0
Корзина пуста
Войти | Регистрация

Добро пожаловать на Книгоман!

Или войдите через:


Новый покупатель?
Зарегистрироваться
Главная » Время все решит за нас » Отрывок из книги «Время все решит за нас»

Отрывок из книги «Время все решит за нас»

Автор: Рубцова Марина

Исключительными правами на произведение «Время все решит за нас» обладает автор — Рубцова Марина . Copyright © Рубцова Марина

Глава 1. Полоса невезения

— Папа умер, — подавленно произнесла в трубку Мышка и зарыдала.

Я присела на высокий стул у барной стойки, не зная, что сказать, как утешить младшую сестренку. Мне стало безумно жаль ее, зная, как сильно она любила своего отца, как была к нему привязана. Однако смерть Виктора лично для меня стала скорее облегчением, чем трагедией. За долгие годы не услышала от него ни одного ласкового слова в свой адрес, а лишь нескончаемый поток упреков, оскорблений и обвинений во всех бедах. Будто бы я виновата, что в какой-то момент он потерял работу и начал пить. Разве есть моя вина в том, что Виктор не приходится мне биологическим отцом? Вернее в нынешней ситуации стоит сказать «не приходился». В памяти, будто нарочно, всплыли обидные слова отчима, когда напиваясь, он неустанно кричал:

— Что ты вечно под ногами путаешься, тупая овца?! Если бы не твоя мать, давно бы вышвырнул тебя из дома!

Каждый раз, слыша оскорбления из его уст, я закрывалась в комнате и рыдала в подушку. Обида рвала душу, ведь я ничего плохого не сделала этому человеку. Однако в его глазах всегда была ничтожеством, которое можно без причины унижать и втаптывать в грязь.

— Рит, чего молчишь? — Мышка вырвала меня из лап неприятных воспоминаний.

— Прости, задумалась. Как это случилось?

— Упал на стройке с лесов, — она шмыгнула носом. — Ты придешь? Ты нужна нам… Маме плохо стало. Пришлось «скорую» вызвать. Ей сделали укол успокоительного, но я боюсь за нее, Рита.

— Боже… Держитесь там, ладно? Я скоро буду, — пообещала я и, сбросив вызов, направилась к столику, где сидел хозяин закусочной.

В «Мирославе» я проработала три года. Сначала была официанткой, теперь администратором. Сотников хоть и требовательный начальник, но всегда относился к работникам с пониманием. Он без проблем отпустил меня домой.

 

Тротуары запорошило первым ноябрьским снегом, который выпал совсем некстати. Хоть каблуки на сапогах и удобные, но вряд ли позволят устоять, если я поскользнусь и начну падать. Только деваться некуда. Не на такси же пару остановок ехать. На улице стемнело пока я, словно черепаха, добралась до дома. Взгляд сразу выхватил у двери подъезда под тусклым светом лампочки двоих мужчин в темной одежде и капюшонах, которые по очереди выпускали струйки сигаретного дыма. Когда я начала подниматься по ступеням, они синхронно выбросили окурки и развернулись в мою сторону, будто ждали меня. Страх кольнул в груди и вынудил ускорить шаг. Я достала из кармана пальто ключи, но не успела ими воспользоваться. Один из мужчин уцепился за мой локоть и подтянул к себе.

— Ты, это… дочь Виктора?

— Он мне не отец! — злобно произнесла я, дернув рукой.

— Куда это мы собрались? — процедил сквозь зубы незнакомец. — Заорешь, распорю живот. 

Справа раздался смешок. Я опустила взгляд и увидела нож. Внутри будто что-то оборвалось, сжалось. Сердце дрогнуло.

В этот миг пикнул домофон, и со скрипом открылась подъездная дверь. Воспользовавшись моментом, я ударила в пах типа, что наставлял на меня нож, и бросилась вниз по ступеням. Можно было не оборачиваться, чтобы понять — один из них ринулся следом. Я слышала шаги за спиной, которые стремительно приближались, и понимала — ускользнуть вряд ли получится. Виктор даже после смерти продолжал издеваться надо мной. Зачем он подослал ко мне этих уголовников?! Чтобы забрать с собой на тот свет? А черта с два!

Страх за свою жизнь гнал вперед. Глотая ртом холодный воздух, я бежала, пока были силы, однако вскоре мне понадобилась передышка. Пришлось остановиться и отдышаться. Как только я это сделала, бандюган тут же нагнал меня. Я не растерялась и со всего размаха ударила его сумкой. Один раз, второй, третий. Когда он упал, появилась возможность оторваться. Только я не рассчитывала на то, что этот урод схватит меня за щиколотку и повалит на асфальт. Рухнув на живот, я больно ударилась грудью и вскрикнула.

— Попалась, с*ка! — заорал голос позади.

Бандит перевернул меня на спину и, заскочив верхом, прижал к холодному тротуару. Я махала руками, пытаясь отбиться. Кажется, заехала ему пару раз по лицу.

— Ах ты, тварь! — взвыл он. — Я ща твое хлебало на лоскуты порежу!

Не знаю, откуда в его руке появился ножик. Лезвие тут же оказалось у моего лица. По телу прошла неприятная колючая дрожь, и я замерла. Как назло прохожие точно вымерли. Либо обходили стороной, боясь лезть в эпицентр опасности, либо я оказалась не в том месте и не в то время. Надеяться осталось только на себя.

— Что вам надо? — хрип вырвался из горла. Я не узнавала свой голос.

— Бабки, которые нам задолжал твой папаша.

— Я же сказала, он мне не отец.

— А мне побоку, кем он там тебе приходился. Этот мудак сдох, а твоя мамаша не в том состоянии, чтобы сейчас бабло искать. Сестричка даже звать ее не стала. Так что ты ответственная за это, поняла?! Или нам все-таки стоит потревожить маман?

Он вдавил лезвие мне в щеку. Ужас затаился в груди. На меня еще никогда не наставляли нож. Это так страшно, когда понимаешь, что твоя жизнь зависит от прихоти какого-то ничтожества.

— Я достану деньги!

— Во-о, — зло улыбаясь, протянул бандит, — другой разговор. Это мне нравится, детка. У тебя пара месяцев, чтоб найти бабки, или мы навестим твоих родственничков. Сто тысяч, поняла?

Озвученная сумма повергла меня в шок.

— У меня нет таких денег...

— Ты фуфло-то не гони, а то Хмурый тебя в асфальт закатает. С ним лучше не спорить.   

Бандит убрал нож и слез с меня. Откуда-то появился второй уголовник. Наклонился надо мной, улыбаясь во весь рот.

— Попалась, овца?

Он яростно пнул меня в бок. Я дернулась, из глаз брызнули слезы.

— Полегче, Хмурый! Телка нужна живой.

 Когда боль отпустила, я поднялась и взяла с асфальта сумку. Отряхнув пальто от снега, дернула за концы выбившегося из-под ворота шарфа. Затем сунула замерзшие руки в карманы.

— Короче, — начал Хмурый, размахивая полоской стали перед моим лицом, — даю два месяца, чтобы собрать бабки. Или лично отправлю тебя вслед за Витькой. А потом переключусь на твою сестренку.

— Даже не смей приближаться к моей сестре! — зло произнесла я, и страх куда-то отступил, когда заговорили о Машке. — Я достану деньги. Не знаю как, но достану.

— Сто тыщ, — напомнил Хмурый. — А пойдешь в полицию, твоя маленькая Мышка подохнет от когтей большого и страшного кота. Поняла?

— Да, — закивала я, дрожа всем телом.    

— Раз поняла, вали отсюда, че стоишь? Я позвоню.

Хмурый плюнул в мою сторону и пошел прочь. Следом за ним и второй бандит. Я стояла неподвижно, скованная шоком, и смотрела им в спины. Меня до сих пор трясло. И только когда силуэты скрылись за поворотом, я очнулась от потрясения и попыталась переварить информацию. Дело было плохо. Всего два месяца на то, чтобы раздобыть сто тысяч рублей. Спасибо тебе, Виктор Анатольевич! Век тебя не забуду.

Но как же быть? Где искать деньги? Маме рассказать не могу. Незачем ей лишние переживания. Она без того убита горем от смерти мужа. Первое, что пришло в голову — попросить в долг у хозяина «Мирославы». Сотников не раз выручал меня деньгами, но сейчас другой случай, да и сумма немаленькая. Вынув из сумочки слайдер, я дрожащими пальцами отыскала его номер и позвонила.

— Да, — раздался звонкий голос.

— Родион Потапович, это… Рита… Одинцова, — голос подрагивал. — Понимаю, что о таких вещах… не говорят по телефону, но… мне очень нужна… ваша помощь.

— Что случилось? У тебя странный голос.

— Мне нужны деньги.

Я шмыгнула носом.  

— О какой сумме идет речь?

— Э-э-м-м… Тысяч тридцать-пятьдесят. Сколько есть. Я отработаю.

— Я бы рад, но… Нет. У меня сейчас у самого денежные проблемы. Да и отработать у тебя не получится.

— Это почему?

— Я банкрот. Не хотел сообщать до последнего, чтобы не огорчать, но раз у тебя такая ситуация… Подумал, ты должна знать. 

— Это ужасно… — я разочарованно поджала губы.  

Не зная, что делать и куда податься за помощью, я продолжала стоять на месте, уткнувшись взглядом в потухший экран телефона. Недаром говорят: «Беда не приходит одна».  

 

Глава 2. Бумеранг из прошлого

Я брела по полупустой улице, пытаясь игнорировать чувство опасности, которое все еще сверлило изнутри. Одинокие снежинки падали на ресницы и тут же таяли. Ветер сильными порывами неугомонно хлестал в лицо, отчего пощипывало щеки. На душе было паршиво. Голоса бандитов до сих пор звучали в голове, поэтому сердце судорожно сжималось. Произошедшее казалось невероятным, будто сцена из фильма. Хотелось разреветься, но я, как обычно, посильней прикусила губу, сдерживая рвущиеся слезы. Физическая боль помогает отвлечься и не позволяет эмоциям вырваться наружу.

