0
Корзина пуста
Войти | Регистрация

Добро пожаловать на Книгоман!

Или войдите через:


Новый покупатель?
Зарегистрироваться
Главная » Миссис Смерть » Отрывок из книги «Миссис Смерть»

Отрывок из книги «Миссис Смерть»

Автор: Ляпина Юлия

Исключительными правами на произведение «Миссис Смерть» обладает автор — Ляпина Юлия . Copyright © Ляпина Юлия

Юлия Ляпина

 Миссис смерть и черный кофе.

Оливию Олмидж все жители городка Бейтима, расположенного неподалеку от западной границы королевства называли «миссис Смерть». А как еще можно назвать супругу гробовщика? Когда ее тоненькая фигурка появлялась на центральной улице, заполненной лавками и лотками, суеверные матери прятали детей под передники, а мужчины сплевывали вслед. Но в глаза ей мило улыбались, кланялись и осведомлялись, как поживает достопочтенный супруг. Лив вежливо улыбалась в ответ, и отвечала, что милостью богини все благополучно. Обычно после такого ответа знакомые быстро прощались и терялись среди магазинчиков и лавок.

  Девушка легко вздыхала и первым заходила в магазин экзотических товаров мистера Скроули, чтобы как обычно взять головку сахара, три фунта кофейных зерен и немного корицы.

Лавочник, увидев покупательницу, одергивал потертый бархатный жилет, надевал очки и принимался аккуратно откалывать большими щипцами сахар, после взвешивал кофе, скручивал «фунтик» для корицы, затем щелкал крупными деревянными бусинами абака и называл сумму. Оливия привычно улыбаясь выкладывала на скромное керамическое блюдце серебряную монету и восхищалась:

- Ах, мистер Скроули, вы точны, как большие королевские часы!

Мужчина приосанивался и с легким поклоном подавал ей пакет с покупками.

 Девушка укладывала пакет в корзинку и шла в рукодельную лавку миссис Поридж. Эта почтенная старушка торговала нитками, иголками, вязальными спицами, крючками, коклюшками, пуговицами, лентами, и прочими вещичками необходимыми для женского рукоделия. Здесь Олив покупала немного, но непременно присаживалась за столик, чтобы выпить с хозяйкой чашку ромашкового чая.

Миссис Поридж была уже так стара, что знакомство с женой гробовщика считала весьма полезным. Порой дамы так увлекались обсуждением модных оборок для чепчиков или цветов для поминальных венков, что отпугивали юных покупательниц, заглянувших в лучший магазин городка за лентами или шнурками.

Вы конечно подумали, что миссис Олмидж было лет пятьдесят, а то и шестьдесят? Ничего подобного! Оливии едва исполнилось двадцать три. Ее свежее лицо с приятными чертами обрамляли натуральные каштановые кудри – здоровые и блестящие, серое платье с белоснежным воротничком подчеркивало глубину серых глаз и нежный румянец. Модная шляпка с небольшими перышками и дорогие лайковые перчатки в тон пальто доказывали окружающим, что супруг ее любит и балует. А идущий позади слуга, несущий большую корзину для покупок, уравнивал ее статус с женой доктора или даже племянницей бургомистра.

 Словом, внешне казалось, что эта молодая женщина ничем не заслужила такого ужасного прозвища. Однако кое-кто еще помнил, как миссис Олмидж появилась в этом городе. Это случилось около пяти лет назад. Зима выдалась бесснежная, зато холодная. Первый выпавший снег быстро растаял и тут же застыл, превратив дороги в подобия ледяных катков. Ветер выл в трубах, выдувая скудное тепло из бедняцких хижин, заставляя богатые семьи тратить лишние деньги на уголь и торф. Из-за этого над городом висел плотный серый туман, извозчики передвигались в нем, точно ягоды в киселе, а пешеходы вообще старались лишний раз не высовываться на улицу.

Раз в неделю на королевскую площадь Бейтима прибывал дилижанс. Он привозил почту, гостей из соседних городков, торговцев патентованными товарами и редких проверяющих из центрального города графства. В тот день дилижанс прибыл с большим мешком почты, двумя школярами и худенькой девушкой в черном платье. Никому не известная она вышла из громоздкой кареты и остановилась, не зная куда двигаться. Вокруг стеной стоял туман. Мальчишки уже убежали, кучер снял с крыши сундучок девушки, поставил на землю, и ушел, прихватив с собой мешок писем.

Позже кумушки шептались, что Тим Бакк своим безразличием прогневал миссис Смерть и потому на следующий день его нашли замерзшим насмерть в канаве подле его любимого трактира.

Сундучок был слишком тяжел для хрупкой девушки, поэтому безуспешно подергав его за ручку она крепче прижала к себе маленький саквояж и двинулась к ближайшему зданию. Это была лавка мистера Скроули. Старый лавочник не ждал покупателей в такую рань, но был рад тому, что к нему кто-то заглянул. Он слегка скептически поглядывал на потертое пальто и коротковатое платье незнакомки.

- Добрый день, сударь, меня зовут мисс Оливия Суджик, я приехала к своей тете миссис Ранкаст. К сожалению, сегодня туман и я не знаю, как отыскать ее дом.

Мужчина помрачнел:

- Должен вас огорчить, мисс, госпожа Ранкаст умерла неделю назад.

- Умерла? Но как же…

Девушка совершенно растерялась и пожилому лавочнику стало ее жаль. Он вышел из-за прилавка, усадил мисс Суджик на стул, предложил воды и рассказал, что пожилая вдова, проживающая на окраине Бейтима действительно скончалась и уже похоронена. Всеми делами покойной занимался ее племянник, мистер Олмидж – почтенный человек, держатель похоронного бюро.

- Он унаследовал дом и землю, но кажется не планировал туда переезжать, - добавил мистер Скроули то немногое, что слышал от своих покупательниц.

- Что же мне делать? – девушка растеряно провела рукой по лбу. – Я закончила школу, и приехала к тете, потому что у меня никого больше не осталось!

Лавочник посочувствовал девушке, и предложил ей отправить мальчишку-посыльного за мистером Олмиджем.

- Он получается ваш родственник, и вероятно знает, что тетушка вас ждала.

- Не думаю, - расстроенно ответила Оливия, - моя мама была сестрой тети Грейс, других родственников у нас нет, а мистер Олмидж вероятно племянник мужа тетушки.

- Вам все равно нужно узнать, - настаивал мистер Скроули, - вдруг тетя оставила вам наследство.

Мисс Суджик сдалась, и вспомнила про сундучок. Мальчишка, выскочивший на минуту сообщил, что дилижанс уж уехал, и ничего похожего на дорожную кладь на площади нет. Оливия закусила губу и призналась, что в сундуке была вся ее одежда, книги и рукоделие. Лавочник посочувствовал, написал записку и велел подручному срочно отнести ее мистеру Олмиджу, а пока предложил невольной гостье чашечку чая.

- Благодарю вас, с удовольствием, - ответила девушка, так сжимая руки, что на одной из перчаток лопнул шов.

Пока они пили чай, в лавку заглянула миссис Поридж, ей захотелось купить лакричных карамелек и поделиться новостями. Свежее лицо немедля привело пожилую даму в приятное расположение духа, а печальные обстоятельства юной девушки настроили на лирический лад, так что когда мистер Олмидж появился на пороге лавки, атмосфера в ней была самая дружелюбная.

Отдельно следует сказать о мистере Олмидже. Он был представителем семьи, которая вот уже четыре столетия ведала в Бейтиме всеми похоронными делами. Их большой особняк из серого камня возвышался в центре города, недалеко от ратуши. Если верить городским легендам, когда-то это было загородное поместье, но за столетия центр города сместился, и теперь семья Олмидж занимала почетное место после бургомистра, смотрителя королевского тракта и лекаря.

Злые языки правда поговаривали, что владельцы похоронной конторы умело прячут промашки власть имущих и потому получили такой почет. Лишь немногие знали, что весь род Олмиджей имел легкий магический дар, позволяющий ему видеть человека, отмеченного смертью.

Но тогда Оливия ничего этого не знала. Она сидела в лавке мистера Скроули, пила чай, беседовала с миссис Поридж и невесело размышляла над тем, что ей делать дальше. Искать место служанки? Она молода и привлекательна, слишком большое искушение для мужчин и красная тряпка для женщин. Шить? Ее учили тонким рукоделиям, вышивке, низанию бус, плетению кружев, все это требует дорогостоящих материалов, хорошего света, теплого дома…

Мысли девушки прервала распахнутая дверь. В лавку вошел мужчина – с виду обычный, не слишком высокий, не особо привлекательный. Правда его черный плащ выглядел дорогим и теплым, а шляпу украшала серебряная пряжка в виде черепа -знак гильдии, но в остальном он походил на обычного горожанина, разве что состоятельного.

Мистер Скроули тотчас двинулся навстречу гостю и быстро изложил все, что произошло с момента прибытия дилижанса:

- Эта юная дама ваша родственница, полагаю, - чуть смущенно закончил лавочник. В любом случае, ей некуда идти.

