0
Корзина пуста
Войти | Регистрация

Добро пожаловать на Книгоман!

Или войдите через:


Новый покупатель?
Зарегистрироваться
Главная » 3. Реверс (эл.книга) » Отрывок из книги «Реверс»

Отрывок из книги «Реверс»

Автор: Грон Ольга

Исключительными правами на произведение «Реверс» обладает автор — Грон Ольга Copyright © Грон Ольга

ПРОЛОГ

«Рано или поздно каждый садится за банкетный стол последствий своих поступков».

Р. Л. Стивенсон

 

32-С регион Галактического Альянса.

Планета Крaум, система звезды Рокс.

Главный космопорт.

Несколько дней спустя я провожала мать в космопорт.

Я решила сама забрать ее из дома, чтобы провести еще немного времени вместе перед тем, как она улетит на Ноурэн. Я прекрасно знала, что это не навсегда. Понимала, что она выйдет на связь, как только сможет. Глаза мамы наполнились слезами, но я понимала, что это слезы радости. В них светилась скрытая надежда, что все будет хорошо, и на Ноурэне она сможет вырваться из тюрьмы, в которую сама себя загнала. А вот вырвусь ли я?

— Я свяжусь с тобой по прилету, Кимберли, — произнесла мама, когда мы уже делали посадку на опустевшей парковке космопорта. Таковой она являлась лишь сегодня, ведь Максимилиан Блэр провожал важного гостя — Чана Ванга. Но флайера Блэра я пока не видела — похоже, Макс задерживался.

Я вздохнула.

Несколько дней назад я призналась матери, где работаю на самом деле. Каковым же было мое удивление, когда она сказала, что Хелен давно все рассказала. Надо же, мама так долго делала вид, что ничего не знает! Возможно, ей известно не только о работе. Но я не стала поднимать больную для меня тему.

Я провела платежной картой по датчику робота, что стоял неподалеку, и машина поспешила достать из багажного отделения флайера мамины вещи, погрузила их на специальную движущуюся площадку. Мы с мамой шли следом. Она расписывала перспективы будущей жизни, в ее голосе проявилось радостное щебетание. Я вздохнула, взяв ее за руку.

— Ты еще поживешь для себя, мам. Не переживай за меня. Мы скоро увидимся. Несколько месяцев — не такой большой срок.

— Моя девочка, все будет хорошо. Заботься о себе.

Я всегда знала, что в моей матери порой просыпается, эгоизм, но все равно относилась к нормально, ведь привыкла, что она постоянно требовала к себе внимания.

— Все хорошо, мам. Смотри, вот и господин Ванг!

Делегация вышла из большого флайера и двинулась в здание космопорта, где мы с мамой уже сидели за столиком кафе за высокой стеклянной перегородкой второго этажа. Отсюда отличный обзор на всю нижнюю часть огромного здания.

Ванг знал, где нас искать, тем более, что до отправления корабля еще оставалось время. Он поднялся к нам на лифте, а за ним я вдруг увидела Макса.

Издалека я не поняла, какого именно — лучше бы никто из них не прилетал. Не дадут спокойно проститься с матерью! Я всмотрелась в лицо мужчины, пытаясь разобраться, сам ли это Максимилиан или клон с его настоящим характером. После того, как они признались в своем обмане, я так и не отошла от стресса. К счастью, мне дали вздохнуть спокойно, и на несколько дней я смогла вырваться к маме.

— Аманда, вы так прекрасно выглядите, — польстил Ванг маме. — Даже в дорожном костюме вы — прелесть.

— Благодарю вас за комплимент, господин Ванг. — Мама покраснела, а я отошла, оставив их наедине, чтобы поговорить с Максом. Вот только с которым из них — пока оставалось вопросом.

Макс ждал меня в стороне от Ванга и от мамы. Мужчины уже успели поговорить об интересующих их вещах, и у нас оставалось время до того, как освободится портал космопорта. Я прищурилась и вдруг поняла, что это Макс-клон. Новость обрадовала, поскольку встречаться с тем, кто являлся моим официальным мужем, никакого желания не было.

О, Создатель, мне тяжело с ними обоими. Как быть дальше?! Как понять, что вообще со мной происходит?

Когда до меня дошла истина моего положения — в тот самый день, в который я узнала о том, что их на самом деле двое — хотелось просто умереть. И дело было вовсе не в том, что тот, кому действительно начала доверять, оказался не Максимилианом Блэром — это, напротив, порадовало. Только вот то хрупкое доверие вдруг разбилось на тысячи мельчайших осколков, которые не складывались заново.

Он ведь такой же, как и его оригинал, телепат! Он мог найти способ защитить меня от ненавистного типа, но вместо этого поддался его игре, обманывая все последнее время. Он знал, что я замужем за тем, против кого восстает моя душа, кто пьет из меня энергию и заставляет подчиняться. Но при всех своих чувствах, о которых второй Макс мне постоянно твердил, он не сделал даже намека, что хочет добиться чего-то сам, не в образе своего прототипа. Напротив, он словно амеба растекся перед сильнейшим.

После этого стало тошно, даже приторно, что он слишком хороший, но не сильный. Не мужчина, способный защитить, а человек, обманувший меня. Я понятия не имела, что произошло между Максами, не хотелось думать. Голова просто не работала в том направлении. Конечно, я понимала, что присутствовал шантаж, а Макс неоднократно пытался предупредить меня, просил подождать. А теперь мне не хочется видеть ни одного, ни другого. С потерей личности Максимилиана Блэра тот, кого я любила, словно утратил часть самого себя, уверенность в завтрашнем дне. И как бы иногда не порывало пожалеть его (не каждый же день узнаешь, что ты — это и не ты вовсе, а чья-то копия), хотелось кричать: «А кто пожалеет меня! Со мной что будет?». И эти противоречивые чувства напрочь затолкали только появившиеся ростки хрупкого счастья далеко в мое подсознание.

— Кимберли, я хотел сказать, что тебе нужно вернуться, — тихо произнес он, когда нас никто не слышал.

— К кому: к тебе или к нему? Вы дали мне несколько дней, чтобы начать все заново. Не хочу снова стать игрушкой на двоих.

— Никто не тронет тебя без твоего согласия. Он обещал.

— Вот ты знаешь, — сделала я умильное выражение лица, — тебе бы я еще попыталась поверить, но ему — никогда.

— Зря. Он держит свои обещания. Я знаю!

— Тогда почему так вышло в тот раз? Когда вы издевались надо мной вдвоем? Что это было? Ответь мне.

— Это был мираж, если ты не поняла. Меня там не было. Он просто отомстил мне. Я обещал, что не стану пытаться говорить с тобой вне зоны действия слежения. Я нарушил договор. — Макс прищурил голубые глаза и посмотрел так серьезно, что мне вдруг стало его жаль, а он продолжил травить душу: — Мне плохо без тебя, Ким, прости. Я действительно был уверен: когда ты узнаешь правду, то сразу же откажешься от меня и предпочтешь его. И жалости я не хочу. Я и сам не знаю, что делать.

Он произнес это таким тоном, что я сама едва не разрыдалась.

Я действительно все эти дни ставила себя на его место, искала оправдание. Но если он так думал, то сам не доверял мне, считал, что я любила его за положение. А от этого становилось обидно вдвойне.

— Что мне делать… Макс. Макс, ведь?

— Можешь называть меня так. Если тебе удобно, — улыбнулся он.

— Хорошо. Тогда ты будешь Макс, а тот, — сделала я пространный жест рукой, — Максимилиан. Так чего ты от меня хочешь?

— Просто вернись. Ты сможешь уйти в любой момент, если захочешь. Сейчас ты проводишь мать и полетишь с нами. Тирелл ждет меня во флайере. Мне самому нужно кое-что понять в этой жизни. Да и с Максимилианом происходят странные вещи. Тирелл и Лаверн узнали кое-что загадочное, но я не могу сказать тебе здесь. Тирелл обещал сам поговорить с тобой. И Максимилиан наконец-то согласился на обследование.

Я вспомнила о Тирелле Кроу. Удивительно, теперь Кроу стал единственным, кому я доверяла, хотя изначально не могла выносить его на дух. Он изменился, стал иным, особенно в последние дни перед моим бегством.

У меня будут союзники. Не стоит оставаться в неведении, если могу помочь им обоим. Одинаковым, но в то же время разным, как свет и тьма. Особенно вот этому, что стоял сейчас напротив, склонив голову. Да и оригиналу, в котором порой просыпались человеческие качества. Но главное — помочь второму Максу осознать свое место в этом мире. Может быть, я действительно поспешила с выводами?

— Хорошо. Я попробую еще раз. Если вы вдвоем доведете меня до психушки — это будет на вашей совести.

Я не сказала ему о главном аргументе. Почти каждый день, пока я находилась у мамы, ко мне прилетала Лаверн в сопровождении Тирелла. И, кажется, у меня начала получаться установка зеркальных стен. С Лаверн уже выходило вполне сносно, а вот выйдет ли с этими типами — покажет практика. Меня все равно не оставят в покое, так или иначе. Лучше пойти на мирные условия, чем потом испытать на себе удар.

— Провожай мать, а я еще раз поговорю с Вангом и буду ждать тебя во флайере. Твой аппарат заберет Тирелл. Спасибо за доверие.

Макс улыбнулся — впервые за весь разговор, до этого в глазах мелькала сплошная боль. И я вдруг вспомнила, что значила для меня его вот эта улыбка…

 

ГЛАВА 1

Макс задержался в космопорте. Я же вышла и увидела Тирелла Кроу с неизменным выражением лица, когда непонятно, серьезен он или же просто издевается.

— Он тебя все же убедил, — заключил Тирелл. — Я еще вчера говорил, чтобы ты вернулась.

— Знаешь, как сложно все это принять? — огрызнулась я. — Если бы не ты и Лави… В общем, не знаю, как мне теперь вести себя с ними. Как на работу летать, я тоже не знаю. И как дальше жить.

— Надеюсь теперь, когда ты сможешь останавливать его телепатическую волну, тебе будет проще. У меня уже отлично получается. — Он вдруг заметил Макса, который выходил из здания: — Ты ему нужна в первую очередь. Оригинала мы потерпим. А вот копии стоит осознать, что он теперь самостоятельная личность, отдельная от Максимилиана Блэра. Пусть даже с чужой памятью и одинаковым набором хромосом. Его нужно растормошить, дать хорошего пинка, чтобы он почувствовал себя на своем месте. Максимилиан держит его шантажом. Как и Лаверн, и тебя… Если бы не покушение, вы все могли бы покинуть Краум. А поскольку вы привязаны к этой планете, придется искать выход здесь. Он наверняка существует, а я помогу во всем разобраться.

— Хорошо. Я попытаюсь. Не знаю, что из этого получится, — вздохнула я. — Скажи, а что тебя держит рядом с ним столько лет?

— Обещание, данное его отцу, — отрезал Тирелл. — Нам пора.

Мы летели недолго. Уже скоро я входила в дом, ставшим за это время моим кошмаром. Максимилиана не было дома, поэтому я спокойно вошла, а за мной зашел Макс. Из холла показалась Лаверн. Она подошла и поцеловала в щеку, чем удивила не на шутку.

— Ким, я так рада, что ты здесь.

— Сама не могу нарадоваться, — произнесла почти шепотом. — Мне это напоминает сговор пострадавших от энерговампиризма Максимилиана Блэра.

Я покосилась на Макса, который никак не отреагировал на мою неудавшуюся шутку. Я знала, что он воспринимает ситуацию болезненно, ведь как бы ни хотел, не мог относиться к Максимилиану так же, как я. Потому что знал помыслы настоящего Блэра, будто сам был на его месте.

В пространстве гостиной раздался резкий звук сигнала комма Тирелла, пока мы еще не успели поговорить. Мы с Лаверн прислушались к его словам.

— Да… Это я… Соединяй!.. — Кроу кого-то ждал, но с кем он говорит, оставалось загадкой. — Да… Что?! Это правда? Я сейчас прилечу!

Обескураженное выражение лица безопасника заставило насторожиться даже Макса. Он жестом попросил Тирелла включить громкую связь.

«Не нужно… Я уже сам к вам лечу. Придется составить несколько протоколов. Оформить документы. Заодно выясним ваше алиби…» — раздался незнакомый голос.

Экран коммуникатора погас, а мы дружно переглянулись.

— Что случилось? — не выдержал Макс.

— Это следователь из планетарной полиции. Рейс Бенедикт мертв… Умер пару часов назад.

— Но как это произошло? — не понял Макс.

— Может быть, опять передозировка? — предположила Лаверн. — К этому ведь все шло.

— Верно. Передозировка. Но это еще не все, — мрачно сообщил Тирелл. — На месте найдены свежие отпечатки. А запись камеры видеонаблюдения стерта.

— И что следователь хочет от нас? — Макс обошел Тирелла.

— Боюсь признаться, но следователь ищет Максимилиана. Он ведь еще не вернулся со своих раскопок?

— Нет. Свяжись с ним.

Я замерла, представив, что скоро Блэр окажется здесь вместе со всеми.

— Сейчас, — пробормотал Тирелл, а выражение его лица обескуражило. — Около тела Рейса найдены отпечатки Максимилиана! — выпалил он, повернувшись.

Эти слова повергли в шок. Неужели Максимилиан причастен к гибели его же адвоката? Первой моей мыслью стало осознание, что Блэра просто посадят. Но слишком наивно было так предполагать...

— Мы ничего не скажем следователю, — предупредил Тирелл Кроу. — Вы все знаете, что нам грозит. Нет резона отправлять Макса за решетку. Да он откупится, в любом случае. Самому Максу нет смысла убивать Бенедикта. А вот у остальных возникнут проблемы. Для всех Максимилиан Блэр находился в это время в Краум-космопорте. Записи камер имеются, есть свидетели, что он провожал в этот момент своего партнера.

— Но ведь там находился не он! — встряла я, не понимая, зачем Кроу покрывает этого маньяка. — Мы все знаем, кто был там на самом деле!

Я повернулась к Максу в поисках поддержки.

— Мы не скажем, Ким! — резко ответил Макс. — Тирелл, позвони Максимилиану, скажи, пусть не появляется здесь, пока не улетит следователь. Не хватало еще, чтобы они столкнулись. Потом сами с ним поговорим.

— Этим и займусь, — раздалось от безопасника.

Я не выдержала — выскочила из холла и бросилась в столовую. Следом за мной выбежала Лаверн. Я схватила со стола графин с водой, налила стакан и выпила залпом, пытаясь успокоиться.

— Все будет хорошо! Жалко Рейса, конечно. Но это не Максимилиан, пойми! — нервно сказала Лави. — Мы должны узнать, кто им управляет и чего они хотят. Заставить их показаться.

Я повернулась, поставила на стол стакан. Мой взгляд упал на медальон, который Лави обычно носила под одеждой. Сейчас она забыла его спрятать, и в глаза бросился изображенный на нем знак — странный символ, я никогда не встречала такого. Чем-то похожий на обозначения, что были найдены на стенах зданий сто тридцать первого сектора.

— Я понимаю. Но мне страшно. Ведь в следующий раз жертвой может стать любой из нас, — тихо произнесла я.

Чего стоило психологическое давление, которым развлекался Максимилиан, в сравнении со страхом смерти?..

 

***

Максимилиан Блэр летел домой, будто в тумане, не понимал, что происходит.

Слова Тирелла никак не укладывались в голове.

Рейс Бенедикт был мертв, а в настройках его флайера после сто тридцать первого сектора черным по белому значились координаты дома адвоката. Но ведь он уверен, что не был там! Впрочем, в обратном он тоже сомневался. Последние пару часов после вылета с площадки заветного сектора остались загадкой…

Он дождался, пока вновь позвонит Тирелл, чтобы вернуться домой. Как хорошо, что он не успел убить своего клона!

Максимилиан впервые оценил присутствие рядом копии.

Интересно, сумел ли тот уговорить Кимберли вернуться?

Максимилиан обещал не трогать ее. В первую очередь, самому себе. Нельзя показывать всем зависимость от этой женщины. Для удовлетворения энергетических потребностей с него хватит людей в BI. С каждого понемногу — жалко им, что ли?!

А женщины?.. Он потерпит столько, сколько потребуется. Почему-то он уверил себя, что Кимберли сама выберет его. С его-то положением и деньгами! Что ей еще нужно? Клон, у которого ничего нет — даже собственных воспоминаний? Вряд ли.

Но странное ощущение, которое он испытывал в последние дни, пугало и заставляло задуматься, что не он порой управляет жизнью. Он отбрасывал мысли, старался не думать об этом после того, как пытался убить свою копию. Но смерть адвоката напрочь выбила Блэра из колеи.

Он уже сделал посадку у дома и молча ударил кулаком по панели управления.

Тирелл тут же появился на глаза, словно ждал его возвращения. Максимилиан тревожно посмотрел на него.

— Почисти гребаные настройки маршрута. Я действительно был там. Но я не помню. Знаю лишь, что вылетел из сектора, и все — как отрезало! А как убили Бенедикта?

— Ты вколол ему убойную дозу Р-32. Рейс давно сидел на этой дряни. Ты просто вынудил его это сделать, когда он, видимо, собирался успокоить нервишки, — кислым тоном ответил Тирелл.

— Рейс употреблял наркотики?! И давно ты это знал?

— Недавно выяснил. Вы же не даете мне спокойно вздохнуть! Я не знаю, что делать. Тебе нужно обследование. Хоть ты и проходил его тогда... — Тирелл замолчал, переваривая свои мысли. — Посчитай, сколько таких случаев ты не помнишь. Ты понимаешь, что тобой управляют? Мы заплатим Ковальски за молчание... Он просто проверит каждый участок твоего сумасшедшего мозга.

— Не заговаривайся, Тир! — прикрикнул Максимилиан.

— Да я устал от того, что ты не хочешь признать очевидное! Мы с Лаверн нашли информацию, что на людях когда-то проводили опыты по созданию совершенного солдата — универсального существа, питающегося энергией. Так вот мне все больше кажется, что эти разработки не уничтожены. И кто-то применил их на тебе во время похищения, поработал над твоим сознанием. Ты не такой плохой, каким хочешь казаться. Просто нужно вылечить тебя.

— Сейчас ты договоришься и будешь следующим, но уже по моей воле, — пригрозил Блэр.

— Я просто пытаюсь донести информацию. Ты же видишь, что твой клон иной. Не такой, как ты, — отмахнулся Тирелл.

— Я уже понял... Кстати, он привез Ким?

— Да, твою супругу доставили в целости и сохранности. Но не советую наседать, иначе можешь потерять ее навсегда. Да… твой... Макс дал показания за тебя. У тебя железное алиби — ты провожал господина Ванга в космопорт. Я знаю, что ты не виновен. Это единственный аргумент в твою пользу в моих глазах. Мое упущение, что я недосмотрел, не заметил угрозы.

— Спасибо, — процедил Максимилиан сквозь зубы. — Разберемся. Интересно, сможет ли Ковальски определить причину происходящего? А в существование сект я не верю. Это вымысел.

 

***

Пока я ждал Тира и Максимилиана, постоянно думал, возможно ли такое, что в определенные моменты кто-то управляет. Если это правда, враг может находиться совсем рядом. Кому мог понадобиться Рейс? Безобидный, много лет преданный семье Блэров, к которой я поневоле имел отношение.

Я прикрыл Максимилиана. Долго объяснять Кимберли, зачем я это сделал. Ей не понять, что там, где замешаны серьезные деньги и большая власть, не стоит никого сбрасывать со счетов.

Дверь столовую отворилась, и я вошел. Лаверн что-то объясняла Ким, и та внимательно слушала. Лави выглядела, как обычно, независимо, скрывала эмоции, а вот Ким сильно переживала — я сразу почувствовал. Интересно, почему затих Астон Бейли и надолго ли? Ведь он не оставит Лави в покое, наверняка что-то задумал.

