0
Корзина пуста
Войти | Регистрация

Добро пожаловать на Книгоман!

Или войдите через:


Новый покупатель?
Зарегистрироваться
Главная » Семейное дело Черного Властелина, или Операция «ЧВ» (#3) » Отрывок из книги «Семейное дело Черного Властелина, или Операция «ЧИВО»»

Отрывок из книги «Семейное дело Черного Властелина, или Операция «ЧВ» (#3)»

Автор: Славачевская Юлия

Исключительными правами на произведение «Семейное дело Черного Властелина, или Операция «ЧВ» (#3)» обладает автор — Славачевская Юлия Copyright © Славачевская Юлия

Юлия Славачевская

Семейное дело Черного Властелина, или Операция «ЧИВО»

 

И почему мне всегда кажется, что если мягко стелют,

то в кровати засада?

Илона Дорсетская

 

Пролог

Где-то далеко за каменными сводами грохотала буря. Непрозрачная стена дождя освещалась редкими вспышками ветвистых молний. От страшных звуков грома попряталось все живое.

Селевая лавина с жутким ревом устремилась вниз, погребая всех, кто имел неосторожность остаться в низине, смывая малейшие следы шахт, лачуг горняков и утлых бараков каторжан.

А наверху, внутри горы было тихо и спокойно.

Кап-кап, - капала вода, срываясь с каменных сосулек и падая вниз. Туманная мгла, слабо прорезающая мрак, мягко окутывала все вокруг тусклым потусторонним сине-зеленым светом фосфоресцирующих водорослей.

Кап-кап… Уродливые темные фигуры, застывшие вокруг подземного озера, казались гротескными изваяниями бездарного скульптора. Кап-кап…

Изможденный узник в грязных лохмотьях с трудом дополз до воды и со стоном приник к живительной влаге. Утолив жажду, с заметным усилием повернулся на спину и уставился невидящим взглядом на низкий свод пещеры.

- Сволочь! – с ненавистью шептали потрескавшиеся, искусанные в кровь губы. – Мерзавец! – Страдалец подумал еще и выплюнул: - Тоже мне, аристократка… уличная девка, грязная шалава, шлюха подзаборная! – Взвыл, обнимая себя руками и сворачиваясь клубочком: - За что, за что меня так? За нее?..

От одной из стен бесшумно отделилась черная полупрозрачная тень и осторожно подползла к узнику, окутывая его темными не то крыльями, не то щупальцами. Но мужчина, погруженный в свою ненависть, даже не заметил нового персонажа.

- Ненавижу! – смотрели, не мигая, покрасневшие глаза. По грязным исцарапанным щекам текли слезы.

- Хочешь отомстить? – прошептала ему тень, притупляя страх и коварно растравляя раны и обиды. Тень неизвестного приникла к объекту, смакуя его боль и делая ту еще сильней, невидимыми руками раздирая полузажившие рубцы и свежие раны.

- Хочу! – вскинулся узник, бренча тяжелыми кандалами.

- Что ты отдашь за это? – вкрадчиво поинтересовалась тень. – Отдашь сердце и душу?

- Все! И душу, и сердце, все отдам! – мгновенно отреагировал несчастный.

- Ты назвал свою цену, - обняла его тень мерцающим пологом, запуская в него свои щупальца, доставая до самой сути, останавливая смертное сердце и высасывая душу. Она радостно предвкушала: – Но цена может быть слишком высока!

- Мне все равно! – упрямо возразил мужчина, уже не чувствуя холода, голода и боли. – Я согласен умереть, чтобы отомстить за себя!

- Ты сказал свое СЛОВО! – захохотала тень, накрывая его полностью и превращая в нечто жуткое. – Да будет так!

Вскоре черноту прорезали серые крылья и раздался мучительный крик. Проклятие Камня обрело еще одного служителя, и еще одна душа потеряла покой.

А снаружи гроза затихла, оставляя в узком ущелье болото, усеянное обломками. Над коллективной могилой множества людей клубились потревоженные черные вороны.

 

Илона и Кондрад

А все эти колокольчики.

Динь…

Динь-дон…

Динь-динь-динь…

- Это важно. Помни! Помни! – тихо бубнила замотанная в газовые покрывала женщина, стоящая в тенях. – Не ошибись. Не забудь!