Мужчина поднял бледные голубые глаза и уставился на Оливию. Она с трудом удержалась от желания поежиться под его пристальным взором.  Следовало что-то сказать, хотя бы поприветствовать незнакомца, но девушка молчала. Через долгую минуту он заговорил сам:

- Приветствую, мисс. Я нашел счета тетушки. Она действительно упомянула вас в завещании, и я поручил своему поверенному отыскать вас. Рад, что вы уже прибыли.

Мистер Олмидж протянул руку, затянутую в черную перчатку и Оливия, замирая от волнения протянула в ответ свою. Несколько шагов и они на улице, среди густого тумана. В нем так легко было потеряться, что девушка невольно вцепилась в рукав своего спутника.

- Не пугайтесь, - даже голос в сером мареве звучал глухо, - здесь недалеко мой особняк.

Действительно, шагов через триста Оливия уперлась рукой в литую черную ограду, за которой виднелись голые ветви постриженных кустов. Мистер Олмидж приложил к металлической пластине кончик своей трости и калитка медленно распахнулась. Где-то впереди звякнул колокольчик, вероятно извещая слуг о прибытии хозяина.

 Выложенная камнем дорожка привела к огромному дому. В тумане невозможно было разглядеть его очертания, но девушка вся сжалась, ощущая его величину и подавляющее величие. Высокое крыльцо, обрамленное колоннами, огромная дверь из темного дерева с металлическими накладками в виде черепов.

За дверью простирался огромный гулкий холл. Темный и пугающий не меньше, чем туман за спиной. Мистер Олмидж повел рукой, охватывая просторы серого камня и пояснил:

- Когда-то эта часть дома использовалась, как траурный зал, теперь здесь иногда устраивают балы, но в такую погоду бесполезно зажигать светильники или пытаться его протопить. Прошу ваше пальто!

Хозяин дома сам взял одежду гостьи, накинул на перекладину, на которую обычно набрасывали влажные плащи, рядом бросил свой теплый, подбитый мехом плащ и потянул девушку за собой:

- Идемте, я представлю вас матушке!

Они свернули, пересекли короткий коридор и очутились в удивительно уютной протопленной и ярко освещенной комнате, заставленной красивой мебелью с пестрой обивкой. В большом кресле сидела седовласая дама невысокого роста и что-то вышивала на пяльцах.

- Добрый день, матушка! – мистер Олмидж подошел к женщине и склонившись коснулся поцелуем ее напудренной щеки.

- Позволь тебе представить мисс Оливию Суджик, племянницу тети Виллы.

Оливии стало неловко. Платье измялось в дилижансе, серый угольный туман оставил следы на белом воротничке и манжетах ее простого дорожного платья. Что уж говорить о растрепавшихся волосах и серой от усталости коже! Однако дама встретила девушку вполне любезно: вежливо отложила рукоделие, улыбнулась, не сводя пристального взгляда и наконец проговорила мягким звучным голосом:

- Рада знакомству, мисс Суджик, жаль, что при таких обстоятельствах. Проводи гостью в комнату, Грилл, пусть подадут теплую воду, - и тут же вновь повернувшись к Оливии: обед через час, надеюсь у вас есть во что переодеться.

- Простите, миссис Олмидж, мой багаж украли, - призналась девушка, - саквояж с бумагами, все, что у меня осталось.

- Это конечно неприятно, - женщина выпрямилась и сцепила пальцы, потом взглядом оценила внешность девушки, - но думаю у нас найдется что-то подходящее вам по размеру.  Я пришлю вам Марту в помощь.

Пришлось сделать книксен и подождать, пока на звон колокольчика прибудет немолодая сухощавая служанка самого чопорного вида. Уже позже Оливия узнала, что семья Олмидж относилась к тремстам «верным родам», которые когда-то отказались покидать город и потому имели свой собственный статус, практически равный дворянскому, но на тот момент такой официальный прием ее удивил.

Горничная проводила девушку в небольшую темную спальню, зажгла там лампу, растопила камин, принесла кувшин горячей воды для умывания и пообещала вскоре вернуться с одеждой. Чувствуя себя крайне неловко, гостья умылась, вынула из саквояжа щетку и присела к огню, чтобы расчесать волосы. Тугие кудряшки плохо поддавались, так что пришлось браться за гребень, а кое-где просто распутывать узелки пальцами. 

Служанка вскоре вернулась с простым тонким платьем и большой теплой шалью:

- Вот мисс, хозяйка передала для вас.

Оливия смущаясь сменила дорожное платье, на более простое, скорее даже домашнее, из тонкой фланели, а после благодарно закуталась в большую шаль, скрывшую тот факт, что платье было пошито на совсем другую фигуру.  Вдалеке раздался удар гонга, приглашающий обитателей дома к столу. Девушка заторопилась, собрала волосы в пучок и прикрыла шарфиком, вместо ленты, надеясь, что мистер Олмидж и его матушка не заметят, что кудри так и не удалось укротить.

Обратный путь в гостиную показался Оливии тягостным: с одной стороны, ей очень хотелось есть, чашка чая, предложенная любезным лавочником порадовала лишь теплом и ароматом, а у нее не было и маковой росинки во рту с самого утра! С другой мрачный дом, который когда-то служил похоронной конторой, почему-то совершенно не пугал ее. Наоборот, вызывал любопытство. Казалось заверни за угол и встретишь призрак прадедушки местного мэра, попивающего чай с духом своей экономки.

Это впечатление так захватило Оливию, что она нисколько не удивилась тому, что в гостиной прибавилось людей. Рядом с миссис Олмидж расположился седовласый джентльмен в старомодном фраке. На коленях незнакомца сидела крохотная собачка с выпуклыми глазами-пуговками. Рядом с мистером Олмиджем расположилась дама лет тридцати, очень бледная, с горящими черными глазами и нервными движениями рук. Лив подумала бы, что незнакомка страдает чахоткой, это впечатление подтверждалось легким покашливанием и кружевным платочком, сжатым в тонких, бледных пальцах.

- Добрый вечер, - девушка выполнила книксен и вопросительно уставилась на мистера Олмиджа, ожидая, что он представит ее гостям или членам семьи.

Однако гробовщик не спешил знакомить присутствующих. Он просто встал, чуть поклонился и предложил руку матери:

- Мисс Суджик, прошу вас, ужин подан…

Оливия во все глаза смотрела на джентльмена и даму, которые тоже поднялись и…поплыли по воздуху, вслед хозяевам дома! От неожиданности девушка споткнулась, призрачный мужчина развернулся и поддержал:

- Простите за невнимание, мисс, - повинился он глубоким приятным голосом, - не думал, что вы одна из видящих.

На движение обернулись мистер и миссис Олмидж, увидели ошеломленное выражение лица Оливии, любезный поклон джентльмена и нервную гримасу призрачной леди и… переглянулись.

- Мисс Суджик, - заговорила матушка гробовщика, - простите, что не представили вам наших гостей. Не думали, что вы можете их увидеть.

- Увидеть? – девушка с нервным смешком закусила губу, - я их даже слышу!

- Вот как? – на лице немолодой дамы появилось какое-то новое выражение, - что ж, предлагаю все же пойти в столовую и поговорить. Незачем прислуге знать лишнее!

Они чинно добрались до красивой небольшой комнаты, убранной светлой мебелью. Плотные, кофейного цвета шторы были опущены, горели свечи, стол сервированный на пятерых окружали красивые мягкие стулья – невиданная роскошь в школе, которую окончила Оливия.

Мистер Олмидж выдвинул стул для нее и для своей матери, затем сел и традиционно нарезал жаркое. Девушка оценила кусок мяса, обложенный небольшими запеченными корнеплодами в аппетитной корочке. В школе такого куска хватило бы на всех учениц и преподавательниц одновременно. Здесь же хозяин дома быстро отрезал три одинаковых ломтя, предложив первый матери, второй гостье, третий себе. Миссис Олмидж проговорила:

- Положи мне картофеля и репы, сынок, - ее просьба была тут же выполнена.

- Если можно мне морковь, - смущаясь сказала Оливия, когда мужчина посмотрел на нее.

Привидения тоже сели за стол, причем джентльмен поухаживал за дамой, сделав вид, что отодвигает стул, а чахоточная блондинка просочилась на место с изящностью светской дамы. Их тарелки остались пусты, но джентльмен, не дождавшись внимания от мистера Олмиджа недовольно поджал губы.

- А почему? – Оливия не нашлась со словами, но кивнула в сторону призраков.

- Это довольно трудно объяснить, - мужчина потер лоб и перевел взгляд на мать.

Миссис Олмидж несколько недовольно отложила приборы, отпила вина из высокого бокала и холодно сказала:

- Наш род во время стодневной битвы получил…награду. Мы видим печать смерти на лицах людей, а еще видим призраков. Не всех вероятно, но некоторых очень часто. Изгнать их мы не можем, как-то повлиять тоже, мы даже не слышим и не понимаем, что они хотят сказать. Иногда они уходят, но вскоре на их месте появляются новые, - женщина пожала плечами, показывая, что семья владельцев похоронного бюро давно смирилась с таким положением вещей. 

- Вы ставите для этих необычных гостей приборы, - осмелилась задать вопрос девушка, - а почему не предлагаете еду?