Хотелось бы разобраться со всем происходящим. И снова завоевать ту, что сидела напротив, чуть опустив ресницы. Кимберли старалась не смотреть на меня, но я чувствовал ее скрытый интерес. Чего она хочет от меня? Каким желает видеть? Женщину понять сложно, особенно в моем шатком положении.

— Макс, Тирелл еще не вернулся? — поинтересовалась Лави.

— Я видел его флайер. Он на территории.

— Я оставлю вас. Мне нужно поговорить с Тиреллом. Ситуация накаляется. Эх, это я во всем виновата. Если бы не я, то вы могли бы спокойно улететь… Или…

Я понял, что она недосказала. Если бы не Лаверн и ее заговор с Астоном, меня бы не было вообще. Жестоко порой играет с нами жизнь! Ким бы так и не смогла отомстить Максимилиану. Не с ее связями тягаться с акулами галактического бизнеса.

А вдруг Максимилиан убил ее отца так же, как и Рейса Бенедикта?!

— Лаверн, подожди. Я хотел спросить, — бросился я за брюнеткой.

Кимберли не стоило слышать этот разговор. Мы вышли за двери, и Лави повернулась ко мне.

— Срочно?

— Лави, Ким рассказывала о записи смерти ее отца, что предоставил ей Винс. Ты не могла бы узнать, что это за запись? Я хочу лично посмотреть ее. Ведь там был и Рейс.

— Хорошо. Я узнаю. Я сама не видела ее, этим Винс занимался.

— Спасибо, — произнес я.

Кимберли ждала меня. Но сказать, о чем думает, не собиралась. Она просто закрылась, спрятала свои эмоции. Я не хотел пробивать ее защиту. Если она даже их от меня скрывает, что уж тут сказать. Интересно, а как живут люди, которые не владеют даром телепатии? Они же как-то определяют, что происходит с собеседником?

— Макс, прости, что я наговорила тебе в космопорте. Я действительно рада, что ты — не он. У меня в голове такое творится… Мне сложно думать о чем-либо, — призналась она.

Я ничего не ответил. Понял ее по-своему.

После того, как Ким узнала, что я — не Макс Блэр, она пытается принять меня другого, но пока у нее не выходило.

— Что мне сделать для тебя? Ты только скажи!

— Ничего. Просто обними — и все, — попросила она.

Я прижал ее себе, чужую и такую родную одновременно. Она замерла, устроившись у меня на груди, слушала, как бьется мое искусственно созданное сердце.

Жестоко со мной обошлась судьба, врагу не пожелаешь.

— Я хотела сказать. — Она подняла голову и посмотрела мне в глаза. — Те дни, на Трентоне и в полете — были лучшими в моей жизни. И вовсе не из-за того, что я считала тебя им… Просто ты должен собраться с мыслями и принять то, что случилось. И я должна…

 

***

Я протянула к нему руки и вдруг поняла, что сделаю все возможное, чтобы быть с этим мужчиной. И плевать, кто он. Все равно, что для общества играет иногда роль своего прародителя. Что он делает за того часть работы. Я не понимала этих игр. Но даже Тирелл по непонятным мне причинам поддерживал эту аферу.

Я просто потянулась к Максу, чтобы поцеловать. Сама не знаю, что нашло. Я не думала, почему это делаю, но сердце тревожно забилось, когда я поняла, что могу своими действиями оттолкнуть единственного, кто заботился обо мне все это время.

Макс ответил страстным поцелуем, зарылся руками в волосы, перебирал их. Но звук чьих-то шагов заставил нас остановиться. Мы повернулись и увидели его.

Максимилиан стоял в дверном проеме и смотрел на нас.

— Развлекаешься в мое отсутствие с моей женой?

— Ты уже явился? — Глаза Макса сверкнули в ответ. — Я не позволю тебе командовать, что мне делать.

— Вы все в моем доме, — безразлично заметил Максимилиан. — Хотите уйти — я же никого не держу. Вот только планетарная полиция арестует ее быстрее, чем вы успеете зарезервировать билеты на трансгалактический лайнер.

Я отпрянула от Макса, слезы застыли в глазах, а потом вдруг скатились бусинами по щекам. Он ведь прав! Я заложница в этом доме. А он радовался, всасывал мои эмоции, чертов энергетический кровопийца.

— Я согласился провести несколько дней в медицинском центре — Тирелл настоял. Так что даю тебе фору. — Он обращался к Максу, но я подняла голову, улавливая каждое слово. — Занимайтесь, чем хотите, в мое отсутствие. Но не забывайте: я вернусь.

Он смерил нас холодным взглядом и вышел. Странно, я даже не ожидала от него такого поступка. Или он действительно менялся? Хоть бы Мэриону удалось понять причины его помешательства! Может быть, когда-нибудь он тоже станет нормальным.

Макс отошел, задумавшись, потом бросил в сторону двери несколько слов:

— Не думай, что твоя игра продлится вечно. Всему приходит конец!

— Подождем... — пробормотала я тихо. — Ты только держись! Не сорвись сам. Мы найдем способ избавиться от этой зависимости.

— Он не такой плохой, каким хочет казаться. Я знаю, — ответил Макс.

— Мне иногда тоже так кажется. Но он не сможет отказаться от меня.

— И его вполне можно понять… Пойдем, посмотрим, что там с нашими документами по BI. Жаль забрасывать корпорацию. Это вторая вещь, которая держит меня здесь, на Крауме.

 

***

Тирелл Кроу находился на площадке у своего флайера, молча поправляя куртку. В голове он проигрывал последовательность событий, которые привели к смерти Рейса Бенедикта. И визит следователя планетарной полиции. Понятно, что никто больше не станет трогать Максимилиана Блэра. Просто не посмеют. А вот разобраться, в чем же дело, стоило. А для этого...

— Куда собрался? — Лаверн бесшумно выскользнула на парковку.

— Меня ищешь? Соскучилась? — насмешливо спросил Тирелл.

— Вот еще! Нужен ты мне больно. Просто поговорить хотела. Никак, ты собрался в дом Рейса.

Он приподнялся брови.

Как она догадалась? Хотя… что говорить о бывшем спецагенте, да еще и телепате. Она же насквозь его видит.

— Лаверн... — Он замолчал, подбирая слова, затем пояснил: — Я хочу узнать, что Рейс делал в последние дни: где был, с кем встречался. Не думаю, что полиция заметит все мелочи. А они могут оказаться очень важны для нас.

— Я с тобой. — Она застегнула комбинезон и бесцеремонно залезла в его аппарат.

В голубых глазах сверкнул живой интерес. Тирелл предпочел бы видеть другой интерес в этом взгляде. После того поцелуя Лаверн несколько отстранилась от него, а он постоянно думал, что хотел бы видеть ее рядом всегда. Трогать эти волосы, ощущать теплую кожу, заставлять дрожать в его руках.

Впервые за столько лет Кроу снова влюбился. Это раздражало, ведь делало слабее. Нужно спасти девчонку от преследования, чего бы это ни стоило. А потом пусть сама решает, надо ли ей продолжение отношений. Но внешне он старался ничего не показывать. Помогал тот же метод защиты. Он держал себя начеку. Прятал чувства, хоть иногда так и порывало подхватить Лаверн на руки, занести в комнату, бросить на постель. Наслаждаться ей до последней капли, заставить изнемогать от желания, а потом дать ей то, чего она захочет. И больше никогда не отпускать…

— Полетели. Посмотрим, как жил Рейс в последние дни. Надеюсь, там нет полиции. Это может оказаться опасно для тебя.

— Я уж как-нибудь разберусь с полицейскими. Не забудь, я не в таком дерьме побывала.

— Я ничего не забываю, — тихо прорычал он в ответ.

Лаверн поняла это по-своему: конечно же, он не забудет, что она пыталась убить его. Она злилась, что пошла на поводу у Астона Бейли, и теперь старалась искупить вину. Вот только сама себя загнала в капкан.

Дорога до дома Рейса заняла немного времени. Тирелл посадил аппарат в стороне от освещенной части, проблем с планетарной полицией ему не хотелось, несмотря на все его связи. Зря он только потащил ее с собой. Лучше бы полетел один, для ее же безопасности.

— Что с тобой? — Она выскользнула из флайера. — Не рад, что я навязалась в твою компанию?

— Прекратит сканировать мой мозг, без тебя тошно.

Он совсем забыл, что она чувствует каждую его эмоцию. К Максимилиану в свое время удалось привыкнуть, но когда это делала девчонка, которую он желал трахнуть, это начинало раздражать. Хотелось думать о делах, а не контролировать себя постоянно. Или же просто научиться доверять ей.

— Прости, — пожала плечами Лаверн. — Так мы идем или нет?

— Естественно. Придется отключить сигнализацию. Полиция наверняка закрыла доступ до конца расследования. Но в доме, судя по всему, никого нет. — Он достал из флайера очки с функцией ночного видения и инфракрасными сенсорными датчиками. — Держи. Хотя зачем тебе. Ты копов и так почувствуешь.

Сам же распахнул багажный отсек, где находились всевозможные устройства. Придется считать магнитный код, чтобы открыть дом, а потом точно так же закрыть, при этом не попасть в диапазон действия видеокамер, наверняка расставленных по всей территории.

Они молча прошли по затемненной дорожке к дому и остановились там, где находилась граница освещенной части. Туда падали лучи прожекторов. Неподалеку соседние дома. Квартал Краум-сити был далеко не бедным. Этот район входил в зону, которую защищали от песка огромные уловители. Так же, как и дом Максимилиана находился в безопасной части города, защищенный от сильных ветров.

— Обойдем с той стороны. Дальше другой участок.

Они обогнули дом, чтобы попасть к высокому забору, Тирелл смерил Лаверн оценивающим взглядом, потом включил свой считыватель кодов. Синий экран довольно быстро выдал нужную комбинацию цифр, которую безопасник передал другим устройством. Лаверн настороженно осмотрелась вокруг.

— Кажется, никого нет. Отключил?

— Да. Придется прыгать.

— Слабо? — Она подтянулась, оказавшись на верху забора. — Догоняй!

Тирелл выругался вслух, вытащил из рюкзака трос с крюком. Забросил его наверх, зафиксировав, а потом, держась за него, поднялся. Нажал кнопку — и трос сам спрятался в коробочку. Тирелл спрыгнул, убрал в сумку свое приспособление. Еще пригодится на обратном пути! Он бросился догонять Лаверн, которая уже стояла у самого дома. Они быстро открыли внутреннюю дверь из сада и проникли в дом.

— Рейс в морге?

— Да где же еще. Забрали, сделают экспертизу. Здесь никого нет. Можно свет включить.

Лаверн быстро сориентировалась, ведь уже была в этой большой гостиной. Не оставлять бы за собой следов. Тирелл словно понял ее — протянул перчатки.

— Вот, держи. Надо включить непрозрачный режим окон. Потом свет. Чтобы снаружи не увидели.

— Уже, — отыскала Лаверн взглядом пульт управления на стене.

На сенсорной панели заморгали лампочки. Брюнетка быстро пробежалась пальцами, создав нужный режим в помещении. Теперь можно было спокойно рассматривать все, не переживая, что их заметят. В случае чего придется воспользоваться способностями. Двоих спрятать сложнее, чем себя одну, но тоже вполне реально.

 

ГЛАВА 2

Максимилиан просто совершил подвиг в моих глазах — оставил нас в покое со своим клоном. Хотя я чувствовала, ему нелегко это далось. Не стоило увлекаться ласками, кругом находились невидимые видеокамеры — глаза дома. Наверняка, он знал все, что происходило, ведь вся техника в этом особняке была настроена на нужды его владельца.

Но это не помешало нам говорить.

Вопреки моему плохому настроению, я смогла перебороть себя. Это было нужно Максу. С каждым моим словом он оживал. Его растерянность исчезала, а ее место занимала некая уверенность и просто желание жить. А от Тирелла я узнала, что с ним происходило все эти дни.

Мы не могли покинуть дом, но никто не мог запретить выйти в сад. Туда мы и направились, будучи уверенными, что нас никто не видит. Максимилиан не появлялся, Тирелла и Лаверн не было до сих пор. Их отношения стали странными: я видела, как менялся взгляд Тирелла в присутствие сестры Максимилиана.

— Пойдем туда, вглубь, — потянул меня за руку Макс. Мы пробежали по дорожке мимо застекленных цветущих оранжерей и встроенных ламп освещения. Я мимолетом взглянула на те самые белые лилии, до сих пор вызывающие странные ассоциативные чувства. Макс не знал этого, поэтому нахмурился, чувствуя мой перепад настроения.

— Что с тобой? Что-то не в порядке?

— Макс, — взглянула я ему в глаза. — Я боюсь потерять тебя. Вдруг что-то случится?

— Все в порядке будет. Сама говорила — главное, верить в победу. Ведь, когда ты шла на работу в BI, то тоже действовала на удачу. И если бы не ты и Лави...

Я поняла, что он хотел сказать — его бы просто не было на свете.

Я отвлекла Макса от этой темы. Провела дальше по саду, и мы вышли к большому бассейну под светящимся куполом.

— Искупаемся? — спросил он меня вдруг.

— Нет... Не могу. Только не здесь. Ты меня понимаешь? — покосилась я на воду, которая бликами отражала обволакивающий пространство свет.

— Как знаешь... Иди сюда. — Он сел на шезлонг, а меня потянул к себе.

Наши губы слились в поцелуе; я почувствовала тепло, что исходило от Макса, сладкий поглощающий аромат. Словно мы находились не в доме Блэра — скорее, на пляже Трентона, где мы впервые целовались и я почувствовала что-то, выходящее за привычные для меня рамки.

Макс создавал для меня иллюзию, но она не отталкивала, лишь успокаивала, заставляла дрожать в его руках от счастья. Нежные пальцы уже расстегнули мой комбинезон и нашли сквозь тонкую ткань бюстгальтера горошину соска. Макс наклонился и укусил меня за грудь, прямо через ткань, а я откинулась назад, позволив ему это делать. Лишь часто задышала, когда его губы перешли к моей шее, покрывая частыми прерывистыми поцелуями. Внизу живота внезапно появилось сладкое тянущее чувство, и я застонала. Я хотела Макса все так же, как и тогда, на Трентоне, хотя после всех событий считала, что между нами все кончено.

Внезапно моя иллюзия изменилась: вместо одного мужчины в ней их стало двое.

Второй тоже был рядом. Я почувствовала его руку, словно наяву, а потом и холодный голос, что приказал мне раздвинуть ноги. Да что же происходит?..

Галлюцинация прервалась внезапно, будто меня выдернули из мечты и бросили в реальность. Максимилиан на самом деле находился здесь, смотрел на нас с неприкрытым любопытством, словно никогда не видел подобного зрелища. Я отпрянула от своего Макса, заправила белье и застегнула комбинезон.

— Сладкая девочка, не правда ли? — Блэр подошел и присел с другой стороны шезлонга. — Ты ведь не промах: так и норовишь воспользоваться тем, что принадлежит мне. Почему ты прервал представление? Ей же хорошо было. Ты только попробуй ощутить эту гремучую смесь чувств. Ведь мы могли получить удовольствие вместе, втроем. Каждый взял бы то, что хочет.

— Мне твоего представления в прошлый раз хватило! — прошипела я, припоминая, что произошло в тот день: — Когда ты оставишь меня в покое?

— Ох, дорогая моя жена, — сделал он акцент на последнем слове, — как ты наивна. Ты еще ничего не понимаешь в мужчинах. Кому нужны все эти ванильные страсти, цветочки, поцелуи, когда нет главного — адреналина. Ведь именно он делает тебя такой уязвимой и вкусной. А ты рассказала моему клону, как мы с тобой весело провели время в последний раз? Тебе понравилось, не отрицай. Я не склонен применять насилие в истинной его форме. Предпочитаю делать все без боли и крови. — Он поморщился, потом протянул ко мне руку, провел пальцами по моему бедру. — Истинная форма наслаждения — удовольствие разума. Потому что я здорово определяю все страхи. Знаю грань между желанием их почувствовать снова и забыть. Я годами тренировал свой разум, чтобы вытаскивать из глубин подсознания то, чего боится партнерша. И знаешь, что самое интересное? Ты все помнишь сам, Макс. Скажи ей!

— Что? — поинтересовалась я, отодвигаясь от его руки. При этом я видела, как напряглось лицо Макса.

Показалось, он вот-вот ударит своего оригинала. Но нет.

— Рано или поздно все испытывают удовольствие и просят продолжения. Только тогда мне уже не так интересно. Скажи ей, Макс, сколько женщин умоляло повторить страшную для них иллюзию. Скажи!

— Макс, это что, правда? — повернулась я.

Макс стиснул зубы и молчал. Брови свелись вместе.

Неожиданно он поднялся с шезлонга, размахнулся и врезал Максимилиану кулаком в лицо. От неожиданности тот скатился в бассейн и упал; раздался громкий всплеск. Я подскочила, прикрыв ладонью рот, чтобы заглушить свой крик. Максимилиан же вынырнул, потом стянул с себя мокрую одежду, бросив рубашку и домашние брюки на покрытие пола. Отбросил с лица локоны, с которых стекала вода. Сузил глаза, тяжело дыша, и направил на Макса, стоящего на краю, телепатическую волну. Видно, вышло неожиданно, поскольку тот пошатнулся и через секунду оказался там же, вместе с ним. При этом не показывался из-под воды.

— Отпусти его! Он же задохнется сейчас! — крикнула я.

Черт! Неужели он не может противостоять этому ублюдку?! Или же с тем снова происходит что-то странное.

— Только ради тебя, Ким, — хрипло ответил Максимилиан.

Он расслабился, и тогда Макс вынырнул, откашливаясь. Вода закрывала их тела где-то по грудь. Еще немного — и Блэр мог бы его утопить. Но он не собирался этого делать, просто хотел показать свое превосходство в телепатическом плане.

Максимилиан вышел из воды, играя мускулами, не спеша встал на прозрачный диск, который забирал с его тела лишнюю влагу. В это время второй показался из воды и выбрался на площадку, метая злые взгляды на своего оригинала. И странно-удивленные на меня, словно я была виновата в его бедах. Я с гордостью взглянула на него. Это же надо, врезал Блэру. Так ему и надо! Интересно, чего он вдруг так взъелся? Неужели там что-то настолько страшное, что даже клон не хотел воскрешать в общей памяти. Или же, напротив, слишком интересное.

— Я провожу тебя в дом. Не трону, не переживай, — предложил мне Максимилиан.

— Нет. Я с тобой никуда не пойду. Уж лучше одна.

— Как знаешь. Пошли, поговорить надо, — бросил он своему клону. — Пусть спать идет. Одна. Сам знаешь, сегодня утром мне нужно уехать.

Я скрестила руки на груди. Пусть идут. Все равно у них есть от меня свои секреты, которые я не знаю и не хочу знать. Я зевнула, почувствовав усталость от этого дурацкого дня. Хотелось протянуть ноги, выспаться, забыть о том, что вокруг меня столько недосказанности и тайн. Что эти двое мужчин не оставят меня в покое, хотя я уже определилась, с кем хочу остаться. Но первый не даст, пока находится рядом.

Я дождалась, пока они скроются с моих глаз, и пошла в сторону дома, искренне надеясь, что успею поспать до того, как мы с Максом полетим в корпорацию улаживать рабочие вопросы.

 

***

Тирелл Кроу методично обыскивал каждый уголок дома Рейса Бенедикта. Он старался действовать осторожно, чтобы не шуметь и не привлекать внимание снаружи. Но пока не попадалось ничего стоящего. Копаться в ворохе документов и голографических записей не было времени, хотя это стоило сделать. Но Тирелл и так знал, что там может быть.

