0
Корзина пуста
Войти | Регистрация

Добро пожаловать на Книгоман!

Или войдите через:


Новый покупатель?
Зарегистрироваться
Главная » 2. Невеста для демона (эл. книга) » Отрывок из книги «Записки принцессы. Невеста для демона (#2)»

Отрывок из книги «Записки принцессы. Невеста для демона (#2)»

Автор: Кириллова Наталья

Исключительными правами на произведение «Записки принцессы. Невеста для демона (#2)» обладает автор — Кириллова Наталья . Copyright © Кириллова Наталья

Глава 1

 

Он где-то здесь.

Я это знаю. А сила чувствует, отзываясь волнами жара по телу, пульсацией в солнечном сплетении, сладким предвкушением. О да, нам обеим есть чего ожидать. Ответа за обман, разбитые надежды, слёзы в подушку и сочувственные взгляды родных. За оброненную мужем сестры Вигом и случайно мной услышанную фразу «Я предупреждал». За мамины попытки подыскать другого жениха, пусть не такого перспективного, как принц и наследник Лиры Ирвин, но тоже при короне и непустой казне. Понимаю, мама не осознаёт, да и никогда не осознает в полной мере, что такое кровная привязка к демону, однако мне никуда от Трея не деться. Зов крови соединил нас на всю жизнь крепче и надёжнее любых обетов или приворотных зелий и даже в посмертии нам не грозит расстаться, мы всегда будем чувствовать друг друга, всегда принадлежать лишь друг другу. Только и радости, что нынче и демону от меня не отказаться.

– Мы прекрасны и опасны и горе тому, кто встанет на нашем пути, – нараспев протянула Ядвига, изучая отражение нашей троицы в большом зеркале в холле.

– Кто-то тут, может, и прекрасная, а я вот только опасная, – не согласилась Лоури.

– Ло, прекрати, – возразила я. Сколько можно так самокритично относиться к собственной внешности? – Ты роскошная молодая женщина и талантливая дипломированная ведунья.

– У меня от наличия диплома нос короче стал или губы пухлее? – подруга состроила своему отражению недовольную гримасу. – Ты у нас красивая и Вив тоже ничего, а я так, на подхвате.

– Я ничего? – уточнила Ядвига. – Спасибо тебе, дорогая, за столь беспристрастную и, несомненно, лестную оценку.

– Всегда пожалуйста, – не смутилась Лоури.

– Леди, сколько ещё можно смотреться в зеркало? – нетерпеливо окликнула мама. – Поторопитесь, Его милость князь не будет ожидать нас вечно.

– Подождёт Александр, никуда не денется, – тихо, так, чтобы слышали лишь мы, ответила Ядвига и поймала мой взгляд в зеркале. – Ли, уверена?

Я кивнула. Не собираюсь до конца дней своих чахнуть от тоски в поместье сестры или отбиваться от маминых матримониальных планов. Сейчас пойду и прямо в глаза выскажу всё, что думаю о некоторых бессовестных демонах!

– Тогда вперёд, – Лоури коснулась моей затянутой в длинную белую перчатку руки, ободряюще улыбнулась, и мы отошли от зеркала.

Построились в строгом порядке: первая княгиня Жемма Алесская, мать Ядвиги и родственница князя Александра, следом собственно Ядвига с младшей сестрой Ханной, затем моя мама и в хвосте мы с Лоури. Мама обернулась, смерила дочь строгим взором и внезапно резким движением приспустила коротенькие рукава моего белого платья, обнажив плечи, и подтянула лиф так, что полупрозрачная, расшитая жемчугом вставка, скромно прикрывающая декольте, разом утратила прежнее внешнее целомудрие.

– Мама! – ахнула я.

– Что – мама? – невозмутимо отозвалась родительница, так внимательно рассматривая мою грудь, что стало неловко. Тут, вообще-то, и другие гости есть, и они на нас поглядывают, между прочим! – Менее чем через три с половиной месяца тебе исполнится двадцать шесть, а количество холостых коронованных мужчин в этой части континента, как ни печально, довольно ограничено и среди них ещё меньше тех, кто готов жениться на девице твоего возраста и с твоей репутацией. Поэтому, Лина, ты приложишь все усилия, чтобы очаровать Его милость и стать княгиней Брийской, поняла?

Ядвига и княгиня Жемма за маминой спиной посмотрели на меня сочувственно, Ханна демонстративно зевнула.

– Леди Файнелла, по-моему, мы опаздываем на аудиенцию, – осторожно напомнила Лоури.

– Лина? – требовательно повторила мама.

– Да, мама, поняла, – смиренно опустила я очи долу. Исключительно затем, чтобы родительница не прочитала по глазам младшей дочери честного мнения обо всей этой возне с замужеством вообще и об очередном женихе в частности.

– Рада, что ты осознаёшь свой долг, – похвалила мама и повернулась к княгине.

Да если бы я не узнала, что Трей что-то потерял при дворе князя Александра, ноги б моей не было на этом невразумительном куске земли между северными королевствами и Имперским союзом! В конце лета император союза Миллард, в последние годы прославившийся как жестокий тиран и параноик, умер, к вящему облегчению подданных, но оставил после себя один важный вопрос, ответ на который не могли найти и по сей день, – кто будет править Империей? Единственному наследнику покойного императора едва исполнилось пять, и сыном собственно Милларда мальчик не являлся, а старшую дочь правителя, леди Сабрину, в её притязаниях на трон поддерживали далеко не все. Кто-то не хотел видеть во главе Империи женщину, тем более юную девушку, кто-то желал добраться до власти через мальчика. По всей Империи случались стычки между представителями двух оппозиций, самые осторожные уезжали, пока дело не дошло до гражданской войны, а на северной границе повысилась активность нежити. И поскольку на самом деле золотой имперский мальчик, долгожданный наследник и надежда Милларда, – сын саламандры и сильфа из Воздушного мира, оставалось лишь гадать, когда настоящий дед малыша и глава старшего Дома сильфов Плюща придёт за своим внуком, а в том, что ребёнка не бросят в Империи, сомневаться не приходилось.

Мы чинно прошествовали в зал. На пороге замерли, пока герольд объявлял семью Ядвиги. На правах ближайшей родственницы монарха княгиня Жемма с дочерями вошли первыми, склонились перед сидящим на троне Александром, кажется, Вторым. Или Третьим? Впрочем, не суть.

– Её величество Файнелла Флоранская, вдовствующая королева-мать правящего Дома Флорансии Лаванды! Её высочество Лиина Стефания Флоранская, младшая принцесса правящего Дома Флорансии Лаванды! Леди Лоурин Каслрент!

Мама неторопливо направилась к князю, мы с Лоури поплелись следом. Спину прямо, подбородок выше, смотреть исключительно в затылок идущей впереди родительнице и ни в коем случае – по сторонам. Но как же хотелось! Он здесь, рядом, а я даже не могу поискать его глазами.

– Ваша милость, – мама присела в реверансе перед Александром, мы тоже. К счастью, не слишком глубоком, всё-таки мы гости в княжестве, а не подданные, к тому же я сама королевских кровей.

Строго говоря, Дом Лаванды старше Дома князя… не помню, в честь какого цветка они себя поименовали… род древнее, так что это он должен расстилаться ковриком, а не… ой!

– Ваше величество, – Александр поднялся с трона и сошёл к маме, жестом разрешив ей выпрямиться. – Счастлив наконец увидеть вас воочию. Кузина Жемма столько о вас рассказывала.

Мама благосклонно протянула руку князю. Запечатлев положенный поцелуй на затянутых в перчатку пальцах, Александр повернулся к нам с Лоури. Харр побери, да грудь сейчас просто выпадет из платья! А уж вид-то какой, должно быть, открывается стоящему над моей склонившейся персоной князю!

– Ваше высочество.

Всё, будем считать это за милостивое дозволение!

– Ваша милость, – я выпрямилась резче, чем требовалось, улыбнулась, кажется, шире, чем надлежало. Во всяком случае, если судить по маме, сделавшей мне страшные глаза из-за спины князя.

Из рассказов Ядвиги я знала, что Александру двадцать девять. Парадный серо-стальной мундир сидел как влитой на высокой крепкой фигуре, взгляд голубых глаз доброжелательный и заинтересованный, на полных губах лёгкая приветливая полуулыбка. Несколько тёмно-каштановых завитков выбивались из тщательно причёсанных волос, падая на лоб и добавляя образу князя возвышенного романтизма. Привлекателен по-своему, в духе мрачных любовных романов, и если рассуждать здраво и практично, то партия действительно удачная, тем более в моём случае, но… я уже занята.

Я подала руку, князь поцеловал мои пальцы, бросив на меня изучающий взгляд исподлобья. Жар усилился, и во избежание всяких казусов нехороших я осторожно высвободила конечность. Не хотелось бы начинать знакомство с ожогов.

– Похоже, кузина Жемма ввела меня в заблуждение, – заметил Александр.

– Разве? – изобразила удивление княгиня. – Мне казалось, я всегда была предельно честна с вами, дорогой кузен.

– И в чём же, позвольте спросить? – сугубо ради поддержания беседы поинтересовалась я.

– Кузина не рассказывала, насколько вы прекрасны.

Начинается! Одухотворённо восторженные оды красе моей неземной и прелести неписаной.

– Ах, Ваша милость, вы, право, преувеличиваете, – смущённо потупилась я. А жарковато становится.

– Скромность, как всякая истинная добродетель, лишь украшает настоящую леди, – глубокомысленно заявил князь и наконец скользнул равнодушным взглядом по Лоури. – Леди Каслрент.

– Ваша милость, – подруга тоже выпрямилась.

Я вопросительно посмотрела на Ядвигу, успевшую оглядеть зал и собравшихся в нём людей. Девушка указала глазами куда-то мне за спину. Только вот отворачиваться от монаршей особы будет как минимум невежливо и непочтительно, а потому продолжаем улыбаться и созерцать исключительно Александра.

– Лишь с позволения Вашего величества, – неожиданно обратился князь к моей маме.

– Конечно, Ваша милость, – кивнула мама, явно впечатлившись фактом, что Александр попросил у неё разрешения.

– Окажете мне честь, Ваше высочество? – предложил уже свою руку князь.

– О, разумеется, Ваша милость, с удовольствием, – я вложила свои пальцы в ладонь Александра.

– Ты там только поосторожнее, денёк сегодня… жаркий очень, – едва слышно шепнула мне Лоури.

То есть источаемый моим телом жар ощущаю уже не только я, но и стоящие рядом люди? Плохо. А князь, похоже, то ли не чувствительный, то ли попросту не понимает, кто источник резкого потепления посреди зимы.

Придворные почтительно расступились, и Александр повёл меня в соседний зал. Уф-ф, наконец-то можно и мне украдкой осмотреться на местности. Зал с троном невелик и потому люди сюда набились теснее, чем селёдки в бочке. Представляю, какая толчея в задних рядах. Съехалась вся брийская знать, как говорила Ядвига, больше народу только на ежегодных зимнем и летнем балах. Ну ещё бы – всем охота на потенциальную невесту правителя поглазеть. К тому же невесты к Александру табуном не ходили, что, в общем-то, вполне ожидаемо: княжество маленькое, не самое богатое и соседство с Империей и Вестралией привлекательности почётному статусу княгиня Брийская не добавляли. И Ядвига сразу предупредила, что у венценосного родственника несколько странные требования к будущей избраннице, в связи с чем только в прошлом году две кандидатки со скандалом покинули княжеский двор, а в позапрошлом одну претендентку на трон князь лично сопроводил за черту столицы. В этом я первая дура… тьфу, то есть счастливица, удостоившаяся приглашения прибыть ко двору. Правда, в основном благодаря тщательной обработке княгиней Жеммой драгоценного кузена.

Не пойму, то ли тут настолько душно, то ли сила решила окончательно добить хозяйку, то ли…

На мгновение мир померк. Поблекли краски, стихли звуки, люди превратились в безликую серую массу. Я же видела лишь его. Высокий, с зачёсанными назад чёрными волосами и в чёрном костюме, оттенённом белоснежными рубашкой и жилетом, Трей стоял в первом ряду и пристально смотрел на меня. Наши взгляды встретились, и воздух вдруг стал горячим, тягучим, обволакивающим пуховым одеялом. В голубых глазах почему-то появилась тревога, демон нахмурился. Еле переставляя ноги, я медленно прошла мимо Трея, не отводя взгляда, боясь разорвать хотя бы зрительный контакт. До безумия хотелось отпустить идущего рядом чужого человека, броситься на шею моему демону и поцеловать… калечить потом буду, но буду обязательно, а сейчас просто хочу ощутить его, его руки на себе, почувствовать, как бьётся его сердце под моей ладонью…

Внезапно в спину что-то толкнулось, обдало открытые части тела освежающим ветерком. Я обернулась, поймала предостерегающий взгляд Ядвиги, следовавшей вместе с семьёй за нами. Нельзя. Нельзя! Но, прежде чем отвернуться, я вновь покосилась через плечо на Трея. Совсем недолго, быстренько гляну напоследок, и всё! О-о…

Возле демона стояла девушка в голубом платье. Наверняка она и раньше там стояла, просто сначала я не обратила на неё внимания, да и, учитывая количество приглашённых, здесь везде кто-то стоял и хорошо, если не пытался залезть соседу на голову, однако девушка успела просунуть руку под локоть Трея и что-то тихо говорила, провожая нас любопытным взглядом карих глаз. Мужчина склонился к ней и с серьёзным видом слушал. Я резко отвернулась.

Какого харра на моём, между прочим, демоне виснет посторонняя девица?!

Мы прошли в просторный зал с высокими окнами, залитый светом хрустальных люстр. Простите, люстры что, свечные? Какой век на дворе-то? С каждым днём искусственные световые кристаллы всё больше входили в обиход, тем более в домах состоятельных лордов и, особенно, в королевских дворцах и замках, владельцы которых, как правило, могли себе позволить мастера кристаллов.

– Ваше высочество, позвольте, – Ядвига вдруг поравнялась с нами, вынуждая Александра и меня заодно остановиться, поправила мне платье на спине. – Леди Виолетта Ридальская, наша соседка по загородному дому и… его невеста. По крайней мере, по слухам, – едва слышно прошептала девушка, выразительно глянув на моё наверняка нездорово перекосившееся лицо.

Невеста?! С каких это пор?! И почему Ядвига не рассказала о невесте сразу?!

– Отец умер два года назад, из родственников осталась только пожилая тётушка. Бесприданница, за душой ничего, кроме старого и продуваемого всеми ветрами особняка за городом.

Я снова обернулась. Народ, тянущийся нестройной вереницей за монархом, набился в дверной проём, загораживая обзор, но я точно помнила, что одета девушка вполне прилично. Не Трей же ей платье купил. А если купил… и если слова княжны правда, то… то всё, короче! Кто-то станет трупом! И не один раз, возможно!

– Теперь всё в порядке, – погромче добавила Ядвига и, кивнув князю, вернулась к маме и сестре.

Александр вывел меня в центр зала, придворные растеклись вдоль стен. Свежего воздуха прибавилось не сильно.

Вдох-выдох. Контролировать дыхание и рвущуюся на волю силу. Я смогу. Меня учили, не зря же я шесть лет исправно посещала занятия в корпусе… ну, почти исправно.

Князь повернулся лицом ко мне, второй рукой осторожно коснулся моей спины. Я вымученно улыбнулась и положила свою на плечо мужчины. О боги, главное, не подпалить Александра ненароком… или вообще не сжечь. Зазвучало пианино, и под нежную и чуть торжественную мелодию князь плавно закружил меня по залу. Понимаю теперь, что чувствуют огневики при всплеске, – наша с Лоури подруга и однокурсница Дезире рассказывала, как у неё проходило первое пробуждение дара, и чем выше потенциальный уровень будущего ведуна, тем мощнее всплеск. Жар, охватывающий тело скользкими щупальцами, дышать, кажется, нечем, ладони накалились так, что это ощущала даже я. И, в отличие от ещё ничего не понимающего ведуна с только-только просыпающимся даром, я чувствовала бьющуюся внутри энергию, чувствовала, как отчаянно желала она свободы. Вдох-выдох, вдох-выдох. О-ох…

– Вы волнуетесь? – неожиданно спросил Александр.

Да, как бы не превратить вашу дражайшую милость в живой факел. Тогда ведь не просто из страны бежать придётся, а сразу в другой мир.

– Да, пожалуй… немного, – призналась я.

– Уверен, на самом деле всё не так страшно, как вам кажется, – решил приободрить князь.

Пра-авда? Я тут сдерживаюсь из последних сил, пока мой блудный демон выгуливает неясно чем его заинтересовавшую бесприданницу. Всё не так страшно, как мне кажется? О нет, на самом деле всё куда страшнее!

Вдох-выдох.

– Насколько мне известно, вы дипломированная ведунья, – сменил тему Александр.

– Ведунский корпус Лиры, – на всякий случай уточнила я.

– Редкий талант среди принцесс.

Он даже не представляет, насколько редкий!

Вдох-выдох. Голова кружилась – и от вальса, и от жара. К переливам пианино присоединились другие инструменты, темп ускорился, на середину зала вышла вторая пара. Чёрное и голубое. Можно и не смотреть. Вдох-выдох… сейчас или с ума сойду от этих изматывающих попыток себя контролировать, или убью кого-нибудь. Возможно, в прямом смысле.

– Вы хорошо себя чувствуете? – в голосе князя проскользнуло беспокойство. – Вы побледнели.

Всего-то? Тогда не всё ещё потеряно… ой!

Очередная горячая волна накрыла до туманной пелены в глазах. Я сбилась с шага, пошатнулась. Александр поддержал, замер и вдруг отдёрнул руки.

– Ваше высочество?

– Я… Душно здесь…

Центральная часть стремительно заполнялась другими парами. Я увидела решительно направляющуюся к нам Ядвигу. Девушка кивнула, я отступила от князя.

– Мне надо… проветриться… то есть на свежий воздух. Прошу меня простить, Ваша милость, – развернулась и быстро пошла на поиски… ну да, воздуха.