Сыпался песок золотых часов. Чья-то изящная женская ручка крутанула маховик и песочные часы начали бешено вращаться.

 А потом до самого утра я видела яркие фантазии про влюбленного брата и хищную русалку, про Олимп и расхристанных богов, больше похожих на обычных людей. Всю ночь мне снилась бесконечная история: долгий поход по болотам и жгучее горе Кондрада от моей мнимой смерти. Дальше была странная анимешная битва и проигрыш Иртихала.

На своих словах:

— Тогда все в замок!  Я хочу знать, как вы сюда попали! – Я проснулась с больной головой.

Тьфуй, гадость! Чувство дежа вю. Примерещится же такое перед свадьбой. И, главное, опять ничего толком не вспомню. В памяти остался лишь странный восторг победы и экзотический набор всевозможных чудиков, которыми командовали мои родные. Смех да и только. Такое никому не рассказать – засмеют.

Провела рукой по лицу и волосам: такое мерзкое ощущение, будто меня искупали в болоте. Решила умыться. В ванной отразилось растрепанное чудовище с черными кругами панды. Не приведи Господи, видок еще тот. Ну и как теперь на люди показываться, спрашивается?

Я вздохнула и потопала спать дальше. Вдруг успею отоспаться и отдохнуть?

 

Свадьба…

- А теперь счастливые молодожены меняются кольцами! – преувеличенно счастливо провозгласила регистраторша. Убила бы за эту жизнерадостность!

Букет невесты, небольшой и упругий шарик алых роз с вкраплениями мелких бело-розовых душистых соцветий, перекочевал в руки свидетельнице. Надев на палец мужу обручальное кольцо, я протянула ему свою руку.

И… потеряла сознание.

Очнулась в хорошо знакомом месте. Можно сказать, назад в прошлое с откатом в кошмары.

Мне почему-то казалось, все должно было быть так… большие испуганные, полные вины глаза Иалоны. Высокие арочные своды приемной залы королевского замка Лайе. Радостные слуги и встречающие.

А на самом деле…

Колонны понуро теснились, по-прежнему вызывая острое желание побиться о них головой.  Огромный тронный зал был гулким и пыльным. Пусто, никого нет. За окном размеренно каркали не то вороны, не то еще какие аналогичные черные заразы. Кроме нашей теплой компании - ни одного человека. Тишь да гладь. До благодати, к сожалению, еще о-очень далеко.

Королевство Лайе, мать его, ее и всех тут ныне здравствующих. И где, я спрашиваю, фанфары? Где эти бесстыжие зенки Иалоны? На ком я, в конце концов, должна сорвать свое неудовлетворение?

- И как это понимать? – нарушил тягостную тишину Денис, то ли отдирая от себя очумевшую Светку, то ли поддерживая.

- Лайе, - коротко откликнулся злющий Кондрад, пригребая меня к себе и бдительно оглядываясь.

- Снова по работе вызвали? – фыркнула я, отчетливо понимая, что все блага замужества уплыли далеко и надолго. Если мы тут, то минимум - для того, чтобы спасти этот мир, а максимум - чтобы разнести его ко всем чертям.

- Да нет, - задумчиво ответил муж. – Это не Рицесиус, иначе бы небесные силы меня переодели по обстоятельствам. – Зловеще: — Это кто-то другой, кому осталось очень недолго топтать эту землю…

— Это ты погорячился, - заметила я, лихорадочно раздумывая над этим вопросом. – Если кто-то и помог разнообразить наш досуг, то этот кто-то явно не только землю топчет…

Раздался какой-то очень странный скрежет сверху. Я задрала голову, но ничего не углядела. Странно все это. Весьма и весьма.

- Что-то мне нехорошо, - покачнулась на своих ходулях Светка, которые она по чистому недоразумению называла каблуками.

- Держись, - бросилась я к ней на помощь, утаскивая за собой мужа. Ну не сама же я буду ее ловить?

Бабах! На то место, где мы только что стояли, приземлилась громадная люстра.

- Ни хрена себе! – выдохнул ошарашенный Денис, в то время как мой любимый трамбовал меня себе за спину.

- Можно сказать – повезло, - не прекращая попыток замуровать меня в пол для безопасности, сжал губы мой муж.