— Почему ты думаешь, что тут что-то можно найти? Может быть, обыщем его кабинет в BI? — настороженно спросила Лаверн.

— Я прекрасно понимаю, кто мог заставить его принять дозу, оказавшуюся смертельной. Но зачем-то это было нужно? Значит, Рейсу стало известно то, чего он не должен был знать. А поскольку сам он в последнее время мало чем интересовался, делал лишь то, что говорил Максимилиан, значит, дело в чем-то еще. Сам он мало выходил из дома, разве что в BI бывал.

— Значит, дело в самом Максимилиане. Он мог приказал Рейсу сделать что-то, вышедшее за пределы компетенции тех, кто им управляет. Что-то могло помешать им выполнить задуманное. Ведь манипуляции Максимилианом не происходят просто так. Они имеют определенную цель. И кажется, это раскопки города предтечей. Ты же так и не свозил меня туда, хоть и обещал.

— Сама видела, что было не до раскопок. Наведаемся туда, если снова ничего не случится.

— Зря ты не хочешь посмотреть записи Рейса. Вряд ли они оставили следы за собой, если убивали его руками, точнее, разумом Максимилиана. Поэтому полиция ничего и не нашла. А вот в компьютере стоило бы покопаться.

— Давай, смотри, пока я загляну на второй этаж. Кабинет Рейса открыт.

— Хорошо, — развернулась Лаверн и направилась в большое мрачноватое помещение.

Компьютер быстро засветился, а женский голос системы запросил пароль.

Голосовой идентификатор. Черт, что же делать? Она задумалась, вспоминая, как взламываются эти устройства. Она делала такое когда-то, но это было слишком давно. Лаверн замерла. Стоит ли ломать систему? Она знала, что можно подключить общую сеть дома, чтобы соединить профили разных устройств. Только это чревато последствиями — может включиться сигнализация, а если прилетит полиция, хорошего будет мало. Поэтому она не рискнула делать это самостоятельно, решив дождаться возвращения Тирелла.

Лаверн отправилась наверх, а он уже направлялся к ней. Увидев ее взгляд, Тирелл понял, что у нее не вышло. Они вместе зависли над панелью управления компьютером.

— Да, твой метод может сработать: если функционал дома настроен на его голос, то среди них наверняка найдется нужный нам тембр. Не думаю, что Рейс ставил особую защиту. Но вот сигнализация… Это проблема. Если она сработает…Сколько времени нужно, чтобы смотаться отсюда?

— Пяти минут нам хватит. Вопрос в том, сколько мы будем искать нужную нам информацию. Если она вообще существует, — ответила Лаверн.

— Рискнем. — Тирелл Кроу вышел к панели управления системами жизнеобеспечения коттеджа, чтобы настроить нужный режим.

Лаверн осталась около компьютера, чтобы быстро активировать пароль, если он найдется. Она подняла голову, когда повсюду загорелся свет, заработали кондиционеры, заиграла музыка, медиа экраны во всех помещениях включились, словно весь дом ожил. Но тут же уставилась в монитор, быстро перебирая на панели компьютера всевозможные варианты паролей. Ей удалось: после нескольких неудачных попыток система одобрила запрос. Рейс оказался не слишком-то продуман, по крайней мере, не особо переживал, что данные могут стать известны кому-то еще.

Тирелл склонился над девушкой, рассматривая списки документов и писем, пока оставалось время до прилета планетарной полиции. Лаверн нервничала: у нее ничего не выходило; то, что они видели, вряд ли могло кого-то заинтересовать.

— Посмотри в удаленной корреспонденции. Ты же сможешь восстановить файлы.

— Конечно. Если они были. Не пора ли нам сматываться отсюда? Вот… — Она замолчала, а потом добавила: — Следи за временем. Пару минут — и все.

— Согласен. Иначе можем не успеть.

Она быстро перебирала пальцами, выполняя давно заученный алгоритм действий, и вот, кажется, нашла, что искала — запрос в галактическую Службу изысканий. Именно они и занимались поисками останков и реликвий древних цивилизаций и следов, оставленных ими. И находились они под ведомством Альянса.

— Чертов Рейс, он хотел сдать Максимилиана. Не выдержал после того случая, — проговорил Тирелл. — Он не успел — ему пока ничего не ответили. Если бы он отправил туда голографические проекции раскопок, вся планета уже кишела бы военными и археологами. Он всего лишь поинтересовался о порядке действий, но не успел ничего сообщить. И кто-то, кому это крайне невыгодно, решил побыстрее от него избавиться. Тот, кто следил за ним и, вероятно, был с ним знаком. Поэтому они и отправили Максимилиана сюда. А тот как раз возвращался из сектора.

— Тирелл, больше мы ничего не найдем. Пора делать ноги.

Тирелл Кроу успел отключить все, что работало, оставив только регулировку микроклимата. Он преодолел забор с тем же приспособлением; Лаверн последовала за ним так же, не рискнув прыгать. Они рванули к флайеру под звуки спешащих на сигнал тревоги аппаратов планетарной полиции. Еще немного — и они бы не успели. Тирелл быстро включил двигатели, и флайер взлетел, разминувшись с полицейским катером всего на каких-то пару сотен метров. Они видели яркие прожектора, что прорезали ночную темноту бело-голубыми лучами.

— Ух. Слушай, а ведь если правда то, что Рейс собирался сдать Максимилиана, значит, информация доходит до неизвестных нам лиц в течение одного, максимум, двух дней? Кстати, что там с данными от Клима Каура? Сейчас они пришлись бы как нельзя кстати. Мы могли бы вычислить, кто находился на орбите планеты в последние два дня.

— Этим тоже займемся завтра. Да еще и с Максимилианом лететь. Отдохнуть нам пока вряд ли удастся. — Тирелл вздохнул и взял курс на дом Блэра.

 

***

Максимилиан Блэр не злился. Это чувство, как и многие другие, почти не присутствовало в его разуме. Но что-то задело эту безразличную, на первый взгляд, натуру, когда он увидел Кимберли со своим отражением. Царапнуло изнутри, заставило подумать, какое удовольствие мог бы испытать, будь он на месте своего клона. Не разозлило — именно вывело из равновесия, ведь казалось, что на месте Макса должен быть он. Эти странные чувства Блэр испытывал постоянно. Видимо, они играли роль в пополнении его энергетической сущности чужими эмоциями, которых ему недоставало. Только вот почему он испытывал необходимость в негативе, он не знал.

Он молча смотрел в окно, пока флайер с пилотом за штурвалом скользил над поверхностью дороги. Впереди уже виднелось здание, которое было выстроено за его деньги пару лет назад, когда он думал только о том, что откроет выгодный для региона бизнес. Тогда он и не предполагал, что сам вскоре решит воспользоваться разработками Мэриона Ковальски.

Тирелл Кроу не полетел с ним. Что-то странное происходило с его безопасником, особенно утром. Он объявил Максимилиану, что у него есть срочные дела. Блэр не стал выяснять обстоятельств; никаких эмоций не проскочило в поле, окружающем Тирелла. Но не было времени выяснять причину — его уже ждали, а Максимилиан не желал терять время, которого оставалось все меньше.

В заветном секторе уже вовсю очищали стены новой части города, каждый день приносил новые открытия. Его управляющий каждый день отправлял Блэру новые фрагменты съемок, а вчера Максимилиан лично контролировал ускоренное выполнение работ по восстановлению давно развалившихся стен, напоминающих жилой квартал города. Но ему нужно иное. Кажется, они шли не в том направлении, ведь он поверил данным геологической разведки, а здесь была наибольшая концентрация возможных останков города. Пустого города.

Он отвлекся от размышлений, увидев, что они уже на месте. Что же, стоит пока забыть о своих проблемах.

 

***

Максимилиан Блэр не являлся главной целью сегодняшних забот Тирелла. Кроу еще ночью сообразил, что так и не наведался к Климу. Стоило дать тому хорошего пинка, чтобы не забывал, кому обязан положением.

Поспать удалось только пару часов, да и то это сложно было назвать сном. Мозг постоянно работал, сопоставлял факты, строил предположения. Поэтому, проводив Максимилиана, Тирелл рванул в дом, чтобы позвонить своему знакомому и договориться о встрече. Это не заняло много времени. Не успел он спрятать в карман штанов свой комм, как мимо него проскользнула тень Уны.

Местная прислуга старалась не связываться с угрюмым безопасником — себе дороже. К женщинам он был безразличен, и никто из них не удостаивался чести больше раза побывать в его постели. Охрана же просто избегала контакта с саркастичной натурой Кроу. За должность держался каждый, ведь работу в многомиллионном городе было не так легко найти.

— Уна, иди-ка сюда, — позвал вдруг Тирелл.

Служанка обернулась, сверкнув черными глазами.

— Что-то случилось?

Она была единственной, кто позволял себе так отвечать Тиреллу. Он же объяснял это тем, что она работала на Блэров побольше его — еще со времен жизни на Асгарде.

— Где Лаверн?

— Она в своей спальне, еще спит. Господин... Максимилиан... только что улетел в офис с госпожой Кимберли. — Уна побоялась назвать второго Макса словом «клон». В доме все уже знали о его существовании, но были предупреждены о последствиях распространения информации.

— Принеси два кофе. Сливки. И что-нибудь сладкое. Я хочу сам наведаться к Лави, — распорядился вдруг Тирелл.

Через несколько минут он уже стучался в комнату к Лаверн, сделав безразличный, скучающий вид, хотя искорки в золотистых глазах говорили о многом.

Когда межкомнатный транслятор сообщил брюнетке о нежданном госте, она бросилась приводить себя в порядок, посмотрелась в зеркало, развязала шнурок пеньюара и улеглась в постель как ни в чем не бывало.

Тирелл вошел и поставил на столик поднос, присел рядом с Лаверн.

— Че-ерт, такая рань. Ты, что, без меня не мог обойтись? — протянула она, нарочито громко зевая.

— Хотел сделать сюрприз. Принес кофе. Заодно решил обсудить некоторые моменты, — ответил Тирелл ровным тоном.

— Кофе? — потянулась Лаверн, рассматривая его сюрприз. Потом брезгливо сморщила нос: — Я не употребляю сливки. Они лишь портят фигуру. И сахар мне не нужен.

— Там нет калорий. Они же искусственные, — усмехнулся он.

— Тогда тем более. Это все, что ты хотел? — Она шутливо приподняла бровь. — От того, что я поспала бы еще пару часов, вряд ли бы что-то изменилось в наших глобальных проблемах. И вообще, я думала, что ты отправился с Максимилианом решать его вопрос.

— Так будешь кофе или нет? Я не полетел с Максимилианом, с ним отправился Рэй, а Винсент в BI вместе с Ким и вторым Максом. Так что дома почти никого нет. Если не считать десятка молчаливых слуг и нас.

— Нет. Не буду. Убери, — отвернулась она от предложенной чашки, сделав вид, что Тирелл вообще не заботит ее. — Раз никого нет, то и я могу еще немного отдохнуть. Ты же пророчил мне рудники на астероиде, а ведь там уже не высплюсь. Боюсь, что молчание Астона не к добру. Как, впрочем, и все остальное.

— Тогда я буду пить кофе сам. Потом не проси. — Он демонстративно отвернулся и сделал глоток из ее чашки. — Клим ждет нас, так что не разлеживайся, скоро полетим к нему.

— Я передумала. Отдай! — Лаверн поднялась и села на кровати, сбросив с плеча накидку, якобы случайно. — Хочу узнать, каков твой вкус. — Она протянула руку и отобрала у него кофе, половина которого вылился на нее. — Ну вот, смотри, что ты наделал… Придется переодеваться.

— Сама виновата, — едва сдержал он улыбку.

— Отвернись! — Лаверн поднялась и сняла с себя верхнюю часть одежды, оставшись в одних трусиках, и искоса бросила на мужчину томный взгляд.

Лаверн откровенно провоцировала его, завлекала. Мстила за то, что он издевался над ней в первые дни их знакомства. Она чувствовала желание и напряжение Кроу, а он еле сдерживался, чтобы не завалить ее на постель прямо сейчас. Пусть не думает, что с ним можно вот так поступать, словно он мальчишка какой-то. Но тем самым он признал бы свое поражение.

— Нам пора. Собирайся. Я жду тебя внизу, — бросил он резко, потом поднялся, стараясь не смотреть на девушку. — Пока Максимилиан отсутствует, полетим смотреть его интересные находки. У меня есть код для доступа в сто тридцать первый сектор.

Он стиснул зубы, украдкой бросив взгляд на полуобнаженные ягодицы, прищурился, представив их прямо перед собой. И хоть, на первый взгляд, Лави была и не против возможного секса, безопасник знал: от нее можно ожидать любой подвох, поэтому не спешил радоваться.

— Хорошо. Полетим, — бросила она мокрую одежду в очистительный контейнер и потянулась за комбинезоном. — Пойди, остынь.

— Чертовы телепаты, — прошипел Тирелл и хлопнул дверью, решив, что в его жизни это был первый и последний кофе в чью-то постель.

 

ГЛАВА 3

Я украдкой смотрела на Макса: как он улыбался Роксу, радовался новому дню, пока мы летели в BI. Небо планеты сегодня было особенно белым, и на его фоне сине-голубые глаза мужчины выглядели особенно, словно небо Земли, к которой я успела привязаться. Его губы красиво изогнулись в момент, когда аппарат сел на раскаленную крышу здания. Я вдохнула горячий воздух, который особенно чувствовался после кондиционера флайера. И мы поспешили под крышу, откуда попали в прозрачный лифт. Пока нас никто не видел на уровне верхних технических этажей, Макс обнял меня за талию и уткнулся в волосы лицом, вдыхая мой запах.

— Жаль, я не могу дать тебе все это. Это не мое.

— Макс, ты серьезно думаешь, мне нужны эта корпорация и ее владелец? Ты настоящий, а не он. Не думаю, что Блэру вправят мозги. Да и после всего, что произошло, я не смогу его простить. Да, мы временно являемся марионетками в его руках, но сможем вырваться.

— Стоит ли? Корпорация — это судьбы многих жителей города. Она его неотъемлемая часть. От нас зависят благосостояние и рабочие места нескольких тысяч человек, ведь Краум и дейтерий неразделимы. Мы ничего не изменим, если не будет BI — не будет этого города. Стоит просто изменить политику, попытаться улучшить жизнь людей на планете.

— Ты прав. — Я вдруг вспомнила, что привело на Краум моих родителей: — Невозможно исправить прошлое. Нужно изменить будущее. Отца не вернешь. Интересно, та запись, что давал мне смотреть Винс, — она настоящая или же смонтирована? Я ведь так и не узнала... Я только вчера задумалась, что Максимилиан действительно может просто не помнить о том, что натворил. И это не его вина.

— Она настоящая. — Макс отвернулся от меня. — Прости, что не сказал раньше. Мы с Тиреллом пересматривали ее на днях, когда искали связь. Нам дал ее Винс. Это Максимилиан заставил Джэра застрелиться. Рейс это тоже знал. Но Блэр действительно не помнит, а Рейса больше нет в живых. Помимо твоего отца троих постигла та же участь.

Я замолчала. Слова Макса лишь подтвердили мои догадки.

Мы уже добрались до нужного этажа и выходили из лифта, когда меня вдруг пронзила дрожь от осознания, что все мы существуем, живем рядом с убийцей — с тем, кто может неосознанно уничтожить каждого, находящегося рядом.

— У меня в том исследовательском центре работает знакомый. Нужно узнать причину его нарушений раньше, чем он что-то натворит, — процедила я сквозь зубы. — Не знаю, чем все закончится, но сделаю хотя бы то, что в моих силах. Даже если ради этого придется терпеть твоего сумасшедшего оригинала. Только ради всего этого... — Я обвела рукой панораму за окном, к которому мы подошли. — Мне страшно...

— Я не хочу подвергать тебя риску... Че-ерт, попадал ли кто-либо в такую ситуацию. Как мне принять то, что моя любимая женщина может находиться в руках другого? Даже ради дела. Пусть Тирелл и Лави занимаются расследованием. Но ты не лезь в это дерьмо!

— А я и так по уши в дерьме. Ради папы и всего чертова Краума... Не отговаривай меня. Я позвоню после обеда Гедеону и договорюсь о встрече. Ты можешь присутствовать, если захочешь — не собираюсь от тебя ничего скрывать. Кажется, времени все меньше. Какая-то угроза зависла над всей планетой. Пусть Тирелл проверит сектор и ищет тот корабль, а мы пока узнаем, что сможем, здесь.

Макс провел меня до кабинета и скрылся, а я присела на диван в ожидании отчета о новых партиях дейтерия и задумалась.

Я почему-то давно догадалась, в чем дело, но один вопрос не выходил из моей головы. Зачем?! К чему все эти смерти? Что можно скрывать от всех? Что именно мешает невидимому врагу, и все ли так, как кажется на первый взгляд? Возможно, их люди есть вокруг нас: в корпорации, доме Блэра, на его объектах — особенно в сто тридцать первом секторе. А мы не знаем, что нас окружают одни враги. Стоит ли подставлять Гедеона или же не вмешивать его в опасное дело?

Мама написала мне письмо по общегалактической связи, прислала видео, где она с господином Вангом проводит время в его большой, дорого обставленной кают-компании. Я ответила, что рада за нее. Полет закончится лишь через несколько дней. И я искренне надеялась, что она будет счастлива, я давно не видела на ее лице и тени улыбки.

Из головы не выходил злосчастный сто тридцать первый сектор, словно он концентрировал все зло этой планеты. Почему Тирелл Кроу запретил полеты туда? Он ведь мог настоять прекратить раскопки, пока нет Максимилиана. Сколько мой так называемый супруг пробудет в исследовательском центре? Есть ли у нас всех время, чтобы разобраться во всем, или же мы ничего не узнаем? Голова раскалывалась от всех вопросов.

Одним из них являлась пропажа Генри Мерита. Я была уверена, что рано или поздно он покажет свое истинное лицо. Почему он так уверенно рассказывал мне о раскопках и причинах, зачем подбил на провокацию моего отца, а потом столкнул его лицом к лицу с Максимилианом Блэром? Словно знал куда больше, чем показывал. Жаль, я так и не успела выяснить больше.

А еще Винс наводил на подозрения. Когда он шпионил за Блэром, то знал все, что происходило, но целенаправленно не лез в те раскопки. Я решила поговорить об этом с Максом в обеденный перерыв. Когда-то этот клубок тайн должен раскрутиться.

Кажется, все шло по заранее намеченному плану. И только появление в игре второго Макса сильно спутало кому-то карты.

 

***

Встреча с Климом Кауром должна была произойти вовсе не в кабинете, как предполагала Лаверн. Вместо этого она увидела, что Тирелл вводит совсем другие координаты, открывая на экране карту Краума, причем, ее противоположную часть.

— Куда мы? Только не говори, что собрался на другую сторону планеты. Так мы точно не вернемся к вечеру.

— Тебе не хватает теплой постельки в доме Макса?

— Не в этом дело. — Она вдруг смутилась, словно он сказал ей нечто очень личное. Пора бы уже привыкнуть к его саркастичной натуре. Но она сама же его сегодня спровоцировала. — Это очень далеко, да и другие есть причины.

— Если боишься за себя, можешь не переживать. Мы не на твоем Трентоне. И не на Земле. Здесь свои порядки, даже если база принадлежит властям Альянса. Там хранятся все записи с военных спутников, никто вместо нас не будет искать нужные сведения. Клим обо всем договорился, остается лишь действовать. Тогда и решим, что делать дальше: пытаться удержать Максимилиана от возможных поступков или же исследовать сектор с его грандиозными археологическими раскопками.

