0
Корзина пуста
Войти | Регистрация

Добро пожаловать на Книгоман!

Или войдите через:


Новый покупатель?
Зарегистрироваться
Главная » АкаДЕМОНиЯ » Отрывок из книги «АкаДЕМОНиЯ»

Отрывок из книги «АкаДЕМОНиЯ»

Автор: Юраш Кристина

Исключительными правами на произведение «АкаДЕМОНиЯ» обладает автор — Юраш Кристина Copyright © Юраш Кристина

 

   В таких случаях обычно отделываются размытой формулировкой, мол, не сошлись характерами. Пояснять, что конкретно не устраивало, бессмысленно. Чаще всего под этим подразумевается носок, спрятанный под диваном в качестве «ароматизатора», «крошки в кровати», для легкого массажного эффекта в процессе сна или еще какая-нибудь «принципиальная мелочь», ставшая последним камнем преткновения в суровом море бытовухи для дырявой семейной байдарки. Но это –  всего лишь вершина айсберга. А о том, что таится в мутной глубине, знают лишь интернет форумы и статусы в соцсетях. Один очень известный политик описал закономерный результат подобных отношений одной фразой: «Она утонула».  Так вот, наша двухместная, отнюдь не семейная, байдарка только что дала крен, хлебнула воды и медленно пошла ко дну. И тут остается либо выгребать или отгребать. Поскольку я уже «отгребла» по полной программе, то «выгребать» придется ему.

   Тут даже слепоглухонемому ежику, не отличающемуся чуткостью и проницательностью понятно,  что я обиделась. Это не детские «капризульки» с  выкаченной нижней губой и слезками на обиженных глазках, мол, как так – то, а? Это именно та обида, когда ты смотришь на человека, слегка щурясь, словно у тебя «-7» на оба глаза, а очки носить  не позволяет имидж. И чтобы  усложнить ему задачу, я буду играть в любимую мужскую игру  – «в молчанку». «Ты обиделась?» – «Нет!», «Сильно?» – «Да!».

   С такими мыслями я проснулась на следующее утро, и твердо решила не выходить из своей комнаты. Здесь, поскольку за мной наблюдают, я в относительной безопасности. Так что если этот моральный садист рассчитывает на то, что я добровольно спущусь вниз под любым предлогом, то он гораздо наивней, чем я думала.

   Время шло, часы тикали, намекая мне, что  мне пора бы уже собираться на занятия, но я никуда идти не планировала. Сделать обиду поводом для выходного было  отличной идеей!

   – Ника! Тебе на занятия! – раздался знакомый голос за дверью. Ага, щас! Стринги накрахмалю, шнурки поглажу, уши почищу и полечу постигать премудрости владения мечом!  Выдайте мне «бронелифчик» и «бронестринги», сделайте соответствующий мейкап и притащите мне тяжелый двуручник.  И тогда я, кошачьей походкой, волоча за собой неподъемный, как рюкзак третьеклашки, меч буду дефилировать, сражая зло наповал своим эротичным обмундированием, первыми предпосылками целлюлита, не совсем плоским животом и небритыми ногами, растущими не из ушей, а из вполне традиционного места. И если зло после этого со скулежом не заползет обратно в свою нору, то я не знаю, как его можно победить! Хотя есть тут загвоздка. Зло уже близко! Прямо за дверью. И настойчиво требует, чтобы я оторвала голову от подушки, разбудила совесть и пошла на занятия…

   Я притворилась глухонемой, сидя с ногами на кровати и закутавшись в одеяло.

   – Если ты сейчас не откроешь, то я выломаю дверь! – раздался спокойный голос.

   «Всем лежать! Руки за голову! Сохранять спокойствие!»  – полиция накрыла подпольный бордель.

   «Бы ибеете право храдить болчание. Все что будет ваби  сказано, божет быть исбользовано против бас в суде!» – прозвучал гнусавый голос переводчика 90-х, который с прищепкой на носу  и двухсекундной задержкой озвучивал очередной блокбастер.

   «Бот дерьбо!» – мысленно отозвалась я, понимая, что сейчас мне не хватает пистолета. Тогда бы я могла героически отстреливаться, зубами передергивая затвор. Вот что значит «работать с максимальной отдачей»!

   «Пули против магии бессильны!» – всплыло в моей голове, словно непотопляемая страница номер тридцать восемь из «Опыта прокладки туннелей».