Хозяева дома удивленно переглянулись, тогда Оливия продолжила:

- Я просто знаю, что во многих домах ставят молоко или сладости для духа-хранителя домашнего очага, так может быть эти привидения они хранители вашей семьи? И тогда их стоит подкормить? Если позволите, я попробую… - совсем засмущалась она и взяв со своей тарелки кусочек мяса положила его на блюдо для призрачного джентльмена.

Ко всеобщему удивлению он приподнялся над стулом и раскланялся, а мясо на тарелке моментально высохло и почернело.

- Благодарю вас, юная леди, - голос призрака зазвучал отчетливее, - ваше милосердие продлило мое существование и дало возможность свершить то, для чего я остался на этом свете!

- Что он вам говорит? – напряженный голос миссис Олмидж раздался неожиданно и Оливия вздрогнула.

- Этот любезный джентльмен благодарит за угощение, теперь ему хватит сил выполнить то, для чего он задержался в мире живых, - повторила девушка.

- Дело? – оживился гробовщик, - он зарыл клад, или не взыскал долг?

Пока хозяева дома переглядывались, Оливия положила на тарелку чахоточной дамы кусочек моркови и ломтик хлеба, а джентльмену еще мяса.

- Благодарю вас, мисс, - чахоточная дева была более сдержанной и светской. Высушив морковь до состояния мумии, она слегка порозовела и бросила на гробовщика томный взгляд. Мистер Олмидж отчего-то смутился.

Ужин продолжился. В какой-то момент матушка хозяина дома решила тоже покормить приведений. Брезгливо подхватив вилкой кусочек репы, она стряхнула его на тарелку джентльмена и… ровно ничего не произошло! Кусочек остался лежать. Подождав некоторое время миссис Олмидж нахмурилась и спросила Оливию:

- Мисс Суджик, почему этот джентльмен проигнорировал мое угощение? Разве это прилично?

Девушка смущаясь взглянула на призрака, тот мило улыбнулся в ответ и объяснил:

- Нам помогает лишь приношение, сделанное от души и специально для нас.

Оливия повторила его слова, и мистер Олмидж тотчас отделил часть своего ужина и уложил на тарелку томной красавицы. Жаркое и гарнир моментально высохли, как и вино, налитое в бокал. Пришлось мужчине и девушке весь вечер наполнять тарелки призраков, ведя светскую беседу. После второго бокала вина прорезался голос у красавицы-блондинки, да так, что мистер Олмидж смог ее услышать. Кажется, мрачноватый гробовщик был очарован привидением и весь вечер беседовал с ней, кидая недовольный взгляды на свою мать, когда она пыталась вмешаться в беседу.

После трапезы все вернулись в гостиную и призраки, набравшие объема и плотности, присели на диванчик -девушка ближе к гробовщику, а почтенный джентльмен завел с Оливией беседу о литературе. Однако миссис Олмидж такой вечер не устраивал. Она расположилась в своем кресле и довольно саркастическим тоном потребовала, чтобы сын просветил мисс Суджик о наследстве тетушки. Оливия напряглась и не зря. Оказалось, миссис Ранкаст подозревала, что может не дождаться племянницу, поэтому в завещании указала опекуна – племянника мужа мистера Олмиджа.

- Тетушка оставила вам свой дом и небольшой счет в банке, - размеренно вещал мужчина, глядя в огонь, - однако до вашего совершеннолетия или замужества, распоряжаюсь всем этим я. По завещанию вы должны иметь теплый дом, достаточное питание и одежду, плюс некоторую сумму на булавки.

Нежная кожа Оливии легко вспыхивала румянцем, вот и сейчас ей пришлось закрыть глаза, и подышать, чтобы предательский цвет не залил ее до кончиков ушей. Гробовщик не был злым человеком, но разговаривал с ней, как с ребенком. Этот его тон раскрывал перед чуткой девушкой ее будущее: равнодушное невнимание мужчины, злобное шипение его мамаши, скудные гроши, торжественно врученные перед Праздником Смены года, три платья с постоянным напоминанием экономить и беречь, а потом вероятно брак по выбору опекуна. Три года долгий срок…

Она может не выдержать давления, ей уже невыносимо душно… Прохладная рука легла на лоб. Лив открыла глаза и уставилась в озабоченное лицо склонившегося над ней призрака:

- Что с вами, дитя? Вы покраснели? Вас лихорадит? Не стоит принимать так близко к сердцу смерть вашей родственницы, поверьте, она сейчас в лучшем из миров, ведь она успела позаботиться обо всех, кого любила…

Чахоточная блондинка подошла ближе и принялась обмахивать девушку веером из тонких костяных пластин, только после этого мистер Олмидж заметил красные щеки и слишком блестящие глаза гостьи:

- Вам вероятно нехорошо, мисс Суджик, - абсолютно ровным тоном сказал он, - позвольте, горничная проводит вас в комнату, а поговорить мы можем и утром.

- Благодарю вас, - пробормотала Оливия, и поднялась, спеша укрыться в комнате, как зверь в своем логове.

Глава 2

Ночь в доме гробовщика прошла на удивление спокойно. Пока гостья добиралась до отведенной  комнаты, плакать ей расхотелось. Тетушка оставила ей наследство, но не подумала о том, что дом и деньги пригодятся племяннику не меньше. Обжаловать через суд бесполезно – у нее нет денег на стряпчего, нет возможности снять дом, чтобы жить отдельно. Нет даже одежды! Последнее особенно огорчало. И хотя Оливия не была злой, она все же пробормотала несколько недобрых слов в адрес тех, кто похитил ее гардероб. Там конечно не было ничего особенного, но в сундуке было белье, запас вышитых платочков, кружевной шарфик, над которым она корпела несколько месяцев, а главное – книги!

На самом дне, тщательно упакованные в рисовую бумагу лежали старые томики, которые помогали ей пережить длинные зимние вечера в школе, и нудную скуку нравоучительных лекций миссис Лион, и еще много-много всего скучного и утомительного, из чего состоит жизнь небогатой девушки, живущей в школе для юных мисс. Книги было особенно жалко! Девушка вздохнула, покрутилась и наконец закрыла глаза. Сон упал на нее, как мягкое одеяло.

Никто не беспокоил гостью с утра, поэтому Оливия отлично выспалась. Она встала, убедилась, что серый туман за окном исчез, умылась, затем выбрала из принесенных служанкой простых туалетов светло-серую блузку и юбку для выхода к завтраку и неспеша спустилась вниз. Все-таки коридоры и мрачные колонны ее немного пугали своей пустотой, но стоило девушке открыть дверь, как рядом появился уже знакомый джентльмен и вежливо улыбнувшись предложил призрачную руку. Сегодня он снова был бесплотным и молчаливым, но в его компании Лив чувствовала себя отлично.

Внизу, у открытых дверей царила некоторая суета. Девушка подошла ближе и ахнула:

- Мой сундук!

На пороге дома действительно красовался украденный у нее сундук! Замок был небрежно сбит, вещи перевернуты, испачканы. Баночки с кремом, пудра, мешочки с травами – все рассыпано и перепутано, книги брошены кое-как у некоторых выдернуты страницы… Слезы заблестели на глазах Оливии, когда она увидела разбитое стекло на рамке с фотографией ее родителей.

- Мисс, мы только что открыли парадный вход, - растерянно заговорила служанка, хотели крыльцо подмести, а тут… Это ваше?

- Мое, - всхлипнула девушка, - но я даже не знаю, что тут можно спасти.

- Вы не плачьте, мисс, - постаралась ее утешить горничная, - я сейчас Бака позову или Эйба, они сундук наверх унесут, а там уж разберемся. И постираем, и зашьем, и замок на место приладим!

- Спасибо! – Оливия постаралась улыбнуться, утирая слезы.

Призрак, что до этих пор неслышно и незаметно стоял рядом вдруг протянул к ней ладонь, склонился над рукой и…слизнул соленые капли!

- Благодарю вас, мисс! – произнес он знакомым хрипловатым голосом, - очень приятно, когда тебя видят и слышат!

Между тем в холл вышел недовольный мистер Олмидж. Узнав в чем дело нахмурил брови, а потом уставился на призрака. Оливия обратила внимание, что за спиной гробовщика едва колышется чахоточная блондинка.

- Как вы это сделали? – сухо спросил ее мужчина.

- Что сделала? – удивилась девушка.

- Ваш спутник, - небрежно мотнул головой хозяин дома, - он практически материален и кажется снова что-то говорит, а моя леди, - тут он почтительно повернулся к блондинке, практически не видна.

- Днем привидениям сложнее, - пожала плечами Оливия, решив утаить слезы, - может пора покормить ваших …друзей?

- Наверное, - мистер Олмидж смотрел недоверчиво, - я предложил леди вино и закуски, но это не помогло.

Гостье осталось лишь развести руками, высказывая предположение:

- Возможно вашей леди нужна особая еда, я могу спросить ее, как только вашей даме станет лучше.

Под разговор они дошли до столовой, где за накрытым столом уже восседала миссис Олмидж. Она мягко пожурила сына за опоздание к завтраку и недовольно взглянула на девушку:

- Полагаю, мисс Суджик в школе вы не опаздывали к завтраку?

- Нет, миссис Олмидж, не опаздывала. Сегодня меня задержало маленькое происшествие у дверей. Кажется, воры решили вернуть мне мой сундук, хотя и в ужасном состоянии.

