0
Корзина пуста
Войти | Регистрация

Добро пожаловать на Книгоман!

Или войдите через:


Новый покупатель?
Зарегистрироваться
Главная » Звезда галактического ринга » Отрывок из книги «Звезда галактического ринга»

Отрывок из книги «Звезда галактического ринга»

Автор: Павлов Игорь

Исключительными правами на произведение «Звезда галактического ринга» обладает автор — Павлов Игорь . Copyright © Павлов Игорь

ПРОЛОГ

 

            Похищена стерва с планеты Земля для перевоспитания, хм… проведения самого зрелищного шоу империи... Свежее мясо! Свежая кровь и свежие красные щечки смущения. Не пропустите, чемпионат года по женскому реслингу! Разврат, похоть и море фантазии гарантируем. Все ваши самые сокровенные желания будут исполнены здесь! На ринге возможно все! Но в рамках действующего законодательства Империи.

            Желаете приобрести билетик на самое рейтинговое шоу цикла «Звезда галактического ринга»?

            Тысяча триста кредитов на отборочный, куда включен доступ и на зеленую лигу. Восемь тысяч на желтую. Двадцать на красную и пятьдесят на Амировую!!

 

 

ГЛАВА ПЕРВАЯ. СТЕРВОЛОГИЯ

 

             – Одевай! – Закричал человек с пластиковым лицом. Вздрагиваю, так зол он впервые. Куда делся тот обаятельный инопланетный то ли мужчина, то ли киборг?

             Все–таки он человек, скрывающий свое истинное лицо, или переборщивший с пластикой. Страшно осознавать, что это мой единственный знакомый в этом чужом мире! И от него зависит все! Как же умудрилась так встрять?!

             – Как я это одену?! – Начинаю с позиции слабости, слезу давлю. – Эти трусы еще куда ни шло. А платформы и платье, да на ринг? Топ без лифа? Дайте лифчик, грудь же вывалится. Господи, да тут декольте. А чулки зачем? Ну? Да просто смешно.

             – Среди любимой одежды в анкете ты указала все это. В том числе чулки, – выдает человек с пластиковым лицом. – Ты подписала контракт. Пункт сорок пять, абзац три…

             – Столько текста! Когда бы я успела его прочесть? – Выхожу из себя и вжимаюсь в угол от его резкого взгляда, и уже продолжаю жалобно: – Я доверилась вам. И не могла помыслить, что меня ждет.

             – Подписала, отвечай.

             – Я думала, вы проводите кастинг в модельное агентство! Но не это! – Набираюсь неожиданной смелости. Но все это безнадежно после очередной фразы мужчины.

             – Ты должна нам за билет сюда. Всего один отборочный матч, и ты получишь кредитов столько, что хватит расплатиться по долгам, независимо от исхода боя.

             Сглотнула сухим горлом.

             – Какого исхода? К…какого боя?! Я… я не умею драться! Вы в своем уме?!

             – Твой противник ничем не лучше тебя, такая же девушка без малейшего опыта. Твои опасения напрасны, по правилам шоу, никаких телесных повреждений не допустимо. Это борьба, а не бокс или мужские бои без правил, как у вас на Земле. Успокойся, переодевайся. Время.

             – Я хочу есть. Полдня крошки во рту не держала.

             – Ты не заслужила еды за свое непочтительное поведение, – произносит надменно человек с пластиковым лицом.

             Мурашки катаются по моему телу. Дрожу, как же погано и дискомфортно от всего окружающего. Даже фантастическая красота за окном меркнет в сравнении с этой безумной ситуацией! Его улыбка ввергает в ужас. Впервые он выдает такие яркие эмоции, это страшно… страшно осознавать, что он не тот, за кого выдавал себя вначале.

             Неожиданно погано от понимания, что о тебе просто не кому позаботиться.

             – Сегодня и сейчас у тебя единственная возможность проявить себя, – говорит с некой иронией. – Будет покровитель и желающий заключить новый контракт с тобой, появятся реальные шансы. Ты должна понравиться публике, это единственный выход.

             – Я… я не ваша раба. – Начинаю реветь. – Отпустите меня домой. Я свободный человек. Хочу домой. Пожалуйста.

             – Одевайся, – в голосе сталь. Вздрагиваю от его резкого и угрожающего движения руки в замахе. – Если ты оплошаешь, я выброшу тебя в ближайшем порту. В лучшем случае подберут законники и определят к шахтерам, живущим без женщин годами. В худшем – поймают пираты и разделают на органы. Девочка, ты в сотнях тысяч парсек от своего дома. Не ищи иных путей.

             Человек с пластиковым лицом удаляется, давая мне три минуты на туалет и прочее. Проглатываю слезы. Скидываю халат, беру тугие трусики и натягиваю на гусиную белую кожу…

             Открывается дверь, накрывая меня волной звука и света. Чертов гладиаторский коллизий ждет. Тысячи зрителей в огромном многоярусном зале. Миллионы в своих креслах в уютных домах за платным контентом. Трибуны ревут, а я вижу прямую дорожку к рингу.

***

               За девять дней до этого. Солнечная система. Земля, город Москва.

– Они пришли со своими технологиями и принесли нам грязь! – Разрывает горло святой бомж. Убогое создание.

Прохожим его лепет, как фоновое радио. А я просто ожидаю следующей мелодии, поэтому услышала этот бред сивого жеребца, грязного и вонючего.

Лето и мне неслыханно хорошо с виртуальным плеером в ушах.

В мое личное пространство пытается ворваться назойливый Олег. Жалкий тип с козлиной бородкой. Обещала чего–то там. Ладно, отвечу на звонок.

Возникает полупрозрачная картинка, которую вижу лишь я. И слышу тоже только я. Музыку делаю тише, злюсь, ибо на самом любимом месте прервана. Многие говорят, что запись можно повторить, человек дороге. Ага, разбежались.