    «А против мага – в самый раз!» – возразила я,  краем глаза поглядывая на дверь. Интересно, сумеет ли он повторить подвиг Нео?

   – Я так понял, что ты обиделась… – раздался голос за дверью. Вау! Он понял, что я обиделась! Ничего себе!  Не померла ночью, не схлопотала ларингит, не сплю беспробудным сном Спящей Красавицы, в ожидании вопиющего акта некрофилии в виде поцелуя, а именно обиделась! Такой «чуткий» мужчина далеко пойдет! Еще одно слово  и  я поработаю GPS – навигатором, наметив ему приблизительный маршрут эпического «похода» в один конец. Сувениров оттуда присылать не надо!

   – Ника! Хватит вредничать! Открой дверь по-хорошему! Я прошу тебя! – раздался голос за дверью.

   Милый, просить ты будешь в банке кредит на «лексус» с официальной зарплатой в шесть тысяч рублей, а меня просить не надо!

   Что-то он притих… Ушел? Скис? Сдался? «Не вынесла душа поэта!» Снова впал в свою экзистенциальную тоску? Отлично! Выждав время,  я решила спокойненько принять «душ». «Шампунька» Мэри Сью пахла так, что я с ума сходила от запаха. Хоть какая-то маленькая радость на фоне тотальной безнадеги. Моциону я посвятила примерно полчаса, радостно вспоминая любимые иностранные песни и ловя скользкое и юркое мыло по полу. В итоге, что не перепела я, перепоют звезды отечественной эстрады.  Взяв с раковины полотенце размером с полотенчико для рук, вытерев волосы и обмотав его вокруг талии (на больше его  при всем желании не хватало), я ногой толкнула дверь, выпуская облако пара, выползла в комнату, с ноги закрывая за собой болтающуюся на одной петле дверь.

   В центре комнаты, скрестив руки на груди в позе одного коротышки – завоевателя в треуголке, стоял мой учитель. Я почувствовала себя папуасом Новой Гвинеи, впервые увидевшем колонизаторов, которых в учебниках географии впоследствии корректно назовут «первооткрывателями». Лорд Асфард открыл рот,  но резко передумал что-то говорить.

   У него был такое лицо, словно он позавчера выбил себе иероглиф, означающий «самый красивый, умный и мужественный мужчина на свете» на руке, а сегодня случайно выяснилось, что он переводится, как «сумасшедший понос из-за лапши быстрого приготовления». У меня тоже из цензурного в лексиконе оставались лишь предлоги. Одной рукой я прикрыла грудь, а другой покрепче вцепилась в полотенце. Топлесс мы уже видели, а полный стриптиз показывать я не планирую! «Она была настолько стеснительной, что голой ее впервые увидел только некрофил -патологоанатом!» – пронеслось у меня в голове.

   – Пшел вон!  – прошипела я, – И по дороге не забудь выколоть себе глаза!

   – Оденешься и спустишься вниз. Есть разговор! – холодно сказал мой учитель, – И не надо так орать, словно тебя тут убивают!

   – Ну да! Как же так? Меня типа убивают, а ты в процессе не участвуешь?  Не порядок! Нет, как обычно, в сторонке постоять!  А теперь развернулся на сто восемьдесят градусов и закрыл дверь с той стороны! – крикнула я, придерживая полотенце.

   – Не указывай, что не нужно делать! Терпеть это не могу! – ответил учитель, пройдясь по выбитой двери.

   О! Как будто я от этого в экстазе!

   Я молча оделась, обиженно сопя, поставила выбитую дверь на ее изначальное место  и села на кровать. Мне удалось даже снова посадить ее на одну петлю. Кто почистил раковину? Кто разобрал колено? Кто сделал теплый душ? Кто вставил дверь на место? Да я была бы  вот таким мужиком! Цены бы мне не было! Мечта любой женщины!

   Думаете, что если мне свистнули, я побежала спускаться? Ага, щас! Бегу, спотыкаюсь, прыгаю через ступеньку, съезжаю по перилам. Прошло двадцать минут. Я услышала шаги за свежевставленной дверью. Если он сейчас снова вынесет мою несчастную дверь, то я вынесу ему мозг. А потому ему придется вставлять. Сначала дверь, а потом зубы.