Резкий сигнал автомобиля привел меня в чувство, заставив вздрогнуть. Вот растяпа! Не заметила, как стала переходить дорогу в неположенном месте. Наверное, со стороны я походила на одиноко идущего на запах плоти зомби. Перебежав дорогу, побрела по тротуару в сторону своего дома. Мысли, как назойливые мухи, лезли в голову, не давая покоя. Два месяца на то, чтобы выплатить долг отчима…

Услышав за спиной шаги, обернулась. На сердце отлегло, когда увидела мужскую фигуру в темном пальто. Похоже, у меня паранойя. Но с учетом произошедшего не стоит винить себя в излишней нервозности.

Ускорила шаг, сунула руки в карманы. Напряглась, как струна, которая готова была в любой момент лопнуть. Ветер неустанно дул в лицо, неистовые порывы начинали раздражать.

— Девушка, подождите! — выкрикнул мужчина и, нагнав меня, продолжил: — Вы шарфик обронили.

Я взяла кусок розовой ткани из его рук.

— Спасибо. Я и не заметила.

Тут меня словно хлыстом ударили. Это лицо... Оно казалось знакомым. Перед глазами калейдоскопом пронеслись яркие воспоминания: первая любовь, первый поцелуй, ночные свидания под луной и болезненное расставание.

— Максим? — выдала я.

Он посмотрел в мое лицо, нахмурив брови, будто впервые увидел. Но это практически так и есть. Два года назад я попала в аварию, и мне сделали небольшую пластическую операцию на лице. Годы без того изменили внешность, а тут еще старания пластических хирургов.

— Рита?.. Одинцова?! С трудом узнал. Богатой будешь. Ты так изменилась. Ну иди же сюда! — Саранский приблизился ко мне и сгреб в охапку.

Меня окутал пряный мужской аромат, смешанный с запахом сигарет. Так и не избавился от пагубной привычки, а ведь собирался. Я растерялась от такого приветствия. Отстранившись от Макса, повязала шарф, несколько раз обернув вокруг шеи, чтоб уж наверняка.

— Обалдеть, столько лет прошло! — воодушевленно воскликнул он, разглядывая меня. — Ты чего дрожишь? Замерзла?  

Я кивнула, но Макс не поверил.

— Да ты напугана. Что случилось, Рит?

— На меня только что напали. Отморозки какие-то. Не знаю, — я покачала головой, не понимая, зачем говорю ему все это.

Возможно, хотелось выговориться, а может, просто поделиться проблемами с бывшим возлюбленным. По позвоночнику пробежал холодок, когда я вспомнила наставленный на меня нож. И страх вернулся.

— Ты в порядке? Вот я дурак! Конечно же, ты не в порядке. Так, ладно. Пошли, расскажешь подробнее.

Максим приобнял меня за талию. Я не стала сопротивляться. Даже не знаю, почему доверилась парню, который когда-то бросил. Наверное, потому, что с той поры прошло много времени, и обиды давно забылись. А может, потому что безумно его любила и что-то в глубине души еще к нему осталось?    

Вскоре мы оказались у кафе, где раньше встречались. Макс даже сел за наш в былые времена любимый столик у окна. В груди приятно кольнуло. Но все позади, потому что прошлое всегда должно оставаться в прошлом. Да и момент для любовных приключений не подходящий.

— Никуда не уходи, я сейчас, — велел Макс и отошел к барной стойке.

Вскоре вернулся с бутылкой водки, двумя рюмками и маринованными корнишонами на блюдце. Сев напротив, наполнил стопки.

— Что это? — я глянула на него.

— Лекарство. Выпей, станет легче. — Макс поднял рюмку.

Я взяла свою и залпом выпила водку. Алкоголь опалил горло. Я зажмурилась и, закрыв рот ладонью, задержала дыхание. Затем съела огурчик.

— Ну что, полегчало? — поинтересовался Максим.

— Кажется, нет, — я скривила губы.

— Тогда еще по одной, — сказал Саранский, наполняя стопки.

И мы снова выпили. После третьей рюмки меня отпустило, и я была готова к разговору. Слова так и полились рекой. Чтобы не думать о проблемах, рассказала о своей жизни. О том, как закончила универ и устроилась в закусочную.

— Прости, я даже не спросила, как у тебя дела, — опомнилась я. — Ты на похороны бабушки приехал?

— Да. Взял отпуск на неделю. Дела отлично. Работаю электрогазосварщиком. В ближайшее время собираюсь купить тачку и открыть свою компанию.

— Молодец. А вот моя жизнь скорее похожа на существование. — Я облокотилась на стол и подперла щеку кулаком. — Похоже, я рождена для того, чтобы стать неудачницей.

— Это из-за тех козлов, которые на тебя напали?

Вот не хотела снова поднимать тему моих неудач, но раз уж зашел разговор…

— Не только. Сегодня работу потеряла. А еще на деньги попала. Спасибо отчиму… Пусть земля ему будет пухом…

Глаза потяжелели. Я так давно не пила водку, что, казалось, упаду прямо за столом. Да и легче не стало. Наоборот.

— Знаешь, я ведь всю жизнь его ненавидела, — продолжила я. — У нас с ним была взаимная неприязнь. А теперь, когда он умер, чувствую свою вину.

— Да ты-то при чем?

— Да при том, что желала его смерти. Он ведь с детства издевался надо мной. Унижал и втаптывал в грязь. Никто об этом не знал. Я скрывала от мамы, от сестры.

— Не знал, что все так запущено… Было.

— Ты многого обо мне не знаешь.

— Но я бы хотел… Узнать. Слушай, — Максим положил руки на стол и подался вперед, — может, я смогу тебе чем-то помочь?

— В смысле?

— Поехали со мной в Нижневартовск. Чего тебе здесь сидеть? Ни работы, ни будущего.

— Да уж найду что-нибудь.

— А пока будешь искать, потеряешь время.

Хм, а ведь он прав. Мне срочно нужна работа, иначе не успею собрать деньги.

— И что я буду делать в твоем Нижневартовске?

— Зарабатывать деньги. Они ведь тебе нужны? — улыбнулся Макс. — Я помогу с работой, квартирой.

— А там сто тысяч за пару месяцев реально заработать? — воодушевилась я.

Кто знает, вдруг это мой единственный шанс.

— Реально. Администраторы на Севере получают очень хорошие бабки. Подумай. Только не долго.

Предложение Саранского, конечно, оказалось весьма кстати, но меня не особо радовала перспектива оказаться у него на попечении. Я еще раз все взвесила в уме и, бросив на Макса беглый взгляд, поднялась.

— Мне нужно домой. С тобой забываешь обо всем.

Зацепив сумочку, направилась к выходу из кафе, как вдруг Максим окликнул меня.   

— Рита, подожди!

Я остановилась и невозмутимо глянула на него через плечо.

— Я тебя провожу. Нам же в один дом.

Бабушка Макса жила в нашем доме.

— Не стоит. Я хочу побыть одна.

— Мы еще увидимся?

— Не знаю. — Я пожала плечами и вышла из заведения.   

Стоило только оказаться дома, как Мышка тут же бросилась в мои объятия.

— Ритуль, его больше нет, — зарыдала она, прижимаясь ко мне.

Я провела рукой по мягким светлым волосам младшей сестренки и шепнула на ухо:

— Все будет хорошо, родная. Поплачь. Со слезами уйдет боль.

Со слезами уйдет боль… Кто это сказал? Девушка, которая уже долгие годы не знает, как нужно плакать; которая за свое детство столько слез пролила из-за отчима, что разучилась это делать? Советы давать легко. Труднее самой им следовать.   

— С мамой все хорошо?

— Да, — шмыгнула носом Мышка и отстранилась от меня. — Она спит. Рит, папу ножом порезали, а тело с лесов сбросили. Что за скоты это сделали?

Она снова заплакала.

Услышав о ноже, сразу вспомнились отморозки на улице, которые вымогали у меня деньги. Сердце кровью облилось. Наверное, они убили Виктора! Страх за жизни близких и свою затаился в груди. Если эти типы способны на убийство, то нужно как можно быстрее расплатиться с ними. Мама не должна ни о чем знать, хватит с нее расстройств. Как-нибудь справлюсь сама! А поскольку в долг безработной вряд ли дадут, остается лишь один выход — принять предложение Макса.

***

Почти неделя прошла со смерти отчима. Все это время я жила, как на автопилоте, постоянно прокручивая в мыслях слова бандитов. Выбор дался нелегко. То я была полна решимости, то теряла ее в какой-то момент. Уехать на Север, оставив родных без присмотра — это казалось нелепостью. Но чем смогу помочь, если останусь? И я решилась. Нужно поговорить с мамой и Мышкой, озвучить свое решение. Застав их обеих в зале, выключила звук телевизора и села между ними на диван.   

— Мама, Маша, я давно хотела поговорить с вами, но не было подходящего момента… Завтра я уезжаю в Нижневартовск. Мне предложили там работу.

— Кто? — в один голос воскликнули они, удивленно глянув на меня.

— Максим Саранский.

— Саранский? Правда? — переспросила Мышка. — Это тот, в которого ты была по уши влюблена? К которому бегала по ночам? А мама потом до полночи обзванивала всех твоих подруг…

На губах сестры появилась улыбка. Улыбка, которую я не видела последние несколько дней. С момента смерти отчима.

— …Пока не увидела, как Рита разгуливает с ним под ручку, — с грустью проговорила мама.

— Да, да, да! Это тот самый Максим Саранский, — я накрыла одной ладонью колено мамы, другой — Машкино.

— А не боишься ехать в незнакомый город? — спросила сестра.

— Не-а, — я покачала головой, — не боюсь. Лучше ходить по лезвию ножа, чем постоянно чего-то опасаться. Ведь так?

— Ты права, Риточка, — поддержала мама, — езжай с Богом. Но не забывай про нас.

— Я буду звонить, мам. Надеюсь, вы тоже.

***

Я не помнила, что такое отцовская ласка, потому что была слишком маленькой, когда умер папа. По рассказам мамы, он сильно болел, и вскоре его не стало. Спустя несколько лет в нашем доме появился Виктор, а через год родилась Маша. С тех пор, как я пошла в школу, отчим начал выказывать на мне свое недовольство. Я стала замкнутой, необщительной, никого к себе не подпускала. Втемяшила в голову, что другие тоже могут оказаться такими жестокими. Боялась открыть душу и получить плевок.

