0
Корзина пуста
Войти | Регистрация

Добро пожаловать на Книгоман!

Или войдите через:


Новый покупатель?
Зарегистрироваться
Главная » Рождение королевы » Отрывок из книги «Рождение королевы»

Отрывок из книги «Рождение королевы»

Автор: Соболянская Елизавета

Исключительными правами на произведение «Рождение королевы» обладает автор — Соболянская Елизавета Copyright © Соболянская Елизавета

Елизавета Соболянская

Рождение королевы

Пролог

Астролог с раннего утра взволнованно топтал ковер в королевской приемной. Стражники косились на старика, усмехаясь в лихо закрученные усы. Еще бы! Почтенный магистр явился на прием в ночном колпаке и домашних туфлях! Его потрепанная мантия была залита свечным воском и чернилами, а борода и волосы на голове неделю не видели гребня! Разве можно являться к Его Величеству в таком виде?

Однако, когда король быстрым шагов вошел в приемную, стражи выпрямились, и моментально сделали каменные морды, не давая монарху заметить ухмылки. Астролог же кинулся навстречу королю с криком:

- Ваше Величество, свершилось! Свершилось! Сегодня ночью!

- Спокойно, мэтр, пройдемте в кабинет, и вы мне расскажете, что свершилось! – остановил астролога монарх.

В строгом официозе королевского кабинета астролог на миг растерялся, но быстро взял себя в руки и с горячностью заговорил:

- Свершилось, Ваше Величество! Ваша будущая супруга пришла в этот мир!

- Подробнее, - нахмурил выразительные брови Дагобер Восьмой, король Индерии.

- Этой ночью родилась наша будущая королева! – объявил звездочет. – К сожалению место и время рождения я могу назвать лишь приблизительно, но есть один нюанс…

- Не тяните, магистр!

- Ваша будущая жена в большой опасности, Ваше Величество! – взмахнул руками старик. - До обретения ею силы, стихии будут испытывать девочку и это может закончится плохо… Старик замолчал, виновато разводя руками.

- То есть вы хотите сказать, что моей будущей предсказанной королеве грозит опасность? – от льда в голосе короля даже стены покрылись инеем!

- Так и есть, Ваше Величество! – горестно признал звездочет. - Люди не всесильны, а будущая королева до брачного огня просто человек!

- Назовите место и время рождения, Жанлис! – строгим тоном потребовал Дагобер, падая в кресло.

- Земли Трех Королей, Ваше Величество. Ребенок родился сегодня ночью, после заката, точнее сказать не могу!

- Капитана гвардии сюда! – король встал и лично выглянул в коридор, поторапливая секретаря, а потом нервно заходил по ковру.

Три Баронства – собирательное название. Это огромная, густонаселенная долина, с которой когда-то началось королевство Индерия. Найти там новорожденную будет непросто!

- Подробности, мэтр! Мои люди должны знать, кого они ищут! – нетерпеливо потребовал Дагобер.

- Могу лишь подсказать, Ваше Величество, что девочка несомненно родилась лоне старинной аристократической семьи, - вздохнул старик. – На это указывают звезды. Ее кровь такая же древняя и сильная, как ваша!

Монарх неопределенно хмыкнул. За две тысячи лет существования династии, короли Индерии в той или иной степени стали родственниками всей аристократии собственного королевства и дюжины соседских.

— Значит, новорожденная аристократка? – уточнил он. – Хорошо!

Тут в дверь деликатно стукнули и на пороге появился капитан гвардии, барон Тулон.

- Барон! Вы мне нужны! – сразу среагировал король. – Для вас и десятки лучших ваших людей у меня есть особое задание!

Капитан сразу подобрался. Он был капитаном полка, в котором полковником числился сам король и задания гвардейцы получали порой престранные. То опасные, то смешные, то тайные. На этот раз Его Величество так хмурился, что молодцеватый капитан вспомнил, где лежит его завещание!

- Вы отправляетесь на территорию Трех Королей и моим именем собираете всех девочек- аристократок, рожденных вчера и сегодня.

- Что? – капитану показалось, что он ослышался.

- Бумаги подготовит мой секретарь.  Повозку для детей и кормилиц купите на месте. Идите, готовьте своих бойцов. Выбирайте тех, кто умеет держать язык за зубами. Детей не путать, каждой семье будете оставлять копию королевского указа и распоряжение явиться во дворец через… двадцать лет. На коронацию новой королевы! Свободны!

- Что вы задумали, Ваше Величество? – дрожащим голосом спросил звездочет, когда ошарашенный капитан ушел.

- Защитить свою будущую жену, - пожал плечами монарх. – Я так понимаю узнать ее в таком возрасте вы не можете. Да и никто не может. Но в моих силах защитить, дать образование, обозначить рамки. В общем младенцы будут жить во дворце, а к двадцатилетию я надеюсь вы сумеете найти способ, чтобы указать мою будущую жену!

Звездочет только бородой затряс и быстро-быстро убежал к себе в башню, разыскивать способ побыстрее отыскать будущую королеву.

Глава 1

Капитан Тулон проклял задание сразу, как только его отряд въехал в долину «Трех Королей». Голуби и вестники из столицы добрались сюда быстрее. Их уже ждали. Все жители королевства, имеющие в своих жилах хоть каплю благородной крови, приобрели шанс пристроить дочь во дворец!  Дикий ажиотаж опередил гвардейцев почти на сутки! В первом же поместье гвардейцам представили полдюжины девочек от пятнадцати до трех лет и предложили всех забрать в столицу, прямо сейчас, не отвлекаясь на отдых и еду.

- Младенцы, рожденные второго или третьего мартобря этого года! – в пятый раз повторял капитан, с тоской поглядывая на накрытый стол.

Выяснив, что настолько маленьких детей в доме нет, отряд двинулся дальше.  У дороги уже переминались с ноги на ногу слуги в потрепанных ливреях, приглашая гвардейцев в другие дома и поместья. И отказать было невозможно – каждый слуга громко выкрикивал звания и титулы своего господина, требуя немедля следовать за ним. Поколебавшись, капитан Тулон похвалил себя за то, что взял не десяток, а сразу дюжину гвардейцев, и теперь легко разделил подчиненных на четыре тройки, взяв на себя общее руководство.

Первую девочку подходящего возраста обнаружили быстро. Действительно кроха всего нескольких дней от роду. Маменька ее все еще лежала в постели, приходя в себя после родов, кормилица – крепкая деревенская баба без суеты развернула пеленки, демонстрируя едва заживший пупок и хм, женский пол. Отец девочки – мелкий землевладелец, прочитал королевский указ, пошатнулся, но быстро взял себя в руки и задал логичный вопрос:

- Капитан, я не смею чинить вам препятствий, но если вы заберете Альбину и ее кормилицу, как вы их повезете? Даже если прямо сейчас во дворец, неужели посадите кормящую женщину и младенца в седло? До столицы несколько дней пути!