   – Ты уже оделась? Почему не спустилась? Тебе что? По нескольку раз повторять надо! – не очень-то и равнодушно поинтересовался учитель, открывая дверь, болтающуюся на одной петле. Кристалл тут же пошел трещинами.

   Да как ему с людьми позволяют работать? Хорошо, что он – не воспитатель детского сада. С таким воспитателем горшки будут не успевать мыть, а обычная группа сразу превратится в логопедическую. Группа «Зайка», куда набирают маленьких заик.

   Я отползла в самый дальний угол, укутавшись одеялом. В моей душе уже вырыты окопы презрения, стоят противотанковые ежи из уязвленного самолюбия и размотана колючая проволока женской обиды. Ну что, дерзай. Попробуй пройти эту полосу препятствий! Рискни психическим здоровьем и самооценкой.

   – Не хочешь разговаривать там, поговорим здесь, –  сказал Лорд, присаживаясь на мою кровать.

   – Отлично! Только это не повод греть задницей мою подушку! – возмутилась я, выдергивая из-под него свой «валенок». Разрешения на посадку я не давала! Так что пусть задвинет шасси и постоит. Разрешаю кружить по комнате.

   – Я так понимаю, что ты пошла в отказ. Стоило на тебя нажать, как ты тут же ушла в глухую оборону. А теперь ответь, кому ты делаешь хуже? Я отвечу. Себе и только себе. Если ты не сдашь экзамены, то тебя убьют, – насмешливо отозвался Лорд, – Если хочешь позорной и глупой смерти, то вперед! Я отойду в сторонку и не буду тебе мешать!

   Я посмотрела на него как Медуза Горгона, а потом с усмешкой выдала:

   – Послушай. Ты отучился восемь лет? Я отучилась пятнадцать! Десять лет в школе, пяток  отмотала в университете. Заметь, не условно, а по полной. Из всей этой кучи ненужных знаний, которые мне усердно вбивали в голову, мне пригодилось умение читать, писать и считать. Вот и все! Поэтому не нужно забивать мне голову всякой ерундой. И заставлять меня учиться силой, это – худшая из всех твоих идей. Если я захочу постичь мудрое и вечное, то я сделаю это сама! – насмешливо ответила я, давая понять, что даже если меня за шкирку посадить за учебники, я из принципа разучусь читать.

   – Хорошо. Попробуем по-другому. Что нужно для того, чтобы ты захотела постигать мудрое и вечное?  – поинтересовался Асфард.

   – Не заставлять меня! – отрезала я, – Не орать на меня, не напрягать меня, не тыкать меня носом, как котенка, не насиловать морально! Я терпеть не могу этого!

   – Сколько тебе лет, Ника? – с некоторым сомнением спросил учитель.

   – Мне – двадцать шесть, – нехотя отозвалась я, вспоминая испорченный День Рождения, – А тебе сколько?

   – Столько же, – озадаченно отозвался мой учитель, – Только ты ведешь себя так, будто тебе шестнадцать, и ты обижена на весь мир.

   Вау! Учитель и ученица – ровесники. Какая прелесть! Такого на моей памяти еще не было!  Да ладно, в этой Академии все возможно.

   – Слышишь этот грохот? – спросила я с издевкой, – Это упало и разбилось в дребезги мое уважение к тебе после твоих вчерашних припадков.

   – Нет, – ядовито заметил Асфард, – Это упало и разбилось мое терпение, после твоей вчерашней попытки окончательно залезть мне на голову и свесить ножки.

   Мы молча сидели и дулись друг на друга. Что за дурная манера у мужчин? Сам накосячил, узнал, что на него обиделись, обиделся в отместку.

   – И как давно тебе двадцать шесть? – с издевкой задала я вопрос, который обычно задают мрачным типам с бледной кожей и сомнительными пятнами в биографии.

   – С момента посвящения тебя в студенты Академии, – нехотя отозвался Лорд, так словно уже проклял этот день. Поверь мне, я тоже обвела этот день черненьким к календаре.

   – Поня…– машинально собиралась ответить я, но тут же вспомнила, что меня сюда выдернули аккурат в мой… День Рождения… То есть что получается? У нас с ним День Рождение в один и тот же день? Ха-ха! Худшее совпадение в моей жизни. Астрологи негодуют!

   – Чего смешного?