— Вот и фейерверк по случаю прибытия, - заметила я, ощущая эйфорию в связи с нечаянным спасением.

- Ваше величество, ваше величество! – кто-то пробежал по коридору. Вдалеке брякнула дверь. Шорох десятков ног. – Ваше величество, умоляю вас не заходить туда одной!

Резные золоченые створки на входе бесшумно распахнулись. Цок-цок, цок-цок – уверенные шаги. Сначала вплыл край платья, следом его хозяйка.

- Вы, обе! Вызовите мой гарнизон! – рявкнула через плечо Иалона, показавшись в дверях. – Быстро! Пока не началось новое нашествие.

Тут блондинка узрела нас и…

- Нашествие уже началось, - радостно заявила она и, слегка подобрав юбки, поскакала к нам с криком: - Илона! Я так счастлива тебя видеть! – Бросила через плечо: - Эльза, передай сенешалю: быстро убрать осколки и принести новую люстру! На складе еще пара штук завалялось!

- Опять помощь понадобилась? – с тоскливой безнадежностью поинтересовалась я у источника моих приключений с безразмерным размером груди. Все же наша Иалона – это карма и пожизненный приговор. Ага. Даже за убийство, наверно, меньше дают.

- Помощь мне, конечно, нужна, - ошарашенно ответила Иалона, слегка притормаживая возле нас и потирая лоб. Повеяло тонким запахом левкоев и белых летних роз – а неплохие у нее духи, главное, натуральные! – Но я как-то не ожидала… вас… всех. Вспоминала тебя, переживала, но чтобы так…

- А это что такое? – кивнула я на руины былого великолепия и хрустальные осколки. – Радостная встреча или радостные проводы?

- Подрыв государственной экономики, - отмахнулась названная сестра. Вздохнула: – Пятую люстру уже меняем. – Она обвела взглядом всю вновь прибывшую компанию и деловито спросила: - Никто не пострадал, надеюсь?

А она изменилась. Не постарела, нет… но повзрослела. В голосе появилась властная уверенность, глаза стали ярче, а декольте глубже. Движения тоже говорят о проявившейся уверенности, а еще о новоприобретенном опыте руководителя.

И нечто еще, совсем новое… Иалона уже не стесняется думать, мало того – у принцессы при этом на лбу появляется крохотная морщинка, а она даже не замечает, словно к ней привыкла.

Голубоглазая и светловолосая принцесса, с тонкой талией и высокой… (я сказала, высокой! – а не то, что некоторые подумали) грудью… моя сестренка, похоже, перестала быть наивной дворцовой девочкой. А может я себя жестоко обманываю, и наивной она никогда и не была? 

Я разглядывала ее в упор, мучительно соображая, можно ли это перемещение считать свадебным путешествием или это уже экстремальный туризм?

Белое платье с ажурными вставками сиротливо обвисло, соответствуя моему настроению, и начало потихоньку холодить. Я обняла себя руками и подавила желание застучать зубами. Злость упорно искала выход. И нашла.

- Ты хотя бы понимаешь, что изгадила мне всю свадьбу? – начала я заводиться по новой. Невысказанные слова собирались во мне темными грозовыми тучами, обещая в ближайшее время громы и молнии.

- Э? - У Иалоны наше незапланированное присутствие вызвало нервный тик и судорожные кручения головой направо и налево - она удивленно рассматривала нашу празднично разодетую компанию.

На голове моей названной сестренки сложноплетеное гнездо из мелких, перевитых жемчугом косичек плавно перетекает в букли на висках. Сзади парикмахер для пущего эффекта выпустил несколько локонов, у нас такие метко именуют «локоном страсти». На темени прозрачная жемчужно-серая вуаль, прихваченная спереди отделанной драгоценными камнями диадемой и многочисленными жемчужными заколками.

Тонкий стан королевы затянут в корсет роскошного бархатного платья цвета морской волны, обшитого километрами серых кружев. Строгий стоячий воротник спереди переходит в необъятное квадратное декольте. (Интересно, она себе шею накрахмаленным воротничком в кровь не натирает?) Руки в тонких шелковых перчатках нервно теребят юбку.

-  Так вы женаты? - Следующая реплика вызвала у меня пламенное желание кой-кого прибить, закопать и на ямке написать: «У меня была сестра, и скопытилась она!»

