0
Корзина пуста
Войти | Регистрация

Добро пожаловать на Книгоман!

Или войдите через:


Новый покупатель?
Зарегистрироваться
Главная » Влюбиться в главного героя (эл. книга) » Отрывок из книги «Влюбиться в главного героя»

Отрывок из книги «Влюбиться в главного героя»

Исключительными правами на произведение «Чаромир» обладает автор — Косухина Наталья . Copyright © Косухина Наталья

ПРОЛОГ

Едва я пришла в себя, сразу почувствовала себя странно. Легкость в теле, необычный привкус во рту. Это куда же мы попали и насколько хорошо погуляли, что у меня столь необычные ощущения?

Встав, я осмотрела комнату. Взгляд задержался на разбросанных вещах — странно, он ведь весьма педантичен, — потом переместился к оторванной гардине и остановился на кровати.

Ее вид не вызывал сомнений, что ночью на ней спали два человека, и спали, возможно, весьма бурно. Дыхание перехватило, мысли путались. Неужели я с ним, и мы это… то самое?

Ох! Я приложила ладони к полыхнувшим щекам.

Было или не было — вот в чем вопрос! А если было и я не помню? А может, такое было, что лучше и не вспоминать? Что бы мы вчера ни пили, это не может изгладить из памяти страстную, прекрасную и нежную ночь любви!

А если не было нежности? Может, и не ночь. Что я об этом знаю? Да только то, что в книжках пишут.

Мысли прервал звук открывающейся двери, и появился мой конвоир, демонстрируя голое по пояс, тренированное гибкое тело и мрачное выражение лица. С мокрых волос капала вода, оставляя влажные дорожки на плечах и груди.

Внутри у меня все сдавило, и стало трудно вздохнуть. Взгляда не оторвать от того единственного, и голова идет кругом от желания. Ах, если бы прикоснуться, прижать, поцеловать и… Ух!

Мой и только мой! Не отпущу и не отдам никому. Он создан, чтобы провести всю жизнь со мной.

— Что? — посмотрел на меня круглыми, наверняка от желания, глазами мужчина.

Я говорила все это вслух? Ничего, пусть знает!

— Люблю тебя!

Ильзур сделал два шага назад.

— И хочу быть с тобой. Здесь, сейчас!

— Ипри…

— Продолжим нашу ночь любви!

— Продолжим, — сбледнул нитх, попятившись, и уперся в дверь спиной.

— Ты согласен, — не помня себя от желания, воскликнула я и радостно бросилась на мужчину.

***

Где-то в другой реальности

Свет, загоревшийся в комнате, отвлек от ноутбука. На пороге стоял супруг и очень внимательно на меня смотрел.

Бросив взгляд на электронные часики в нижнем углу монитора, я улыбнулась и ласково спросила:

— Уже поздно, почему ты не спишь?

— Тут, знаешь ли, такое дело: я проснулся, три часа ночи, а жены рядом нет, хотя, когда засыпал, была. Вот я и задался вопросом: куда она подевалась? Логично?

— Э-э-э… Ну да, — неуверенно заметила я, косясь на экран.

— Тогда, может, просветишь, что ты тут делаешь ночью?

— Понимаешь, я уже практически засыпала, как меня осенило.

— Что на этот раз?

— Кто! Кот наших соседей! Он смотрел на нас в окно очень осмысленным взглядом, будто все понимает.

— Кот? — с какой-то странной интонацией переспросил муж.

— Да. И вечером я лежала и думала: какая бы у него могла быть хозяйка. Ну и вот… — развела я руками, показав на ноутбук.

— И вот, вместо запланированного отдыха, ты села писать новый роман, — мрачно подвел итог супруг.

— Я еще немного допишу, саму идею, и сразу спать.

— Угу. Знай, что однажды из-за твоего хобби тебя заберут в психушку, — смирившись, вздохнул муж. — Не говоря уже о том, что не спать ночами вредно.

— Вот зря ты так. Читатели продолжение ждут… — начала в который раз объяснять я, но меня перебили.

— Да-да, я знаю. И думаю, что, помимо семьи, тебя в дурдоме будут навещать еще и они. Медперсонал так вообще будет счастлив, что ты переехала к ним.

— Злой ты, — не смогла сдержать улыбки я.

Поцеловав меня в макушку, супруг пообещал:

— Ни в коем случае. Не переживай, я обязательно попробую тебя выкрасть, — и, уже направившись в спальню, добавил: — Через полчаса чтобы была в кровати.

— Слушаюсь и повинуюсь, — пробормотала я, снова склоняясь над клавиатурой. — Так, на чем я тут остановилась?

Часть первая

МЕТКА

Радамира Ипри

Вокруг царила ставшая привычной за последние дни какофония: людской гомон, шум ветра, разбивающегося о паруса, скрип снастей… Я находилась на пароме, который летел от Острова Храмов на один из континентов — Большой Шатор. Посмотрев на заходящее внизу солнце, отметила, как удивительно прекрасно преломляется его свет в лазурной водной глади, рождая сказочное смешение красок.

Есть ли мир чудеснее?.. Наша огромная планета Нран покрыта водой, и дрейфующие в воздухе континенты передвигаются каждый своим курсом, но так медленно, что люди этого и не замечают.

Помимо трех больших материков, существует еще множество разных по площади, парящих островов, которые иногда так одиноко смотрятся над бескрайним океаном.

Как в таком прекрасном мире я могла влачить столь унылое существование? Ежедневная нелюбимая работа и унылые вечера, в которые нечем заняться. Беспросветная рутина.

Паром качнуло, и я едва удержалась на ногах. Причалили. Стоя в очереди к переходу на землю, я думала о том, что нужно что-то менять. Неужели для меня нет больше никакой альтернативы? Может, в выходные поискать новую работу?

Ступив на причал, я ощутила необходимые мне сейчас уверенность и покой. Многие не понимают меня: твердь континентов я люблю больше полетов и не иду на хорошо оплачиваемую работу в специальные корпуса бороздить воздушное пространство, патрулируя океан. Я просто боюсь высоты, и меня передергивает, даже когда я перехожу мост.