Короткий пересказ примирил пожилую женщину с опозданием, а вот когда она стала накладывать еду на тарелки призраков, рачительная хозяйка вновь нахмурилась. Поразмыслив, Оливия налила чахоточной деве молока с медом и положила свежую булочку. Это сработало – блондинка быстро обрела цвета и краски, а потом выдохнула с горечью:

- Эльберг не смог накормить меня.

Мистер Олмидж виновато потупился, и положил на тарелку призрака еще одну булочку. Сдоба осталась лежать без изменений, а вот печеное яблоко, предложенное Оливией, сразу скукожилось и потемнело.

Выбирая те блюда, которые, как ей казалось могли понравится этой хрупкой девушке с капризным изгибом губ и огромными печальными глазами, Лив наполнила ее тарелку и с радостью наблюдала за тем, как она обретает плотность. Легкое покашливание с другой стороны напомнило девушке о втором призраке:

- О, прошу меня простить, - извинилась она, - выкладывая на блюдо отбивную с картофелем.

Призраки моментально приняли угощение, обретая цвет и плоть. После этого Оливия ужинала в прекрасном обществе. Правда дама общалась исключительно с мистером Олмиджем в основном посредством взглядов, улыбок и редких слов произнесенных достаточно четко, чтобы можно было прочесть по губам, похоже гробовщик слышал не все, что она говорила. Зато джентльмен уделял все внимание девушке, и между отбивной и запеканкой рассказал, почему задержался на этом свете.

- Все довольно просто, юная мисс, я не успел сообщить своим родным, где хранятся фамильные реликвии. О, это не драгоценные вещи, они важны лишь для моего рода. Но без них невозможно подтвердить право владения и еще кое-что.

- Значит вы все еще не выполнили свою миссию? – шепотом спросила Оливия, поглядывая на недовольно поджавшую губы миссис Олмидж.

Старушка имела право обижаться – единственный любимый сын ворковал с блондинистым призраком, а гостья делила свое внимание между другим призраком и тарелкой.

- Увы, я умер далеко от своего замка, - отвечал мужчина, - тело привезли в этот городок и дед мистера Олмиджа устроил погребальную церемонию, своим даром невольно привязав меня к этому дому.

- Даром?

- Он мог видеть тех, кто не ушел, - вдохнул джентльмен, осушая бокал с вином, - но не слышал, а я остался рядом, надеясь, что он сумеет меня понять, напишет письмо моим родным. Когда я потерял надежду, было поздно. Погребальная служба привязывает призрака к телу или к месту, иногда к человеку, а тут произошло все сразу.

- Понятно, - Оливии стало жаль этого импозантного седовласого мужчину, - если вы назовете имя вашего рода, я попытаюсь написать вашим потомкам. Маловероятно, что мне поверят, но вдруг смогут приехать сюда и узнать все от вас?

Седовласый джентльмен вдруг зарумянился, словно юная девушка:

- Простите меня мисс, - хрипло сказал он, - я так обрадовался тому, что могу поговорить с живым человеком, что не представился! Лорд Вайберг! Виконт Вайберг! – мужчина встал и красиво поклонился.

- Очень приятно, сударь, мисс Оливия Суджик! – выполнила свою часть ритуала девушка. – Положить вам еще жаркого? – спросила она, стараясь сгладить возникшую неловкость.

- Буду благодарен! – ответил призрак, возвращаясь за стол.

После ужина гостья объявила хозяевам, что хочет написать письмо и присела за красивый письменный стол в гостиной. Увы, пожилая миссис Олмидж уже плохо видела и давно не брала в руки перо, а ее сын предпочитал заниматься делами в своем кабинете, поэтому бумага в специальном отделении столика оказалась желтоватой, в чернильнице одиноко сохла муха, а перья крошились от старости.

Испросив разрешения у любезной хозяйки, Оливия сходила за своим личным письменным прибором и листом недурной белой бумаги. Она предпочла бы писать письмо у себя в спальне, но пожилой джентльмен категорически отказался входить в комнату «юной незамужней мисс».

Расположившись на скрипучем стуле, девушка задумчиво посмотрела на бумагу из столика, которуювыбрала для черновика, а потом перевела взгляд на призрака:

- А как зовут вашего потомка, того, который унаследовал титул?

- Моего сына звали Лоуренс, Лоуренс Вайберг, но я не знаю, сумел ли он подтвердить свое право на титул. Наши земли, они очень древние, и когда-то вошли в состав империи как самостоятельная единица с правом управления и передачи титула в пределах одного рода.

Оливия прикусила губу и аккуратно вывела: «Его сиятельству, лорду Лоуренсу Вайбергу». Целый вечер юная мисс потратила на изложение ситуации с призраком. Поскольку пожилой джентльмен явно не доверял почте, а еще опасался, что кто-нибудь попробует захватить титул, то девушке оставалось только просить лорда приехать в этот городок, для встречи с призраком его батюшки, готовым поведать о месте хранения фамильных реликвий. Все это нужно было изложить красивым почерком и ясным языком, стараясь не ставить клякс и не делать ошибок.

Только поздно вечером девушка сочла, что черновик принял достойный вид, но сил переписывать письмо набело уже не осталось. Вежливо простившись с миссис Олмидж и ее сыном, Оливия поднялась к себе, быстро приготовилась ко сну и легла в кровать, размышляя – достаточно ли красив ее почерк, чтобы письмо не оказалось в мусорной корзине?

Глава 3

Новый день для Оливии начался с резкого звона. Она подпрыгнула и открыла глаза. Звук, который разбудил ее доносился с улицы. Накинув на плечи шаль, девушка зевая подошла к окну и поняла, почему ей выделили эту комнату. Миссис Олмидж указала ей место. Окно выходило на переулок, ведущий к черному ходу. Здесь проезжали телеги золотарей, водоносов и угольщиков, тут гремели бидоны и крынки молочников, сновали торговцы овощами и фруктами, бродили помощники мясников и слуги. Шум на черной лестнице начинался рано и потому окна хозяев дома и почетных гостей обычно выходили либо на тихий фасад, либо в парк.

Вздохнув и напомнив себе, что смирение – добродетель, Оливия дернула сонетку, вызывая прислугу. Пусть она неугодная нищая родственница, ей все же полагается теплый дом и завтрак, а еще вода для умывания и ее собственная одежда, вычищенная и заштопанная любезной горничной.

Приведя себя в порядок и съев теплую булочку с молоком, мисс Суджик присела за столик и принялась переписывать письмо набело. Закончив писать уложила лист в конверт, запечатала и выглянула в коридор в поисках призрака джентльмена – следовало узнать адрес, а потом сходить на почту, чтобы отправить письмо.

Лорда Вайберга в коридоре не было, зато по лестнице поднялась шустрая молодая служанка:

- Мисс! Мисс! Вас приглашают к столу! – выпалила она, увидев Оливию.

Девушка посмотрела на себя и вернулась в комнату. Следовало смыть с пальцев чернильные пятна, поправить галстучек и пригладить волосы. Через пять минут, спрятав письмо в карман юбки, гостья спустилась в столовую. Призраки уже были здесь. Девушка бледная, почти прозрачная едва виднелась над стулом, а вот джентльмен напротив выглядел неплохо и даже встал, приветствуя Оливию.

Миссис Олмидж окинула подопечную сына взглядом и продолжила пить утренний чай, а вот мистер Олмидж выглядел недовольным:

- Где вы бродите, мисс Суджик? Наши гости тоже нуждаются в завтраке!

Только в этот момент девушка заметила, что на тарелках призраков есть еда, но она осталась нетронутой.

- Прошу прощения, - вздохнула она, присаживаясь на свое место, - меня очень рано разбудил звонок на тележке угольщика, я кажется не выспалась.

Эта фраза явно доставила удовольствие миссис Олмидж. Пожилая дама улыбнулась и выбрала еще одну булочку. Оливия не стала тянуть – быстро положила угощение чахоточно деве и с удовольствием посмотрела, как она наливается цветом. Настроение мистера Олмиджа улучшилось, так что он, не обращая внимание на строгий взгляд матери, предложил бедной родственнице сдобрить утренний чай сливками.

Второй завтрак получился более плотным, чем первый, зато более хлопотный – нужно было постоянно подкладывать вкусности на тарелки призракам и отвечать на колкие замечания миссис Олмидж. Иногда это казалось просто невыносимым, но Лив делала глоток чая и напоминала себе, что все могло быть гораздо хуже. Одинокая девушка в чужом городе легкая добыча для проходимцев! Так что сейчас нужно положить еще немного джема на тарелку блондинки, потом виновато улыбнуться миссис Олмидж и успеть самой съесть еще кусочек восхитительного сыра.

После завтрака девушка сообщила о своем желании посетить почту.

- Мне бы хотелось отправить письмо своей наставнице, - схитрила она. - Миссис Чорри очень просила сообщить, как я устроилась и заодно помочь уважаемому лорду Вайбергу выполнить его долг.

Олмджи одинаково нахмурились, и посмотрели на призрака, пытаясь оценить, чем обернется для них письмо.

- Я уверена, потомки милорда не оставят без вознаграждения эту любезность, - тактично прибавила Оливия.