– Чего тебе, Олежка? – Вымученно выдаю. Люблю капризничать, это помогает быть выше податливых дурочек.

Начинает тупить. Слова пытается выплюнуть, еще один убогий.

– Я достал нам билеты на катер Аявар! – Выдал, наконец.

Хмурю носик. А самой радостно, давно хотела прокатиться до Марса и обратно. Трехчасовой круиз в прозрачном купе с вкуснейшей едой, стоит один билет полугодовой зарплаты моих родителей. А Олежка богатый. Но тупой. Баланс соблюдается во всем.

– Ладно, – улыбаюсь мило.

– В субботу, я…

Киваю, сбрасываю. Сеанс окончен. Терпение кончилось для тебя, малыш.

– Безликие деграданты! Трусы и бесчестные ублюдки! – Прорывается проповедь бомжа в мое ухо. Звуки, как запахи, терпеть не могу чужую вонь. Уношу ноги. Музыка громче, еще громче…

На меня смотрят парни. Даже те, что со своими девушками глазеют. Чулочки отпад, я просто супер. Смотрите и знайте, я никогда не буду вашей.

Сквозь вечернее небо прорываются звезды и разноцветные пульсирующие огни.

Мы искали жизнь за пределами Солнечной системы. Но нас нашли раньше. Высокоразвитая раса людей предложила нам все блага, а с этим и свою мораль. Мораль… в этом и главный подвох. Прошло пять лет, и мы молодое поколение не жалуемся, нам интересны их шоу и новости, культура и быт. Наши родители сторонятся сего, пытаются запрещать и ограничивать отпрысков. Но как можно ограничить безлимитный бесплатный интернет, что рождается буквально из воздуха силой мысли. Всего один наноробот размером с микроба и вуаля!

Как можно ограничить мысль? Да практически никак. Все, что возникает в голове вопросом, дается ответом перед глазами. Мягко, умеренно или жестко. Все зависит от желания и возраста. Ограничений все же наши власти добились. Но их легко можно обойти при желании и достаточной сумме межгалактических кредитов. А там есть на что посмотреть, уверяют меня продвинутые и любознательные девочки.

Земля теперь часть большой империи. И мы – туристическая планета, не имеющая права голоса в совете тысяч разумных рас. Аборигены. Ну да ладно.

Иду по тротуару, мечтая, о том, что меня заберет какой–нибудь богатый космический принц. И это в наше время не сказка! Недавно одну молодую гимнастку увез к себе в звездную резиденцию один из дальних родственников императора! Земля – планета невест!

Люблю ходить, а еще больше бегать. В парке тоже море спортсменов, отрицающих технологии инопланетян. Есть еще дурачье считающее, что надо накачивать мускулы натуральными методами. Я и сама качаю попу и подтягиваю бедра бегом. Это дает мне статуса в соцсетях, есть те, кому я позволяю наблюдать за собой, когда мне нужно. Они пишут хорошие комментарии и присылают виртуальные цветы, признаваясь в любви. Я не актриса и не певица, но у меня море поклонников. Потому что у меня клевая фигура и миленькое личико! Я совершенство! Достигнутое естественным путем. В этом мой конек, фишка и бренд.

Надоела набережная. Как не чистили Москва–реку, все равно в нее продолжают писать бомжи и кошки. Хочу на курорт. Но наши козырные юга заполонили люди с других звездных систем. Хочешь отдыхать – плати втридорога. Да и не везде можно. Куда закрытых зон, взятых в аренду аристократией империи на неизвестные сроки. Может, нас уже давно захватили. Без боя и суеты, а нежно и играючи.

Подъезжает такси, вызванное силой мысли. Усаживаюсь, водителя нет. Автопилот. Увы, безработица у нас огромная. Даже несмотря на то, что земных шахтеров партиями вывозят с планеты на межзвездные рудники. Естественно на заработки, не рабами же. Империя за свободу! За равенство и братство. За красоту гармонию и эстетику. А что там бомж орал? Дебил…

Входящий от Милы. Предвкушаю веселье.

Возникает рыжая, раскосая лиса. Зеленые зрачки с черной окантовкой блестят. Тоненькие губы изогнуты с хитринкой. Снова затейница в ударе.

– Сколько можно меняться? – Ахаю от восторга. Подруга не очень–то и красива, но страдает постоянной сменой образа.

– Че делаешь? – Последовал ответ с чавканьем. – Поехали на экстрим.

– Снова бомжей гонять в полицейской форме? – Смеюсь, сама уже на взводе. Готова на любую авантюру с этой затейницей.

– Не, просто в клуб, – протягивает с иронией.

– А экстрим в чем?

– Так раритетный клуб, без всяких там наворотов. Пойдем туда, где простой народ тусуется.

– А, – киваю с сомнением.

– Заедем в салон сперва, а потом шмоток тебе купим нормальных. Ну а дальше посетим быдло–пати.

В груди потеплело. В последнее время Мила любит меня одевать, будто я ее кукла.

Растягиваю улыбку. Что тут скажешь? Пользуюсь деньгами подруги, и не считаю, что должна ей за это. И никому ничего не должна. Мой девиз по жизни: любите меня за то, что я есть.

– Подтвердите новый маршрут? – раздается электронный голос.

– Я загрузила адрес, – прокомментировала Мила и отключилась.

Посылаю мысленное подтверждение. Долго тренировалась управлять мыслями, что материализуются в команды. Научилась отделять уровни сознания и подсознания. Целое пособие на эту тему инопланетяне нам скинули. Я даже экзамен сдавала, как раньше люди по вождению, чтобы получить симбионта.

Пишу маме. Звонить не буду, начнет грузить и нравоучениями заниматься. Все сводится к безопасному сексу. Иных опасений нет, ибо в наше время полиция реагирует мгновенно со скоростью мысли. А система тотального контроля следит за перемещением каждого гражданина. Даже мой паспорт и деньги внутри меня в виде нано устройств. Очень удобно посещать аквапарки и пляжи. ДА и много–много всего.

