0
Корзина пуста
Войти | Регистрация

Добро пожаловать на Книгоман!


Новый покупатель?
Зарегистрироваться
Главная » Дорога в ночь » Отрывок из книги «Дорога в ночь»

Отрывок из книги «Дорога в ночь»

Автор: Архарова Юлия

Исключительными правами на произведение «Дорога в ночь» обладает автор — Архарова Юлия Copyright © Архарова Юлия

Юлия Архарова

 

Дорога в ночь

 

Глава 1

 

Рийна Ноорваль

13-й день Атанарил-лин 223 года от О. В.

 

Я висела вниз головой в паре метров над землей. В воздухе меня удерживало только какое-то эфемерное лоэльское плетение. Стоит эльфам распустить узор — и я упаду. Неважно, что подо мной лишь россыпь камней, а не чан с кислотой или раскалённые угли. Мне и этого хватит.

Жарко. Душно. Влажно. Хорошо еще, надоедливой мошкары совсем нет; впрочем, все эльфы — маги, что им какая-то болотная пакость?

Ночь, небо только-только начинает бледнеть на востоке, а светло уже как днём — на берегу полыхает корабль контрабандистов. Тот самый, на котором всего час назад я была пассажиркой. Корабль, из команды которого в живых почти никого не осталась. Кто-то из матросов утонул, лишь единицам удалось доплыть до противоположного берега. Кто-то, не сумев выбраться из превратившегося в ловушку судна, предпочел покончить с жизнью. Так что эльфам, в виде сомнительного приза, досталась только я, неудивительно, что у них так много вопросов... Вопросов, ответы на которые могут стоить жизни не только мне.

Хайдаш! Я ничего не могу сделать. Ничего! Остаётся только вертеться, как уж на раскаленной сковородке, и молить всех богов, чтобы они даровали мне шанс. Нет, не выжить! Иная жизнь страшнее смерти... Сбежать. Или хотя бы умереть по своему выбору и желанию. Это, знаете ли, тоже дорого стоит.

В некотором роде, мне повезло: эльфы и мысли не допускали, что я прекрасно знаю лоэльский, а потому не стеснялись обсуждать мою дальнейшую судьбу между собой. Пока меня не собирались ни убивать, ни пытать, но на этом хорошие новости заканчивались. Что хорошего в том, чтобы стать эльфийской рабыней?!

Эльфы... лоэл'ли... Как не называй, нелюдь — она нелюдь и есть! Сволочи! Гады ушастые! Как же я их всех ненавижу!!!

Беда в том, что эти твари тоже не любят людей. Более того, они в своей ненависти так преуспели, что пару сотен лет назад чуть ли не истребили всех людей на Тауре.

В нескольких шагах от меня негромко беседовали четверо эльфов — высокие, статные, как на подбор. Все как один затянуты в черные мундиры с замысловатым серебряным шитьем. На одежде ни пылинки, на узких лицах печать высокомерия.

Наконец, вперед выступил усталый эльф средних лет — какой-то чиновник из эльфийского города неподалеку. Похоже, нелюди решили, что я достаточно долго вишу вниз головой и уже созрела для серьезного разговора.

— Поговорим? — спросил по-имперски эльф.

Взгляд и тонкие скептически поджатые губы чиновника показывали, какое презрение и отвращение этот лоэл'ли испытывал к жалкой получеловечке. Ко мне.

Вот так. Для людей я полуэльфийка, для эльфов — получеловечка, и не имеет никакого значения, кто я на самом деле. Полукровка, выросшая среди людей и привыкшая считать себя человеком. Дитя двух рас: победителей и побежденных, господ и рабов, эльфов и людей... Дитя ненависти и насилия.

— Да-да... я всё скажу!

— Твоё имя?

— Ри. Меня зовут Ри.

— Полное имя?

— Ри... Просто Ри.

— И только?

— Я выросла на улицах... — запинаясь, лепетала я. — А там... там не принято давать длинные имена. Только клички... прозвища...

Зачем лоэл'ли знать, что одной половине вольного города Танниса я известна под именем Рийны Ноорваль, а другой — Ночной гостьи Нефрит? Ведь оба имени с легкостью сокращаются до панибратского Ри. Да, имени Ри для этих гадов ушастых будет вполне достаточно.

И пусть я стала эльфийской пленницей. Нет, хуже!.. Рабыней! Но по моему имени лоэл'ли могут выйти на самого дорогого и любимого человека — на мою маму. Страшно подумать, что они сделают с ней, ведь она не только скрыла от эльфийских властей рождение полукровки, но и вырастила её.

Я ни секунды не сомневалась — проклятые нелюди накинули на меня распознающее ложь плетение, а потому не собиралась врать эльфам. Другое дело, что правда — понятие шаткое и переменчивое, что абсолютной правды попросту не существует, что правда у каждого своя. А потому мне ничто не мешало чуть-чуть искажать эту правду: немного недоговаривать, что-то приукрашивать, по-другому расставлять акценты. И верить, что в моих словах нет ни грамма лжи.