Но все изменилось, когда в нашем классе появился Максим. Братья Саранские переехали к нам в Талицу с Севера, когда Максу было тринадцать, как мне, а Денису на год меньше. Был у них еще один старший брат, но на тот момент он уже закончил школу. В Максима влюбилась сразу. Как только увидела, во мне что-то перевернулось. Непременно захотелось пройти мимо, улыбнуться и поймать ответную улыбку. Я поняла, что это любовь. Первая любовь. Стала посылать ему анонимные записки с признаниями в любви, стихи. Чувства изменили меня. Я больше не боялась открыть свое сердце, вновь стала общительной, увлеклась танцами, вернула расположение одноклассников. Жизнь заиграла новыми красками, потому что в сердце жила любовь. И мне достаточно было того, что этот мальчишка просто находился рядом. 

Прошли годы. В день своего совершеннолетия я рассказала Максиму о своих чувствах, и у нас завязались отношения. Это были времена, когда мы жалели, что в сутках всего двадцать четыре часа. Расставались только за тем, чтобы выспаться, и снова бежали друг к другу. Иногда даже поесть не успевали. И все было хорошо до тех пор, пока Макс не уехал на Север. Там он поступил в университет, и наше общение постепенно сошло на «нет». Вскоре до меня дошла весть (через наших общих знакомых), что Макс нашел другую. Я пыталась дозвониться до него, но бесполезно. Предательские гудки рвали душу на части…

Отворив дверь местного кафе, я скрылась за ней от любопытных взглядов местных бабулек на лавочке у входа, не пропускающих ни одной сплетни. Огляделась. Небольшой зал кафешки был уставлен квадратными столиками. На белоснежных скатертях стояли вазочки с искусственными полевыми цветами. Окна закрывали легкие полупрозрачные занавески. Максим сидел за вторым от окна столом и пил кофе. Я на несколько секунд замерла, словно зависла, невольно залюбовавшись его брутальной внешностью. И, усмирив последние сомнения, подошла.

— Я знал, что ты придешь, — уверенно произнес Макс и поднес ко рту чашку.

Надо же, какой самоуверенный!

— Удивительно! Я сама до последнего момента не знала, приду ли, — сказала я, снимая пальто. — Надеюсь, не пожалею о своем решении.

Я присела за стол.

— Не пожалеешь. Тем более что отступать некуда. Билеты уже у меня.

— Я еще не сказала, что еду. С чего ты вообще взял, что я вот так все брошу и поеду на какой-то там Север? С тобой… Может у меня муж есть.

— Нету, — лениво произнес Саранский.

— С чего ты взял?

— Кольца нет, — он бросил взгляд на мою ладонь, лежащую на столе. — Отпечатка от него тоже.

— Наблюдательный, значит. — Я спрятала руку под стол. — Где я буду жить? У вас там хоть отели есть?

— Конечно, есть! Рит, ты не волнуйся. Все будет нормально. — Он запустил пальцы в аккуратно подстриженные темно-русые волосы и прошелся вдоль виска. — Я сниму тебе квартиру. Ты главное ничего не забудь. Возьми побольше теплых вещей. У нас холодно. Поезд завтра в полпятого ночи. 

— Хорошо. Я тогда пойду сумки собирать?

— Иди, — улыбнулся Максим. 

 

Глава 3. Иногда они возвращаются

Поезд тронулся, позади осталась родная Талица. Я с грустью проводила взглядом здание вокзала и взяла газету. Пробежалась по строкам. Ритмичный перестук колес навевал размышления. Макс сидел напротив. Я чувствовала, что он смотрит.

— Деньги девать некуда? — сказала я, отложив газету.

Он приподнял бровь, будто не понимая вопроса, пришлось уточнить:

— Обязательно было тратиться на люкс?

— А что? Тебя это беспокоит? — озорная улыбочка появилась на его лице. Он подсел ко мне.

Тело встрепенулось россыпью холодной дрожи, когда Макс взял мою ладонь в свою. 

— Я тоскую по тем временам, — разоткровенничался он. — Тогда все было проще. Мы радовались каждой минуте, проведенной вместе. Помнишь, как не хотели расставаться? Стояли у подъезда и не выпускали друг друга из объятий. Было прохладно, зубы стучали, а мы все не могли отпустить друг друга. Вот это были времена. Сейчас все по-другому. Нет той легкости… Жизнь изменилась, мы изменились. Скоро превратимся в ворчливых стариков и будем портить жизнь детям и внукам, — усмехнулся Саранский.

— Да уж, — я представила эту картину. 

— Рит, почему мы тогда расстались?

— Ой, давай не будем об этом? Думаю, ты сам прекрасно помнишь. Да и вообще, прошла любовь, завяли помидоры, — я будто отошла от гипноза и вытащила ладонь из руки Макса.

— Но ведь всегда можно начать сначала. 

Эта фраза будто парализовала меня. Я замерла, затаила дыхание. В памяти пронеслись наши ночные прогулки. Нежные руки Максима обнимали меня, губы ласково шептали слова любви. «Я люблю тебя», — сказанные им тогда три слова зазвучали в голове, будто Макс произнес их только что. Его голос забыть невозможно, стоит хоть раз услышать. Он как наркотик: хочется еще. Именно поэтому я до сих пор вздрагиваю, когда слышу этот тембр.  

Саранский снова коснулся моей руки. Я посмотрела ему в глаза, не зная, что сказать. Мне были не понятны собственные чувства. Возвращение Максима выбило из колеи, лишило покоя. Сердце трепыхалось в груди, как насекомое, попавшее в паутину; в висках стучало. Тело сковывала дрожь, а во рту пересохло. Почему я ощущаю себя той восемнадцатилетней Ритой, которая боролась за свое счастье до последнего?

Как глупо! Те времена позади, любви больше нет. Аж восемь лет прошло с тех пор!

Максим сильнее стиснул мою ладонь, нежно поглаживая большим пальцем по тыльной стороне. Мы будто находились вдвоем в движущемся поезде. Мир, словно замер, сжался до размеров вагона. Я не сводила взгляда с лица Саранского, мысленно касаясь подушечками пальцев каждой морщинки, каждой родинки. Воспоминания затмили настолько, что я не заметила, как его губы оказались совсем близко. От поцелуя нас разделяли буквально сантиметров десять, которые мне хотелось сократить. Стереть ненужные границы. Мой рот приоткрылся навстречу губам Максима, но тут заскрипели тормоза, поезд дернулся и начал останавливаться… Я пришла в себя, словно очнулась от помутнения, и уставилась в окно. Там, за стеклом, уже рассветало, но мрачные тучи заволокли небосвод, предвещая дождь.

Двадцать часов наедине с Саранским показались вечностью. Он больше не говорил о прошлом, видимо понял, что эти его штучки со мной не пройдут. И ровно в час ночи мы сошли с поезда в Нижневартовске. 

На улице было прохладно, но снега не было. Я поежилась. Вскоре поняла, что дрожу не от холода, а от страха неизвестности. Совсем одна в чужом городе. Денег хватит только на первое время, а там, надеюсь, Макс, как и обещал, поможет мне с работой. Я усмирила дрожь и последовала за Максимом. Остановившись в здании вокзала, он поставил мою сумку на пол и сказал:

— Я тут подумал… Давай переночуем у меня? Думаю, ты устала с дороги. Не ночью же квартиру искать.

— Ну-у-у… — протянула я, обняв себя за плечи. — Как-то неудобно.

— Да брось ты. Не первый же день знакомы.

— Ну ладно, — сдалась я.

Уж очень хотелось нырнуть в теплую постельку и отдохнуть.

Взяв такси, мы поехали в город. И только по пути к дому, меня словно обухом по голове огрели… Я вдруг вспомнила, что Саранские всегда жили одной дружной семьей в частном доме — три брата и родители. Если ничего не изменилось, то Денис до сих пор живет там. Чего хотелось меньше всего, так это встретиться с ним.  

— Ты живешь один? — как бы невзначай поинтересовалась я.

— Тебя больше волнует то, что мы будем вдвоем… или встреча с Дэном? — вопрос застал врасплох, но я не растерялась. 

— Ты не ответил.

Молчание угнетало.

— Уж лучше бы я на вокзале осталась, — буркнула я.

Макс усмехнулся. Издевается?

— Всего одна ночь, Рит. Завтра, вернее уже сегодня, я сниму тебе квартиру или номер в отеле. Так что не волнуйся. Да и спят все, никто тебя даже не увидит. И вообще, если вдруг Дэн будет тебе докучать, скажи мне. Я с ним живо разберусь.

— Да что мне Денис-то? Заладил: Дэн, Дэн… Плевать я на него хотела, — выпалила я и отвернулась к окну.

— Просто я знаю о вашей интрижке в прошлом.

Интрижка… Так, выходит, Денис охарактеризовал наши отношения? А мне казалось, мы любили друг друга… Так любили, что собирались пожениться. Внутри все завязалось в тугой узел, сердце барабанило сильнее по мере приближения к дому.

Такси остановилось у небольшого двухэтажного дома. Я вышла из машины и потерла предплечья ладонями, пытаясь прогнать озноб. Меня так не трясло даже перед защитой диплома в университете. Расплатившись с водителем, Максим вскинул на плечо мою сумку и двинулся вперед. Я несмело направилась следом, сжимая в руках сумочку. Каждый шаг давался с трудом. Ноги будто налились свинцом и едва отрывались от земли. Неужели Макс прав, и я действительно боюсь встречи с Денисом? Нет, что за глупости? Прошло ведь три года. Наверное, он уже не помнит меня. Да и кем я была для него? Оказалось просто развлечением.

Отбросив мысли, шагнула на территорию частного сектора вслед за Максом. Он просунул ключ в замочную скважину и отворил дверь. Войдя, включил свет. Гостиная озарилась ярким светом. Я по-быстрому скинула пальто в прихожей и осторожно, чтобы не шуметь, сняла ботильоны. Макс провел меня на второй этаж по лестнице и отворил дверь комнаты.

— Переночуешь здесь, — сказал он, пройдя внутрь.

Я несмело переступила порог вслед за ним. Поставив мою сумку на пол, Максим улыбнулся, на щеках появились ямочки.

— Это моя комната, так что не переживай, никто сюда не зайдет. В общем, обустраивайся. Занимай свободные вешалки, а то одежда помнется. Ну все, спокойной ночи.

— Подожди, — шепнула я. — А ты где будешь спать?

— В Илюхиной комнате. Он с семьей живет в центре, поэтому комната пустует. 