Покинув причал, я пересекла мощеную площадь и по маленькой улочке направилась к дому, что располагался недалеко от порта. Город, в котором я жила, довольно крупный, но здания здесь были низкие и весьма неопрятные.

И тем не менее я с облегчением вошла в палисадник и открыла дверь небольшого двухэтажного дома, где на верхнем этаже снимала комнату.

Едва переступила порог, как тут же встретила внимательный взгляд хозяйки и услышала вопрос:

— Рада, ты не забыла про оплату в конце цикла?

— Добрый вечер, госпожа Рофт. Нет, не забыла.

Поднимаясь по лестнице, я слышала ворчание пожилой женщины о коварстве жильцов. Оно повторялось каждый раз, когда приходила пора платить.

Отперев ключом свою комнату и войдя внутрь, огляделась. Стол около окна, кровать в углу и шкаф напротив, около двери, — вот и вся обстановка небольшого помещения. В стене, с другой стороны от окна, имелись две двери — в кухню, которая размерами напоминала скорее кладовку, и маленькую ванную, где можно было помыться только под струями воды. Не хоромы, но жить можно.

Мне навстречу вышел мой любимец — большой, толстый и очень красивый рыжий кот Бук. Именно из-за него я в свое время выдержала настоящую битву с хозяйкой и теперь каждый цикл вношу на треть больше изначально оговоренной платы за удовольствие поселить вместе с собой животное.

— Ты голодный?

— Мяф!

— Что будешь?

Бук направился следом за мной на кухню и присел рядом со шкафчиком, который охлаждал продукты. Открыв его, я потянулась к рыбе, на что мой любимец заурчал.

— Вот и определились.

Покормив кота, я собралась приготовить ужин для себя, но, посмотрев на скудные запасы продуктов, решила обойтись бутербродами, ибо вчера я была оторвана от реальности, полностью погрузившись в свое хобби.

Я уже допивала чай, когда в дверь постучали. Взглянув на часы, я нахмурилась: кто бы это мог быть?

Нетерпеливый стук повторился. Встав, я подошла и распахнула дверь. Внутри все похолодело.

На пороге оказался посланник в черной форме, который спросил:

— Радамира Ипри?

— Да-а…

— Вам уведомление — прийти завтра в Хрустальный храм к девятому часу.

— Но у меня работа.

— Вам напишут освобождение. Дайте руку как подтверждение получения уведомления.

Я протянула дрожащую кисть, и, как только он ее пожал, ладонь обожгло. С трудом удержавшись от вскрика, я кивнула на официальное прощание посланца и, закрыв дверь, прислонилась к ней спиной.

Оседая на пол в панике, я смотрела на метку в виде птицы в пламени, которая раскинула крылья. Знак ищущих. Но зачем я им? Я ведь уже проходила контроль. Неужели они узнали мою тайну?

Обратив внимание на подошедшего Бука, с тревогой на меня взирающего, я почувствовала, как глаза наполняются слезами.

— Что же нам с тобой делать? Зачем нас вызвали? Может, я себя выдала?

Кот смотрел на меня с сомнением, а я окинула взглядом обшарпанную комнату, которая несколько лет была мне домом.

— Точно, нужно скорее бежать отсюда! Не переживу, если меня запечатают!

И я заметалась туда-сюда, собирая вещи и обдумывая, что мне может понадобиться. Кот что-то недовольно бурчал, путаясь под ногами.

У меня на всякий случай была собрана сумка с разными необходимыми мелочами, которую только и нужно было дополнить личными вещами и провизией.

— Мяу! — громко и раздраженно воззвал ко мне Бук.

Остановившись, я посмотрела на рыжий меховой шар с умными глазками:

— Ты меня не переубедишь. Да, признаю, что мой побег спонтанен, не продуман и, возможно, не обоснован. Но рисковать я не могу. Если храмовники меня схватят, возможности сбежать уже не будет.

И, игнорируя беспокойство питомца, я продолжила собираться. Домашнее платье сменила на походную одежду: любимые и удобные синие брюки, бежевая блузка, которую стягивал коричневый корсет. Натянув такого же цвета высокие сапоги, я почувствовала себя увереннее.

Темно-каштановые волосы перехватила лентой, чтобы не мешались во время полета. Моя внешность была совершенно обычной. Чуть загорелая кожа, и на ее фоне ярко выделялись голубые глаза, однако простые черты лица приглушали весь эффект. Хоть в одном повезло: мой неброский вид позволял легко затеряться в толпе.

Через час все было готово к уходу. Я даже оплатила хозяйке комнату за полный цикл, хотя и не знала, когда теперь можно будет заработать денег, но оставлять после себя долги — это еще хуже.

— Больше не будешь снимать комнату? — нахмурившись, поинтересовалась женщина.

— Нет. Сейчас я к родителям еду, а потом от них в другой город. Родственники нашли более хорошее место для меня.

— Ну что ж… Тогда удачной дороги.

Мне показалось или хозяйка в недоумении? Что-то подозревает?

Мотнув головой, я постаралась прийти в себя, понимая, что превращаюсь в параноика. На улице посмотрела на уже потемневшее небо, в сумке недовольно заворочался кот.

Бук меня не одобрял.

Шагая весело и с надеждой, я отправлялась в одно из самых загадочных мест в нашем мире — на Туманные острова.

***

Неделю спустя

Нижние залы здания Охраны закона

Меч рассек воздух, и двое вновь схлестнулись в поединке. В аскетичном, сером, каменном зале мужчины в темной одежде сражались на мечах, двигаясь красиво, стремительно и искусно. Клинки молниеносно мелькали то там, то здесь, стараясь поразить цель. И вот один из бойцов, высокий и гибкий, словно змея, приставил к горлу соперника меч.

Незадолго до этого в зал вошел мужчина в плаще. Оставшись незамеченным, расположился у стены и принялся наблюдать за боем, в конце которого зааплодировал. Победивший в поединке, найдя взглядом источник хлопков, поклонился тому, с кем сражался, и направился к нежданному зрителю, с удивлением того рассматривая.

— Приветствую равного, — чуть склонил голову мечник, подойдя.

— И я приветствую тебя, нитх, — ответил на вежливость его визави.