– О, милый кузен, не потанцуете со мной? – зазвенело позади щебетание Ядвиги. – Представляете, первый танец и совсем никто не пожелал пригласить меня, а вы же знаете, как я люблю танцевать…

Сила вела уверенно, пожалуй, даже с закрытыми глазами я добралась бы до цели. Вероятно, Трей наблюдал за нами, потому что при моём приближении сразу остановился, окинул поверх головы партнёрши всё тем же внимательным встревоженным взглядом. Леди Виолетта обернулась, посмотрела удивлённо, однако я аккуратно обогнула девушку – в конце концов, она тут не при чём, во всяком случае, пока я не разберусь в ситуации, – и нахально цапнула демона за запястье.

– Простите, леди Ридальская, но я вынуждена похитить вашего кавалера. Я обещала ему танец, – заявила я растерявшейся Виолетте и потянула Трея за собой.

Мужчина без сопротивления последовал за мной и ничего не возразил, когда я положила одну руку ему на плечо. Без усилий высвободил запястье из моего слабенького захвата, обнял меня за талию и медленно повёл по маленькому кругу.

– Привет, – первой поздоровалась я.

– Привет, – демон неожиданно коснулся губами моего лба. Люди же вокруг! – Слишком высокий. Или сожжёшь половину замка, или сгоришь сама.

– Что? – растерялась я. Вообще-то я планировала начать разговор на тему чуть более личную. Например, дорогой, где ты шлялся столько времени? И ещё – я знаю, что ты вернулся в Деревянный мир через три недели после нашего перемещения домой, так почему не удосужился заглянуть в гости или хотя бы весточку какую передать? Почему мне обо всём приходилось узнавать через третьи руки, через Этель с её связями в Департаменте, через леди Еву с её многочисленными знакомыми?!

– Давно это началось?

– Что именно?

– Резкое повышение уровня.

А-а, он о моей силе.

– Несколько дней назад, когда мы прилетели в Брийск, – хотя до сего момента дар так не буйствовал и жить не мешал. Наоборот, даже неплохо было, я не мёрзла сильно, в отличие от нехолодостойкой Лоури… Так, что Трей сказал? – Что значит – сгорю сама?

– Ты чересчур стараешься сдержать её. Это не поможет, скорее наоборот. Ты усиливаешь контроль – она удваивает усилия по избавлению от него.

Вот спасибо, утешил!

– Лучше бы объяснил, почему сила вообще с ума сходит, – буркнула я.

Мужчина помолчал минуту, продолжая кружить меня неторопливо и совершенно не в такт стремительному темпу музыки. Остальные пары соблюдали небольшую, но почтительную дистанцию, то ли опасаясь приближаться к тугому воздушному кольцу, окружающему нас горячим маревом, то ли не желая оказаться в эпицентре скандала, который после столь вызывающей смены партнёров уже неизбежен.

– Тебе не следовало прилетать в Брийск, Ли, – наконец выдал демон. – Во всяком случае, не сейчас.

Кажется, скандал начнётся раньше, чем закончится вальс.

– А когда? – праведно возмутилась я. – В следующем году? Или, быть может, подождать, пока ты женишься на какой-нибудь селёдке? Благо это мне надлежит смирно ждать тебя у окошка и не подвергать других мужчин риску, а тебе всё можно!

– Ли, успокойся, – оборвал мою гневную тираду Трей и рывком поднял меня над паркетом. Рядом взлетали в руках партнёров остальные дамы, и почему-то на секунду в зале стало намного светлее. – Мы оба связаны и работает связь обоюдно.

– Тогда какого харра...

Второй традиционный подъём заставил придержать речь до спуска. Внезапно я заметила неподалёку Ядвигу. Девушка последовала моему нехорошему примеру и тоже бросила Александра, то ли в одиночестве, то ли передав кому-то третьему. Ядвига зачем-то указала на потолок. Я послушно посмотрела. Ого!

Пламя свечей в люстрах полыхало маленькими факелами, отражаясь в хрустальных подвесках голубыми отблесками и заливая зал яркой вспышкой холодного льдистого света. Это что, всё я? Боги!

Трей осторожно опустил меня на пол, прижал к себе. Дышать по-прежнему тяжело, и сила, почуяв ослабление поводка, рванула снова, рассыпалась вокруг нас серебряными искрами. Не могу больше… и контролировать дыхание не получается… не помогает. Ощущение, словно внутри начали плавиться органы…

Демон внимательно посмотрел на Ядвигу. Девушка медленно, не глядя на отшатнувшихся в стороны окружающих, раскинула руки. Я уткнулась покрытым испариной лбом в мужское плечо. Всё равно… Вдруг навалилась усталость, резкая, поглощающая все мысли. Поспать бы… и проснуться в другом месте, при других обстоятельствах…

Призыв стихии смешался с музыкой, вплёлся в незримо трепещущие аккорды. По залу пробежался лёгкий ветерок, даря живительную прохладу. Это не Трей – Ядвига… Моя сила тянулась к нему, сплеталась вокруг нас тесным душным коконом, не желая выпускать, но мужчина и не сопротивлялся. Похоже, даже демону трудно её контролировать… А ветерок вдруг обратился мощным порывом, стукнул оконными створками, впуская морозный воздух, пронёсся под потолком, раскачав люстры. И свет разом погас. Зал погрузился во тьму, наполненную встревоженными голосами и продолжавшей играть музыкой. Подбородка коснулись пальцы, поднимая лицо, и мои пересохшие губы накрыли губы Трея. И жар наконец отступил, начал таять с каждым сладким мгновением долгожданного поцелуя, будто вытягиваемый демоном из моего измученного тела. Наверное, всё-таки надо было поцеловать Трея ещё в тронном зале и плевать на мнение и реакцию окружающих. Пусть все знают, что это мой мужчина…

Где-то на заднем плане звучал повелительный голос князя, призывающего к спокойствию и порядку и уверяющего, что сейчас придворный ведун всё исправит. Я же слышала только музыку, ощущала Трея в поцелуе и прикосновениях к разгорячённой коже. Сила потекла ровно, расслаблено, перестав раскалять воздух и хозяйку до состояния перегретой печи. М-м, теперь, пожалуй, можно и на поцелуй нормально ответить, насладиться моментом…

Музыка стихла. Как, уже? Рядом послышались быстрые шаги, кто-то крепко ухватил меня за локоть и потянул из объятий.

– Всё, идём, хорошего понемногу, – прошептала Лоури. – Сейчас местный огневик включит свет и если кое-кто не собирается сделать тебе публичное предложение руки, сердца и прочих органов, то лучше вам воздержаться пока от страстных лобызаний на людях.

Мы неохотно отстранились друг от друга, и я позволила подруге увести себя. В конце зала вспыхнули свечи на одной люстре и постепенно начали зажигаться в остальных. Лакеи поспешно закрывали распахнутые ветром окна.

– Ты уже не такая горячая, – отметила Лоури.

– И слава богам. Ты не представляешь, насколько я была близка к тому, чтобы отпустить силу окончательно, – отозвалась я. Знать не хочу, каковы были бы последствия.

Откуда-то сбоку вынырнула запыхавшаяся, чуть растрёпанная Ядвига, указала на второй выход из зала.

– Леди Файнелла там рвёт и мечет, мама пытается её успокоить, – сообщила княжна.

Мамуля в своём репертуаре. Тем более мимо Трея родительница тоже проходила и не могла не заметить демона. И даже если не видела, с кем я заканчивала танец, то по бессовестно мной брошенному Александру прекрасно обо всём догадалась.

– Вив, когда ты намеревалась рассказать, что Трей успел какой-то невестой обзавестись? – накинулась я на Ядвигу.

– Это слухи. Неизвестно, делал ли Трей предложение Виолетте или нет.

– Надо же, а держится так, будто уже браслетик обручальный надел, – протянула Лоури.

– Наверное, он ведь не просто так с ней в свет выходит, – согласилась я с подругой. Тем более молодая незамужняя леди не может вот так запросто выезжать с холостым мужчиной, близким родственником не являющимся, ко двору, то есть, считай, на всеобщее обозрение. Репутация штука такая, особенно репутация леди, – сегодня есть, а назавтра случится сплетня какая, и нет доброго имени.

– Не знаю, – передёрнула плечами Ядвига и вдруг бросила на меня виноватый взгляд. – И… Ли, это ещё не всё.

Мы вышли из зала в небольшую портретную галерею, хранившую гордые и не очень лики предков Александра.

– Всё настолько страшно? – уныло уточнила я.

– Он живёт в её доме.

– Живёт? Под одной крышей с незамужней леди?! – опешила я. Может, вернуться и таки добить?

– Там её тётушка есть, для соблюдения видимости приличий.

Именно что видимости. После того, как летом Ирвин почти месяц гостил в поместье Гейл, живя, соответственно, со мной в одном доме, при дворе Лиры всякие шепотки пошли о нас вообще и о бывшей невесте наследника в частности, популярности мне не добавившие. Никого не интересовало, что, кроме меня и принца, в этом же доме живёт моя старшая замужняя сестра с двумя детьми. Да и раньше мы с Ирвином не раз оказывались под одной крышей и если бы действительно хотели досрочно предаться радостям первой брачной ночи, то предались бы давно и визита принца в поместье Гейл уж точно ждать не стали бы.

Хорошо хоть, в свете разрыва нашей помолвки и бегства Ирвина в Железный мир моя скромная персона перестала занимать умы сильных королевства сего.

– Давно?

– Месяц, – ответила Ядвига.

– Почему ты сразу не сказала?

– Вив что, похожа на самоубийцу? – меланхолично откликнулась Лоури. – Уж извини, но, узнай ты обо всём сразу, первым делом помчалась бы к бедной девочке домой выяснять правду, а дом у бедняжки старый, он бы просто тебя не выдержал, к тому же недвижимость единственное её наследство. Вот разрушила бы ты ненароком её дом, и что осталось бы малышке Виолетте?

– Почему сразу разрушила? – возмутилась я. Что только ни узнаёшь от ближних своих! А ещё лучшей подругой зовётся! – По-твоему, я совсем себя не контролирую?

– Рядом с твоим демоном – нет. Хотя он же тебя и сдержал. Наверное, твоя сила просто соскучилась по любимому.

Что?! Да он… я… Харр побери! Права Лоури. Невозможно почти четыре месяца не видеть того, с кем связана кровно, не знать, где он и что с ним, и ни минуты не бояться, не скучать, не думать о нём.

Мы пересекли галерею, переступили порог маленького зала с зеркальной стеной. Я приблизилась к окну, присела на подоконник и прижалась лбом к холодному стеклу. За фигурной чёрной оградой княжеского замка одноимённая столица Брийска куталась в пушистое белое покрывало зимы, то тут, то там подмигивая освещёнными окнами домов.

– Легче? – заботливо спросила Ядвига.

– Угу, – я ещё и ладони на стекло положила.

Лоури повернулась к зеркалу, поправила завитки светло-русых волос вокруг лица.

– Какое интересное зеркало.

– И что в нём интересного? – не поняла Ядвига.

– В нём никто не отражается.

Княжна резко обернулась, я отстранилась от окна, и мы уставились на… зеркало, отражавшее зал, ряд окон, двустворчатую дверь, ведущую в галерею, в общем, всё.

Кроме нас.

– Думаете, кто-то нас укусил, и мы стали нежитью? – предположила Лоури.

Я слезла с подоконника, подошла к девушкам. Внезапно гладкую поверхность прорезала трещина, быстро и бесшумно устремилась к нижней части позолоченной рамы. Добралась и потекла дальше по вычурным завитушкам тонкой серебристой струйкой, змейкой заскользила по полу. Мы попятились, и змейка, словно почуяв, прибавила хода, одним рывком замкнувшись вокруг нас в кольцо. Жутковато как-то. И определённо о-очень плохо.

Мы сбились в кучку, а струйка растеклась, расширилась, вздулась пузырями. Каждый пузырь вытянулся в средний человеческий рост, оформился в человеческую фигуру, лысую и с едва намеченными чертами серебристого лица.

Големы.

Замечательно. Просто несказанно повезло.

– Это для нас посылка или мы случайно зашли не туда? – обречённо вздохнула Лоури.

Не знаю, как остальные, а я вот вполне могла случайно зайти и, разумеется, не туда!

Ядвига пожала плечами и первая призвала стихию. Я и Лоури встали рядом с княжной так, чтобы прикрывать друг другу спины. Воздух вокруг нас сгустился, размывая очертания фигур. Одна шевельнулась размазанным силуэтом, царапнула пятернёй неожиданную преграду и её примеру последовали другие, с остервенением вонзая пальцы в вязкую белёсую стену.

– Готовы? – окликнула нас Ядвига.

– Скорее нет, чем да, – пожаловалась Лоури.

– Ничего, доготовишься в процессе, – посоветовала княжна, и воздушная стена разошлась волной, расшвыряв фигуры по залу.

Не рисковать и обратиться к земле, с ней всё-таки поспокойнее и понадёжнее? Или воспользоваться ещё пульсирующим в крови огнём? Или… Уй!

Будучи искусственными созданиями, не тратящими время на отлёживание в оглушённом состоянии, големы мгновенно, один за другим, перетекли в вертикальное положение и дружной компанией бросились на нас. Сила встрепенулась радостно, снова раскаляя ладони, и плеснула ярким голубым пламенем. Нацелившаяся на меня фигура так и застыла на расстоянии вытянутой руки, охваченная огнём и стремительно оплавляющаяся в серебряную лужицу. Из чего их создали, интересно?

Следующего голема пламя настигло где-то на середине длинного звериного прыжка. Не так уж и плохо, только непонятно, как из сгустка огня сформировать что-то конкретное, ту же сферу, например? Нет, технически я знаю, как преобразовывать энергию, но не начинать же прямо здесь и сейчас вдумчивую визуализацию? Позади смешивались воздушные потоки и невнятное бормотание Лоури. Я опустила быстрый взгляд на лужицу у ног и вжалась в спины девушек. Потому что вместо лужицы из пузыря стремительно вырастал новый голем.

– Они не убиваются, – пискнула рядом Лоури.

Ой-ё!

На шее сжались ледяные пальцы, и голем резко потянул меня на себя, выдёргивая из нашего тесного кружка. Видимо, даже порождённые магией существа знали, что удушение – один из самых надёжных и эффективных способов избавиться от колдующего ведуна. Да и не только от ведуна.

Я вцепилась в обжигающе холодную конечность, но мои пальцы соскользнули с гладкой литой руки. Голем развернулся и небрежно швырнул меня на пол, словно весила я не больше фарфоровой чашки. Больно, зараза такая! На секунду от удара потемнело в глазах и выбило остатки воздуха из лёгких. Я попыталась сделать вдох, смутно различая сдавленный полувскрик, полухрип Ядвиги, ругательство Лоури и… стук двери. Лицо обдало порывом ветра, послышались глухие удары и очередное непечатное мнение подруги по поводу происходящего. Быстрые шаги, прикосновение тёплых пальцев к щеке.

– Ли?

О, явился, и ста лет не прошло, как говорится. Теперь можно с чистой совестью почить на руках припозднившегося принца… тьфу, то есть демона.

– Ли? – пальцы почему-то переместились на мою руку, начали торопливо стягивать с меня перчатку. Эй, а это ещё зачем?

Пару раз моргнув и кое-как прояснив зрение, я обнаружила склонившегося ко мне Трея, сосредоточенно снимающего с моей вялой конечности важную и нужную деталь образа вышедшей в свет леди. Как шутила Ева, на иное мероприятие можно прийти хоть без платья, но перчатки должны быть обязательно.

– Ты что делаешь? – спросила я.

– Собираюсь грязно надругаться. Ты против?

– Ну… – да не сказать, чтобы очень против… Я что, серьёзно?! Нашла, о чём думать!

– Стоять можешь? – мужчина отбросил перчатку.

– Не знаю… Наверное.

Трей подхватил меня, поставил на ноги. Голова закружилась, пострадавшая шея заныла сильнее. Я пошатнулась, но демон поддержал меня, прижал к себе спиной. Вероятно, его воздушный поток был мощнее и приложил големов о стены и зеркало основательней, по крайней мере, вскочили они не сразу. Ядвига и Лоури тоже поднимались с пола и, судя по тому, как потирала покрасневшую шею княжна, девушку пытались утихомирить тем же способом, что и меня. Я откинула голову на мужское плечо, сама нашла его руку без перчатки и опустила ресницы, позволяя силе наполнить моё тело вновь. Теперь-то есть куда пристроить копящийся внутри жар, есть на кого обрушить его, не сдерживаясь и не опасаясь. Сила словно этого и ждала – полыхнула ярко, разливаясь вокруг нас трепещущим голубым факелом. Из-под полуопущенных ресниц я заметила, как попятились девушки, а рванувшие было к нам големы настороженно замерли, поворачивая безликие головы то в одну, то в другую стороны.

– Закрой глаза, – шепнул демон мне на ухо. Закрыла, и что дальше? – Видишь?

Разноцветные пятна под веками вижу, а что ещё надо-то?..

Сквозь марево огня проступили две светящиеся бело-серебристые фигуры. Не знаю, откуда пришла уверенность, но четко понимаю – это Ядвига и Лоури. Несколько серебряных, блестящих до рези, обтянутых тонкой алой сетью, – големы и поддерживающая искусственные тела магия. Едва заметные нити в пространстве, ведущие от каждого создания к красной трещине на застывшем снежном пласте, похожей на сочащийся кровью порез.

Зеркало.

Я кивнула и мысленно отстегнула поводок.

Определённо почуяв что-то неладное, големы начали резко растекаться, торопясь обратиться бесформенной лужей, но огонь стремительно затопил весь зал, сметая и поглощая всё на своём пути, ударился о стены приливной волной, с оглушительным звоном разбил зеркало и стёкла в окнах. В помещение ворвался холодный воздух, я сделала несколько жадных глотков, слушая шелест осыпающихся осколков и тяжёлое дыхание позади, чувствуя, как тело становится лёгким. Того и гляди, улечу куда-нибудь…

Шумный вздох, уха неожиданно коснулись губы. Потом за ушком и опустились на шею. И жар силы уступил место жару иного рода, сладкому, предвкушающему, пузырьками шампанского ударившиму в голову. Помнится, Трей говорил, что связка усиливает сексуальное влечение, и уж не знаю, как демон, но я и без связки успела соскучиться полноценно, по всем пунктам. Я слегка потянулась, прижимаясь всем тылом к мужскому телу, ощутила, как он напрягся…

– А-ахренеть как круто!