   – Да так, ничего… Мы с тобой родились в один день! – ответила я, вспоминая гороскопы совместимости. От категорического «Даже не пытайтесь» до осторожного «Конфликты неизбежны… Но если проявить терпение и не давить друг на друга…» Как видите даже гороскопы рекомендуют нам держаться подальше друг от друга или искать компромиссы. Я бы предпочла первый вариант.

   – Хорошо. Давай поступим так. Я помогаю тебе сдать все экзамены, кроме «владения мечом». Владение мечом ты сдаешь самостоятельно. Но я постараюсь подготовить тебя к этому экзамену, – сдался Лорд Асфард, а потом закатил глаза и выдохнул, – Почему с тобой так тяжело?

   Оу, йес! Репетитора только мне не хватало. «Профисианальный приподаватель. Готовлю к ЕГЭ по руской летературе и языку! Нидорого!» Такое объявление полгода висело на моем подъезде. Самое интересное, что все телефоны оборвали за пять минут. Хотелось и мне взглянуть в глаза «профисианальному приподавателю», но, увы, свое я уже отучилась.

   – Думаешь, что с тобой проще? То валяешься полудохлым в кресле, а стоит тебя расшевелить, так у тебя начинаются припадки! Тебя так легко вывести из себя… – возмутилась я его слабонервности.

   – А у тебя что, так не бывает? – перевел стрелки мой учитель.

   – Бывает, – буркнула я в ответ, вспоминая затяжную хандру по поводу смены работы…

   – Так почему спрашиваешь? Поставь себя на мое место! – возмутился Асфард, складывая ноги на стул.

   – А ты на мое место себя поставить не пробовал? Увидеть, так сказать, Академию и себя моими глазами? – взглянула я на него, скрестив руки на груди, – Живу в таких условиях, терплю такое отношение, а меня еще и учиться заставляют! Терпеть не могу, когда меня заставляют что-то делать!

   – Хватит жаловаться… Мы с тобой в одинаковом положении. Не забывай. И мы с тобой договорились помочь друг другу, – заметил учитель, – Но что-то у нас плохо получается найти общий язык!

   – Для начала монетку верни! – я выставила ладонью вверх руку, – Без нее я и шагу отсюда не сделаю!

   – Держи! – ответил Асфард, снимая с шеи мою любимую игрушку.

   –  Аверс! – произнесла я, но змейка не побежала, – И на что, если не секрет, ты потратил сегодняшний лимит зарядов?

   – На попытки найти с тобой общий язык, – лаконично  ответил учитель, вздыхая.

   – И как успехи? А! Вижу, что никак. За то, что проведал – спасибо.  Ну все, иди и дальше обижайся на судьбу!  – возмутилась я, цепляя на шею монетку.

   Воцарилась тишина. Я посмотрела на него, представила, что если я и дальше буду упираться, то это ни к чему хорошему не приведет… А черт! Придется искать компромисс.

   – Итак, мое первое условие, Асфард. Мне нужна нормальная комната и нормальная одежда! В этом кошмаре я жить не могу. Это раз. Второе условие ты выполнил. А третье условие – не заставлять меня, не давить на меня,  не унижать, – заявила я, вставая с кровати.

   – Итак, мое первое условие, Ника! Мне плевать, как ты ведешь себя на лекциях, но экзамены ты должна сдать! Это раз. Второе условие. Не садиться мне на голову! Последствия ты уже видела. А третье условие – ты должна научиться владеть мечом. Если теорию я смогу тебе помочь сдать, но практику ты не сможешь сдать без подготовки, – отозвался Асфард, вставая следом.

   – По рукам! – сказала я, чувствуя, что с таким талантом я могу вести переговоры с любыми террористами.  Я протянула ему свою ладонь.

   – По рукам, – ответил мой учитель, вскидывая голову и протягивая мне ладонь. Зеленая змейка обвила наши ладони и рассыпалась искрами.

   – Ну что… Давай, улучшай мои жилищно-бытовые условия, – улыбнулась я, представляя себе, как сюда ко мне приезжает программа «Квартирный вопрос». Сначала поплачет, а потом махнет рукой и скажет, что лучше сделают ремонт у какой-нибудь пенсионерки.

   – Забирай все ценное. Пять минут на сборы, –  сказала Асфард, делая шаг в сторону двери.

   Я сгребла в охапку все, что представляло для меня хоть какую-нибудь ценность.

