0
Корзина пуста
Войти | Регистрация

Добро пожаловать на Книгоман!

Или войдите через:


Новый покупатель?
Зарегистрироваться
Главная » Попробуй укротить меня » Отрывок из книги «Попробуй укротить меня»

Отрывок из книги «Попробуй укротить меня»

Автор: Гэлбрэйт Серина

Исключительными правами на произведение «Попробуй укротить меня» обладает автор — Гэлбрэйт Серина Copyright © Гэлбрэйт Серина

Глава 1

 

Голова раскалывалась.

В горле пересохло, и язык еле ворочался. Руки-ноги затекли, слушались с опозданием, словно не желая реагировать своевременно на команды мозга. Да и мозгу будто стало тесно в черепной коробке.

И ещё, кажется, подташнивало.

Похоже, гулянка удалась на славу.

Я шевельнула рукой, вяло мотнула тяжёлой головой. Руке почему-то неудобно, что-то стягивало запястье, не позволяя передвинуть конечность. Смутные ощущения подсказывали, что со второй рукой и обеими ногами дела обстояли не лучше.

Я что, привязана? И лежу на чём-то мягком, гладком. И, надо признать, несколько сквозит… во всех местах.

Насилу разлепила один глаз. Подумала и закрыла – уж больно света яркого вокруг много.

– Проснулась, – прозвучал рядом мужской голос.

Незнакомый мужской голос. А мальчиков мы на наш девичник не приглашали!

– Долго что-то, – произнёс другой голос, тоже мужской, незнакомый и даже капельку обеспокоенный.

– Какая разница? – равнодушно добавил… третий?

А это уже настораживает.

Кто-то легонько похлопал по моей щеке. Я снова мотнула головой и протестующе замычала.

– Заканчивайте с разговорами, мы не за ожидание с болтовнёй на пару платим, – продолжил третий и добавил совсем другим тоном, ласковым и воркующим: – Сейчас нам будет хорошо-о…

Кто и за что тут платит? Вся выпивка была за счёт Урсулы как главной виновницы торжества!

И кому должно стать хорошо? Мне вот пока что-то не очень…

На моё колено легла ладонь. Провела этак неспешно до бедра, где – в теории, по крайней мере, – должен был сбиться подол короткого платья, да только оный там явно не обнаружился, потому как наглая длань беспрепятственно огладила бедро и подобралась к сокровенному. Прикоснулась через тонкую ткань – трусики, во всяком случае, на мне остались и на том, как говорится, спасибо, – попыталась что-то там обвести и нажать. Предположительного возбуждения от стимуляции сей я не испытала, то ли из-за похмелья, то ли просто потому, что сунуть руку женщине между ног и маленько там пошурудить ещё не означает по умолчанию вспышки удовольствия. Тем более рука незнакомая, возможно, немытая и неизвестно где побывавшая перед этим…

Скривившись, глаза я всё-таки открыла, поморгала, силясь сфокусировать взгляд. И заорала!

Не каждый день обнаруживаешь себя по пробуждению на широкой кровати и в окружении сразу троих мужиков! Причём мужиков в стёганых тёмно-синих халатах и предусмотрительно надетых чёрных полумасках. Двое полулежали по обеим сторонам от меня, а третий, отличавшийся от собратьев по койке брутальной щетиной и полными губами, стоял на коленях между моими разведёнными ногами, привязанными к резным столбикам по углам кровати. Руки оплетены кожаными ремнями и притянуты к завиткам на высокой фигурной спинке.

Длань номер Третий догадливо отдёрнул и во избежание дальнейших трепыханий прижал обеими руками мои ноги к простыне.

– Если не успокоишься сама – успокоим насильно, – лениво пообещал второй, даже не поморщившись от моих воплей. – Как тебе больше нравится: по-хорошему или по-плохому? Что предпочитаешь: зелье с афродизиаком или немного боли? А кричать бесполезно, здесь тебя всё равно никто не услышит.

Я умолкла. Шикарный какой выбор – наркотик или избиение! И где я вообще нахожусь?

Комната без окон, с тёмно-синими, не иначе как в тон халатам стенами и яркими светильниками. Кровать посередине, занимала большую часть помещения, справа камин с уютно потрескивающим огнём, массивное кресло рядом, на полу светло-серый ковёр с длинным ворсом, похожий на шкуру неведомого зверя. Две двери по разным сторонам, невысокий шкаф со стеклянными дверцами и бутылками внутри, пара пустых столиков. И я сама дивным завершающим штрихом, растянутая на кожаной привязи, растрёпанная, в одном нижнем белье.

Я судорожно сглотнула, облизала пересохшие губы.

– Н-не надо… б-боли, – пролепетала я жалко.

– Вот и умница, – номер Второй изобразил некое подобие улыбки и покровительственным жестом убрал с моего лица рыжую прядку. – Будешь и дальше вести себя хорошо – и, вероятно, вечер закончится приятно не только для нас.