— Я ничего не понимаю. — Лаверн нажала сенсорную кнопку, закрывающую двери флайера: — Как так?! Неужели до сих пор никто не сообщил о его находке в соответствующие службы? Еще до Рейса. Неужели нет съемок со спутников? Или же на все это закрывают глаза местные военные и власти? Я не понимаю. Там же твои знакомые. Объясни: им, что, всем дали взятки, чтобы они молчали? Но ведь может найтись тот, кто все равно рано или поздно сдаст Максимилиана. Что тогда? Данные съемок можно достать из любого архива. Или восстановить.

— Ты все поймешь потом. Полетели.

Тирелл еще раз уточнил маршрут. Затем поднял в воздух аппарат и взмыл над трубами, что шли вдоль обычной автомобильной дороги. Он молчал, не решаясь сказать то, что уже знал.

— Я даже не взяла теплой одежды... — вздохнула Лаверн.

— Я подумал за тебя и прихватил пару комбинезонов. Можешь не переживать. Я знаю, где мы сможем остановиться на ночь.

— Надеюсь, это место не посреди пустыни?

— Надейся... — Он усмехнулся, выводя флайер в ровный полет в общем потоке аппаратов на трассе, что кольцом охватывала город.

Лаверн молчала недолго. Вскоре она снова начала задавать бесконечные вопросы, словно проверяя его своими чувствительными телепатическими датчиками на детекторе лжи. Он радовался, что может хотя бы немного скрыть свои эмоции, отвечал односложно, краткими предложениями, стараясь отшутиться при каждой возможности. Хотя у самого в душе скребли кошки.

Они уже покинули пределы города и на большой, приближенной к максимальной, скорости вошли в заданный навигатором флайера маршрут, поддерживая безопасную высоту. Лаверн успокоилась, просто молча смотрела на бесконечную вереницу цифр, что выскакивали на экранах, изредка попадающиеся на радарах аппараты, хотя с отдалением от города их становилось все меньше.

Пустынный ландшафт за окном не успокаивал — напротив, тревожил все больше. Здесь уже закончилась холмистая часть западного плато, а за ней началось бесконечное белое поле с перекатывающимися барханами и изредка встречающимися вышками связи для путешественников. Большая часть управления происходила через те же спутники, но и эти вышки, построенные много лет назад первыми колонистами планеты, играли немаловажную роль.

Тирелл целенаправленно задал маршрут так, чтобы избежать поселков шахтеров и заводских территорий. Да и не так их много было в сравнении с площадями этой огромной планеты, условно разделенной секторами. На самом деле это были исключительно географические координаты места, где не было стран или городов, или океанов с континентами. Сектора отличались лишь на карте, а на деле представляли собой песчаную бесконечность.

— Придется сделать одну остановку, — не выдержал Тирелл после двух часов полета, хотя он и не был слишком напряженным. — Доберемся туда только к утру… То есть, к нашему вечеру.

— Предлагаю сменить тебя. Можешь поспать, если хочешь. Как это Максимилиан вообще доверил тебе свой спортивный флайер?

— А я не спрашивал. Он ему в исследовательском центре не понадобится. Жаль, я не слишком близко знаком с Мэрионом Ковальски. Я хотел бы узнать информацию из его уст первым.

— Странно, его же обследовали в прошлый раз, перед тем, как появился второй, клон, считывали его память. Как они могли не заметить нарушения, если они имеются? Я понимаю, что ДНК не может дать информации об искусственном вмешательстве в мозг, но TDCM-001… Он же должен был засечь сбои в вертикалях потоков информации. Я уже имею некоторое представление об этом методе.

— Вероятно, Мэрион знал, просто не стал разглашать информацию. Или не хотел говорить об этом Максимилиану, боясь ответной реакции. Я больше склонен верить этому предположению. И скорее всего, он и не думал о том, что когда-нибудь придется осуществлять его затею.

— Я бы тоже никогда не подумала. Знаешь, а я же поверила тогда, на Трентоне, что это настоящий Максимилиан. Он так убедительно играл его роль, пока не узнал правду. Вот только я не уверена, что все так просто. Клонирование недаром было запрещено долгие века с момента его изобретения, да и повторение сознания невозможно полностью. Об абсолютной идентичности личностей речь даже и не шла. Поэтому они такие разные. Дело даже не в том, что кто-то управляет им, или в нарушении какой-то зоны мозга, если верить результатам опытов по созданию универсального солдата. Мне нужно было пообщаться лично с доктором, я бы смогла объяснить ему некоторые вещи.

— Не стоит, — уклончиво ответил Тирелл. — Мы и так еле уговорили Макса пойти на этот шаг. А смерть Рейса, к которому он все же испытывал некую привязанность, лишь утвердила в нем это решение. Он сам хочет избавиться от зависимости. Да… Я собирался сказать тебе одну любопытную вещь, которую выяснил буквально вчера.

— Что еще? — Лаверн напряглась, словно ждала информации о себе. Так оно и вышло.

— Твоего муженька отстранили от должности главы экономического совета Трентона. Алек Горд вышел со мной на связь.

— Что Алек делает на Трентоне? Он же отправился искать Викторию?

— Но ведь путь к Виктории — это отчасти и твой путь. Значит, он посчитал эту планету важной. Или же нашел какую-то информацию. Но попутно он вычислил следующее: Винсент Тейлор прибыл на Трентон вовсе не с секретного завода Организации. Он прибыл с Земли. И попался Астону Бейли не случайно, когда вы начали искать исполнителя для убийства. Это было подстроено. Понимаешь?

— К чему ты это говоришь? Винс любит деньги, я знала это всегда.

— А еще больше он любит славу. Его не уволили. Он все также оставался шпионом той же ОГБ. Даже когда работал на секретном заводе. И потом, когда получил очередное задание подставить Астона. И уничтожить по плану Максимилиана.

— Нет, этого не может быть.

— Думаешь, они отпустили его просто так? — Тирелл поднял бровь. — Не бывает такого, ты сама это прекрасно понимаешь.

— Я даже и не думала об этом… — призналась Лаверн.

— Просто он старше тебя и гораздо опытнее. Легко играет различные роли. При всех твоих достоинствах и способностях, дорогая, ты всего лишь наивная юная девочка, еще недавно влюбленная в старшего куратора. Заметь, ему прекрасно исправили сустав, ведь он и не хромает. То была просто фикция. Они знали, что ты связана с Викторией, знали о планируемом убийстве Максимилиана. И вы вовремя дали отличную почву для этого. Они ищут «Вектор», а Максимилиан — отличная возможность и хорошая приманка. Они выжидают, чтобы выяснить, откуда растут ноги в этой истории.

— К чему ты это говоришь, Тирелл? Объясни мне!

— Ты сама толкнула меня к этому разговору. Я складываю факты, пытаюсь анализировать обстановку. Конечно же, нужным людям давно известно о том, что происходит на Крауме. Я не мог говорить с тобой об этом дома или в офисе, где и у стен есть уши. Я сам в замешательстве. Лишь тогда, когда Алек отрапортовал мне о Винсенте, я начал понимать некоторые вещи. Им не нужен Макс, не нужны мы. И мелкие промышленные шпионы их не интересуют. Знаем пару таких, типа Леонарда Хойта. Им нужно добраться до верхушки, взять организаторов той секты. Она угрожает безопасности всей галактики. Думаю, мы должны первыми вывести на чистую воду тех, кто управляет Максимилианом, прежде чем это перейдет в решающую стадию схватки. Вокруг нас нагнетаются тучи. Мы словно в тисках. И я, и ты, и Макс-клон. Да… Я не уверен, но мне кажется, кто-то знал заранее о том, что он будет создан. И даже способствовал этому. Мы все разменные монеты в игре высших сил. И нужно что-то с этим делать, если просто хотим выжить.

— Мне кажется, ты все усложняешь. Винсент с нами только потому, что он не должен попасть к Астону. Чтобы не выдать меня.

— Да плевать Астону на тебя! Ты понимаешь это? Ему хоть бы свое теперь спасти! Ты мне не веришь?

— Нет! — Она сверкнула глазами. — Нас бы всех давно допрашивали представители закона, мы бы не ходили так свободно.

— Сейчас покажу тебе кое-что… — Тирелл осмотрелся, с силой вдавил штурвал и снизил скорость флайера, заходя на посадку. — Я покажу тебе, чтобы ты не сомневалась в моих словах.

Он остановился и вышел наружу, тяжело дыша, надел солнцезащитные очки, повернувшись к пустынному ветру. Рокс все так же стоял в зените в этой части планеты, ведь они двигались на запад — здесь была меньшая вероятность встретить кого-то. Лаверн застегнула молнию комбинезона и вышла за ним, желая объяснений. Она не могла поверить, что все, сказанное им — правда. Да он и сам не был в этом полностью уверен.

— Что хотел показать? — спросила она. — Продолжай, раз начал!

— Вернись в машину. Там, в правом запасном отсеке, лежит маленький флэш-накопитель. Я успел забрать его из дома. Подключи его через коммуникатор к монитору флайера и посмотри сама. Только внимательно посмотри. Я сейчас приду к тебе.

Лаверн недоверчиво повернулась, в глазах отразился луч света, заиграв в хрусталике всеми оттенками голубого. Она сжала губы, старалась осознать, что происходит вокруг нее. Потом резко развернулась и направилась в сторону флайера.

Тирелл присоединился к ней через несколько минут. Он осторожно заглянул в машину, убедившись, что Лаверн уже просмотрела запись.

— Что теперь скажешь? Больше не удивляешься, откуда у него до сих пор такой доступ ко всяким вещам, которые используют только в ОГБ?

— Нет. У него вживлен микрочип в мочку уха, я поняла, как он это делает. Ему даже не нужен коммуникатор. Я видела этот жест не раз, еще там, при подготовке. Связь, которую не заметит даже лучшее сканирующее устройство.

— Я думал, что мне показалось. Значит, все же нет. Они выжидают, а вокруг нас давно сжались тиски. Хороша жизнь, словно на острие ножа. С каждым днем ситуация только накаляется. Они знают, где ты. Возможно, даже тот взрыв на Трентоне был их провокацией, хотя не возьмусь судить. Нельзя исключать любые предположения.

— Давай я сменю тебя. Мне нужно чувствовать скорость, не могу успокоиться. Нам до места еще часа четыре, не меньше.

— Иди. Нужно подумать, что делать нам. А еще связаться с Максом и Ким, узнать, как у них дела. За них тоже теперь страшновато.

— Почему ты мне дома этого не сказал?

— Это просто мои предположения. — Он пожал плечами и поднялся, уступая ей штурвал. — Но расслабляться теперь точно не стоит.

 

***

Мы вернулись домой рано. И я входила в дом со страхом, что Максимилиан вновь окажется здесь. Но мои догадки не оправдались. Нас встретил пустой особняк. Даже прислуга скрылась. Тирелл и Лаверн улетели по своим делам, лишь Винсент шел за нами.

Я повернулась и посмотрела на безразличное выражение его лица.

— Где Лаверн? — спросил он меня вдруг.

— Я почем знаю? Сам ищи, это твоя работа. — Я подняла голову, чтобы посмотреть, где же Макс. Он уже догонял меня, заходил в дом.

Винс бесшумно испарился в дальнем коридоре, а мы с Максом остались совсем одни. Он забрал мою сумку, поставил на пластиковый стул и обнял меня, затем отрывисто прошептал в ухо:

— Давай сбежим отсюда.

— Мы не можем, Макс. Как же встреча с Део завтра и все остальное? Да кто нам даст покинуть это место?

Я сжалась, когда снова представила положение, в которое попала из-за самоуверенности, что смогу отомстить всем на свете. Вот только мстить на самом деле было и не кому. Не в силах скрывать свои эмоции, я открыла ментальную защиту. Хотелось, чтобы просто кто-то пожалел, понял меня. Почувствовать себя на какое-то время снова маленькой девочкой, когда все проблемы решались кем-то другим. В этот момент я поняла окончательно, что вся моя месть — жалкие попытки утвердиться в этом мире. А хотелось просто жить, не думая о том, что существует странная угроза, предательство и та же ненависть, от которой во мне почти ничего не осталось. Я посмотрела на прозрачную перегородку, за которой блеклым силуэтом в сгущающихся сумерках показался спутник Краума. Рокса с этой стороны не было видно, небо уже потемнело, хоть в атмосфере еще сверкали блики.

Макс почувствовал мою неуверенность. В нем пробуждалось желание просто быть мужчиной, чтобы защитить свою женщину от кого бы то ни было. Даже от той его половины, официальной супругой кого я являлась.

— Кимберли, я знаю, что все будет хорошо. Не стоило звонить Гедеону. Максимилиан сам не против узнать, что с ним происходит.

— Не знаю. — Я посмотрела Максу в глаза, готовая расплакаться от бессилия.

Он взял мои руки и прижал к губам тыльными сторонами ладоней, покрыл их поцелуями.

— Чего ты хочешь? Только скажи! Я все для тебя сделаю! — Его темные брови свелись в одну линию, сделав лицо квадратным. — Чтобы ты улыбалась, я готов на многое. Пойдем наверх, на ту террасу, что у твоей спальни. Выпьем что-нибудь. Я постараюсь, чтобы ты смогла наконец-то расслабиться.

Странный вопрос — чего на самом деле хочет женщина. В некоторые моменты страсти и звериного инстинкта партнера, а порой просто ласки и тепла, которые заставят забыть о проблемах хотя бы на вечер.

Я облизнула пересохшие губы, представив, как мы с этим мужчиной танцуем на площадке под светом Ауруса, и звучит легкая расслабляющая музыка. Именно он способен удовлетворить все фантазии, и самое главное — он не Максимилиан, а всего лишь его неправильная копия, в сотни раз превосходящая оригинал.

— Я согласна. Сделай так, как считаешь нужным. Я пока приму душ и переоденусь.

Осознание того, что мы одни, придало мне уверенности, а внизу живота напомнил о себе жгучий разряд скопившегося желания.

— Прекрасно. Тогда до встречи… — Он отпустил мои руки, и я ушла, оставив Макса в гостиной.

 

ГЛАВА 4

Я нервничал, словно мальчишка, как будто это было мое первое свидание в жизни. Хотя, в каком-то смысле, оно и было первым — в новом образе. Кимберли волновала меня все больше. И сейчас во мне пробуждались новые ощущения — трепетные и непривычные моей натуре.

Она будет моей, пусть она жена моего прообраза, но ведь я — это не он. Пусть наши ДНК идентичны, и выглядим мы одинаково, но мы абсолютно разные. И я сделаю все, чтобы она предпочла именно меня. А те проблемы, что нас пока окружают… Я хотя бы на вечер постараюсь отодвинуть их в сторону, забыть о них. А самое главное — заставить забыть Кимберли о том, что бывает иначе.

Краткий миг счастья ворвался в сознание — ее чувство, не мое. Но оно переплеталось с моим.

Кимберли стояла у перил террасы и ждала меня. Темные еще влажные после душа волосы шевелил легкий ветерок. Из пустыни уже тянуло прохладой, и она поежилась, обняв себя руками. Просто смотрела на меня из-под длинных ресниц, не смущаясь, как когда-то. Не боялась. На плечах Ким удерживала легкую накидку, а ее тело облегало длинное нежно-голубое платье.

— Я ждала тебя. Макс, — кивнула она.

— Я попросил принести вина. И легкий ужин. Ты же не против?

— Нет. Не против. — Она передернула плечом, будто отгоняя от себя плохие воспоминания.

— Как так произошло, что мы встретились в этом мире? Я ведь незапланированный элемент. Человек наполовину. И то, не совсем человек. Результат биотехнологий. А ты принимаешь меня таким, какой я есть, — тихо сказал я то, что меня волновало.

— Главное, что ты принимаешь себя. Вспомни: когда ты считал себя Максимилианом, то ты не чувствовал ущербности или потери личности. Просто пойми, ты такой же, как все. Ты сам личность. И ты — это не он. И нравишься мне именно тем, что из себя представляешь на самом деле.

Я ждал этих слов на подсознательном уровне. Видит Создатель, как мне их не хватало для того, чтобы принять себя. И услышать их мне нужно было именно от нее.

— Я люблю тебя, Ким. Несмотря на то, что ты принадлежишь ему, — тихо сказал я.

— Я не его собственность, — возразила она, а я почувствовал ее легкое волнение. — Максимилиан не против того, что мы с тобой. Он сам понимает, что не сможет добиться от меня взаимности. Ему так даже интереснее — портить всем жизнь. И я рада, что ты принимаешь это и не ревнуешь. Это одно из главных твоих качеств. В любом случае через полгода я могу развестись с ним, он мне обещал, а свои обещания он выполняет.

— Да, — кивнул я в ответ.

Я действительно больше не чувствовал ревности, несмотря на запись с камеры. Это будто тратить энергию попусту. Ревновать к себе и своему прошлому. И к ее прошлому. Бесполезное чувство. Ким не знала правды. Если бы я не знал способностей своего оригинала, возможно, я воспринимал бы это иначе. Если бы я не чувствовал ее ненависть к нему, я бы мог не поверить. Но я видел ее насквозь. Знал о неопределенности в ее душе. И все равно любил.

Уна молча вошла, поставила на стол подносы с тем, что я заказал, и так же молча удалилась. А я включил музыку и подошел к Кимберли. Она обняла меня, прижалась, словно искала защиту именно в моем лице.

— Потанцуем? — ненавязчиво спросила она.

— Да. — Я поцеловал ее в губы, но звонок комма внезапно вывел меня из состояния покоя.

Хоть бы не Максимилиан!

Но мягкий голос аппарата сообщил, что меня желает слышать Тирелл Кроу. Черт, а я ведь и забыл, что они с Лаверн отправились к Климу Кауру за новой информацией. Интересно, что они узнали?

Тир кратко и сухо поинтересовался, как у нас с Кимберли дела и не объявился ли Максимилиан. Потом вдруг спросил, нет ли рядом Винсента. Я не понял сразу, к чему этот вопрос, но Кроу так и не ответил.

Я обернулся и, не прекращая разговор, наблюдал за Ким. Она грациозно держала в руке бокал, задумчиво глядя на спутник. Казалось, что она светится в бледных отраженных лучах космического тела.  Я уже не слушал Тирелла, положил комм и подошел к ней, чтобы просто смотреть в зеленые глаза, слиться с ней энергетически, стать ее частью. Она чувствовала меня, как чувствуют свое тело, свои мысли. Я просто передавал ей тепло, что переполняло меня, отдавал ей часть души.

— Отправь нас куда-нибудь из этого места. Ты же можешь? — попросила она и загадочно улыбнулась.

Я осторожно поцеловал ее губы. Почему-то в голову пришел магнитный левитирующий диск под звездным небом на планете Креон — самая известная в галактике танцплощадка, которую любопытные аномалии планеты помогли превратить в место развлечений для богатых. Кимберли вряд ли бывала там, да и я смутно помнил уже, что там. Но я дополнил недостающие элементы своей фантазией и направил этот образ в ее сознание, внушая галлюцинацию.

 

***

Мы с Максом оказались в странном месте — словно в космической бесконечной пустоте, — но здесь вполне можно было дышать. Мы летели на странной платформе, подобные которой виднелись то здесь, то там, выстраиваясь в определенные геометрические фигуры. Внизу различался туман, за которым находилась поверхность планеты.

Играла музыка — та же мелодия, что выбрал Макс перед тем. Она обволакивала, проникала в душу, наполняя ее струнки живым звуком. И поскольку мы находились где-то в верхних слоях атмосферы, то вокруг нас проходило облако заряженных частиц. Они сталкивались с молекулами воздуха, излучали великолепное объемное сияние, переливались всеми цветами радуги, меняли форму прямо на глазах. 

— Нравится? — услышала я шепот, словно во сне.