Макс поцеловал меня в щеку и оставил одну. Я напряженно сглотнула слюну и огляделась. Слева — шкаф-купе до потолка, справа разобранный диван, застеленный темно-зеленым бельем. На столе компьютер, какие-то диски, папки, бумаги. На стене небольшой жидкокристаллический телевизор, слева от него карта мира. Я подошла к окну, отодвинула шторы. Широкий подоконник оказался заставлен комнатными цветами и кактусами.

Развесив немногочисленные платья и кофточки в шкаф, я разделась и легла в постель в одном нижнем белье. По привычке. Мысли еще долго крутились в голове, возвращая на несколько лет назад. Все не верилось, что это комната Максима Саранского. Того самого паренька, о котором я когда-то мечтала. Думала, сплю, а открыв глаза, пойму, что все выдумала. Но это не было сном. Это постель Макса: одеяло, которым укрывался он, подушка, хранящая аромат его волос и туалетной воды. Я уткнулась в нее носом и вдохнула. Этот запах такой приятный… Так, стоп, не нужно покушаться на свободу Максима. Если, конечно, он вообще свободен. Я ведь ничего о нем не знаю.

Вскоре я провалилась в забытье...

Сквозь сон кожей ощутила чье-то присутствие и, открыв глаза, на автопилоте зажгла ночник. Повернув голову в сторону шаркающих звуков, увидела обнаженного по пояс парня. Под лопаткой у него была татуировка — какая-то абстракция. Тихонько вскрикнув, я натянула на себя одеяло. Сердце забилось в два раза быстрее, когда поняла, что это Денис.

— Вот это подарочек, — хмыкнул он. — Ты кто?

Мурашки побежали по телу от его голоса. 

— Что?.. Я… — слова застряли в горле.

Макс ведь сказал, что это его комната… Какого лешего здесь делает Дэн?! Мне едва удалось заставить себя не разглядывать его подтянутое тело. Эти кубики на животе… Раньше они не были так выразительны. Я закусила губу и почувствовала, как лицо залила краска.

— Ты что ли девушка Макса? Он вернулся? Или ты ждала меня? — уголки его губ ехидно вздернулись.

Все такой же самоуверенный. И даже не узнал. Его сарказм разозлил меня, и волнение немного спало, поэтому я не удержалась от комментария:

— Тебя я уже когда-то ждала… но так и не дождалась.  

Высокий, атлетичный — Дэн растерянно смотрел на меня. Пытался вспомнить, где видел мое лицо.

— Рита? — его глаза округлились, рот приоткрылся. — Ого! Не думал, что когда-то еще увижу тебя. Тем более в своей постели. Ах, ну да, ты же всегда сохла по моему брату. Наконец, добилась своего… Под одним одеялом и все такое… Кстати, где он? Приводит себя в порядок после бурной ночи?

— Ты идиот? Пошел вон отсюда, — не громко произнесла я, чтобы не разбудить обитателей этого дома.

Обида захлестнула меня. Как он может так обо мне думать? Особенно после того, как сам променял меня на другую? Предал и растоптал чувства. Как же Дэн изменился. Раньше он так со мной не разговаривал. Откуда взялся этот цинизм?

— Если хочешь, можешь вытолкать меня из комнаты. Но для этого тебе придется встать, — он вздернул брови, а губы растянулись в самодовольной улыбке.

— Какое же ты хамло, Саранский, — процедила я сквозь зубы, придерживая одеяло на груди. — Уходи… Пожалуйста.

— Ты не можешь выгнать меня из собственной постели. Но, если хочешь, оставайся, зая. Я тебя не гоню. Мы можем хорошо провести время, как когда-то. Вспомним прошлое… Соглашайся.  

— Здесь не зоопарк, песик, — огрызнулась я, — поэтому лучше оставь меня в покое.

Я отвела взгляд, поджав губы. Разозлилась не на шутку. Что этот идиот себе позволяет?!

Он уселся на кровать рядом со мной. Я сильнее натянула на себя одеяло и отвернулась, надув губы. Раньше, когда я обижалась, Денису стоило лишь улыбнуться, чтобы вернуть мне хорошее настроение. Его улыбка настолько заразительна, что устоять невозможно. 

Черт тебя подери, Саранский! Какого лешего я вдруг об этом подумала?! И почему не существует таблетки, которая стирает память? Выпил — и освободился от груза воспоминаний.

— Песик так соскучился по своей хозяйке. Помнишь, я умолял тебя быть моей королевой? Между прочим, это моя подушка, и пахнет она мной. А ты думала, его запах? — он хмыкнул, в очередной раз рассердив меня.    

— Выметайся, — я кивнула в сторону двери. — Или я…

— Что? Позовешь на помощь? — Дэн намотал на палец прядь моих волос, поднес к носу и вдохнул запах. — Все те же духи. И, кстати, ты все так же пахнешь ягодкой. 

Я выдернула волосы из его руки и, прикрывшись одеялом, встала с кровати. Денис тоже поднялся и с удивлением уставился на меня.

— И чего я там не видел? Между прочим, там все, как у всех. Ничего особенного.

— Вот и проваливай, — румянец опалил щеки. — Я обогнула кровать и толкнула Дэна в плечо по направлению к двери. — Давай-давай.  

— Футболку верни.

Я метнулась в комнату, подняла с пола футболку и бросила за порог. Дэн поймал ее, и я захлопнула дверь. Прислонилась к ней спиной, прижимая к груди одеяло, и с облегчением выдохнула.

Идиот!

Разве теперь усну? И оказалась права. Как ни пыталась заснуть, сон никак не шел. Встреча с Денисом разбудила воспоминания, которые я три года назад похоронила. Они заполняли голову с неведомой скоростью и не давали времени на отступление.      

Прошло шесть лет с того времени, как мы с Максом расстались. Я забыла о нем. У меня были другие парни, но никого по-настоящему так и не смогла полюбить, пока совершенно случайно в клубе не встретила Дениса. Мы не виделись довольно давно, поэтому я даже ни сразу узнала его. Просто заметила симпатичного парня, который прошел мимо стола, где мы с сестрой сидели, и что-то кольнуло в груди. Мышка на протяжении получаса подбивала меня подойти к нему. Налила вина для храбрости, но я сопротивлялась. После того, как сама навязалась Максиму Саранскому, не хотелось повторения истории. Но Маша думала иначе. Сказав, что идет в туалет, она прямиком направилась к столику Дениса и что-то шепнула ему на ухо.

О, да! В тот момент я хотела прибить ее на месте! И только когда он пригласил меня на танец, поняла, о чем просила его сестренка, но было уже поздно. Я без задней мысли вложила свою руку в раскрытую ладонь Дениса и отправилась с ним на танцпол. Он признался, что сразу узнал меня, а я все не могла поверить, что Дэн стал таким приятным молодым человеком. Он излучал невероятную харизму. Его улыбка казалась самой искренней на Земле. Улыбка, от которой сердце вздрагивало, а ноги подкашивались. И почему раньше не замечала ее? Я прижалась щекой к груди Дениса и уловила легкий аромат туалетной воды — тонкий и чувственный с древесными нотами.

— А почему такая красотка грустит в одиночестве? — спросил Дэн, ослепительно улыбнувшись.

Он однозначно знал, чем сразить девушку.

— А разве ты не заметил, что я не одна?

— Подруга не в счет.

— Во-первых, не подруга, а сестра. А во-вторых, у меня нет парня.

— Потому что ты все еще любишь его? — вдруг спросил Денис, чем ввел меня в замешательство. Конечно, он имел в виду своего брата. — Ты ведь до сих пор думаешь о Максе?

— Вспоминаю иногда, — созналась я. Наверное, у меня на лице это было написано.  — Но не больше. Кстати, как он?

— Да нормально. Жениться собрался.

— Понятно, — протянула я.

Денис прижал меня к себе. Я уткнулась носом в его плечо, а он наклонился и легонько дотронулся губами до обнаженного плеча, с которого сползла бретелька. Я встрепенулась, тело покрылось мелкой дрожью. К лицу прилила кровь, и я крепко прижалась к нему, желая лишь одного — утонуть в его объятиях и больше никогда не вспоминать о Максе. Я поняла, что Денис Саранский как магнит притягивает меня. А еще песня играла такая символичная.

«Есть только ты и я — два сердца рядом,

Есть только ты и я. Коснуться взглядом.

Есть только ты и я, и повторяем вновь.

Любовь. Любовь». [1]

Песня закончилась. Я машинально отстранилась от Дэна, но внезапно он резко привлек меня к себе. Напряжение, которое я ощущала во время танца, исчезло. Мне было так хорошо с Денисом, так спокойно. Мы стояли посреди зала и обнимались. Нам не мешали ни клубные басы, ни танцующие фигуры. Мы оказались в своем маленьком тесном мирке, словно окутанном невидимым куполом. Но когда Денис отстранился, я расстроилась. Не хотела отпускать. Он взял мое лицо в ладони и заглянул в глаза. Взгляд оказался настолько нежным и трогательным, что не влюбиться было невозможно. А когда поцелуй обжог, словно глоток виски, я растеряла остатки разума и поняла, что пропала. Так и начались наши безумные отношения…

 

Глава 4. Не береди мои раны

Я проснулась от прикосновения теплых губ к своей щеке.

— Вставай, соня, — прошептал ласковый голос на ухо, — а то завтрак остынет.

До меня не сразу дошло, чей это голос, но открыв глаза, увидела Максима.

— Угу, — согласилась с ним и, потянувшись, села в постели.

— Я на работу. Часов в шесть вернусь. Не скучай.

— Но…

— Дома до вечера никого не будет, не переживай.

— Так, может, я в гостиницу? — разволновалась я.

Не хотелось бы, чтобы родители пришли с работы и обнаружили в своей квартире незнакомку. Макс ведь ничего им не сказал обо мне. Или сказал, а я не знаю?

— Не смеши, Рит. Какая гостиница? Сегодня подберу для тебя варианты квартир. Завтра съездим, посмотрим.

— Ну ладно. Буду тебя ждать.

— Постараюсь вернуться скорее. А ты не стесняйся. Делай, что хочешь. Надеюсь, с голода не умрешь, найдешь, что пожевать, — усмехнулся Макс и пошел к выходу.

— И я надеюсь. Удачи! — улыбаясь, бросила ему вслед.