– Ещё одно такое словечко, Ханна, и я буду вынуждена ограничить твой круг общения.

Я сразу открыла глаза. Часть свечей в люстрах погасла, часть осталась гореть, освещая засыпанный осколками пол, голые оконные проёмы, пустую зеркальную раму, лежащих лицами в паркет Ядвигу и Лоури и замерших на пороге зала княгиню Жемму с младшей дочерью. Ядвига подняла голову, посмотрела на маму и сестру и вдруг резким движением вытянула руку. Створки за спинами родственниц захлопнулись, но руку княжна не опустила. За дверью послышались торопливые шаги, обеспокоенные голоса и кто-то попытался открыть створки.

– Ханна, помоги сестре, – скомандовала Жемма и направилась к нам. Подошла, но не слишком близко и указала на второй выход из зала. – Молодой человек, вам лучше немедленно покинуть нас, дабы не компрометировать юную леди.

– Я не чистокровный человек, – хмуро сообщил Трей, неприязненно глядя поверх моего плеча на княгиню.

– Даже если вы дитя десяти народов, это не даёт вам никакого права грубить женщине, старше вас годами, – невозмутимо парировала Жемма. – Будьте так любезны, оставьте нас.

– Трей, всё в порядке, – нерешительно заверила я демона. – Княгиня права: тебе лучше уйти и…

– Не отсвечивать тут, – подсказала Ханна, навалившись всем своим небольшим весом на дверь. – И давайте поживей, на дворе всё-таки не лето.

Со стороны галереи створки всё настойчивее дёргали за ручки, но Ханна и воздушный поток Ядвиги не давали открыть дверь. Пока.

И разговоры придётся отложить. К огромному моему сожалению.

Мужчина подчёркнуто неспешно отпустил меня, отступил на шаг и высокомерно кивнул Жемме.

– Княгиня.

– Милорд.

– Леди, – Трей мимолётно коснулся моих пальцев, вызвав совершенно неуместный в данной ситуации трепет под ещё горячей кожей, развернулся и стремительно вышел.

– Пока-пока, – отозвалась Лоури, поднимая голову. – Ну как, выпустила пар, то есть жар?

Действительно. И сила успокоилась, и дышится легче, и ладони, похоже, наконец-то остывают.

– Да, – с приятным удивлением подтвердила я. – Мне намного лучше.

– Я же говорила, соскучилась.

По жесту княгини Ханна отбежала от двери к маме. Ядвига отпустила воздух, от следующего толчка дверь распахнулась и в зал ввалилась целая толпа народа, возглавляемого Александром. Князь с не особо тщательно скрываемым изумлением осмотрел ныне требующее ремонта помещение, лежащих на полу ведуний, ёжащуюся в тонком бальном платье Ханну и ослепительно улыбающуюся Жемму.

– Что здесь произошло? – вопросил Александр.

– На нас напали големы, – проинформировала родственника Ядвига.

Двое мужчин из толпы бросились к девушкам, помогли встать и пожертвовали свои фраки замерзающим леди. Князь наконец заметил укрывшуюся за спинами княгини и Ханны меня, вполне естественно несколько растрёпанную и помятую. Приблизился, расстегнул и снял мундир и накинул мне на плечи, хотя тепло ещё не рассеялось полностью, и холодно мне точно не было.

– Благодарю, Ваша милость, – пробормотала я, на всякий случай потупившись.

– Големы? – повторил Александр, покосившись на слой осколков на полу.

– Существа, созданные магией и ведомые волей своего создателя, – пояснила княжна.

– И вы их уничтожили?

– Нет, мы выпили с ними чаю и отпустили с миром, – тихо хмыкнула Лоури.

– Да, кузен, – кивнула Ядвига. – Судя по агрессивному настрою, не думаю, что в задачи големов входило что-то иное, кроме убийства.

– Видите, кузен, как полезно иметь при дворе нескольких дипломированных ведуний, – обернувшись к князю, заметила Жемма. – Кстати, где ваш старший придворный ведун, лорд Данмар?

– Там же, где и обычно, – в своём доме в Герре, полагаю, – отозвался Александр, и мне послышалось раздражение в голосе князя. – Вам же известно, кузина, лорд Данмар предпочитает праздному веселью придворной жизни исследования и уединение своей лаборатории.

– Или он опять в запое, – негромко, с оттенком презрения предположила Ядвига.

– Скоро зимний бал, поэтому самое время лорду Данмару почтить нас своим присутствием, – сделала недвусмысленный намёк княгиня. – Хотя бы дважды в год придворный ведун обязан появляться при дворе, не правда ли?

– А… дверь? – немного растерянно оглянулся Александр на столпившуюся в проёме свиту. – Мы несколько минут не могли её открыть.

– Заело, должно быть, – небрежно ответила Жемма, покровительственно обняла меня за плечи и повела ко второму выходу. – Идёмте, моя дорогая. Полагаю, мой кузен простит вас за столь ранний и спешный отъезд, ибо о продолжении этого вечера для вас не может быть и речи.

Девушки потянулись следом, однако покинуть место происшествия тихо и благополучно не вышло.

– Лиина?! – прозвучал за нашими спинами требовательный мамин возглас.

– Тебе следовало оставить её на родине или с твоей сестрой, – вздохнула княгиня.

– Мама хотела сама всё проконтролировать и лично убедиться, что я не упущу последнюю удачную возможность выйти замуж, – призналась я.

Мама быстро пересекла зал, бросив по пути извиняющий взгляд на князя.

– Лина, – тихо зашипела родительница, поравнявшись с нами, – неужели нельзя обойтись без этих твоих… магических представлений и не устраивать публичных скандалов? И что в Брийске делает этот твой… учитель танцев?!

– Файнелла, твоя отважная дочь спасла нам всем жизни, кто знает, какая участь ожидала бы нас, не останови она этих ужасных созданий? – громко и патетично заявила Жемма, взяла свободной рукой маму под локоть и практически потащила прочь из зала. – Файнелла, обсудим всё по дороге, – тихо добавила княгиня.

Да-а, дорога домой обещала быть долгой.

 

– – –

 

Заснуть удалось не сразу, и проснулась я довольно рано. Ночью, лёжа в постели, я долго пыталась понять, что может объединять Трея и леди Виолетту, ни к какому вразумительному выводу не пришла и, едва утром сон окончательно меня покинул, попробовала подумать на свежую, так сказать, голову. Вопреки народной мудрости, с утра думалось ещё хуже, чем с вечера. С одной стороны, ясно, что если чувства в этом загадочном союзе и имели место, то далеко не те же самые, что связывали нас. С другой, я пока не заметила ничего, что могло бы заинтересовать демона в леди-бесприданнице, даже симпатичного личика. Не на богатый внутренний мир же он обратил внимание? Нет, я верю в разную любовь, в том числе красивых мужчин к некрасивым девушкам, поскольку в жизни бывает всякое и подчас весьма неожиданное, что и в книгах не всегда встретишь, но… харр побери, связан-то Трей со мной! Уж казалось бы, тут всё определено и решено и, наверное, демон не стал бы проводить ритуал слияния, не желай он закрепить нашу связь. В отличие от ничего не подозревавшей меня, мужчина прекрасно знал, что после проведения обратной дороги уже не будет.

В дверь постучали, и, не дожидаясь ответа, в спальню заглянула Лоури, лохматая и в халате поверх ночной рубашки до пят.

– С добрым утром, солнышко, – подруга проскользнула в комнату и с размаху бросилась рядом со мной на кровать. – Не спится, да?

Я перевернулась на бок, лицом к Лоури.

– Я вот всё думаю об этой селёд… Виолетте. Нехорошо ведь называть её селёдкой, верно?

– Нехорошо, – согласилась девушка.

– Не влюблён же он в неё, – от одного только предположения внутри всё словно леденело и хотелось сначала разрыдаться, а потом перейти к бурной диверсионной деятельности.

– Ты сама говорила, вы связаны навсегда и никуда твой демон от тебя не денется.

– Связаны. Но вдруг всё, что было… вообще и в Железном мире, – лишь следствие кровного притяжения, которое необходимо для продолжения рода? И я, возможно, интересовала Трея только как… ну, новый объект, а когда мы… сама понимаешь… интерес исчез, и теперь он…

– Да ладно! Видела я, как демон смотрел на тебя вчера. Уверена, если бы не пришла княгиня, он бы сгрёб тебя в охапку и утащил в какой-нибудь укромный уголок, где вы предались бы безудержной страсти.

– Связка усиливает сексуальное влечение, только и всего, – приуныла я и перевернулась на спину.

– Она же его усиливает, а не создаёт на пустом месте, – резонно возразила подруга.

Легче от этого не становится! И Трей с таким внимательным и серьёзным лицом слушал Виолетту! Желать-то мужчина может и меня, в конце концов, кровь обязывает, а к Виолетте у него, возможно, большое светлое чувство нежданно-негаданно приключилось, и привязка ко мне действительно превратилась в мёртвый груз, который и неумолимо тянет на дно, и избавиться от которого уже не получится.

В дверь снова постучали, мы с Лоури дружно разрешили гостю войти, и в спальню зашла Ядвига, в отличие от нас уже причёсанная и одетая в домашнее платье. Приблизилась к кровати, села на край.

Я честно ждала возвращения Трея. Один месяц. Второй. Потом попросила Гейл разузнать что-нибудь через Этель о блудном демоне. Через три недели пришлось срочно и тайком менять подушку, потому что я плакала каждую ночь, снова и снова осознавая переданную подругой сестры информацию, что Трей давно вернулся в наш мир, но связаться со мной не счёл нужным. Вездесущие агенты Департамента, где работала Этель, засекли демона в Брийском княжестве и я, припомнив, что у леди Евы, невесты моего старшего брата Ричарда, полно знакомых по всему континенту, обратилась за помощью к ней. Через подругу Ева нашла Ядвигу, мы месяц общались по «переговорному» зеркалу и быстро подружились. Своего корпуса в Брийске нет, на учёбу в корпуса других королевств Ядвигу так и не отправили, но девушка и без диплома пользовалась воздухом на уверенный четвёртый уровень. Ядвига поговорила со своей мамой, та с венценосным родственником и несколько дней назад я, Лоури и моя мама с официальным визитом прибыли в Брийск и поселились у княгини. На самом деле я прекрасно обошлась бы без необходимости очаровывать Александра, я вообще не собиралась делиться с доброй половиной княжества своим происхождением, но сохранить тихое скромное инкогнито, однако мамуля, узнав, что младшенькая после почти четырёх месяцев затворничества внезапно сорвалась в страну, где трон занимал молодой холостой правитель, сочла нашу с Лоури поездку как знак моего «выздоровления» и, дабы, упаси боги, дочка опять не наломала чего не следует, полетела с нами. Мама даже не пыталась понять, что собой представляет кровная привязка к пусть и полудемону, и моё упорное ожидание Трея и нежелание после разрыва помолвки с Ирвином искать другого жениха воспринимала лишь как упрямство наивной влюблённой девушки, ещё не осознавшей до конца, что чувствами её поиграли и забыли. Но я точно знала, что, если потребуется, найду Трея сама, даже если придётся отправиться в мир Огня.

– Только что доставили из княжеского замка, – пояснила Ядвига и протянула мне карточку с позолоченными вензелями по углам. – Сам букет я оставила внизу, потом спустишься и посмотришь.

– «Восхищён вашей смелостью и бесстрашием. Воистину это редкий талант среди принцесс. Князь А. Третий», – вслух зачитала Лоури.

– Также нас всех ждут сегодня на прогулке на озере, – продолжила княжна и продемонстрировала пробирку с тягучей серебряной каплей внутри. – А это уже поинтереснее.

– Материал, из которого создали големов, – догадалась Лоури.

– Мне наскребли образец среди осколков, – кивнула Ядвига. – Знаете, что это? Ртуть.

 

 

Глава 2

 

– Ртуть? – в один голос повторили мы с Лоури и сразу сели, разглядывая содержимое пробирки.

– Естественно, магически преобразованная, – добавила Ядвига.

– Нетрадиционный выбор материала для создания големов, – заметила Лоури. – Кто из наших вообще работает с ртутью, кроме алхимиков?

Только у алхимиков в большинстве своём слишком низкий уровень, чтобы создать искусственное существо, да ещё и не одно.

– Никто. Я, во всяком случае, о таких гениях не слышала. Зеркало служило порталом, правда, теперь уже не выяснишь, что или кто оказался спусковым крючком. Поэтому оно ничего не отражало – зеркало «запомнило» определённую картинку с расположением предметов в зале и «показывало» её до активации.

– Думаешь, мы стали крючком? – предположила Лоури.

– Не знаю, – пожала плечами княжна. – Вспоминайте, кто вас мог невзлюбить настолько, чтобы натравить големов?

– Ртутных? У меня настолько одарённых недоброжелателей нет.

Алые нити в пространстве. Как любое искусственное создание, тем более порождённое магией, голем существовал исключительно за счёт силы, вложенной создателем в своё творение. Сеть поддерживала условную жизнь в големах, нити связывали и питали. Разбив зеркало, мы с Треем отрезали големов от хозяина… здорово, конечно, мы победили, но вместе с зеркалом исчезли и возможные, указывающие на хозяина зацепки. Зеркала-порталы тем и хороши, что, в отличие от природных или искусственных переходов в пространстве, при уничтожении не оставляли каких-либо энергетических следов.

– Создатель поддерживал големов через зеркало, – поделилась я. – То есть портал оставался открытым, вернее даже, приоткрытым. Я видела нити, тянущиеся от големов к зеркалу…

Девушки почему-то переглянулись.

Странно так переглянулись.

– Какие нити? – осторожно уточнила Ядвига.

– Красные, – растерялась я. – И на самих големах была сеть… из красных нитей.

Видела, да. Только не как обычно видят, а скорее… мысленно.

– Надо же, как интересно у вас связка проходит, – наконец протянула Лоури. – И ты всегда что-то такое видишь?

– Второй раз, – призналась я. В прошлый раз видела, как мой огонь превратился в огромную птицу и уничтожил напавшего на Лис ловца… хотя, может, так и было, Трей показывал, как придавать огню любую желаемую форму, но в том-то и дело, что тогда я стояла с закрытыми глазами позади демона и видеть огненную птицу воочию никак не могла! И я видела, как Лис светилась… и девушки тоже.

– Портал открылся, пропустил големов и поддерживал их энергетический канал с хозяином, делая их практически неуязвимыми, – вернулась к основной теме княжна и задумчиво посмотрела на каплю в пробирке. – С глиняными или деревянными големами тоже довольно трудно справиться, они не чувствуют боли и вообще ничего не чувствуют, в них бесполезно стрелять, они невосприимчивы ко многим видам стихийных атак, но они тяжёлые и подчас неповоротливые.

– А ртутные легко и быстро изменяют форму, и для перемещения им хватит и маленькой щели, – закончила я мысль Ядвиги.

– Им-то и щели хватит, зато создателю потребуется ого-го сколько силы для того, чтобы вдохнуть жизнь в столь грандиозный проект, – напомнила Лоури. – Это же не просто слепить и оживить глиняную фигуру, это ртуть, с ней и без магии работать небезопасно, а уж изменять…

– Значит, создатель сильный, но, возможно, не совсем нормальный ведун? – сделала соответствующий вывод я.

– Придурков везде хватает, и среди нашей братии тоже. Ну и хорошую оплату труда ещё никто не отменял, – рассудительно ответила подруга и слезла с кровати. – Пойду посмотрю на княжеский веник.

– Главное, при моей маме так его не называй, – попросила я, однако Лоури уже выскочила за дверь. Я откинулась на подушку. Не хочу никуда идти! – А нам обязательно ехать на эту прогулку?

– К сожалению, да, – откликнулась девушка. – Если Александр передаёт, что ждёт нас, значит, желает видеть в обязательном порядке.

– Приказом попахивает, – буркнула я.

– Скорее настоятельная просьба.

– Колесо круглое, как его ни поверни. Надеюсь, мы там не одни будем? – не горю желанием оставаться с князем наедине, даже если в нескольких метрах от нас станут толкаться и бдеть доверенные лица.

– На этой прогулке половина двора будет, – усмехнулась княжна.

– А… он?

– Возможно. Состояние Ридальских пошло по ветру ещё до рождения Виолетты. Её дядя, тоже ныне покойный, был известным игроком, а старший лорд Ридальский никогда не умел говорить «нет» кому бы то ни было и особенно младшему брату. К совершеннолетию у Виолетты остались только старый и единственный родовой особняк за городом, не иначе как чудом не уплывший на оплату многочисленных долгов, да парочка не менее древних слуг. Отец продал оставшуюся часть земель моей маме и на вырученные деньги отправил дочь в пансион для благородных девиц в Вальсии. Честно говоря, не знаю, что он хотел выиграть за счёт наличия у Виолетты приличного образования. Диплом об окончании вальсийского пансиона при любом дворе котируется не выше ведунского диплома.

И если с ведунским можно найти работу, не говоря уже, что ты можешь остаться работать в самом корпусе, то документ Виолетты годился… для одного лишь и годился. В деле об удачном замужестве важны и нужны деньги, связи и хорошенькое личико. Всё сразу необязательно, вполне достаточно одного пункта, но если имеется только личико, то к нему ещё должна прилагаться голова, знающая, как правильно использовать внешние данные для достижения матримониальной цели. Как следует рассмотреть Виолетту я вчера не успела, не до разглядывания потенциальной соперницы было, но лицо бледное и незапоминающееся, а значит, шансов на хоть какое-нибудь замужество у леди нет.

– Пока был жив лорд Ридальский, Виолетту несколько раз вывозили ко двору, – продолжила Ядвига. – Безрезультатно, и зрелище, как можно догадаться, было жалкое. Потом он скончался и, вернувшись из Вальсии, выезжать куда-либо Виолетта прекратила. Насколько мне известно, последний год она едва сводила концы с концами, но… – девушка умолкла, повертела пробирку в руках.

– Говори уж, – вздохнула я.

Страшнее уже услышанного может быть только признание, что у Трея с Виолеттой то самое, большое, светлое и до гроба, но часть меня не верила даже в гипотетическое предположение подобного факта. Странно. С одной стороны, я до панического ужаса боюсь узнать, что нас связывает исключительно кровное притяжение и ничего более, а с другой… не верю, и всё тут. Мой демон, и точка.