- Его Величество выделил средства на покупку телеги, для перевозки кормилиц и детей. Надеюсь, о ребенке позаботиться ее нянька, - выдавая собственную неопытность, ответил холостой Тулон.

- Недавно родившим женщинам нужно хорошо питаться, следить за чистотой тела, и много отдыхать, чтобы младенец не заболел. Наша кормилица родила лишь месяц назад, и легко может простудиться в пути, от болезни может пропасть молоко, - описал перспективу молодой отец. - Я не против отправить дочь во дворец, но нельзя ли подождать, хоть немного? Или хотя бы не возить нашу крошку по всей долине? Вы же все равно поедете назад этой дорогой?

Резон в словах джентри был, а потому капитан принял решение:

- Ваша взяла, сэр. Кормилица и дитя останутся дома до нашего возвращения, но мы будем отправлять к вам других женщин и детей. Пусть они поживут у вас, под присмотром, до нашего возвращения!

- Но средства… - вздохнул вероятный отец будущей королевы. Его земли приносили весьма скромный доход и, если бы не древнее имя, герб и поколения благородных предков, он бы мало чем отличался бы от обычного фермера.

- Мы оставим вам достаточно, - уверил его капитан, извлекая из поясной сумки тяжелый мешочек с монетами. – Главное – сохраните всех живыми и здоровыми!

Через час отряд отправился дальше. Капитан еще не подозревал, как ему повезло с первым родственником возможной королевы. Дальше все было только хуже. Гвардейцев пытались подкупить, чтобы вручить девочку, рожденную на пару недель раньше. Пытались убить, когда они отказались забирать мальчика в розовых пеленках.  Одна мать вцепилась в стремя капитана и тащилась за его конем, умоляя не забирать новорожденную дочь. У мужчины сердце обливалось кровью, но… приказ есть приказ! Да и не в тюрьму он забирал детей, всего лишь в королевский дворец!

Порой крохотные свертки в обрывках простыней или нижних юбок просто выкладывали на дорогу, там, где должны были проехать посланцы короля. Такие «сюрпризы» капитан Тулон приказывал собирать и оставлять в ближайшем королевском приюте. Везти всех во дворец не было смысла – на каждого ребенка заполнялись бумаги, подтверждающие благородное происхождение, каждой семье оставлялась копия королевского указа и распоряжение прибыть во дворец через двадцать лет. А кто мог сообщить о рождении этих крох?

Правда сердобольные гвардейцы умудрились нескольких малышей пристроить своим родственникам, живущим в долине. На это капитан махнул рукой, тем более его воины пристраивали мальчишек, надеясь, что из них вырастут неплохие офицеры. У самого Тулона сердце обливалось кровью, при виде подкидышей, ведь оборотни трепетно относились к щенкам, а уж новорожденных любой волк будет защищать ценой собственной жизни. Но служба есть служба. За время путешествия по долине местные королевские приюты изрядно пополнились «крестниками» гвардейцев. А когда мужчины высказали изумление их количеству, замотанная директриса одного из них грустно улыбнулась:

- Вы спасли этим детям жизнь, господа. Отнести ребенка в приют способна не каждая женщина, а вот скинуть в реку или прикопать в лесу – очень просто.

Ошарашенные гвардейцы с того случая очень бережно собирали подкидышей и аккуратно довозили до приютов.

Случались и неожиданные ситуации. В долине занимались земледелием, и поля, луга и сады тянулись порой на мили. Девочку, завернутую в грубый передник служанки, обнаружили возле родника. Складывалось впечатление, что ее оставили там на милость случайного прохожего, ведь в складках грубого полотна нашелся маленький золотой медальончик с прядкой волос.

Когда гвардейцы заметили обомшелый сруб и решили наполнить фляги, ребенок уже выпутался из складок, и громко плакал на солнце. Капитан сам поднял малышку с земли, стряхнул былинки с фартука, и забрал находку с собой. Часа через два он объявил привал у большой красивой мельницы, стоящей на узком, но бурном ручье. Навстречу незваным гостям вышел мельник – здоровенный мужик в широкой полотняной накидке, предохраняющей одежду от мучной пыли.

- Поздорову, хозяин! – поприветствовал его капитан прямо с седла.

- Поздорову, коли не шутишь…волк, - отозвался мужик, не думая сходить с высокой лестницы, ведущей к жерновам.

Тулон оценил стать мукомола и поморщился – колдун! Но выбирать не приходилось. Мельницы нарочито стояли в стороне от жилых домов. Молока у гвардейцев нет, и шансы крохи на жизнь так малы, что волк готов был обратиться за помощью даже к тому, что видел его суть.

Мельники часто бывали колдунами или знающими, а мельницы, нередко служили местом проведения магических ритуалов. Кое-где молодоженам стелили в первую ночь на жерновах, чтобы семья была богатой и плодовитой. В иных краях на жерновах муж любил неплодную жену, чтобы исправить ее недостаток. А где-то считалось верным бросить в жернов первый заработок, чтобы всегда иметь деньги.

Барон не был суеверным, просто знал, сколько нужно сил, чтобы ежедневно соединять силу воды, технические знания и древнюю магию зерна. Так что в мельники редко попадали случайные люди, а если и попадали – финал был печальным. Чуть не в каждом графстве была своя «чертова мельница», и жуткая история про мага-недоучку, не удержавшего воду или зачарованные жернова.

- Мы ищем помощи, - сказал капитан, вежливо, но твердо, - возле источника лежал младенец.   Мы едем дальше по приказу короля, и хотели бы оставить девочку людям.

Тулон показал пищащий сверток, думая о том, что до ближайшей деревеньки еще несколько миль по жаре, а до поместья почти два десятка. Девчушка просто умрет от жажды, или от голода.

Мельник покосился на отряд, брезгливо взглянул на пеленку, но, на счастье гвардейцев, откуда-то вышла высокая очень бледная женщина и умоляюще посмотрела на хозяина мельницы. Тот не выдержал, махнул рукой:

- Бери! Ко мне только не приставай!

Лицо женщины озарилось неземным счастьем! Она жадно схватила хныкающий сверток и убежала с ним, не дав мужчинам попрощаться. Поняв, что тут делать им больше нечего, капитан махнул рукой своим подчиненным, чтобы разворачивались и выезжали на дорогу. Гвардейцы подчинились, но как только выехали на дорогу, так почти одновременно заговорили:

- Нехорошо, капитан!

- Странный мельник!

- Может заберем малышку? – предложил самый молодой, едва отрастивший усы лорд Ирген.