- Будем надеяться, - с сомнением произнес мистер Олмидж  и подумав предложил: - сегодня я должен зайти в лавку к мистеру Пикли, обсудить поставку крепа для траурных облачений, могу отвести вас на почту и забрать после визита.

- Это будет великолепно! – обрадовалась девушка, она уже засиделась дома и была не прочь прогуляться. – Но мне понадобятся деньги на марки и конверты... – конец фразы прозвучал мучительно неловко, но у воспитанницы пансиона действительно не было денег. Все, что присылала тетушка ушло на билет до Бейтима.

Мужчина поморщился, и махнул рукой:

- Собирайтесь, я выдам вам деньги в счет вашего обеспечения.

Оливии оставалось лишь поспешить к себе, чтобы надеть шляпку и перчатки.

На улице было удивительно хорошо. Ветер, разогнавший туман дул ровно, яркое солнце, выглянуло из-за туч намекая на скорое потепление и даже поношенное серое пальто, в котором девушка прибыла в город не портило ей настроение.

Рядом с мистером Олмиджем она дошла до красивого каменного здания на площади, украшенного королевским гербом, дополненным силуэтом дилижанса. Именно здесь была стоянка почтовых карет, сюда доставляли всю городскую почту, и здесь можно было отправить письмо.

Проводив мисс Суджик к стойке почтаря, гробовщик откланялся, заявив, что придет через час. Деньги он выдал ей еще дома, под расписку в толстой бухгалтерской книге.  Немного – пара серебряников и пригоршня меди на те же два серебряника, но для вчерашней школьницы это было целое богатство.

Зная, что в запасе у нее достаточно времени, девушка попросила работника почты отправить письмо потомкам лорда Вайберга, а потом приобрела конверт, лист бумаги и марку, чтобы действительно написать миссис Чорри. Короткое описание города, семьи Олмиджей и ее нового положения заняло почти час. Отправив второе письмо, девушка внимательно изучила все объявления, прочла правила, написанные на пожелтевшей от времени бумаге, посмотрела в окно на яркий день и решительно вышла на улицу.

Прогулявшись вдоль почты, Оливия почувствовала, что озябла. Откуда-то справа скрипнула дверь, дохнуло ароматами специй и кофе. Лавка показалась знакомой. Конечно в тумане трудно было разглядеть красивое старое здание, да и окна тогда были закрыты ставнями, но вот вывеска, изображающая груду мешочков с товарами, вспомнилась. Лив решительно поправила шляпку и под звон колокольчика вошла в лавку.

Мистер Скроули сразу узнал гостью:

- Мисс Суджик! Рад вас видеть!

- Взаимно, мистер Скроули! – улыбнулась девушка.

От теплого приветствия старого лавочника все ее тревоги отступили.

- Хотите чашечку чая? Я сегодня пробую новый сорт!

- Буду рада, - ответила она, присаживаясь в кресло для посетителей. Пока старик хлопотал у чайника, дверь со звоном растворилась, впуская закутанную в плащ со множеством пелерин старушку.

- Миссис Поридж! – обрадовался ей торговец, - вы вовремя! Поглядите -ка кто к нам пожаловал!

Старушка повернулась к девушке и по-птичьи наклонив голову всмотрелась в нее темными карими глазами:

- Мисс! – обрадовалась она.

- Мисс Суджик, - напомнила-представилась Оливия.

- Я так рада, деточка, что вы заглянули проведать нас! Расскажите же, как вы устроились? – устраиваясь в кресле вместо Лив спросила миссис Поридж.

Девушка пересела на скамеечку и охотно рассказала, что ждет гробовщика, что она живет в его доме и да, тетушка оставила ей небольшое наследство.

- Так это просто замечательно! Мистер Скроули, в нашем городе появилась новая завидная невеста! – воскликнула старушка, принимая из рук лавочника чашку с чаем.

Пожилой мужчина скептично приподнял кустистые брови:

- Помилуйте, миссис Поридж, не надо кричать так громко!  У нас и для старых невест женихов не хватает!

Оливия тихонько засмеялась. Ее сплетни не пугали. Мисс Чорри очень обстоятельная молодая вдова готовила своих подопечных к настоящей жизни. В ее школе девочки учились ухаживать за огородом и торговаться с мясником, варить варенье и штопать чулки, вести расходные книги и писать любезные письма. Но главное, чему она их научила – это разделять частное и общественное. Да, добрая хозяйка и мать должна быть безупречна, но она имеет право порыдать в тишине своей спальни и никогда не осудит «сестру по юбке».

 В городе, где располагалась школа для юных мисс невест также был избыток, поэтому торжественные выходы учениц сопровождались шипением маменек и косыми взглядами дочек. Правда потом в городе расквартировали часть пехотного полка, и проблема с кавалерами решилась в одночасье. Мисс Чорри высказала несколько слов по этому поводу и запретила выходы из школы вообще, в результате ее усилий в школе не сыграли ни одной вынужденной свадьбы, а юные мисс получили бесценный опыт, наблюдая за скороспелыми свадьбами городских красавиц, ведь через год, когда полк перевели в другое место, многие из них оказались «соломенными вдовами» с детьми на руках.

Так что замуж мисс Суджик не стремилась. Ее будущее виделось ей иным. Она мечтала открыть собственную кофейню! Часто перед сном девушка рисовала в своем воображении уютный зал с большими окнами, круглые столики, накрытые темными скатертями, белоснежные салфетки на руках официантов и крошечные чашечки, благоухающие пряностями, выпечка в красивых корзинках и кремовые пирожные на тонких блюдцах… Она надеялась, что тетушка поддержит ее мечту!

Поболтав с любезными старичками, девушка медленно и неохотно вернулась к почте, и в сопровождении мистера Олмиджа вернулась в мрачный дом. К обеду подали седло барашка в мятном соусе, маринованные сливы и пирог с почками. Специально для призрачной леди повар приготовил воздушные пирожные с нежным заварным кремом. Оливия вновь практически все время подкармливала призраков, а когда пожелала вернуться к себе ее остановил голос хозяйки дома:

- Милочка, вы слишком щедро тратите нашу еду на эти…сущности. Полагаю, вам стоит быть скромнее!

- Как скажете, миссис Олмидж, - присела в почтительном книксене Оливия, - обещаю, что за ужином я не буду угощать ваших гостей.

Женщина нахмурилась. Законы гостеприимства в провинции чтили. Сказать о ком-то, что он не принял гостя, значило нанести ему смертельное оскорбление! Она открыла рот, чтобы что-то сказать, но девушка уже ушла.  Зато сын смотрел на мать хмуро и очень выразительно!

Глава 4

Спускаясь к ужину в тот же вечер, мисс Суджик раскрыла секрет плохого настроения мистера Олмиджа. Гробовщик сладко целовал бледнеющий на глазах призрак прямо под лестницей! Вежливо делая вид, что не заметила, девушка прошла в столовую. За столом все прошло как обычно – миссис Олмидж провожала взглядом каждый кусок, но на этот раз молчала. Едва встали из-за стола, как мистер Олмидж сухо проговорил:

- Мисс, подождите меня в гостиной, мне нужно вам кое-что сказать.

Под подозрительным взглядом матушки хозяина дома девушка прошла в просторную темноватую комнату и присела в кресло.  Мужчина присоединился к ней через пару мину, вручил бокал шерри, а потом сделал предложение, от которого Оливия не смогла отказаться:

- Выходите за меня замуж, мисс Суджик! – сказал он, делая глоток бренди.

- Что? – девушке показалось, что она ослышалась.

- Я люблю леди Луизу, - медленно и тяжело, словно ворочал камни признался мистер Олмидж. – Наши чувства взаимны, но прежде мы не могли даже коснуться друг друга. Ваш дар позволяет вам кормить призраков, делать их материальными. Это дает нам с леди Луизой шанс быть вместе.

- Вы уверены? – осторожно спросила Оливия, сделав еще глоток спиртного. - Почему брак? Я и так живу в вашем доме!

- Моя профессия требует респектабельности, - поморщился гробовщик, - я не хочу сплетен и слухов. Если вы просто останетесь жить у меня, рано или поздно кто-нибудь пожелает взять вас в жены. Это меня не устраивает!

- А если я откажусь от столько щедрого предложения? – осторожно спросила девушка.

Взволнованный объяснением мужчина тотчас преобразился – подбородок вздернулся, плечи расправился, в голосе появилось шипение разъяренной змеи:

- Не советую вам отказываться, мисс Суджик. Ваша жизнь в моем доме может стать…очень неприятной!

- В таком случае, - девушка с силой сжала бокал, чтобы не выдать волнение дрожанием рук и голоса, - у меня будут условия.

Гробовщик поднял бокал:

- Слушаю вас, мисс!

- Ваша мать. Если мы будем жить в одном доме, она быстро все узнает и будет портить жизнь и мне и вам и леди Луизе!

Мистер Олмидж помолчал, оценивая угрозу, потом спросил:

- Что вы предлагаете?

- Домик в курортном городе. Вы же заботитесь о здоровье вашей почтенной родительницы? Рента, с условием не приезжать в гости без предупреждения. А лучше совсем не приезжать.

- Продуманно, - удивленно хмыкнул гробовщик.