— Ты знаешь, что ты полукровка?

— Да...

Будь я простой человечкой, лоэл'ли со мной бы долго возиться не стали. Сначала устроили бы допрос с пристрастием, а потом сожгли на костре или просто чиркнули ножом по горлу и скинули бы в реку. Но так как я дикая полукровка, у меня быстро нашелся заступник — один из сиятельных эльфов, не мудрствуя лукаво, признал меня своей собственностью. И, конечно же, он так поступил не из жалости и уж точно не из мнимого милосердия, просто ушастый захотел приобрести себе новую игрушку. «Мой хозяин» немного опасался, что шкурку его новоявленной рабыне поцарапают, а потому допрос свели к «простой беседе».

— Как давно ты знаешь о том, что ты полукровка?

— Ну... с детства. Догадалась как-то.

— Почему не сдалась Наместнику?

— Ну, я же не самоубийца! Я боялась...

Допрашивающий меня эльф презрительно усмехнулся.

Я действительно боялась. Не играла, не притворялась, а просто выпустила на волю страх, что пожирал меня изнутри. Ведь кто я? Лишь маленькая глупенькая напуганная девчонка.

— Ты когда-нибудь встречала других диких полукровок? Слышала что-нибудь о них?

— Нет… Нет! Ни разу!

— Не встречала, значит... Твой возраст? Сколько тебе лет?

Вот тут бы соврать, сказать, что я значительно старше, и тогда вопрос о матери отпадет сам собой, человеческий век короток, а полукровки, как и эльфы, с годами не стареют. Но такой прямой вопрос обойти никак не получится.

— Двадцать пять...

— Что ты знаешь о своём отце?

Лоэл'ли даже мысли не допускал, что моей матерью могла быть эльфийка, а отцом человек. Еще бы! Женщин у эльфов очень мало, а находящихся в детородном возрасте вообще чуть ли не единицы. И чтобы молодая эльфийка спуталась с человеком? Быть такого не может!

— Только то, что он был эльфом.

— Видела ли ты когда-нибудь своего отца? Знаешь его имя? Чем он занимался?

— Нет-нет! Конечно же, нет! Откуда мне?!

Я ни капли не лукавила, об отце действительно ничего не знала. Мама, как я её ни просила, никогда не рассказывала... Хайдаш! Я ведь даже придумать ничего не могу, эльфы сразу заметят столь наглую ложь. Но что же делать?! Мне жизненно необходима какая-нибудь зацепка, которая сделает меня ценной в глазах лоэл'ли не только как генетический материал, не позволит эльфам стереть мою личность в ближайшем городе.

— А мать? Что ты знаешь о своей матери?

Вот он тот вопрос, которого я так боялась.

— Она... ну... некоторое время работала в Весёлом доме.

— Шлюха, — сказал, как выплюнул, эльф. — Ну да, я мог бы и догадаться.

— А имя ты её знаешь? — продолжил допрос нелюдь.

— Эээ... Лиана. Лиана Тэрсиль!

— Надо же! — слегка удивился эльф, — не ожидал, что ты так легко назовешь её имя.

— Пожалуйста, я всё скажу, только снимите! Отпустите меня! — захныкала я.

— Неужели тебя совсем не волнует судьба матери?

— Почему? Очень волнует! Это по её вине я детство провела сначала в Весёлом доме, а потом и вовсе на улице!..

И опять я сказала лоэл'ли правду. Мою маму действительно звали Лиана Тэрсиль. Когда-то. Еще до того, как она, узнав, что понесла от эльфа, сбежала из Вольгорода в Таннис. На новом месте жительства мама благоразумно сменила не только имя, но и фамилию, и стала Терезой Ноорваль. Моя мать долгое время работала в Веселом доме, но уже как шесть лет она была его хозяйкой.

— Чем ты занималась в Таннисе? Тоже была шлюхой, как и твоя мать?

— Нет!.. Я портниха, шью на заказ.

Снова правда, приправленная кусочком лжи.

Я действительно владела швейной мастерской, но иголку с ниткой мне давненько не приходилось в руках держать — были у меня занятия и поважнее. Уже восемь лет я выполняла деликатные поручения Гильдии Теней и параллельно с этим изучала почти два десятка дисциплин в Академии. На воровском поприще я достигла немалых успехов, даже заслужила право именоваться Ночной гостьей — такой «титул» Гильдия кому попало не даёт. Учеба в Академии мне тоже давалась легко, хотя я и старалась, по-возможности, из общей массы учеников не выделяться, но скрыть то, что у меня имеются способности к языкам, было нелегко… Да и как могло быть иначе, если лоэльским и ургским языками я овладела еще лет десять назад, когда был ученицей Серого Охотника — человека, который сделал целью своей жизни отправить в Пекло как можно больше эльфов, и которого эти самые эльфы безуспешно пытались разыскать чуть ли не двадцать лет. Разумеется, учил меня Охотник не только языкам…

— Что ты делала на корабле?