А потом на лицах обоих мужчин заиграли легкие улыбки, и они обнялись.

— Что я вижу, Анрар, ты раньше времени вернулся с задания? — спросил боец.

Тот скинул капюшон, открыв коротко подстриженные, ярко-рыжие волосы и темные, практически черные, глаза. Некрасивый внешне, мужчина имел притягивающий взгляд уверенного в себе и своих силах человека.

— Да, и принес новое дело для тебя, Ильзур, — усмехнулся он.

Нитх был не намного симпатичнее, темноволосый, сероглазый, к тому же в его лице присутствовали хищность и жесткость. Можно было предположить, что мужчина не привык идти на компромиссы и менять принятые решения, является человеком чести и обладает непростым характером.

— Кажется, мне дали отпуск? — вскинул брови Ильзур.

— Он начнется с нового цикла, и начальство полагает, что ты успеешь справиться с мелким заданием.

Недоверчиво прищурившись, брюнет иронично спросил:

— Анрар, ты чего-то недоговариваешь. Если задание такое легкое, то почему выбрали исполнителя из нитхов, блюстителей закона?

— Храмовники особенно просили.

— Не нравится мне все это, — пробормотал Ильзур, но руку за заданием протянул.

Шар с туманом внутри упал ему на ладонь, и нитх, всмотревшись, прочел имя.

— Анрар! Ну, ты же знаешь, как я не люблю работать с женщинами! Неужели нельзя найти никого другого? Даже не думай, что я…

— Просто я решил помочь другу и предоставил тому веский предлог исчезнуть на несколько дней, когда приезжают родственники.

Брюнет запнулся. Внутри его шла нешуточная борьба, и наконец работа и долг победили.

— Хорошо. Надеюсь, смогу выдержать слезы и мольбы.

— Ильзур, ее нужно доставить к храмовникам как можно быстрее, и с ее головы ни один волос не должен упасть.

— Значит, пустяковое задание? — тяжело роняя слова, сказал нитх.

А его друг только пожал плечами.

Но делать было нечего. Встречаться с семьей брюнету не хотелось, вернее, провести с ней все праздники. Снова начнут читать мораль и выяснять, когда он женится. Одно и то же каждый год, и это несмотря на то, что родня знает, кем он работает.

Еще раз взглянув на шар, Ильзур его раздавил и начал изучать дело провинившейся девушки.

***

Еще месяц спустя

Радамира Ипри

Чтобы незаметно покинуть континент, пришлось податься в обслугу на летучий корабль. В мои обязанности входило помогать коку: чистить и нарезать необходимые продукты, а также выполнять всю грязную работу на камбузе, начиная от мытья посуды и заканчивая скоблением жирной плиты и пола.

Я не жаловалась, ведь среди обычных людей чувствовала себя в безопасности. Конечно, как и всегда, мне пришлось скрывать свою боязнь полетов и своего питомца, которого мне удалось пронести на корабль.

— Рада, что ты копаешься? Давай быстрее! Нам еще столько всего готовить, а ты возишься!

Молча склонив голову, я быстро направилась в трюм набирать овощи, необходимые коку. Жизнь на корабле текла очень суетливо, и отдохнуть можно было лишь вечером.

Оказавшись на месте, я поежилась от прохлады и сырости и поморщилась от затхлости. Неприятное место — нижние палубы. И как команда здесь дежурит, особенно по ночам?

Возвращаясь обратно, заметила девочку, сидящую рядом с кухней. Рыжеволосая, она была бы очень милой, если бы не шрам, рассекающий левую половину лица. Был немного поврежден даже глаз.

Салия забилась в уголок и старалась никому не мешать. Ее отчим работал на корабле и сейчас вез ее к бабушке. Мама девочки умерла, и кормить ребенка он больше не собирался. Вот такая штука жизнь…

Поймав мой взгляд, Салия нерешительно встала и направилась ко мне, словно опасаясь, что я ее прогоню. Но я слегка улыбнулась, и девочка уже более смело подошла и присела рядом на перевернутое вверх дном ведро.

Чистила овощи я всегда около кухни, в небольшом углублении на палубе, лишний раз не нарываясь на окрики кока, зато всегда на свежем воздухе.

— Тебе помочь? — осторожно поинтересовалась девочка.

— Нет, спасибо. Это же моя работа, и нечестно было бы перекладывать ее на других. Лучше расскажи мне что-нибудь, так время быстрее летит.

— Ну, я слышала, что ветра нам благоволят и через несколько дней мы будем на месте.

— А где живет твоя бабушка?

— Для этого придется вернуться немного назад. Ее деревня располагается на острове, и его мы достигнем завтра.

— Но там не делают остановок?

Салия вздохнула:

— Нет, на острове только небольшие поселения, жители которых занимаются сельским хозяйством, там нет крупных портов.

— Ну, ничего, твой отчим проводит тебя.

— Да, ему не терпится от меня избавиться.

Я не нашлась что ответить, так как думала так же, но и молчать было нельзя.

— А я бы хотела жить в тихой деревушке… В уютном доме… С огородиком… И с цветником под окошком. И чтобы калитка скрипела… и ставенки голубые…

— У тебя сейчас такое мечтательное выражение лица, — хихикнула Салия.

А я лишь усмехнулась. Вряд ли мне когда-нибудь представится возможность исполнить свою мечту. Вздохнув, я принялась дочищать корнеплоды, когда раздался голос кока:

— Рада, долго тебя еще ждать? Пошевеливайся!

Подхватив большую кастрюлю с овощами, я поспешила на кухню.

***

Вот так примерно день за днем и протекали мои будни. Днем работа, вечером сил оставалось дойти до каюты, покормить кота и заснуть. Однако следующее утро началось неожиданно.

Из сновидений меня вырвал звук удара, послышались грохот и крики. Я вскочила, не понимая, что происходит и куда бежать, но по обрывкам фраз, которые удалось расслышать, догадалась — на корабль напали.

На миг замерев, я в который раз за последнее время бросилась собирать вещи. И замечательно, что сейчас Бук меня полностью поддержал: сам запрыгнул в сумку и зарылся в снятую мной и брошенную ему на голову ночную рубашку.