– С начала этой зимы Виолетта стала появляться при дворе. С ним. Тогда и пошли разговоры, что, дескать, выискался-таки дурак, сделавший ей предложение.

– И никто не подумал ничего лишнего? – даже в самом глухом провинциальном уголке общество не откажется от такой пикантной сплетни, а уж при дворе и подавно.

Телевизора на них нет, вот!

– Может, и подумали, но вслух не говорят. Здесь считают, что Трей мелкий лорд из Вальсии и познакомились они с Виолеттой во времена её учёбы в вальсийском пансионе. Ни он, ни она о деталях не распространяются и в беседах поддерживают общественную легенду.

Занимательно-то как.

– И ничего, что обычно невеста переезжает к жениху, а не наоборот?

– Якобы на родине у него возникли какие-то проблемы, решить которые можно только у нас. Гуляет слушок, что Трей попросту сбежал из Вальсии от кредиторов. Ничего нового, в общем. И, поскольку сама по себе Виолетта мало кому при дворе интересна, наблюдают за ними с весьма умеренным любопытством.

То есть даже если леди Виолетта заведёт у себя гарем из мужиков, местному высшему свету будет на это дело плевать, главное, чтобы не выставляла полигамию на всеобщее обозрение и чинно гуляла под ручку с одним, желательно пребывающим в гордом статусе супруг обыкновенный, законный.

Я неохотно выбралась из-под тёплого одеяла и отправилась приводить себя в порядок. Надо бы позавтракать. Да и на веник тоже глянуть.

Букет белоснежных тепличных роз в высокой плетёной корзине дожидался в гостиной на столике. Напротив в кресле сидела мама и с таким восторгом и пылкой надеждой любовалась нежными цветами, словно розы князь привёз и вручил ей лично, предварительно пав на колени.

– Доброе утро, – поздоровалась я, приблизилась к столику и понюхала цветы. Красивые. Правда, не люблю розы.

– Ядвига передала тебе карточку?

– Угу, – лучше аромат лаванды, приятно щекочущий нос.

Или лесные фиалки.

Или вересковое поле.

– Я полагала, что в моём возрасте удивляться уже нечему, однако Его милость сумел удивить меня, – призналась мама. – Никогда бы не подумала, что мужчину можно очаровать магическим представлением.

Сколь корректная формулировка!

– Мам, если Вив права и целью големов было убийство, – знать бы ещё кого: конкретно нас, одной из нас или мы действительно зашли не туда?.. – то нас вполне могли там прикончить. По-твоему, попытку убийства можно назвать представлением?

С летальным исходом.

– Ты прекрасно поняла, что я имела в виду, поэтому не надо придираться к словам, – родительница одарила меня нетерпеливо-раздражённым взглядом и вновь мечтательно уставилась на букет. – Главное, мы преодолели первую ступень, а это уже немало. Надеюсь, – новый предостерегающий взгляд на меня, – ты не собираешься отвечать отказом на приглашение Его милости?

– Вив уже объяснила, что на настоятельные просьбы её сиятельного родственника отказом не отвечают, – скривилась я.

– Правильно, – кивнула мама, проигнорировав гримасу дочери.

Ладно, общественный долг выполнила, на цветы посмотрела, пойду завтракать.

– Лина, – голос мамы остановил меня уже у самой двери. Я обернулась к родительнице. – Я знаю, почему ты полетела в Брийск. Догадалась вчера. Я понимаю, ты до сих пор надеешься и ждёшь, но взгляни правде в глаза: он не вернётся. Он использовал тебя и оставил, когда ты стала не нужна. Более того, ты сама видела, что он уже нашёл другую доверчивую душу, которую так же использует и оставит рано или поздно. Не могу сказать, что я полностью приняла и одобрила выбор Абигейл, но… – мама помолчала несколько секунд, явно собираясь с мыслями для трудного для неё признания, посмотрела на меня внимательно, обеспокоенно. – Но Вигге действительно надёжный мужчина, я вижу, как он любит и заботится о твоей сестре и мальчиках, как боготворит Абигейл, хоть он и кочевник. А этот… учитель… или кто он там на самом деле… предал тебя. Мне бесконечно жаль, что всё это произошло с тобой, если бы я могла забрать твою боль, я сделала бы это не задумываясь, однако боги не дали мне подобного дара. Поэтому я прошу тебя, Лина, забудь о нём, пожалуйста. Александр приятный молодой человек, хорош собой, воспитан, образован, и пусть наш род древнее, но происхождение князя достаточно безупречно, несмотря на юность Дома. И самое важное – Александр определённо благоволит тебе. Дай ему шанс. Твоя жизнь не должна заканчиваться на каком-то безвестном авантюристе и проходимце.

И как объяснить мамуле, что, даже если я воспылаю к князю великим пламенным чувством, привязка к демону просто не позволит мне быть вместе с Александром? И вообще ни с кем другим? Да и не хочу я быть с кем-то ещё. Ладно бы связь меня как-то тяготила, но в том-то и дело, что нет.

Мама не поймёт. Во всяком случае, не сейчас. А с Треем я ещё не говорила, всей правды и настоящих причин его нахождения в Брийске пока не знаю, и предъявить в качестве веского аргумента в пользу нашей связи мне нечего.

– Мам, я понимаю, ты беспокоишься, но… я справлюсь. Правда, не волнуйся, – заверила я.

– Ты хотя бы постараешься? – пытливо уточнила родительница.

– Конечно, – горячо покивала я и поскорее сбежала из гостиной, пока мама не задалась резонным вопросом, где именно дочка будет стараться.

 

– – –

 

Солнце щекотало поднятые к небу руки, касалось невесомо лица и рассыпанных по плечам тёмно-рыжих волос, проникало под опущенные веки, заставляя улыбаться и тянуться навстречу.

Утро.

Солнце.

Голубое небо без единого облачка.

Что может быть лучше?

– Мира, ты с Лиской или как?

С Лис.

Наверное. Накануне сама напросилась поехать с иной и принцем на встречу, но теперь уже и не знает, то ли хочется, то ли нет.

– Мира? – движение позади – Кошечка выглянула на балкон, придерживая обшарпанную дверь.

Можно остаться дома, только если подумать, делать тут особо ничего. Нет, раз решила – поедет. Интересно смотреть на этот мир, наблюдать за населяющими его людьми. Они забавные. И вроде Лис собиралась с новым человеком встретиться, а знакомиться с новыми лицами Мирейли нравилось.

Новое лицо – новый мир.

– С Лис.

– Тогда поторопились, – Кошечка вернулась в комнату.

Нынешняя квартира маленькая, кухня и две комнаты, побольше и поменьше. В помещении побольше жили втроём: Мирейли, Кошечка и Жайя. Поменьше оставили Лис и Ирвину, потому что принц старался не расставаться со своей принцессой, да и девушка не отпускала его надолго одного. Всё-таки Ирвин чужак в Железном мире, хотя отчаянно пытался соответствовать. Но Мирейли замечала, получалось у принца не всегда, и Лис не любила лишний раз рисковать, подвергая Ирвина опасности или даже ставя в неловкую ситуацию.

– Мир, ты ещё не готова? – удивилась Лис.

– Сейчас буду, – подумаешь, трудности какие!

В большой комнате беспорядок. Настоящая кровать только в спальне иной и принца, здесь же имелся лишь диван, прочно оккупированный Кошечкой, а они с Жайей спали на матрасах на полу и поэтому с утра передвигаться по комнате несколько сложновато.

Прыжками разве что.

Лис махнула рукой и вышла в коридор. Оле вытянулся на неприбранном диване и наблюдал лениво за общей суетой, прищурив жёлтые глаза.

– Помочь? – Кошечка распахнула дверцы шкафа, критично обозрела разделённую на три кучки одежду. Периодически вещи складывались не в ту, путались и в результате служили причиной бесконечных споров между Кошечкой и Жайей.

– Я сама, – дриада протолкалась к шкафу, вынула из своей части первое попавшееся платье, быстро переоделась, расчесала волосы, влезла в туфли и выскользнула за иной в тесный коридорчик.

– Удачи, – напутствовала Кошечка, закрывая за ними входную дверь.

– Капелька удачи никогда не помешает, – заметила Лис и нажала на кнопку вызова лифта.

Мирейли выбежала из подъезда первая, покружилась на месте.

Простор и солнце. Земля под толщей асфальта и кусты жасмина в палисаднике рядом. И игривые лучики путались под ногами.

– Мира, ты что? – улыбнулась вышедшая следом девушка и внезапно нахмурилась, наполняя безмятежный воздух раздражением и настороженностью.

Дриада замерла, проследила за странным напряжённым взглядом Лис.

Мужчина, черноволосый, голубоглазый, в джинсах и футболке. Сидел на низкой ограде палисадника возле подъезда, скрестив небрежно на груди руки, и смотрел цепко, пристально.

Иная приблизилась стремительно к мужчине.

– Леонгард, какого харра на сей раз? Меня же только вчера вызывали.

Леонгард? А-а, тот самый василиск, передающий Лис послания от заказчика девушки, сильфа из Дома Плюща. Иная упоминала о Леонгарде… иногда и неизменно с едкой, режущей слух неприязнью.

– Куда это ты так вырядилась с утра пораньше? – быстрый оценивающий взгляд скользнул по короткому красному платью Лис.

– Поскольку Гайлора это не касается, то – не твоё дело, – огрызнулась девушка.

– Может, и моё. Ты подписала контракт, до окончания срока которого ты работаешь сугубо на милорда Аласдаира, и если я выясню, что ты решила поискать халтуру на стороне, то мой прямой долг сообщить о нарушении условий нашему глубокоуважаемому нанимателю.

– Свидание.

– Двойное? – взгляд переместился на Мирейли.

– Тебе-то какая разница?

Никогда прежде не видела василисков. Аура непонятная, вроде похожа на обычную человеческую и в то же время не такая. Какая? Неясно. Губы тонкие, крупный нос с горбинкой. Глаза холодные, будто скованые коркой льда, и Леонгард рассматривал Мирейли с холодным скучающим интересом, обдающим лицо колкой снежной порошей.

– Большая. Если твоим отношениям с наследником Лиры пришёл конец, то, возможно, пора вернуть принца на родину, как ты считаешь?

– Свидание у моей подруги, а мы с Ирвином просто подстрахуем. На всякий случай.

Мирейли подошла к Лис, и василиск встал. Высокий. Приходится поднимать голову, чтобы как следует разглядеть черты красивого надменного лица.

– Дриада, если не ошибаюсь?

– Дриада. Мирейли, – слова сорвались сами, кажется, даже раньше, чем она успела задуматься, отвечать или нет.

– Не разговаривай с ним, – попросила девушка сухо и вновь с вызовом посмотрела на Леонгарда. – Ты по делу или тебе попросту нечем заняться? Если второе, то не трать наше время, его у нас не так много. Мир, идём.

– Могу подвезти до места.

– Спасибо, мы сами доберёмся, – иная взяла дриаду за руку, повела прочь от дома и василиска.

Мирейли обернулась, улыбнулась оставшемуся возле подъезда Леонгарду.

– Пока, – нехорошо ведь уходить, не попрощавшись.

И пусть в ответ лишь равнодушный лёд.

До места ехали на автобусе. Лис спряталась за чёрными стёклами солнцезащитных очков и периодически доставала из сумочки телефон, смотрела, сколько времени.

– Это халтура? – объяснил бы ещё кто, что такое халтура. Но, наверное, что-то не очень хорошее.

– Что? Нет, конечно. Мы с Жайей нашли одного человека, уверяющего, что он много знает о старших Домах Воздушного мира.

– Книгочей?

– Что-то вроде того, хотя в этом мире их называют по-другому. Он согласился встретиться, – девушка передёрнула плечами. – Не знаю, будет от него толк или опять мимо. И то ли Гайлор что-то заподозрил и потому начал без конца дёргать по любой ерунде, то ли Леонгард и теперь прикидывает, как бы это использовать, – Лис бросила взгляд в окно и снова достала телефон. Поводила пальцем по экрану и поднесла мобильник к уху. – Привет. Мы почти на месте. Клиент?.. Что?.. Ладно. Пока.

Иная сунула телефон в сумочку, встала. Значит, приехали. Мирейли тоже поднялась. Автобус остановился, открыл двери, выпуская пассажиров. На улице Лис взяла дриаду под руку, направилась от остановки к пешеходному переходу.

– Правила помнишь?

Конечно.

– Ирвина не знаешь, не заговариваешь с ним и даже в его сторону не смотришь. Поздороваешься с клиентом и всё, молчи и улыбайся.

– Я помню.

На другой стороне улицы кафе с крупной мигающей вывеской над окном во всю стену.

– Ирвин сказал, клиент выглядит несколько иначе, чем мы представляли, – девушка подошла к кафе, распахнула дверь, звякнув колокольчиком над входом. – Сейчас увидим.

Небольшой, украшенный пушистыми зелёными гирляндами и красными бантиками зал, пропитанный запахом кофе и яичницы. Столики вдоль окна, напротив длинная стойка бара. Людей мало, но взгляд сам зацепился за сидящего за стойкой высокого молодого человека с коротко остриженными тёмно-каштановыми волосами. Хотелось улыбнуться и сказать «Привет», но нельзя. Надо помнить о правилах.

Лис сняла очки, осмотрела зал, даже не задержавшись на Ирвине. Принц лишь через плечо покосился равнодушно на девушек и вернулся к своему кофе. Зато из-за одного из столиков поднялся невысокий круглый человек, махнул неуверенно рукой, привлекая внимание.

– Это он? – спросила Мирейли шёпотом.

– Наверное, – в голосе иной удивление.

– Не такой?

Лис приблизилась к столику.

– Мэдди Элисия Фокс? – уточнил человек. – Мерл Берд. Вы договаривались о встрече со мной. Понимаю, вы ожидали увидеть кого-то постарше… лет на тридцать… и посолиднее, но уверяю, вы можете не сомневаться в моей квалификации. А это ваша… – он посмотрел растерянно на дриаду.

– Мира Райли, моя подруга, – представила девушка.

– Здравствуйте, – поприветствовать и улыбнуться.

– Очень рад. Вы присаживайтесь. Закажете что-нибудь?

– Капучино, – Лис села и указала Мирейли на соседний стул. – Мир, только чай или поешь?

– Поем.

– Пожалуйста, – человек передал меню и жестом подозвал официантку.

– Благодарю.

В затянутом в пластик меню на один лист нет ничего интересного, но яичница пахла вкусно. Пусть она и будет. С помидорами, сыром и гренками.

И зелёный чай.

– Вас интересуют старшие Дома в целом или конкретный Дом? – начал Мерл после ухода принявшей заказ официантки.

– Конкретный. Даже два конкретных. Плющ и Клён.

– Сильфы и саламандры? Хорошо. Необычный выбор, я бы сказал.

– И что в нём необычного?

– Знаете, у сильфов не принято проявлять сильные эмоции, тем более на людях… то есть при посторонних, а саламандры, наоборот, не склонны скрывать свои чувства… поэтому представители Дома Плюща Клён скорее терпят, а представители Клёна… так скажем, открыто презирают Плющ.

– В чём же причина?

– Что-то произошло много веков назад… Мне надо уточнить, что именно.

Круглый.

Круглое тело, которому мешковатая чёрная одежда только добавляла объёма. Круглое лицо с карими глазами. Растерянный взгляд метался между Лис, Мирейли и пустой чашкой на столе и от охватившей человека неуверенности и напряжения почему-то чесался нос. И бледный отсвет на ауре. Видящий, маг, ведун. Но слишком слабый, едва ощутимый.

Официантка принесла кофе и чай, расставила и ушла.

– Мерл, мне нужна полная информация о Клёне и Плюще, всё, что можно найти в условиях нашего мира в обход длинных рук Департамента, – заговорила Лис негромко. – Любая мелочь, любая ерунда, вплоть до детских шалостей их отпрысков и предпочтений в спальне. Если вы готовы её предоставить, то оплата будет соответствующей. Если речь пойдёт об общих сведениях, изложенных в старых книгах Деревянного мира, то лучше скажите об этом сразу. Не люблю, когда всё затевается исключительно ради вытягивания лишних денег из нанимателя.

Побледнел. Нотка страха ущипнула неприятно. Странный человек – боится хрупкой девушки.

– Я… – Мерл сглотнул, с усилием заставляя себя сидеть относительно спокойно. – Мэдди Фокс, когда я говорил, что у меня хорошая библиотека, я не обманывал и не преувеличивал. Кто-то видит, а я… я слышу ровно столько, сколько себя помню. Слышу книги. Они… беседуют со мной и рассказывают то, что скрыто между строчками. Книги могут поведать о том, о чём не всегда удаётся прочесть… потому что книги открываются не всем. А я могу заглянуть чуть глубже… действительно могу.

Минуту иная молчала и просто смотрела на Мерла, внимательно, оценивающе. Затем откинулась на спинку стула, улыбнулась.

– Что ж, думаю, договоримся. Когда вы будете готовы поделиться нужными сведениями?

Человек выдохнул едва заметно – наверняка с большим облегчением.

– Завтра, – Мерл достал из-под стола потрёпанный чёрный рюкзак, выудил оттуда ручку и блокнот, торопливо что-то написал, вырвал листок и положил на столешницу. – Вы сможете подъехать завтра по этому адресу? Часам к пяти, скажем?

Лис взяла бумажку, глянула на угловатые кривые буквы.

– Да, конечно, без проблем.

– Отлично, – человек оставил возле своей чашки мятую купюру, поднялся. – Тогда до завтра. И… – на круглых щеках вспыхнул вдруг румянец. – Не подумайте, что я критикую вашу… то есть вы красивая девушка и ваше платье… вам идёт. И платье тоже красивое, но… Не могли бы вы завтра одеться… как-нибудь попроще?

– Простите? – вскинула брови иная.

– Я вовсе не имею в виду ничего плохого, просто… просто я живу не один и моя мама… не поймёт, если ко мне придёт девушка, одетая не как студентка или что-то вроде того…

– Понятно, – перебила Лис. – Учту. До завтра.

– До завтра, – нервно кивнул Мерл, глянул на Мирейли и, забросив рюкзак на спину, направился к выходу.