— Ммм… Один влиятельный человек точил на меня зуб. Если бы я не убралась из Танниса, меня бы убили! — всхлипнула я и повторила: — Видит Араш, убили бы!

Сказать, что у меня были неприятности в Таннисе — это ничего не сказать. Я провалила заказ! Осталась бы в городе — и долго бы не прожила. А может, и наоборот. Есть способы заставить человека пожалеть, что он всё еще жив, и уж, несомненно, главе Гильдии Теней они прекрасно известны. И всё это из-за моего проклятого любопытства! Если бы я не открыла шкатулку, если бы не захотела примерить хранившийся в ней браслет... Если бы эта хайдашева побрякушка не превратилась в татуировку на моем плече... Татуировку, которую никак не снять! Мне бы не пришлось бросать всё и убегать из города. И я бы не оказалась в плену у эльфов.

— Как давно ты знакома с контрабандистами? Что ты знаешь о корабле?

— Знакома? Давно?.. Нет! Я совсем недавно о них узнала! Искала, как тайно выбраться из Танниса, и вышла на этих людей… А то, что у них есть корабль, только перед самым отплытием узнала!

Всё сильнее начинала болеть голова. Кровь набатом стучала в висках. Сильно болел ободранный о киль шлюпки бок... и мне казалось, что я вот-вот потеряю сознание.

Быстрее закончился бы этот допрос! Еще чуть-чуть, и я просто не выдержу, сломаюсь, сорвусь и проговорюсь. И тогда эльфы поймут, что я вру! Что я вовсе не та наивная напуганная дурочка, которую чуть ли не час перед ними разыгрываю.

Нет, только не обморок! Пока я буду в беспамятстве, эльфы со мной что угодно могут сделать... даже личность стереть! Или найти горошинку с ядом, что притаилась у меня за щекой. И то и другое — это не смерть. Это много-много хуже, чем смерть!

Право, даже смешно, сейчас я больше всего боюсь, что меня могут лишить возможности свести счеты с жизнью. Могла бы смеяться — расхохоталась бы.

А может, ну его, всё?.. Раскусить горошину и отправиться в пламенные объятия Хайдаша?..

— И ты никому не сказала ни о контрабандистах, ни о корабле? Почему? Это могло решить твои проблемы с этим… влиятельным человечишкой.

Кажется, я знаю, как подогреть интерес эльфов к моей персоне.

— Решить?.. У меня не было ни времени, ни возможности. Контрабандисты, после того как я узнала их тайну, за мной всё время следили. Видят боги, я восемь раз пожалела, что связалась с этими людьми! И потом, даже если бы я сумела выбраться, сбежать от контрабандистов… то что? Такие большие дела без определенной поддержки не делаются…

Эльфы переглянулись.

— Что ты знаешь?

— Ничего! Слухи. Не более...

— Может, хватит эту получеловечку допрашивать? — сказал по-лоэльски «мой хозяин». — Даже я вижу, что девчонка почти ничего не знает, и уж точно какой-либо угрозы собой не представляет.

— Ну, почему же? — не согласился чиновник. — Думаю, нам всем было бы интересно узнать эти самые слухи. О том, кто построил корабль, кому он принадлежал. Всё-таки эта, как ты выразился, девчонка несколько дней путешествовала с контрабандистами... Нет, если её правильно спросить, то она может нам о многом поведать!

Возможно, я и зря намекнула лоэл'ли о том, что контрабандистам могла помогать какая-то важная персона. Ну, кто-то из Городского совета, бургомистр, а может, даже сам эльфийский Наместник. Возможно, действительно зря... Был бы выбор, ни за что бы ни полезла в политику, но я не в том положении, чтобы привередничать. Эльфы клюнули на приманку, а значит, теперь я им нужна не только для того, чтобы найти моего папашу. Теперь я важный свидетель и проживу чуть подольше... А там, даст Фиерт, удастся сбежать.

— Хватит, — влез в разговор еще один эльф, судя по всему, главный в этой компании. — Что бы ни рассказала получеловечка, никакого значения это уже не имеет. И хотя часть контрабандистов ушла, корабль захвачен и уничтожен. Да и нет никому сейчас дела до продажности чиновников. Война... К тому же, еще немного, и пленница лишится сознания. Не оказалось бы, что всё то, что она нам наговорила, лишь привиделось ей в бреду...

Стоп! Война? Какая война?!

В глазах потемнело, сознание начало меркнуть. Вокруг меня будто завертелся мутный водоворот, который засасывал в темноту... Вниз. На дно! Я судорожно пыталась вздохнуть, ухватиться за что-то руками...

И тут виски пронзила стрела всепоглощающей боли...

И я утонула.

 

 

Глава 2

 

Джаред Дэш

13-й день Атанарил-лин 223 года от О.В.

 

Было около двух пополудни. На небе ни облака, лишь раскаленный огненный шар солнца. Кто бы знал, как я ненавижу ясную погоду, это чистое лазурное небо! Очень скоро в Скалистом море будут бушевать осенние шторма, да и этому краю тоже достанется. Но случится это не раньше, чем через несколько дней...