Через десять минут я стояла одетая и готовая покинуть корабль. Хотя как это можно сделать во время полета, я не знала, мне оставалось лишь действовать по обстоятельствам. И я начала осторожно подниматься на верхнюю палубу. Но вскоре пожалела о своем решении — там вовсю шло сражение.

Но как пираты додумались напасть на нас недалеко от порта? Немыслимо! Совсем страх потеряли. Я увидела плачущую Салию, на которую надвигался мужчина с мечом, уже начиная замахиваться.

Не раздумывая ни секунды, я безрассудно пробежала разделяющее нас расстояние и саданула пирата сзади сумкой по голове. Тот покачнулся, начал поворачиваться, а потом и падать на меня. Еле-еле успела отскочить.

В ответ на мои действия из сумки донесся душераздирающий:

— Мя-я-яф!

— Бук, прости!

Но в ответ лишь раздраженное шипение.

Времени на разборки не было и я, схватив Салию за руку, затащила ее в угол, где никого не было.

— Как давно они напали? — спросила, переведя дыхание.

— Минут десять — пятнадцать назад, — всхлипывая, ответила девочка.

— Плохо. Значит, скоро закончат, и тогда нам не поздоровится. Пираты не оставляют свидетелей, им нужен только корабль.

— Что же делать?!

Пока за камбузом кипел бой, я подошла к борту корабля и посмотрела вниз. Из-за отсутствия управления судно уже кренилось и сейчас неуклонно теряло высоту. Мы летели над островом, где жила бабушка Салии, и впереди я рассмотрела большое озеро, окруженное лесочком.

Если прыгать в открытые воды с такой высоты, не разобьемся при ударе, но умрем в бескрайнем океане, где нет ни клочка суши. Если на остров, тоже в живых не останемся. Значит, озеро…

— Это наш единственный шанс, но надо бы как-то смягчить предстоящий удар о воду…

Бросившись к камбузу, я нашла пустые объемные баклажки и, схватив пару, вернулась к Салии. Одну передала сироте.

— Держи емкость перед собой, всегда перед собой!

Посмотрев за борт, я увидела, что мы уже достигли озера.

— Что мы будем делать? — испуганно спросила девочка.

Но времени на объяснения не осталось: нас заметил еще один пират и, ухмыляясь, двинулся в нашу сторону.

— Прыгать! — крикнула я и сбросила Салию за борт.

Сама выпрыгнуть еле успела: еще немного, и пират бы меня зарезал. Но в следующее мгновение все мысли вкупе со страхом высоты вылетели из головы. Все правильные решения, что надо держать перед собой баклажку и заботиться об удобном приводнении, выбил ветер, бьющий в лицо, и тело крутилось в воздушных потоках и так и эдак.

Тем удивительнее было, когда мой план сработал и я все-таки ухнула в озеро, намертво вцепившись в пустую емкость и плотно закрытую сумку с истерично завывающим котом. Едва вынырнула, кашляя и отплевываясь, как тут же стала озираться в поисках девочки.

— Салия!

— Я здесь!

Обернувшись, увидела свою спутницу, барахтающуюся на поверхности. Ее спасительная баклажка мирно покачивалась на гонимых девочкой волнах метрах в пяти от нее.

— Ты плавать умеешь?!

— Не очень хорошо!

— Тогда плывем к берегу, я буду рядом и подстрахую, если что.

Кивнув мне, Салия неспешно погребла по-собачьи, и пару раз мне казалось, что она вот-вот уйдет под воду. Но нет, все обошлось, и спустя некоторое время мы развалились на берегу, стараясь отдышаться.

— Мы спасены? — хрипло спросила она.

— Ну… Озеро вроде чистое, в смысле, никто нас не преследует, а наш летучий корабль уже далеко впереди, поэтому можно заключить, что да, мы спаслись. Буквально чудом!

— А что же дальше?..

Несмотря на то что сейчас лето, продолжать путь по острову в мокрой одежде — лишний раз привлекать к себе внимание случайных встречных. И сейчас нам это совсем не нужно. Поэтому необходимо было задержаться на берегу и просохнуть.

К тому же Бук устал сидеть в сумке и вообще прятаться: с грозным «мяф-фом» он вылез на свет божий и с выражением вселенской обиды на мордочке, задрав хвост, отправился в лес.

— Смотри не заблудись! — крикнула я, понимая, что купание в озере мне простят не скоро.

— Я даже не знала, что у тебя есть кот, — чуть улыбнувшись, заметила Салия, грустно взирая на воду.

— Пришлось скрывать, чтобы с корабля не выкинули, — вздохнула я. — Бук очень тяжело переживал вынужденное заточение в каюте. А за сегодняшние удар сумкой и свободный полет еще долго будет на меня дуться. И это еще он сухим остался, а если бы вымок… Даже страшно представить, уф-ф…

Наблюдая за задумчивой девочкой, я спросила:

— Салия, а сколько тебе лет?

Удивленно на меня взглянув, моя спутница ответила:

— Летом исполнится двенадцать. То есть примерно через три декады.

— Тогда почему в столь юном возрасте такая вселенская печаль на лице?

— Не знаю, как теперь мне добраться до бабушки. У меня кроме нее никого больше не осталось…

Терзаться мыслями пришлось недолго. Решение я приняла, еще когда мы лежали на песке.

Да, меня поджимает время. Да, мне не стоит рисковать и таскаться по дорогам и селам, но и бросить на произвол судьбы ребенка я не могла. Я бы помнила об этом до конца жизни и никогда не простила бы себе.

— Провожу тебя до нужного места и потом отправлюсь дальше по своим делам. Ты ведь знаешь название деревни? — улыбнувшись, поинтересовалась я.

— Ревуки, — радостно откликнулась девочка. — Спасибо, Рада! Очень страшно становилось при мысли, что придется идти одной и без…

Девочка смолкла, но я и так поняла, что она хотела сказать: без денег. Ей было неудобно, что я, возможно, на нее потрачусь, но ребенка, даже с полным кошельком, без взрослого всерьез не воспримут. Порядочные торговцы остереглись бы продать ей даже воду и наверняка вызвали бы Охрану закона, которая забрала бы Салию в участок как малолетнюю бродяжку-воровку.