Шесть целых семьдесят пять сотых кредита перечисляется с моего скудного счета за транспорт. Мама уже не контролирует мои счета. Я взрослая девочка с балансом в двадцать три кредита.

– Катюня! – Восклицает Мила, когда покидаю транспорт, прибывший в шикарный магазин одежды от раскрутившегося на классике итальянского модельера Ралетти.

Рыжая тонконогая девочка в платьишке с хорошей попой, но никакой грудью мне не соперница. Оттого не вижу в ней врага. Мы – контраст, который играет мне на руку.

Обозначаем поцелуи. С завистью смотрю на ее шикарную сумку и новый браслетик. За последние два года подруга моя поднялась. Стала богата. Сама сетует на родителей, но я почему–то сомневаюсь в этом. Бросила учебу, родителей нет нигде, о них вообще ни слова, всегда боеготовая в любое время дня и ночи. Словом – свободная птица. которую никто не воспитывает кроме меня.

Заходим в бутик. Девчонка менеджер начинает лизать Миле попку, потому что у нее сумка стоит больше, чем месячная зарплата работника этого магазина.

– Покажите новую коллекцию белья, – важно произносит подруга, пока я вдыхаю ароматы новизны и просто балдею от предвкушения касания к новому.

Девочка начинает запинаться, к ней на помощь подскакивает тетечка на высоченных каблуках, строгая на вид и важная, но выдает все мягко и вежливо, распинаясь по поводу тканей и удобства того или иного лифа.

Мила набирает лифы с объемом чашечек С. Я как дура делаю вид, что не смотрю на цены. А они заоблачны. Подруга набирает мне. Свой первый размер она не особо подчеркивает, стараясь носить пушап и рифленые кофточки. Хотя было как–то, что пришла в маечке без лифа с торчащими сосками. Обкурилась девица.

– Мерить, – бурчит. – Знаешь почему я выбираю такие магазины?

Пожимаю плечами, проходя в кабинку.

– Чтобы в сеть к дрочерам не попасть. Запишут, даже датчики не заметят, потом объясняй в институте, что это монтаж.

Фу. Сама набралась дурных слов от подруги. Завешиваюсь, принимая горсть лифов. Ценник жесть. Снимаю маечку. Белокожая я, любуюсь, глядя на плоский живот – мое достояние и гордость. Снимаю бежевый лиф, грудь выпадает. Иногда у меня паранойя, думаю, что сиськи мои не ровные, левая ниже правой. А еще они подвисают, хоть и пышные в меру. Но я чувствую, что сила притяжения берет свое. И это в девятнадцать лет! Никакой нано–пластики! Все натурале. Тянусь за розовым лифчиком, Мила заныривает ко мне.

– Катя. А ну давай заценю, – говорит важно.

Ну ладно, соглашаюсь со спонсором. Уже представляю, как буду среди завистниц курса в этом белье и полупрозрачной маечке, чтобы все видели такой модельный шедевр и мои буфера.

Мила пялится на меня, пока мерею.

– Ты чего? – Замечает мое смущение. – Я не лесбиянка, хватит всякую ерунду обо мне думать. У тебя клевая грудь, хочу такую же. Без пластики же?

Киваю, смущаясь еще больше.

– Породистая ты баба, у тебя папа не бразильских корней?

– Дед, – пожимаю плечами.

– Талия, любая позавидует, задница отпад, сиськи – кровь с молоком. Да ты в топ–модели первый кандидат.

– Совсем засмущала, можно салатовый возьму, ой нет, розовый?

– Давай к ним трусики подберем. А то комплектные мне не нравятся, – загорается Мила и уносится за трусами. Благо, подруга не присутствовала при моей дерганной примерке. Хотя я поверх стрингов своих мерила. Брезгую. Стараюсь нижнее белье стирать перед ноской, мало ли триппер подхвачу, не переживу.

Дальше дело перешло к шмоткам. Вечернее платье я нашла, будто оно создано именно для меня. Четко подчеркивает фигуру и ягодицы. Бедра, талия вычерчены. Спинка голая.

– И в этом на бомж–пати?! – Скулю.

– Посмотрим, что ты после салона скажешь. Погнали! Девушка, заверните нам все и на доставку по адресу...

Захлебываюсь от восторга. Все мое!! Я просто могу прийти в магазин завтра без подруги и сдать часть, разбогатев несметно!

Взрослая женщина давит легкую улыбку. Заметила, что я на шее у подруги?! Стреляю в нее хмурым взглядом с нотками презрения. А ну заткнулась, овца. Уводит взгляд, но так надменно и с усмешкой, что хочется сказать гадость. Она меня уже просканировала раз десять. Завидуй молча, стерва.

Салон красоты. Мир, где тебе дарят кратковременную любовь и заботу. Точат, пилят, красят и лижут все части тела. А еще наводят эстетику по велению клиента, но с нотками своего таланта. Так рождается федеральной красоты я, Екатерина великая и бессердечная.

Часть процедур вручную, часть с помощью нано. В итоге на меня смотрит голубоглазая голливудская актриса. Невероятно красивая и волшебная.

– Ну у тебя и глазища, Катюнь, – восклицает кукла Мила, потирая ладоши. – Шампанского в студию!

Едем в клуб, предварительно накатив по бокальчику белого игристого.

Дорога, стоянка, дом трехэтажный под снос и вывеска над крыльцом: «Клуб раритета и любви к Родине».

С улицы уже слышно, как долбит музон. Дом на фоне многоэтажек спального района. Судя по огням в окнах, многие не спят, курят нервно на балконах.

От самой стоянки очередь. На входе два дядечки шириной, как я в высоту с нано–искателями. Сканируют нелегальных симбионтов и выдворяют с угрозой вызвать полицию.