Когда дверь за Максимом захлопнулась, я еще какое-то время понежилась в постели, а потом отправилась на поиски ванной. Умылась, почистила зубы, сходила в туалет и принялась за завтрак, который он принес. Яичница показалась немного недосоленной, видимо готовил на скорую руку. А ведь не обязан был вообще этого делать. Я здесь на птичьих правах, поэтому так боязно и неловко.

Полдня я провалялась в кровати перед телевизором, боясь высунуться из комнаты и на кого-нибудь натолкнуться. Родители ведь по закону подлости могли вернуться с работы пораньше. Как я объясню свое пребывание здесь? А еще встреча с Денисом не давала покоя. Я не могла забыть его голубые глаза, словно смотрящие вглубь моей души. А как он изменился. Стал циничным, совершенно не похожим на того Дениса, каким был раньше. Сумев, наконец, выбросить из головы мысли о нем, я набрала мамин номер. Сообщила, что доехала без приключений и, что уже послезавтра пойду искать работу. 

Ближе к вечеру естественная нужда все-таки заставила меня покинуть «убежище». Я решила по-быстрому сбегать в туалет, и до прихода хозяев квартиры вернуться. Выйдя из комнаты, свернула налево, но вдруг услышала голос за спиной.

— Не меня ищешь?

Сердце дрогнуло, и я взволнованно обернулась. В коридоре, прислонившись спиной к стене, стоял Денис. Он будто ждал моего появления. Я скользнула по нему взглядом. В глаза сразу бросилась расстегнутая рубашка, одетая на голое тело, серебряный крестик на тонкой цепочке, сильный, упругий торс…

— Я не пойму одного, — начал он, приближаясь, — если вы вместе, то почему спали в разных комнатах?

— Не твое дело, — огрызнулась я.  

— Не мое? — Дэн схватил меня за локоть. — Сначала ты клянешься мне в любви, а через какое-то время прогоняешь. Говоришь, что выходишь замуж… В результате я вижу тебя здесь, в постели брата, и ты говоришь, что это не мое дело?!

— Вот именно. Пусти! — Я дернула рукой, пытаясь освободиться от захвата, но не вышло. — Я не обязана отчитываться перед тем, кто говорил мне в любви, а потом ушел к другой.

— Я ушел?! — возмутился Дэн. — Ты ничего не перепутала, любовь моя? Нет?

Сарказм так и пер из него.

— Отстань! Я не хочу ворошить прошлое. Мне не нужны твои объяснения спустя три года.

Денис разжал пальцы, и я поспешила в туалет. Вернувшись в комнату, упала на кровать и готова была разреветься, но не могла. В голову гремучей змеей заползли воспоминания. Как же мы с Денисом любили друг друга... Так любили, что собирались пожениться, но все решил случай. Дэну нужно было срочно вернуться по работе в Нижневартовск, и он позвал меня с собой. В тот день не удалось найти паспорт, поэтому пришлось остаться в Талице. Как оказалось, его вытащили в автобусе из сумочки вместе с кошельком. Денис уехал, а я отправилась решать проблемы с документами. Шли дни, недели. Я дико скучала по Дениске. Он часто звонил, писал эсэмэски. Я как дура надеялась, что все у нас будет хорошо, что уеду к любимому, как только  получу новый паспорт. И когда он оказался у меня на руках, решила позвонить Денису, обрадовать его. 

— Денис?! — взволнованно воскликнула, услышав в трубке мужской голос.

— Нет. Это его брат. Дэна нет, — сообщил парень. — Он в Самаре.

— Как?.. — растерялась я. — А телефон?..

— Забыл.

— Извините, а когда он вернется?

— Да как ребенка из роддома заберет, так и вернется.

— Какого ребенка? — я уже ничего не понимала.

Ноги подкосились, пришлось присесть на стоящий рядом стул.

— Своего. Его невеста родить должна.

— Невеста?.. — в горле образовался тяжелый ком.

Я почти дышать перестала и бросила трубку. Надежды и мечты рухнули в одночасье. Выходит, пока он развлекался со мной, там его ждала беременная девушка… К ней он и поехал.

Позже Денис звонил несколько раз, а я так и не смогла заставить себя поговорить с ним. Не хотела слышать ложь и нелепые оправдания. Но больше не хотела бередить и без того ноющие раны. Пришлось занести его номер в черный список. С того времени меня перестали тревожить звонки, пока однажды сам Денис не появился на пороге моего дома с букетом шикарных роз.   

— Привет, — с нежностью произнес он. На губах застыла очаровательная улыбка. Самая прекрасная в мире. — Что происходит? Пропала куда-то, трубку не берешь… Я так соскучился. Случилось чего?

«Случилось… Я знаю о твоей беременной невесте», — хотела сказать я, но выдала совершенно иное:

— Я замуж выхожу.

А что, ему можно, а мне нельзя?

— Это шутка, да? — улыбка исчезла.

— Я не шучу, Денис, — на полном серьезе ответила я и сорвалась: — Не хочу больше тебя видеть, идиот!

Мне тут же захотелось забрать слова обратно, сказать, что я пошутила. Броситься ему на шею и расцеловать, но сдержала спонтанно возникшее желание. Уж лучше оборвать все на корню, чем жить во лжи.

— Можешь ехать обратно в свою Самару… Или куда ты там ездил…

— Да какая нахрен Самара?! С чего ты вообще решила, что я там был? — не унимался Денис.

— А хочешь сказать — нет?

— Нет.

И хотела поверить, и не могла.  

— Я тебе не верю. Да и это уже не имеет значения. У меня есть другой, — снова соврала я, стараясь говорить с безразличием.

— Но любишь ты меня.

— Не люблю… Я ведь паспорт тогда не теряла. Просто не хотела с тобой ехать.

Сама себе поразилась. Как я могла так нагло врать тому, кого безумно люблю? Но простить не могла. Хотя бы потому, что ребенку нужен отец. А я переживу.

Денис поджал губы, затем открыл рот, хотел что-то сказать, но так и не решился. Швырнул букет мне под ноги и ушел. Я еще какое-то время стояла у двери, не веря в происходящее, а потом подняла цветы и зашла в квартиру. Хотелось разреветься, выплакать всю боль, что тугим обручем сжимала грудь, но не получалось! Какого лешего я не плачу?! Отбросив букет в сторону, схватила с трельяжа первое, что попалось под руку, и швырнула в стену.

— Будь не ладен тот день, когда я познакомилась с ним!

***

Наконец, настал вечер. Несколько часов волнений, и я буду далеко от этого дома. Скоротать часы решила в интернете. Открыла сайт с объявлениями о работе и принялась искать подходящие варианты. Вскоре щелкнул замок. Я обернулась на звук открывающейся двери и увидела Макса. 

— Привет. Не скучала? — спросил он, входя в комнату. — Как день прошел?

— Как, как… — пробубнила себе под нос, уткнувшись в монитор.

— Что?

— Отлично, говорю.

— А, ну ладно. 

Внезапно в дверь постучали. Сердце дрогнуло, глаза беспорядочно забегали по строчкам на экране.

— Максим, — позвал приятный женский голос, — ужин готов.

— Да, мамуль, сейчас.

Мамуль? Макс не только отзывчивый и не равнодушный к чужому горю человек, но и примерный сын. Впечатляет. Неужели он, правда, весь такой идеальный? Я крутанулась на стуле и устремила глаза на полуобнаженного Максима, который уже успел снять рубашку. А фигура-то у него вполне ничего, — промелькнула мысль, которую я тут же прогнала. Наверное, это у Саранских семейное — щеголять перед девушкой с голым торсом.

— Что?! — возмущенно спросил он, видимо, заметив мое смущение.

— Я… это… — слова никак не шли.

Макс открыл шкаф, взял футболку и надел.

— Ужинать идем?

— Я не хочу, — выдала на автомате.

Еще чего! Там же будут родители, и вообще… Черт возьми, что же делать? В этот момент в животе протяжно заурчало, да так громко, что Максим усмехнулся.

— Не хочешь, говоришь? Ну-ну. 

— Да, блин, Макс. Ты ставишь меня в неловкое положение. — Я поднялась со стула и подошла к нему. — К чему это представление? Сначала предложение пожить у тебя, теперь ужин с родителями. Квартиру ты тоже не охотно для меня ищешь, ведь так? Или мне кажется? Ты что, хочешь вернуть наши детские чувства? — спросила я, не понимая поведения Макса.

— А если хочу? — с толикой загадочности произнес он, поймав мой взгляд.

Вопрос ввел меня в замешательство. Я закусила нижнюю губу и замолчала.

— Рит, я когда тебя встретил, голову потерял. Поэтому и предложил поехать со мной.

— А я как дура согласилась, — усмехнулась я.

— Ты не дура.

Он подошел ближе, провел костяшками пальцев по моей щеке. Я затаила дыхание и почувствовала, как по позвоночнику пробежала приятная дрожь. Взгляд Макса опустился на мои приоткрытые губы. Пока я сообразила, что к чему, он уже обжег их поцелуем. Не настойчиво, напротив, очень осторожно и ласково. Мне даже понравилось. И какого, спрашивается, лешего? Я открыла глаза и уткнулась взглядом в беззаботное лицо Макса. О чем, интересно, он сейчас думает? Будто почувствовав, что я наблюдаю, Саранский прервал поцелуй. 

— Ну что, пошли?

Сказал так, будто сейчас ничего не произошло, будто для него в порядке вещей сначала довести девушку до дрожи, а потом оставить в растерянности. Он по-хозяйски взял меня за руку. Скованная волнением и переживаниями по поводу такого серьезного шага, как знакомство с родителями, я послушно последовала за Максимом.

В кухне за столом уже сидели родители и… Денис. О, Боже! Куда ж без него! Это наказание какое-то. Улыбнувшись, я поздоровалась и прошла за Максом к столу. Он отодвинул стул, приглашая меня присесть.

Что?! Сидеть рядом с Дэном?!

Переступив через свою гордость, все-таки села. Так я оказалась между двумя братьями, к которым когда-то испытывала чувства. Ирония судьбы, не иначе.

— Мам, пап, познакомьтесь. Это Маргарита, — Максим нарушил неловкое молчание. — Моя девушка.

Чего?! Какая еще девушка?! Я уставилась на него с возмущением, будто говоря взглядом: «Что же ты делаешь, идиот?!» К чему такая самодеятельность?

— Очень приятно, Риточка, — губы женщины растянулись в приветливой улыбке. — Я — Галина Витальевна, а это мой муж, Федор Дмитриевич, и еще один сын — Денис.