Звякнул колокольчик. Официантка принесла яичницу, забрала пустую чашку и деньги. Следом на освободившийся стул сел Ирвин.

– Сколько ему лет? – полюбопытствовал принц насмешливо. – Надеюсь, хотя бы школу он закончил?

– Какая разница? Если он оправдает свои рекомендации, то мне всё равно, сколько этому парню лет и успел ли он окончить школу, – Лис насыпала в капучино сахар из пакетика, помешала.

– А мне он понравился. Забавный, – и новый мир интересно изучать.

И ещё он сам сказал, что не видит, как люди-ведуны, а слышит. Получается, он не видящий, а слышащий?

– Вы завтра снова встречаетесь? – уточнил Ирвин.

– Да. У него дома, судя по тому, что он не хочет травмировать психику мамы непотребным внешним видом гостьи.

– Лис, а мне с тобой можно? Можно? – важно напроситься заранее, в последний момент могут уже и не взять с собой.

– Если хочешь, – пожала плечами девушка. – Только зачем?

– Он сказал, что книги с ним разговаривают! Представляешь? – с ней книги не разговаривают. Вот совсем!

– Мир, не стоит понимать его слова так буквально, – возразила иная. – Скорее всего, он одарён, но в силу низкого уровня просто воспринимает окружающий мир более чутко, а поскольку я подозреваю, что книги и есть весь его мир, то…

То есть книги не разговаривают с круглым человеком? И он не слышащий? Нет, это Лис ничего не понимает, а Мирейли уверена, что даже если железные автомобили поют свою песнь, то почему книги не могут говорить?

 

– – –

 

Немилосердно искрящийся на солнце белый снег слепил глаза. А уж с учётом того, какой простор открывался вокруг, то и вовсе хотелось натянуть меховую шапку на самый нос.

Озеро находилось за городом и, по рассказам Ядвиги, являлось местом паломничества брийского высокородного общества круглый год. Летом здесь купались и плавали на лодках, осенью охотились в раскинувшемся на другом берегу лесу, весной, когда природа уже щеголяла в нежном наряде свежей зелени, но вода ещё оставалась холодной, особенно для трепетных леди, выезжали на пикники. Ну а зимой на скованном толщей льда озере катались на коньках и на санях, играли в снежки и строили снежные крепости, в общем, развлекались как могли.

Ещё я поняла, что хочу домой, в родное королевство. Вот прямо сейчас. Потому что во Флорансии таких морозов трескучих не бывает, разве что в совсем плохую зиму. Бр-р!

– У тебя нос посинел, – сообщила Лоури, пока мы, стоя втроём на пригорке, обозревали кажущуюся бескрайней озерную гладь, у берега заполненную радостно мельтешащими человеческими фигурами.

– Сейчас я вся тут посинею, – мрачно предрекла я, зарывшись подбородком в пушистый воротник шубы.

– Что, тяжело без личного подогрева? – хмыкнула подруга. – Добро пожаловать к нам, простым мёрзнущим смертным.

Да-а, пока я не вышла сегодня из дома, я и не подозревала, насколько в Брийске холодно и насколько меня согревал мой огонь. Но после вчерашнего сила, вероятно, действительно успокоилась и перестала ощущаться так резко, как было с момента прилёта в княжество. С одной стороны, хорошо – находиться в постоянном напряжении тяжеловато и выматывало основательно, а с другой… харр побери, не лето всё ж таки, как правильно Ханна подметила!

– Подвигаться попробуйте, авось поможет, – ехидно посоветовала Ядвига.

Позади нас княгиня разъясняла моей маме особенности зимних брийских развлечений, Ханна под шумок успела сбежать на поиски своих друзей. На берегу раскинулось несколько шатров с жаровнями внутри, где участники прогулки могли выпить горячего глинтвейна и погреться.

Ядвига обернулась и дёрнула меня за рукав.

– Александр идёт.

И радость нам несёт.

Хотя это вряд ли.

Сопровождаемый свитой, князь подошёл сначала к Жемме и моей маме, поздоровался, выразил почтение и, судя по заметно оживившейся родительнице, сказал ещё много слов, тронувших мамину душу, измученную ожиданием достойного зятя номер два. Затем направился к нам. Лоури и княжна присели в реверансах, я ограничилась приветственным кивком. Да и не сказать, что удобно приседать в таком количестве одежды.

– Ваше высочество. Кузина. Леди Каслрент.

– Ваша милость, – любезно, хотя и с некоторым трудом улыбнулась я.

– Счастлив видеть вас здесь, – заверил Александр и подал руку.

Я ухватилась, и мы двинулись к спуску на берег. Свита почтительно приотстала.

– Благодарю за цветы, Ваша милость. И за слова.

– На самом деле этот букет предназначался для передачи ещё одного послания.

– Да? И в чём же оно заключалось?

Неожиданно князь склонился ко мне и заговорщицки прошептал:

– Не забудьте вернуть мой мундир.

Что? Какой ещё… О-о, точно, я же так и уехала в чужой одёжке! А куда я мундир дома дела? Вот… пекло ядра, не помню! Всё время думала о Трее и Виолетте и даже как переодевалась, припоминалось довольно смутно.

– Я пошутил, – со вздохом пояснил Александр.

– Что? А… – растерялась я. – Простите.

– За что?

– Ну… – не нукать! Хорошо, мама с княгиней осталась среди свиты, держащейся на несколько шагов позади, и ничего не слышит, а то ждала бы меня по возвращению домой лекция на тему непозволительных в приличном обществе слов. И нагоняй за неумение вести светскую беседу.

Шелест ветра словно вздох, далёкий, печальный… зовущий. Я огляделась, но заиндевевшие в прозрачном морозном воздухе ветви деревьев были совершенно неподвижны. И вообще никакого ветерка не наблюдалось и в помине.

– Вы что-то видите? – спросил князь.

– Что? А, нет, просто… показалось.

Опять сила капризничать изволит? Нет, спит себе спокойно, даже на постороннего мужчину рядом внимания не обращает. Странно.

Мы спустились по пологому, уже истоптанному вдоль и поперёк склону, вышли на прибрежную полосу, заполненную прогуливающимся народом.

– Что вы предпочитаете: коньки, сани или, быть может, снежки?

Представляю пособие для начинающих – «Принцесса на льду: как проехать три метра и не опозориться на полконтинента».

– Сани, – быстро выбрала я.

– Прекрасно, – одобрил Александр и обернулся к свите.

От группы сопровождения отделился светловолосый молодой человек, выслушал монаршие распоряжения и, поклонившись, отправился их выполнять. К нам приблизилась Ядвига.

– Не уделите ли мне минуту, кузен? – и, не дожидаясь согласия, продолжила: – Господину Пэттену удалось найти ещё какие-нибудь следы, кроме присланного мне образца?

– Нет, – сухо ответил князь. – Но расследование только началось и…

– Кто будет возглавлять расследование такого рода? – непочтительно перебила девушка. – Начальник охраны замка? Главнокомандующий брийской армией? Или один из ваших адъютантов?

– Обычно в таких случаях вызывают ведунов, – осторожно добавила я. В большинстве нормальных королевств.

– Я вызвал лорда Данмара, – немного резковато заявил Александр.

– И что милорд ответил? – полюбопытствовала Ядвига.

– Лорд Данмар на связь ещё не выходил.

Мелодично перезванивая бубенчиками, неподалёку остановились сани, запряженные тройкой белых лошадей. Наверное, чтобы на местности не выделялись. Князь поспешил воспользоваться возможностью закончить явно неприятный ему разговор и увлёк меня к саням. Помог подняться, сел рядом, заботливо укутал меня в меховую полость. Я поймала донельзя счастливый мамин взгляд. Боги, ощущение такое, что Александр как минимум уже собрался мне предложение делать, а как максимум у нас свадьба через неделю. Во всяком случае, если судить по выражению лица родительницы.

– Трогай! – крикнул князь, и тройка неторопливо покатила по наезженной колее прочь от берега.

Мы с Александром остались наедине, не считая, разумеется, сидящего впереди возницы и лошадей. Конечно, сани делали небольшой круг по озеру и возвращались, да и сейчас заснеженную гладь рассекали ещё две тройки, но всё равно как-то… неуютно стало. Потому что князь не слепой, не глухой и вчера не мог не заметить, что бросила я его посреди вальса ради другого мужчины. А Ядвига упоминала, что требования к моральным принципам у родственника о-очень высокие и пока что ни одна кандидатка в невесты до них не допрыгнула, куда уж сумасшедшей выпускнице лирского корпуса.

– Позволите называть вас Лиина? – внезапно решил сократить дистанцию Александр. – Естественно, когда мы наедине.

– Конечно, – да пожалуйста, мне не жалко. – А мне называть вас просто Александр?

– Если пожелаете.

Вот благодать-то свалилась!

Дыхание у уха, тихое, скользящее. Хотя шапка на уши натянута плотно, и князь сидел рядом, однако придвинуться вплотную не пытался и вообще с торжественно-сосредоточенным выражением задумчивого лица смотрел в сверкающую серебром даль.

И что это? Ой!

Так, или я схожу с ума по-настоящему, или кто-то меня зовёт. Телепатически. Только немного странно, ведь телепатический контакт предполагает передачу чётко построенных, пусть и произнесённых мысленно фраз, но никак не ощущений, тем более размытых. И кто это может быть? Где этот кто-то находится? И что делать? Попробовать ответить?

Глубокий вдох и выдох.

«Привет».

Ничего. Скрипели полозья по снегу, звенели бубенчики и с тройки, движущейся параллельно нашей, доносились радостные выкрики.

– Возможно, мои дальнейшие вопросы вызовут у вас негодование, возмущение или чувство неловкости, однако я не вижу смысла тратить время, своё и ваше, без веской на то причины, – заговорил Александр. – Уверен, кузина Ядвига рассказала вам о моих невестах и о том, чем закончились все смотрины. Со своей стороны отмечу, что и мне известно о довольно неожиданном расторжении вашей многолетней помолвки с Его высочеством Ирвином Лирским.

Щекочущее тепло в груди. Не моё – неведомого «собеседника». Похоже, меня услышали и теперь с детской непосредственностью радовались незатейливому этому факту.

– Его величество Эрвайн Пятый тщательно скрывает истинные причины разрыва столь давнего и казавшегося многим нерушимым союза, но уже ни для кого не секрет, что его единственный сын и наследник сбежал.

«Привет! Где ты?»

– По слухам, Его высочество увлёкся иномирянкой, причём настолько, что оставил ради этой девушки дом и корону. Говорят, что и мир тоже.

Новый печальный вздох переплёлся с перезвоном. Это значит далеко или как?

– Согласно официальной версии, предоставленной Лирой и полностью подтверждённой Флорансией, причиной расторжения помолвки явилось отсутствие у вас и Его высочества каких-либо нежных чувств друг к другу. Разумеется, все прекрасно понимают, что брачные союзы между Домами не расторгаются по столь несущественным причинам.

О ноги словно потёрлись пушистым боком и сразу коснулись лица легчайшим дуновением ветерка, будто приглашая последовать за ним.

– Есть и те, кто утверждает, что причина кроется в вас. Не могу сказать, что мне не любопытно узнать правду, однако позвольте быть с вами откровенным: мне нужна жена, а моей стране – наследник. Более того, мне нужна не просто достойная благонравная женщина, которая станет моей супругой, моей княгиней и матерью моих детей. Мне нужна женщина, способная передать моим… нашим детям дар. Способность видеть больше, чем доступно многим, мне в том числе. Способность действовать иначе, защитить себя и свою страну. Способность понимать, о чём говорят придворные ведуны. Ваш Дом стар и почтенен, ваше королевство хоть и невелико, но процветает, вы молоды, красивы и одарены, и я готов смириться с… Лиина, вы меня слышите?

Куда? На другом берегу поднимались тёмные ели, и почему-то появилась чёткая уверенность, что мне надо туда.

– Лиина, что с вами?

Слышу, положим. Только не вслушиваюсь особо. И чего Его милость хочет?

– Со мной? Ничего, – как можно безмятежнее улыбнулась я. – Холодно только очень.

– Вы замёрзли? – обеспокоился Александр и повысил голос, обращаясь к вознице: – Поворачивай назад.

– Слушаюсь, Ваша милость, – откликнулся тот, и сани, замедлив ход, начали по дуге поворачивать к берегу.

Я осторожно оглянулась на еловый бор. И кто там зовёт меня? Пока ясно лишь, что не человек – людям вообще тяжело передавать «собеседнику» именно ощущения, даже эмпатам, мы слишком привыкли думать.

В спину толкнулось сопение, обиженное, недоумевающее.

«Я приду. Обязательно. Только попозже, сейчас не могу».

И к кому я собираюсь пойти, спрашивается?

– Уверен, вы что-то заметили, – констатировал князь.

– А… в том лесу нежить встречается? – на всякий случай уточнила я.

– Редко. А почему вы спрашиваете?

– Да так… ведунское любопытство.

Сани объехали расчищенный прямоугольник катка и остановились у кромки берега.

– Я не настаиваю на немедленном принятии решения с вашей стороны, – негромко произнёс Александр.

О чём это он? А-а, о своём почти что предложении руки и княжества. Романтично, аж слов приличных нет. Понимаю, принцессам рассчитывать на романтику не приходится, на кого венценосные родители укажут, за того и пойдёшь как миленькая, но вот так сразу, на второй день…

– Моя мама… – начала я.

– Леди Паррин, несомненно, прекрасная женщина и любящая мать, но в её глазах я вижу плохо скрываемое желание выдать вас замуж немедленно и любой ценой, – перебил князь. – Если мы с вами придём к соглашению, которое устроит нас обоих, я, разумеется, поговорю с леди Паррин, свяжусь с вашим братом и только затем сделаю официальное объявление, но прежде я хочу знать ваш ответ. Вы не похожи на ваших предшественниц, нет в вас ни алчного стремления во что бы то ни стало надеть на мужчину обручальный браслет, ни полного равнодушия к происходящему, какое бывает у тех, кто полностью покорен родительской воле и не имеет собственного мнения. Вы, к счастью, уже не столь юны, чтобы делить мир лишь на чёрное и белое, не различая оттенков. И вы первая принцесса-ведунья, с которой мне довелось встретиться, – Александр сдержанно улыбнулся. – Но довольно о низменном, у нас ещё будет возможность обсудить всё подробнее.

Князь выбрался из саней, подал руку мне. Несколько поредевшая свита героически бдела в сторонке, хорошо хоть, мамы там уже не было – наверное, Жемма куда-то увела. Из ближайшего к месту высадки шатра вышли с кружками Лоури, Ханна и Рэйфилд Арнауд, темноволосый молодой лорд и кавалер Ханны.

– Благодарю, Ваша милость, – кажется, только что я услышала самый странный комплимент в своей жизни. Если, конечно, считать сей монолог за комплимент. – Прошу меня извинить.

И я спешно ретировалась к подруге.

– Как покатались? – осведомилась Лоури.

– Странно покатались, – призналась я. В довершение конечности замёрзли окончательно, я пошевелила пальцами рук и скривилась. Рэйфилд с сочувственной улыбкой протянул мне свою кружку. – Спасибо, – куда искренней поблагодарила я и обхватила горячую тару ладонями. Поднимающийся над вином пар приятно щекотал нос ароматом пряностей. – Ханна, за во-он тем лесом никаких странностей не водится?

– Например? – уточнила девушка.

– Духи, дриады, лесовики, нежить нулевой степени опасности, – перечислила я. – Может, голоса кто-то слышал, плач или видел в чаще маленьких детей.

– Нет, вроде ничего такого, – пожала плечами Ханна. – Даже если кто и водился, то всех давно разогнали.

– Кто разогнал?

– Ну, не то чтобы лично мы… мама таких развлечений не одобряет… никто из старших не одобряет, но почти все всё равно тайком бегают, – как-то туманно начала Ханна.

– Здесь что, оргии проводятся? – удивилась Лоури.

– Когда тепло, бывают и оргии. Ну, по крайней мере, так мне говорили. А в основном гоняют здесь.

Мы с Лоури недоумённо переглянулись и Рэйфилд пояснил:

– Иногда на лошадях, но чаще – на «звёздах».

Мы переглянулись снова и уже понимающе. Империя один из крупнейших среднеконтинентальных производителей ведунского транспорта и именно союз первым начал массово выпускать «звёзды» со специальным пазом под ключ-кристалл, благодаря которому управлять ею мог любой неодарённый человек. До границы здесь рукой подать, а чёрному рынку на большую политику плевать, в общем-то, и пока есть спрос, будет и предложение.

– И часто гоняют? – поинтересовалась я.

– Зависит от погоды, – отозвался Рэйфилд. – Но сейчас ясно, безветренно, так что наверняка практически каждую ночь.

– И сегодня?

– Могу узнать.

– Было бы здорово, – я сделала глоток глинтвейна, через плечо покосилась на полосу леса и повернулась к Ханне. – Княгиня не одобряет, понимаю, но она ведь не будет против, если вы с Вив проведёте, так скажем, небольшую ознакомительную экскурсию для гостей? Естественно, мы только посмотрим, никаких опасных для жизни гонок.

– О, думаю, против экскурсии для дорогих гостей мама возражать не будет, – лукаво улыбнулась Ханна.

 

– – –

 

Во времена учёбы в корпусе тайными гонками на «звёздах» увлекались, наверное, практически все адепты. Однако после выпуска мало кто продолжал испытывать собственный транспорт на прочность. Имея свою «звезду», летать на ней по делам, скорее всего, придётся часто, а ещё регулярно заряжать накопительные кристаллы, раз в год обязательно проводить полный технический осмотр и время от времени оплачивать услуги мастеров кристаллов, поскольку даже работающие на магии предметы могут сломаться в самый неожиданный момент. Впрочем, ведунов среди жаждавшей острых ощущений брийской молодёжи толком не было, позволить себе нелегально купить «звезду» мог только человек состоятельный, и потому отношение было соответствующее: загоним эту – приобретём другую.