Время глубоко за полночь. И стоять я не намерена. Иду вдоль очереди, подхватив оторопевшую Милу. Подружка, теперь мой выход. Если кто не посмотрел на меня, это лишь потому, что занят путешествием в виртуальной сети. Никто и слова не сказал, одна баба успела вякнуть, когда уже к охране подошли. Но поздно, оба громилы пододвинули железный бортик пропуская нас. Улыбнулась мило, в их округлившихся глазах отражается богиня красоты и грации. Никто нас даже не просканировал и задерживать не смел.

Небольшой холл с голубоватым светом и окошками кассы. Мила расплачивается, нам ставят детские печатки на руки, светящиеся неоном. Проходим дальше, минуя группу быдла, что пытаются разобраться кто кому должен и хватит ли на выпивку. Раздевалка с бабушкой, девочки две стоят, мымры страшные. Ребята к ним пытаются подкатить с пьяными шуточками. Видят нас и млеют. Взгляд мимо всех, никакого внимания окружающим. Бабушке сдаю кофточку, обнажая спину и вечернее платье.

Завистливые взгляды женщин, как бальзам на душу. На мою задницу пялятся все мужики! Пьяные в открытую, трезвые украдкой. Хватит самолюбования! Проходим в зал с барной стойкой. Разноцветные бутылки за мальчишкой барменом, куча бокалов на рельсах, подвешены за ножки. Бармен подмигивает мне, а я смотрю безразлично. Мебель подмигивает, ладно, бывает.

На стойке поджигается зеленая самбука. Парень неумело пьет, вдыхает через трубочку. Шагаем дальше, лавируя меж народа. Столики все заняты, диванчики тоже. Следующий зал круглый с балконами в два яруса, обрамляющими его. Танцпол под вспышками в такт музыки, светомузыка создает тот еще раритет. Танцы в разгаре, кое – где пьяные танцы.

Мила тащит по лестнице вверх. Тут же скачут официантки в обтягивающих белоснежных штанишках и блузках с натянутыми на бюстах пуговицами. Серые мышки, которые подрабатывают за жилье в общагах.

Поднимаюсь неспешно, каблук двадцать сантиметров, покачиваю бедрами и поправляю челку. На голове произведение искусства. Девочки постарались на славу.

Вип – ложе наше. Мила забронировала. Балкончик, столик и диван полукругом. Шторка, при желании загораживает от проходимцев, вид на танцпол. Ди-джей зажигает, имитируя работу. Все уже давно само играет, стоит только подумать. Подтанцовка из двух попастых куриц. Обе меня бесят, двигаются плохо, ноги на высоченных каблуках. Под ними стоят ребята и глазеют откровенно, позабыв о танцах.

Мила заказывает кальян, ролы и б52, сразу четыре шота. Трехцветный напиток, который сперва надо поджечь, затем выпить через трубочку мне никогда не нравился. Всегда опасалась за свои волосы, шикарные натуральные белые волосы. Переполненная позитивом и чувствами, что море по колено, на этот раз пью уверенно…

Свежо, стою облокотившись на перила верхнего балкона. Мила нашла себе черненького мальчишку и целуется на своей вип–ложе. А я ушла, проявив солидарность. Танцевать не хочется, смотрю на людей. Едва стала вертеть, поперла алкашня знакомиться.

Господи, сколько ублюдков эта земля носит?! Одно быдло толкнуло другое на площадке у сцены. И понеслось. Тем временем девушки позволяют брать себя за задницы незнакомым проходимцам. Танцуют с неуклюжими пьяными парнями, что лапают из за грудь. Целуются! Фу…

– Вы свободны? – Очередной смельчак подкатывает. Даже не оборачиваюсь и не отвечаю.

Пристраивается сбоку. Мельком взглянула. Буквально на секунду. Вроде трезвый. Дядя лет тридцати, ухоженный. Брови прямые, вид джентльмена. Но ничего особенного. Смотрю в другую сторону, этот мне не интересен.

– Считаете, что не достоин внимания? – Произносит с обидой и укором. Поворачиваюсь к нему, смотрю прямо черные ресницы, подводка и большие голубые глаза дают свой результат. Я как солнце, долго не посмотришь, дядя.

Пожимаю обнаженными печами. Вонь от дыма, что периодически пускают на площадку, меня раздражает. И навязчивые дяди тоже. Не интересен, отвали.

– Мое имя Алексей, я совладелец хорошего модельного агентства, – начинает подкат. – Мы могли бы пообщаться в менее шумном месте.

Растягиваю улыбку и мотаю головой, возвратившись к перилам.

– Не верите?

– Тупейший съем, – бросаю.

– Последний шанс.

– Отвали, – выдаю без тени страха. Охрана в клубе вокруг меня вьется уже давно. Инциденты были.

Мужчина уходит, не оборачиваясь. А я все же посмотрела ему в след. Прямиком ушел, будто только я и была его цели. Странный какой–то. Вроде и акцент почуяла, и запах необычный. Послевкусие выдал незнакомец. Спускаюсь к подруге, в душе тревога.

На нашем диване четверо ребят! По двое с каждой стороны. Пары разные, быстро делаю вывод, что незнакомцы. Одни обособленно пьют водку, двое других общаются с Милой. Девочку развезло. А я совсем уже трезвая.

– Моя подруга! – Раздается сквозь музыкальный проигрыш. И как по заказу, музыка глохнет, раздается голос ведущего. Вот и наступило время конкурсов и покупок фирменного коктейля по аукциону!

– Василий! – Поднялся мальчишка, что болтал с Милой.

– Сергей! – Подорвался тот, что пил водку, следом его друг развалившись еще больше на диване проблеял:

– Арсен Спарягин, кмс по боксу. Всех размотаю, ты только пальцем покажи.