- Не отдаст, - вставил веское слово сержант Тибрет.

- Почему? – звонко удивился Ирген.

- На мельнице детей нет, - ответил сержант, - а баба в соку, и мельник в летах, значит не случилось у них. Она теперь за эту малышку медведя разорвет – не отдаст!

Гвардейцы поникли, но капитан всех утешил:

- Назад поедем – заглянем. Гостинцев привезем, проведаем. Если плохо будут смотреть заберем!

Мужчины приободрились и пришпорили коней.

Изучение долины и сбор детей с кормилицами занял почти три месяца. Гвардейцы стонали, жаловались, ругались, но не понимали, что это еще цветочки. Найдя очередную девочку, подходящую по возрасту, они торжественно зачитывали указ, вручали бумаги родителям, а потом объясняли, куда младенец и кормилица должны прибыть в самое ближайшее время. Иногда к указанию пути приходилось прикладывать пару золотых на проезд, но в основном родители могли сами отправить дитя к границе долины. А вот когда отряд навестил каждое благородное семейство на указанной астрологом территории, оказалось, что в поместье скромного джентри их поджидают три десятка девчушек с кормилицами! Вот тут начались ягодки!

Сначала пришлось закупить крытые повозки – лето было в разгаре, нехорошо морить на жаре кормящих женщин и детей. Потом пришлось снабдить повозки одеялами, подушками, ведрами для воды и нужды, веревками для сушки пеленок и запасом еды и ткани.

В назначенный для отъезда день кормилицы выйдя на крыльцо, вдруг хором зарыдали, прощаясь с родной землей. Как ни пытался капитан навести порядок, уверяя, что через пару лет женщины точно вернутся домой, его не слушали. Слезоразлив прекратила хозяйка поместья. Молодая женщина вышла на крыльцо и на зависть капралу гаркнула:

- Кто будет рыдать, сейчас же рассчитаю, без жалования! У меня тут найдутся желающие столицу поглядеть!

И все. Женщины молча утерли платками покрасневшие от слез лица и полезли в повозки.  Их пришлось купить четыре. Отряд по-прежнему делился на тройки, только теперь одна тройка ехала впереди, одна позади, еще две охраняли ценный груз с боков.

Поскольку ехать предполагалось по благоустроенной королевской дороге, капитан Тулон не предполагал особых трудностей. Вдоль тракта хватало харчевен, колодцев и просто кострищ с навесами для «дикой» ночевки. Однако женщины, почуяв слабину оборотня, сделали пятидневный путь просто невыносимым! Они болтали и пели днем, когда дети засыпали от тряски повозок, зато ворчали и жаловались ночью, когда в тишине девочки начинали требовать внимания и заботы.

 К тому же, за время ожидания, младенцы объединились и стоило заплакать одной малышке, и рыдать начинали все! То же самое произошло с женщинами. Одна кормилица хотела пить, и тут же брякали кружками все остальные, формируя очередь, задерживая караван. Что уж говорить про ночные бдения с коликами! Порой раздраженный и вымотанный капитан объявлял у костра:

- Пойду посты проверю! – а сам уходил в лес, менял ипостась и пугал постовых зверским хохотом или воем! Иногда же наведывался в ближайшую деревню, напивался в дешевой таверне, устраивал драку и от души молотил кулаками, чтобы через час-полтора извергнуть невразумительное пойло, искупаться в ближайшем ручье и вернуться к огню спокойным и невозмутимым, на зависть молодым гвардейцам.

Все когда-нибудь заканчивается. Ранним летним утром повозки простучали колесами по брусчатке и въехали на территорию дворца через вход для слуг. Его Величество не желала афишировать прибытие будущей королевы. Тем не менее информация, как водится просочилась. Помимо назначенной прислуги, у заднего крыльца собрались все, кто в этот час не был занят своими непосредственными обязанностями. Кормилицы, сначала робея, а позже уже приосанившись, выбирались из повозок, с подопечными на руках, а капитан сверял их со списком, называя имена претенденток на будущее величие.

- Благородная девица Мейсен! – объявлял он, и вперед выходила белотелая красавица в белоснежном чепце, держа на руках смуглую, вертлявую кроху. – Леди Ауспер! – и еще одна округлившаяся деревенская баба в чистом переднике выносила вперед ворох кружевных пеленок.

Когда перекличка закончилась, лорд Тулон с облегчением передал список управляющему, и чуть ли не бегом направился в сторону конюшен.

- Барон, - окликнул его королевский секретарь, - Его Величество ждет вас в своем кабинете в полдень.

- Непременно буду! – отозвался оборотень, мысленно вздыхая.  Его бойцы сейчас отправятся в казармы – отъедаться и отсыпаться. А ему придется быстро забежать в купальни, смыть дорожную пыль и конский пот, отыскать в сундуке мундир, сапоги, шляпу… Едва успеет к полудню придать себе вид, приличный при дворе. Сейчас его дорожный плащ из черного превратился в рыжий, сапоги износились, штаны вытерлись, а мундир «украсился» мелкими дырочками от костров.

Пока капитан приводил себя в порядок, успел наслушаться дворцовых сплетен. Оказывается, при Дворе развернулась борьба за фрейлинские места при малышках. Прислуживать будущей королеве рвались все знатные фамилии, которым не удалось родить девочку к обозначенному сроку. Ведь всем известно, что и самые жестокие тираны прислушиваются к друзьям детства, нянюшкам, и тем, кто был с ними рядом в юные лета.

Астролог все еще не нашел примет, способных однозначно определить будущую Великую, желающих служить распределяли жребием. Точно так же будут выбираться комнаты, личные камеристки и все прочее, необходимое детям от горшков, до пони. Повлиять на что-то может лишь приказ короля, но монарх не собирается выделять младенцев по знатности или красоте.

Слуги, меняющие в купальнях простыни, подливающие горячую воду и мыло, болтали за тонкой перегородкой, а Тулон невольно слышал, и впитывал информацию, как губка.

- Жаль, король в одной долине только девочек собирал, - вздохнула какая-то прачка, - при дворе вон как услышали, про сроки, так лорд Вайшат жену побил, чтобы раньше родила. Она и родила. Мальчика мертвого.

Оборотень передернул плечами. Все же у его расы было совсем иное отношение к женщинам и детям. Маги ценили только детей, наследников силы и мощи, а женщин за долгую жизнь меняли много.

Король маг, один из самых сильных. И хоть любовницам его нет числа, для брака он искал себе особенную женщину – сильную, родовитую, с хорошим магическим потенциалом. Перебирал принцесс из соседних государств, пока не получил предсказание, что невеста его еще не родилась. А когда родится и подрастет, станет великой волшебницей и королевой.