Поздним вечером, плавно перетекающим в ночь, мороз окреп, из кусачего превратившись в норовящего отгрызть какую-нибудь часть тела, опрометчиво выставленную из вороха тёплой одежды. Но, похоже, собравшихся на том же берегу озера холод волновал в последнюю очередь. Вокруг, разумеется, исключительно молодёжь, леди в большинстве своём в плотных штанах и, не стесняясь, прыгали и пританцовывали на месте в попытке согреться. В воздухе вибрировал неутихающий рокот «звёзд», по озерной глади тянулась «дорога», отмеченная воткнутыми в снег горящими факелами. Искомый лес сливался с темнотой ночи, разбавленной лишь бледным льдистым светом полумесяца и россыпи крупных звёзд.

– Вот за это я и ненавижу Данмара, – хмуро заметила Ядвига.

– За оргии? – предположила Лоури.

– Ключ для «звезды» – это его изобретение.

– Да? – удивилась я. – Разве это не кто-то с вестральского корпуса придумал?

– С вестральского, – подтвердила княжна. – И этот кто-то – Мортон Данмар. Тогда он ещё в нём состоял.

– И что случилось? – решила уточнить я.

– Как он сам уверял, разошлись с советом корпуса во взглядах на методы работы. Данмар перебрался из Вестральского княжества в наше, и Александр, узнав об этом, немедленно предложил ему должность старшего и на тот момент единственного придворного ведуна. Полагаю, Данмару было больше некуда податься, и он согласился. Правда, после нескольких неудачных экспериментов, один из которых едва не закончился взрывом княжеского замка и половины столицы за компанию, Александр выслал Данмара в Герре, поближе к западной границе, и нашёл господина Пэттена из лидийского корпуса. Он огневик, не слишком силён и немолод, но, по крайней мере, без претензий и взорвать работодателя не пытается.

– А тебе князь сию должность почётную не предлагал? – полюбопытствовала Лоури.

– Нет. Я родственница, да к тому же девушка, а Александр не хотел портить мои шансы на удачное замужество фактом наличия у меня работы.

– Да, работающая девица на выданье – это страшно, – насмешливо протянула подруга. – Как она смеет заниматься чем-то ещё, кроме вышивки?

Вполне ожидаемо я не заметила среди собравшихся ни Трея, ни Виолетту – демону такие вещи неинтересны в принципе, а Виолетта не походила на искательницу острых ощущений. Хотя я и днём их, как ни старалась, не высмотрела. Или они не все светские мероприятия посещают? Или другие дела нашлись?

– Княжна Алесская! Какой неожиданный, но, вне всякого сомнения, приятный сюрприз!

Ядвига раздражённо возвела глаза к чёрному небу, мы же с Лоури обернулись на мужской голос. Молодой человек, темноволосый и светлоглазый, точнее в неверном свете факелов и фонарей не скажешь. Несмотря на мороз, куртка на меху расстёгнута наполовину, открывая белый свитер и кое-как обмотанный вокруг шеи шарф. Шапкой незнакомец доблестно пренебрёг.

– Ваше высочество, – молодой человек поклонился, однако, будь мы сейчас во дворце или княжеском замке, такой небрежный поклон впору было бы посчитать за оскорбительный. – Не имел ещё чести быть представленным Вашему высочеству…

– Лорд Таллун Катлер, – резко обернулась Ядвига. – Мот, игрок, бабник и охотник за приданым.

– Княжна забыла упомянуть, что ещё я чрезвычайно обаятелен, – невозмутимо добавил Таллун.

– И скромен сверх меры, – пробормотала Лоури.

– Несомненно, – не смутился парень. – Княжна, вы участвуете, делаете ставки или, быть может, наконец-то решили поддержать некоего счастливчика?

– Ничего из твоего списка, – возразила Ядвига.

– Жаль, – без малейшего сожаления вздохнул Таллун. – А Ваше высочество? Не желаете сделать ставку или одарить кого-то из участников знаком вашего расположения?

Шапку презентовать, что ли? А вот и не отдам, самой нужна!

– Я, например, участвую, – многозначительно намекнул парень.

– Надеешься победить на своих двоих? – «изумилась» Ядвига.

– У меня есть «звезда».

– Давно ли?

– Выиграл у одного растяпы на прошлой неделе.

– Ты ею хотя бы управлять умеешь?

– Что там уметь? – презрительно хмыкнул Таллун. – Вверх-вниз, вперёд-назад. Ничего такого, чего бы я не знал и не умел.

Я глянула на расчерченную факелами «трассу». Она тянулась от этого берега, но до противоположного не доходила, примерно на середине озера резко забирая влево. Плохо, конечно, что ночь, однако днём вырваться сюда под благовидным предлогом было бы затруднительней, а так мы сослались на очередной светский раут, по несчастливому стечению обстоятельств начинавшийся слишком поздно, заверили маму, что княгиня всё одобрила и вообще, Лоури и Ядвига почти что старые девы и могут сойти за компаньонок. Внепланово мчаться куда-то на сон грядущий маме явно не хотелось и, на всякий случай уточнив достоверность информации у Жеммы, родительница меня отпустила, перед уходом зачитав длинный перечень того, что мне надлежит не делать ни под каким видом и чего избегать. О гонках на «звёздах» там не было ни слова.

– Участвую, – заявила я.

 

 

Глава 3

 

На меня уставились все: Таллун недоверчиво, Лоури недоумённо, Ядвига ошалело. И что тут такого?

– Ваше высочество уверены? – осторожно уточнил парень.

– Более чем, – подтвердила я. – Надеюсь, заранее подавать заявку на участие не надо?

– Э-э… нет. Я сообщу о вашем участии, – отозвался Таллун и отошёл.

– Ли-и, – прошипела княжна. – Ты на чём участвовать собралась?

– Мы же прилетели на двух «звёздах», – напомнила я. – Возьму вторую, – вряд ли Ядвига горит желанием одалживать свою.

– Если ты её разобьёшь, на чём мы обратно полетим? На одной вчетвером уместимся, как во времена ученических экспериментов? – поинтересовалась Лоури. – Если что, я на хвост больше не сяду.

– Почему сразу разобью? – возмутилась я. Добрая подруга, нечего сказать! Я огляделась и понизила голос: – Я вообще не собираюсь гонять. Долечу потихоньку до поворота, там все пойдут дальше по маршруту, а я напрямую до леса. Потом вернусь, благо на свет и шум легко ориентироваться.

– Одна? – уточнила княжна.

– Да, – думает, не справлюсь?

– Я с тобой.

– Вдвоём? – повторила Лоури. – Кто поставит на «звезду» с двойным весом?

– И не надо, – фыркнула Ядвига. – Возьмём мою.

– А я?

– А ты останешься с Ханной и Рэйфом, – княжна направилась к нашим «звёздам», оставленным под деревьями.

– Понятно. Всё самое интересное – и без меня, – вздохнула подруга и повернулась ко мне. – Не боишься? Мало ли кто тебя звал…

– У меня такое ощущение, будто я его знаю, – хотя не понимаю, откуда. Но навязчивое чувство, что я с этим загадочным существом уже знакома, преследовало весь остаток дня. Оно не просто позвало, оно меня именно узнало. Услышало или ощутило, однако опять же неясно как, на таком-то расстоянии.

Участники гонок собирались на старте – метрах в трёх над катком. Скользя низко, по самому снегу, подлетела «звезда» Ядвиги. Девушка передвинулась назад, я, откинув полы пальто, заняла водительское место спереди, и мы торжественно влились в ряды участников, породив небольшой ажиотаж. Теперь на нас таращились вообще все присутствующие, удивлённые и недоверчивые шепотки доносились со всех сторон и только уже оседлавший свой трофейный транспорт Таллун поглядывал с интересом. К тому же, осмотревшись, я поняла, что мы с княжной единственные дамы среди участвующих. Заметив среди зрителей на берегу Лоури, Ханну и Рэйфилда, я помахала им рукой. Ханна отчаянно жестикулировала, вероятно, пытаясь донести до сестры какую-то мысль, однако в ответ Ядвига показала младшенькой кулак.

– На ста-а-арт! – перекрывая общий гомон и рокот, раздался чей-то зычный окрик.

«Звёзды» поднялись выше, выровнялись, выстраиваясь в одну линию. Почему-то справа обнаружился откровенно ухмыляющийся Таллун, а слева паренёк, со священным ужасом косящийся на меня.

– Боятся, – слегка наклонившись к нам, пояснил Таллун.

– Меня? – изумилась я.

– Задеть вас.

– Честно здесь не играют, – хмуро добавила Ядвига. – И если во время полёта что-то случится с тобой, даже неумышленно, кузен сразу перестанет закрывать глаза на местные сборища.

– Но ведь ничего не случится, правда? – изобразила я наивную дурочку.

– С вами – нет, – заверил Таллун. – Тем более у вас, – насмешливый взгляд на княжну, – небольшой перегруз.

Что означает неизбежную потерю скорости и дополнительный расход энергии, приводящий к тому, что наша «звезда» выдохнется быстрее, чем транспорт с одним седоком. Хотя это так мило – рассказывать про основы полётов на «звезде» адептке ведунского корпуса.

– Внимание-е!

– О, не стоит беспокоиться, милорд Катлер. Не думаю, что две хрупкие леди могут весить много больше одного взрослого мужчины, – откликнулась я и пригнулась к рулю. Ядвига сцепила руки на моей талии.

– Ма-а-арш!!

«Звёзды» сорвались с линии старта общей кучей, несколько секунд держались вместе, оглушая рокотом, а затем начали стремительно рассеиваться. Кто-то пошёл вверх, кто-то вниз, кто-то сумел сразу выбиться в лидеры, хотя как надолго – пока неясно. Я опустила транспорт ниже основного потока участников, прибавила скорости, поглядывая на мелькающие под нами огни факелов. Бьющий в лицо ветер колол щёки, пытался забраться под воротник пальто. Большая часть гонщиков вырвалась вперёд, иногда «звёзды» сталкивались боками, высекая искры из металла. После очередного, оказавшегося слишком сильным толчка один незадачливый участник выбыл из соревнования, по косой спланировав куда-то в сторону. Серебристая масса приблизилась к повороту, ловкие и удачливые вписывались в него красиво и летели себе дальше, не столь умелые или промахивались, или аппарат заносило. Правильно, а умные на повороте скорость сбрасывают. Хоть мы поворачивать не собирались, я всё равно притормозила, пережидая, пока все пролетят, дальше по маршруту или вниз в сугробы – по ситуации. Шум постепенно стих, лишь снизу доносились охи, кряхтение и ругательства выбывших. Ну вот, теперь можно подняться повыше и лететь побыстрее.

Остановилась я на опушке, прямо перед еловыми лапами. Выпрямилась, огляделась. На противоположном берегу мерцали огни, гонщики скрылись из виду, растворившись в темноте. Здесь же тихо и… тревожно как-то.

– Вив, подержишь?

– Ага.

Передав контроль за «звездой» девушке, я постаралась отбросить посторонние мысли и позвать неведомое существо.

«Привет! Я вернулась, как и обещала».

Вновь ощущение тёплого ветерка, коснувшегося лица, солнечная радость в груди.

«Где ты?»

– Ли? – настороженно окликнула Ядвига.

– Он в лесу, я это точно знаю, – кто бы только объяснил, откуда эта самая непробиваемая уверенность взялась.

– Далеко?

Ветерок усилился, настойчиво приглашая следовать за ним.

– Вроде нет… наверное.

– Всё равно лучше верхом, – предложила княжна, и «звезда» послушно взмыла к еловым макушкам.

– Александр упоминал, что нежить тут встречается редко, тем более зимой многие виды впадают в спячку или мигрируют в края потеплее.

– Что вовсе не означает, что единственные неспящие в этом бору мы да твой неизвестный друг.

Ядвига направила транспорт над лесом, я внимательно прислушивалась к ощущениям, своим и «собеседника». Летели мы неторопливо и, странное дело, существо даже не пыталось скорректировать маршрут.

«Эй, а мы хотя бы туда летим?»

Печальный вздох. И к чему это?

– Ли! – девушка внезапно прибавила скорость.

А-а? О-о… ого!

Тёмный покров под нами пересекала полоса поваленных деревьев. «Звезда» снизилась, я создала шарик голубого огня, осветивший запорошенные снегом лапы и торчащие из сугробов раздробленные стволы. Не похоже, чтобы их срубили… скорее могучие вековые ели снесло нечто при падении. На этой неделе ясно, солнечно, снег не шёл, значит, упало это нечто не вчера и не позавчера. И размера оно не маленького, судя по ширине просеки.

– Воздушный корабль? – изумлённо предположила Ядвига.

Корабль? Но от воздушного корабля при крушении в любом случае остались бы обломки… Ой! Ой-ё!

– Вив, полетели, скорее, – поторопила я княжну.

Потому что я знаю только один воздушный корабль, умеющий общаться!

О том, где он находится, мы догадались исключительно по закончившейся просеке. Снежный покров надёжно укутал огромное серебристо-серое тело, превратив его в исполинский сугроб, и лишь перед задней частью, где располагался вход в грузовой отсек, обнаружился испещрённый следами пяточек. Человеческими следами. Причём дальше они никуда не вели, словно оставивший их человек появился из ниоткуда… или прилетел на «звезде».

Сделав круг над кораблём, «звезда» зависла над пяточком и, пока Ядвига, свесившись с транспорта, изучала следы в свете моего огонька, трап опустился, дыхнул теплом. Девушка вздрогнула.

– Что это? – напряжённо спросила княжна.

– Аддаи, или Адди. Живой корабль.

– Тот самый? Что он здесь делает? Помнится, ты рассказывала, что на нём летала демонесса Иоселин с командой.

Хороший вопрос. А с учётом наличия просеки как свидетельства принудительной посадки – в ответе хорошего будет мало.

Я махнула рукой в сторону трапа, и «звезда» юркнула внутрь. Трап сразу поднялся, одновременно включился свет. Транспорт опустился на пол, я деактивировала огонёк и слезла первой, осмотрелась. Раньше в этой части стояли принадлежавшие команде Ио «звёзды» и ещё «комета». Сейчас пусто, на металлическом полу какой-то мусор и ремни, прежде удерживавшие транспорт на месте.

– По-моему, тут никого нет, – заметила Ядвига.

И куда все делись? Конечно, Виг последние месяцы был с семьёй, но если бы что-то случилось, он бы знал, наверное… и сказал… или не сказал. Мне, по крайней мере. Вокруг меня же на цыпочках ходили, боясь лишний раз потревожить бедную брошенную принцессу.

Я сняла перчатки и шапку, пристроила вещи на сиденье «звезды» и приблизилась к стене. Положила ладонь на неровную чёрную поверхность, ощущая обволакивающее со всех сторон тепло.

«Прости, что не узнала сразу. Я скучала».

Стена под ладонью дрогнула, тепло словно наполнилось довольным кошачьим мурчанием.

«Моя подруга Ядвига, – представила я княжну. – Адди, что произошло? Как ты здесь оказался?»

Тепло резко сменилось холодом, под дых что-то ударило, заставив содрогнуться от охватившей всё тело боли. Боли, ослепляющей до потери контроля, до отчаянных попыток удержаться. Не получается, не выходит, пальцы цеплялись за пустоту, но собственное странно отяжелевшее, беспомощное тело неумолимо тянуло вниз. Падение казалось бесконечным, будто в кошмарном сне… и снова боль, раз за разом, удар за ударом. Не такая сильная, как первая волна, или это просто оглушённое сознание перестало воспринимать её столь остро?

– Ли? Ли!

Голос Ядвиги звучал где-то далеко-далеко, а здесь и сейчас было покалеченное неподвижное тело и холод одиночества, страха. И зов. Единственный лучик надежды, что тот, с кем ты связан, услышит и придёт.

– Ли! – встревоженное лицо девушки выступило из липкого тумана.

– Вив? – а я уже на полу сижу, оказывается. По чёрной стене перекатывались бугры. – Адди подбили над Брийском, – хотя не представляю, из какого оружия надо выстрелить, чтобы причинить настолько ощутимый вред железному кораблю. Да и вообще засечь цель, по большей части идущую под невидимостью.

– Кто? – Ядвига помогла мне подняться. – Это ведь живой корабль из мира Огня, или я ошибаюсь?

– Адди полукровка. Наполовину железный, наполовину живой, то есть органический.

Жарковато. Чуть дрожащими пальцами я принялась расстёгивать пальто.

– В любом случае наше оружие не в состоянии подбить в полёте корабль его класса, – озвучила мои мысли княжна. – Или удар был магического происхождения?

Я пожала плечами. Было больно. Очень. И всё.

Ядвига последовала моему примеру и тоже сняла верхнюю одежду. Мы покидали всё на «звезду» и двинулись вглубь корабля.

В следующих помещениях так же пусто, из груза только пара запечатанных деревянных ящиков, стазисные камеры, в которых когда-то перевозили Трея и Лис, исчезли. По лестнице мы поднялись на второй уровень, осмотрели каюты для экипажа. Тесные закутки с узкими кроватями ещё хранили какие-то словно позабытые в спешке мелочи: книгу под подушкой, расчёску на столе, исчёрканные бумажки, ручку. Перебрав бумажки, я почему-то сразу поняла, что эту каюту занимал Кэйд.

– Думаешь, команда по своей воле покинула корабль? – уточнила стоявшая на пороге княжна.

– Во всяком случае, собрались и ушли они сами, а не под конвоем, – сделала вывод я. Хотя бы потому, что редко какой конвой разрешает взять с собой личные вещи. – Но определённо впопыхах, – я положила бумажки на стол, вспомнила переданные Адди ощущения и добавила: – Когда Адди подбили, на борту никого не было. Он летел один.

– Куда?

Куда-то. И корабль позвал кого-то, не сейчас, а когда только упал. Того, с кем связан. Кого?

Мы прошли дальше по коридору до кают-компании, или как там правильно называется помещение для общих сборов. На длинном столе стояли тарелка с хлебными крошками и чашка с остатками кофе. Но Адди находился здесь явно уже не одну неделю, а коричневая лужица на дне относительно свежая, будто кофе пили всего несколько часов назад.

– На борту кто-то бывает, – констатировала Ядвига, критично обозрев посуду, и, поманив меня, покинула каюту.

Вот и мостик, увидеть который в прошлый раз мне так и не удалось. И ничего особенного: небольшое помещение, два чёрных кресла и длинная, от стены до стены, серебристая приборная панель с кнопочками неизвестного назначения. За лобовым стеклом толща снега, на верхней плоской части панели, где нет кнопок, лежали бумаги. Чертежи, записи, причём не на общем языке, а набор загадочных закорючек, лично мне не говоривших ни о чём. И если мысленно сравнить с бумажками из каюты Кэйда, то видно, что почерк другой.