– Мила, поехали домой, – фыркаю, хватая за руку. Меня отдергивает дружок Василия.

– Ээээ, пжи…

Ненавижу пьяных ублюдков. Животные.

Арсен встает медленно, отодвигая от себя стол со скрипом.

– Ты чего бузишь? – Адресовано к тому, кто воспрепятствовал эвакуации подруги. И тут я вижу ее ухмылку. Вот лиса.

– Пошли выйдем?

– Че?!

– А Че?! А ниче!

Подрывается Мила.

– Мальчики, покурим.

– И поговорим, – скалится Арсен, расправив плечи. Друг его придерживает. Двое оппонентов более расслаблены. Давно не видела драк. И вдруг захотелось крови и зрелищ.

Не успели выйти из клуба, началась потасовка. С визгом и хохотом, мы прыгнули в такси, оставив с носом ухажеров, намеревавшихся нас зацепить на посиделки на хате.  

Такси везет в другой уголок города. За стеклом мелькают огни московских переулков, плотное движение вечером сменилось редким ночью. Вторник, многим на работу. А мы понеслись в круглосуточный спа салон.

Клонит ко сну. Но я должна отработать своим присутствием и хорошим настроением. Подруга трезвеет, чирикает про чудный спа с красивыми и умелыми мальчиками.

Подвальное заведение на северо – западе Москвы. Мила тащит уверенно, встречают ее, как частого и дорогого клиента. Проходим, в раздевалке чистенькой и благоухающей оставляем вещи, хватая полотенца. За столиком нас угощают бодрящим кофе… И вот я лежу на кушетке, с полотенчиком на попе. Меня массирует накаченный парень руками, творящими чудеса.

Проваливаюсь в сон. Но борюсь до конца. В зеркало вижу подругу и желтые огоньки ароматизирующих свечей. Массажист красив, он стоит моего внимания. Но жалок, раз в этом заведении работает. Без кредитов мне совсем не интересен такой. Куда он меня поведет, если начнет клеить?! В забегаловку или шашлычную сомнительную?

– Как тебе? – Блеет Мила.

– Кайф, – протягиваю. Мальчишка мнет спину, хребет, ребра пальцами своими настойчивыми прочерчивает, уходит к груди у подмышек. Приподнимаю подбородок и даю телу напряжение, понимая, что слишком много себе позволяет. Тот словно чувствует меня, отступает к пояснице. Переходит на ноги. Массирует их снизу–вверх: пальцы ног, пятки, икры. Теплые сильные руки в сочетании с горячим маслом скользят выше. Это скольжение так неистово приятно… Кушетка широкая. Он слегка разводит мне ноги. Настойчивость воспринята, как нужда доделать работу. Это всего лишь обслуживающий персонал. Ладони касаются внутренней стороны бедра. Боже, как приятно. Еще никто не трогал меня так близко. Ах…

Руки скользят ближе, уходя к ягодицам под полотенцем. Хочу возмутиться, но утопаю в блаженстве. Это всего лишь ягодицы… переходит на копчик, надавливает и водит круговыми движениями. Охх, приятно. Да и медицина это, так надо…

Сквозь пелену сна понимаю, что–то не так! Моя попа ощущает слабое дуновение ветра. Точнее анус чувствует. Напрягаю ягодицы, понимая, что на них его ладони! Полотенца нет! Он раздвинул мои ягодицы!! И дует на мой анус!!

Дергаюсь, как ошпаренная. Мила вскакивает. Парень стоит в трех метрах, а я сжалась. Не знаю, когда успела прихватить полотенце. Массажист Милы куда–то пропал. Сама она отключилась, похоже. А этот урод со злорадством смотрит на меня голую! Что он сделал еще предстоит выяснить. Я ему голову откручу. Обращусь куда надо и открутят.

Ах ты тварь!

– Что?! – Мила в недоумении. Ощущаю, что масло давно уже впиталось! Его мерзкие руки трогали мои ягодицы с трением, не скользили! Значит я отключилась надолго!! Передергивает в отвращении.

– Он… он! – Начинаю, задыхаясь. Щеки кровью наливаются. Мурашки по телу бегают, внизу все сжимается. – Сам ей скажи!

Парень меняется в лице. Становится податливым и печальным.

– Простите госпожа, я не хотел напугать, полотенце упало, я понял, и вы…

– Врешь! – Кричу.

– Эй, Карен, ты лапал ее?! – Взвинтилась вдруг моя подруга, назвав этого ублюдка по имени.

– Нет! Что вы! Не в коем случае, госпожа, простите, если доставил неудобства.

В комнату влетает здоровенный качок в черной обтягивающей майке. Парень сжимается.

– Что тут за шум?!

– Зови администратора, – командует подруга важно.

– Не надо администратора! – Восклицает урод по имени Карен. – У меня мама инвалид на иждивении, кормить надо, не надо жалоб, я вам деньги верну за сеанс. Вдвойне верну, простите только!

– Простим? – Спрашивает вдруг меня охранник. Щенячий взгляд парня так омерзителен.

– Нет! Администратора! – Настаиваю.

Приходит помятая женщина лет сорока пяти, пока охранник общается по понятиям с массажистом.

– Он трогал меня, – заявляю, набравшись решимости и собравшись с мыслями. – Едва не надругался.

– Пшел вон! – Рявкнула женщина, что на миг мне стало жалко мужчину. Но лишь на миг. С победным видом проводила его взглядом. Мразь эту кареглазую.

Оделась без душа, наспех, ждала подругу на улице, как раз такси подошло. Скорее из этого притона с извращенцами! Разлетелись мы с подругой по домам на не очень хорошей ноте. Мила хмурая, я тоже вся зажатая, будто меня изнасиловали. Хотя по ощущениям все в порядке, нигде ничего не саднит. И как хорошо, что миновало.