Очень умный вопрос! И, главное, своевременный! Кондрад заразился от принцессы нервным тиком и заскрипел зубами:

- Два раза!

- Мило, - попыталась выдавить из себя улыбку Иалона. Брякнула: – Это чтобы не ошибиться? Или закрепить пройденное? – Опомнилась и расцвела штатной улыбкой «милой принцессы»: – Поздравляю!

- Мерси! – нахмурилась я, бросаясь наперерез мужу, который вознамерился дружески пожать венценосную шею до полного прекращения дыхания.

- Ваше величество! – отпрыгнула от него названная сестра и начала бочком придвигаться к одному из множества расставленных в зале бюстов давно почивших родственников. Все же некоторые привычки остаются неизменными. – Мне очень приятно, что вы сдержали данное мне обещание, но все же возьмите себя в руки!

- Какое обещание? – сразу насторожилась я, рискуя попасть под экстренную раздачу монарших милостей.

- Я обязательно возьму себя в руки! – непонятно на что злился Кондрад. – Но сначала я подержу в них вас, ваше величество! И, желательно, за шею или за болтливый язык! – Взгляд мужа тяжелый, яростный, обиженный. Он, что называется, в полушаге от драки.

И хотя точно знаю, что он женщин не бьет, я бы на месте Иалоны уже бы давно испугалась и дала стрекача. Потому что твердокаменное терпение Черного Властелина проверять на прочность все-таки не стоит, слишком опасно.

- Что между вами происходит?!! – встала я между ними, раскинув руки крестом и удерживая от кровопролития две стороны, объявившие друг другу негласный вооруженный нейтралитет.

- Ничего! – рявкнули они одновременно.

- Да? – засомневалась я, переводя взгляд с неистово раздувающего ноздри мужа на яростно сжимающую кулачки сестру. – А все же?..

- Я поставила условие при подписании договора, - ответила мне Иалона, не отводя пылающих гневом глаз от противника. – Или он на тебе женится, или возвращает мне! Особа королевской крови не может находиться рядом с мужчиной без определенных обязательств с его стороны! Это неприлично!

— Вот оно, значит, как, - опустила я устало руки, почувствовав на плечах всю тяжесть мира. Прошептала, впадая в глубокое, беспросветное уныние: – Значит, еще одна клятва…

В душе снова зашевелился болезненный червячок сомнения. Для меня внезапно исчезли все цветочные запахи, остался лишь привкус пепла на языке и горький запах полыни.

- Илона! – крепко пригреб меня к себе Кондрад, сразу ощутив неладное. Развернув невесту, заглянул в глаза: – Я женился на тебе не потому, что я кому-то что-то пообещал, - одарил он Иалону «нежным» взглядом. Громко, четко и ясно: - А потому, что я тебя люблю! – Он бережно провел кончиками теплых мозолистых пальцев по моей щеке.

- Наконец-то! – захлопала в ладоши девушка, чуть ли не подпрыгивая. – А я все думала, когда же он признается! – Хихикнула: - Такой твердолобый…

В двери в разных концах зала поочередно заглянула уйма любопытных придворных, но войти они побоялись. Так и семафорили один за одним через заслон стражи и возбужденно шептались за стеной, а принцесса вертела головой и всех нахалов запоминала. Еще немного – и поименно записывать начнет! Чую, грядут репрессии.

Зато прибежало пару слуг и целый батальон служанок, начавший зачищать место падения люстры. И так споро и слаженно. Сразу видно, не в первый раз убирают.

- Мне все равно, - вымученно-спокойно сказала я, отчаянно воюя со своими внутренними демонами. Они пока побеждали с разгромным счетом и устроили мне настоящий ад.

- Кошмар! - выродила из себя Светка и грохнулась в обморок в обнимку с букетом, минуя подставленные руки Дениса, потому что глазами тот пожирал Иалону.

Вид лежащей на полу Светки с юбками, задранными до колен, мигом пробудил меня к жизни. Брата нужно выручать.

- Денечка, - невозмутимо прокомментировала я, переключаясь. - Ты, когда одну девушку ловишь, от другой глазки лучше все-таки отлепляй!

- А? - У нас сегодня праздник косноязычия. Кому достанется главный приз?