— И мне приятно, — улыбнулась я и бросила взгляд на ладонь Федора Дмитриевича, которая накрывала  пальца Галины Витальевны.

Родители походили на двух влюбленных. Я даже немного им позавидовала.

— Рита, а Вы где-то работаете или учитесь?

— Работала в закусочной администратором у нас в Талице. Теперь здесь ищу работу.

— Ну, тогда удачных поисков, — улыбнулась Галина Витальевна и взялась за еду.   

Зажав в пальцах вилку, я принялась за пюре и котлету. Чувствовала себя здесь лишней, да еще напрягало «соседство» с Денисом. Краем глаза заметила, как он поглядывает на меня. Не обращая на него внимания, начала есть. Однако мысли, словно рой пчел, жужжали в голове. Я никак не могла понять, что Дэн делает в этом доме, ведь три года назад он ездил к беременной подружке. Должно быть, у него есть ребенок или даже семья. Но где она? Неужели у них не сложилось?

Я отломила кусочек котлеты и, насадив на вилку, отправила в рот. Вдруг ощутила прикосновение к своей голени, как раз с той стороны, где сидел Денис. И жевать перестала, замерла. Что он делает, идиот?! Пальцы его ступни плавно скользили вверх-вниз по ноге, рождая во мне дрожь. Будто ничего не произошло, я продолжила есть, и вскоре Дэн отстал.             

После ужина, уже в комнате, Макс извинился за то, что без моего ведома представил меня семье, как свою девушку.

— Понимаешь, родители спят и видят, как меня женить, — оправдывался он. — А мне сейчас не до свиданий. Я свою фирму открываю. Кстати, ты могла бы работать со мной.

— Спасибо, конечно, но деньги мне нужны срочно. А что с квартирой? Когда я смогу переехать?

— Если хочешь, можем съездить, посмотреть пару вариантов, — предложил Максим.

— Давай. Чем быстрее я уеду отсюда, тем лучше. Не хочу вас стеснять.

— Да брось ты. Все нормально. Знаешь, раз сейчас ты для всех моя девушка, то может, останешься? Дом большой. Места всем хватит.

Ах, он хитрюга!

— Нет. Одной мне будет спокойнее, — отказала я.

— Как скажешь. Тогда вызываю такси, да?

Я кивнула. Макс достал из кармана штанов телефон, чтобы набрать номер, как вдруг его трубка завибрировала и оттуда полилась сумасшедшая мелодия.

— Щас, минутку, Рит, — он отошел к окну и принял вызов. — Привет, Сань. Давай короче… Сейчас? Черт… Хорошо, скоро буду.

Из обрывков разговора стало понятно, что смотрины квартиры отменяются. Максим развернулся и, бросив на меня виноватый взгляд, сказал:

— Прости. Мне срочно ехать нужно по делам. Звонил мой юрист. Проблемы какие-то.

— Конечно, я понимаю. Так может, я одна съезжу?

Я сняла со стула сумку.

— Ну уж нет. Ты готова? Давай, пойдем.

Макс взял меня за руку и вывел из комнаты.   

  

Глава 5. Внезапная остановка

Я сидела на диване, когда в гостиной появились Максим и Денис.

— Дэн отвезет тебя. Я дал ему адреса, — сказал Макс и подошел ко мне, быстро поцеловал в губы. — Мне нужно бежать. Скоро буду.

Несколько минут я молчала, подперев кулаком щеку. Не понимала, что только что произошло. Денис стоял напротив и, видимо, смотрел на меня, потому что его взгляд прожигал насквозь.

— Ладно, поехали, — сдалась я и встала.

Хотелось как можно скорее покинуть этот дом, где вздохнуть спокойно нельзя.

Мы оделись, обулись и вышли из дома. Дэн держался позади, и меня это немного напрягало. Он нажал на брелок, раздался звук открывающегося замка. Только тогда я поняла, что спортивная двухдверная «Тойота Супра», припаркованная у дома, принадлежит Денису. Черный блестящий капот, желто-зеленый кузов, где один цвет плавно перетекал в другой. Тонированные окна, спойлер и тюнингованные бампера — мечта, а не машина.

— Это твоя? — удивилась я.

— Ну да. Нравится?

— Красивая.  

— Ты еще не видела, на что она способна, — Дэн с гордостью поднял голову, подходя к автомобилю, а потом хлопнул ее по крыше. — Эта красавица не один приз взяла.       

— Ты в гонках участвуешь?

Денис хмыкнул.

— Соревнования по автозвуку.

— Понятно.

Обогнув машину, я села на переднее сиденье и пристегнула ремень безопасности. Такая тачка, наверное, быстро ездит. Денис всунул ключ в замок зажигания и дернул рычаг передачи. «Супра» рванула с места и, выехав на главную дорогу, помчалась в пункт назначения. Меня слегка потрясывало. То ли от того, что Дэн находился рядом, то ли от неизвестности. Я смотрела в окно, разглядывая проносящиеся мимо дома и вывески на фасадах зданий. Возможно, в одном из этих мест мне придется работать.

— Зачем пластику сделала? — голос Дениса вывел меня из раздумий.

— А что, так заметно? — я глянула на него.

— Нет, просто не понимаю, зачем.

— Я в аварию попала, — пришлось рассказать.

— Как ты так не осторожно?

— С отчимом разодралась. Села за руль его машины и не справилась с управлением.

— Хорошо, что жива осталась, — бросил Дэн. — Я жалею об одном... Что меня не было рядом.

Сердце дернулось. Я на миг прикрыла глаза.

— Давай не будем вспоминать прошлое. Все уже пережито, выстрадано и забыто. Не хочу ничего ворошить.

— Как скажешь, — согласился он и включил музыку.

Я вздрогнула, когда ощутила вибрацию сабвуфера за спиной.

Остальные двадцать минут прошли в молчании. Наконец мы добрались до места. Осмотрели квартиру, но она оказалась слишком шикарной. Другие два варианта тоже не подошли. Я пришла к выводу, что с моим бюджетом не потянуть такие квартиры. Сейчас каждая копейка на счету.

На улице быстро стемнело. По дороге домой я достала телефон и глянула на дисплей: десятый час.

— Я тебя не задерживаю? — спросила я. — Ты, вероятно, торопишься.  

— Почему ты так решила? — Дэн метнул на меня заинтересованный взгляд.  

— Ну… Наверно, у тебя есть девушка. А вместо того, чтобы проводить время с ней, тебе приходится возить меня.

Я опустила глаза.

— У меня нет девушки.

В салоне повисло молчание. Денис продолжил крутить руль, не отрывая взгляда от дороги, а я взволнованно кусала губы. Все, больше не скажу ни слова! Зачем мне знать, есть у него девушка или нет? Любопытство? Отнюдь. Скорее надежда на то, что после меня он так никого и не встретил. Чистейшей воды эгоизм.

Мы ехали по городу, делая вид, что не знаем друг друга. И так продолжалось до тех пор, пока из-под капота не повалил густой белый дым.  

— Что это? — запаниковала я, подавшись вперед.

Денис нажал на педаль тормоза, «Тойоту» слегка занесло на заснеженном асфальте, и она удачно остановилась у обочины. Меня резко бросило вперед, но ремень безопасности удержал.

— Ты что, идиот?! — закричала я. — Чтоб тебя…

Сердце чуть не выпрыгнуло из груди.

— Прости, не рассчитал, — Дэн покосился на меня. — Походу, движок перегрелся.

Он вышел из машины и поднял капот. А когда дым рассеялся, открыл водительскую дверцу и забрал с заднего сидения бутылку с водой. После некоторых манипуляций Денис вернулся в автомобиль и, развернувшись ко мне, произнес:

— Поговорим?

Вопрос напряг меня настолько, что глаза судорожно забегали, рассматривая то пейзаж за окном, то пешеходов. Что означает: «Поговорим?» О чем? Почему сейчас? Мысли вихрем крутились в голове, не позволяя разумно думать.

— А нам есть о чем разговаривать? — выдала я. — По-моему, сейчас не совсем подходящий момент. Что с машиной? Ехать можно?

— Да плевать на машину! — повысил тон Денис. — Я никуда не поеду, пока не поговорю с тобой.

Я вжалась в кожаное кресло. Похоже, от разговора не уйти.

— Где твой муж. Ты ведь замуж собиралась.

Я закусила нижнюю губу и совестливо опустила голову. Муж… Объелся груш! «Да не было никакого мужа!» — хотела выкрикнуть я, однако произнесла совсем другое:  

— А не сложилось.

— Не сложилось? Почему? — не отставал Дэн.

— Какое это сейчас имеет значение? — я глянула на него.

— Я просто хочу понять, почему тогда все так получилось.

Похоже, Дэн не уймется, пока все не выяснит. И как бы не было волнительно в его присутствии, не хочу сейчас выяснять отношения, которых давно уже нет. Как заставить Дениса отстать? Может, если до него дойдет, что с Максом у меня все серьезно, он успокоится?

А серьезно ли? Что я чувствую к Максиму? Хочу ли вернуть юношеские чувства?

— Что было тогда, уже не вернуть. Давай закроем тему и будем жить настоящим. Я встречаюсь с твоим братом. У нас все серьезно, нравится тебе это или нет.

— Тогда почему ищешь квартиру?

Вот так, значит? Провокационный вопрос?

— А ты не понял? Из-за тебя. То, что сегодня было за ужином… — я смутилась, вспоминая, как нога Дениса нежно касалась моей голени под столом. — Не хочу, чтобы подобное повторилось. Если Макс узнает…  

— Не узнает. Оставайся. Обещаю, что не буду делать того, чего ты сама не захочешь. — Он развернул корпус ко мне и протянул руку. — Друзья?

Я напряженно сглотнула, глядя на раскрытую ладонь, и нерешительно пожала ее.

— Друзья.

Губы Дениса растянулись в неподражаемой белоснежной улыбке. Мне непроизвольно захотелось улыбнуться. Он дернул рычаг коробки передач, взялся за руль, и «Тойота» поехала. Надо же. Дэн, оказывается, в машинах разбирается.

— Починил?

— Ну да. Говорю же, движок перегрелся. Тачка-то старенькая. Девяносто седьмого года. С ней частенько такое случается.

— Дорого, наверно, ремонт обходится.

— Вообще-то не очень. У меня свой автосервис.