О-о! То есть буду тихой покорной рабыней-наложницей и, так и быть, «мальчики» даже о моём удовольствии подумают? И как тут отказаться от предложения щедрости столь невиданной да неслыханной?

Тем временем слегка позабытый номер Первый стянул бретельку короткого лифа, составлявшего верхнюю часть моего белья, запустил не менее наглые, чем у товарища, пальцы под тонкое кружево, погладил круговыми движениями сосок. И откуда эти субъекты наивные берутся, свято верящие в повышенную чувствительность женской груди? Кажется, сейчас все мои нервные окончания собрались совсем в других местах, далёких от общеизвестных эрогенных зон.

Я сглотнула снова, ощущая, как желудок скрутил спазм.

– А-а… – начала я. – У вас чего-нибудь антипохмельного нет? Или простой воды хотя бы… А ещё… меня тошнит…

Мужик мгновенно оставил мою грудь в покое и все трое недоверчиво, с глубоким подозрением уставились на меня.

– Нет, правда… – фразу я не закончила.

Потому что меня действительно стошнило.

На номера Первого.

Лучше бы на Третьего, конечно, – а нечего незнакомую девушку сразу за интимные места хватать! – но ремни не позволяли даже сесть ровно, не то что дотянуться до находящегося в ногах обидчика.

Пострадавший слетел с кровати, сыпля цветастыми пожеланиями в адрес мой, моих родственников и какого-то Берта, подсунувшего вместо обещанной горячей штучки… э-э, пьяное рыжее недоразумение. Третий с поразительной прытью соскочил следом, хотя ему-то как раз ничего не угрожало, а Второй, выругавшись, правда, вполголоса и не переходя на личности, встал и начал отвязывать мою правую руку. Покосившись на него, Третий принялся за освобождение ног. Перегнувшись через меня, Второй снял ремни с левого запястья, внимательно оглядел жертву несостоявшейся групповухи, убеждаясь, что в ближайшие пять минут я вряд ли дойду куда-либо самостоятельно, и с мученическим вздохом поднял меня на руки. Отнёс к одной из дверей, кивком велел Третьему открыть. Ванная комната. Просторная, оборудована по последнему слову техники. Меня поставили на пол перед раковиной, и я на всякий случай сразу вцепилась в её край, не особо доверяя затёкшим ногам.

– Ещё бле… – мужчина умолк и поправился: – Тебя ещё тошнит?

– Н-не знаю, – честно ответила я и склонилась над раковиной.

Второй отвернулся. Я слышала, как он ходил за моей спиной, бормоча что-то себе под нос. Кое-как откашлявшись после приступа, я дрожащей рукой включила тёплую воду, прополоскала горло, попила прямо из-под крана и умылась.

– Такого эффекта быть не должно, – выдал мужчина наконец. – Ты много выпила?

– Ну-у… – я выключила воду, взяла одно из висящих рядом полотенец, вытерла лицо. – Прилично так… наверное. Одна моя подруга обручилась недавно, вот мы и решили отметить. Девичник устроили в ночном клубе…

– Где тебя, полагаю, и прихватили.

Похоже. Помню, как направилась в дамскую комнату, удивляясь неровности пола и буйному танцу стен. И не помню, дошла ли я до туалета вообще?

– Это не совсем законно, – заметила я робко. – Прямо посередь бела дня… то есть вечера… или уже ночи… похищать честных горожанок Эмирады…

– Ты не в Эмираде, – устало возразил Второй.

– А где? – и что-то подсказывало, что ответ мне вряд ли понравится.

– В Лилате.

Чтоб мне на этом месте провалиться! Город воров, убийц и работорговцев?! Прибежище преступников, опальных аристократов и изгнанников из Сумеречной долины?!

– И как я сюда попала? – просипела я резко севшим голосом.

– Как и прочие честные горожанки Эмирады – искатели, портал, торговец, клиент. То есть здесь делают заказ, там ищут подходящую кандидатуру, добавляют в еду или питьё снотворное либо вкалывают напрямую, дальше через портал сюда и после оплаты поставляют клиенту.

– Зашибись, – выдала я и поймала в зеркале сочувственную улыбку собеседника. – Вы рыжую, что ли, заказали?

– Да, – не смутился Второй.

– Я ненатуральная рыжая. Недавно перекрасилась.

– Не суть важно.

– И девственницу, поди, затребовали? – или мне очень сильно не повезло, или искали именно рыжеволосую невинную деву.

– Да.

– И кто из вас троих собирался меня девственности лишать? – представилось отчего-то, как «мальчики» жребий тянут, решая, кому ж выпадет сия миссия почётная?

– Как пойдёт.

Вот повезло-то! Не буду тогда разочаровывать заранее и сообщать, что на данном пути тернистом ждало бы героев препятствие великое. Недаром у многих рас лишение невинности приравнивалось к инициации и завершению одного жизненного периода и началу другого. Не как у людей – сунул, вынул, боль, кровь на простыне и всё, девушка стала женщиной.