- Денис!!!

Брат наконец-то отклеил свои потерявшие стыд глаза от чужого декольте и свел их параллельно, после чего неохотно приступил к оживлению пострадавшей. Не знаю, как Денису, но последней сам процесс, по-моему, вполне нравился!

- Илона, любимая, - пытался растормошить меня встревоженный Кондрад, не обращая ни на кого больше внимания. Поднял и вручил мне свое свадебное подношение – прекрасный букет, который он изъял у Светки, пока она удачно пряталась в бессознанке. – Неужели ты подумала?.. Да что с тобой?

- Илоночка, ты такая красивая в свадебном платье! - вдруг заявила принцесса, внося следующую нотку диссонанса в наш сумасшедший дом. В данной ситуации комплимент прозвучал нелепо и двусмысленно. Но приятно все равно.

- Какая теперь разница? – равнодушно ответила я, грустно рассматривая мужа, который в свою очередь начал рассматривать Иалону. В упор. И даже взглядом смерил… недобрым таким. Калибр, я думаю, сорок пятый.

- Большая, - ухмыльнулась принцесса. – Во-первых, это же мечта всей моей жизни - посмотреть на испуганного Черного Властелина. Во-вторых, - снова хихикнула. - Мы теперь с ним родственники…

Братик в это время был занят, приводя в чувство нашу мегаворожку, получившую нежданно-негаданно экзотический тур в другой мир и удар головой об асфальт… простите, об пол.

Оживлял он ее по-всякому: поначалу собирался сделать Светке искусственное дыхание и даже чуть было не приступил, доводя до самоудушения стремительно краснеющую Иалону, но потом с моей подсказки перешел на более подходящие и общедоступные процедуры, ограничившись растиранием рук и нажатием на активные точки.

- Бр-р-р! Какой ужас, - пробурчал Кондрад. Передернул плечом: – Илона, уж лучше твоя бабушка, чем такое… - хорошо знакомым и привычным жестом нервно провел рукой по вьющимся волосам, собранным на темени в роскошный длинный хвост.

- Хам! – нежно ответила принцесса, возвращая взгляд со снятием мерок Кондраду. Причем, одним глазом косила на Кондрада, а вторым – на Дениса. Профи! Я тоже так обязательно научусь.

- Нормальная беседа двух родственников, - неожиданно улыбнулся мой муж.

Он взял в ладони мое лицо и, нежно коснувшись губами моих губ, прошептал:

- Никогда… слышишь, никогда не сомневайся в моей любви. Нет никого, кроме тебя, и никогда не будет. – Сделал странный жест, приложив большой палец ко лбу, затем к сердцу. - Клятва Митридат нерушима.

- Ни фига себе! – растерянно выдала Иалона, от волнения уронив бюст своего родственника на пол. Осколки по сторонам так и брызнули. Слуги мгновенно ликвидировали и это безобразие. – Вот это… Ну вы даете! – Обратилась ко мне: - Илона, ты знаешь, что если твой муж тебе изменит, он развеется пеплом? Такова сила клятвы Митридат.

- Что? Каким пеплом? – слегка опешила я. Повернула голову: - Кондрад? Зачем?

Тот показательно молчал, разглядывая потолок и стены.

- Кондрад?..

Муж тихо произнес на ухо:

- Боги жестоки и переменчивы. Иногда в их власти развести и насильно женить на нелюбимой. Я обезопасил себя - клятву Митридат обойти нельзя.

Из угла зала разнесся глухой, полный отчаяния стон. Привидения шалят? Или придворные подслушивают по старой привычке?

Я снова повернулась к Илоне. Сообразила:

 - И как ты разговариваешь, жертва иноземного сленга?

- Как положено в этой ситуации, - заверила меня довольная Иалона, улыбаясь во все данные природой трид… двадцать восемь зубов. По идее, зубы мудрости у нее еще не вылезли, по крайней мере, это я запомнила, а, значит, основательно кусаться она не научилась.

Оказалось, я зря так думала.

- Поздравляю вас с законным браком, ваше величество, - слегка присела в реверансе девушка, довольно блестя глазами. – Теперь мы с вами на равных!

- Благодарю вас, ваше величество Иалона, королева Лайе! – скривился муж, напыжившись, как индюк. – И даже не надейтесь!