«Тебя кто-то навещает?»

Ощущение запутавшегося в волосах игривого ветерка и лёгкая предвкушающая щекотка по бокам. Не скажет?

– Адди не может передать, кто у него бывает? – спросила Ядвига.

– Не хочет признаваться, – и ведёт себя как ребёнок, пытающийся сделать родителям сюрприз.

– Надо вернуться сюда днём, – решила девушка. – Заново и как следует всё осмотреть и, возможно, днём удастся застать этого человека. Сейчас полетели обратно, пока они там гонки не закончили и не разбрелись по домам.

А без ориентира возвращаться ночью весьма затруднительно.

Мы шагнули было к выходу, но от стены внезапно отделилось чёрное щупальце, скользнуло по полу и обвилось вокруг моей талии, удерживая на месте.

– Эт-то ещё что? – опешила княжна.

– Кажется, Адди хочет, чтобы мы остались, – предположила я и погладила кольцо на талии.

– Скорее он хочет, чтобы осталась ты, – поправила Ядвига.

– Я останусь, – не думаю, что на Адди мне может что-то угрожать, тем более недовольной моим присутствием на борту демонессы здесь нет. И на корабле тепло, кровати есть, даже на выбор, и ведь заварил же неизвестный кофе.

– На всю ночь?

– Да, – что такого? Я же не с мужчиной остаюсь на всю ночь. – А ты вернёшься утром с Ло.

– Твоя мама нам головы оторвёт. Моя, возможно, тоже, – поморщилась девушка. – Лучше я с тобой останусь, пусть Ханне отрывает. Пойду поищу чистый клочок бумаги.

Щупальце сразу отпустило, тепло обдало радостью.

– Ты же это не просто так затеял, – вслух произнесла я, когда Ядвига вышла.

Легонько коснулся ноги когтистой лапкой и тут же отбежал, чтобы спустя мгновение высунуть любопытный носик из-за угла.

Мы нашли чистую бумажку, я написала записку Лоури и Ханне, чтобы девушки не волновались и возвращались домой без нас, Ядвига создала фантомного голубя и, выйдя на опущенный Адди трап, отправила записку с сизой полупрозрачной птицей. Для ночлега я выбрала каюту Кэйда, княжна заняла соседнюю. Адди погасил везде свет, оставив только неяркое рассеянное освещение в коридоре на случай, если нам потребуется прогуляться. Я сняла сапоги на меху, распустила волосы, вытянулась на кровати. Сознание накрыло умиротворяющим плеском набегающих на берег морских волн, тепло и покой укутали одеялом. Глаза закрылись сами… не хочу пока ни о чём думать… и не буду…

Толчок. Резкий, неожиданный, заставивший открыть глаза и настороженно осмотреться. В каюте темно и тихо, но за дверью мне послышать чьи-то шаги. Ядвига?

Я села на кровати, затем встала, на цыпочках приблизилась к створке, на всякий случай прислушалась. Вроде и там тихо.

«Адди?»

Тишина. Я аккуратно открыла вдвигающуюся в стену дверь, высунулась в коридор. Никого, княжны в том числе.

– Адди? – позвала я уже вслух и вышла в коридор. Снова огляделась и… ой!

В конце коридора стоял мужчина. Высокий, черноволосый, в расстёгнутой куртке. Сердце глухо стукнуло у горла, и я не раздумывая бросилась мужчине на шею, прижалась так крепко, как только могла. На талии сомкнулись руки, возле уха шумно, с бесконечным облегчением выдохнули. Сила потянулась, сонно щурясь, удовлетворённо мурлыкнула и вновь затихла. А я… я просто рада. До слёз, до безумия, до настойчивого желания привязать, а лучше приковать и никогда не отпускать. Потому что мой демон.

Не знаю, сколько мы с Треем так простояли в обнимку, ничего не говоря и лишь крепче сжимая руки. В какой-то момент позади раздался шорох отодвигаемой двери и голос Ядвиги:

– Ли? О! Милорд Филлбрайт, какой… сюрприз.

Мы медленно, неохотно отстранились друг от друга, встретились глазами.

– Я скучала, – прошептала я.

Потом буду убивать за Виолетту и вообще за всё хорошее, а сейчас меня затягивало в голубые омуты и сопротивляться совсем не хотелось.

– Я тоже, – Трей улыбнулся. – Следовало догадаться, что Адди тебя позовёт. Надеюсь, он тебе никаких ужасов не показывал?

– Нет. Просто позвал. А должен был показать?

– Меня выдернул с требованием немедленно лететь к нему. Какие-то малоприятные ощущения передавал, – демон глянул поверх моего плеча на девушку. – Княжна Алесская. Действительно сюрприз. Лоурин с вами?

– Ло осталась на гонках, – сообщила я. – Ну, то есть, сейчас, наверное, гонки уже закончились, и они с Ханной и Рэйфом вернулись домой…

– На каких гонках? – нахмурился мужчина.

Ох. Кажется, зря я это сказала.

– До утра, похоже, ещё далеко, пойду дальше досыпать, – заявила Ядвига и скрылась за дверью, оставив меня наедине с несколько недовольным демоном.

Предательница!

– Которая? – сухо уточнил Трей.

Я высвободилась из объятий, прошла в каюту Кэйда. Мужчина последовал за мной, прислонился к стене, скрестив руки на груди. Свет включился сам.

– Любопытный выбор, – заметил демон, окинув каюту быстрым взглядом – видимо, тоже знал, кто занимал её прежде.

– Да уж не хуже твоего, – буркнула я и уселась на кровать.

– Давно ты волосы покрасила?

Поговорим о волосах? Отличная тема, в самый раз! Я покосилась на собственные тёмно-каштановые пряди, в беспорядке рассыпанные по плечам.

– Это мой натуральный цвет, – я с вызовом посмотрела на Трея. – Не нравится?

– Почему же? Тебе идёт, с твоими карими глазами и светлой кожей.

– Спасибо, – с чего бы начать желанный скандал, а? И Ядвига, как назло, в соседней каюте. Конечно, девушка прекрасно осведомлена практически обо всех нюансах наших отношений и вряд ли услышит что-то новое, но всё равно неловко, да и не хотелось мешать человеку спать. – Где Ио и команда? – наконец решила задать нейтральный вопрос, после которого меньше шансов сорваться на крик.

– По моим последним сведениям были в Железном мире, – ответил мужчина. – Все живы-здоровы, если тебя это интересует, никто не пострадал.

– Не пострадал во время чего? – насторожилась я.

– Когда Адди отказался и дальше возить эту честную компанию по всем мирам.

– И они просто покинули корабль?

– Пришлось. Никто не любит засидевшихся гостей.

Всё-таки не зря в поместье Гейл демон возился с кораблём. И, будучи раненым, не способным взлететь, Адди позвал хозяина, того, с кем связан.

Связан?

– Ты привязал Адди к себе, – поняла я. – Через свою кровь! Как… как меня! Поэтому я так хорошо его чувствую! Раньше ведь ничего подобного не было, я чувствовала Адди только один раз, во время нашей с тобой первой связки.

– Среди людей это называется совместно нажитое имущество, – усмехнулся Трей. – У демонов корабли часто переходят тем, кто связан с ними кровно, – супруге, детям или братьям и сёстрам, и они же могут управлять кораблём при согласии самого хозяина. И Адди почувствовал нашу связь раньше, чем мы её осознали. Поэтому он с самого начала тебя слушался, а теперь так будет всегда. Привыкай.

Вот спасибо! Искренне надеюсь, что корабль у нас будет только один. Во-первых, Адди единственный в своём роде и другого мне не нужно, а во-вторых, не хочу быть привязанной ещё неизвестно к кому или чему!

– Кто его ранил?

– Пока не выяснил, – раздражённо передёрнул плечами мужчина. – Но стреляли не из местных видов оружия и даже не Железного мира.

Другой живой корабль, только уже чистокровный? Потому что кто ещё сумел бы?

– Ты поэтому приехал в Брийск? – тихо спросила я. – Из-за Адди?

– Да, – демон помолчал немного и добавил: – Но бывать в княжестве по делам начал раньше. Через Брийск до Алинии добираться удобнее, быстрее и спокойнее. Было, по крайней мере.

А-а, королевство, где Трей родился, вырос и даже правил два года? Логично, в общем-то, Вестралия свои границы и воздушное пространство блюдёт строго, у них там без разрешения не полетаешь.

– Мне надо было забрать маму и Морган.

Семья – это важно, не спорю, но не к Виолетте же он маму с сестрой повёз?

– И как они?

– Неплохо, учитывая условия, в которых их держали, – мужчина улыбнулся задумчиво. – Морри уже все уши мне прожужжала, требуя познакомить с тобой.

Морган хочет со мной познакомиться? Боги!

– А… Ну… То есть она… То есть они… То есть твоя сестра знает… обо мне? – растерялась я.

– И мама тоже, – демон внимательно и чуть удивлённо на меня посмотрел. – Я им сразу сказал.

И маме? Уже?! Ох!

Если отец Ирвина всегда относился ко мне хорошо, во всяком случае, до попытки сдать меня сильфам, то Её величеству я нравилась разве что пока пешком под стол ходила. Против помолвки королева вроде не возражала, но чем старше я становилась, тем меньше приязни видела в тёмных карих глазах. Проснувшийся у будущей невестки дар её ожидаемо не порадовал, поступление в корпус вызвало глубокое недоумение и свело наше общение к подчёркнуто сухому сдержанному официозу, за которым угадывалось тщательно скрываемое желание отправить меня обратно во Флорансию и запретить появляться на территории Лиры. Ещё бы – единственный обожаемый сын и драгоценный наследник должен жениться на какой-то безвестной невоспитанной принцессочке, способной раскатать треть королевского дворца по камню. Может, Александр и считал принцессу-ведунью интересной и перспективной женой, а вот моя несостоявшаяся свекровь была в ужасе.

Представляю, в каком шоке королева сейчас, зная, что Ирвин променял пусть и неотёсанную и одарённую, но всё-таки принцессу крови на безродную иномирянку.

– И что ты им сказал? – вконец упавшим голосом уточнила я.

– Ровно столько, чтобы они поняли, что такое кровная связь и соединённая зовом пара, – Трей обозрел мою наверняка потерянную физиономию и панику в глазах и добавил: – Не волнуйся, Морри ты понравишься. Она тоже огневик, только без диплома.

– А… твоей маме? – какой матери вообще понравится такая невестка?

– Мама примет мой выбор.

– Они тут, в Брийске?

– У нашей бабушки со стороны мамы, на побережье, на континентальных территориях Лидии.

Уф! Пока не знакомимся. Нет, я, конечно, хотела увидеть родных Трея, но предполагала, что произойдёт это событие не так скоро и представят меня как… Как кого? Возлюбленную, невесту, супругу по обычаям Огненного мира? Кто я для Трея кроме его связанной кровным зовом половинки?

– Трей, ты мог бы… ну, не знаю… написать хотя бы или связаться как-нибудь, чтобы я не думала... – не думала, не боялась, не сходила с ума от неизвестности. Я потеребила край своего свитера, изучая крупный незатейливый узор. – Все решили, что… что ты меня… бросил, как и говорил Виг.

– И давно Вигге переквалифицировался в прорицателя? – хмыкнул мужчина, подошёл и сел рядом со мной на кровать. – Всё, что говорит Виг и остальные, лишь подтверждает факт, что они или крайне мало знают о кровной связи, или не знают ничего, а Иоселин, подозреваю, предпочла промолчать, – демон коснулся моего подбородка, вынуждая повернуть к нему лицо, посмотрел в глаза. – Я никуда и никогда тебя не брошу. Ты моя. Мы связаны. Навсегда.

От негромкого голоса, твёрдого, уверенного, и проникающего, казалось, в самую душу взгляда захотелось кинуться на шею Трею повторно и расцеловать, но мы же тут не одни и ладно Ядвига за стеной, но Адди-то фактически везде и всё прекрасно чувствует.

И не забываем ещё об одном «но», из чьего дома мужчина примчался на корабль.

– А леди Виолетте ты о нашей связи сказал? – напрямую спросила я. Может, среди демонов в порядке вещей изменять своим кровным половинкам с обычными людьми, а я вот против походов налево в браке, основанном на каких-то нежных чувствах, возражаю категорически, и пусть меня считают наивной и старомодной.

Ответил мужчина не сразу, и в глазах появилось странное напряжённое ожидание.

– Леди Ридальской ещё рано знать о таких вещах, – наконец холодно, непререкаемо произнёс Трей. – Возможно, ей и не придётся.

Интересная формулировка.

– Ну, мне-то, наверное, надо что-то знать, – осторожно уточнила я.

– Я живу в её доме и сопровождаю леди в свете. Спим мы в разных спальнях, и жениться на леди Ридальской я не собираюсь, – отчеканил демон.

О-о, хорошо-то как! Вот теперь моя душенька совершенно спокойна!

– И мне крайне любопытно, почему ты прилетела в Брийск в качестве будущей невесты князя, – тем же жёстким тоном продолжил мужчина, чуть сильнее сжав пальцы на моём подбородке.

– Потому что так решила моя мама.

– И ты безропотно согласилась?

Скорее не стала спорить, поскольку хотела побыстрее добраться до княжества и не было ни сил, ни желания препираться с родительницей.

– Разве у меня был выбор? – возмутилась я. – Моя мама считает тебя авантюристом, использовавшим меня и после благополучно растворившимся в пространстве. Помолвку с Ирвином я разорвала, сам Ирвин улетел с Лис и, естественно, речи о восстановлении брачного союза с Лирой не шло. И когда мама узнала, что мы с Ло летим в Брийск, где имеется неженатый молодой князь, то заявила, что она будет нас сопровождать, и точка. Ей хочется видеть меня замужней и счастливой, а в кровных привязках она не разбирается.

– Ты ей хотя бы пыталась объяснить?

– Пыталась. Безуспешно.

– Понятно, – Трей убрал руку, посмотрел в сторону открытой двери. – Твой статус всё осложнит.

– Что именно?

Вместо ответа демон поднялся, шагнул к выходу.

– Ты куда? – встрепенулась я.

– В свободную каюту. Смысла лететь обратно нет, переночую здесь. Утром провожу вас с княжной домой.

– Почему не останешься в этой?

Мужчина с задумчивым интересом глянул на меня через плечо. Потом на узкую кровать.

– Э-э, я вообще-то не совсем это имела в виду, – торопливо исправилась я. Я вовсе не против, очень даже «за», но не на живом же корабле! И, тем более, не на постели, где когда-то спал Кэйд!

Вряд ли тут постельное бельё меняли.

– А как же твой долг?

– Какой ещё долг? – опешила я.

– Одна трогательно стесняющаяся принцесса обещала мне отдать долг натурой, – с ласковой подначивающей улыбкой напомнил Трей.

Кто обещал? Я обещала?! Когда? Ой. И правда, ляпнула как-то раз… случайно.

– Я отдала, – возразила я. – Ты сказал, чтобы, когда придёт время, я подчинилась без вопросов и споров, и я пообещала и сделала, как ты велел. Мы в расчёте.

– Отдать долг натурой ты тоже обещала, – не отступал мужчина. – Такими вещами с демонами не шутят, мы всё запоминаем и рано или поздно возвращаемся, чтобы забрать своё.

Издевается или серьёзен, как жрец перед божьим ликом?

– Я и так твоя, – вздохнула я. – Но на Адди – никакого секса. Вообще ни в каком виде.

– Я пошёл, – мужчина развернулся к двери.

– Тре-ей! – заныла я. Неужели я тоже так иногда донимаю собеседников? Удивляюсь, как жива до сих пор.

– Ладно, уговорила, – неожиданно покладисто согласился Трей, закрыл створку, снял и положил куртку на стул у стены. – Проценты позже обсудим.

Вот демон!

Но спустя несколько минут, уютно устроившись в темноте в кольце рук лежащего рядом мужчины, ощущая тепло его тела и дыхание у виска, я действительно почувствовала покой и радостное умиротворение. Трей здесь, со мной, мы вместе и это главное, а с остальными проблемами будем разбираться утром, по мере выявления.

 

– – –

 

Почему люди живут по расписанию? Едят, спят, отдыхают, строят отношения?

Почему спать надо обязательно ночью? А если не хочется?

Вот сейчас не хотелось. Хотя Жайя спала уже давно и Кошечка, громко посапывая, тоже. Зато в соседней комнате не спали. Тонкая стена глушила звуки несильно, буквально едва-едва, и текущая по помещению энергия слияния покалывала кожу, заставляя то ворочаться беспокойно с боку на бок, то замирать куклой, глядя бессмысленно в потолок. Когда-то Мирейли нравилось купаться в этой энергии, вместе с окружающим миром радоваться чужому счастью. Теперь раздражало. Так заведено матерью-природой, но сколько же можно? И ещё въедливый монотонный скрип кровати, стоны, слишком громкие вздохи…

Мирейли перевернулась на бок, натянула край одеяла на ухо. Вроде не так слышно, но от энергии деться некуда. Незримая волна наполняла комнату, манила в неизвестность. Хорошо ещё, что ни у иной, ни у Ирвина нет сил для создания чего-то более мощного, утягивающего в слепящий водоворот. Правда, и слабая раздражала до желания постучать в стену и потребовать тишины.

Дриада откинула одеяло, встала с матраса. На спинке дивана зажглись два жёлтых огонька, но Оле не выдаст, уж в этом можно быть увереной. На цыпочках выскользнула в коридор, в темноте нащупала висящую на вешалке куртку, а возле вешалки – туфли, брошенные тут днём по возвращению со встречи. Прижала вещи к груди, привычно закрыла глаза, стараясь не вслушиваться в доносящиеся из комнаты Лис звуки. Быстрый шаг сквозь ткань пространства, и раздражающий шум и давящие стены исчезли. Стоя перед подъездом, Мирейли надела туфли и накинула куртку поверх короткой белой ночнушки, глянула на дом, отыскивая окна квартиры. Темно. Значит, не заметили.

И хорошо. Почему-то девушки запрещали ей гулять по ночам, ссылаясь на опасности и подозрительных личностей. Подумаешь, личности какие-то! Если возникнет опасность, достаточно просто переместиться обратно в квартиру, и всё.