Другое дело, что до пресловутого «сунул-вынул» ещё много чего успеть можно, а я не относила себя к категории дамочек повышенной чувствительности, заводящихся с пол-оборота от прикосновений незнакомцев. Тем более незнакомцев, которых я справедливо опасалась.

Попробуй-ка расслабиться, когда страшно и похмелье властвует.

– Но вас трое, а я одна! – осторожно возмутилась я. – Это мой, на минуточку, первый раз, и я… я плохо разбираюсь в ласках… оральных.

– Ну, как бы никто таких подвигов от неопытной девицы и не ждёт. Научилась бы… в процессе.

Так мне и ускоренный курс по удовлетворению мужчин преподали бы? Чем дальше, тем заманчивее предложение!

Я повесила полотенце на крючок, медленно обернулась к собеседнику.

– Я готова. Почти, – заверила нерешительно. – Особенно если всё-таки найдётся антипохмельное. И афродизиак в комплекте с непристойными картинками не помешают. Или сразу демонстрация порнушки, знаете, есть такие ролики в сети. Чтобы я возбудилась побыстрее. Или вы меня в любом состоянии намерены… поиметь?

В синих глазах в прорезях маски отразились удивление и скепсис.

– Ты думаешь, после, хм-м, произошедшего у кого-то осталось желание… иметь тебя? Тут на другой стороне улицы бордель высокого класса, а девушки там, уж извини, поцивильнее будут.

Стесняюсь спросить, зачем, в таком случае, им рыжая девственница потребовалась. Знаю, у некоторых рас пунктик на невинность, но «групповое» трио пока производило впечатление людей – хотя, естественно, первое впечатление вполне могло быть ошибочным, – да и, подозреваю, цивильная девушка из борделя высокого класса – читай, дорогого – наверняка обойдётся всё же дешевле, чем по индивидуальному заказу.

И на последнее замечание следует оскорбиться или как?

– Пойдём, – Второй обнял меня за плечи, повёл к двери. Открыл и сразу посторонился.

Номер Первый, продолжая красочно, разнообразно поминать мою родню, ураганом ворвался в ванную. Мы вышли, дверь за нашими спинами захлопнулась с оглушительным стуком, зашумела включённая вода. Я поморщилась. Зачем же так громыхать-то?

Третий стоял возле шкафа с распахнутыми дверцами и уже пил прямо из горла бутылки алкогольное содержимое явно высокого градуса. Меня смерил хмурым, раздражённым взглядом, подтверждавшем слова Второго о полном отсутствии желания принуждать бедную трепетную девственницу к групповухе. А я и не против. Голова болела по-прежнему, хотелось если не умереть, то хотя бы полежать спокойно в тишине, и чтобы никакая собака не трогала. И к интиму меня сейчас не склонит даже самый искусный любовник и два часа просмотра жёсткого порно.

– Где искатели это сокровище откопали? – с мрачным и совершенно искренним недоумением поинтересовался Третий.

– В клубе в Эмираде, – ответил Второй. Проводил меня до кровати, поперёк которой я рухнула с отнюдь не эротичным стоном.

– Странно, – не унимался Третий. – И куда Берт смотрел? Он или нюх теряет, или страх. Мы ему за что заплатили – за испорченный вечер и вот это? – широкий взмах руки и указующий на меня перст.

Теперь точно можно оскорбиться, но нет ни сил, ни желания.

– Если вы подождёте пару минут… или лучше полчаса… или час, то я буду вполне готова, – вяло пообещала я. – Вы пока без меня начинайте, разогрейтесь, или как оно там правильно называется. Хотя если вам моя готовность без надобности, то можете прямо сейчас приступать, только убедительная просьба не сопеть и не хрипеть в ухо – бесит. И кусать сами уши тоже не надо, всё равно удовольствия никакого. И синяков не наставьте – я же не сопротивляюсь и вообще, на всё согласная.

Всё-таки желание во взгляде Третьего появилось. Настойчивое желание придушить заказ собственными руками, а труп выбросить в ближайшую канаву. Мужчина снова приложился к горлышку бутылки, закрутил крышку и вместе с тарой направился ко второй двери.

– Лично я в «Нектар страсти», а вы как хотите, господа, – и вышел, хлопнув дверью не менее оглушительно.

Нарочно, что ли?

Через несколько минут шум воды в ванной стих и створка распахнулась, являя Первого в одном полотенце, обёрнутом вокруг бёдер, с мокрыми волосами и капельками влаги на не слишком могучей, зато волосатой груди, поблескивающими в сиянии светильников. Перед приёмом душа маску он, скорее всего, снял и теперь просто прижимал её рукой к лицу, не утруждаясь повторным завязыванием ленточек.

– Где… – начал Первый и умолк, посмотрев вопросительно на Второго.

– Видимо, променял меня на работниц борделя на другой стороне улицы, – пояснила я.

Первый целенаправленно двинулся по следам Третьего.