От колючих солнечных лучей уже давно не спасала ни плотная одежда, ни длинный плащ с глубоким капюшоном, ни… Перчаток у меня при себе не было. Их я самым банальным образом забыл захватить с корабля.

Моего корабля. Моей «Греты». Моей утерянной воплощенной мечты.

Еще недавно я был правителем одного из секторов Старого города, контрабандистом, владельцем единственного на Тауре принадлежащего людям корабля, состоятельным и уважаемым в определенных кругах человеком. И пусть я тяготился этой ролью, но, верно говорят, мы не ценим того, что имеем. Я мечтал уйти, поставить жирную точку в этой главе своей жизни… Но уйти не так!

Теперь у меня не осталось ничего — ни корабля, ни команды, ни места, которое я мог называть домом. Теперь я Капитан без корабля.

Часть моих людей утонула, других, вместе с кораблем и товарами, захватили эльфы, спаслось только девять человек, не считая меня… И вот я бросил их. Усыпил и ушел. Потому что не собирался возвращаться в Таннис, потому что они стали для меня обузой.

Потому что эльфы захватили мою бывшую пленницу — воровку и авантюристку, полуэльфийку, Ночную гостью по имени Нефрит. Девчонку, которая могла рассказать ушастым, что я наполовину человек, наполовину вампир. Существо, которое не могло появиться на свет в принципе.

Ведь кто я? Плод любви гурмана к своей пище. Мой отец-человек для матери-вэрины был всего лишь ужином. Перед тем, как приступить к трапезе, она, как и любой хищник, решила немного поиграть с жертвой… И появился я.

Для вэров я урод, ошибка природы, а для людей… Люди считают всех вампиров монстрами, безжалостными тварями, и во многом правы. И если соплеменникам по отцу станет известно о моем существовании, на меня объявят охоту. Притом сделают всё возможное, чтобы захватить живьем, а затем торжественно преподнести столь ценный и во всех отношениях интересный экземпляр господам-эльфам. Лоэл’ли у нас большие любители генетических уродцев и прочих мутантов.

Парадокс судьбы заключался в том, что сейчас мне и податься особо некуда, кроме как в Лайэн. Город, где самый сильный и многочисленный клан вампиров. Город, где живёт моя мать… Должна жить. Отношения с этой вэриной у меня сложные, так что писем мы друг другу не пишем, весточек не передаём.

Лайэн — это место, где я могу купить всё необходимое, место, где я могу начать новую жизнь и, что немаловажно, место, где эльфы не имеют практически никакой власти. Лайэн — единственный вольный город на Тауре под протекторатом Одр Крапа, гномьего царства.

Я ушёл. Я свободен. Да только нечему радоваться. Я не мог не думать о погибших и попавших в плен людях. О тех, кто доверился мне, кто выбрал своим предводителем и ждёт моего возвращения в Таннисе. И, наконец, о тех людях, которых я оставил спящими на границе болот дельты реки Велайи, и том, что на них может напасть какой-нибудь зверь или застать врасплох эльфийский разъезд.

Нет. Всё это без толку. Я сделал выбор и теперь снова сам по себе… Почти. Не иначе как Великий Прародитель, собственной божественной персоной, надоумил меня взвалить на плечо бессознательное тело мальчишки. Я взял на себя ответственность за Эриха, приручил сорванца, занялся его воспитанием и не смог бросить парня на произвол судьбы.

Сонного зелья, которым я намазал мальчишке под носом, должно было хватить часа на полтора, максимум два, но парень продрых уже все четыре и пока просыпаться не собирался. Сладко так посапывал, болтаясь вниз головой у меня на плече, и будто бы даже не испытывал от такого положения никаких неудобств. Я, конечно, время от времени менял положение мальчишки не дело ему всё время вниз головой мотаться, но по-другому долго нести не получалось — мне нужно было иметь свободной хотя бы одну руку.

То, что парень так долго спит, не давало мне покоя. Ведь тогда получалось, что и люди, которых я бросил спящими в перелеске у болота, могут всё еще дрыхнуть. А чем дольше они спят, тем больше вероятность, что с ними что-нибудь случится. С другой стороны, это сонное зелье было опробовано мною не раз и раньше таких сбоев не давало. Но и на тринадцатилетних подростках, переживших сильное физическое и эмоциональное потрясение, я его раньше не испытывал.

Это даже хорошо, что парень всё еще спит, очень хотелось бы отложить разговор с ним как можно на дольше. Слишком многое надо Саже объяснить, на кучу неприятных вопросов ответить, а у меня на это нет ни желания, ни времени, ни сил. Паршиво я себя чувствую, очень паршиво, сказывается длительная прогулка под солнцем, а выгляжу, наверное, и того хуже. Зеркала у меня при себе нет, чай не девица, но и без того знаю, что видок у меня еще тот.

Вряд ли мне при разговоре с Эрихом помогут опухшая рожа и слезящиеся, красные от полопавшихся сосудов глаза. Да и багровые, сплошь покрытые язвами от солнечных ожогов, руки тоже не улучшат картину.