Во дворце ничего утаить нельзя. Так что слухи о предсказании расползлись быстро. Через пару лет и соседние королевства все выяснили и перестали присылать послов с брачными предложениями. Затаились, выжидая. Новая королева могла изрядно смешать карты на политическом столе. 

Тридцать младенцев. Как поведут себя шпионы и враги королевства? Будут травить? Или похищать? А может попытаются войти в доверие, подослать своих людей? Впрочем, это забота службы безопасности, а он, капитан Тулон, уже выполнил свою службу – привез девочек во дворец. Правда сидело где-то занозой что-то неисполненное…

Окунувшись в огромную бадью, чтобы смыть пену, оборотень загляделся на водоворот и вспомнил! Мельница! Он же обещал своим ребятам, что они заедут проверить подкидыша! Вскочив, капитан начал торопливо вытираться, и тут же выстроил план: король наверняка предложит ему награду. Почему бы не испросить отпуск? Он давно не был в родных лесах. А по дороге заедет на мельницу! Успокоив себя таким решением, мужчина еще раз облился теплой водой, вытер кожу, и со вздохом взялся за бритвы – являться к Его Величеству следовало при полном параде!

Глава 2

Аудиенция прошла, быстро, без церемоний. Король коротко поблагодарил капитана за труды, дал позволение на отпуск, и про кошелек не забыл. Самое время, чтобы навестить родной лес! Не мешкая, Тулон прошел в казарму, и начал собираться. Быстро взял чистую одежду в дорогу, разжился кругом сыра, караваем и окороком, наполнил флягу вином, и выехал за пределы дворца, пока монарх не передумал.

Путь барона лежал почему-то через долину «Трех Королей», но кому какое дело, какой дорогой гвардеец короля едет в отпуск? 

До мельницы Тулон добрался не спеша. Благо летние ночи короткие и теплые можно было провести и в стогу, а тренированный конь не удивлялся, если хозяин оставлял его хрумкать овсом в конюшне трактира, а сам уходил на закате, и возвращался по утренней росе, воняя псиной и кровью. Крупной дичи в давно обжитых лесах долины не водилось, зато зайцев, кормившихся на полях, было в избытке.

Через неделю оборотень, изрядно срезав путь по лесам и сельским тропкам подъехал к мельнице.  У воды сидела знакомая женщина, качала сверток, любуясь закатом.

- Доброго дня, хозяюшка! – поприветствовал ее гвардеец, невольно любуясь представшей перед ним картиной. Что-то трогало его сердце при виде красивой беловолосой женщины держащей на руках младенца.

Мельничиха вздрогнула, подняла глаза, и разглядев, кто перед ней прижала сверток к себе.

- Не пугайтесь! Я просто заглянул проведать, - постарался успокоить ее Тулон, - все же мы оставили вам малышку совершенно неожиданно. Я смотрю она подросла!

Женщина настороженно кивнула.

- Я привез ей ткани на рубашки, - гвардеец кивнул на седельные сумы своего коня, - и немного монет для вас. Позволите подержать? Клянусь, я не посмеют отобрать у вас дитя! Как вы ее назвали?

В ответ женщина лишь беззвучно шевелила губами. Потом покраснела и отвернулась.

И тут капитан понял, что они упустили! Женщина была немой! Она беспомощно покивала головой, когда он спросил об этом вслух.

- Вы не можете сказать ее имя? – мужчина уже подхватил легкий сверток и покачивал, глядя в удивительные фиолетовые глаза. Редкий цвет, у крестьян почти не встречается, разве что в предках затесался кто-то из аристократов. – Просто не можете его произнести? А написать?

Сельские жители редко были грамотными, но мельничиха его удивила, взяла прутик и нацарапала на вытоптанном пятачке: «Радмила».

- Радмила? Очень красивое имя! – барон взглянул на женщину с легким подозрением.

Крестьяне называли детей проще, но та смущенно улыбнулась, и потянулась забрать ребенка.

- Твой муж не будет возражать, если я тут переночую? – спросил Тулон, - отдам гостинцы, костерок у воды разведу? Вечереет уже, не хочется никуда ехать.

Женщина кивнула, но как-то неуверенно.  Гвардеец решил, что это все-таки согласие, и быстро снял с седла скатку из одеяла, расстелил на траве, и начал доставать подарки, прикупленные в городской лавке. Мягкая фланель на пеленки и нижние юбки, платочки – один поменьше, для девочки, второй побольше, для ее приемной матери. Отрез кисеи – закрыть колыбельку от насекомых, сладости, маленькое зеркальце и погремушка.

Мельничиха искренен радовалась подаркам, пускала солнечных зайчиков, прикладывала платок и фланель к головке ребенка, потом вдруг вздрогнула, быстро спрятала все под передник, схватила Радмилу и убежала к мельнице. Тулон остался. Его беспокоило поведение женщины.  Но вмешиваться в чужую жизнь без просьбы нельзя.

Стараясь отвлечься, гвардеец развел костер, повесил котелок с водой, колеблясь – то ли половить на вечерней зорьке задорно плещущуюся рыбу, то ли сбегать в лес, поискать зазевавшегося зайца?  А может просто покромсать окорок и хлеб, а в котелке заварить травяной чай? Пока он чистил коня и устраивал бивак - стемнело. Стало понятно, что придется обойтись окороком. Зато гвардеец успел насобирать по пути земляничного листа, а вокруг мельницы набрал мяты, так что чай получился душистым.

С последними искрами гаснущего солнца в уютную тишину вечера ворвался нечеловеческий рев. Тонкий слух оборотня и прежде фиксировал хныканье младенца, стук ведер, звон посуды, обычные звуки жилья. Но теперь все как будто замерло от этого рева! Вскочив, Тулон бросился к мельнице – и угадал! Прямо на него вылетела бледная, как смерть молодайка, сжимая в руках младенца, а за ней гнался потерявший человеческий облик мельник.

— Вот оно что, - ругнулся про себя барон, - низший вампир! И как он внимания не обратил, что вокруг мельницы все мятой пропахло?

Однако медлить было нельзя. Позволив женщине спрятаться за спиной, гвардеец обнажил служебный клинок, по которому бежала тонкая серебряная вязь защитных рун.

- Уйди добром! – предупредил он, хотя доказательств нападения ему не требовалось – молодка пахла кровью.

Вампир зарычал, неестественно распахивая пасть, выпуская острые белые клыки, и через миг Тулон одним ударом снес ему голову. Стало тихо. Только женщина беззвучно всхлипывала да сердце в груди колотилось, как бешеное.

- Где у вас дрова? – хриплым голосом спросил оборотень, и пояснил: - тело надо сжечь, иначе восстановится.