Оливия потупилась, в очередной раз благословляя науку мисс Чорри. Наставница любила приводить примеры из жизни аристократов и состоятельных людей, считая, что так воспитанницы запомнят лучше. Эта тактика несомненно работала – примером ренты с условием служила одна вдовствующая графиня, попившая кровушки невестке и сыну. 

- Я буду жить в комнатах хозяйки дома, управлять слугами, получать все полагающиеся ей официальные знаки внимания. – Олмидж вскинулся, но девушка поторопилась добавить: - это в ваших интересах, мистер Эльберг, респектабельность прежде всего. Клянусь не посягать на ваши интересы! Уважение к официальной супруге, деньги на булавки, и мы будем мирно жить рядом!

- А вы не так просты, - задумчивый голос мужчины заставил Лив поежиться.

Опекун не привлекал ее, как мужчина, скорее пугал и нервировал, но нельзя было отказать ему в мрачном мужском обаянии. Богат, респектабелен, чистоплотен – многие девушки и вдовушки Бейтима были бы счастливы получить такое предложение, а Оливия осторожно пыталась расширить границы своей будущей клетки.

- Леди Луизе нужны только вы, - мягко ответила девушка, - а мне, как живому человеку требуется несколько больше.

- Что ж, я понял вас, - очнулся от своих размышлений гробовщик, - в ближайшее время займусь составлением брачного контракта!

Вот этот момент мисс Суджик совсем не удивил. Даже крестьяне подписывали бумаги о вдовьей доле, пользовании приданым и наследстве, что уж говорить про солидного уважаемого торговца необычным товаром! Допив вино, девушка поставила бокал и пожелав будущему жениху доброй ночи поднялась к себе.

Глава 5

Следующий месяц жители Бейтима каждый день ловили новую сплетню из дома гробовщика. Сначала матушка мистера Олмиджа вдруг собралась и уехала на воды, подлечить больную печень. Собиралась она несколько дней с долгими причитаниями и распоряжениями прислуге следить за воспитанницей. Немолодая хозяйка резонно опасалась, что милое личико может сыграть с ее сыном злую шутку. Наконец карета уехала, а уже на следующий день горничная шепнула, что мистер Олмидж велел собрать все вещи своей матери, упаковать в сундуки и корзины и отправить на адрес поверенного живущего в том самом курортном городке.

Обсуждения такого странного поведения заняло несколько дней. Все это время мисс Суджик жила в своей скромной комнате, и распоряжений по хозяйству не отдавала, этим занималась экономка, оставленная прежней хозяйкой. Стол накрывали на четверых, но привычная прислуга давно не обращала на это внимание. Подумаешь, скинуть после трапезы в выгребную яму пару усохших бифштексов и три-четыре марципановые булочки? Однако вскоре горничная разнесла новость – гробовщик и его воспитанница каждый вечер уходят в его кабинет, что-то обсуждают, но «следов разврата» после не обнаружено.

Вскоре от прежней хозяйки дома пришло письмо к ее старой подруге. Несколько обескураженная миссис писала, что городок ей понравился, дом прекрасен, воды целебны, врачи любезны вот только… Поверенный снял для нее чудесный домик, а едва она въехала в него и заявила, что хотела бы тут пожить подольше – купил его! Ну не чудесный ли у нее сын? Такой заботливый! Хочет, чтобы матушка поправляла свое здоровье ежегодно!

 Взамен матушка гробовщика спрашивала, как себя ведет мисс Суджик, и чем занимается ее сын. Подруга охотно отвечала, что холодная зима не оставила мистера Олмиджа без работы, однако жизнь он ведет скучную – из конторы сразу идет к своему поверенному или домой, на танцах в ратуше не бывает, на девушек не засматривается. А мисс Суджик выходит лишь днем в мелкие лавки на площади, да на прогулку в парк. После возвращения ворами ее сундука, желающих обидеть «приезжую» в Бейтиме нет.

Спустя неделю поверенный мистера Олмиджа навестил клиента в его доме. Зачем он приходил никому было неведомо, однако горничная, подававшая господам легкий перекус уверяла, что слышала слово «контракт», а потом в кабинет позвали воспитанницу гробовщика.

Еще через неделю на воскресной службе пастор объявил о помолвке мистера Олмиджа и мисс Суджик.  Ринувшиеся было поздравлять жениха и невесту отметили, что гробовщик слишком холоден, для будущего счастливого новобрачного, а его воспитанница слишком бледна. Местные кумушки тотчас принялись строчить письма «на воды», но слуги принесли новую сплетню – им было велено подготовить покои хозяйки дома для невесты хозяина, а также слушаться ее во всем!

Ахнувшие сплетницы уделили массу внимания талии мисс Суджик, однако девица вела себя безмятежно и любезно, как всегда, да и свадьбу назначили на весну, что отметало предположения о беременности невесты. К концу зимы сплетни поутихли. Правда кумушки все еще писали «на воды» неутешительные письма – мистер Олмидж похорошел, посвежел, часто приносит в будуар невесты свежие цветы и сладости, а недавно распорядился отыскать гитару, которой увлекался в юности, и весь вечер наигрывал романсы, точно столичный модник!

Глава 6

Для Оливии остаток зимы прошел непросто. Да матушка гробовщика съехала, как и значилось в их договоре. Ее комнаты отдали «невесте», но серьезно переделывать не стали – так, смахнули паутину, да поменяли местами два стула и комод. Зато будуар, разделяющий две спальни, превратили в уютнейшее гнездышко – отныне именно здесь обитал призрак леди Луизы. Стены обтянули белым штофом с золотистыми и розовыми цветами, диваны, кресла и пуфы изготовили по рисункам из самых модных журналов. В изящных вазах всегда стояли свежие цветы, которые приносил мистер Олмидж, а на столике, накрытом к чаю красовалась коробочка дорогих конфет или блюдце с оранжерейной клубникой.

Вечером, когда гробовщик возвращался домой, Оливия встречала его, чтобы не давать повод для сплетен. Он вручал ей цветы или конфеты, девушка вежливо благодарила и относила в будуар, «передавая» подарки призраку. Цветы конечно быстро вяли, но Эльберг, или как называла его леди Луиза «милый Эльб» на следующий день приносил новый букет. Остатки конфет сгорали в камине, туда же отправлялись другие кушанья, которые слуги оставляли в комнате, думая, что накрывают романтический ужин для жениха и невесты.

Лив появлялась в будуаре лишь на пару минут – чтобы накормить призрака. Едва полупрозрачная леди обретала материальность, как ей указывали на дверь. Что там происходило дальше, «невесту» не волновало. Свободу своей постели от посягательств мистера Олмиджа она указала в брачном контракте, а он совсем не возражал. Правда поверенный, милейший человек, умеющий хранить тайны просил обоих одуматься, указывая на то, что гробовщику понадобиться наследник.

- Да и вы мисс, когда-нибудь захотите детей!

На это мистер Олмидж сухо ответил, что он всегда сможет признать наследником племянника или бастарда. Оливия в свою очередь задумалась, закусив губу, а потом сказала, что жизнь непредсказуема, так что этот вопрос они решат когда-нибудь по взаимному согласию, а пока…

Бумаги подписывали трижды. Сначала предварительное соглашение на кормление призрака леди Луизы. Кучерявые формулировки скрывали собственно сам объект, а также множество условностей. Например, Оливия не могла отказаться кормить леди Луизу в случае отъезда гробовщика по делам или иным нуждам. Однако девушка потребовала указать одинаковое качество еды и одежды для себя и своей «подопечной».

 Мистер Олмидж поморщился, но не возразил. Пункт был законным, и появился  в договоре после того, как он принес целую корзинку пирожных, из которых его «воспитаннице» не досталось ни одной штучки. Поверенный понимающе хмыкал, пока записывал это условие, а когда хозяин дома отвернулся, прошептал Лив, что именно этот пункт обязательно вносят в контракты опытные матери, для своих дочерей. И неуклонно следят за его исполнением.

Через несколько дней тот же самый поверенный оформлял договор о помолвке. К этому времени Оливия уже определилась со своими желаниями. Посмотрев, как резво гробовщик ринулся ублажать прихоти леди Луизы, скупая в лавках дорогие ткани и драгоценности, она решила, что вполне может потребовать кусочек своей мечты.

 Стоять за стойкой пирожных в кофейне почтенной замужней даме никто не позволит, а вот быть хозяйкой такого заведения вполне можно! К тому же хозяин небольшой булочной, расположенной на центральной улице Бейтима собрался уйти на покой. Если бы удалось выкупить это заведение, и дополнить привычный ассортимент булочек и плюшек рецептами из школы мисс Чорри, предприятие могло стать выгодным. А где булочки, там и кофе, и чай, и какао…

Гробовщик сопротивлялся. Внезапно высоким, визгливым голосом кричал о том, что и так отдает в распоряжение глупой девчонки целый дом! Дает ей честное имя! Принимает в общество, которого она недостойна!

Оливия, сцепив руки до кровавых лунок от ногтей на ладонях, отвечала на каждое обвинение: замуж она не собиралась, управлять домом при наличии экономки не трудно, а ее наследства как раз хватит на покупку булочной. В конце концов компромисс предложил поверенный. Почему он принял сторону девчонки, которую видел третий раз в жизни было неясно, но шурша бумагами, он высказался, что булочная приносит хороший доход, служащих можно уговорить остаться, а значит предприятие выгодное.