— Правда? — удивилась я. — Не знала.

— А ты многого обо мне не знаешь, — заявил Денис с ухмылкой.

Издевается? Это ведь мои слова. Больше я ничего спрашивать не стала. Так и ехали до дома — каждый со своими мыслями. Когда мы вернулись, было уже за полночь. Максим ждал меня в комнате.    

— Чего так долго? — спросил он, поднимаясь с кровати. — Хотел позвонить, но, оказалось, у меня нет твоего номера. А Дэн был недоступен. Все в порядке?

— Машина сломалась, — осведомила я и, бросив сумку на кровать, развернулась к Максу.

— Ну, конечно, машина сломалась…

— Ты что, ревнуешь? — улыбнулась я, снимая кардиган.

Кинула его на кровать и осталась в одной майке.        

— А если так? — со всей серьезностью сказал Максим и подошел ко мне вплотную. — Ты ведь моя девушка.

Он положил ладони мне на бедра, хотел притянуть к себе, но я убрала его руки.

— Э-э, нет, — отстранилась от него и села на кровать. — Это же только для отвода глаз.  

— Да? А я думал, между нами проскочила искра, — Максим сел рядом. — Я готов подождать, когда ты изменишь свое решение.

Какой самоуверенный, однако. Вот черт, я ведь не сказала Максу о том, что так и не нашла квартиру! Да еще Денису сдуру ляпнула, что у нас с Максимом все серьезно. Завралась по полной и не знаю, как теперь распутать этот клубок лжи.

— Что с квартирой? — точно читая мои мысли, спросил Максим.

— Они мне не по карману. Нужно что-то попроще, подешевле.

— Если хочешь поскорее отделаться от меня, то я готов оплатить любое жилье, какое ты выберешь. Или… — он выдержал паузу. — Мое предложение еще актуально. Оставайся здесь.

— В качестве кого? Твоей ненастоящей девушки? Это глупо, Макс. Обман в любой момент может открыться.

Он взял мою ладонь в руку и принялся перебирать пальцы.

— Я совсем ничего не значу для тебя? Разве воспоминания не вызывают ностальгии? Помнишь, наши встречи под луной?  

Я уткнулась взглядом в пол, чувствуя, как на губах зарождается улыбка. Столько лет прошло с той поры, когда мы были молоды и беззаботны. Бестолковые и глупые. Практически не спали и не ели, питались одной любовью… Макс поднес мою ладонь к губам и поцеловал. Я встрепенулась.

— Только не говори, что воспоминания не вызывают в тебе никаких чувств, — продолжил он. — Если скажешь так — соврешь. Твоя дрожь говорит о многом. Мои прикосновения волнуют тебя, ведь так?

Максим провел пальцами свободной руки по моему плечу. Мурашки мигом покрыли тело. Я подняла голову и взглянула в его голубые глаза. Может, он прав, и я сама хочу вернуть прошлое? Совершенно запуталась.      

Лицо Макса приблизилось. Взгляд начал блуждать по моим пересохшим от волнения губам. И эти томные секунды ожидания заставляли кровь нестись по жилам с бешеной скоростью. Саранский будто испытывал меня, и я была готова первой впиться в его губы, но он опередил. Наши языки сплелись в бурном танце, не требующем слов. Одно дыхание на двоих и общее возбуждение… Я понимала, что это не правильно, но соблазн был так велик… Каюсь, поддалась искушению. Позволила довести себя до безумия. Однако, когда Максим смахнул с плеча бретельку майки, я пришла в себя и прервала поцелуй.

— Давай не будем торопиться, — попросила я, восстанавливая дыхание.

— Как скажешь, — улыбнулся он, на щеках появились ямочки.

Поражаюсь его выдержке. Как он может так спокойно реагировать на мой отказ?! Вот чего мне никогда не понять — откуда в Максе столько терпения?

— Я тогда пошел, — он встал, — а ты не беспокойся о жилье. Живи, сколько вздумается. Хорошо?

Я кивнула.

 

Глава 6. У каждого своя правда

День с утра не заладился. Встретил Ритку перед уходом в автосервис — наградила суровым взглядом, а вроде договорились быть друзьями. Ага, как же! Я без похоти смотреть на нее не могу. Да и подруг у меня никогда не было, нет и быть не может, потому что при первой возможности все они оказались бы в моей постели. За последние три года жизнь изменилась круто. Вернее изменился я. Когда Ритка сказала, что замуж выходит, я собирался предложение ей сделать. Заявился, как идиот, с букетом роз, а она своим замужеством огорошила. Вернулся в Вартовск и пошло — поехало. Работа — клубы — алкоголь. Пытался найти Ритке замену, заглушить боль. Не вышло. Понял лишь одно, что второй такой нет. Расфуфыренные стервочки из клуба ей и в подметки не годятся.

Помню, как Маргарита написала красивые строки. Мол, будет хранить в памяти каждый миг наших встреч. Вот тогда меня реально долбануло. Я понял, что ни от одной девушки не слышал таких вещей. Всем им нужны были либо деньги, либо секс. Я менял подружек, как перчатки. А что, удобно. Наскучила одна — нашел другую. Главное — никаких обязательств. Клуб, можно сказать, стал моим вторым домом. Уходил оттуда разве что принять душ и переодеться. Бухал, не просыхая, пока братан мозги на место не вставил. Илюха пропасть не даст, а я за него любому башку оторву. С приятелем свел, открыли автосервис, который через год у него выкупил. Тогда же и «Супру» у клиента перекупил за гроши. Поставил движок помощней, новый обвес. Багажник оборудовал мощным сабвуфером и усилком. В салоне установил крутые динамики. Начал по городам ездить, в чемпионатах по автозвуку участвовать. Тюнинг мой оценили. Даже первые места брал.

Там же, в автосервисе, познакомился с Кэтрин: девчонкой постоянного клиента, Евгения Романова, по прозвищу Роми. Владелец автосалона. Местный авторитет. Поговаривают, что за ним криминал числится. Я слухам не верю, предпочитаю проверенные источники информации. Да и плевать хотелось на его делишки. Главное, чтобы меня в них не впутывал. У нас взаимовыгодное сотрудничество: я ремонтирую и тюнингую его тачки, иногда перебиваю номера на ворованных авто. Взамен он «крышует» мой бизнес. Пока все отлично, но есть одно незначительное обстоятельство: я сплю с его телкой. Я предложил, она оказалась не против — все довольны.

Забавно, но с появлением Маргариты, Катька будто перестала для меня существовать. Смотрю на нее, а вижу Риткино лицо. Нежное, с едва заметными веснушками. Мысленно ласкаю подушечками пальцев ее теплую щеку, утопаю в воспоминаниях. Но прихожу в себя и понимаю, что лежу в постели с Кэтрин. Она проводит языком по моей груди, потом что-то шепчет на ухо. Вроде все отлично, да только нифига не выходит! Не возбуждает она меня больше! Как застал Маргариту в своей постели, будто все отрубилось. Только ее хочу! Просто наваждение какое-то.

— Дэн, мы закончили! — голос Гарика оборвал цепочку воспоминаний и вернул в реальность. — Иди, глянь! Скоро Роми за тачкой подъедет.

Я поднялся с дивана, на котором лежал, и последовал за механиком. Не, ну то, что у моих парней «золотые» руки, я знал, но не думал, что меня можно еще чем-то удивить. Как тачку увидел, даже поперхнулся. Стайлинг изменил «Бэху» практически до неузнаваемости. Новенький спортивный обвес за тыщу евро смотрелся очень круто, а ламбо-двери[2] придавали тачке некой изюминки. Уверен, Роми оценит нашу работу.       

— Ну что сказать, пацаны? Охренительно! Постарались на славу! — я хлопнул Гарика по плечу. — Отдохните немного. Чайник горячий. А я пока займусь тачкой Кэтрин.

Еще раз осмотрел «Бэху». Удовлетворенно шлепнул ее по капоту, будто телку по заднице, и двинулся в сторону Катькиной «Мазды». Вчера она пригнала авто, просила тормоза подтянуть да пару вмятин выпрямить. Только я нагнулся, чтобы осмотреть кузов, как в кармане брюк завибрировал айфон. Это была Кэт. Легка на помине.

— Да, Катюш.

— Ты куда пропал, Дэн? Два дня трубку не берешь. У тебя что-то случилось? — взволнованно прощебетала она. — И, пожалуйста, не называй меня Катюшей, понял?!

Ха! Я знал, что она терпеть не может свое имя и предпочитает, чтобы ее называли на американский манер — Кэтрин или Кэт.

— Как скажешь, Кэтрин. Только я не понимаю твоих претензий. Я тебе ничего не должен. Если мы потрахались несколько раз, это еще ничего не значит. По крайней мере, для меня.

— Так, значит?! — кипела от негодования она. Голос стал писклявым и противным. — Ладно, не должен, так не должен, — покорно произнесла Кэт, смягчилась. — Когда увидимся? Я так соскучилась по своему тигрику. Давай, где обычно. Вечерком, а? И без претензий.

— Я не приеду. Ни сегодня, ни завтра. Поняла? А будешь названивать, расскажу Джону о нашей интрижке. Все кончено, Кэт.

— Вот так, значит?! Бросаешь меня?!. Козел! Клянусь, что ты еще пожалеешь об этом! — запыхтела Катька в трубку. — Да ты знаешь кто?! Неблагодарная свол…

Я нажал на сброс и, ухмыльнувшись, сунул айфон в карман. Да пошла она! Стерва крашеная! Сейчас меня больше волнует Рита. Как же до нее достучаться? Даже слушать не стала… А чего я хотел? Маргарита уже тогда собиралась замуж за другого, значит, любви ко мне не было. Забавно, я могу получить практически любую девушку, стоит лишь захотеть, а мне нужна именно та, кому я безразличен. Но когда трудности становились преградой на пути к желаемому? Чем сложнее будет борьба, тем интереснее. Посмотрим, как быстро рухнет стена, которую Рита между нами воздвигла.       

***

Утром все разбежались по своим делам, одна я сидела дома, понапрасну теряя драгоценное время. Оно идет, а денег до сих пор нет. Каждое движение часовой стрелки приближает тот день, когда раздастся звонок, и в трубке послышится голос одного из шантажистов. Я зажмурилась, прогоняя образы бандитов, всплывшие в памяти, и поднялась с кровати. После того, как оделась, умылась и позавтракала, обнаружила на столе в комнате Максима записку: «Рита, позвони мне, как проснешься. Макс». И номер, который сразу набрала.