Прихрамывая, женщина отвела его к поленнице.

- Иди к моему костру, поешь, выпей чаю, да кровь останови, - велел ей Тулон, нагребая аккуратно наколотые чурки.

Мельничиха ушла, а гвардеец занялся неблагодарным делом – вырвал у вампира клыки, в качестве доказательства, засыпал его тело дровами и поджег. Гореть должно до рассвета. Церкви здесь нет, серебра мало. Знал бы – захватил бы кошель, а так – десяток серебрушек от старого опытного вампира не защитят.

Убедившись, что костер разгорелся, барон пошел туда, где беспокойно топтался его конь. Женщина все сделала – и сама попила, и дитя напоила мятным взваром. Рану перевязала платком, висящим на шее. Похоже не первый раз уже.

- Радмилу защищала? – спросил Тулон, усаживаясь на ковер и думая о том, как ему повезло.

Вампир сначала напился крови жены, отяжелел, и потому не кинулся на гвардейца из темноты, нашумел, подпустил ближе.

Перепуганная мельничиха кивнула.

- Давно с ним жила? – продолжил допрос капитан. Он видел, что женщина еле держится, и ему надо было довести ее до срыва, пока она не замкнулась в себе.

На глаза мельничихи набежали слезы, и она долго беззвучно рыдала, уткнувшись в плечо гвардейца. Успокоилась, когда захныкала Радмила. Опасливо посмотрела на дом позади мельницы.

- Молоко нужно? Пойдем, провожу, - встал Тулон.

Они вдвоем обошли костер, вошли в дом. Женщина сразу кинулась за молоком, потом за чистыми пеленками, металась по дому не зная, за что хвататься.

- Остановись. Я капитан королевской гвардии.  За убийство вампира мне ничего не будет. Корми Раду, и собирайся. Телега у вас есть?

Мельничиха кивнула.

- Ну вот и отлично. Бери только свои вещи и для малышки. Здесь тебе, меченной вампиром оставаться нельзя, другой найдет. Поэтому я тебя увезу к моим родным. Они хорошие … волки, и в обиду тебя не дадут. Давай, показывай, где телега!

Выехать удалось только к полудню. Когда костер с телом вампира прогорел, Тулон собрал пепел, снимая дерн на глубину штыка, и сбросил в воду. Так надежнее! Потом вывел из стойла крепкую лошадь мельника, помог женщине перетаскать на телегу одеяла, подушки, пеленки, и прочий скарб, заколотил двери дома и мельницы, привязал к задку телеги козу и своего жеребца, и тронул поводья.

- Как тебя зовут то? – спросил женщину.

Та смутилась, закраснелась и написала пальцем на юбке: «Снежана».

- Красивое имя! – изумился барон, - Интересно, из какой ты семьи Снежана? Не говоришь давно?

Постепенно, слово за словом Тулон узнал невеселую историю мельничихи. Незаконная дочь благородного отца. Пока была жива мать -гувернантка, девочка не смотря на свой недостаток жила счастливо. Училась, играла на музыкальных инструментах, гуляла в саду. Потом матери как-то внезапно не стало, а отец… быстро продал дом, и все, что в нем было, а дочь выдал замуж за мельника, потому что никто больше «ущербную» брать не захотел.

Мельник-вампир даже брак в храме заключать не стал, подписал бумаги в ратуше, и увез молодую на мельницу, отговорившись горячей порой. Поначалу баловал, покупал нитки для рукоделия и книги, даже флейту позволил, а потом все чаще стал срываться на жене. Не просто пить кровь, а рвать горло, вскрывать вены на руках, заставляя кровь бить фонтаном. Потом откармливал и снова устраивал «кутеж». Шрамов не оставалось, слюна вампира залечивала все следы, но боль и страх стали частью жизни молодой женщины.

Через несколько лет вампир пожелал стать отцом. Вообще-то они редко размножаются. Но этот уперся. Перестал кусать жену, снова привез ей с ярмарки нарядное платье и книгу. Обхаживал, да все было напрасно. А тут вдруг гвардейцы появились, девочку привезли. Поначалу вампир обрадовался, как и Снежана, а в день приезда Тулона сорвался. Мало того, что жену чуть не осушил, так еще и к ребенку потянулся.

- Звезды Радмиле ворожат, - задумчиво сказал оборотень, сложив в голове все события, которые пережила кроха.  - Ей еще и полугода нет, а сколько уже опасностей рядом прошло. Если б я задержался…

Снежана вздрогнула и обняла себя за плечи.

Они ехали весь день и на ночь остановились в небольшом городе, имевшем храм, ратушу и бургомистра. Пока женщина кормила и купала ребенка, капитан зашел в ратушу, написал отчет о вампире, а после двинулся к храму.

Оборотни, живущие в лесах, не часто приходят к богам. Разве только заключить брак или дать имя ребенку. Но капитан много лет прожил в столице, и знал, что храмовая служба порой может помочь там, где не поможет ничто другое. 

На его счастье, служитель еще не ушел и согласился выслушать. А узнав, что гвардеец недавно прикончил вампира, да еще забрал у него женщину и ребенка всполошился:

- Нужно все ваше имущество освятить, а женщину и дитя спрятать! А лучше запах сменить!

Суть оборотень уловил мгновенно:

- Выдать замуж и удочерить? Это поможет?

- Поможет, - закивал служитель, - было дело так старушку одну спасали. Правда выдали ее замуж за молодого парня, но сработало. Она еще лет пять прожила, прежде чем ему наследство оставила!

- Готовьте все необходимое, - не стал спорить Тулон, - я скоро вернусь! – и помчался в гостиницу, размышляя, как бы объяснить Снежане, что брак этот нужен до земель оборотней. А потом и развестись можно, если она пожелает. В клане хватает молодых охотников, сильных и ловких, не занятых на королевской службе. Правда мысль о том, что белотелая, молчаливая женщина вдруг войдет в другой дом женой напрягала. Но это же сейчас не важно? Главное, скорее провести обряд, чтобы спрятать Снежану и Радмилу от тех кровососов, что придут на неслышный вопль умершего собрата, и попытаются отомстить.

Уговаривать мельничиху не пришлось. Услышав, что немедленный брачный обряд может защитить ее от других вампиров, она, не сомневаясь, встала с кровати, подхватила пускающую пузыри Радмилу и двинулась к двери. Гвардеец еле успел ей сказать, что всю одежду, и даже грязные пеленки тоже надо взять с собой. А еще хорошо бы закутаться в плащ, чтобы любопытные прохожие не обратили на них внимания. И забежать в храмовую лавку, поймать за подол уходящую служительницу, уговорить ее продать пару брачных браслетов и маленький кулончик имянаречения, который позволит Радмиле стать дочерью Снежаны и Тулона.