– Эй, а ты куда? – возмутился Второй, сообразив, что товарищ по оргии собирается дезертировать с поля боя, то есть разврата.

– В «Нектар страсти». Возьму двух, нет, лучше сразу трёх девочек и пусть трудятся до утра. Может, они не так вкусны и полезны, зато в адекватном состоянии и дело своё знают.

– С ней-то что делать?

– Ничего. Запри тут на ночь, номер всё равно оплачен до утра и никуда она отсюда не денется. Завтра её заберём и поедем к Берту, пусть как хочет изворачивается, но деньги возвращает, козлиный сын.

Очередной хлопок двери, и мы со Вторым остались вдвоём.

Ненадолго – мужчина печально повздыхал, глядя то на меня, то в сторону, и тоже покинул комнату. Короткий, хорошо слышный в наступившей тишине щелчок возвестил об активации магического запора на двери. Такой замок я и на трезвую голову не вскрою, с больной же и говорить не о чем. Окон при беглом осмотре с кровати я не заметила, но даже если бы были, сомневаюсь, чтобы на них тоже не стояла какая-нибудь защита. На помещении звукоизоляция, да и здесь наверняка привычны к любым крикам.

Я перевернулась со спины на живот, уткнулась лицом в простыню. Это ж надо так попасть! Конечно, я, как и все жители благополучной, процветающей Эмирады, иногда слышала в новостях и читала в газетах о нет-нет да пропадающих без вести девушках, однако массового характера исчезновения не носили, и уж точно я не предполагала, что войду в число этих несчастных. И сколько времени прошло? Хватились ли меня, объявили ли в розыск? Родители же и Ник с ума сойдут…

А эти любители невинных дев могли бы яркость светильников хоть немного убавить! Зачем вообще такая иллюминация? Или дабы лучше видеть, что делаешь, не промахнуться ненароком? Нет бы свечи ароматические, бельё красивое – а не моё же собственное, ещё дома надетое, недорогой марки, незатейливое и хорошо хоть без котиков и единорогов, – соблазнение медленное, чувственное, чтобы я почувствовала себя хозяйкой мужского гарема, которую её верные «рабы» холят, лелеют и обожают, выполняют малейший каприз, пусть бы всё и было понарошку, в виде своеобразной ролевой игры. М-м, красота! Тогда я, может, расслабилась бы и, глядишь, что-то с кем-то да вышло бы.

Эх-х, мечты, мечты…

А то секс-рабыню им подай, а сами секс-рабами становиться что-то не торопятся.

Тьфу, а не мужики, одним словом!

Щелчок запора, быстрые шаги и прикосновение к моему плечу.

– Ты что, уснула? – прозвучал надо мной негромкий голос Второго.

– Нет. Тебе чего надобно, мил человек?

– Накинь это и пойдём.

Рядом со мной лёг чёрный плащ. Я приподняла голову, посмотрела наконец на Второго. Переоделся в нормальную выходную одежду, правда, исключительно того же немаркого цвета – брюки, жилет, сюртук, шейный платок, завязанный замысловатым узлом. Ну и мода в Лилате, однако. Устарела на целый век точно, если не на все два.

Я с некоторым трудом села, взяла плащ и завернулась в тяжёлую, пахнущую мужской туалетной водой ткань. Сползла с кровати, расправила складки, кривясь от боли в многострадальной голове.

– И куда мы пойдём? – полюбопытствовала я. – А обувки какой у тебя, случаем, нет?

– Нет, – отрезал Второй, накидывая на мою голову широкий капюшон. – Скажи «спасибо» и за это.

– За что?

– За то, что не оставляю тебя сначала здесь, а потом в загребущих Герибертовых ручонках. Знаю я эту сволочь – и тебя обратно заберёт, и от суммы в лучшем случае половину вернёт.

Та-ак. Это что же получается, без пяти минут насильник решил в прынцы переквалифицироваться? Он меня доблестно спасёт от участи незавидной, и я буду ему до смертного одра благодарна? А то и страстью безмерной воспылаю? Я современная девушка и неожиданной доброте незнакомцев доверять не склонна. Но из здания, так и быть, пусть выведет. Самостоятельно я вряд ли отсюда выберусь и далеко одна не уйду, а так какой-никакой, но всё же проводник.

А там посмотрим.

 

* * *

 

Окон действительно не было. Отсутствие данного важного элемента объяснялось довольно просто – прежде чем покинуть само здание, мы поднялись на два этажа вверх. За пределами комнаты я не заметила ничего интересного: приглушённо освещённые коридоры, двери по обеим сторонам, лестница. На первом наземном этаже небольшое фойе с низкими вишнёвыми диванчиками и столиками с журналами у одной стены и стойкой администратора у другой. Ни баб голых, ни сношений публичных, ни плёток с наручниками. Всё исключительно прилично, чисто, культурно.

Если не задумываться, чем в «нумерах» клиенты с девушками занимаются и есть ли там вообще девушки, пришедшие по своей воле, а не привезённые под снотворным или наркотиками.