И как меня угораздило забыть перчатки?!

Впрочем, я тогда вообще много чего забыл… Можно сколь угодно долго корить себя за ротозейство, но и против правды не попрешь. Не было у меня времени паковать вещички. Что в непромокаемом мешке на всякий крайний лежало, что под руку подвернулось, то и схватил. Тут вообще хорошо, что жив остался, что мальчишку вытащил.

Мне бы отлежаться хотя бы часа три — и симптомы солнцепека если и не пройдут, то существенно спадут. А указанные выше внешние признаки вполне можно будет списать на недосыпание и пережитое нервное потрясение, да мало ли на что. Но такую роскошь, как пара-тройка часов отдыха, я себе позволить не мог.

С корабля я не захватил ни чего-либо съестного, ни питья, ни даже пустой фляги. Есть пока особенно не хотелось, а вот пить… — я буквально умирал от жажды. И это при том, что воды вокруг было вдоволь. Очень сомнительной по чистоте воды, но на то я и полувампир, чтобы не бояться подцепить заразу, когда утоляю жажду в канале орошения или в пруду, который используется для водопоя скота. Искать родники не было времени, а все колодцы находились на территории поселений дэйш’ли.

Я срывал сочные плоды с фруктовых деревьев, прикладывался чуть ли не к каждой луже, но всё равно хотел пить. И начали уже закрадываться подозрения, что моя жажда иного рода…

Давно пора было остановиться, а я всё шел и шел. Остались позади заболоченные перелески, потянулись бесконечные эльфийские поля и сады. Я держался как можно дальше от дорог и тропинок, от строений, будь то усадьбы или сараи для садового инвентаря. Каждую секунду я ждал появления эльфийского патруля. Ведь не могли же лоэл’ли не объявить на спасшихся с корабля людей охоту! Мы же нарушили столько законов! Построили корабль и возили по морю и рекам контрабанду, и это под самым носом у сиятельных господ! Да еще несколько раз в год, и на протяжении многих лет!

Но погони не было. Я вообще никого не видел. Ни рабов-дэйш’ли в полях и садах, ни путников на дорогах, ни какого-либо шевеления в паре встреченных по дороге поселений дэйш’ли (каюсь, не удержался, подобрался поближе). Скота ни в загонах, ни на выгоне тоже не было. Казалось, все вымерли или куда-то ушли.

Лишь пару раз я видел вдали всадников. А еще столбы дыма далеко на севере, слишком большие, чтобы их можно было бы отнести к обычным кострам. Да и зачем жечь столько костров жарким днём?

На вопросы не было ответов, и отчасти это-то и подталкивало меня вперед. Чем дальше я окажусь от болот дельты Велайи, чем скорее попаду в Лайэн, тем быстрее пойму, что же всё-таки происходит.

Кожа на лице зудела, а на руках уже горела огнём. Болела голова, виски словно сжимало тисками. В глаза будто песок насыпали, изображение становилось нечетким, очертания расплывались… Хайдаш, так и ослепнуть недолго!

Я остановился, прикрыл воспалённые глаза рукой.

Нужно подыскать место для стоянки. Вопрос только — как и где. Деревья в садах растут ровными рядами и на большом расстоянии друг от друга, в таком «лесу» точно схорониться не получится, да и укрытия от солнца они почти не дают. Скалы и перелески остались далеко позади.

Поискать укрытие в какой-нибудь из заброшенных, с виду, лоэльских построек? Ну, там, в сарае или амбаре каком? Нет, опасно.

Губы высохли и потрескались, безумно хотелось пить. Холодной обжигающей родниковой воды. Терпкого подогретого красного вина. Горячей крови… Я чувствовал запах крови, ощущал её вкус на языке… Человеческое тело такая хрупкая оболочка — всего лишь сосуд для бесценной жидкости…

Глухо выругался и встряхнул головой.

Великий Прародитель, я слишком вымотался за последние сутки. Слишком устал.

А еще слишком давно не пил кровь!

Несколько дней назад я чуть не сорвался, чуть не набросился на ту несносную девчонку Нефрит.

Вот он знак, а я не обратил внимания. Тешил себя надеждами, что у меня еще много времени, а вот оно как оказалось. Соблюдая ряд предосторожностей, я еще бы продержался несколько месяцев, может, даже год. Но восьмичасовая прогулка под солнцем усугубила мое состояние.

Нужно срочно найти донора или хотя бы укрытие от солнца, иначе…

Я не могу сорваться! Только не сейчас!!! Если сорвусь, то не только убью мальчишку, нет, я превращусь в кровожадного монстра, который не успокоится, пока полностью не насытится, не удовлетворит свой инстинкт охотника… хищника. Тогда меня как минимум несколько дней не будет интересовать ничего, кроме утоления жажды.

Мальчишки мне будет мало, может, его кровь и смогла бы удовлетворить потребности моего организма, но вампиров терзает еще и другой голод… А значит, я буду искать других разумных существ. Тварь, завладевшая моим телом, вспомнит, когда я в последний раз видел людей. Её не будет заботить, какие чувства я испытываю к этим существам, как её не волновало то, как дорог мне Сажа. Я вернусь на болота, выслежу остатки своей команды. И убью их. Тоже.