Они все успели! Увидев их в дверях, служитель выскочил им навстречу:

- Стойте на месте! – попросил он, - сначала очистить вас нужно!

Они долго стояли на пороге, вдыхая дым, которым их окуривал служка.  Мила даже расчихалась и закуксилась, но старший жрец был неумолим:

- Потерпи, дитя, - приговаривал он, читая длинные оберегающие молитвы.

 Потом он окропил всех освященной водой, помазал ароматическим маслом и наконец провел короткий брачный обряд, без лишних слов, задав вопросы и получив ответы. Удочерение прошло так же буднично. Жрец показал ребенка алтарю, и объявил, что являет миру младенца Радмилу, при ее родителях, Снежане и Тулоне. Титулы и звания гвардеец намеренно опустил. Боги и так знают, кто перед ними, а слухов лучше избежать.

После церемонии, служитель вышел с ними во двор, побрызгал водой узлы с одеждой, коней и телегу. Потом имущество он тоже помазали маслом, и заодно вручил склянку Тулону:

- Используйте каждый день, - со вздохом сказал служитель, - и воду всюду освящайте, хоть капелькой. Не знаю уж как вампиры находят своих жертв, но находят. Тут при храме раньше старик жил, которому посчастливилось от них уйти. Так он каждый день углы маслом мазал, и за ограду не выходил.

- Спасибо, - поблагодарил служителя гвардеец, и тут же попросил: - отпишите в столицу. Думаю, вампир тут не один.

Жрец пообещал, но капитан знал, что это дело не быстрое. Да и пришлют ли кого-нибудь из охотников на нечисть в эти края? Скорее всего – нет. Столица далеко, а жителям долины вампиры не доставляют особых хлопот. Подумаешь – высушат заблудившегося путника, или примут в дом сиротку, и доведут мучениями до петли? Такое и с людьми случается. Что ж всех рубить и жечь? Тулон знал эту нехитрую сельскую логику, поэтому на поддержку и не надеялся. Добраться бы до клана, а там уже никто не сунется к волкам, коли жизнь дорога!

Простившись с храмом, молодожены вернулись в гостиницу, и уснули в одной постели просто потому, что так было безопаснее и они все очень устали. Даже Радмила мирно сопела до утра, не требуя смены пеленок и перекуса.

Глава 3

Всю дорогу до Волчьего леса капитан спал вполглаза. Подремывал в седле днем, перехватывал минутки отдыха в полном зале таверны, а если уж совсем припекало – искал храм, усаживал Снежану с Радмилой в уголок, и спал, привалившись к мягкому женскому плечу. Он опасался преследования вампиров, тревожился за Снежану и Раду. Девочку вампир не успел укусить, но за несколько месяцев рядом мог пометить ее иначе – запахом, слюной или чем еще кровососы помечают «своих»? Мельник ведь был не только вампиром, но и сильным магом. Даже от оборотня сумел сущность скрыть!

Мельничиха понимала беспокойство капитана, и по-своему старалась облегчить путь. Днем сама брала поводья, вечерами возилась с малышкой. Правда волк часто забирал у нее дитя со словами:

- Отдохни, я покачаю, - и до утра менял пеленки, поил молоком, и пел колыбельные, похожие на глухое ворчание.

Иногда Тулон перекидывался, особенно если ночевали в лесу, но никогда не отходил от своих женщин. Первый раз он сменил облик специально. Остановился на уютной полянке, предупредил, что хочет себя ей показать, чтобы не пугалась, и различала его и обычного волка или собаку.  Снежана думала, что всякого навидалась в замужестве, однако, когда волк размером с теленка толкнул ее в плечо и тяжело засопел, обнюхивая шею, она дрогнула. Хорошо, что Мила на руках была – завозилась, не дала голову потерять!

Тулон тогда быстро перекинулся и сказал:

- А зовут меня Иврен, Тулон – имя рода.

Женщина зарделась, кивнула и с той поры мысленно называла мужчину Ивреном, а еще мужем. В отличие от мельника. Того она и мысленно «мельником» звала, а еще «чудовищем».

Между тем, приключения маленькой Радмилы продолжались. Казалось, окружающий мир испытывает кроху на прочность, но регулярно посылает защитников и спасителей. Однажды девочка распухла от укуса осы, когда телега задела колесом гнездо на лесной тропе. Приемные родители до вечера тревожно обтирали ее влажной тряпочкой, поили мятным отваром и отчаянно молились, надеясь отыскать лекаря. Обошлось. В другой раз на голову Снежане, держащей дочь на руках, упало старое птичье гнездо, и лошадь чуть не понесла! В трактирах, где они ночевали непременно попадались коварные ступеньки, вредные старухи и скисшее молоко. И одновременно – добрые прохожие, внимательные стражники и молочницы или соседки, имеющие добрых коз.

 В общем уследить за смирным вроде бы младенцем было непросто, поэтому, увидев впереди знакомые елки, оборотень впервые выдохнул свободно.

На границе, как и положено их встретили стражи. Молодые парни с удивлением обнюхали женщину и ребенка, но Тулон так устал, что объяснил им странный запах коротко:

- Жена!

Их пропустили без досмотра – капитана хорошо знали, да и нюх оборотней не подводил, чуяли, что кроме еды и домашнего скарба ничего в узлах нет.

По широкой виляющей тропе ехать пришлось целый день. Снежана поначалу дергалась всякий раз, когда из зарослей появлялся очередной огромный волк, обнюхивал воздух и коротко фыркнув пропадал, потом привыкла.

— Это стражи деревень, которые расположены по сторонам от дороги, сразу объяснил ей Иврен. – Мы туда заезжать не будем. Отпуск у меня короткий, сейчас важно вас к моим родителям отвезти, устроить удобно, а друзей потом навещу.

Снежана незаметно утерла набежавшую в уголке глаза слезинку. Хотя весь путь с капитаном они проделали, ночуя, как брат и сестра, он был неизменно вежлив, заботлив, помогал ей укачивать Радмилу, и вообще следил за такими мелочами, на которые ни отец, ни мельник обычно не обращали внимания. Вот и сейчас явно выбрал ее и девочку, которую сам же привез и отдал ей в руки, а не друзей. Это осознание приятно щекотало внутри.

Мельник был угрюм и одинок, но пару раз в месяц уходил к друзьям, и никто и ничто не заставило бы его отказаться от этих визитов. Даже недомогание жены. Впрочем, она даже радовалась его отлучкам. Оттуда он возвращался с отчетливым запахом крови, и несколько дней ее не трогал.