Второй задержался у стойки администратора, возвращая ключ-карту от комнаты молодому человеку в чёрно-белой одежде, больше всего похожей на костюм официанта или бармена, попрощался и, хозяйским жестом обняв меня за плечи, вывел из здания. На всякий случай я надвинула капюшон на лицо и старалась не поднимать головы, но администратор даже взглядом меня не удостоил, не то что личностью моей не поинтересовался.

За массивной железной дверью прямоугольный тупичок стоянки, освещённая фонарями и яркими вывесками улица и то ли вечер поздний, то ли ночь глубокая. Впрочем, по проезжей части проносились с тихим урчанием мобили, ходили по тротуарам люди, доносилась откуда-то музыка. В Эмираде такое оживление в тёмное время суток только в центре увидишь, в спальных районах же тишь да гладь.

Мужчина проводил меня к одному из мобилей, распахнул передо мной дверцу переднего пассажирского места. Я села, Второй занял кресло водителя, коснулся панели управления. Консоль вспыхнула разноцветными огоньками, мужчина глянул в зеркало заднего вида и торопливо снял маску. Не сногсшибательный красавец, но внешность приятная, внимание привлекает. Тёмно-каштановые волосы, короткие, растрёпанные. Синие глаза и ямочки на щеках, появляющиеся, когда хозяин улыбался. Ростом, как я успела заметить, высок, да и в плечах широк.

Не так уж и плохо, если подумать.

– Меня Тесса зовут, – решила я представиться.

– Арсенио.

Мобиль сдал назад, развернулся и выехал со стоянки на улицу.

Отчего-то вспомнилось заявление номера Первого о вкусности и полезности девочек из борделя и, подозреваю, не только в общепринятом контексте.

– Можно задать неприличный вопрос?

– Зависит от степени неприличности.

– Вы… ты и твои… э-э, приятели, вы же не… не люди?

– Инкубы.

И-и-инкубы?!

И впрямь, первое впечатление ошибочное. Впрочем, выглядят инкубы как люди, особым запахом и аурой не отличаются, определить их с лёту человеку неподготовленному невозможно. Единственное, что инкубов выделяло – повёрнутость на сексе и, куда сильнее, на эмоциях, возникающих в процессе у партнёрш. И девственницы для инкубов действительно шли особым блюдом, вкусным, питательным, обязательной витаминной добавкой к рациону время от времени.

Я посмотрела в окно, на мелькающие дома и человеческие фигурки. Мобиль ехал быстро, и не стоило рассчитывать на удачное приземление при попытке выпрыгнуть из транспортного средства на полном ходу. Не говоря уже, что рядом демон и мужчина, который по определению физически сильнее хрупкой похмельной девицы. Демонстрировать свою прискорбно слабенькую магию я не торопилась, да и, будем честны, соотношение всё равно не в мою пользу.

– Ты наконец-то убоялась? – спросил Арсенио вдруг.

– Нет, – пожала я плечами как можно беззаботнее.

– Вы в Эмираде все такие непуганые?

– Просто я стараюсь трезво оценивать ситуацию. Я в городе убийц, контрабандистов и сутенёров, где всем плевать на мои права и общепринятые этические нормы, где я либо потенциальный товар, либо жертва скорого несчастного случая. Я не крутая супергероиня, мой папа не занимает высокой должности, и у него нет ни громкого титула, ни больших денег, ни нужных связей. Я не наивная девочка и не верю в прекрасного принца на белом мобиле, который появится из ниоткуда, спасёт меня и решит все мои проблемы. Биться в истерике, плакать, умолять отпустить меня и звать маму бесполезно. Ко всему прочему у меня по-прежнему зверски трещит голова, что несколько притупляет панику и желание удариться в слёзы.

Что вовсе не означает, что теперь я сложу ручки и буду смиренно ждать, пока меня опять попытаются пустить по кругу или продадут следующему любителю невинных тел. Папа нас с малых лет учил – можно и порой даже нужно затаиться на время, выждать, подумать, взвесить, но никогда, ни при каких обстоятельствах не сдаваться, не опускать руки, не сидеть на попе ровно в ожидании гипотетического чуда. И да, нет у папы денег и связей, зато он любит нас и маму. И пойдёт ради нас на всё.

Как и каждый в нашей семье встанет друг за друга.

Но делиться своими мыслями с Арсенио я, естественно, не собиралась.

Инкуб бросил на меня немного удивлённый взгляд. Всё ждёт слёз и истерики? А вот и не дождётся! Во всяком случае, не на чужих глазах.

Ехали мы довольно долго. Суетливые, сияющие бурной ночной жизнью районы успели закончиться, сменившись тихими, спящими улицами с тёмными домами. К некоторому моему изумлению, несмотря на обилие увеселительных заведений, в частности игорных домов и пресловутых борделей, пока Лилат в целом выглядел вполне благопристойно. Улицы хорошо освещены, гор мусора и зловонных сточных канав не видно, народ одет прилично, девицы облегчённого поведения на всех углах не стояли и откровенно бандитских физиономий я не приметила.