И еще не факт, что там бы поверили ее истории. Это в лучшем случае. А в худшем, ее саму бы ограбили в лесу или в темном закоулке какого-нибудь поселения.

— Думай о хорошем: сейчас я тебе помогу, а когда-нибудь, может, и мне потребуется помощь, — подмигнула я девочке, и она несмело улыбнулась.

Потом мы перекусили: Салия нашла съедобные ягоды и корешки. Бук обеспечил себя пропитанием сам, притащив из леса мышь.

Когда еще с корабля смотрела вниз, заметила большое поселение примерно в полудне пути отсюда. Если мы до него доберемся, нам укажут дорогу до нашей деревни.

Уже через полчаса мы с Салией, в просохшей одежде, весело шли по направлению к поселку, рассказывая смешные случаи из жизни. Бук вышагивал впереди нас, не обращая на меня внимания, как бы я перед ним ни винилась и ни уговаривала.

Периодически мой гордый, обидчивый питомец нырял в лес, и так же неожиданно вновь появлялся на тропинке, умудряясь не отставать от нас, несмотря на свои кошачьи дела.

Насчет времени в пути я ошиблась: мы добрались раньше, когда солнце лишь приближалось к полудню.

Поселение оказалось небольшим городком, его окружала каменная стена, а на воротах стояла бдительная стража.

Я в очередной раз порадовалась, что пару лет назад отменили пошлину за посещение городов и люди платили только за ввозимые на продажу товары и большие грузы. Мы поздоровались с охранниками, сообщили цель визита, и нас беспрепятственно пропустили внутрь.

Несмар — так назывался этот городок, был несколько шумным, вдоль улочек бойко торговали готовой едой непонятного происхождения, различными травами и чаями, а еще ягодами.

Последними я еще с утра была сыта, а вот провизии на ближайшее время прикупила. И теплой, только недавно приготовленной, и вяленой, которая дольше хранится. Неизвестно, когда еще представится такой выбор, не говоря уж о возможности.

— И куда мы теперь? — тихо спросила Салия, озираясь по сторонам.

— К центральной площади, там узнаем, в какую сторону нам двигаться дальше.

Продвигаясь по заполненным народом улицам, я внимательно смотрела под ноги: мостовую, кажется, отродясь никто не ремонтировал и не подметал. На ней валялись яичная скорлупа, огрызки и очистки, разный мелкий мусор и куски пергамента… А впереди виднелся большой фонтан с бегающей вокруг него под брызгами воды ребятней. Похоже, мы практически у цели!

К моему удивлению, центральная площадь оказалась не только чистой, но и озелененной. Здесь росли красивые деревья с пушистой листвой и растения с далеких континентов, что цветут экзотическими цветами.

Здесь же имелись и муниципальные здания. Вот в одно такое, точнее, в библиотеку, я и решилась зайти и поинтересоваться, куда дальше путь держать. Оказалось, Ревуки всего в сутках ходьбы от Несмара и там — о, удача! — есть небольшой причал, где можно нанять лодку до ближайшего крупного порта.

Путь наш лежал к северным воротам, через торговую площадь, на которой как раз был в самом разгаре ярмарочный день. Чего здесь только не было: редкие ткани, специи, оружие, различная глиняная утварь.

По периметру площади возвышались лавки и мастерские, в которых продавали несколько другой товар, и предлагали услуги. Казалось, все в Несмаре существует в гармонии.

— Свежий «Вестник»! Следите за новостями и будьте с магией города! — кричал парнишка, предлагая газеты. — Участились нападения пиратов, есть жертвы!

Вспомнив, что мы сами только утром пережили, я передернула плечами от ужаса, и судя по виду Салии, она разделяла мои чувства.

Основную часть рядов мы прошли довольно быстро и уже начали пробираться к выходу, когда в одном из открытых летних кафе, где работала большая магическая сфера для посетителей, увидели репортаж, от которого моя душа ушла в пятки.

В магической дымке отображалась я, а приятный голос сообщал, что скрывающаяся от храмовников девушка скоро будет доставлена в столицу нашего мира — Эльраду, так как по ее следу отправился нитх Ильзур Варнар.

Как я не поседела от страха, не представляю. Этот охотник был лучшим из лучших и выполнял только сложные и одни из самых опасных заданий, о которых постоянно рассказывали по магсети. Гордость их ведомства. Почему его послали за мной?!

Взглянув на Салию, я поняла, что она узнала меня, и, пока не узнал кто-то еще, я, схватив девочку за руку, потащила ее прочь из города. Прекрасно, теперь мне придется избегать еще и селений. Как вообще жить дальше?

Впрочем, если по мою душу охотится Варнар, то о жизни теперь вообще можно забыть. От этого зверя еще никто не уходил.

Город мы покинули как можно быстрее и отправились по указанной нам на карте в библиотеке дороге, вдоль которой тянулись заросли высокого кустарника, периодически сменяемые пролеском.

Первое время мы с Салией шли молча, но я все время замечала ее взгляды, бросаемые на меня, и вскоре меня начало это раздражать.

Наконец я остановилась как вкопанная и, глубоко вздохнув, сказала:

— Спрашивай.

— О чем? — поинтересовалась девочка, не ожидая такого поворота событий.

Я в ответ лишь поморщилась, и спутница, выдохнув, решилась:

— Почему за тобой отправили охотника?

Хороший вопрос, правильный, а главное — всеобъемлющий.

— Ты в школе училась? — искоса посмотрела я на Салию, возобновляя движение.

— Конечно. Правда, я помогала маме и не все занятия посещала…

— Понятно, тогда лучше расскажу с самого начала. Ты знаешь, что наш мир испокон веков неизменен. Планета, покрытая бескрайними океанами, среди которых нет суши, а жизнь существует только под толщей морской воды. Наши континенты дрейфуют по воздуху в обрамлении множества островов.

— Это всем известно, — хмыкнула девочка.

— Да, об этом нам известно с самого раннего детства. Но кое о чем, держу пари, ты не слышала. Все мы знаем, что среди обычных людей живут еще и наделенные талантами. Самыми разными. От изготовления сапог или одежды до создания небольшой магии. В основном это стихии или неживая материя. Есть и такие одаренные, которые могут создавать живых созданий. Хоть и ненадолго…

— Но… — растерялась Салия. — Нам ничего об этом не рассказывали.