Нет! Нет! Нет!!! Я не сломаюсь, не сорвусь. Не в этот раз!

К Хайдашу риск! Не так давно я проходил мимо поселения дэйш’ли. Или я там найду укрытие, или отловлю какого-нибудь дэйш’ли, или поймают меня. Других вариантов нет.

Первым делом нужно избавиться от мальчишки, я и так сейчас неважный боец, а если мои руки еще и Сажей будут связаны…

Я вернулся к пруду, из которого недавно утолял жажду. Пологие берега водоема обильно поросли невысоким чахлым кустарником. Чахлым потому, что пасшийся здесь скот планомерно объедал новые побеги и листву. Укрытие, конечно, получилось так себе, но мальчишку издалека не видно, и то хорошо.

Затем я наведался в расположенный поблизости сад и срубил ветку яблони в два пальца толщиной. Нужно оставить мальчишке послание, а то проснётся, пока меня не будет, и отправится изучать окрестности, знаю я неугомонную натуру этого сорванца.

Вырезал на ветке: «Никуда не уходи. Скоро вернусь. Д.». И вложил этакую своеобразную записку Саже в руку.

Очень надеюсь, что парень еще некоторое время проспит, а если и проснётся, то у него хватит ума последовать моему совету и остаться на месте. В любом случае, разведать деревушку надо быстро.

Подбирался к поселению дэйш’ли я медленно, осторожно, хотя все мои инстинкты и кричали о том, что бояться некого, и поблизости ни одного разумного существа нет. Но вдруг?

Я привык доверять своим инстинктам, да только отсутствие каких-либо разумных существ на такой огромной территории казалось невероятным. Я просто не верил в это, подспудно ожидал подвоха, что всё это какая-то ловушка.

Но не глупо ли? Да и вообще слишком самонадеянно думать, что лишь из-за горстки выживших с корабля опустела огромная территория. Нет, на эльфов это совсем не похоже, слишком рациональна эта раса.

И потом, было еще кое-что. Самым свежим следам на земле было как минимум пара дней. А это полностью исключало возможность ловушки, какой-то хитрой игры, которую затеяли эльфы, ведь корабль ушастые захватили только этой ночью.

Поселение дэйш’ли было вполне типичное. По центру располагался длинный, унылый барак для рабов-дэйш’ли, рядом навес столовой и еще какие-то хозяйственные постройки. Тут же стояло еще одно здание, небольшое по площади, но аж три этажа в высоту — казарма тэлиаков. Да, воины тэлиаки такие же искусственно выведенные рабы, как и остальные дэйш’ли, но создания они гораздо более ценные, чем простые полевые работники и пастухи, а значит, и нуждаются в условиях получше.

Также на территории поселения были многочисленные постройки для содержания скота, которые мало чем отличались от барака дэйш’ли, а еще большой амбар, сеновал, несколько складских построек.

В паре сотен метров в стороне на пологом холме стоял двухэтажный дом. Небольшой, аккуратный и даже не лишенный некоторого изящества. Сомневаюсь, что в этом поселении постоянно жил хотя бы один эльф, но вот наведывался сюда с проверкой какой-нибудь ушастый регулярно.

Рядом с хозяйским домом стоял другой — поменьше и попроще, где жила прислуга и хотя бы пара охранников-тэлиаков. А вокруг дома был разбит сад — лоэл’ли вряд ли нравилось любоваться сугубо практичным, серым и унылым поселением дэйш’ли.

Никакой ограды, если не считать загонов для скота, не было. Зачем? Все дэйш’ли — и тут не имеет значения, какой они модификации — боготворят своих господ-эльфов. Они безумно рады, что им дозволенно служить лоэл’ли, приносить пользу. Дэйш’ли не привлекает свобода, их не интересуют развлечения, вкусная еда или выпивка. Им даже абсолютно безразличны существа противоположного пола, в некотором роде, рабы-полукровки бесполы… Так зачем им пытаться бежать? И для чего тогда эльфам строить стены, особенно если учесть, что поселение находится в глубине территории и внешнему врагу здесь взяться просто неоткуда.

Ну а с диким зверьем и пара десятков тэлиаков справится. Вряд ли дэйш’ли этой модификации здесь жило больше.

Да, именно жило. Сейчас в деревне не было ни души.

Сначала крадучись, а потом уже почти не скрываясь я исследовал всю территорию поселения. Заглянул в каждую постройку, сарай… Никого. Все рабы-полукровки ушли пару дней назад и скот увели.

Только господский дом с прилегающими постройками я обошел вниманием. И хотя я не сомневался, что там тоже никого нет, а в самом доме можно найти какие-то ценные или просто полезные для меня вещи, лезть туда не рискнул. Лоэл’ли — те еще выдумщики, могли и пару хитроумных плетений оставить.