На часах четыре утра, и мама не спит. А я без зазрения совести, игнорируя ее иду в ванную. Щелкает автоматический датчик.

– Обмен данными отключен, – раздается электронное. Облом хакерам, что любят подсматривать за личной жизнью. Блокировка нанопередачи и интернета в туалетной комнате.

– Я волновалось, – раздается за дверью. – А ты выключила входящие.

– Прости мам, я случайно, когда в салоне была, – выкрутилась. На кухне зажужжал термопод. Нравоучений не будет, камень с плеч.

– Тебе посылка, – говорит мама, судя по всему, из той же кухни. Квартирка у нас маленькая.

– Знаю.

Скидываю вечернее платье, которое нужно стирать. Масло на нем в любом случае осталось. Лиф новый жалко, его тоже бы постирать. Но скорее всего испорчу товарный вид. Жаба душит, радует, что есть еще куча новых. Мне срочно в душ, смыть всю эту мерзость, след его лап. Стягиваю трусики, кидая их в корзину грязного белья.

Соски необычно тверды, как камень. Еще снимая лиф, почувствовала укол от трений внизу живота. Он мне подмешал афродизиака в масло! Скорее смыть! Голову не стала, прическу за тысячу кредитов жалко. Косметику… потом. Не до нее, новые нанотехнологии, никаких неудобств с этим делом. Можно даже спать.

Выхожу из душа, посвежевшая и несколько возбужденная. В большое зеркало смотрит нереально красивая и сексуальная девушка. Гляжу на нее и хочу. Стыдно себе в этом признаться, я возбуждаюсь от себя самой. Люблю себя. Захотелось снова лиф надеть розовый, в нем я просто нереальна. Натягиваю, получая приятное от трения все еще упругих сосков. Вроде и не чувствуется масла от ткани. В зеркало на меня смотрит голубоглазая блондинка с прической в косы и челочкой тоненьким изгибом до гладенькой щеки, игривый такой.

Румянец и тонкие черты лица. Я нереальна. Ни один ублюдок недостоин касаться меня. Сейчас массажист, наверное, дрочит. Фу, мерзость. А о чем он думает? Сколько времени он смотрел туда? Пусть. Это лучшее, что у тебя было, о большем забудь, тварь.

Мысль дурная в голову лезет. Смотрю на живот и скольжу взглядом на кису. Трехдневная щетина. Ой, растяпа, не побрила перед клубом. И он видел это?! Помешалась на своем натурале, надо удалить волосы с помощью нано, и дело с концом. А я брею вибрабритвой, кремочком мажу. Мне нравится ухаживать за своей кисой.

Массажист… А что он там рассматривал? На меня уставились горящие глаза из зеркала. Снова снимаю лиф. Нет, у меня определенно классная грудь, особенно такая возбужденная.

Мамино зеркальце хватаю с полочки. Я просто посмотрю, как это выглядит, не более. Старая добрая чугунная ванна. Включаю воду в раковине, чтобы мама чего зря не подумала. Ложусь в нагретую от душа ванную. Поворачиваюсь поперек, перекидываю ноги  через бортик. Голову ниже, попу выше. Не зря я ходила около года на йогу, шпагат едва не дотягиваю. А тут просто березка в ванной. Таз выше головы, ноги назад к груди согнутые в коленях для баланса. Что я с собой делаю… сама с себя удивляюсь. Но это предвкушение толкает дальше. Беру зеркало мамино размером с две ладошки и подставляю под углом, как нужно.

Шум воды, льющейся из крана, дает комфорт и ощущение домашнего уюта, полного интима и индивидуального недосягаемого пространства. Мое таинство, мои эксперименты.

– Объемный свет, – командую шепотом и в зеркале появляется моя растопыривая попа. Никогда не видела свой анус. Тело знаю, да и киску изучала, отодвигая половые губы и с опаской разглядывая красные стенки полости. А вот дырочку попы нет. Белые растянутые ягодицы, сделавшиеся больше, идеальная кожа без единого прыщика. А в середине, в углублении крохотная розовая дырочка, напоминающая губки «пю» в уменьшенном варианте. Такая беззащитная… такая простая и в то же время привлекательная. Моя анальная дырочка. И никакой пигментации вокруг, все идеально, все от природы. Мой изящный каньончик переходит в сомкнутые половые губы. Их эта тварь тоже видела, край, немного, но видела…

Сжимаю сфинктер. Так забавно получается. Свободной рукой натягиваю кожу на ягодице, создавая легкую деформацию анального колечка. Немного открываю его, размыкая. И нет в этом ничего такого. Я просто изучаю свое тело, свое собственное. Подбираюсь пальцем ближе, между ног ощущаю томное блаженство, предвкушение. Ближе… палец трогает нежную дырочку, оттягивая ее немного в сторону. Касание, палец вверх, снова касание. Такое ощущение, будто чувствую биение сердца, отдающее туда. Страшно подумать, что массажист мог трогать анус, пока спала. Тварь распускала руки и рот. Этот извращенец смотрел и наслаждался беззащитностью моей анальной дырочки.

Увидел, значит, надругался. Урод… ненавижу его.

Новые желания. Двигаюсь к киске, половые губы с этой точки зрения тоже мне не знакомы. Раздвигаю, тоненькая блестящая слюнка тянется внутри. Черт возьми, да я довольно возбуждена. Возвращаю тело в нормальное положение, скрипя и получая дискомфорт. Но желание сильнее. Новое, похотливое. Я хочу испытать кое–что, но не знаю как. Озарение приходит быстро: фен! С функцией холодной сушки, режим струи! Хватаю его и возвращаюсь в прежнее положение березки поперек ванной. Ноги расставляю шире, мне нравятся мои проступающие сухожилия от киски. Нащупываю заветную точечку в киске. Она уже набухла. Раньше делала это с помощью душа. Теперь я нажимаю на кнопочку рукояти, и фен выдает тоненькую холодную струю на мой анус. Немного круговых движений, перенаправляя, играя, создавая тот самый эффект. Пальчик трогает клитор. Пять секунд… А – ах! Дыхание перехватывает! Улетаю в неистовое блаженство, едва не выронив фен. Еще немного и поворачиваюсь вдоль ванной, пускаю воду и здесь. Никогда еще я не испытывала такого сильного оргазма.