Вопреки ядовитым словам лучились смехом любимые ярко-зеленые глаза. Подвижное лицо, богатое мимическими оттенками, являло миру нового Кондрада, моего – сильного, красивого и счастливого человека и любимого мужчину.

Мой взгляд сместился на Иалону. Что же в ней неуловимо поменялось? С чего такие перемены?

А! Точно. Ее теперь, наверное, уже на царство помазали. Или нет? Не знаю, можно ли у них незамужним девицам становиться королевами. О, дошло! Кондрад же сбежал ко мне, а больше запрещать вроде некому! Я пригляделась: диадемка принцессы сменилась более массивной конструкцией. Похоже, благоверный угадал. Перед нами королева.

— Это вы о чем? – переводила я недоуменный взгляд с одной на второго. – Что за тайны Мадридского двора?

- Никаких тайн, - заверила меня королева, срочно делая покерфейс. Лукаво ухмыльнулась, подавая веером знак Кондраду: – Следуя народной мудрости: кто к нам с клятвой придет, тот ее и принесет!

Жалко, что я местного языка вееров не знаю, а то мои венценосцы-мошенники были бы у меня бедные! Оба! Ну ничего, выучу.

— Это не ваше дело, ваше величество с длинным языком, - парировал Кондрад. – Это между мной и моей женой! А вас тут не стояло!

- Если вы уже обменялись любезностями, используя богатый лексикон моего мира, - немедленно влезла я в их милую царскую беседу (точнее, мини-сражение скорпионов), - то, может, нас просветят, по какому поводу мы тут собрались…

Наши венценосные гады прекратили перестрелку и сосредоточились на моей персоне. Но я не дала им передышки:

 -  И зачем было нервировать моих родителей?

 Муж сложил руки на груди и открыл рот, собираясь поддержать меня массированным огнем.

- Кто б еще об этом знал, - фыркнула Иалона. Покачала указательным пальчиком: – Лично я вас сюда не заказывала! - С нажимом: - Хотя должна была бы!

- Если это такое своеобразное похищение невесты, - продолжила я прочувствованный спич, - то зачем прихватили столько народу? Для компании? – Притормозила и уставилась на названную сестру: - Почему?..

- Потому! – сдвинула она красиво очерченные брови. – Видишь ли, у нас тут тусовка нарисовалась. – Со злостью пнула ножку резного поставца: - Без вас расходиться никак не хотят!

- Осада? – нахмурился Кондрад, садясь на своего любимого конька. Муж разволновался: – Кто напал? Какая страна нарушила нейтралитет? Какие требования? Кто военачальник?

- Без комментариев! – ответила королева, украдкой косясь на хлопочущего над Светкой Дениса. Чуть не плача: – Потому что их просто нет! По крайней мере, тех, которые можно произносить вслух венценосным особам.

- Опять замуж неволят? - весело фыркнула я. - Может, тебе просто заказать пояс целомудрия и выкинуть ключ - выйдет проще и дешевле? И меня с мужем по пустякам дергать перестанешь?

- Издеваешься? – с укором взглянула на меня Иалона. – Если бы только это… - Она вздохнула. – Я бы сама справилась. А тут… - Огорченно махнула рукой: - Нас осадили! Никто не может покинуть дворец! – и пустила слезу.

Мы с мужем взревели в один голос:

- Опять?!

У меня со словом «осада» и этим местом наметились совсем другие ассоциации. Но тоже малоприятные. Положительным пятном в том эпизоде оставался лишь голый мужчина в наручниках и наш первый поцелуй. Я поневоле немножко засмущалась. У Кондрада тоже в голове что-то щелкнуло. Он бросил на меня многозначительный взгляд и совершенно неуместно улыбнулся, игриво подмигивая.

Денис тем временем нашарил большущий носовой платок в нагрудном кармане пиджака и теперь застрял манекеном. Остановился меж двух огней, терпеливо дожидаясь, либо пока заплаканная королева обратит на него свое царственное внимание, чтобы предложить ей платок, либо когда Светка очухается и внятно выразит просьбу на ту же тему.

Иалона довольно долго гипнотизировала синеглазого блондина, будто факир незнакомую кобру, но вслух желания не выразила, а молчание ей не помогло. Денис смотрел на нее шальным, затуманенным взглядом и закаменел, временно неспособный на любые разумные действия.