— Максим?! — уточнила я, услышав голос в трубке.

— Привет, Рит. Слушай, вчера забыл сказать… Я нашел тебе отличное местечко в отеле Варта. Работа не сложная. Администратором на ресепшен. Два через два. Зарплата тридцать тысяч плюс премия. Устроит?

— Конечно, устроит! — воодушевленно воскликнула я. Это лучшая новость за последние два дня. — О большем я и мечтать не могла. Спасибо, Максим. А как мне до туда добраться?

— Я заеду за тобой через час. Будь готова.

— Хорошо.

Положив трубку, я запрыгала от радости, как маленькая девочка при виде мыльных пузырей. Даже если за два месяца скопится около семидесяти тысяч, это лучше, чем ничего. Думаю, вымогатели не откажутся подождать еще какое-то время. А там, глядишь, все наладится.

Макс приехал ровно через час. Какая пунктуальность! Вот только какого лешего он попросил Дэна свозить нас до отеля?! Я разозлилась, увидев уже знакомую спортивную «Тойоту». Может, стоит сказать Максиму, что встречи с его братом не вызывают во мне восторга? Возможно, тогда он перестанет просить Дениса об одолжениях.

— Привет, — я натянуто улыбнулась Дэну, подойдя к машине.

Он откинул переднее сиденье, позволяя мне забраться назад. Максим сел со мной, продиктовал брату адрес, и «Тойота» тронулась с места. Все время, пока мы ехали, я ловила на себе провокационный взгляд Дениса в зеркале заднего вида. Так и хотелось сказать: «На дорогу смотри, идиот!» Его «стрельба глазами» немного накаляла. Я напряглась, будто сжатая пружина, но вдруг Макс коснулся моей руки. Наши пальцы сцепились в замок, и тут он попытался меня поцеловать. Я пихнула его в грудь, давая понять, что сейчас это неуместно. Дэну, похоже, эта сцена тоже не понравилась. Он резко нажал на тормоз, отчего нас хорошенько тряхнуло.

— Ты че делаешь?! — возмутился Макс.

— Кошка, — спокойно ответил Денис.

Ага, как же, кошка! Видела я его взгляд в зеркале.

В общем, доехали до отеля без приключений. На должность администратора на ресепшен меня взяли после собеседования, так как им срочно нужен был человек. Как и говорил Максим, хорошая зарплата и график два через два. Завтра просили подойти. На обратной дороге Денис завез брата на работу, и мы поехали домой. На этот раз Дэн не стал доставать меня вопросами. Он вообще ничего не говорил, будто воды в рот набрал. Не знаю, что раздражало больше — его молчание или то, что он делал вид, будто здесь один. Вскоре машина остановилась, Денис вышел, опустил сидение и подал мне руку. Я пренебрежительно глянула на нее, но все же вложила ладонь. Он помог вылезти, и только тогда я заметила, что поблизости нет ни одного жилого дома.

— Что это значит? — я возмущенно уставилась на него. — Куда ты меня привез?

— Это мой автосервис, — он указал рукой на небольшое сооружение. —  Пойдем, поговорим.

— Никуда я не пойду. А ну вези меня домой! — я засунула руки в карманы пальто.

— Ни за что, — разделяя интонацией каждое слово, сказал он и ехидно улыбнулся.

Да как он не поймет — я не хочу вспоминать прошлое! Мне неприятно! Да и ничего уже не вернуть. Слишком тяжелое было расставание, а забыть оказалось гораздо сложнее. Но ведь получилось! Зачем теперь копаться в грязном белье? Мы чересчур сильно друг друга тогда обидели…    

— Рит, с того времени, как мы расстались, я пытался понять, почему все так получилось. Но не смог. Все ведь было отлично, когда я уезжал. Что потом изменилось? У тебя что-то случилась, о чем ты не хочешь говорить?

Я молча смотрела на землю, покрытую тонким снежным ковром, и не хотела отвечать. Все так по-идиотски. Стою здесь, как провинившаяся школьница.

— Рит, ну поговори ты со мной. — Денис схватил меня за плечи и слегка встряхнул.

Ладно, если он после этого отстанет, я скажу ему все, что не сказала тогда.

— Мы здесь будем разговаривать?

— Пойдем в сервис.

Денис двинулся к зданию, я поплелась следом. Когда мы вошли внутрь, в нос ударил резкий запах машинного масла с примесью бензина. Пришлось сморщить нос. Мы прошли мимо нескольких машин, в которых ковырялись механики. Дэн провел меня в какой-то закуток, видимо, комнату отдыха, откуда через стекло было видно практически все, что происходило в автосервисе. Он закрыл занавеску, снял куртку и повесил на стоящую у двери вешалку. Я последовала его примеру, а потом села на небольшой диванчик. Дэн пристроился рядом.

— Чай будешь? — предложил он.

— Мы разве пришли сюда чай пить?

— Понял.

Я огляделась. Совсем небольшая каморка, но вполне пригодна даже для проживания. Есть и диван, и стол, и даже маленькая холодильная камера.

— Ты хочешь узнать, почему я прогнала тебя тогда? — уточнила я.

— Ну да. Что произошло? Ведь все было хорошо.

— Вот именно — было. Пока ты не уехал в Самару.

— Так, стоп. Ты уже не первый раз говоришь о какой-то мнимой поездке в Самару. С чего ты взяла, что я там был? Рит, ты понимаешь, что никакой Самары не было?

— Сейчас ты скажешь, что телефон потерял, поэтому звонил с другого номера. В это трудно поверить. Ты бы поверил, будь на моем месте?

— Тебе — да.

Я сглотнула. Ну, конечно, сейчас легко говорить. Но он не был на моем месте. Ему не говорили, что я уехала к жениху и жду от него ребенка.

— Скажи уже наконец с чего ты вообще взяла, что я в Самару ездил?

— Я позвонила тебе, когда получила паспорт, но трубку взял кто-то из твоих братьев. Он и сказал о твоем отъезде и про…

— Про что?

— Про беременную невесту.

— Что?! — Дэн соскочил с места и потер лицо. — Вот с*ка! Да я его урою!

Кулаки на его руках непроизвольно сжались.

— Хочешь сказать, что это неправда? — спросила я, поднимаясь с места.

— Конечно, неправда!

Сердце почему-то встрепенулось. Неужели не было никакой беременной невесты из Самары? Почему я поверила неизвестно кому, но не поверила любимому парню?

— Я убью его. Веришь или нет, но убью, — со злостью сказал Дэн. — Макс ответит за свои делишки.

Так это был Максим?! Не знаю, что я почувствовала в этот момент. Просто замерла на месте, будто вросла в пол. Неужели Макс из ревности так поступил? Или здесь что-то другое?

Взгляд Дениса говорил о многом, например, о том, что он не лжет и готов прибить брата монтировкой, которую поднял с пола.

— Успокойся, пожалуйста. — Я прикоснулась ладонями к плечу Дэна. — Не нужно никого убивать. Все ведь хорошо. Мы все выяснили. Остальное не важно.

Я погладила его по щеке.

— Не делай того, о чем можешь пожалеть, — продолжала убеждать. — Вы же братья. Нужно уметь прощать.

— И это говоришь мне ты? — Денис метнул на меня ядовитый взгляд.

Он полностью прав. Мало того, что я не простила ему измены, которой на самом деле не было, так еще и разговаривать не хотела.

— Знаю, что вела себя, как идиотка. Я во всем виновата.

— Как ты можешь защищать его?

— Я не защищаю. Денис, посмотри на меня. — Я повернула его лицо к себе, поймала хмурый взгляд голубых глаз. — Я сама с ним поговорю. Поверь, ему придется многое объяснить.   

— Не говори больше о нем.

Дэн отбросил монтировку, которая с грохотом ударилась о каменный пол, и запустил пальцы в мои волосы. Притянул к себе. Теперь мы были так близко, что ощущали дыхание друг друга. Я чувствовала, как теряю контроль над собой. Понимала, что если сейчас поддамся искушению, то не смогу жить без этого человека.

Губы Дэна очутились так близко к моим, что я задрожала всем телом. Затем тут же накрыли их, заставив забыть обо всем. Я таяла от поцелуя, как кусочек льда над пламенем свечи. Растворилась в нем, концентрируясь на ощущениях. Безумно захотелось прикоснуться к коже Дениса. И я безо всякого стеснения выпустила его футболку из джинсов и протиснула под нее ладони. Провела вверх, чувствуя упругие изгибы тела. От этого он сильнее прижался ко мне губами и глубже просунул язык. Поцелуй становился все более настойчивым и горячим. В какой-то момент мне стало не хватать воздуха, будто легкие вот-вот взорвутся. Я прервала поцелуй, чтобы вздохнуть полной грудью и посмотрела на Дениса. Голубой цвет его глаз почти целиком сменился чернотой зрачков.   

— Пообещай, что уйдешь от Макса, — прерывистым голосом потребовал Дэн, приподняв мое лицо за подбородок.

Своим вопросом он поверг меня в замешательство. Как я брошу того, с кем даже не встречаюсь? С одной стороны мы с Максимом как бы пара… Для родителей. (Все его дурацкая ложь). А на самом деле… Да, мне был приятен поцелуй Макса, но это скорее отголоски былых чувств. Все-таки первая любовь и все такое. И вообще, я безумно зла на него за то, что он вмешался в наши с Дэном отношения. Его ждет серьезный разговор сегодня вечером.

— Я поговорю с ним, — пообещала я и прижалась к груди Дениса, вдыхая чарующий аромат его парфюма. — Отвези меня домой.

— Побудь еще немного. Я так соскучился. — Он поцеловал меня в лоб и крепче прижал к себе. — А потом пойдем. Тут недалеко.

Я прикрыла глаза, наслаждаясь теплыми объятиями, и ни о чем больше не думала.  



[1] Слова из песни Алексея Воробьева – Ты и я (OST к сериалу «МонтеКристо»).

[2] Ламбо-двери (англ. Scissor doors, Lamborghini doors, Lambo doors) — автомобильные двери, открывающиеся вертикально на неподвижном шарнире.

Розыгрыши
и конкурсы
Эксклюзивные
предложения
Только интересные
книги
Скидки и подарки
постоянным покупателям