысли бродили в голове нареченной, одним Богам известно, но то, как она вырвала руку, едва дождавшись окончания поздравительной части, как ушла, даже не сказав дракону ни единого слова, говорило само за себя и могло сильно нарушить его планы. А этого Валианс допустить никак не мог, оттого стал искать глазами Рэнзу Вивалес, чтобы убедить ту ни в коем случае не поддаваться на уговоры дочери отменить помолвку, иначе плакало его герцогство и корабли с верфями тоже.

 

ГЛАВА 11

 

Сирина со страхом переступила порог кабинета Его Величества и робко воззрилась на монарха, восседавшего за большим массивным письменным столом из инкрустированного золотом красного дерева. От волнения драконица забыла и об установке, данной самой себе накануне вечером, и о принятом решении. 

— Доброе утро, – поприветствовал ее Вааламир II.

— Доброе утро, Ваше Величество! – выдохнула девушка и присела в реверансе. – Милорд! – она сделала книксен герцогу Нарнесу, развалившемуся в большом кожаном кресле недалеко от брата. – Дядя! – кивнула Нистану Вивалесу, пристроившемуся на краешке деревянного стула у стены.

— Не будем откладывать, Сирина, – снова заговорил король и жестом указал на открытую папку на краю стола, рядом с которой лежало перо и стояла золотая чернильница. – Валианс и твой дядя уже подписали соглашение, теперь очередь за тобой.

Девушка опустила взгляд и задрожала. То, что она задумала – с рук ей не сойдет! Однако смалодушничать драконица боялась еще больше.

— Ваше Величество, я не стану подписывать соглашение, – тихим голосом, но твердо проговорила она.

Вааламир II удивленно приподнял брови.

— Тебя что-то не устраивает в тексте? – с недоумением поинтересовался он.

— Я не читала текст, Ваше Величество. Я не стану подписывать, потому что не хочу выходить замуж за герцога Нарнеса, – Сирина услышала, как за спиной ахнула мать; увидела, как резко вскочил со своего места и отошел к окну герцог; как побледнел и округлил глаза дядя. Лишь король бесстрастно смотрел на нее, барабаня пальцами по столу.

— Объяснишь причину? – после довольно продолжительной паузы спросил он.

— Я предпочитаю не отвечать на этот вопрос, Ваше Величество, – девушка залилась румянцем.

— Понятно… – прошептал Вааламир II. Он несколько секунд ничего не говорил, затем произнес, добавляя в голос стали. – Ты же в курсе, Сирина, что на ваше с матерью путешествие сюда, подготовку и проведение помолвки мы потратили значительную сумму.

— Да, Ваше Величество, но я смогу отдать вам все деньги, не сразу, конечно, но я могу зарабатывать, у меня дар… – затараторила драконица.

— Я знаю о твоем даре, – перебил ее монарх, – но ты уже достаточно взрослая, чтобы понять: на то, чтобы вернуть потраченную сумму, тебе потребуется несколько лет, – он окинул Сирину нечитаемым взглядом и продолжил со вздохом. – А я хотел предложить тебе оплатить учебу в пансионе для девиц. Ты, наверное, знаешь какие там прекрасные условия, полное содержание, подругами бы обзавелась…

— Благодарю, Ваше Величество, но ничего этого не нужно… – Сирина бросила быстрый взгляд на Валианса, который к тому моменту развернулся к ней лицом и с задумчивым видом смотрел на несостоявшуюся невесту, сложив руки на груди. – А деньги я постараюсь вернуть как можно быстрее, вы только скажите, какая точно нужна сумма… И платья я не все успела надеть, можно еще продать, и украшения тоже…

— Ваше Величество, позвольте мне переговорить с дочерью, – Рэнза, вероятно, успела прийти в себя от шока, вызванного демаршем юной драконицы.

— Мама, я не подпишу соглашение, нет смысла ни о чем разговаривать, – поторопилась опередить короля юная драконица.

— Я настаиваю, – прошипела баронесса, вплотную приблизившись к ней и хватая за локоть, после чего, не дожидаясь разрешения монарха, вытащила Сирину в приемную, плотно закрыв за собой дверь. – Ты что творишь?! Немедленно вернись и подпиши!

Девушка отрицательно помотала головой, боясь даже глаза поднять на мать.

— Да как ты смеешь?! Я решаю, когда и за кого тебе выходить замуж!

— Если бы это было так, моей подписи бы не потребовалось, – парировала Сирина.

— Ах ты! – мать размахнулась и с силой ударила девушку ладонью по щеке. Потом, видимо, сообразила, что натворила, спохватилась, попыталась обнять дочь, но та отпрянула от нее, как от огня, заливаясь слезами от боли и обиды.

В это время из двери кабинета показался Валианс.