— Чудесное место. Оно реально существует? — еле слышно спросила я, боясь нарушить гармонию.

— Да. Хочешь — побываем там когда-нибудь.

— Обязательно. Если с тобой, то я согласна…

Он не дал мне договорить — закрыл мой рот поцелуем, которого я так ждала в этот момент. Я почти задыхалась от волнения, чувствуя мягкие вкусные губы, любопытный дразнящий язык. Внутри все дрожало, будто вот-вот взорвется яркой вспышкой. Я чувствовала себя в сказке — потому что не бывает такого. Макс действительно помог мне забыть все то, что волновало меня в последнее время. Оказывается, эти телепатические способности могут дать и много приятного, а не только усилить страх, как делал это Максимилиан.

— Девочка моя, любимая, — раздался его голос около уха. — Мы совсем одни здесь. Никто не придет, не помешает нам сегодня. Я буду для тебя всем миром. И даже не стану спрашивать, хочешь ты этого или нет. Я же чувствую, как тебе это необходимо.

Я даже не нашла, чем возразить, ведь именно этих слов ждала от него, когда хотела, чтобы он взял ситуацию в свои руки. Жить для него, любить настолько сильно, насколько это возможно. А не наоборот. Хотелось видеть в Максе настоящего мужчину, темпераментного и настойчивого, доброго ко мне, но жестокого к своим врагам. Не того морального урода Максимилиана, который был моим юридическим супругом. А этого, Макса, о ком не знал никто, и о существовании которого даже не подозревали окружающие.

Я чуть поежилась от холода. Макс почувствовал мое волнение и понял, с чем это связано, поэтому голосом дал команду домашнему климат-контролю увеличить температуру на террасе, где мы, в общем-то, и находились. Потом кивнул головой, когда почувствовал мой комфорт.

— Выпьешь? — спросил он.

— Пожалуй, да.

Макс протянул руку, и из разноцветного воздуха в его руке материализовался бокал с белым вином. Он просто подал его мне и точно так же взял второй бокал, сделав маленький глоток, потом прикусил губу, рассматривая меня. Сладкие капли текли в рот, возбуждая рецепторы вкуса. Я протянула бокал Максу, и вино точно так же исчезло, как и появилось.

Он сжал руками мою талию и принялся слизывать языком капли с моих губ, одну за другой. Я пыталась возразить, но в ответ он чуть слышно рассмеялся и нежно укусил меня за нижнюю губу, заставив замолчать. Да я и сама была не против. Только бы чувствовать себя ЕГО женщиной.

Пальцы с талии скользнули на спину, расстегивая платье. Оно упало к моим ногам, а я осталась в нижнем белье. Бюстгальтера на мне не было, одни лишь тонкие полоски трусиков. Макс чуть раздвинул мне ноги, медленно опустился на колени, покрывая поцелуями живот, пока не добрался до самого его низа. Осторожно отодвинул белье, раскрыл пальцами набухшие складочки и захватил губами пульсирующую горошинку, играя с ней языком. От наслаждения я закрыла глаза, пальцами вцепилась в его волосы, чтобы не прерывать сладкой муки. Услышала вдалеке свой же стон.

Через некоторое время Макс поднялся, тяжело дыша, прижался ко мне так, чтобы я почувствовала через ткань брюк его возбуждение. Голубые глаза довольно блестели.

— Хочу тебя всю. Везде, во всех позах. Чтобы ты кричала от восторга в моих руках, — с хрипотцой в голосе сказал он. — Идем. — Он подхватил меня на руки, а я не стала возражать, зная, что он не сделает мне ничего плохого. Просто обняла его шею и прижалась к нему обнаженным телом, ощущая кожей шелк рубашки.

Иллюзия прервалась вместе с его последними действиями, но от этого не стало хуже. Я просто обвела затуманенным взглядом спальню, где мы оказались. Макс осторожно положил меня на постель, сам присел рядом. Мои пальцы неосознанно потянулись к застежке его рубашки, и вскоре мне удалось ее снять. Я положила ладошку на бархатную дорожку темных волос, которая вела к его мужскому достоинству, провела вниз. Макс зарычал и, отбросив голову, накрыл мою ладонь своей, прижал так, чтобы я почувствовала его возбужденное состояние еще лучше.

— Ты ведь чувствуешь, как я хочу тебя. Зачем так издеваться? — улыбнулась я ему.

— Мне нравится заводить тебя. — Уголки его губ приподнялись. — Ким, когда ты меня хочешь, ты просто чудо. Я же ощущаю каждую флюиду, что исходит от тебя, не забудь. Это так здорово.

— Будешь держать на голодном пайке? Смотри, мы ненадолго остались одни, — пошутила я.

— Лучше бы навсегда, — отбросил он меня на постель, а сам оказался надо мной.

Я протянула руки, помогая ему снять брюки, дальше уже не достала, и Макс продолжил сам. Подхватив мои ноги, забросил себе на плечи и уперся напряженной горячей головкой в горячую плоть, по миллиметру проталкиваясь внутрь. Я двинулась навстречу, желая поскорее заполнить себя им целиком. Но он усмехнулся и отодвинулся, почти вышел обратно.

— Издеваешься, да? — прошептала я. — Ну давай же!

В ответ на мои слова Макс улыбнулся и вдруг вошел в меня полностью. Я даже охнула от неожиданного напора, но это оказалось здорово. Я просто уплыла. Меня обдало нестерпимым жаром, до того сладким было удовольствие. Перед глазами замелькали черные круги, и я едва не теряла сознание от размашистых движений. А потом я испытала сильнейший оргазм, причем произошло это так внезапно, что я даже не успела сообразить, что к чему.

Мы лежали с Максом в постели. Он не кончил. Лишь временно остановился, позволяя мне прийти в себя. Поглаживал рукой мой живот.

— Это еще не все. Сейчас продолжим, — прошептал мне он в ухо.

— Макс… Мне так хорошо, — потянулась я, потом широко открыла глаза, рассматривая его довольное лицо. Он ласково толкнул меня, переворачивая на живот. Руками подобрал мое тело, чтобы снова ворваться в меня.

Я еще не успела отойти от прошлого оргазма, как сотрясло новым ударом удовольствия. После всего, что нам пришлось пережить, пожалуй, это была именно та разрядка, которую я хотела. Продолжая входить в меня раз за разом, Макс поглаживал мне спину от шеи до ягодиц, а потом ласково проникал между ними пальцами, поглаживая кольцо тугих мышц. От этого прикосновения я почувствовала, что меня накрывает новая волна экстаза. В этот раз удовольствие было долгим и неимоверно вкусным. А потом я почувствовала, как напряглась его плоть, изливаясь в меня.

— Я чувствовал, как тебе было хорошо, моя малышка Ким, — выдохнул он мне в спину. Я ощущала его тяжелое дыхание на своей коже, от чего тело пронзали искры страсти.

— Тебе тоже? — наконец-то спросила я.

— А как ты думаешь? — Он приподнялся и еле ощутимо провел пальцами по моей спине, отчего по коже поползли мурашки. — Предлагаю принять вместе душ, подкрепиться и продолжить.

 

***

На другой стороне планеты в это время суток было еще утро. Здесь Рокс только начинал всходить над пустыней, ослепляя своими яркими лучами. В аппарате, летевшем над безжизненным ландшафтом, включилась функция затемнения. Тирелл расслабился, наблюдая, как Лаверн корректирует их маршрут. До места назначения оставалось совсем немного.

— Скоро будем на базе, — зевнул он.

Спать не пришлось ни ему, ни ей. Но Тирелл искренне надеялся, что после того, как они покинут военную базу, смогут немного отдохнуть.

— Хорошо бы скоро. Еще минимум полчаса лета, если не больше. Чего нас понесло в такую даль?

— Иначе с тобой не провести всю ночь, — улыбнулся он.

Лаверн покраснела. Даже на миг отвела глаза.

— Ты невыносим, Тир.

— Зато ты — прелесть. — Он отправил ей воздушный поцелуй, заставив смутиться еще больше. — Включи режим автопилотирования.

— Зачем? — нахмурилась она. — Мне не сложно. Я привыкла часами управлять техникой.

— Увидишь!

Она послушала его. Шустро пробежалась пальцами по панели управления, затем повернулась к Тиреллу и встретилась взглядом с его золотистыми глазами.

— Что ты хотел?

Вместо ответа Тирелл притянул к себе ее голову и впился в губы жадным поцелуем. От неожиданности девушка выронила штурвал. Голова закружилась от приятного ощущения. Она потянулась рукой и обняла его короткостриженую голову, не позволяя прервать этот момент, ведь ждала от этого мужчины решительных действий еще с того момента, у Максимилиана дома.

— Вдруг нас расстреляют из пушек, когда мы приблизимся к военной базе? Я не смогу простить себя, что я не успел это повторить, — выдохнул он ей в губы, прервавшись на мгновение. А потом обхватил ее голову и продолжил, пробуя снова на вкус губы девушки. Дразнил, не хотел прерываться. Да и она была не против, отвечала со всей страстью, на которую она была способна.

Наконец, он остановился. Вздохнул и вернулся на свое место.

— Теперь можно умереть с чистой совестью. Смотри, мы скрасили почти половину оставшегося пути.

— Рисковый ты человек, Тирелл. Откуда ты такой взялся на мою голову?

Но они действительно почти прибыли на место. Монитор флайера уже выдавал приближенную картинку высоких, обнесенных забором сооружений и космических кораблей, устремивших в небо орудия. Учебных вылетов в тот день не было, и все выглядело бы довольно мирно, если не знать, какую мощь несут в себе эти звездолеты.

Отправив запрос для доступа на территорию части, Тирелл сказал Лаверн остановить флайер.

Ждать пришлось недолго. Клим Каур сам вышел на связь, и его лицо появилось на мониторе бортового компьютера аппарата.

— Кроу, ждал тебя еще вчера.

— Прости, обстоятельства, — быстро ответил Тирелл. — Мы будем у тебя через несколько минут.

— Сбрасываю пароль для доступа в закрытую часть. Для тебя есть кое-то интересное.

Они поменялись местами с Лаверн и взлетели. Девушка с равнодушным лицом провожала глазами корабли и ракетные установки. Лишь слегка повернула голову, когда они пролетали огромные локаторы, устремленные в космос, и телескопы, с которых просматривалась добрая часть 32-го региона Альянса. Она уже бывала на таких базах: все они строились по одному принципу. Но здесь, в окружении песков, эти сооружения выглядели непривычно. По территории части сновали люди в форме. Перед главным зданием они увидели несколько человек, среди которых и был Клим.

— Что нашли? — спросил Тирелл после приветствия.

— Кажется, именно то, что вы искали. Изображения корабля были зафиксированы радарами над северным полушарием планеты неподалеку от города. И еще в одном месте. Пришлось посидеть несколько дней, чтобы сверить все данные. Похоже, что корабль не зарегистрирован в нашем регионе.

— Как же он прошел через все посты наблюдения, и его ни разу не остановил патрульный крейсер?

— Тирелл, похоже, что этот корабль — он не один. Пойдем в кабинет. Я покажу. — Клим вздохнул, поправил светлую пятнистую рубашку в тон песчаных барханов этой пустыни, потом обвел взглядом тех, кто был на площадке. Тирелл и сам краем глаза наблюдал из-под очков за проходящими мимо людьми, сканируя каждого фильтром, что показывал скрытые устройства, но ничего подозрительного не увидел.

— Морган здесь? — еле слышно спросил Тирелл.

— Нет. Проводят испытания на Гелиосе. Должен вернуться на днях. — Клим с удивлением взглянул на своего знакомого, не поняв, зачем тому понадобился его начальник.

Лаверн молчала, как и в прошлый раз, хотя ее мозг тщательно фильтровал фразы, сказанные Тиреллом и Климом. После того ночного разговора она тоже начала подозревать всех, кого только можно. Даже с этим человеком, что шел впереди них, нужно было держать ухо востро. Странно, почему Тирелл спросил о генерале Моргане? Ей казалось, что тот хорошо знаком с Максимилианом, соответственно, и с Тиреллом. Почему тогда Тирелл не вышел лично на связь с командующим частью. Ведь так информация появилась бы у них куда быстрее. Не доверяет?

Они прошли в кабинет Каура, уселись в вертящиеся пластиковые кресла, а полковник подключил голографическую проекцию, смоделированную компьютером из данных. Перед ними возникло прозрачное изображение Краума с разграничением секторов и лучи, обозначающие космические координаты и объекты. Мужчина провел пальцами по панели управления, и около планеты появилось объемное изображение корабля, похожего на тот, что искали Тирелл и Лаверн.

— Смотрите, дата покушения на Максимилиана. Вот, — ткнул он стилусом в голограмму, — в этот день корабль был здесь замечен три раза. Но это еще не все. Подобный тип корабля засекали радары восемнадцать раз за год. И до того. Более ранние данные я не смог достать. Но когда я начал внимательно изучать новые, то понял, что их на самом деле, как минимум, два. Они одной серии, одной модели, но отличаются установленными на них дополнительными гаджетами. Их действия согласованы. На днях один из них снова пересекал атмосферные слои.

— Вот же галактические демоны! Как же вычислить их?

— Это сложно, они включают защитные экраны, изображение удалось смоделировать лишь по отражениям лучей. И это заняло достаточно много времени. Они имеют мощную степень защиты, способную скрывать корабль. Те разы, когда их засекли наши радары, были, видимо, исключением из правил. Они действовали экстренно.

— Они хорошо защитили себя, — пробормотала Лаверн. — А где еще замечены эти корабли? Это действительно целая организация. Помнишь, Тирелл, я показывала тебе, что этих кораблей была выпущена серия, но потом их сняли с производства. А те, что уже использовали, уничтожили. Видно, это еще не все. Возможно, что там целая армия, которая только и выжидает подходящего момента!

Клим Каур тревожно посмотрел на Лаверн.

— Все так серьезно? — сухо спросил он Тирелла.

— Более чем.

— Вы можете рассчитывать на мою помощь.

— Ты же не пойдешь в случае чего против приказов руководства, Клим. Это дело ОГБ, только мы оказались почему-то крайними в этой всей истории. А больше всех — сам Блэр. Его используют. Одни, как средство достижения цели, другие, как приманку. А он не понимает этого, думает только о… — Тирелл замолчал, не став при Климе хаять своего ненормального шефа. — Я надеюсь, что дело не зайдет столь далеко.

— Смотри, — развернул полковник голограмму, — вот здесь активность этих твоих «тайных человечков» развернута больше всего. В районе южного плато, чуть дальше экватора.

— Там же жарко, невозможно находиться! Неужели у них там есть база. А изображения того места со спутников имеется?

— Есть, конечно. Я тоже не сразу обратил внимание, но сейчас заинтересовался. Странные пятна поверхности. Слишком правильной формы, будто шлюз, в который может войти космический корабль. Но вряд ли это правда. В любом случае, они не находятся постоянно на планете. Это временное убежище. Скорее всего, их база где-то на спутниках Варгуса-3Н. Там нет наших военных баз и атмосферных планет тоже. До того места несколько дней лета. Хорошо бы исследовать тот сектор галактики, но ведь туда не сунешься просто так, слишком большие возмущения магнитных полей от звезды, наши корабли просто не справятся с этой задачей.

— В отличие от тяжелых кораблей, что работают на антиматерии. Ты прав, но я бы поискал то место, которое удалось снять со спутника. Только прошу тебя, никому ни слова о нашем разговоре. ОГБ наверняка будет нами интересоваться.

— Обещаю. Не нравится мне эта ситуация. Что все они замышляют?..

Клим Каур вышел из кабинета, а Лаверн повернулась к Тиреллу.

— Думаешь, не сдаст?

— Этот не должен. Хоть кому-то в этом мире я могу доверять?

— Можешь. — Она замолчала, потом приблизила свое красивое лицо к его, сосредоточенному. — Мне!

Он просто промолчал, не съязвил, как обычно. Даже и тени улыбки не промелькнуло на серьезном лице. Лишь тихо добавил:

— Я не думаю, что нам стоит лететь на юг. Посмотрим, что происходит в месте раскопок. А еще переночевать — мы ведь так и не спали. Я попрошу Клима самого разобраться с тем, что там происходит.

— Как скажешь, — вздохнула она. — Я уже вообще ничего не понимаю.

 

ГЛАВА 5

Я проснулась рано. Лежала, смотрела на Макса и думала о том, что придется еще пережить, чтобы навсегда освободиться от той зависимости, в которую попали мы оба. Хотя, если учесть, что его оригинал оставил нас в покое, все не так уж плохо, как я себе нарисовала. А еще я была счастлива, что на свете существует такой человек, который любит меня, несмотря ни на что. И которого люблю я. Те странные обманчивые чувства, что я испытывала к его оригиналу, не шли ни в какое сравнение с этими, настоящими.

Макс чуть шевельнулся, приоткрыл глаза, потом протянул руку и обнял меня, обхватив за талию. И я прижалась обнаженным телом к нему, чувствуя тепло и размеренное биение сердца.

— Кофе в постель? — шепнул он мне в ухо.

— В постель не стоит, пожалуй. Но я попрошу Уну принести кофе и убрать на террасе, а ты можешь пока полежать.

— Я так и сделаю. — Он перевернулся на другой бок и прикрыл глаза. — Позовешь.

Выход на террасу был не прямо из спальни, а из предыдущего помещения, где стояли диваны и мягкие кресла. Я набросила халат, прошла к транслятору и подключила связь, набрав короткий код на сенсорном экранчике. Можно было сделать это и голосом, но не слишком хотелось шуметь, потому как Макс еще спал. Попросила Уну прийти. А сама отправилась в душ.

Высушила волосы, оставив их лишь капельку влажными — это придавало свежесть. Потом уселась в кресло и открыла в планшете рабочие документы, чтобы сверить некоторые данные.

Уна постучалась чуть слышно и так же бесшумно вошла. Темнокожая девчонка смущала меня. С остальной прислугой всегда можно было перекинуться парой слов. Эта же молчаливая особа наводила на меня страх. И почему-то я всегда считала, что это результат воздействия Блэра.

— Уна, принеси кофе сюда, на столик. Я не хочу идти на террасу, — попросила я.

Она молча вышла и забрала поднос, чтобы переместить его ко мне. Я потянулась и зевнула, решив, что пора бы позвать Макса. Уна уже ставила поднос на стол, когда у меня внезапно зазвонил коммуникатор, и я, схватив его со стола, задела поднос, а чашки покатились на пол, оставляя темный мокрый след.

— Вот черт. Не специально. — Я улыбнулась, пытаясь сгладить свою вину. — Ты уберешь?

Она молча наклонилась, собирая посуду. Губы ее были плотно сжаты, и Уна сама не проронила ни слова. Я искоса наблюдала за ней, сожалея, что снова придется ожидать кофе, когда вдруг мой взгляд переместился на ее прическу. Ее волосы, стянутые в хвост, упали назад, когда Уна наклонилась, чтобы подобрать чашку, и я вдруг увидела странный знак на затылке под волосами.

Я широко раскрыла глаза, даже потянулась вперед, чтобы лучше его рассмотреть, но она вдруг поднялась, скрыв от меня свою татуировку. Где же я это видела? Я не могла вспомнить.

— Ким, ты там? — позвал меня Макс.

— Я приду сейчас, подожди минутку, — крикнула в ответ, а сама не сводила взгляд со странной служанки Блэра, ожидая, что она снова сделает что-то, чтобы я смогла увидеть ее татуировку. Но она уже собрала все и выскользнула за двери.

Макс поднялся, еще из-за дверей почувствовав мой испуг и недоумение. Вероятно, так и было, потому что он спросил меня с напряженным лицом:

— Что случилось?

Я боялась сказать лишнее слово. Нехорошее подозрение закралось мне в мысли, я потянулась и поцеловала Макса в щеку.