Королева так и не дождалась помощи верного рыцаря и, деликатно вытянув кружевную тряпочку из декольте, аккуратно утерла одинокую слезу.

- Осмелюсь вас спросить, дорогая королева, - теперь уже мой муж вспомнил, что он обладатель нескольких престолов и, следовательно, должен быть всегда и во всем первым, - в чем заключается проблема?

Я опять залюбовалась гордым профилем, и сама себе позавидовала.

- Моя проблема заключается в этом! - поджала пухлые губки Иалона, изящным жестом гневно указав в окно. Чуть ножкой не топнула, венценосная наша. Аж кринолин заколыхался.

Вовне царил приятный полумрак. Я даже вначале подумала, что в Лайе поздняя осень, начало зимы и что здесь уже наступил вечер. Решив удовлетворить законное любопытство, мы подошли к окну, забранному с внешней стороны мощной решеткой витиеватой ковки.

Да-а-а… Неба увидеть не удалось. В смысле, чисто теоретически - небо было голубое, обычное, и ярко светило солнышко, но там слонялось столько неопознанных летающих объектов… впору вызывать Малдера и Скалли.

Пока наша дружная компания старательно откапывала в багаже сведений название странных существ с черными крыльями, хвостом и громадными когтями, одна из таких «птичек» подлетела к окну и вцепилась полуметровыми нечищеными зубками в решетку.

Решетка ходила ходуном, словно была сделана из тонкой медной проволоки. На мой взгляд, она просто чудом не вырвалась, хотя страшно прогнулась. Зрелище было жуткое. Меня проняло до самых глубин.

- Она это переварит? – попятилась я от окна. – Или это просто новый способ украшения оконных решеток?

- Она - не знаю, - оскорбилось чудовище. – А вот он! – выпятило грудь. – Запросто! Просто не хочется! Лучше сама выйди, а?

- Отойди! – рявкнула Иалона. Я вздрогнула и обернулась.

На этих словах очнувшийся супруг внезапно оторвал меня от переговорного процесса и со словом: «Горгулы!» - сунул себе за спину, полностью скрыв обзор.

Не то чтобы меня это устраивало, но принципы равноправия почему-то молчали.

- Ты там не очень-то высовывайся, - предостерегла я Кондрада от совершения подвигов.

- Разберусь! - рявкнул муж и захлопал по себе в поисках меча. Ага. Надо полагать, эта железяка завалялась ненароком у него в кармане праздничного смокинга. Так, на всякий случай, вдруг в зубах понадобится поковыряться…

Горгулья пригорюнилась и в отместку снова потрясла решетку с истошным воплем:

- Крови! Мести! Справедливости! Даешь мужика! Берешь девку! – облизалась: - Много девок!

- Вы ничего не перепутали? – хмыкнула я в ответ. – Как-то очень двусмысленно звучит!

- А-а-а! - раздался крик Светки. Та на минуту пришла в себя и снова изобразила шум упавшего тела.

- Ловите лучше! – приказала Иалона. – Лишний мусор мне тут не нужен!

- Здесь есть хотя бы какой-то меч?!! – возмущался Кондрад, стаскивая с себя металлический пояс и трансформируя его в шпагу. – Это их долго не удержит!

- Долго и не надо, - абсолютно спокойно ответила королева. – Тем более, что их сейчас будет гораздо больше…

Денис подошел поближе и встал рядом с Кондрадом. Меня настигло чувство что это все уже когда-то со мной было.

- Илона, тебе нужно срочно уходить отсюда! - заявил мне муж, не двигаясь с места.

- Тебе нужно, а мне уходить? – возмутилась я, страдая от сильной головной боли. Мне все казалось, я должна что-то вспомнить. Только вот что?

- Выходи сюда, а? – снова предприняла попытку договориться неведома зверюшка. – Поговорим о душе и за жизнь, а? – и не дождавшись ответа заорала: - Эй вы, лодыри! Зовите насяльника! У нас гости! – остальные окна были немедленно атакованы остальным летучим эскадроном.

Нифига себе пенки! У них гости! Тоже мне, покорители неба!