— Храмовникам не нравится, когда на эту тему распространяются. Тех, кто способен создать жизнь, хоть и на короткое время, называют сказочницами. Считается, что этот дар опасный и страшный, поэтому их отлавливают и запечатывают, чтобы те больше никогда не смогли им воспользоваться.

Немного помолчав, Салия тихо спросила:

— Ты сказочница, да?

— Да.

И что теперь делать, я не представляла.

***

Вскоре пролесок сменился густым ельником. Мы осторожно крались по узкой тропинке меж могучих исполинов, сквозь пушистые ветви которых практически не пробивалось солнце. Вскоре стало понятно, что добраться до деревни засветло мы уже не успеем и придется ночевать в лесу.

Ближе к вечеру я присмотрела место для стоянки рядом с ручьем. Его журчание мы услышали с тропинки и устремились к нему, полные надежды: ведь я забыла купить в Несмаре воду.

Вдоволь напившись, осмотрелась. Травы и колючей опавшей хвои рядом с ручьем почти не было, зато мох стелился по земле густым, мягким ковром. Бук был от него явно не в восторге: утопал «по самые коленки» при каждом шаге и потом подозрительно обнюхивал углубления.

— Мы будем ночевать здесь? — зябко поведя плечами, спросила Салия.

— Да. Где-то же нужно, почему бы не здесь? Вода рядом. Вот только костер развести бы.

Салия занялась сбором хвороста, а заодно принесла немного ягод — несмотря на юный возраст, она могла о себе позаботиться.

Пока мы, сидя возле огня, ели купленную мною днем еду, девочка поделилась своими опасениями:

— А на нас тут не нападут? Мы недалеко от дороги.

Обдумав вопрос, ответила:

— Могут, конечно. Однако уходить далеко от тропинки неразумно. Да и если что… я смогу использовать свой дар.

Салия посмотрела на меня с любопытством.

— А как это? Как он работает?

Объяснять «как» смысла не было — сама не знала. Какое-то время я молчала, глядя на язычки пламени, лижущие дрова, потом все-таки решилась и, достав из сумки потрепанную тетрадь в кожаном переплете, показала девочке.

— И это все? — разочарованно вытянулось у той лицо.

— Не совсем, — улыбнулась я.

Взяв ручку, я открыла нужную страницу и, перечитав последний абзац, продолжила писать книгу. Первую минуту ничего не происходило, а потом от букв начало исходить золотистое сияние, которое ниточкой устремилось вверх, где и стало превращаться в персонажей.

И еще через пару мгновений маленький зеленый дракончик и розовая мышь запрыгали вокруг нас, пища.

— Какие они милые! — восхитилась девочка и восторженно потянулась к созданиям. — Их ведь можно трогать?

— Конечно, — рассмеялась я от такой непосредственной детской реакции.

Салия увлеклась игрой с магическими существами, а я перехватила взгляд Бука.

— Ей все равно пришлось бы сказать, — покачала я головой. — И можешь осуждать меня сколько угодно.

Питомец лишь фыркнул и посмотрел вверх — это означало, что он считает, что у меня не все дома.

— Может, ты, конечно, и думаешь, что я не в себе, но это я поняла уже давно. У меня наверняка острый психоз, ведь я говорю с котом.

Вздыбив хвост и отвернувшись, Бук зашагал в темноту. Ну вот… Хрупкое перемирие нарушено. Снова взглянув на огонь, я решила больше ни о чем не думать и следовать за своей судьбой.

Через пару часов, когда сказочные персонажи исчезли, Салия нерешительно посмотрела на меня.

— Спрашивай, — обреченно вздохнула я.

— Почему же дар считается опасным, если создания такие милые?

Когда-то и я задавалась таким вопросом и сейчас немного помолчала, собираясь с мыслями, чтобы ответить на него правильно.

— Они не всегда бывают милыми. А опасен он оттого, что все зависит от силы дара сказочницы и сюжета, что она напишет. И тут появляется много факторов: что ты за человек, чего хочешь добиться и какие будут последствия от попадания твоих созданий в реальный мир. Все непросто…

— Ну, можно же управлять…

— Сложно и не всегда. Чаще нельзя. Писать сказки — это творчество, а творчеством нельзя управлять. Время, на которое создаются персонажи, мы тоже выбрать не в состоянии. Даже не знаем, приведет ли наше письмо к появлению героев или нет.

Салия слушала, приоткрыв рот.

— А еще мы зависим от сюжета. Нельзя просто так сесть и написать, что хочешь. Ты должна рассказать, и никак иначе. И единственное, над чем мы полные властители, так это куда направить сюжет, ведь одну и ту же историю можно изложить по-разному.

— Как же вы с этим живете?

— Потихоньку. От своей природы никуда не денешься, и не писать мы не можем.

— Ох…

— Давай спать, — улыбнулась я. — Завтра рано вставать.

Заметив, что Бук уже вернулся, мы улеглись на мягкий мох и тут же заснули.

***

Спустя три часа после рассвета мы вышли на опушку. Впереди виднелись вросшие в землю избушки и вполне привычные дома. Одни с добротно отделанными фасадами, другие немного обветшалого вида, а некоторые вот-вот готовые развалиться. В общем, ничем не отличающаяся от остальных деревушка.

Видимо, это и есть Ревуки. И чем ближе мы подходили к селению, тем более четко могли рассмотреть людей, сидящих на скамейках рядом с домами и суетящихся по хозяйству во дворах.

Палисадники здесь были низкие и редкие, поэтому разглядеть кривенькие яблоньки, смородиновые кусты, грядки и простенькие цветники не составляло труда. По дороге бегали свиньи и разносили грязь из луж по всей деревне, где-то вдалеке блеяли козы и мычали коровы. Я вежливо попросила Бука занять место в сумке, и он, на удивление смиренно, согласился, сам в нее запрыгнув.

Местные старушки, занятые, несомненно, важными делами, держались за свои веретена и, вытянув шеи, следили за нашим приближением любопытными взглядами.