Тем более что полезными вещами можно разжиться и тут, в той же казарме тэлиаков. Вряд ли, когда эльфы покидали эту территорию, они стали тратить время и силы на то, чтобы поставить ловушки для незваных гостей в сараях и бараках.

Кстати, в одном из полупустых складов мне удалось найти кое-что для себя небесполезное — десяток ящиков с бутылками недорогого лоэльского вина. Определенно, эти ящики приготовили к транспортировке, но то ли их вывезти не успели, то ли попросту забыли.

Меня не волновал вопрос, куда ушли эльфы, как и то, могут ли они в скором времени вернуться. В последнее верилось с трудом. Гораздо больше меня интересовало другое — почему лоэл'ли покинули столь плодородную и обжитую территорию? Кто или что их к этому вынудило? И почему дэйш’ли уходили в спешке и бросили много ценных вещей?

А еще я очень жалел, что совсем никого не нашел в деревушке...

Когда вернулся к пруду за мальчишкой, тот еще спал. Повезло. И, надеюсь, повезет еще больше, и сорванец не проснется в ближайшую пару часов. Я взвалил тело Сажи на плечо и быстрым шагом, практически не скрываясь, направился к поселению.

Для укрытия выбрал большой высокий сарай, почти по самую крышу заполненный сеном. Был велик соблазн расположиться в казарме тэлиаков, всё-таки с третьего этажа просматривалась вся деревушка. Но, по здравому размышлению, я решил, что на сеновале будет всяко безопаснее. Если кто-то в поселение дэйш’ли внезапно нагрянет, то обыскивать сарай станет в последнюю очередь, да и с крыши этого сооружения тоже открывался неплохой вид на окрестности.

Мне нужно хотя бы немного поспать. А потом, когда симптомы солнцепека спадут, а само солнце будет клониться к закату, я отправлюсь на охоту.

Проблема в том, что поблизости нет ни одного разумного существа, а мой голод не может утолить кровь животных. Наоборот, она лишь спровоцирует срыв.

 

* * *

 

Не спалось.

О каком сне вообще могла идти речь, если стоило мне прикрыть глаза, как я тут же видел жилку, бьющуюся на тонкой шее своего воспитанника.

Впрочем, для того, чтобы слышать ток крови в жилах мальчишки, звук биения его сердца, мне даже не нужно было закрывать глаза.

А это значит, всё не просто плохо. Всё очень-очень плохо. Если я начал слышать кровь, то вплотную подошел к грани…

Я сделал большой глоток вина из бутылки. Чуть-чуть отпустило. Несмотря на то что вампиры почти не пьянеют, красное вино они ценят и любят — оно на время приглушает жажду.

Неудивительно, что я за час, пока мучимый бессонницей валялся на сеновале, успел осушить пару литровых бутылок и уже приканчивал третью.

Пожалуй, если бы я не нашёл те ящики с вином, то уже бы давно отправился на охоту. Не потому что надеялся кого-то поймать, а потому что хотел как можно дальше убраться от мальчишки. Даже, несмотря на то, что это было бы…

Безумно.

Безнадежно.

Бессмысленно…

Я не в том состоянии, чтобы далеко уйти от поселения дэйш’ли. За последний час симптомы солнцепека немного спали, но всё-таки не настолько, чтобы можно было рискнуть выйти из укрытия до захода солнца.

Вэры — необычайно живучие существа, и стоит им вплотную подойти к смерти, как в их организме переключается какой-то тумблер и наступает тот самый срыв. Состояние, когда все инстинкты истинного вампира подчинены только одному — желанию выжить любой ценой! А еще убить как можно больше людей, эльфов, орков…

Я не загнал бы в себя в ловушку, если бы не моя проклятая осторожность! Эх, пил бы кровь разумных существ хотя бы раз в несколько лет, но нет, я не пробовал даже на вкус эту жидкость почти целое десятилетие!.. Кровь животных — лишь заменитель, не самый лучший и действующий лишь до поры до времени. Ни один вампир (или полувампир, если уж на то пошло) не может полностью исключить из своего рациона кровь разумных существ… И я бы не придерживался столь длительной и опасной диеты, если бы не то воздействие, которое оказывает эта жидкость на тело вампира.

Вэр, регулярно потребляющий кровь разумных, выглядит не старше двадцати пяти лет, но стоит ему сесть на диету, как он начинает стареть, притом раза в два быстрее, чем человек. Я вампир лишь наполовину, и это правило не совсем для меня верно, нет, я тоже старею, но раза в два медленнее, чем люди…

Мальчишка всё еще спит, и это хорошо. Солнце тоже клонится к закату, что не может не радовать.

Только до захода солнце мне не продержаться никак. Никак!!!

Я отбросил пустую бутылку в сторону и откупорил следующую, уже четвертую по счету. Сделал первый глоток, второй… осушил добрую половину бутыли…

Может, всё-таки попробовать? Рискнуть?

Кто сказал, что я обязательно убью парня?!

Ведь я смогу вовремя остановиться?.. Да, смогу!!! Если я сделаю всего пару глотков, мальчишке это сильно не повредит. Ничего, никуда не денется, оклемается.