— Объясню тебе, но чуть позже. Нам нужно на работу…

Пришлось бы долго объяснять, в чем дело. Проще поговорить по дороге, где нет лишних ушей.

Изображение и сейчас стояло перед глазами, словно совсем недавно я смотрела на такое же. И теперь мне казалось еще более странным поведение этой неразговорчивой особы, что терлась много лет в семье Блэров — ведь я хорошо знала, что ее нанял еще отец Максимилиана.

Мы вылетели довольно скоро. Максу не терпелось узнать, что происходит. По моей просьбе Винс отправился позади на другом флайере. Лишь только я поняла, что мы немного оторвались, как начала разговор. Я не была уверена, что нас не прослушивают и здесь, поэтому начала издалека, с намеком на странность вышеупомянутой особы.

— Она родом с Асгарда, — ответил Макс, взяв курс на город. — Кажется, лет пятнадцать работает, или даже больше. Просто выглядит молодо. Не знаю, чем она могла заинтересовать тебя. Кстати, Тирелл и Лави так и не вышли на связь?

— Нет, со мной так точно. И «этот» молчит... Странно. Его молчание — оно не к добру. — Я не решилась назвать Блэра своим мужем, никогда не считая его таковым. Тем более, знала, что Максу это неприятно. Все мы играли чьи-то роли: он — своего оригинала, а я — его жены. Пока, слава Создателю, не перед общественностью — это было бы верхом терпения.

— Я переживаю за Лаверн. Как бы на ней не отразился гнев Максимилиана. Они не слишком-то ладят. Я понимаю его с одной-то стороны, но все же.

— Она может защитить себя, — возразила я. — Она ведь тоже телепат.

— Только это меня и успокаивает.

— Обо мне ты так не печешься, — заметила я с обидой.

— Глупая. Я только и думаю о тебе. — Он на миг отвернулся, чтобы позвонить им, а я вдруг поняла, где я видела тот знак. Вот только как объяснить это сходство, когда вокруг одни тайны? Кому можно доверить этот секрет?

— Что с тобой? — переспросил Макс. — Ты совсем бледная. Может быть, стоило остаться дома?

— Ага. В обществе чокнутой служанки. Там, куда в любую минуту может заявиться Максимилиан, и останется только самой сойти с ума для полного комплекта. Уже лучше я буду заниматься хоть чем-то полезным, только вот для кого — опять большой вопрос.

— Недоговариваешь… — Он приподнял одну бровь.

— Я знаю, где видела ту татуировку. Медальон Лави. Я же рассматривала его совсем недавно. Это тот же знак, — тихо произнесла и выдохнула с облегчением.

— Что?! — Макс внезапно повернулся ко мне, и мы едва не врезались в высокое ограждение дороги. — Что ты сказала?

— То, что на медальоне Лаверн и на шее Уны один и тот же знак. Вот и все. Простое наблюдение. Если не веришь мне — проверь сам.

— Но ведь это медальон Виктории. А что за знак? — Макс выдохнул и выровнял аппарат над поверхностью трассы.

— Как тебе сказать. Вот такой… — Я попыталась сделать жест рукой. — На работе нарисую, если смогу. А лучше посмотри у Лави.

— Я попрошу, чтобы она сбросила мне изображение через комм. — Он потянулся за связным устройством. — На работе попытаемся узнать, что это за знак.

— Лави бы уже узнала, если бы о нем была в сети какая-то информация. Мы посмотрим, конечно, в галактической сети для очистки совести. Но я сомневаюсь, что там прямым текстом будет написано об этом.

— Может быть, Лаверн знает что-то? Ведь она пыталась найти Викторию еще до нас, да и в Организации наверняка есть закрытая для других часть. Черт, они недоступны. Сигнал не идет.

— А где они? — напряженно спросила я у Макса.

— Полетели к Климу. Тирелл что-то нашел, но не стал рассказывать вчера. Прилетим — попытаюсь связаться с Максимилианом. Может быть, он выходил с ними на связь?

Я вздохнула и отвернулась. В груди неприятно покалывало. Кажется, наше хорошее времяпрепровождение закончится быстрее, чем было запланировано. Да и вообще, сложно строить планы, когда не знаешь, что будет завтра.

 

***

На обратном пути Тирелл взял управление на себя. Поспать так и не удалось, но он знал место, где они смогут отдохнуть. Этот поселок не был густонаселен — одна из первых баз колонистов. Теперь там находились лишь ученые из города, которые сменялись время от времени вахтами. Если раньше эта база была оплотом для растущего населения планеты, теперь только несколько человек постоянно дежурили, наблюдая за метео-приборами и датчиками. Но зато там можно было выспаться с дороги, поесть и привести себя в порядок.

Лаверн молча наблюдала, как Тирелл ввел новые координаты, и даже не стала спрашивать, почему он не сделал это раньше и куда они направляются. Усталость сказывалась и на ней, под голубыми глазами появились темные круги. Хотелось просто лечь и вытянуться во весь рост, принять душ и закрыть глаза, попытавшись на пару часов забыть о проблемах. Теоретически это можно было сделать и во флайере, но позволить себе эту роскошь, пока Тирелл держит управление, она не могла.

Когда перед ними появились изображения зданий в сумерках, она вытянула шею вперед, пытаясь понять, где они, и спросила:

— Решил показать мне местные достопримечательности?

— Достопримечательности я тебе обязательно покажу. Те, в которые уже вложены миллиарды кредитов. Но завтра, — ухмыльнулся он. На лице застыло тревожное выражение. Он всматривался в экраны радаров, будто кто-то мог следовать за ними, но никого не обнаружил. — Это исследовательская станция, Краум-11. Мы останемся здесь до утра. Не нравится мне сегодняшняя погода. Того и гляди — снова разыграется песчаная буря, а я не любитель таких катаклизмов, в отличие от твоего братца.

— Согласна. Лучше не рисковать. Думаешь, кто-то может за нами следить?

— Кто знает. Но на всякий случай постараемся избавить себя от возможного хвоста. Я есть хочу, просто сводит желудок. А от концентратов в тюбиках уже тошно. Надеюсь, там найдется хоть что-то повкуснее.

— Ага. Только тебя и ждут. Приготовили званый ужин в твою честь. Ты хоть знаешь, кто там сейчас дежурит?

— Конечно. Клим связался с главным дежурным по станции. Так что не званый ужин, конечно, но теплый прием нам обещан. И мягкая постель в том числе. — Он прикусил губу, вспомнив, как целовал эту девчонку пару часов назад, и почувствовал, как кровь приливает к паху.

Черт, только не сейчас! Нужно выбросить ее из головы!

Он даже не пытался скрывать от нее свои желания, и она, чертовка, прекрасно это понимала. Даже порой ехидно подергивала уголком губы, скрывая улыбку. Тирелла это злило до безумия. Скорее бы добраться до места. Тренированный организм бывшего вояки нормально относился к отсутствию сна до трех суток, то же самое происходило с ней. Но за последнее время они немного отвыкли от долгих тренировок, и этот полет казался бесконечным.

— Мы на месте, — объявил Тирелл, выходя на связь с человеком Клима.

— Посадка у западных ворот. Там хорошая площадка. Я сбрасываю вам координаты, — раздался приглушенный голос из передатчика.

Лаверн покрутила в руках комм Тирелла. Она только сейчас поняла, что он отключил его. Как и ее гаджет. Неужели до такой степени боялся, что их маршрут вычислят? Они занялись не своим делом. Понятно, что могут помешать кому-то, но хотелось бы знать, что происходит в Краум-сити. Она даже не стала спрашивать, просто наблюдала за посадкой.

Раскаленный воздух ворвался в салон флайера. Слишком высокая температура, даже для этой планеты. Циклы погоды здесь отличались от большинства населенных планет галактики, и жара могла начаться независимо от того, каким было положение планеты относительно белого гиганта Рокса. Горячий ветер ударил в лицо. А ведь они даже не прихватили средство от ожогов, без которого не выходил из дома ни один здравомыслящий человек на этой планете.

Лаверн, непривыкшая к жаре, часто задышала, адаптируясь к новой температуре, Тиреллу же было все равно — на нем не особо сказывалась перемена.

— Нам далеко идти? — спросила она.

— Нет. Вот то здание. Остальные заброшены. Просто там негде сесть.

— Отлично. Пойдем. — Она надела солнцезащитные очки, рассматривая полузаброшенную станцию, вечно плавившуюся в адском пекле. Крытые ангары, трубы, дома, в которых почти не было окон — при строительстве базы еще не были изобретены уловители для песчаных масс. Светло серое покрытие дороги было сплошь заметено песком. Видно, недавно здесь проходились роботы, но никто особо не тратил ресурсы на заброшенный поселок колонистов.

Но внутри все оказалось не так уж и плохо. Их встретил невысокого роста загорелый мужчина в комбинезоне. Он поздоровался и пригласил их пройти. Никто не собирался устраивать им экскурсию по станции. Мужчина только обмолвился, что на втором этаже есть столовая для сотрудников, и что потом он проводит их в комнаты отдыха.

Лаверн просто шла за ними до самой столовой, рассматривая работников станции, привычных к тому, что здесь иногда бывают гости. Никто даже не обращал на них внимания. И вскоре они уже сидели вместе за белым пластиковым столом. Тирелл не перебирал. Да и выбора особо не было. Он молча придвинул к себе поднос с овощами и бифштексом, радуясь, не придется есть концентрированную безвкусную массу, которую прихватил с собой на всякий случай в дорогу.

— Шикарно. — Лаверн глотнула сока и откинулась на пластиковую спинку, рассматривая немногочисленных посетителей. — Сочту этот обед за приглашение в ресторан. От тебя все равно большего не дождаться.

— Все только для тебя, Лави, — улыбнулся он в ответ.

— Я пойду, посмотрю, что за комнату нам предоставили. Хочу успеть в душ раньше тебя. После этой жары это именно то, что мне нужно.

— Давай. А я пока сделаю пару звонков. Черт, не очень хочется светить, где мы находимся.

— Тогда не рискуй. — Она прищурила голубые глаза. — Мы все равно им ничем пока не поможем. Надеюсь, что у Максов все хорошо. Хотя, мне чертовски интересно, что происходит с моим братцем. Просто не могу удержаться от вопросов.

— Расслабься. Пусть знает, как это — жить без меня. Порой бывает полезно. Через десять часов вылет. Проведаем его раскопки. Меня они больше в данный момент волнуют. И попытаемся выяснить, есть ли за нами слежка. Хотя, возможно, их внимание все сконцентрировано на Блэре.

— Они ведь уже знают, что их двое. Я тоже поняла: тогда, на Трентоне, они искали именно его. Когда вы от них сбежали, то люди с того корабля передали информацию на второй. И лишь тогда, когда они выяснили, что на Максимилиана не действуют их приказы, то оставили его в покое. А теперь они уже знают, что есть второй Макс, который занимается работой в корпорации.

Тирелл поднял голову и задумался.

— А ты мне подбросила одну идейку. Потом объясню. Мне нужно обдумать это самому. Присоединюсь к тебе через полчаса.

Он оставил ее у дверей их комнаты и бросился вниз по лестнице. В голове крутилась мысль, что можно как-то попытаться блокировать телепатические приказы. Главное, чтобы доктор Ковальски нашел причину того, что происходит с его шефом.

 

***  

Максимилиан Блэр потерял последние капли спокойствия. Он никогда не думал, что придется задержаться здесь надолго. В прошлый раз он преследовал совсем иной интерес и вовсе не был рад результату. А теперь, когда Тирелл и остальные пытались убедить его в том, что им кто-то управляют, и вовсе утратил остатки самообладания.

Битый день он был подопытным кроликом доктора Ковальски и его молчаливого ассистента и уже начал выходить из себя, когда на него снова решили вешать провода, подключая его мозг ко всевозможной аппаратуре. Он пытался успокоиться, вспомнив этот эксперимент нужен в первую очередь ему самому, но не получалось.

К нему, самому Блэру, относились как к больному пациенту.

Это злило. Так и хотелось направить телепатическую волну на несчастного докторишку, скрутить его в три погибели, заставить упасть перед ним на колени.

Нельзя. Нужно узнать, что происходит с ним. Именно он был в тот день в доме Рейса. Черт! Разве он когда-нибудь хотел его убить? Или отца Кимберли? Он же не убийца, в конце-то концов!

Нужно срочно попасть в сто тридцать первый сектор, продолжить раскопки. Эта мысль, словно язва, пронзала голову, отвлекая от всего остального.

Он понимал, что нельзя думать об этом. Скорее всего, это наваждение — одно из происков таинственных незнакомцев, о которых узнавал Тирелл.

Если бы его не забрали в тот день на странный корабль, он никогда в жизни не поверил бы в их существование. Но как только вспоминал телепата, справившегося с ним в считанные секунды, желание уйти отсюда тут же исчезало. Хоть бы Мэриону удалось поскорее разобраться, было ли какое-то вмешательство в его мозг!

А еще не давала покоя Кимберли, которую он оставил со своим клоном. Он сделал это по одной причине — не показать свою зависимость от женщины. Хотя то, что она предпочитает другого, впервые в жизни задело его за живое, что в нем еще осталось…

— Господин Блэр, сегодня попытаемся еще раз провести диагностику, усилим частоту. Прибора лучше, чем ORR-3000 еще не придумали. Просто ваши… эмм… волны частично блокируют доступ к некоторым участкам вашего мозга. Если вы расслабитесь, мы сможем получить точную картинку смещения мозговых структур. Для обычного человека эта процедура заняла бы всего час. Просто с вашими особенностями…

— С моими ненормальными особенностями? — взбеленился Максимилиан. — Делайте, что хотите, только разберитесь, можно ли воздействовать на меня. Я не собираюсь торчать у вас вечно!

— Этим и занимаемся, господин Блэр. Придется потерпеть. Сами понимаете, что вы редкий… субъект для изучения, — терпеливо подбирал слова ученый, который боялся больше всего потерять свою работу, ведь полностью зависел от этого человека.

Максимилиана сдерживали эти эмоции — страх и неприязнь. Не слишком редкие, но их так не хватало в последнее время, что он просто начал забывать вкус. Докторишка боялся его, а для Блэра это было только в удовольствие. Так и быть, он задержится здесь. Но совсем ненадолго. Он уже подумывал, как достать флайер и отправиться к своим раскопкам, не сообщая об этом остальным. Словно испытывал наркотическую зависимость, от которой не было панацеи.

 

***

Лаверн лежала на постели, закрыв глаза, когда Тирелл кошачьей походкой вошел в комнату. Он на миг остановился, рассматривая девушку. Можно было подумать, что она спит — руки раскинулись в стороны, ноги свисали вниз, касаясь голыми изящными ступнями мягкого покрытия пола. Она притворялась, и Тирелл это чувствовал. Он непроизвольно провел взглядом выше. Голые ключицы чуть подрагивали, а локоны, упавшие на них, контрастно выделялись на фоне светлой кожи, ускользая под ткань покрывала.

Тирелл дрогнул и отвернулся, прикусив губу, после чего кинулся в сторону душевой, чтобы хоть как-то охладить свое желание. Холодная вода немного вернула его мысли на место. Капли одна за другой перекатывались по обнаженному подтянутому телу, заставляя снова вспоминать о девушке.

Почему она не говорит напрямую, чего хочет от него?

Женщины! Тирелл Кроу никогда не понимал их. Ему было проще действовать без заминки, чем догадываться, чего они хотят. Расшифровывать их жесты, таинственные намеки — не его стезя.

Что же делать с чертовкой Лаверн? Судя по всему, она не против, чтобы он сделал первый шаг. А он не мог. Не хотел показаться несдержанным, слишком горячим, импульсивным. Боялся показать свое истинное лицо, которое он много лет скрывал под маской сарказма и равнодушия.

Он выключил воду и поднял голову, разглядывая свое отражение в зеркале. В свои тридцать восемь он отлично выглядел. Тренированное годами тело блестело, отражая капли воды в тусклом свете белой галогеновой лампы. Он чертыхнулся, поняв, что снова возбуждается при одной мысли о том, что Лави лежит в постели за стеной. Возможно такая же обнаженная и желающая его. 

Он не стал набрасывать полотенце. Просто вошел в комнату и остановился, опираясь о косяк. Ему было плевать, что она подумает. Хватит дразнить его своими словечками и жестами. Сама напросилась. Потому что не стоило с ним связываться.

 

ГЛАВА 6

Лави делала вид, что спит, но дрогнувшие ресницы выдали ее. Дыхание девушки замерло, когда она почувствовала на себе его тень, уловила желание.

Космического волка, Тирелла Кроу, не так легко провести. И для этого ему не требовались ее телепатические способности. Он просто присел рядом, и его пальцы скользнули под мягкую ткань, отворачивая покрывало в сторону. По нежной коже девушки тут же побежали мурашки, а когда он дотронулся пальцами до спины, то их стало в сотни раз больше. Упругая попка непроизвольно выгнулась туда, где он прекратил касание, будто Лави хотела продлить этот момент.

Она перевернулась и открыла глаза, глядя на обнаженного мужчину. В голубых зрачках промелькнула паника и капелька стеснения — непривычное для нее явление. Ведь она давно не девственница. И не одного любовника успела сменить за последние несколько лет, начиная от мимолетных романов в летной академии и заканчивая служебной необходимостью. Что же тогда с ней происходит?

Тирелл не стал спрашивать. Просто впился жадным поцелуем в манящие губы брюнетки. Она приподняла голову, обнаженное тело девушки выгнулось дугой, прижалось к нему. Его рука жадно сжала торчащую темную горошинку соска, нежно массируя пальцем. От этого жеста она застонала тихо, прямо ему в губы. Он выдохнул, потом укусил ее за краешек рта, чтобы она поняла — он не собирается с ней больше играться.

Она тихо рассмеялась в ответ. А ее руки обвили его талию, притягивая к себе. Тирелл еле сдерживался, чтобы не перевернуть ее к себе спиной и не ворваться в горячую плоть, но вовремя остановил свой порыв.

Он еще поиграет с ней. Поиздевается. Так, как она издевалась над ним все эти дни.

Он отстранил от себя Лаверн. Эта молчаливая игра нравилась ему. Девушка упала перед ним на постель, отпустила его. И облизнулась, чертовка. Так, что ему захотелось снова впиться в эти губы. Но он удержался от соблазна. Вместо этого провел пальцами по ложбинке между грудей и ниже, до втянутого живота. Остановился у выпуклого холмика, лаская рукой кожу. В ответ услышал довольное урчание.

Она сжала ноги, будто хотела, чтобы он сам раздвинул их. Тело подрагивало в такт его неспешным ласкам. Он еще контролировал себя, хотя от желания сводило все мышцы ниже пояса. И когда он почувствовал на своем возбужденном члене женскую ручку, то охнул и сжал зубы от внезапного удовольствия, хотя казалось, что вот-вот кончит прямо ей в ладонь. А Лаверн загадочно улыбнулась, продолжив эту сладкую пытку, несколько раз провела рукой по всей длине, останавливаясь у напряженной головки, чтобы сжать еще сильнее.

— Остановись! — рыкнул он вдруг, прервав молчание.

— Как хочешь, Тир… — Она усмехнулась, и сама перевернулась спиной, выгибаясь в его сторону. — Тогда просто трахни меня! Ты же давно хочешь этого.

— Хочу… Тебе это зачем, Лави?

— Как? — изумленно спросила Лаверн. Она чуть повернула лицо, глядя снизу-вверх на возбужденного мужчину. — А если нас расстреляют на пути домой. Я на том свете не прощу себя за то, что не сделала этого. Хотя, если хочешь, я могу трахнуть тебя сама.