Передергивает вдруг. Сжимаю бедра. Что со мной?  Раньше никогда такого не делала.

– Доча? – Мама стучится в дверь по старой привычке. – Ты там не заснула?

– Нет мам! Выхожу! – Подрываюсь, как ошпаренная. Фен падает с бортика на коврик. Вытираюсь и иду в кроватку, ощущая себя похотливой проституткой.

Мягким одеялом укрывает меня мама. Нежности хочется, ласки. Меж бедер сжимаю складки одеяла. До чего ж стыдно.

***

День начался с обеда. Простояла в планке пять минут, поприседала немного, сгоняя остатки негатива. Перекусила и в путешествие отправилась.

Я на первом курсе института среди тупых мышей, чувствую себя старшекурсницей и авторитетом. В нашей стране убогое образование путем физического и умственного труда еще не умерло, но власти империи борются и с этим. Зачем что–то запоминать, если можно просто спросить у сети?

На лекции хожу, чтобы покрасоваться и послушать сплетни.

Вторник солнечный, и я проспала почти все пары. Но решила сходить на последнюю, ибо моя любимая. Иногда включают ролики о жизни в центральной империи.

Прическу расплела еще перед сном, получив кудри до пояса. Хороший салон, ни грамма лака, только заколочки и брошки. Все включено. Жалко, но куда деваться, учебное заведение все–таки. Если прибуду в чересчур презентабельном виде, сокурсницы захлебнуться собственным ядом.

А так, штанишки, обтягивающие со стрелочками, стринги под них, кофточка полупрозрачная и лиф от итальянского модельера Ралетти. Почему–то захотелось именно обтягивающей одежды на попе и тонких трусиков. Второе уже вынужденно. Не буду же одевать под облегающее обычные трусы, смех, да и только. У нас есть такие курицы, что не видят разницы.

– Светлова Екатерина Сергеевна почтила нас своим присутствием, – получаю внимание от преподавателя «Новой истории». – Освободите местечко на галерке, граждане.

– Спасибо, Евгений Алексеевич, – выдаю несколько скрипящим голосом и полностью заглушаю музыку.

Сорокалетний остряк, который когда–то получил отворот поворот, намекнув на дружеские посиделки в кафе. Нравится мне он, много интересного рассказывает. Но староват и к тому же женат, хмырь.

Олежка машет с центра аудитории. Сообщение от него приходит: «Катька, я тебе место занял». Впитываю взгляды парней. Пять из аудитории точно от меня без ума. Три ряда прошла, присела рядом с ботаном. Кирилл мне дипломную обещал написать от руки моим почерком. За такой подвиг я готова платить ему лишней улыбкой.

– Ну, так вот, продолжим, – преподаватель вновь сама серьезность. – Доктриной центральной власти империи является акселерация гуманоидных рас отсталых планет. Здесь нужно обратить внимание на экономический эффект. ВВП…

Сегодня кина не будет. Музыка окутывает мои мечты о том, что я свалю отсюда отдохнуть на лучший курорт галактики с каким–нибудь галактическим принцем.

Кирилл что–то спросил, кивнула. Снова спросил.

– Ну чего? – Приглушила музыку.

– Пойдешь на катер Аявар?

Берусь за голову. Сговорились?

– Ты против? – Выдает угрюмо.

Обидься еще, осел.

– Однако не факт, что мы получили их новейшие технологии, – тем временем продолжает распинаться Евгений Алексеевич. – Скорее пережиток прошлого достается нам, Земля – рынок сбыта устаревшего.

– Катька, ты где тусила, признавайся? – С заднего ряда доносятся хихиканья.

– Девочки, а вы знаете, что Кристину Дарьянову в столицу империи позвали? – Раздается голос одной болтухи. – В модельное агентство золотого круга.

– Ты хоть знаешь, что такое Золотой круг, Света, – усмехнулась ее одна подруга.

– Да не гонит она, действительно, наших русских девочек замечать стали иные…

– Разговоры! – Не вытерпел преподаватель. – Не наговорились на паре по межгалактическому?!

Пара завершилась. А я все думаю… Ведь действительно тенденция такая идет, в модели наших приглашают. Подруги облепили, давай расспрашивать, что за фотки выложены в сеть и откуда. Солнце ясное на площади у здания институтского.

Показалась группа старшекурсниц. И я осунулась, проглотив слова о моих приключениях с Милой. Потому что еще издалека заметила шествующую в толпе подруг Доминику Нестерову, черноглазую брюнетку с толстой косой до пояса.

Девочка старой закалки и папиного воспитания. Ходит в фитнес центр, приседая со штангой, и кушает протеиновые коктейли собственного приготовления. Пару раз я с ней соревновалась в общей группе на лучшую попу. Оба раза я выиграла уверенно. Но в «мисс бикини» ей равных нет. Уже на проф уровне участвовала сучка. Хотя, что взять с двадцатипятилетней? Ума нет, одна качалка в мыслях и автозагар.

Направляется к нам. А я делаю вид, что увлечена рассказами. Но не тут–то было. Мои подружки перекидываются вниманием на них.

– Школа там, – бросает Доминика. Гадкие смешки пошли.

– Привет, – произношу с застенчивостью.

– Как там тебя, – смеется. – Хорошие шмотки, ты Милу за них ублажаешь?

Фотки тусовки нашей полноформатные выставила что ли?! У подруги в попе вода не держится. Хотя ей–то что. Шавки лают, караван идет.