- Если же мисс Суджик не справиться с этим делом, всегда можно нанять управляющего. Думаю, это неплохое вложение средств, мистер Олмидж!

Этот простой вывод решил дело. Булочную купили, и оформили пополам с условием вмешательства мистера Олмиджа не ранее чем через год и только в случае отсутствия доходов. Гробовщик обязался выделить деньги на закупку необходимого, но уточнил, что это будут деньги из приданного мисс Суджик и если она бездарно их потратит, то останется ни с чем. В ответ девушка пожала плечами – как супругу, муж обязан будет ее кормить, одевать и держать в своем доме, а значит в случае неудачи она просто будет вести жизнь многих замужних дам – дом, гости, рукоделие и сад.

Сообразив, что угроза девушку не пугает, мужчина нахмурил темные брови, простился с поверенным и быстро вышел из кабинета, в котором велось обсуждение. Старичок, качая головой собирал бумаги, а Лив наконец решилась спросить:

- Господин Левмень, почему вы поддержали меня?

- Я хорошо разбираюсь в людях, - пожал он сутулыми плечами, - я вижу, что вы зачем-то нужны мистеру Олмиджу, причем на долгое время. Значит ваше пребывание рядом с ним должно быть комфортным. Счастливый человек щедр к окружающим, - добавил он напоследок с такой усмешкой, что Оливия невольно улыбнулась в ответ и заверила, что всегда будет благодарна старому стряпчему.

Именно поверенный предложил мистеру Олмиджу добавить в брачный контракт пункт, в котором пойдет речь о невыполнении сторонами своих обязанностей. Гробовщик моментально перечислил кары, которым подвергнется мисс Суджик в случае отказа от «ухода и кормления», а господин Левмень приспустил круглые очки в тусклой медной оправе и напомнил:

- Мистер Олмидж, а что если вы не сможете выполнить свои обязательства? Существуют обстоятельства неодолимой силы, такие как смерть, пожар, увечье… Думаю, разумно будет прописать в контракте вдовью долю, ведь закон все равно не оставит вашу супругу без компенсации. А если назначить эту же часть вашего наследства пеней за неисполнение договора с вашей стороны, то вы вообще ничего не потеряете!

Тогда мужчина задумался. Ежедневно сталкиваясь со смертью, он давно написал завещание, указав наследниками собственную мать и племянника, которого уже подключил к собственному делу. Но теперь обстоятельства менялись. В его жизни появилась женщина, ради которой он готов был на многое, почти на все. Даже жениться на другой! Но что станет с леди Луизой, если он уйдет? Сможет ли он остаться в этом мире рядом с ней? Нужно позаботиться о любимой женщине!

- Добавьте следующий пункт, - гробовщик встал и несколько раз прошелся по комнате, оформляя свое желание в слова: - моя супруга, миссис Олмидж получит в наследство этот дом и средства на его содержание, если она будет жить в нем и выполнять условия договора по уходу и кормлению. Ей не воспрещается выйти замуж или родить детей после моей смерти, если будут выполняться предыдущие пункты.

Господин Левмень быстро водил пером над листом серой бумаги, делая черновую запись, и очень старался не удивляться. Между тем гробовщик еще раз покрутил в голове мысли о бренности всего сущего и добавил:

- Если объект заботы мисс Суджик внезапно исчезнет или я сочту пункты контракта выполненными без претензий, ей полагается вдовья доля и содержание, но без дома и моей конторы.

Стряпчий все записал, а потом уточнил:

- Что именно вы сделаете «вдовьей долей» для вашей супруги?

- Вдовьей долей я назначаю мой вклад в пекарню, - нашел выход гробовщик. – Сумму содержания определю позднее. Думаю, она будет рассчитана из процентов капитала, положенного на имя моей жены тетушкой.

- Вы очень щедры, - закивал головой поверенный, - и предусмотрительны! Помните господина Пшичека? Столяра? Он так же оставил капитал жены на ее имя, позволив снимать лишь процент, а потом, когда сломал руку и не мог работать целых полгода, эти деньги кормили их, да еще позволили оплатить доктора!

Гробовщик задумался. Столяра он знал лично, нередко заказывал ему скамьи, подставки для гробов, или носилки. А ведь действительно, мужчина поскользнулся зимой два или три года назад, сломал руку, не мог работать, а сыновья его были еще малы. Тем не менее семья выжила, а потом вернула прежнее благополучие.

Мужчина управляет собственностью женщины, даже приданым или домом, купленным на ее имя. Однако в случае конфискации имущества или разорения, «вдовья доля» остается женщине и на нее вполне можно прожить… Подсказка поверенного привела к тому, что небольшая сумма, оставленная Оливии тетушкой существенно подросла. Девушка обратила на это внимание и пообещала себе, что старый поверенный будет любимым посетителем ее пекарни!

Дальнейшее произошло быстро: буквально за месяц мисс Суджик пошили два платья. Одно светло-серое, из тонкой шерсти, отделанное серебряным шнуром она надела в церковь, на помолвку. Второе, более пышное, из белого шелка и узкого кружева должно было стать свадебным. Никто в городе и не догадывался, что мистер Олмидж заказал четыре платья. Два сшила местная портниха, обшивающая «первых дам», а еще два были заказаны по каталогу в столице и привезены почтовым дилижансом в отдельном сундуке. Эти платья были надеты на манекены, поставленные в будуаре. До поры их закрывала ширма, но горничные уже сплетничали о том, что хозяин решил превратить невесту в дорогую куртизанку.

Глава 7

Поток слухов, сплетен и кривотолков, наверное, раздавил бы остатки решимости Оливии, если бы не лорд Вайберг. Призрак виконта не позволил себе поселиться в комнатах незамужней дамы, однако ежедневно встречал девушку улыбкой, когда она спускалась в маленькую гостиную, которую выбрала для себя. Будущая хозяйка мрачного дома делилась с призраком горячим чаем и булочками, а он развлекал ее рассказами о своих путешествиях и приключениях бурной юности.

Их возраст и опыт разительно различались, как и среда в которой они вращались. Тем не менее оба получали немало удовольствия от общения. Призрак делился воспоминаниями, и даже слегка поучал юную мисс, а она получила умного советника и собеседника, снисходительно относящегося к ее слабостям. Отдельной темой их бесед стала кофейня. При жизни виконт Вайберг был ценителем хорошей кухни, недурно разбирался в напитках и сладостях и даже поделился с Оливией парочкой интересных рецептов кофе «для холостяков».

После объявления помолвки в дом гробовщика зачастили все местные кумушки. Проговаривая слова поздравления, они пристально оглядывали Оливию, отыскивая следы порока и разврата, потом изучали ее талию, а следом переходили к убранству дома – что-то затеет молодая хозяйка, в ожидании свадьбы? Не заметив на милом лице восемнадцатилетней девушки ни румян, ни белил, ни теней бессонной ночи, уверившись, что талия ее тонка, гибка и привычно затянута в корсет, городские дамы разочарованно убеждались: большая гостиная не изменилась ни на волос. Те же серые шторы с фиолетовым кантом, те же столики для карт и шахмат, уютные диваны в уголке и кресла у камина. Даже статуэтки на каминной доске те же самые! И цветы в вазе – любимые матушкой гробовщика хризантемы!

Тогда проницательные городские дамы решили, что дело в небывалом наследстве юной мисс. Таинственные разговоры поддерживала миссис Поридж – старушке нравилось быть самой осведомленной. Она таинственно закатывала глаза и рассказывала покупательницам байки о том, как мисс Суджик появилась в городе. Может быть именно ее стараниями Оливия получила свое прозвище, а может виной тому стало происшествие в пекарне.

Старый стряпчий договорился с пекарем, и выкупил булочную сразу после помолвки. Несколько дней заняла подготовка бумаг, а потом Лив замирая от волнения впервые вошла в принадлежащее ей здание.

 Весь персонал собрался на кухне. Два тестомеса угрюмо разглядывали свои кулаки. Милая округлая женщина лет пятидесяти – специалистка по пирожкам и плюшкам задумчиво раскладывала салфетки, скручивала из них то чудо-птицу, то крокодила и снова расправляла белые квадратики льняной ткани. Три девчонки-помощницы, которым доверяли приготовление начинки, взбивание яиц и колку сахара нервно теребили передники и слишком громко обсуждали женихов.

Появление на пороге новой хозяйки все как-то пропустили, зато потом удостоили девушку столь пристальными взглядами, что Оливия невольно поморщилась. К счастью у нее был план разговора, записанный на листе бумаги под диктовку лорда Вайберга, так что не теряясь мисс Суджик достала из сумочки бумаги, поздоровалась и подглядывая в «шпаргалку» объявила:

- Всем, кто желает остаться работать в булочной я подниму жалование на десять процентов. Желающие уйти уже получили расчет от прежнего владельца. Все останется как прежде, но к обычному ассортименту мы добавим напитки и некоторые сладости, а значит появятся новые обязанности. Об этом поговорим позже, когда я выясним, кто уйдет, а кто останется. Не хочу делиться секретами с посторонними.