– Здесь везде так благочинно? – не выдержав, полюбопытствовала я.

– Мы в так называемом Верхнем городе. Верха есть верха и, как можно судить по названию, здесь всё самое лучшее и дорогое, включая недвижимость и уровень безопасности.

– Значит, есть Нижний город?

– Да. Менее благополучная часть Лилата. Вот туда даже средь бела дня не стоит соваться без надёжной охраны.

Ничего нового или оригинального.

Наконец мобиль остановился перед глухой тёмной оградой. По верхней части пробегали короткие голубые молнии, недвусмысленно намекая на надёжную магическую защиту. Похоже, мерам безопасности, предлагаемым местными властями, или кто тут всем заправляет, не особо доверяли, предпочитая самостоятельно обеспечивать защиту частной собственности.

– Посиди здесь, – велел Арсенио и, поразмыслив секунду-другую, добавил: – И не вздумай бежать.

– Что я, по-твоему, совсем дура? – ага-ага, сейчас пущусь в бега по незнакомому и опасному городу.

Аж любопытно, я хотя бы до конца этой улицы добегу?

– Кто тебя знает? – проворчал инкуб и вышел из салона.

Закрыв за собой дверь, направился к воротам, потряс за шнурок маленького посеребренного колокола слева от створки. Звона я не услышала, но не сомневалась, что его прекрасно услышали в доме, чья крыша виднелась за оградой.

А я уж решила было, что Арсенио меня привёз к себе. И если не к себе, то к кому, в таком случае? Вряд ли к одному из своих приятелей-инкубов, развлекающихся нынче в «Нектаре страсти».

На звонок не реагировали долго. Правильно, время позднее, обитатели дома если и на месте, а не где-то в городе, то наверняка уже сон десятый видят. Если только за стенами не скрывается какой-нибудь подпольный бордель или очередной клуб любителей оргий. Даже ручки зачесались тихонько выскользнуть из мобиля и дать стрекача, пока возможность есть. Пока не попала из жары иссушающей да в мороз трескучий.

Когда я уже заподозрила, что Арсенио попросту оторвёт шнурок от металлического язычка, над колоколом вспыхнул зелёный огонёк.

– Арсенио? – расслышала я через опущенное стекло удивлённый женский голос.

– Здравствуй, Рианн, – заговорил инкуб, оставив несчастный шнурок в покое. – Извини, что беспокою так поздно, но Эван дома?

– Нет, – ответила невидимая дама. – Его до утра не будет. А в чём дело?

– Да как тебе сказать, – Арсенио глянул через плечо на меня, и в свете фонаря возле ворот я явственно различила растерянное, извиняющееся выражение. Но не передо мной – перед находящейся в доме собеседницей. – Это не беседа для порога. Могу я войти?

– Это плохая идея. Ты же знаешь, Эван не одобряет ни тебя, ни твоих визитов.

– Рианн, понимаешь, тут такое дело… Я не один.

– Тогда тем более.

– Я с… э-э, с девушкой.

Комментировать дама не стала, однако молчание было крайне выразительным.

– Это не то, что ты думаешь, – выдал Арсенио не шибко оригинальную фразу и нервно, суетливо огляделся в поисках поддержки. И мне кажется, или инкуб действительно смутился?

Инкуб? Смутился? Перед женщиной?!

А в постели со мной таким серьёзным и властным казался, альфа-самец практически. Или, быть может, неизвестная мне Рианн – какая-нибудь госпожа? А Арсенио любит подчиняться, только не признаётся друзьям-приятелям в своих маленьких тайных фантазиях? Я б на его месте тоже держала язык за зубами – где это видано, чтобы инкуб в ошейнике да на коленях ползал перед женщиной?  

– Понимаешь, эта девушка – наш заказ и так уж получилось, что он… вернее, она нас не удовлетворила… Не в том плане, о котором ты подумала, – добавил Арсенио поспешно. – Клеон хочет вернуть её Гериберту и потребовать деньги назад, а я… – инкуб умолк, предоставляя собеседнице самой додумывать, какая нечисть толкнула его на столь неординарный поступок, как спасение бедной девы в моём помятом лице.

– Заходите, – со вздохом разрешила дама и зелёный огонёк погас.

Арсенио вернулся к мобилю, открыл дверь с моей стороны. Я вышла, последовала за инкубом к воротам. Арсенио распахнул створку, пропустил меня вперёд. Внутрь я шагнула не без опаски – кто знает, куда и с какой целью новоявленный прынц меня привёз.