   –Встань за моей спиной, – сказал учитель, осматривая мои удобства, – Между прочим, я прожил в этой комнате восемь лет, пока был студентом… И она многому меня научила.

   Я спряталась за его спиной и закрыла глаза. У меня возникло такое ощущение, что в комнате взорвалась граната. Я открыла глаза и встала на цыпочки, пытаясь через его плечо посмотреть результаты «улучшения». Комната выглядела так, словно в нее прямой наводкой попал снаряд. Он мебели не осталось ничего, кроме трухи. Не уцелел даже сундук, хотя мне он казался бессмертным.  Везде на стенах была копоть и сажа.

   – Ты че творишь! – возмутилась я. Хорошо, хоть руки заняты были. Иначе бы я его задушила бы. И тогда Лорд провел рукой по стене, а потом вытер руки о мое платье, заодно потрепав меня по голове.

   – Лицо намажешь сама. И платье порви хорошенько! Идеальных условий не обещаю, но улучшения будут, – отозвался Асфард, рассматривая масштаб трагедии, сдувая серебристую прядь волос с лица, – А теперь дуй вниз и изображай глубокую степень раскаяния. Легенда такая. Ты решила позаниматься…

   – Но что-то пошло не так… – согласилась я, понимая, что он задумал.

   – Случайно заклинание получилось… – посмотрел на меня мой учитель.

   – Мощнее, чем я думала. Бабахнуло так, что я едва осталась живой… – шмыгнула носом я.

   – Тебе, конечно, очень стыдно… – кивнул Асфард, собственноручно нанося мне боевой макияж.

   – Ужасно стыдно… Даже не знаю, как с этим жить… – согласилась я.

   – За это я сделал тебе выговор… – вздохнул учитель.

   – В грудную клетку… – согласилась я.

   – Без крайностей, Ника…. И твоих шуточек!  Комната восстановлению не подлежит… Так что им придется все отмывать и тащить сюда новую мебель! Посмотришь, как они забегают! Других способов нет,  – заметил учитель, сощурив фиалковые глаза.

   Я села в уголке и стала тренироваться шмыгать носом, как Гадя Хренова: «С…с…сильно к…к…колдовала!». Платье я порвала, сделав себе разрез до бедра. Курткой для пущего реализма пришлось вытереть стену. Теперь я смахивала на домовенка Кузю.  До купания.

   В комнату ввалилась целая делегация, состоящая из учебного отдела и ненавистной мне канцелярии. Бульдожка, увидев меня, сидящую возле стеночки и размазывающую сажу по лицу, тут же бросила взгляд на моего учителя.

   – Не ругайте меня, – всхлипнула я и тут же захныкала, – Не виноватая я… Так получилось…

   – Еще раз! – процедил сквозь зубы мой учитель, – Еще раз я узнаю, что ты занималась без моего ведома, я не знаю, что с тобой сделаю!

   – Но я… я… хотела подготовиться к экзаменам! – заныла я, пряча лицо, – Я не хотела… Так получилось… Ы…ы…ы…. Не ругайте меня…. Пожалуйста…

   – Да как тебя угораздило! – возмущался мой учитель, – Сегодня останешься без ужина!

   Бульдожка провела рукой по стене и стала искать, обо что вытереть свою черную ладонь.

   – Хы…хы…ы…ы…ы… – выла я, – Простите меня, пожалуйста… Я больше так не буду!

   – Да я прямо сейчас прикончу тебя на месте! – возмутился Асфард, меряя шагами комнату. Он бросил на меня гневный взгляд.

   Бульдожка возразила, сообщив, что это было бы слишком жестоко и несправедливо по отношению к старательной студентке, которая так усердно готовится к экзаменам и делает такие успехи на поприще некроманта. Она присела рядом и вроде-как бы начала меня утешать, но я чувствовала, как она вытирает свою грязную руку о мою спину. Вот зараза!

   Я в долгу не осталась. Я шмыгнула носом, выдавила скупую слезу, а потом обняла ее, вытирая лицо об ее грудь. Красивое было платье… Кремовое…

   – Пожалуйста! – прохныкала я, вытирая руки об ее спину, – Сделайте так, чтобы он меня не наказывал! Я прошу вас! Он же меня убьет!

   Мои чумазые, как у Чунга-Чанги ладошки скользнули по ее толстой спине вниз. Вижу Бульдожка уже не рада своему акту показного «милосердия».