Стряпуха, услышав, что можно остаться с прибавлением жалования обрадованно улыбнулась. У этой немолодой женщины было двое детей-подростков, и несколько внуков, которых дочери не стесняясь отправляли пообедать к бабушке. Так что для нее «чистая» работа с тестом и возможность брать домой зачерствевшие плюшки были очень важны.

Девчонки-помощницы зашептались. Вообще все они были уже сговорены и работали в пекарне до весны, чтобы подкопить приданое или сшить более нарядное платье, но… лишних денег не бывает! Да и кто знает, вдруг в браке тоже придется работать? Так лучше у теплой печи, чем поденщицей с грязными ведрами и котлами.

Последними хмуро переглянулись мужчины. Тестомес работа физическая, широкие плечи и сильные руки годятся везде. Их охотно возьмут хоть в молотобойцы, хоть в грузчики, да и в богатые дома частенько требовались сильные мужчины для разных работ. Вот на шахту или в обоз не хотелось – один мужчина давно был семейным, а второй недавно посватался к хохотушке из швейного квартала, так что уходить от стабильного заработка и привычных стен не хотелось.

В итоге все решили остаться и посмотреть, как пойдут дела. Оливия только обрадовалась – известно ведь, что люди неохотно расстаются с привычным, а так она будет вводить свои новшества постепенно и все привыкнут.  Решив основные вопросы, обойдя кладовые и лавку, девушка вместе со стряпчим вышла на улицу. Оказывается уже стемнело, и фонарщик кашляя и подволакивая ноги начал зажигать фонари. Однако на том конце улицы, куда им предстояло пройти света еще не было. Мистер Левмень расстроенно забормотал что-то на счет своей непредусмотрительности, но мисс Суджик остановила его:

- Никто не знал, сколько времени мы проведем в пекарне, вот и не было нужды держать на морозе кучера и лошадь. Здесь совсем недалеко до центральной площади, а там уж точно есть наемный экипаж!

Стряпчий согласился с ее доводами, предложил девушке руку, и они вдвоем неспеша двинулись в темноту. Остановиться пришлось, когда из узкого переулочка им навстречу шагнули сразу трое бродяг. Явно нездешние – слишком смуглая кожа, темные чуть раскосые глаза, одежда с чужого плеча и тяжелый запах, словно они никогда не видели горячей воды и мыла.

Поверенный дернулся, собираясь бежать, но заскользил на коварной ледяной дорожке и шлепнулся, застонав от боли. Мужчины дружно рассмеялись, и перенесли внимание на девушку. Их взгляды прошлись по ней, словно наждак, сдирающий одежду до голого тела. Плечи обожгло нервным холодом, губы задрожали, но вспоминая уроки мисс Чорри Лив вскинула подбородок:

- Господа, что вы делаете на улице в такое позднее время? Сейчас холодно!

Хищники замерли в недоумении – добыча не собиралась бежать? Не стонала? Не умоляла пощадить ее? Странная добыча!

- Вы не боитесь гулять здесь в такое позднее время? – звонким от напряжения голосом спросила девушка.

Опешившие бродяги засмеялись и это придало Оливии сил – когда человек смеется, он не пытается угрожать.

- Знаете, мне тоже очень страшно, - продолжила невеста гробовщика, - а мой спутник очень устал. Можно попросить таких смелых мужчин проводить нас до особняка мистера Олмиджа? Мой жених будет волноваться, если я опоздаю к ужину…

Стрекоча, словно безумная сорока, девушка помогла подняться господину Левменю, и чуть выдохнув предложила бродягам единственное, что могла предложить:

- Если вам некуда идти, господа, могу предложить работу с проживанием…

Стряпчий сжал узкие губы, но промолчал. Он прекрасно представлял, что могут сделать три здоровенных мужика с ним и его спутницей.

- Работу? – протянул один, тот, что был помоложе. Тон его не оставлял сомнений, что он уже привык к бродяжничеству, а может и не знал другой жизни и потому с показным презрением относился к честному труду.

- Я буквально сегодня стала владелицей пекарни, - сдержано отвечала Оливия, хотя сердце стучало где-то в горле, - мне понадобятся подсобные рабочие и тестомесы. При пекарне есть флигель, в котором можно жить, а на соседней улице общественная мыльня и магазин подержанной одежды. Оплату положу сдельную.

Молодой снова глумливо хихикнул, а вот два его приятеля заинтересовались предложением. Пока они обсуждали внезапное предложение, вся компания добралась до особняка Олмиджей.

- Благодарю вас за сопровождение, господа, - с едва заметным облегчением выдохнула Оливия, заметив, что в портике ее поджидает слуга с фонарем.

- Что дамочка, родное крыльцо увидели и позабыли свои слова? – спросил один из бродяг хриплым простуженным голосом.

- Не забыла, - повернулась к нему девушка, - приходите завтра после полудня в пекарню на Бриджет-Стрит, только сначала посетите баню и купите себе новую одежду. - Единственная крупная монета из ее запасов перекочевала в ладонь бродяги. После она всмотрелась в глаза мужчины и сказала: - это ваш шанс, господа.

Господин Левмень уже тянул девушку к теплу и свету большого дома, так что ответа она не услышала. Зато едва они оказались в мрачном холе, поверенный не удержался:

- Мисс Суджик! Вы с ума сошли!

Упавшая на стульчик девушка не спорила. Страх выходил из нее крупной дрожью.

Она не заметила в какой момент рядом вдруг возник лорд Вайберг. Он коснулся дрожащих рук Оливии, качнул головой:

- Не знаю, что с вами произошло, мисс, но вам явно нужно выпить. Такие потрясения опасны для сердца!

- Спиртное в кабинете мистера Олмиджа, - ответила призраку девушка, а услышал ее поверенный.

- Да-да, мисс, выпить сейчас просто жизненно необходимо! – он подозвал встретившего их слугу, выяснил, что мистер Олмидж уже дома и находится как раз в кабинете. – Я пройду к вашему жениху, попрошу его прислать вам рюмочку бренди!

Лив только кивала. Сил не было.

К счастью в холл вышла горничная, которая помогала разбирать ее сундук в день прибытия. Сообразив, что не просто так невеста хозяина дома трясется, как осиновый лист, служанка подошла ближе, помогла снять теплый плащ и сапоги, обула молодую хозяйку в домашние туфли и подставив плечо повела на верх, в спальню. Обливание теплой водой, молоко с бренди, и мягкая постель быстро отправили девушку в страну грез.

А утром ее ждал неприятный разговор с женихом. Мистер Олмидж настоятельно рекомендовал своей невесте не выходить из дома без сопровождения, не бродить по улицам в темное время суток и ничего не обещать бродягам.

- Кроме того, вчера вы не выполнили своих обязательств! – напомнил недовольный гробовщик и Оливия едва удержала смешок.

Ну конечно, вчера она пропустила ужин, и даже в будуар не заглянула, чтобы угостить леди Луизу конфетами или марципаном! Вот почему так недоволен гробовщик! Однако спорить девушка не стала. Скромно потупила взор и почти прошептала:

- Простите, мистер Олмидж, я очень испугалась вчера, вот и наговорила глупостей. Меня сопровождал господин Левмень, мы не думали, что задержались так сильно! С вашей стороны было очень великодушно выслать нам навстречу слугу! Меня так колотило от ужаса, что я совершенно забыла о еде!

Несколько минут жалобно-переживательной скороговорки и «жених» отмахнулся:

- Идите, мисс Суджик, вас ждут за завтраком! Надеюсь сегодня вы будете благоразумны!

Молча присев в книксене, Оливия отправилась в столовую. Можно было перекусить и в комнате, заглянув в будуар, но ей хотелось накормить лорда Вайберга, и заодно узнать у благородного призрака, что ей делать, если бродяги действительно придут в пекарню?

Глава 8

Разговор за столом получился неприятным. Нет лорд Вайберг не позволил себе упрекать или бранить юную девушку, едва пришедшую в себя после весьма неприятного вечера. Он просто перечислил все, что бродяги могли сделать с ней и господином Левменем, а закончил горькой фразой:

- Я слишком вас уважаю мисс, чтобы простить этому миру потерю такого светлого человека!

Оливия потупилась и слезы закапали на ее тарелку. Виконт даже не посмотрел в сторону ценной для него жидкости – грустно вытянул силы из чашки чая, и принес извинения. Зато леди Луиза немедля потребовала свою порцию, а потом радостно обретя плотность удалилась с мистером Олмиджем в будуар, напомнив гробовщику, что даже у него случаются выходные.

 Дальнейший разговор за столом проходил в более практичном ключе – призрак действительно дал девушке несколько ценных советов и все же принял кусочек яичницы, политый слезами.

После завтрака Лив отправилась в пекарню. Даже если бродяги не придут, ей следовало лично убедиться, что все работает, как прежде. Она успела пересчитать булочки на подносах, проверить количество марципана и тмина, отправить девчонку-помощницу в лавку за патокой, а потом в лавке звякнул колокольчик, раздались тяжелые шаги и хриплый  смутно знакомый голос прикрикнул на стоящую в лавке женщину:

- Хозяйку позови!

 

 

 

 

Розыгрыши
и конкурсы
Эксклюзивные
предложения
Только интересные
книги
Скидки и подарки
постоянным покупателям