— Знаешь, где живет бабушка? — шепотом спросила я.

— Да, — так же тихо ответила Салия.

— Тогда веди.

И, стараясь не обращать внимания на заинтересованность всей деревни, мы невозмутимо проследовали дальше, вдоль единственной улицы, пока девочка не остановилась у похожей на остальные калитки.

Неуверенно посмотрев на меня, она стояла и не решалась двинуться вперед.

— Ну, что встала? Пойдем, — как можно более жизнерадостно предложила я, понимая, чего боится Салия.

А что, если и здесь она придется не ко двору, что, если окажется не нужна? Я переживала эти минуты вместе с ней, волнуясь ничуть не меньше. Мы, постучав в дверь, ждали, пока бабушка не увидела внучку и на ее губах не расцвела улыбка. И лишь после этого меня отпустило.

Нас пригласили в дом, накормили. Коту достались мисочка густой сметаны и вареная телятина, и он, судя по чавканью и периодическому довольному урчанию из-под стола, был безмерно счастлив. А потом мы начали рассказывать хозяйке и о смерти матери Салии, и о решении отчима девочки, и том, как на корабль напали, и о нашем путешествии до Ревуков.

Пожилая женщина, опечаленная и подавленная, какое-то время смотрела на стол пустым взглядом, а потом, словно очнувшись, погладила внучку по голове.

— Видишь, как жизнь сложилась… Но я всегда буду благодарна дочке, что она оставила мне такой подарок. Теперь уж мы дальше с тобой вместе будем.

После этого я поняла, что могу оставить девочку в новом доме со спокойной душой и двигаться дальше. Этот момент выбрала и ее бабушка, чтобы меня поблагодарить.

Пожилая женщина, которую звали Ильга, непременно хотела что-то для меня сделать, и я неожиданно для себя зацепилась взглядом за травы, сушившиеся на столе.

Посмотрев на хозяйку дома, я попросила:

— Не могли бы вы покрасить мне волосы?

Она удивилась, задумалась и ответила:

— Есть одно средство. Но зачем тебе?

— Меня преследует один мужчина. Хочу, чтобы он меня не нашел, — кстати, чистую правду ответила я.

— А-а-а… Любовь — дело молодое, — понимающе кивнула женщина и, встав, отправилась на улицу.

Салия прыснула в кулак, и я ей заговорщически подмигнула, приложив палец к губам.

Девочка мою тайну не выдала, а я, переночевав у гостеприимной хозяйки, утром проснулась со светлой шевелюрой, отливавшей золотым блеском. Смотреть после темных волос на себя в зеркало было непривычно, но, с другой стороны, я посчитала, что в моей жизни начинается новый этап. И в кои-то веки оказалась права.

Позавтракав и сердечно поблагодарив Ильгу за хлопоты, я тепло простилась с обретшей родного человека девочкой, пообещав навещать ее.

Дорога звала нас с Буком, и пора было отправляться в путь.

***

Причал и впрямь оказался небольшим, я в первое мгновение даже усомнилась, довезут ли меня отсюда до большого порта.

Пристань встретила меня тишиной и пустотой. Небольшие парусные лодки были пришвартованы где и положено, только вот их хозяев поблизости не было.

Странно, обычно пирсы довольно оживлены, даже в дневное время, когда капитаны сидят в тенечке, как, впрочем, и рыбаки. Сейчас же это было совершенно безлюдное место.

Осмотревшись, я заметила недалеко ветхое строение, предназначенное, видимо, для отдыха или принятия заказов, и решительно направилась туда.

Дернула ручку двери — заперто. Постучала — ответа нет.

— Эй, здесь есть кто-нибудь живой? — крикнула я и уже тише добавила: — Или вы массово отошли в мир иной?..

Вместо ответа сзади к моему горлу приставили нож.

— Они просто сбежали, — раздался над моим ухом вкрадчивый, хрипловатый голос, — когда увидели меня.

Я не собиралась смиряться: жизнь не могла быть такой жестокой! Но мой взгляд скользнул вниз, на черный охотничий костюм, который заставил меня поверить — я попалась в руки нитху. Напряжение и переживания последних дней дали о себе знать, и я почувствовала, как сознание уплывает. Ничего поделать с этим я, к своему ужасу, не могла…

Последнее, что услышала, проваливаясь в темноту, слова, которые этот мужчина процедил сквозь зубы:

— Вот так и знал!..

***

Открыв глаза, я рассматривала грязный потолок с ржавыми пятнами и паутиной по углам. Где это я? И тут же память услужливо подбросила мне воспоминания о случившемся накануне.

Подскочив, осмотрелась по сторонам.

Я находилась на кровати, застеленной чистым постельным бельем. Комната оказалась тоже вполне приличной, прибранной. А мой конвоир, знаменитый Ильзур Варнар, раскинулся в кресле и задумчиво меня рассматривал. Снова пробежавшись беглым взглядом по помещению, я увидела на полу свою сумку и Бука, который, нахохлившись, сидел с ней рядом.

Судя по тому, какие взгляды мой питомец бросал на нитха, тот ему не понравился. Как я его понимала!

Сколько было лет охотнику, сказать сложно: короткие темные волосы и светло-серые стальные глаза, которые, казалось, смотрели прямо в душу, не давали мне определить возраст точно. Мощное, мускулистое, широкоплечее тело в рубашке, куртке и штанах под униформой нитхов — черным плащом-балахоном с глубоким капюшоном. Относительно молодой, лет тридцать. Может, чуть больше. А может, чуть меньше…

В целом недурен собою, но это скорее следствие показной самоуверенности, чем какая-то особая внешняя красота. Хищник, которого надо остерегаться. Мой взгляд замер сначала на его шее — там я увидела след от скользящего сабельного удара, — потом на сломанном носу и шраме над бровью.

Работа Варнара явно была непростой и опасной, и эти мысли вернули меня к проблеме. Не могу поверить, что меня поймали. Что теперь делать? Меня же запечатают, лишат всего!..

На глаза тут же навернулись слезы.

— О Всевышний! Начинается… — устало проговорил нитх и, встав, поднял с пола мою сумку и закрыл ее в шкафу.