   – Все будет хорошо. Вы, конечно, сами виноваты, но думаю, что мы поговорим с вашим учителем, и он все поймет! – сухо сказала тетка из учебного отдела, – Я смотрю, вы делаете успехи. Такое мощное заклинание для студентки – это определенно достижение.  Я вижу, что вы станете хорошим некромантом!

   – А где я теперь буду жить? Учитель сказал, что я теперь буду спать на коврике у входа! Но я…. я…. уже пробовала…. Я на нем не помещаюсь….  – всхлипнула я, краем глаза глядя на то, с каким лицом Бульдожка рассматривает черные пятна сажи на груди. Ха! Она еще спину свою не видела…

   – Мы все исправим. Сейчас все отмоют и принесут новую мебель, – сказала тетка из учебного отдела, – А вы, студентка, в следующий раз будьте внимательней и осторожней!

   Через двадцать минут ввалились какие-то подсобные рабочие маги и начали приводить комнату в порядок. Стекло вставили, отмыли стены и потолок. В комнате появились нормальные шторы, без дырок, заметьте! Аккуратный письменный стол, кровать, чистый (вау!) матрас с постельным бельем. Новый душ, сделанный по системе старого, радовал теплой водой, а новая раковина с зеркалом выглядели вполне солидно.  В целом все преобразилось кардинально. Причем, за очень короткий промежуток времени. Новая одежда меня тоже приятно порадовала. Штаны, ботиночки, похожие на полусапожки с отворотом, рубашка, черная курточка с застежками, облегающие штанишки и даже носки!  Помимо этого мне вручили черное платье с белыми манжетами и воротником. Не хватало только гольф, очков, косичек, чтобы смело украшать доску почета. Не забыли про полотенце и нижнее белье. А вот туалетную бумагу опять зажали. Я молча вернула на гвоздик «Опыт прокладки туннелей».

   Когда все вымелись из моей комнаты, а я с восторгом прыгала на новом матрасе и обнимала новую подушку, Лорд Асфард заглянул ко мне, увидев мой щенячий восторг при виде нового одеяла, зубной щетки и коробочки с порошком для чистки зубов, заметил:

   – Как мало человеку надо для счастья! Давай, отмывайся и спускайся кушать…

   – Так я ж сегодня без ужина! – отозвалась я, двигая ящики нового стола.

   – Ника! Мы как с тобой договаривались? – напомнил мне учитель.

   – Окей! Я спущусь через пять… Нет, десять… Короче, жди меня и я спущусь! Только очень жди! – я радостно проверила работоспособность душа, дернув за веревочку. Шампунь Мэри Сью перекочевал на полку к моему новому шампуню. Нет, ну действительно, стоило обидеться, как жизнь начала налаживаться!

   Через сорок минут я спустилась в новом платье, вытирая волосы. Красота! Не царские палаты, но уже что-то!

   Я сидела и уплетала ужин, притащив второе кресло к столу, поглядывая на своего горе-учителя. «Гордая птица еж… Не полетит, пока не пнешь!» – вздохнула я. Пока истерику не закатишь, ногой не топнешь, не обидишься как следует, он палец о палец не ударит.

   – Беру свои слова обратно! – сказала я, запивая ужин до сих пор не идентифицированным мною соком, – Ты не такое…м….м… как бы помягче сказать…. де….. дрянь, как мне показалось изначально.

   – Что-то я не помню, чтобы ты мне это говорила. Если бы ты такое сказала бы мне в лицо, я бы с тобой не церемонился… – заметил Асфард, пинком открывая дверь в комнату с черепами и ковыряясь в шкафу.

   –  Ну да, – согласилась я, – Не говорила, но подумала… Ты ведь не умеешь читать мои мысли?

   – Ты удовольствие не растягивай, – отозвался учитель из комнаты, громыхая какими-то железяками, – Держи.

   Он вышел, притащив два меча и доспехи. Я поперхнулась и с ужасом представила, что мне сейчас предстоит все это на себя надевать.

   – У меня в доспехах плоховастенько получается… – созналась я, – Без доспехов тоже. С мечом та же история… Зато есть хорошая новость, без меча я бегаю куда быстрее, чем с ним.

Около 3 лет
на рынке
Эксклюзивные
предложения
Только интересные
книги
Скидки и подарки
постоянным покупателям