К закату они выехали из леса на широкую поляну. На ней довольно тесно стояли небольшие домики, удобные для ночевки. Все остальное располагалось прямо на улице, под яблонями.  Летние кухни, скамейки для рукоделия, приспособления и инструменты. Заборов не было, только навесы, кустики, маскирующие баньки, да легкие жердяные загородки для коз или лошадей.

Капитана сразу узнали. С ним здоровались, а после с любопытством поглядывали на Снежану. Радмила будто почувствовала это внимание – завозилась, заплакала, а молоко уже кончилось, пришлось женщине волнуясь укачивать малышку, обеспокоенно поглядывая по сторонам. Волк, услышав плач заторопился, так что телега довольно быстро доехала до красивого ухоженного домика, составленного будто из трех соседних.

- Мама, отец! – громко сказал Иврен, спрыгивая на землю, наматывая поводья на крепкий столбик.

Из домика вышли мужчина в летах и довольно молодая еще женщина в красивом платье.

- Знакомьтесь, - капитан взял Снежану за руку, и подвел к родным, — это моя жена, Снежана. И дочь, Радмила. Я отбил их у вампира, поэтому привез к вам. В столице опасно.

Коротко, больно и страшно! Снежана вздрогнула, и уставилась на незнакомых ей оборотней, ожидая презрения или брани. А мужчина лишь крепко обнял сына, потом отошел в сторону, уступая его матери. А едва матушка облобызала сыночка, крепко схватив его за голову, как Рада не стала больше терпеть и снова заплакала.

- Мама, нам бы молока, Радмила голодная, - сразу вспомнил Иврен, и добавил: Снежа не говорит. Слышит, понимает, может написать.

- Заходите в дом! – всплеснула руками хозяйка, - сейчас молока принесу! Или она уже кашку ест?

Мельничиха отрицательно качнула головой, а Иврен тут же взял у нее ребенка:

- Тебе умыться надо, и отдохнуть. Посиди, сейчас все найдем!

Их тут же провели в гостиную. Пока капитан качал Раду, Снежане показали таз с водой для умывания, вручили полотенце, принесли молока.

- Рожка нет, - повинилась хозяйка дома, - давно малышей не было, завтра отыщем.

Мельничиха села в кресло, и показала, как они обходились в пути, когда последняя бутылочка отчего-то разлетелась на осколки рядом с ребенком.  Свернула чистый носовой платок, обмакнула в кружку, капнула на язык кричащей Раде. Девочка замолчала, сладко причмокнула, и дело пошло. Пока Снежана кормила малышку, Иврен отыскал большую корзину, застелил ее овечьей шкурой, и поставил возле кресла, в котором устроилась его уставшая жена. Словно чувствовал, что Снежа не желает расставаться с дочерью ни на миг.

Сытая, навоевавшаяся Радмила уснула, и ее уложили в корзинку, накрыв кисеей от насекомых.

- Пойдем, покажу наш домик, - сказал жене капитан.  Он взял в одну руку корзинку с младенцем, другую протянул Снежане и повел ее через маленькую гостиную, через узкий короткий коридорчик в…  соседний дом.

- Мой отец был младшим из трех братьев. Они крепко дружили, и поставили свои дома рядом. Так получилось, что его братья не были женаты, а мой отец женился он уже в солидном возрасте и не стал строить другой дом. Поначалу все жили здесь, а когда дядьки уехали на службу, оставили свои дома нам. Вот этот мой, а второй принадлежит брату.

Снежана хотела спросить: где же брат ее мужа? А тот сразу ответил на не заданный вопрос:

- Брат тоже служит. Он капитан стражей.

Молодая женщина задумалась и снова получила ответ, не задавая вопроса:

- У нас так принято. Один мужчина остается в клане, другой уходит в большой мир. Наши леса тоже уязвимы, поэтому мы служим человеческим королям, и бережем свою родину.

В домике чувствовалась холостяцкая простота и запустение.

- Прости, - чуть смутился Иврен, - я никого не предупреждал, что приеду не один. Летом можно перекинуться и в траве поспать. Сейчас сменим постель, и ты сможешь отдохнуть, а остальное попозже сделаем.  Снежана попыталась отнекиваться, но в домик протиснулся отец Тулона с огромным тюфяком, набитым свежим сеном.

- Так, вот это на кровать, давайте сразу постелим, а Лиарона моя сейчас белье принесет. Ты бы Ив сходил, матери помог с одеялами!

Капитан сразу исчез, а пожилой оборотень легко, как охапку соломы сгреб с кровати подушки, одеяла, перинку, и выбросил в окно! Потом туда же улетел старый слежавшийся тюфяк.

Голые доски выглядели пыльными, но целыми. Мужчина огладил их мозолистыми руками, проверяя на трещины, а тут и жена его влетела с ведром и тряпками:

- Пять минут, Снежа, и ляжешь! – заверила она, протирая кровать полынным отваром – от дурного глаза и насекомых.

Мельничихе стало стыдно – за ней давно никто так не ухаживал. В самое короткое время кровать застелили всем новым – от тюфяка, до покрывала, Тулон внес их багаж, выставил в коридор корзину с грязными пеленками и подошел к Снежане.

- Я знаю, не время сейчас, но… ты отдохни и подумай, может я тебе все же сгожусь в мужья? Приезжать часто не смогу, раз в полгода только. Или если оказия будет. Здесь вы с Радмилой в безопасности, а мне с тобой хорошо… - тут оборотень снова потянулся к шее Снежаны, но сам себя остановил. – Прости. Отдыхай. Если я тебе не люб, в центре есть храм. Можно будет пойти и развестись. Тебя никто здесь не обидит, из дома не выгонит. Мужчин у нас больше, чем женщин, если захочешь – найдешь себе молодого по сердцу.

С этими словами Иврен ушел, не успев узнать, что Снежана не собирается менять мужа. Ее вот такой немногословный, но внимательный и ответственный капитан привлекал куда больше, чем юнцы с границы, жадно пожирающие глазами вырез ее блузы.

***

Поначалу три десятка младенцев вызывали жгучее любопытство Двора. Обсуждались пеленки, кормилицы, комнаты. Велись споры о том – знает ли король, кто из человеческих личинок является будущей королевой? Но через неделю королевская тайная служба навела в «детском» крыле полный порядок.

Каждой «будущей королеве» выдали стопку одинаковых пеленок, рубашек и чепчиков. Кормилиц переодели в одинаковые платья и передники. Для каждой девочки нашлась строгая сухопарая дама с бляхой «тайной службы» и умением бить файерболами мух. Каждую коляску сопровождал паж в королевских цветах. Каждое появление Его Величества сопровождалось дарением всем девочкам одинаковых серебряных погремушек или бусиков из коралла.