За оградой маленький сад, мощёная плиткой дорожка, ведущая от ворот к двухэтажному каменному дому среди деревьев. Мы поднялись на невысокое крыльцо и входную дверь перед нами открыли изнутри. Я вопросительно оглянулась на Арсенио – мало ли, всё-таки я не при параде, растрёпанная, голая практически и босая, – но инкуб подтолкнул меня в спину, вынуждая переступить порог. По другую его сторону небольшой освещённый холл с лестницей, два арочных проёма, столик с цветами в вазе, часы на стене. Женщин в кожаных корсетах и мужчин в ошейниках пока не видно.

Дверь закрылась, и из-за спины Арсенио вышла девушка. Краси-ивая! Длинные тёмно-каштановые волосы рассыпаны по точеным плечам, узкое личико с пухлыми губами и зелёными глазами. Даже надетый в явной спешке халат и недовольно скрещенные руки на грудине портили приятного впечатления от стройной ладной фигурки.

– Здравствуйте, – сразу поздоровалась я.

– Здравствуйте, – настороженный взгляд девушки скользнул по моему нехитрому облачению, отметив и мужской плащ, и босые ступни, и воронье гнездо на голове.

– Это Тесса, – указал на меня Арсенио и умолк.

– Тесса Эльяни, – преставилась я. – Я из Эмирады.

– А-а, – протянула девушка. – Рианн Лобо.

– Рада познакомиться, – улыбнулась я максимально дружелюбно.

– Понимаешь, Рианн, – завёл старую песенку Арсенио, – Тесса, она… как тебе сказать… в общем, она была немного… не в том состоянии, чтобы…

Никогда прежде не общалась с инкубами, но почему-то всегда полагала, что они более уверены в себе и своей неотразимости, особенно в глазах противоположного пола.

– Моя подруга обручилась, и мы решили отпраздновать в одном из ночных клубов Эмирады, – взяла я управление диалогом в свои руки. Иначе разговор грозил затянуться до рассвета. – Устроили девичник, танцы, выпивка, непристойное поведение, короче, всё традиционно. В какой-то момент я пошла в дамскую комнату, что было потом – не помню, а очнулась уже здесь, в Лилате, на кровати, привязанная и в компании трёх озабоченных инкубов с совершенно неблагородными намерениями. К их сожалению и моему облегчению, им не удалось претворить свои грязные замыслы в жизнь, потому что я много выпила и, как понимаю, перед похищением, то есть перемещением мне ввели снотворное, и в результате к групповушке я не склонялась ни в каком виде.

Настороженность во взгляде Рианн сменилась сочувствием ко мне и возмущением в адрес Арсенио.

– С ума сошли? Одну на тебя и, полагаю, парочку твоих закадычных приятелей? Ещё и у Норвилла заказали?!

– Рианн, цены на девственниц поднялись знаешь на сколько? Дерут как за хорошие апартаменты в элитном районе Эмирады, а чуть претензии какие предъявишь по стоимости или внешнему виду товара, так сразу руками разводят – дескать, кризис, искателей сокращают, девственницы редчают и дорожают, бери что дают, а если не нравится, то пожалуйста, идите и ищите дурака, у которого дешевле будет. У меня никогда в жизни такого дохода не было, поэтому и решили брать вскладчину, одну на троих. И Берт качество гарантирует…

– Берт Норвилл? Качество? – презрительно рассмеялась девушка. – Он вообще делами занимается или у него на такие мелочи времени уже нет? Если его зазнобу послушать, а рассказывает госпожа Лейтон много, охотно и непременно с патетическим надрывом, то единственное, чем занят ваш драгоценный Берт – это пользует её утром, в обед и вечером. Ладно, – Рианн устало потёрла лоб, – что было дальше?

– Меня стошнило, – призналась я без тени смущения.

Сами виноваты!

– На Клеона, – печально добавил инкуб.

– Понятно, – кивнула девушка. – И почему же ты не согласился с его мнением?

– Берт и её заберёт, и нам вернёт только половину суммы. На троих, – насупился Арсенио. – Сошлётся, поди, на какие-нибудь издержки или что мы вернули товар в ненадлежащем виде.

Интересно, а какой вид после несостоявшейся оргии должен считаться надлежащим? Умыть, причесать, одеть и заверить, что на главное никто не покусился?

– Сама знаешь, что с ней будет. Гериберт всучит её другому клиенту и ещё себе навар отхватит. Или сразу в мотыльки определит, с него станется.

Перспективы одна другой краше.

– И я подумал, может, Эван её куда-нибудь пристроит? – закончил мысль инкуб.

– Он не занимается благотворительностью, – возразила Рианн. – И вакансии у него сейчас нет, не говоря уже, что девушку наверняка надо всему обучать с нуля.

– Ну, помощницей там или ты её к себе возьми горничной, – предложил Арсенио неуверенно.

– Всё равно надо учить. И мне не нужна горничная.

– Пусть тогда дом ваш убирает. Или на кухне помогает.

Не сказать, чтобы я в восторге от открывающихся карьерных перспектив, но в данной ситуации лучше мыть полы и кастрюли, чем отправиться дальше по рукам всяких похотливых козлов, рискуя навсегда затеряться в Лилате.