– Ты несколько дерзковато откомментировала мой супер сет, малая, – говорит Доминика серьезно, прожигая черным взглядом. – Волосы вырву, правь. Репосты, лайки, любовь и уважение. В группе своей по репосту мне в день.

Сглатываю. За рекламу я деньги беру. Вот сука. Хватает меня за лиф сквозь кофточку. Впадаю в панику.

– Отпусти, – блею, тянет на себя.

– Ты поняла, малая?

Киваю, опускает с ухмылкой. Оттянула, чуть грудь не выпала под чашечки. Неподалеку мои ухажеры стоят смотрят. Первокурсники, как детсадовские мальчишки. С другой стороны парни посерьезнее. И у них пары вот эти суки с выпускного курса.

– Нано пластика почем нынче? – Продолжает клевать, кивая на мой зад. – Иль у спонсора поинтересоваться?

– Чуть дороже, чем протеиновое говно, – не вытерпела я, готовая драться. Уверена, что смогу задать этой перекаченной стерве. Года два назад занималась.

Мальчишка, похожий на спецназовца приходил к нам в школу, набирать кружок по самообороне. Я раза три сходила, заметив его излишнее внимание, пожаловалась директору, его и вытурили, группу распустили.

Доминика тянется ко мне. Откуда ни возьмись появляется ее парень.

– Оу, Оу, Ник, хватит маленьких обижать, – говорит симпатяга и буквально оттаскивает протеинового монстра. – На ВДНХ сходка байкеров, поспешим.

Тебе писец, сказали губы удаляющейся Доминики. Улыбнулась криво в ответ и быстро ретировалась от Олежки, который обогнал ботаника, чтобы пригласить меня куда–нибудь.

По дороге столкнулась со стариком. Выругалась на его извинения. Мне показалось, что он специально это сделал. Да еще и понюхал мои волосы. Четкий вдох, я ощутила.

– Старый извращенец, – бросила, когда обернулась и увидела, что он пялится на мой зад.

Звонка Милы я ждала до вечера, находясь дома в некой хандре. Коза рыжая пробудилась и сразу мне набрала. Пригласила к себе. У нее и бассейн есть. Никогда не навязываюсь и делаю вид, что иду нехотя, а уж на месте беру все, что хочу, пользуюсь всем, что пожелаю. Вот такая я.

Особняк Милы шикарен, не то слово. Родителями тут и не пахнет. В доме служанка и дворецкий. Хорошо живем. Окна в пол до потолка. Снаружи темные, изнутри все видно. Сталь, стекло и пластик. Да еще и в частной охраняемой коттеджной зоне.

Мила встретила в купальнике.

– Пошли плавать. Мой наденешь, пошли, пошли.

Прохожу мимо полуоткрытой двери второго этажа.

– Ох, как она ее! Чистый нокаут! Будет комбо? Постойте? Да! Загибает, очнулась, но поздно! – Раздается явно из трансляции, оттуда же орет публика. – Ох–хо!! Вы это видите?! Красная лига обещает быть насыщенной! Стойте, стойте! Дайте повтор! Она засунула…

Дверь захлопывается у меня перед носом.

– Запрещенный имперский контент, русскоязычный, – комментирует Мила. – Оно тебе не надо. Брат подсел, теперь из комнаты не выходит уже полгода. Пошли купаться, Катюнь, не зли его. Он у меня странноватый.

Пожимаю плечами. Роюсь в ее гардеробной. Тут столько вещей, что бутик свой открывай. Как натянуть купальник первого размера на третий. Господи, что я творю. Натянула, ткань эластичная тоненькой полоской соски прикрывает. Меж ягодиц тоненькая ниточка, вообще страшно нагнуться. А во дворе сходка! Три девочки на лежаках балдеют, коктейли попивают. И это вечером!

Девки на меня смотрят, раскрыв рты.

– Ты где такую секс бомбу откапала? – Смеются.

– Ты про эту, – отшучиваюсь, кивая на Милу. Подруги прыскают. Знаю, чертовок. Гуляли не раз. Подруги с местного двора, дочки богатых родителей.

Хлебаю из бокала, что девочка официантка принесла на подносе, и опускаюсь в водицу. Вот чего мне не хватало весь день. А еще в голову ударяет на старых дрожжах.

В пространстве возникает картинка. Илья Корнеев из бизнес центра «Газоил плаза». Еще один горе романтик из соцсети. Думает, раз прислал с доставкой букет роз, теперь имеет право требовать ответа на ее сообщения.

Ставлю статус занятой и купаюсь дальше. Легкость и комфорт, несмотря на тугой купальник Милы.

Всплеск, прыгает бомбочкой одна из девиц.

– Дура крашеная, торт намочила! – Блеет еще одна на лежаке.

– От сладкого полнит, – говорю я, растирая лицо. Мне тоже досталось. А куда деваться, бассейн три на четыре.

– Так что там с Аяваром? – Говорит Мила подругам, подплывая ко мне ближе.

– Есть еще местечко, – отвечают ей. – Берем Катьку в субботу?

– Это уже третье приглашение на круиз, – говорю гнусаво.

– Не удивительно, – смеется подруга, подплывая в упор, поправляю ткань на выскочившем ореоле. Мила продолжает, сделав разворот вокруг своей оси, будто балерина:

– Его на ваш универ в эту субботу определили, как бесплатный экскурс с залетом в имперский порт. Кто успел, тот и съел. У нас ВИП как бы.

– Вот же уроды… – выдала, имея ввиду Олежку и Кирилла.

Разочарована – это мягко казано. За кого они меня принимают?! За дешевку? Впаривать халявные билеты, да еще с таким видом, будто продали душу дьяволу, конченые уроды. Конечно, я соглашаюсь на приглашение Милы.

Около 3 лет
на рынке
Эксклюзивные
предложения
Только интересные
книги
Скидки и подарки
постоянным покупателям