Лишь пара глотков крови. Да, крови... Такой горячей, пряной, вкус-с-сной!

Я оказался рядом с парнем. Вытащил из-за голенища сапога нож.

Ну не зверь же я, чтобы глотку этого человечка клыками рвать! Нет, мне достаточно небольшого разреза…

Хайдаш!!!

Что? Я? Делаю?!!

Нож застыл всего в миллиметре от шеи мальчишки… Эриха, Сажи, моего воспитанника, того, кого считал своим сыном.

Стиснув зубы, медленно, шаг за шагом, я отходил назад. Старался не слушать, не чувствовать, не видеть. Но мое сердце уже билось в такт с сердцем Сажи…

Вдруг к размеренному стуку сердца Эриха добавилось что-то еще.

Мы не одни.

Резко развернулся. С севера к поселению приближались три сильных, здоровых, разумных существа.

Не знаю, кто они и что им понадобилось в деревушке дэйш’ли. Сейчас это не имеет никакого значения.

Я бросил последний взгляд на спящего мальчика и спрятал нож в голенище сапога. Метнулся в другой конец сеновала, приник к слуховому окну.

Ну, и где же они?

Всё-таки я не настолько безумен, чтобы сломя голову бросаться на улицу. Немного осторожности не помешает. Пара минут промедления ничего не изменят. Зато потом я вдоволь напьюсь крови!

Я не думал о том, кем могут быть эти сосуды с бесценной жидкостью. Люди это, эльфы или дэйш’ли? Сейчас это не имело ни малейшего значения.

Хотя нет. Если в этой троице есть хотя бы один эльф, мне придется туго…

Из-за угла барака дэйш’ли сначала вынырнула одна фигура, затем вторая, третья. За время короткого отдыха зрение у меня полностью не восстановилось. Вблизи я видел неплохо, а вот вдали… Единственное, что я мог пока сказать о незваных гостях, так это то, что они невысокого роста (слава Великому Прародителю, это точно не эльфы!), а еще, что они передвигаются не спеша, будто крадучись.

Вот они минуют амбар, еще пару каких-то хозяйственных построек… Медленно идут. Как же они медленно идут!!!

Кто бы знал, как мне тяжело оставаться на месте. Как мне хочется сорваться, броситься вниз, на улицу! Разорвать этих пришельцев голыми руками, вонзить в них свои клыки…

Нет. Нельзя. Не время!

Троица осторожно, внимательно осматривала поселение дэйш’ли, совсем как я пару часов назад. И это наводило на определенные мысли… Ха! Мысли! Сейчас я не в том состоянии, чтобы думать.

Меня притягивал стук сердец, манил. Я больше не мог сопротивляться. Да и не хотел.

Соскользнул по лестнице вниз и выскочил наружу.

Я крался вдоль стены большого сарая, того самого сеновала, под крышей которого мирно посапывал Сажа. Заглянул за угол и тут же отшатнулся назад.

Еле слышно выругался сквозь зубы — лицо и правую руку солнечные лучи будто опалили огнем. А еще я, наконец, смог рассмотреть свою дичь — это были орки. Невысокие толстокожие уроды в безрукавках и штанах из кожи ящеров.

Вот орки доходят до угла, поворачивают…

Резкий выпад — и моя сабля сносит голову первому из орков. Я уворачиваюсь от удара второго и ловлю на язык несколько капель крови.

Ммм… Вкуснотища!!!

Обманное движение. Удар. Блок. Снова удар — мой клинок наискось разрубает грудь орка.

Острое жало впивается в шею — третий, шедший чуть позади, орк выстрелил из игломета. Какая игла, сонная или ядовитая?.. Без разницы, на меня яды не действуют!

С рыком вырываю иголку из шеи. Скалюсь на орка… В ответ придурок снова стреляет.

Мимо!

Я бросаюсь к орку, валю на землю и вонзаю клыки в шею.

Поздно трепыхаться, урод. Уже всё, поздно.

Кровь ревущим потоком устремляется в горло…

Хорошо, Великий Прародитель, как же хорошо!

Никакое вино или наркотик, ни одна женщина не может подарить такого наслаждения, как кровь разумного существа. На меня волнами накатывает безумие, эйфория, восторг. Я чувствую себя всемогущим и каким-то ёмким, цельным, ощущаю каждую клеточку своего тела…

Великий Прародитель, неужели я когда-то был так глуп, что добровольно от всего этого отказался?!

Затягиваются ранки на руках и лице, восстанавливается зрение. Кожу по всему телу начинает пощипывать, покалывать…

Орк уже пуст, но я всё еще голоден. Перемещаюсь к другому, тому, которому я отрубил голову. Тело еще не успело остыть, а кровь свернуться…

Тихий, еле слышный шорох раздался откуда-то сверху. Я оторвался от поглощения пищи.

На меня смотрел Сажа.

Около 5 лет
на рынке
Эксклюзивные
предложения
Только интересные
книги
Скидки и подарки
постоянным покупателям