– Рианн, у вас ей в любом случае будет лучше, чем у нас и, тем более, у Берта. А бросить её прямо на улице я не могу.

Тут мы обе с удивлением и даже с нетерпением уставились на Арсенио, ожидая ответа. Инкуб с моральными принципами?

– Что? Я инкуб благородного рождения и мама учила не разбрасываться едой.

Рианн снова окинула меня задумчивым взглядом, поджала губы.

– Хорошо, девушка может переночевать у нас, – разрешила она. – Но вряд ли Эван обрадуется, когда увидит её утром.

– Благодарю, – Арсенио церемонно поклонился Рианн и кивнул мне коротко, с плохо скрываемым облегчением. – До свидания. Доброй ночи, Рианн.

Девушка шагнула к двери. Слева от створки висело несколько разноцветных продолговатых кристаллов на тончайших серебряных цепочках, Рианн коснулась одного. Инкуб бросил на девушку благодарный, с оттенком нежного обожания взгляд и вышел. Рианн через приоткрытую дверь проследила, как инкуб покидает прилегающую к дому территорию, и, когда Арсенио исчез за воротами, повторно прикоснулась к тому же кристаллу, активируя защиту и замок, закрыла и заперла входную дверь. Затем обернулась ко мне.

– Что ж, Тесса, давай устроим тебя на ночь. Думаю, от душа ты не откажешься и ты, наверное, голодна?

Я отрицательно покачала головой.

– Спасибо, я пока не голодна.

– Тогда чего-нибудь освежающего? – жестом предложив следовать за ней, девушка направилась к лестнице. – И обезболивающего, сколь полагаю.

Я послушно пошлёпала за Рианн, рассудив, что утро вечера мудренее и вряд ли здесь обнаружится что-то или кто-то хуже, нежели компания инкубов, покушающихся на мою девственность.

 

* * *

 

Голова болела. Несильно, скорее гудела ненавязчивым фоном, требуя традиционную дозу кофеина.

На узкой кровати в маленькой гостевой комнате наличествовала только я. И в самой комнате, незатейливо обставленной, залитой утренними лучами солнца, больше никого не было.

Уф-ф! Иногда одиночество в постели – это такое счастье!

Я потянулась всем телом, повалялась немного. Пока всё складывается не самым худшим образом. Меня не убили, не избили, не изнасиловали. Конечно, с последним пунктом возникли бы затруднения, но способы обойти нежданное препятствие есть, и я не тешила себя иллюзией, будто «мальчики», сообразив, что легко и быстро не получится, не придумали бы или не вспомнили методов обхода. В конце концов, львиная доза сильного афродизиака, гарантированно обеспечивающая телесное предательство, решала многие проблемы. Впрочем, не будем сейчас о грустном.

Меня не вернули этому загадочному, но явно мерзкому Гериберту. Из Лилата просто так не сбежать, на правоохранительные органы Эмирады рассчитывать тоже не приходилось, за пределами полиса и пригородных территорий они оказывались на редкость бессильны. Я не первая исчезнувшая, однако и растворяться в Лилате, подобно другим несчастным, мне не улыбалось совсем. Значит, я должна хоть в лепёшку расшибиться, но выжить. Дать знать родным, где именно я нахожусь. И если придётся выбирать между собственной жизнью и девичьей честью, то предпочту я, разумеется, жизнь. Но даже в таком случае я уж точно не намерена становиться бревном, послушно плывущем по течению в слабой надежде, что однажды всё закончится само собой.

Я выбралась из-под одеяла, одёрнула белую ночную сорочку, выделенную Рианн взамен моего не шибко свежего белья, и отправилась в ванную комнату. Как я заметила ещё накануне, дом не слишком велик – на втором этаже всего три двери, не считая ванной. Да и ванная не столь просторна и роскошна, как та, что примыкала к «нумерам». Бежевый кафель, душевая кабинка, собственно ванна, раковина. Включив воду, я умылась, оглядела содержимое стеклянной полочки над раковиной. Познавательно как. В стаканчике две зубные щетки. Бутылочки с шампунями, бальзамами, пеной для ванны и прочими сугубо женскими мелочами соседствовали с пеной для бритья и мужским парфюмом. Любопытства ради я взяла синий флакон с туалетной водой, открыла, понюхала. Ненавязчивый терпкий запах, то ли травы какие-то, то ли не пойми что. Закрыла флакон, поставила на место и, вспомнив, потянулась закрыть вентили с водой. Всего на секунду отвела взгляд от зеркала над полкой, а когда вновь посмотрела на своё отражение, то вздрогнула и схватилась за сердце.

Потому что позади меня стоял мужчина. И вид у него хмурый, недовольный, и смотрел он на моё отражение крайне недружелюбно.

– Ты ещё кто такая? – вопросил незнакомец сурово.

Розыгрыши
и конкурсы
Эксклюзивные
предложения
Только интересные
книги
Скидки и подарки
постоянным покупателям