— Маленькая сучка. Ну уж нет! — Его пальцы прошлись по ягодицам, соскальзывая между половинками, и двинулись ниже, чтобы найти вход в сладкую дырочку. Она вся была мокрой, сама раскрывалась. Лави безумно хотела его. Угрожающая опасность только усиливала возбуждение.

Он проскользнул двумя пальцами внутрь, и плотное кольцо мышц лона сжало их, не желая отпускать. Он прикусил губу, представив, что она то же самое сделает с его плотью, и вздохнул, начав двигать ими в ней. Девушка вскрикнула от удовольствия, приподнявшись еще выше, предоставив ему доступ к ней полностью. Второй рукой он поглаживал ее спину, отыскивая эрогенные зоны, чтобы удовольствие было еще ярче.

Но она не теряла самоконтроля даже сейчас.

Тирелл чувствовал, что долго не выдержит. Он знал, Лави только и ждет, чтобы он наконец взял ее. Он тоже не мог больше ждать. Освободил пальцы, развернул девушку к себе. Легонько шлепнул по упругой коже и медленно ввел головку в ее жаждущее лоно. Еще миг — и ворвался полностью.

По комнате пронесся громкий стон. В этот момент им обоим было наплевать на ту опасность, что нависла над ними — словно они оба жили последний день. Будто они находились не на заброшенной метеостанции Краума, а в шикарном отеле, где вокруг мерцали яркие голографические звезды.

Но все это не было им нужно. Они просто нуждались друг в друге, как в глотке живительной воды. Тирелл двигался в ней ровными размеренными толчками, входил полностью. До боли сжимал ягодицы в своих ладонях, почти оставляя следы на коже. Ей это нравилось. Она царапала постель своими коготками, словно дикая пума, подаваясь ему навстречу.

Удовольствие пронзило обоих одновременно. Она закричала, потом сделала с ним в ритм последнее движение, чтобы упасть на кровать, ускользнув из сладкого плена. Он вышел из нее, все еще переживая головокружительный оргазм. Потянулся вверх всем телом и вздохнул.

— Ты просто чудо…

Она перевернулась, глядя в его янтарные глаза, вытянулась перед ним во весь рост.

— Я знаю. Хорошо, что я тебя тогда не убила.

— Какая же ты змея, моя дорогая.

Он привлек ее за талию, прижимая к себе, уткнулся в приятно пахнущие волосы, чтобы продлить этот краткий миг радости. Ощущал хрупкое, на первый взгляд, женское тело в своих руках, скрывая его под грудой мышц. Не хотелось бы отпускать ее от себя никогда. Просыпаться вот так, рядом с этой обворожительной чертовкой, чтобы и дальше спорить с ней и доказывать, что он хозяин положения. Но так, чтобы она сама пожелала этой защиты от него и знала, что он ее мужчина.

Кроу снова поцеловал ее губы, слишком сладкие, чтобы удержаться от этого соблазна, а потом сжал в руках с такой силой, что ее кости захрустели, а она сжалась.

— Лучшая в твоей жизни змея, согласись. По крайней мере, я никогда не льстила тебе. Интересно, а отчего у тебя такое отношение к женщинам?

— Это тебе знать вовсе не обязательно, — прошептал Тирелл. — Лучше подумай о том, что нам нужно отдохнуть. Впереди нелегкий путь. Иначе я захочу тебя снова — и выспаться мы уже не успеем.

Она затихла в его руках. Просто смотрела широко раскрытыми глазами в потолок комнаты, где им предоставили временное убежище. Тирелл закрыл глаза, не отпуская Лави от себя, словно боялся потерять свое родное. Неприятности сплотили их, будто указывали на то, что в этот момент нужно просто быть вместе, забыв обо всех передрягах.

Пять часов пролетели столь быстро, что они даже не успели опомниться. Причем спали из них максимум часа три, все остальное время наслаждались друг другом, словно могли просто не вернуться из этого полета, а этот день мог стать последним.

Вылетели тогда, когда в этой части планеты занимались сумерки. Их флайер так и стоял чуть занесенный песком у шасси, а начальник станции, провожая их, заметил, что снова приближается буря. Уже звучали сигналы тревоги, но Тирелл настоял на вылете. Лаверн переспросила его, уверен ли он, но плохое предчувствие не оставляло Тирелла. Он знал, что нельзя задерживаться в этом месте надолго.

Беспокоила вовсе не погода — к ней он уже привык и знал, что песчаную бурю всегда можно вычислить и при необходимости обойти, либо же подняться выше, над ней. Это, конечно, затруднит их полет. Да и дорога в темноте могла оказаться опасной. Но те, кто мог за ними следить, вряд ли станут делать это ночью.

Аппарат тихо взмыл в уже остывающий воздух планеты и взял направление в сторону Краум-сити. Но лишь для вида. На самом деле целью Тирелла не являлся город. Он хотел сам побывать в сто тридцать первом секторе. Причем не тогда, когда они находились под наблюдением Максимилиана, а сейчас, когда Тирелл был уверен, что его там просто нет.

Лаверн затихла и даже не стала ни о чем спрашивать. Она и так достаточно ясно чувствовала его эмоции, которые Тирелл больше не скрывал. Не хотел, чтобы она чувствовала обман, напротив, пытался вызвать доверие.

Еще не совсем стемнело, когда они покинули пределы станции и вырвались на прямую траекторию, которую предстояло изменить ближе к концу. По его подсчетам они должны были попасть в сто тридцать первый сектор еще засветло, ведь световой день Краума отличался от земного. Если ничего не случится в пути…

Кроу нервно посматривал на топливный датчик — аппарат не был приспособлен к столь дальним полетам, и Тирелла уже начало беспокоить это обстоятельство. Из-за последних событий он упускал из вида то, что раньше не вызывало никаких вопросов.

Нужно выйти на связь с Максимилианом и выяснить, как у него дела.

Черт возьми, почему он оставил начальника одного в такой момент?! Хотя, кто же знал, что так сложатся события. И Рейса Бенедикта уберут именно сейчас. Только если все подозрения верны, то это бесполезная жертва…

Стоп! Если Рейса действительно убрали из-за того, что он мог сдать Максимилиана на предмет раскопок в том секторе, значит, те невидимые манипуляторы даже не догадываются, что на них готовится засада?

Он высказал свои предположения вслух.

— А ты ведь прав, Тир. Только кто окажется следующей жертвой моего братца, если те, из «Вектора», снова возьмут над ним контроль? Ты об этом не думал?

— Думал. Как же. Надеюсь, не мы с тобой. Интересно, а ты бы могла блокировать передачу команды, если бы находилась рядом?

Она удивленно посмотрела на него.

— Хорошо бы узнать. Я все вспоминаю про те разработки, о которых рассказывала тебе. Только боюсь, что с моим настоящим братиком я не выдержу рядом и дня. Астон был прав. — Она замолчала и повернулась к Тиреллу, увидев в его глазах колючую искорку ревности. — И как ты столько лет терпишь его рядом? Мог бы давно уйти от этого энерговампира.

— Твой Астон неправ. — Он сделал акцент на слове «твой», взглянув на Лаверн, будто уличал ее в измене. — Конечно, с ним сложно. Но есть у Максимилиана и положительные стороны. Как и в каждом. Посмотри, какую корпорацию он отгрохал после смерти отца. И Краум-сити. Да половина города выстроена за его средства.

— Наверняка, он все вернул себе с лихвой, — заметила Лаверн. — Кстати. Расскажи, как умер наш отец? Это произошло случайно?

— Сердечный приступ… — Тирелл замолчал. Он уже сложил все факты. И теперь, после смерти Рейса Бенедикта уже не сомневался, кто это сделал. Ведь именно Максимилиан тогда находился дома. И еще пару человек из прислуги. Только тогда получалось, что незнакомцы уже вовсю следили за ним. — Лаверн… Твой отец не хотел заниматься разработкой новых программ по применению дейтерия. И не собирался выкупать все земли у местных. Макс на этом настоял. Понимаешь, о чем я? Да и сама идея переезда на Краум — только Максимилиана.

— Да. — Она кивнула головой. — Я все поняла. Скажи, сколько нам еще добираться до нужного места?

— Пару часов. Придется делать крюк. Видишь… — Он указал на многочисленные точки на радаре. — Это песчаная буря. Не хочется снова испытать на себе зверскую силу природы. В такие дни за город вылетают лишь те, кто делает это по долгу службы.

— Песчаная буря. Как же! Пустыня не без своих сюрпризов. Надеюсь, нам удастся проскочить раньше, чем она подойдет.

— Не знаю. Порой волна непредсказуема, — напряженно ответил Тирелл. — Может свернуть, куда угодно. И тогда одно спасение — не дать себя засыпать песком. Редко кто выживает после такого, если вдруг окажется без флайера или песчаного вездехода.

Он замолк, схватился сильнее за штурвал. Искоса посматривал на красивое лицо брюнетки, которая до сегодняшнего дня хотела казаться независимой. Так и подмывало остановить аппарат, разложить сидение, раздеть Лаверн и войти в нее снова, чтобы почувствовать горячую узкую плоть, довести до оргазма, услышать ее стон, ощутить острые коготки на своей спине.

Она знала, чего он хочет, без слов. И эта мысль еще больше заводила ее. Но Лаверн прекрасно понимала, что этого сейчас делать не стоит. У них еще будет время насладиться друг другом. Хотя сейчас она бы отдала многое, чтобы оказаться с ним в одной постели. В ее жизни был не один мужчина. Но этот со своей звериной страстью и темпераментом все больше западал в душу, а не только привлекал тело.

— Скоро будем на месте, — тихо произнес он, отогнав от себя лишние мысли. — Немного осталось.

До сектора удалось добраться без проблем. Здесь действительно стало светло, как днем. Вдали показалась одна из стрелковых самонаводящихся вышек, но Лаверн смутило вовсе не орудие, к которым она давно привыкла. Высокие барханы вокруг, разломанные части ограждения, фонари, что торчали из песка, будто маяки. Она повернулась к Тиреллу, удивленно посматривая на него.

— Что здесь произошло? Будто было нападение из космоса!

— Это и есть та буря, о которой я тебе говорил. Прошла совсем недавно. Да уж, ремонт Максимилиану обойдется дорого. Черт, хоть бы все были живы! — Он придал ускорение флайеру, потянув за рычаг.

Стрелковая вышка выдержала, хоть ее основание и засыпало песком. Устройство повернуло свои «глаза» в сторону флайера, но код, что набрал Тирелл на компьютере аппарата, защищал их от неожиданного выстрела.

— Хорошо, что мы задержались на станции, — вымолвил он, рассматривая последствия разгрома, причиненного стихией.

Если бы они вылетели двумя часами раньше, то оказались бы в эпицентре. Хоть в этом повезло. Он повел флайер на посадку к ближайшей ровной площадке.

Вокруг них уже выползли роботы, собиравшие песок, другие сгребали его в карьеры. Чуть дальше, где через несколько миль и находилась часть раскопанного города предтечей, царила суета. Тирелл первым выскочил из флайера, а Лаверн бросилась за ним, захлопнув двери аппарата.

— Господин Кроу! Как хорошо, что вы здесь, — бросился к ним человек в темном комбинезоне. — Мы не можем связаться с господином Блэром. Произошло обрушение в северной части сектора, в карьере. Погибли трое наших людей. Мы не можем вызвать сюда помощь из города, сами же знаете!

— Сейчас разберемся. — Тирелл уверенно перешагнул через валяющийся под ногами оборванный провод. — Зови сюда старшего!

— Ничего себе, последствия бури, — покачала головой Лаверн. — Это же надо, так все размести.

— Меня больше интересует, что там с обрушением. Пойдем, посмотрим. Скоро стемнеет, а мне не хочется ночевать в рабочем бараке.

— Нужно сказать Максу! — заявила Лаверн.

— Максу — да. Но не тому. Второму. Потребуется вызвать из города транспорт, чтобы забрали тела погибших. Если их уже откопали. — Он подошел к флайеру, поправляя свой комбинезон. Потом кивнул Лаверн. — Полетели. Будет быстрее.

Старший, Харис, летел вместе с ними. Втроем они уже приближались к дальнему краю закрытой территории на севере сектора. И Лаверн широко раскрыла глаза, рассматривая плоды деятельности Максимилиана. Она и не представляла, насколько далеко ушли раскопки.

Огромные, будто древние пирамиды, здания. Не высокотехнологичные материалы, которыми давно пользовались люди, а настоящий камень. Или не камень, а нечто, напоминавшее его. Непривычные человеческому глазу очертания, причудливые выступы и формы. Рисунки, украшавшие стены. И все эти здания, по словам Тирелла, пустовали. Там не осталось ни мебели, ни аппаратуры. Ничего того, что могло бы причислить древних строителей к высокотехнологичной расе. Но и без дополнительных приспособлений переместить эти громадные глыбы, весившие не одну тонну, не представлялось реальным. Что же скрывали эти древние монументы, ради которых уже было выброшено столько денег и принесено жертв?

Бригадир работников молчал. Это вполне объяснялось тем, что они заключали контракт, запрещающий обсуждение действий своего начальника. Хотя, безусловно, между собой они говорили все, что угодно. Но какой-то немой ужас застыл на лице Хариса. Он лишь указал на открывшуюся перед ними внушительную панораму.

— Вот. Здесь.

Они сделали посадку и вышли из флайера. Чтобы достать людей из-под завала требовалось время — экскаватор здесь использовать не представлялось возможным. Но Тирелла больше поразило другое.

В вечерних сумерках этой части Краума он рассмотрел, что под воздействием стихии из карьера выпала огромная часть грунта. Внизу возились роботы и люди. А чуть выше, в ставшей отвесной скале, открылась новая часть города — та, до которой и пытался добраться Максимилиан.

Выступившая часть несколько отличалась от той, что Тирелл не раз видел до того. Словно сооружения принадлежали к другому временному периоду, более позднему. Это тут же бросилось в глаза. Упавший грунт и каменный слой прихватил с собой часть стен, и теперь на всеобщее обозрение обнажился внутренний интерьер сразу нескольких домов, откуда начинались темнеющие проходы, ведущие в неизвестность. Словно отсюда шел некий специально оставленный туннель.

— Он это хотел найти? — спросила Лаверн тихо, прямо в ухо.

— Кажется, да. Черт знает, что он вообще ищет здесь. Но это что-то новое. Неужели из-за этой гребаной находки столько шума?

— Нужно посмотреть, что там!

— Нет. Скоро стемнеет. Макс пока не должен узнать об этом случае. И о том, что можно теперь проникнуть внутрь. Хотя есть вероятность, что там очередной тупик. А чтобы работники не возмущались, я позвоню второму. С ним мы решим проблему с телами погибших. Придется выплатить компенсацию их семьям, но это может решить и наш клон. 

Тирелл осмотрелся и позвал бригадира. Мужчина подошел быстро, дав указания другим, поднявшимся из карьера на лифте-подъемнике рабочим.

— Харис, скажи, туда можно будет добраться? — Тирелл указал на зияющие в скале проходы.

Харис поднял голову, оценивая фронт работ.

— Сегодня никак. Придется выставить временные крепления, чтобы обрушение не пошло дальше. Сделать там свой подъемник, а его нужно заказать из города. В идеале — установить вдоль стены дорогу на подпорках. Используем составные элементы из легких сплавов. Лишь для того, чтобы добраться туда. Если господин Блэр не даст команду вскрывать их полностью.

— Похоже, там есть ход. — Тирелл указал на разлом, в который как раз попал закатный луч Рокса. — Может быть, удастся обследовать их и без полного вскрытия. Чтобы со спутников невозможно было вычислить это место — ведь оно не видно сверху. Я прав?

— Именно, — кивнул головой Харрис.

— Я звоню Максу. Лави, побудь здесь. — Тирелл отошел в сторону, вздохнул и набрал того самого Макса, который в этот момент уже находился дома вместе с Кимберли.

 

***

Дорога в дом Максимилиана Блэра уже не казалась такой страшной. Ведь рядом находился вовсе не он. Одна лишь мысль, что настоящего Макса там не было в данный момент, заставляла радоваться. Я не могла сказать, что испытывала ненависть к тому человеку — отчасти мне было жаль своего официального супруга, хоть я и боялась его как огня. Но тот человек, который находился рядом, помогал поверить, что вместе мы сможем противостоять нашему общему страху. Глядя на уверенного в себе мужчину, я не понимала, что в этом видимом спокойствии есть и моя заслуга. А то, что первый мог быть таким же, наводило на разные сомнения.

— Тирелл! Наконец-то он вышел на связь! — прервал мои размышления Макс. Он дал пилоту сигнал на снижение, а сам взял в руку трансформирующуюся пластину, которая тут же выдала изображение его безопасника. Я притихла, прислушиваясь к разговору. Не нравилось мне начало. В голосе шатена мелькнули тревожные нотки, что для него не являлось нормой.

— …Срочно! Это очень важно, — звучал знакомый голос.

Я осторожно заглянула, рассматривая изображение Тирелла, и вдруг поняла, что он находится там, в знакомом с детства месте. Я видела за ним очертания завода и вышек, между которыми протягивались металлические растяжки и провода.

— Что случилось, Тир? — Макс старался казаться равнодушным.

— Я не могу сказать по связи. Тебе нужно самому быть тут. Сейчас, как можно скорее. Только сделай так, чтобы об этом разговоре не узнал настоящий Блэр. И остальные.

Макс выключил динамик легким касанием руки. При этом тревожно взглянул на пилота, но тот даже не повернулся. У меня закололо в груди от волнения. Неужели произошло нечто страшное? Прогноз погоды не давал вздохнуть спокойно, но ведь с Тиреллом и Лави все в порядке! Или нет?

Я вопросительно посмотрела на Макса.

— Сейчас мы залетим домой, и мне придется отправиться туда.  Произошел несчастный случай, — ответил Макс на мой немой вопрос.

— И это все? — Я взметнула брови наверх. — Эти несчастные случаи происходят день ото дня. Сам знаешь, где мы живем.

— Не только в этом дело. Нужно успокоить народ и дать указания. Они хотят видеть Блэра…

— Что-то ты недоговариваешь. — Я отвернулась, будто обидевшись. Но потом взглянула на стенку флайера и пилота за штурвалом. И поняла, почему Макс не хочет объяснять до конца ситуацию.

— А где Винс? — спросил вдруг Макс пилота.

— Господин Тейлор летит за нами во флайере с охраной, — последовал ответ мужчины.

— Нам придется отделаться от него. Черт. Что же делать?

— Оставить его дома под каким-то предлогом, — осторожно сказала я.

— Будем надеяться, что этот предлог найдется. Максимилиан тоже не должен ничего узнать. — Эти слова звучали шепотом мне в ухо, и со стороны могло показаться, что он просто целовал меня.

Я обняла его шею, потом посмотрела в голубые глаза, которые вдруг стали тревожными. Макс мог бы отключить пилоту восприятие действительности, используя свои способности, но пока тот управлял аппаратом, рисковать не стоило. Тем более, если этот новый пилот окажется подставным, он мог передать информацию. Хотя, этого человека нанял Тирелл, что уменьшало вероятность шпионажа.

Я не стала ничего спрашивать. Терпеливо ожидала посадки. Но там меня ждал новый сюрприз — флайер Максимилиана. В этот момент мое хорошее настроение резко испарилось. Макс тоже потемнел в лице, увидев машину. Это означало лишь одно — наша общая напасть вырвалась из клетки. Вопрос, зачем? Может быть, он что-то узнал?

— Идем, поговорим, пока он нас не видел, — процедил Макс, когда мы выходили из флайера. — Я скажу тебе, в чем дело.

Я сглотнула, бросила взгляд на дом, потом на черный флайер, и последовала за Максом в надежде, что он объяснит мне происходящее.