Да, король заглянул в каждую колыбельку, пытаясь угадать – кто же та самая предсказанная Великая Королева? Эта краснолицая крикунья? Или та бледненькая тихоня? А может вот эта смуглянка с яркими черными глазами? Ничто в душе монарха не шевельнулось, и расстроенный правитель сразу после визита в детские комнаты, отправился в башню звездочета.

- Магистр, - король Дагобер расстроенно упал в кресло и принял кубок, подплывший к его руке, - я ничего не чувствую к этим девочкам. Просто дети в кружевах и пеленках. Мне трудно представить, что через двадцать лет кто-то из них станет моей женой и великой королевой.

- Не сразу, Ваше Величество. Предсказано лишь рождение Великой королевы. А станет она Великой в двадцать, сорок или шестьдесят – неизвестно.

Король что-то недовольно буркнул себе под нос. Аристократические семьи все без исключения обладали магическими силами. Но получил ребенок магию или нет, можно было сказать лишь в подростковом возрасте. К тому же у женщин магия часто оставалась локальной – девушка могла передать ее детям, а сама получала лишь долголетие и здоровье.

Казалось бы, при таких условиях, долгоживущие аристократы должны были заполонить страну, но чем сильнее был род, тем меньше рождалось детей. Сам король – сильнейший маг столетия, был единственным ребенком у своих родителей. Войны с соседями, несчастные случаи, дуэли и просто юношеские глупости уносили жизни аристократов так же, как горожан и крестьян. А король требовал от своих подданых не сидения в теплых креслах Совета, а реальных действий по укреплению страны.

В пятнадцать лет все аристократы, что мужчины, что женщины проходили тест на магическую склонность, и получали направление с королевской печатью – кто в Академию магии, кто в Школу лекарей, кто в Офицерский корпус. Этот же тест, но по желанию, мог пройти любой житель страны. Таким образом Корона подгребала себе таланливых самоучек, бастардов высоких родов и редких природных магов, с ярко выраженными стихиями. Все знали – есть магия, значит будет кусок хлеба, должность и почет. Даже женщины шли на королевскую службу, не желая просиживать юбки за вышиванием.

- Жанлис, ты же знаешь, что на детей уже было несколько покушений? Отравили еду кормилиц, подсыпали в камины нескольких комнат ядовитый порошок. Даже пеленки умудрились обсыпать перцем, и девочки чуть не умерли от ожогов!  Что если моя королева погибнет?

- Ваше Величество! – укоризненно сказал магистр, - вы же сами собирались защищать будущую супругу и потому собрали детей во дворце! Так защищайте!

- Я не думал, что их будет так много! – признался Дагобер, - к тому же семьи самых знатных давят на меня, требуя не разлучать крошек с семьей, остальные просят покои во дворце и должности «чтобы хоть издалека видеть нашу девочку».

- Тут вы и сами разберетесь, мой король, - хихикнул в бороду магистр, - я же пытаюсь узнать у звезд, как определить будущую королеву.

- И как? – тоскливо спросил монарх, отпивая из кубка большой глоток отличного красного вина.

- Звезды пока молчат. Известно лишь, что ее испытания уже начались…

— Значит она вероятно среди тех, кто пострадал? – Дагобер на миг оживился, потом опять потускнел, - они все пострадали. Если не ядовитый дым, значит перец, если не перец, значит болеет кормилица. Я не думал, - искренне признался Его Величество, - что моей Тайной службе придется срочно искать три десятка кормящих женщин!

- Зато теперь вы можете быть уверены, мой король, что ваша Тайная служба может все! – с легким ехидством поклонился звездочет.

- Магистр, магистр, - покачал головой король, щелкая ногтем по кубку. Жидкость внутри закипела, и поднялась, подбираясь к краям.  – Вы думаете почему я так уцепился за ваши слова о Великой королеве?

Звездочет изобразил живой интерес. Именно изобразил. Старик уже почти три сотни лет жил в башне около дворца, и забыл больше, чем помнили дворцовые летописи. Знал и то, что ни одна любовница короля не могла похвастаться рождением ребенка. Его магия не позволяла случиться зачатию. Ни настойки, которые принимали хитрые дамы, ни магические попытки сохранить семя коронованного любовника в себе, и забеременеть в нужный день, ничего не помогало.

Проблему собирались решить законным браком с одной из принцесс. А для подстраховки изучили все предсказания, собранные в королевской библиотеке в отдельную секцию. Вдруг королю Дагоберу предсказано оставить трон племяннику или кузену? Тридцать архивариусов почти год перерывали ветхие свитки, каменные таблички и потрепанные тетради. И нашли! Предсказание говорило о Великой королеве, супруге «короля с отметиной на боку», которой предстояло «усмирить стихии, разорвать оковы и принести на землю мир и благоденствие». 

Сначала Дагобер не относил это предсказание к себе – у него не было никаких отметин на теле. Да и редко они бывали у магов, славных отменным здоровьем и быстрой регенерацией. Но как раз в то время, когда шли поиски предсказаний, он упал на охоте, прокатился по земле, разорвав одежду, и влетел в куст ядовитого сумаха. Ожог залечили, но на коже остались разводы, словно кольца на срезе дерева.

Текст был мудреным, но вывод был сделан однозначный – король Дагобер должен жениться на девушке, которая станет Великой королевой. Стали ее искать по указанным в предсказании приметам, и обнаружили, что она еще даже не родилась! После почти два десятка лет король кочевал по спальням любовниц, прежде чем услышал от звездочета долгожданное: «ваша будущая супруга пришла в этот мир»!  И сразу начал совершать ошибки.

Мудрец хотел посоветовать королю самому отправиться в долину, на поиски будущей жены. Найти, хранить и защищать, в этом судьба помогла бы ему, послав кроху навстречу. Но Его Величество решил увильнуть от долгих поисков, трудностей и рутины. В результате получил не одну малышку, а три десятка! Да еще тридцать кормилиц, тридцать недовольных семей и абсолютную неуверенность в том, кто же станет его женой! Судьба не любит тех, кто пытается спрямить проложенную для него дорожку!

Но всего этого звездочет королю не сказал, лишь спрятал улыбку в кубке с вином, поощряя продолжать разговор. Его Величество говорил, говорил и говорил, потом допил вновь наполненный кубок, свернулся калачиком и уснул, как в детстве, когда прятался в башне звездочета от нянек. Магистр жестом призвал из угла комнаты лоскутное одеяло, укутал монарха и стараясь не шаркать потрепанными комнатными туфлями ушел в спальню. Утром король проснется бодрым, и отправиться решать проблемы, которые сам себе создал. А звездочет продолжит наблюдать за судьбой будущей Великой королевы. Тайно!

Около 3 лет
на рынке
Эксклюзивные
предложения
Только интересные
книги
Скидки и подарки
постоянным покупателям