За домом есть детская площадка с качелями. Днём там почти всегда бегают дети, стоят с колясками мамы, зато сейчас наверняка никого нет. Полетает на качелях немного и вернётся.

Мирейли дошла до конца дома, когда зажглись фары у одной из машин, припаркованных вдоль тротуара на другой стороне улицы. Заурчал мотор, чёрный автомобиль неторопливо выполз из ряда железных собратьев, выехал на середину узкой дороги и поравнялся с Мирейли.

– Эй, дриада.

Василиск. Опять ждал?

Мирейли замерла. Нехорошо ведь никак не реагировать, когда тебя зовут?

– Далеко собралась?

– Нет. Просто гуляю.

Леонгард потянулся, открыл дверь со стороны переднего пассажирского места.

– Садись.

Лис постоянно твердит, что нельзя садиться в машину к незнакомцам.

– Боишься, что укушу?

Он не может её укусить.

То есть может, конечно, но яд василисков на дриад не действует. И окаменяющий взгляд тоже. По крайней мере, так говорят духи. И она знакома с Леонгардом.

Относительно, но всё же.

– Нет.

– Тогда садись.

Мирейли сошла с тротуара, забралась в салон и закрыла дверь. Автомобиль возобновил движение, повернул, выезжая с улицы между домами.

Ехали долго. Через опущенное стекло в салон залетал ветерок, шевелил волосы, приносил запахи дороги и текучую песню ночного города. Дома остались в стороне, улицы сменились широкой трассой, ярко освещённой, даже в поздний час полной других машин.

– Это твой автомобиль? – не то чтобы была острая необходимость поддерживать беседу. Просто любопытно.

– Да, – василиск смотрел исключительно на дорогу.

Обычная машина, называемая легковой, в марках Мирейли всё равно не разбиралась. На верхней части приборной панели лежали две тоненькие брошюрки и сложенная карта. Дриада приподняла карту, вытянула одну брошюрку.

Путеводитель по городу.

– Положи на место.

Положила. И почему нельзя полистать?

– У нас тоже есть путеводители. Целая куча. По этому городу, по стране.

– Рад за вас.

– В некоторых есть красивые картинки разных мест. Я люблю их рассматривать и представлять, что побывала там. Наверное, я бы смогла там побывать и на самом деле. Надо только чётко-чётко увидеть это место и пройти сквозь пространство…

– Мне не интересна болтовня дриад, поэтому не старайся, – перебил Леонгард, перестраиваясь в крайний ряд.

Не холод, скорее неожиданно выплеснутая в лицо вода.

Не больно, но неприятно.

На заднем сиденье валялись в беспорядке одежда, полосатое покрывало, наполовину пустая большая пластиковая бутылка. Похоже на их квартиру, только тут не дом.

– Ты здесь живёшь? Прямо в машине?

– Да, – автомобиль свернул с широкой оживлённой трассы на дорогу, узкую, в две полосы, завивающуюся лентой вниз. – Хотя это и не твоё дело.

– Наверное, жить в машине не очень удобно, – в салоне куда теснее, чем в их квартирке, и как тут можно спать? Тем более высокому мужчине? Куда ему ноги девать?

– Жить в дереве, на мой взгляд, ещё неудобнее.

В дереве как раз удобно. Спокойно, надёжно. И дриады не живут в деревьях в том смысле, какой люди вкладывают в понятие «жить в доме».

За светом поредевших фонарей дышащая чернота леса. Дорога, тихая, пустынная, осторожно тянулась вдоль кромки, словно страшась углубиться во тьму. Чернота звала, манила, заставляя прилипнуть к дверце и с восторгом ловить неверные движения во тьме.

Дорога разделилась на две, василиск уверенно выбрал совсем узкую, неровную, затем автомобиль и вовсе повернул во тьму, покачиваясь и подпрыгивая на ухабах, и наконец остановился. Потухли фары, затих мотор. Рядом что-то звякнуло.

– Выходи, приехали.

Это и есть цель пути? Тающие в ночном сумраке очертания деревьев, вкрадчивый шёпот духов, кружащая голову свобода. Мирейли вылезла из салона, с другой стороны машины хлопнула дверь.

– Идём.

Василиски ведь хорошо видят в темноте? Дриады вот не очень, и Мирейли, стараясь не отставать, последовала за высокой фигурой.

– Тебе не душно?

– Нет, – наоборот, даже зябко немного, голые ноги мгновенно покрылись мурашками.

– Не сейчас, а вообще, в этом мире. В этом городе, в этой каморке, куда тебя засунула Лис и компания. Ты же родом из Деревянного.

– Нет. Иногда мне не нравятся стены и теснота, и ещё человеческие ограничения, и глупые правила тоже, но этот мир интересный. Люди интересные.

– Серьёзно? – хмыканье царапнуло недоверием и насмешкой.

– Я сама решила полететь с Лис, – отчего-то прозвучало с вызовом. – Почему ты следишь за иной?

– Это моя работа. Мне за неё платят.

Леонгард остановился так внезапно, что дриада врезалась в спину василиска, ткнувшись носом в кожу куртки.

– Ай!

– Осторожнее, – всё тот же лёд. – Смотри. Вы это любите.

Потирая нос, Мирейли выступила из-за спины спутника. В паре метров дальше земля обрывалась склоном отвесным, иссечённым корнями, открывая молочный поток реки. Не слишком широкой, с тянущимися к воде ветвями ив на противоположном берегу. Чуть надкушенная с одного бока луна заливала всё вокруг сиянием призрачным, серебристым, и в трепещущем этом облаке скользили тени, то стремительные, словно порыв ветра, то неспешные, будто ленивая истома жаркого полудня. Песнь реки сплеталась с шепотками и тоненькими смешками, звала – теперь сильнее, чем прежде. Тени принимали форму то маленького человекоподобного тела, то неведомого зверя, то рассеивались яркой вспышкой. Одна тень взвилась сверкающей рыбкой, приблизилась к Мирейли.

Сестричка…

Шаг вперёд, лёгкий взмах руки, и рыбка неощутимо коснулась кончиков пальцев, обратившись среброкрылой бабочкой. Улыбка сама распустилась на губах, наполняя сердце безмятежной радостью.

Потанцуй с нами, сестричка…

Ещё шаг. Но бабочка вдруг вспорхнула испуганно, на плече сжались пальцы, холодные даже сквозь одежду.

– Но-но.

– Я только потанцую с ними. Недолго.

– И где мне потом тебя искать?

– Я вернусь, – куда она денется? В этом мире она своя, тут никто не обидит маленькую сестрёнку.

– Нет. Стой, где стоишь, и любуйся со стороны.

Просто стоять и не участвовать? Без купания в лунном свете, легчайших объятий духов, радости танца и пения?!

– Это нечестно! – Мирейли резко обернулась к Леонгарду. – Это… это всё равно что привести голодного человека в ресторан, заказать много вкусной еды и увести его оттуда, не дав съесть ни кусочка.

– Жизнь вообще нечестная штука, – в лунном свете лицо василиска казалось снежно-белым и столь же обжигающе-ледяным. – Привыкай, если собираешься и дальше наслаждаться всеми прелестями человеческих миров.

Камень… Холод…

Действительно. Каменный, холодный и равнодушный ко всему. Неужели он не видит, как прекрасны танцы в призрачном сиянии, неужели ему самому не хочется покружиться беззаботно там, над рекой?

Дриада дёрнула плечом, василиск убрал руку, но встал рядом.

Молния…

Даже не сомневается. Попробует сделать шаг сквозь пространство – и он перехватит.

Тени скользили, перетекали, изменялись, пели, но радость погасла. И от застывшего рядом существа всё тело покрылось мурашками.

Всё равно, какая там жизнь бывает, однако поступать так нечестно!

– Меня это и на расстоянии умиротворяет, – заметил Леонгард наконец. – Почти как рыбки в аквариуме, только не возникает желания их съесть.

Если бы могла, съела бы его точно.

Или окаменила. Хотя он и так каменный похуже любой горгульи.

– Ты что?

И смотреть на него не будет.

Потому что губы дрожат, и глаза щиплет, как от лука.

– Только реветь не вздумай, – лёд рассекли трещинки раздражения. – Плаксивой дриады мне ещё не хватало.

– Я… не реву, – может, если прикусить нижнюю губу, слёзы отступят?

Но до чего же обидно! И нечестно!

– Всё, хватит, – пальцы вцепились в руку выше локтя, развернули к деревьям за спиной.

Пространство дрогнуло, пошло волнами.

Портал. И мощный, судя по силе волны.

– Мать ваш-ш-шу, – прошипел василиск и отступил под кроны деревьев, рывком увлекая Мирейли за собой.

Тени и серебристое сияние исчезли, ивы обернулись деревцами низкорослыми, чёрными, молочная река – дорожкой тёмной, водной, журчащей тихо по камням в низине, и даже луна поблекла и словно уменьшилась. Высоко над лесом вспыхнул открывающийся переход, залил всё внизу слепящим белым светом, зашелестел поднятым ветром в кронах и пропустил поочерёдно два огромных, длинных, блестящих голубоватых тела и одно небольшое, гибкое, крылатое. Крылатое сразу взмыло вверх и растворилось, блестящие зависли в воздухе. Отсвет от портала играл на боках, расчерченных причудливо переплетающейся вязью.

– Дракон, – произнести удалось лишь шёпотом. Казалось, если заговоришь немного громче – дракон обязательно услышит.

Услышит и найдёт.

– И воздушные корабли.

Только они совсем не похожи на воздушные корабли этого мира, которые называли самолётами. И на деревянные тоже.

– Забавно, однако. Я знал, что они проводили испытания пробных моделей, но чтобы начать ваять целую флотилию…

– Кто – они?

– Воздушный мир. До недавнего времени большинство его обитателей считали ниже своего достоинства пользоваться услугами традиционного транспорта: дескать, нас так все любят, что драконы и единороги согласны возить всегда, везде и исключительно за красивые глаза. Но если вдруг случалась какая заварушка, то те же драконы в массе своей сразу брали самоотвод, предоставляя прекраснейшим, благороднейшим и мудрейшим разгребать проблемы без участия дополнительной огневой мощи. И пару-тройку лет назад несколько старших Домов насобирали по остальным мирам технологий кораблестроения и засели за изобретение собственного велосипеда.

– Почему велосипеда? Это же корабль.

– Выражение такое.

Светящая неровная дыра портала побледнела, закрылась, пустив напоследок новую, более слабую волну. Корабли один за другим снизились и полетели неторопливо над макушками леса, окутываясь пеленой зыбкой, размывающей очертания. Мерный гул накрыл, сумрак под деревьями сгустился до черноты. Пальцы на руке сжались, Леонгард притиснул Мирейли к шершавому стволу.

Несколько долгих минут, и гул затих вдали, чернота чуть рассеялась, но напряжение осталось. Василиск молча, не разжимая пальцев, повёл обратно, шагая слишком широко и, кажется, не глядя толком по сторонам. Неудобно практически бежать за стремительно идущим спутником, да ещё и в темноте. Раза два дриада споткнулась, расцарапала коленку о какую-то сучковатую ветку. И от тисков на руке больно. Добравшись до машины, Леонгард открыл дверь, резко втолкнул Мирейли в салон – будто она сама сесть не может! – и занял водительское место. За всю дорогу не проронил ни слова. Самой говорить тоже не хотелось. Корабли просто громадные, по сравнению с ними те, на которых летали демонесса Иоселин и команда Лис, выглядели бы, наверное, охотничьим домиком рядом с большим замком. И почему эти корабли здесь, в Железном мире?

Автомобиль остановился. Мирейли бросила взгляд в окно. Знакомый подъезд, палисадник под фонарём, тёмные окна многоэтажки.

Привёз обратно. Можно выйти?

Покосилась вопросительно на василиска.

Леонгард минуту смотрел прямо перед собой, никак не реагируя, затем повернулся резко к дриаде, ухватил больно за подбородок. Без защитного слоя одежды пальцы вообще ледяные и жёсткие, словно камень.

– Никому ни слова, поняла? – негромкий голос сочился угрозой. – Ни о том, куда я тебя возил, ни о том, что ты видела, ясно? Чтобы ни пискнуть, ни даже подумать не смела.

– Почему? – вдруг Лис сможет объяснить, зачем здесь эти корабли?

– Потому что.

– Почему? – что это за ответ – потому что?

– Если не хочешь проблем на свою хорошенькую, но бестолковую головку – будешь молчать, – лицо василиска приблизилось, между удлинившимися клыками мелькнул кончик раздвоенного языка. – Уяс-снила, дриада?

– Твой яд на меня не действует и взгляд тоже, – разве так просят сохранить что-то в секрете? Угрозами и обещаниями страшной кары?

– Что не означает, что я не найду с-с-способа зас-ставить тебя замолчать.

Мирейли мотнула головой, и Леонгард с предостерегающей усмешкой отвёл руку. Щиплющий холод расползся от подбородка вниз по шее и спине, свернулся вымораживающим комком где-то внутри.

Шаг… и пусть попробует её остановить!

Не остановил. Темнота и тишина коридора оглушили на долю секунды. Из-под дверей комнат и кухни свет не пробивался, значит, все спали и её отсутствия никто не заметил. Сняв куртку и туфли, дриада прошмыгнула в общую комнату, осторожно вышла на балкон, посмотрела вниз.

Машины перед подъездом не было.

Что вовсе не означало, что василиск не затаился опять где-то поблизости.

 

– – –

 

Первое, что я увидела, едва открыла глаза, – чёрное щупальце перед кроватью, приподнявшееся над полом и забавно поворачивавшее загнутый кончик то в одну сторону, то в другую.

– С добрым утром, – улыбнулась я, протянула руку и погладила щупальце. – Спасибо, сводник ты наш.

Затем перевернулась с бока на спину, не встретив никакого препятствия на не слишком широкой кровати.

Мог бы и подождать, пока я проснусь. Или сам разбудил бы.

Потянувшись всем телом, встала и в сопровождении шуршащего по полу щупальца потопала в местную ванную. Ну как ванную – туалет в отдельном закутке, умывальник, душевая кабинка, неуловимо напомнившие наше общежитие. Полноценные водные процедуры я оставила до дома, ограничившись основным и необходимым. Кое-как расчесала шевелюру расчёской, обнаруженной в маленьком навесном шкафчике на стене, критично обозрела в зеркале собственную унылую физиономию в обрамлении длинных каштановых лохм – воистину, красота страшная сила, а страшная красота с утра вообще наповал убивает, – и обернулась к щупальцу.

– И где папа?

«Родитель» сидел за столом в общей каюте и уже допивал кофе, проглядывая бумаги с неопознанными мной накануне закорючками. При виде нас улыбнулся, поднялся, подошёл и галантно поцеловал меня в щёчку.

– Доброе утро, радость моя, – Трей проводил меня к столу, выдвинул стул, на который я вяло плюхнулась. Щупальце возле моей ноги подтянулось повыше, зацепилось кончиком за край столешницы. – Кофе?

– Да, пожалуйста.

– К сожалению, у нас есть только быстрорастворимый, – мужчина отошёл к ряду шкафчиков у стены, открыл дверцы одного и достал чашку и две банки.

– Всё равно, – сейчас и химия Железного мира сойдёт.

– Увы, больше на завтрак предложить нечего. Если бы меня заранее предупредили о визите моей половинки, я бы прихватил что-нибудь.

Щупальце сползло со стола и забилось под мой стул.

– Не ругай Адди, он хотел как лучше, – вступилась я за корабль.

– Ли, подобная самодеятельность со стороны корабля не приветствуется, особенно если нет угрозы жизни хозяину, его кровным или экипажу.

– Только вот наказывать Адди не смей, – насторожилась я. А то кто этих демонов и их порядки знает?

Трей поставил чашку и банки на тумбочку возле стены, обернулся ко мне.

– Кто тут хозяин?

– Мы. Сам сказал о совместно нажитом имуществе. Мы с Адди оба кровно связаны с тобой и через тебя – друг с другом. Адди у нас общий и я никому не позволю его обижать, даже тебе. Привыкай, – подумала, какими бы ещё свежими мыслями поделиться, пока слушают, и добавила: – И, кстати, мне не нравится слово «хозяин».

Мужчина покачал головой, посмотрел куда-то в потолок и вернулся к завариванию кофе.

– Доброе утро, – в каюту вошла Ядвига, глянула вопросительно сначала на меня, затем в спину Трея. – Я не помешала?

– Нет, – хмуро отозвалась я, подперев щёку ладонью.

– Доброе, княжна, – поздоровался мужчина. – Чай, кофе?

– Ядвига, – поправила девушка. – Чай, если можно, зелёный, милорд…

– Трей, – перебил демон и снова открыл тот же шкафчик. – Только в пакетиках.

– Ничего страшного, – Ядвига села на соседний со мной стул, покосилась с любопытством на бумаги, оставшиеся на другой стороне стола.

– Ли, сахар, молоко?

– Три ложки и молоко, – и что, на этом диалог закончен? А я только начала, между прочим!

– Ядвига?

– Без сахара, пожалуйста.

Мужчина позвенел посудой, извлёк откуда-то из стены серебристый кувшин, разлил по чашкам дышащую паром воду и через минуту с профессиональной любезной улыбкой официанта поставил напитки перед нами.

– Благодарю, – кивнула княжна.

Я задумчиво посмотрела на разбавленное молоком кофе. И где только воду согрел? Или там какая-то хитрая система есть? Ведь не сухарями же экипаж питался…

– Когда закончите, одевайтесь, я провожу вас домой, – напомнил Трей, собрал бумаги и удалился.

– Ну как? – шёпотом поинтересовалась Ядвига. – Он всё объяснил?

– Дома расскажу, тебе и Ло сразу, – пообещала я.

Щупальце вылезло из-под стула, легло мне на колено, ветерок тревожно, вопросительно коснулся лица. Я погладила вжавшуюся в мою ногу чёрную «лапку». Не волнуйся, я тебя в обиду не дам и обязательно вернусь. Ведь теперь нас тут уже двое, а две головы – это всегда лучше, чем одна, правда?

Розыгрыши
и конкурсы
Эксклюзивные
предложения
Только интересные
книги
Скидки и подарки
постоянным покупателям