Весь вид этого ужасного человека говорил, что он совершенно не воспринимает меня всерьез! Да к тому же я его жутко раздражаю. И это виновник всех моих бед… Зачем он вообще пришел за мной?..

Все-таки, не сдержавшись, я заревела. Слезы стекали по щекам, и я никак не могла успокоиться. Мне стало очень себя жалко, дальнейшее существование казалось никчемным и беспросветным.

— Всегда одно и то же, — с отвращением заметил Варнар. — Никакого достоинства или силы воли.

Он с перекошенным лицом рывком поднялся с кресла, решительно прошагал в ванную и запер за собой дверь. А у меня от возмущения высохли слезы.

Да как он смеет? Что он знает? Охотник и палач! Это не его потащат на заклание. И следом нахлынула волна стыда: а ведь он прав… Я смирилась уже со своей участью, забилась в угол и начала скулить, раскисла. А значит, раз такая рохля, не заслуживаю жалости и сочувствия.

Смотря в пол невидящими глазами, я не заметила, как Бук запрыгнул на постель. Пришла в себя, только когда кот стукнул меня лапой по правому бедру.

— Что? — посмотрела на него устало.

Тот лишь выразительно покосился на окно.

— Ну да… Ты думаешь, у меня получится сбежать от охотника? Это же сам знаменитый Ильзур Варнар!

И снова получила от кота лапой.

— С другой стороны, ты прав: кто не рискует, тот не пьет хмельного меда. Надо бороться, и, возможно, на этот раз никому не известная сказочница ушмыгнет от непобедимого нитха! Да?.. — я скосила взгляд на шкаф. — Вещи надо забрать.

Ильзур Варнар

Закрывшись в ванной я испытал облегчение, словно сбежал от дракона. Такого плаксивого, неуравновешенного и нервного.

Активировал сферу связи — зеленый шарик магии поднялся в воздух, завертелся и, получив ответ, развернулся широким экраном, с которого смотрело лицо друга.

— Объект у меня. Через пару часов будет коридор портала в сторону столицы, и, значит, через четыре дня будем на месте.

— Какой-то ты злой, — усмехнулся Анрар.

— Потому что мне подсунули неадекватную, истеричную женщину. Я что, должен быть в восторге от этого?

— Ты к ней не справед…

— Ты знаешь, что она разговаривает с котом?

— У нее есть кот? — хмыкнул друг. — Ну, многие ведут себя странно…

— Более того, она твердо уверена, что тот ее понимает и общается с ней. Как, даже не спрашивай, — снова перебил я Анрара.

Немного помолчав и стараясь скрыть улыбку, тот кашлянул.

— Да, это странно. Но тебе недолго с ней быть, половина задания выполнена, еще чуть-чуть…

Но я не стал слушать и утомленно прикрыл глаза.

— Лучше б ты оставил меня на растерзание родне, — и разъединил связь.

Теперь надо проявить смелость и отправиться дальше испытывать свое терпение: придется слушать истерики этой ненормальной. Но больше… Больше я никогда не соглашусь отлавливать женщин! Пусть посылают Борка, у того хоть к ним подход есть.

И, вздохнув, услышал в соседней комнате грохот.

Вернувшись в комнату, я увидел, что девушка опрокинула шкаф и достала свои вещи. Кот при виде меня зашипел, а Ипри бросилась к двери.

— Ты серьезно думаешь, что я не заблокировал все выходы? — приподняв бровь, поинтересовался у этой недалекой.

Она посмотрела на меня, вздернула подбородок, прижимая к себе сумку и заслоняя от меня своего кота.

Ого, буйная! Видимо, проблем будет намного больше, чем я представлял себе вначале.

— Вся комната экранирована и закрыта. Пробей дырку в стене — и то без меня не выйдешь отсюда.

— Отпусти, — прохрипела девушка.

— Нет. У меня приказ доставить тебя в Эльраду для допроса. После этого тебе или предъявят обвинение, или отпустят.

— Что мне инкриминируется?

— Пока ничего. С тобой будут беседовать храмовники под нашим присмотром.

— Неужели тебе не сообщили причину, почему ты должен доставить меня в столицу? — иронично хмыкнула Ипри.

О, у нас есть зубки? Я лишь снисходительно посмотрел на девушку. Сразу видно, раньше она с нашим ведомством не сталкивалась.

— Очень жаль, что ты не знаешь простых вещей, — вздохнул я.

— Объясни мне.

Продолжать этот глупый разговор или нет? Нам вместе находиться всего ничего. С другой стороны, если это избавит меня от истерик…

— Как скажешь, — решился я и как маленькому ребенку начал рассказывать: — Сначала были континенты и бескрайние воды, потом появилась и начала развиваться жизнь. Как все это происходило, можешь почитать подробнее в древних хрониках. Когда цивилизация достигла расцвета, магические таланты начали встречаться все чаще, случилась война между магами и обычным населением, которую помогли завершить семь братьев.

Ипри понимала, я, воспользовавшись ее просьбой, начал повествование с первых школьных уроков истории. Знала, что я иронизирую, но пока терпела, ожидая получить необходимые сведения.

— Именно эти семь братьев организовали храмы и Охрану закона, чтобы одни защищали магических существ, вторые — общество и порядок.

— Не понимаю, как данная информация может ответить на мой вопрос? — все-таки не выдержала Ипри.

— Если бы ты уловила суть, то поняла бы: каждый должен заниматься своим делом. У нас много отделов, и тот человек, которому я тебя передам, владеет нужными знаниями. Мне твоя провинность без надобности, моя задача — доставить тебя в требуемое место.

— Да вы все… Ты просто бездушный палач!

Я скривился, услышав подобное обращение. Вот так всегда, когда что-то случается, люди рассчитывают на нашу защиту, но когда дело касается их самих, все кардинально меняется.

— О-о-о… Мне очень важно знать твое мнение, — вежливо заметил я. — Сама пойдешь до портала?

По тому, как упрямо сжались губы Ипри, понял — содействия не будет. Что ж, прекрасно.

— Имей в виду, я предлагал по-хорошему.

Розыгрыши
и конкурсы
Эксклюзивные
предложения
Только интересные
книги
Скидки и подарки
постоянным покупателям