 

ГЛАВА 7

Макс отошел метров на пятнадцать от флайера, к самым воротам особняка, когда наконец заговорил. Я остановилась напротив, внимательно слушая его. Ох, и не нравилось это зависшее в воздухе напряжение. Чтобы его почувствовать, мне не требовались телепатические способности.

— Что случилось? Объясни!

— Тирелл прилетел на место раскопок. Он что-то выяснил. Но это еще не все: произошло обрушение в северной части сектора. Люди погибли.

— Какой кошмар! — всплеснула я руками. — И много жертв?

— Пока не знаю. Дело вовсе не в этом. У рабочих паника, их необходимо успокоить. И Тирелл нашел там что-то интересное. Он убедительно просил, чтобы Максимилиан не знал о находке — а он здесь. Сейчас начнутся вопросы, и нам они весьма некстати. Никто не должен знать, что там происходит. За Максимилианом сразу же потянутся те, кто им управляет, а мы еще не выяснили до конца правду и то, чем эта правда, может грозить нам.

— Что ты предлагаешь? — тихо спросила я, хотя уже понимала, к чему он клонит.

— Ты останешься здесь, а я скажу, что мне нужно лететь в BI. Он не полетит, останется здесь.

— Хочешь меня подставить? Ты же знаешь мое отношение к… — Я оторопела от новости, ведь считала, что Макс не хочет делить меня со своим оригиналом. А я не сомневалась, что как только останусь наедине с Максимилианом, все начнется сначала.

— Так нужно, Ким. Пойми. Ради всех нас!

— Ради кого? Рискует один Максимилиан Блэр, а все мы вокруг него ходим на цыпочках. Не нам грозят эти чертовы неизвестные телепаты! — В этот момент я была готова расплакаться.

— Я прошу, Ким! Пожалуйста!

— Лети, куда хочешь, раз ты так. Я постараюсь, чтобы он не заметил твоего отсутствия, сделаю для этого все, что в моих силах. Скажи Винсу, чтобы остался дома.

— Я скажу, что забыл проверить важные документы. А Винс будет охранять Максимилиана. Я не стану заходить. Позвоню ему потом. Будь умницей, Ким, я тебя люблю.

Он поцеловал меня, потом отошел к Винсенту, что-то сказал ему. Тот безразлично кивнул головой, направившись к дому, а Макс сел во флайер и через пару минут взмыл в вечернее небо Краума, скрывшись из вида.

Что за участь — развлекать чертова энерговампира?! Словно мне больше заняться нечем. И так настроения никакого.

Я ненавидела Блэра в тот момент так сильно, что готова была сама пристрелить, если бы могла. Как же он мне дорог, мой официальный супруг, который держит меня около себя не только подписанным без моего согласия договором, а еще и тем человеком, которого я люблю! И еще шантажом.

Я вошла в дом, чтобы не оставаться на улице — быстро падала температура, а моя одежда не соответствовала времени суток. Хоть бы Максимилиан спал. Или, вообще, просто отдал свой флайер пилоту, а сам остался в центре. Может быть, я зря надумала себе эти проблемы?

Но он, как раз-таки, находился здесь собственной персоной. Сидел в большом кресле в гостиной и потягивал виски, будто его и вовсе не интересовали другие проблемы. Рядом дымилась коричневая сигара.

— Где же твой любовник? — хмуро спросил он, когда заметил, что я вошла и остановилась у дверей. Я хотела просто попытаться проскользнуть дальше, но нужно было рассказать придуманную Максом легенду. — Пришла одна. Черт, как ты вкусно пахнешь, я отсюда ощущаю твою злость.

— Он улетел на работу вместе с Тиреллом, — со всем возможным, вкусным ему недовольством сообщила я. — А ты зачем вернулся?

— Забыл спросить у вас, когда мне прилетать к себе домой. Может, мне нужно взять себе вещи. Да и вообще, доктор Ковальски заявил, что мне не стоит употреблять алкоголь до завершения обследования. А мне на его мнение наплевать. Вот и весь ответ. Хотя, теперь я понимаю, что прилетел не зря.

Он поманил меня пальцем. Видно, решил не ждать.

Мысли оставались свободными, но тело слушало поток энергии, который он направил на меня, чтобы заставить делать то, что ему хочется. И я нехотя шагала к центру гостиной. Я могла бы попытаться выставить зеркальную стену, но сейчас не стоило это делать. Пусть отвлекается на меня, чтобы Макс успел покинуть Краум-сити. Хоть бы напился и просто уснул — так нет же, он никогда не пьет до такой степени, чтобы упасть, всегда держит себя в руках.    

— Мой клон думает, что может быть мной. Работает за меня, даже мою жену трахает. Думаете, что списали меня со счетов? — Глаза Блэра налились холодом. — Ты же знаешь, что моя женщина. Я выбрал тебя из всех. Дело даже не в пари, которое я заключил с ним в тот день. Я всегда знал, что ты предпочитаешь меня, хоть и не хочешь в этом сознаваться. Выпьешь со мной?

— Я не... Ладно. Выпью, — внезапно согласилась я.

Пусть говорит, что хочет, я буду молча ненавидеть его, пока Макс и Тирелл разберутся со своими проблемами. Стоит оттянуть время, чтобы они получили фору на случай, если Максимилиан вдруг надумает полететь туда. Хотя он тщательно скрывал своего клона, не появляясь с ним в людных местах. Только не в случае со сто тридцать первым сектором. Здесь он способен на что угодно, чтобы только найти нечто, непонятное остальным.

— Верное решение, — заметил он, рявкнув в транслятор, чтобы нам принесли еще бокал.

Возможно, стоило сказать и ему о странной татуировке на шее Уны. Может быть, ему известно, что там за знак? Но я не решилась, а Макс просил дождаться Тирелла и Лави.

— Я хочу, чтобы ты знал, — ответила я, немного подумав, — дело даже не в тебе в целом. Внешне ты мне очень даже импонируешь. И вы с ним одинаковы в том, что касается работы или вкуса. Но я не могу позволить уничтожать меня, как личность. Я бы любила тебя, если бы ты не был столь властным и холодным, если бы в тебе были хоть какие-то человеческие эмоции, которыми ты обделен. Мне даже жаль тебя. Когда ты это поймешь, то сможешь отпустить меня.

Я замолчала, потому как в помещение вошла Уна, тихо поставила новые бокалы, сменила пепельницу и так же молча исчезла. Максимилиан плеснул мне виски, протянул бокал, о чем-то задумавшись. Его глаза в этот момент смотрели в одну точку, и я даже испугалась, что с ним вновь происходит непонятное. Но он действительно прогонял свои вампирские мысли. Его было слишком сложно в чем-то убедить.

— Держи. Выпей со мной и послушай, Ким. Я никогда не был таким, как сейчас с тобой. Поверь, даже за это время я очень изменился. Но я не могу отказать себе в том элементарном, чего требует мое нутро. Да, мне не хочется смеяться, шутить, строить из себя клоуна, как это делают многие. Мне не радостно от того, что обычно делает приятным жизнь других. И при всем этом я знаю, что не могу отпустить тебя от себя. Ты это понимаешь?

— Не очень. Ты портишь всем жизнь. Думаешь, окружающим приятно общение с таким, как ты?

Он вдруг поднялся из кресла, сделав большой глоток. При этом даже не сморщился. Его лицо было ровным.

Таким же, как у моего Макса.

— Я помню, что тоже когда-то был другим. Черт, возможно, Тирелл прав, и на мне действительно провели некий эксперимент. Но не моя в этом вина. Да, я получаю энергию от ваших эмоций, но это вовсе не означает плохое отношение к тебе, к тому же Тиреллу или Лаверн. По-своему я люблю всех. Просто мои чувства отличаются от чувств большинства. Они иные. В этом все и дело. И даже теперь я не считаю это плохим или хорошим. Я видел много женщин, которых это устраивало. Женщина — слабое существо по своей натуре. Любит, чтобы ей командовали. И не только это. Многим доставляет удовольствие и физическая боль. Ты ведь сама это знаешь. Но нет же, мы же гордые! Будем до последнего отрицать, что тебе претит мужское доминирование, что тебе не нравится, когда в постели лидирую я.

— Я не знаю. Иногда кажется, что так и есть. Но потом мне плохо. Ты даже не представляешь, насколько. Дело не только в постели. Я хочу жить. Радоваться тем мелочам, которые окружают наш быт, петь песни, смеяться с глупой шутки, да просто прыгать от счастья. И я не могу делать всего этого с тобой. Пусть не ты виноват в том, что с тобой произошло, но мы не сможем быть вместе. Тебе нужна только моя ненависть, а я не могу всю жизнь ненавидеть. Со временем чувства потеряют остроту. Ненависть перейдет в безразличие, а страх исчезнет окончательно. И ты потеряешь ко мне всякий интерес. Может быть, проще попробовать найти себе другое развлечение?

Я сделала маленький глоток обжигающей жидкости и посмотрела на него прямо, без всякого страха. Хотя следовало накрутить себя, чтобы он больше отвлекался. Но вопреки моим ожиданиям, смелость лишь пробудила в нем новый интерес.

— Как заговорила, малышка Ким. Это он тебя такому научил? Обещал счастливую жизнь? И ты поверила?

От его взгляда по телу пробежал неприятный холодок. Как можно разговаривать с ним, когда в любой миг ожидаешь подвох? Сбежать бы в свою комнату и не видеть его. А ведь впереди вся ночь.

— А ты не собираешься вернуться обратно, чтобы завершить свое обследование? — перевела я тему.

— Собираюсь. — Его лицо вдруг потемнело. — Мне нужно сначала поговорить с Тиреллом. Во время экспериментов я вспомнил одну вещь. Почему Тирелл не выходит на связь?

— Он вместе с Лаверн улетел. К знакомому из военной части.

— Точно. Он же говорил мне.

В какой-то момент показалось, что сегодня виски действует на него сильнее, чем обычно. И хоть с виду Блэр был абсолютно трезв, он бы не стал откровенничать со мной просто так. Уж я успела немного изучить его повадки, хоть Максимилиан Блэр и оставался человеком-загадкой.

— Налей еще. Вкусно, — попросила я и улыбнулась. Лучший способ избавиться от него — показывать положительные эмоции, которые ему решительно не нравились.

— Думаешь, я позволю тебе напиться? Даже не мечтай, — заявил он, но сам плеснул мне еще, вопреки своим же словам. — А пойдем-ка, искупаемся.

— Нет! — взбрыкнула я. — Только не это! — Кажется, скоро у меня начнется аллергия на одно воспоминания о его бассейне.

— Не глупи. Ты упускаешь чудесную возможность сравнить меня и его. В конце-то концов, ты должна сделать верный выбор.

Опять! Черт, так я и знала, что одним виски этот вечер не закончится. И при этом я не могла отрицать, что хочу продолжения. Эта правда разозлила меня, я сжала кулаки от своей же слабости. Да как я могу, пока Макс и Тирелл рискуют своими шкурами, спасая всех нас, думать о том, что мне хочется отдаться этому привлекательному, но холодному и злому типу?

— Я устала. И ничего не хочу сегодня. Ни с тобой, ни с ним. Как вы мне надоели оба! — воскликнула я. — Сколько можно видеть во мне только предмет для ваших междоусобиц?! Я хочу домой. Просто домой. Мне нужно проверить, все ли там в порядке.

Я действительно собиралась залететь туда с Максом, как только выдастся возможность. Нужно перебрать кое-какие оставшиеся документы отца. Моя мать до того не давала мне этого сделать.

А еще хотелось бы найти Генри Мерита, который до сих пор скрывался. С одной стороны, хотелось, чтобы его просто убили. Но ведь официальную информацию об этом легко проверить, стоит отправить запрос в базу данных города. Но с другой стороны, тогда я не смогу выяснить правды. Если бы в тот момент, когда впервые встретилась с Генри в космопорте после возвращения с Земли, я могла догадаться, что меня ждет, то не осталась бы на этой планете. Но я наивно полагала, что смогу разобраться и отомстить виновным. А теперь сама втянута в эту запутанную историю. И выхода нет.

— Максимилиан, я хочу просто поужинать, — взмолилась я. — Не забывай, что у нас был сложный день. Новая орбитальная станция, в которую ты с Норманом вложил деньги, уже скоро запустится. Осталось еще немного — и заработает новый завод. Туда нужно лететь в ближайшие дни. Норман просил подготовить отчет о расходах на запуск. Нужны новые воздушные генераторы — те не дают достаточной мощности.

Я знала, что его всегда можно отвлечь работой — поняла не так давно. Действовало безотказно.

— Черт, а ведь ты права. Только мне самому нужно заняться этим. Станция ведь мой проект. Я знаю там все нюансы. Договорись, чтобы Норман прилетел как можно скорее. Я встречусь с ним лично. А то боюсь, мой клон только все испортит.

— Так я пошла? — приподнялась я с кресла. — К себе...

— Хорошо. У тебя есть ровно час, чтобы поужинать и привести себя в порядок. А я пока взгляну на проект в компьютере. Ровно час... Буду ждать у бассейна.

— Ага, — тоскливо отозвалась я.

Я подняла голову, глядя Максимилиану прямо в глаза в надежде, что в нем проявится хоть какое-то сочувствие, но поняла, что ждать бессмысленно. Если я не появлюсь, он сам заявится ко мне. А так можно будет отвлечь его хоть на что-то.

 

***

Я мчался в полной темноте над пустыней. Даже и не помнил, когда летал так в последний раз, да и делал ли вообще. Два часа сумасшедшей гонки в ночной безжизненной глуши. Тишину разряжали мерцаюшие экраны да монотонное бормотание компьютера. Я снизил обороты двигателя, как только набрал скорость, отключив лишний расход топлива.

Всю дорогу обуревали разноречивые эмоции, неопределенность рвала на части. Да как я мог действовать так импульсивно, оставить Ким с ним?! Я обещал ей и самому себе, что стану оберегать мою любимую от своего прародителя. Ведь знал, что может произойти, но все равно сделал это. Лучше бы в сектор отправился сам Максимилиан, а не я.

Чертов Тирелл со своими предположениями!

Так плохо, как в этот момент, мне еще никогда не было. Уже пожалел, что не взял с собой пилота — хоть бы кто-то болтал, отвлекая от дум. А так я представлял ту картину, что до сих пор стояла перед глазами — он и Кимберли. Помнил, как она выгибалась перед ним, жадно глотала воздух, царапала обшивку дивана ногтями и стонала. Пусть даже не знала правду. Но Ким получала удовольствие. Почему же теперь меня это так беспокоит?

Наверное, зря возомнил, что нужен Кимберли. Она и сама не знает, чего хочет. А я хочу ее, но не могу представить свою жизнь без корпорации. У меня просто нет выбора — все будет зависеть от Максимилиана. Если Блэр захочет, то сможет удержать Кимберли подле себя.

Я сверился с навигационными координатами — полпути за спиной. Экран на миг моргнул, выдав новую точку — и тут же она исчезла.

Кто мог находиться здесь ночью, довольно далеко от города? Обычно в это время тут не встретить ни одной живой души.

Если только это не преследование.

Максимилиан должен был отправиться в тот сектор, и следили, скорее всего, за ним. Ведь преследователи могли использовать режим антирадара, запрещенный планетарной полицией. Либо их целью был именно я?

Стало страшно — впервые за последнее время. Я пристально смотрел на экраны, но они больше не показывали ничего подозрительного. Но меня напугало другое — волна.

Песчаная буря, которая шла в эту сторону с севера.

Жутко! Позади преследователи, а впереди грозовой фронт. Может, меня решили сбросить со счетов?

Точка снова появилась и пропала. Значит, мои предположения могут быть верными. Пора сматываться, пока не пристрелили в пустыне, сделав вид, что меня не существовало. И никто ведь это не оспорит. Потому что для всей планеты, меня просто нет. Да и Максимилиана обрадует внезапное избавление от ненужного балласта.

Ну уж нет! Я уйду от преследования, чего бы это не стоило!

С этой мыслью я потянул за рычаги. Черта с два они меня догонят! Я вывел флайер в бреющий режим и поочередно запустил голосовой командой все двигатели скоростной машины. Направление взято прямо на грозовой фронт. Посмотрим, как им удастся меня догнать.

Ночью песчаная буря выглядела движущейся черной массой. Как бы мне не было страшно, я не сворачивал. Позади находился некто, желающий либо убить, либо взять в плен. А возможно, сделать из меня марионетку, подобно Блэру. А потом списать все на несчастный случай, потому что я тоже не помнил бы ничего и лишь выполнял бы зловещие команды.

Только не это! Я больше всего боялся этой не радужной перспективы.

На экране снова моргнула точка, которая уже не исчезала. На такой скорости не сохранить отражающий лучи радаров режим. И эти таинственные незнакомцы действительно гнались за мной.

Одной рукой я пытался нажать клавишу вызова Тирелла, но понял, что у меня нет времени. Я включил запись, чтобы в случае неудачи, Кроу понял, что со мной случилось. Прожектора осветили потрясающую, но жуткую картину песчаной бури.

Как же Блэр это делал? В голове остались обрывки воспоминаний. Если бы я, как раньше, не знал, что это чужие воспоминания, сделать это было бы куда проще. А так...

Я понимал, что на самом деле не имею никакого опыта в полетах под песчаной лавиной. Я мысленно зашел с другой стороны, представляя себя им. Я знаю, как это происходит. Все эти полеты для меня — как раз плюнуть.

Кажется, получалось. Появилась уверенность, которая выгоняла последние капли страха.

Нужно взять под контроль свои эмоции!.. Ведь если я могу управлять чувствами других, почему бы не использовать этот принцип на себе?!

Я на всей скорости ворвался в песчаный ад, выворачивая штурвал. Ух, получилось. Надо мной и слева неслась махина-стена, а мне удалось выйти из зоны турбулентности, и теперь я просто шел мимо опасной ловушки. Можно было попытаться обойти ее сверху, но я бы не успел это сделать.

Кажется, моим преследователям пришлось несладко. Яркая синяя точка их флайера вращалась на экране наряду со скоплением желтых, которые швыряли ее из стороны в сторону. Они сами попались в ловушку! От понимания мое сердце забилось так громко, что я слышал его, несмотря на завывание ветра за обшивкой. Я чуть было не ошибся сам. Пронесло. Выдохнул. Вырваться бы из этого кошмара. Судя по данным приборов, до конца стены оставалось уже немного. Вот-вот я пройду эпицентр бури, так удачно спрятавшей меня.

Когда за прозрачной перегородкой носовой части флайера вдруг показалось звездное небо, я заорал так громко, что сам едва не оглох. Буря осталась позади. Конечно же, я сбился с курса, но это уже не так страшно. Сейчас настрою координаты заново, главное, что я жив и сделал это!

Когда я уже летел в нормальном режиме, а подо мной спокойно проплывали барханы, только что созданные стихией, экран связи вспыхнул. Бортовой компьютер сообщил, что меня вызывает Тирелл.

— Наконец-то!

— Мы ждем тебя. Рабочие устроили забастовку. У нас проблемы. Никто не хочет возвращаться в карьеры. Все готовы разорвать контракт. Их не напугать даже штрафными санкциями. Только ты можешь помочь! Здесь осталось мало тех, кто на нашей стороне. А нам нужно как можно скорее спрятать последствия обрушения, пока они... не узнали о нашей находке.

— Я скоро буду. Тир. Меня только что кто-то хотел убить. Или перехватить. Их флайер разбился в бета-волне. На север от главного направления шла гроза.

— Вот это новость! Надеюсь, их координаты остались?

— Да. Я все записал.

— Отлично. Разберемся с рабочими, и можно отправить кого-то на поиски разбитого флайера. Возможно, он наведет нас на нужный след!

Около 3 лет
на рынке
Эксклюзивные
предложения
Только интересные
книги
Скидки и подарки
постоянным покупателям