— Иди к себе, – сказал он, пристально смотря на дрожащую в ужасе от поступка матери Сирину. – Баронесса, а вы вернитесь обратно в кабинет, – дождался, когда за Рэнзой закроется дверь, и мягким тоном произнес. – Ну что стоишь?

— Милорд, простите меня, но я не могу стать вашей женой, – прошептала драконица, утирая слезы. – Это неправильно, вы и сами не хотите, я знаю…

— Сирина, тебе нужно успокоиться и обо всем хорошо подумать. Не спеши, я дам тебе время. Отдохни, а ответ дашь завтра. Договорились?

Девушка неуверенно кивнула, развернулась и с опущенной головой побрела к себе в покои, ждать мать с очередной отповедью. Но, как ни странно, Рэнза за весь оставшийся день не появлялась, а Сирина никуда выходить не захотела, так и просидела у себя в розовой комнате, изредка любуясь на парк и озеро за окном.

 

***

 

Вечером Валианс без предупреждения залетел к Танаре Санар. Любовница расплылась в понимающей улыбке, но скоро сменила выражение лица, когда он объявил, что появился лишь для того, чтобы окончательно поставить точку в их отношениях. Драконица сначала восприняла новость с издевкой, намекая, что герцог еще не раз придет к ней, когда устанет от своей тощей жены, потом она плакала и просила прощения за выходку на помолвке, но, когда слезы не помогли, перешла к угрозам и проклятьям.

Валианс покинул дом когда-то желанной женщины с внутренним облегчением, и перед сном сидя в своей гостиной в одиночестве и отпивая маленькими глотками молодое красное вино из бокала, спокойно вспоминал прошедший день.

После ухода Сирины ее мать и дядя кинулись наперебой извиняться за неразумное поведение молодой драконицы. Долго слушать их излияния герцог не пожелал, попросил оставить девушку в покое, сославшись на то, что она обещала дать окончательный ответ лишь на следующий день, и потенциальные родственники удалились, оставив короля наедине с братом.

— Ну и что ты натворил, что даже юное создание бежит от тебя без оглядки? – с издевкой начал разговор Вааламир.

— Да так, недоразумение вышло… – пожав плечами, ответил младший дракон.

— Ты графиню «недоразумением» называешь?

— Угу, – отозвался Валианс, поудобнее устраиваясь в кресле.

— Что планируешь делать? Я не могу заставить девушку дать согласие. Хоть это и формальность, но я обязан ее соблюсти. Надеюсь, это ты понимаешь?

— Понимаю… Все как-то одно к одному: и нашу с тобой… эм… беседу Сирина слышала, и Танара не вовремя появилась…

— Графиня Санар, полагаю, не просто так устроила сцену?

— Все уже в прошлом, – коротко ответил герцог.

— Так поговори с Сириной, объясни.

— Бесполезно! Она хоть и маленькая, но все же драконица, а ты знаешь женщин нашей расы, если что вобьют себе в голову…

Король усмехнулся:

— Это точно. Только осознание факта делу не поможет. Может, все-таки поговоришь с девочкой, должна же она понять, что ты взрослый дракон и вряд ли до нее…

— Вааламир, ты меня удивляешь! Неужели думаешь, что она ревнует? Дело не в ревности, а в чувстве собственного достоинства. Посуди сам, кто бы выдержал такое: сначала я называю ее уродом, потом Танара насмехается при всех…

— Значит, завтра будет отрицательный ответ, – резюмировал король.

— Думаю, да.

— И тебя это не волнует? Ты так спокойно об этом говоришь? А как же твое возлюбленное герцогство? Может, все же попробуешь переубедить девушку?

— Нет. А герцогство… – Валианс пожал плечами, – значит, не судьба. Поеду туда наместником, если пошлешь, – он помолчал. – Ты лучше расскажи, как дела у Миары?

Стоило брату упомянуть супругу монарха, как суровые черты его лица моментально разгладились, и на нем расплылась довольная улыбка:

— Миара три дня не выходила из спальни, а сегодня заявила, что рожать в ближайшие дни не намерена, и требует от меня прогулки по саду. Можешь составить нам компанию, мы пойдем после обеда.

— Подумаю. Она так и не согласилась узнать у целителя пол ребенка?

— Нет. Говорит, что хочет сюрприз, – усмехнулся Вааламир.

Вспоминая беседу с братом, Валианс улыбался. Разговор о Миаре теплом отозвался в его сердце. Он любил светловолосую драконицу, как сестру, и она отвечала ему взаимностью. Добрая, чуткая, отзывчивая, понимающая… Герцог даже завидовал брату, мечтал однажды встретить похожую женщину, но…

— Милорд, Ваша Светлость, – в комнату без стука ворвался Буссен, – королева родила… сына! Наследник родился!

Розыгрыши
и конкурсы
Эксклюзивные
предложения
Только интересные
книги
Скидки и подарки
постоянным покупателям