В это время на заднем фоне нарисовался еще один новый персонаж. Если это и был горгул, то очень крупный. Можно сказать, громадный!  Примерно раза в два больше остальных. Слава богу, что хоть не вместе взятых.

И вот эта летающая башня изящно порхала в нашу сторону, очаровательно улыбаясь. Меня аж дрожь пробрала. До самых пяток.

- Быстро уходим отсюда! – отреагировал Кондрад, оттесняя меня к выходу.

Горгулы разглядели наши маневры и начали прицельно плеваться… камнями. Ужас! А если еще и сморкаться начнут?

- Черт вас задери! – возмутилась Иалона, твердой рукой отодвигая вознамерившегося ее спасти Дениса. И рванула к ближайшему окну. Остановилась, поманила пальчиком ближайшего монстра и крикнула: - А ну всем смотреть сюда! – и тыкнула пальцем себе в бюст.

После чего мы относительно спокойно удалились из зала. Конечно, когда мужчины вспомнили свои прямые обязанности. Охранные, а не то, что многие подумали.

В общем, наши защитники и радетели о безопасности слабых и немощных внезапно вспомнили о своем назначении и живенько выставили нас (в смысле, дам) из зала. По крайней мере, пытались.

Поскольку в данный момент королева отбивала нападение своей грудью. Так сказать, стояла буфером.

- Уходите! – приказала она нам. – И эту… - Жест в сторону лежащей Светки. – Слабонервную уносите!

- А ты? – поинтересовалась я, отпихиваясь от Кондрада. Поучаствовать в защите мне было нечем, но бросить Иалону на произвол этим мутантам совесть не позволяла.

- Все в порядке! – заявила девушка, чуть наклоняясь и выставляя напоказ еще больше богатства Лайе. Просветила нас, неофитов: – Сейчас они войдут в транс!

И вправду, горгулы как-то слабо начали реагировать на окружающий мир. Даже слюни пускать перестали. Они просто таращились на бюст Иалоны, как на зомбоящик.

А в это время гора с крыльями уверенно к нам приближалась с криком:

- Как я рад видеть вас, моя королева!

- Взаимно, начальник, - вежливо отозвалась девушка, делая нам знаки убираться отсюда.

Ну, если она лучше знает, как справляться с этим нашествием сексуально-озадаченных особей, то…

В итоге, Кондрад кивнул Денису на Светку и, мгновенно скрутив меня в бублик, утащил из зала. За ним в таком же темпе последовал мой брат с моей подругой на руках.

- И все же, - выдал Денька, сгружая свою ношу на руки ближайшему подвернувшемуся под ноги кавалеру-придворному (их за дверью целая куча без дела слонялась). – Я думаю, нужно вернуться и помочь…

- Разойдись! – энергично расталкивая толпу, к нам спешил батальон дам в закрытых накидках. – Дайте дорогу!

Придворные, не успевшие вовремя убраться с пути следования фрейлин, разлетались в стороны мячами от пинг-понга.

- Ее величество там? – холодно поинтересовалась у нас, сдвинув черные брови, дама, возглавляющая процессию.

- Да, - кивнул Кондрад, отпуская меня и проверяя оружие. Возмутился: – А вот где стража и воины? Почему нет защиты?..

- Мы тут! – сурово ответила дама и кивнула ближайшему, худосочному по сравнению с ней, кавалеру: - Открывай!

Мужчина судорожно сглотнул, кивнул и отворил дверь. Дамы слаженно просочились вовнутрь и, четко печатая шаг, поспешили к королеве. Я подглядывала. Чуть-чуть. Потому что из-за широких плеч мужа видно было чуть-чуть.

- Пришли наконец? – рявкнула Иалона, не отрываясь от своего занятия. – Быстро заняли свои позиции!

Дамы по-военному кивнули и стремительно рассредоточились, встав каждая напротив своего окна.

- Пли! – скомандовала королева, потихоньку отходя за строй дам. Те мгновенно скинули свои накидки, оставшись в сильно декольтированных платьях.  Они еще и наклонились и изобразили жест из «Цыганочки», слегка потрясая грудью.

Горгулы начали падать вниз со звучными шлепками. У них просто не было шансов устоять против такого оружия массового поражения.

- Вам это не поможет! – завопила разозленная туша начальника, пытавшаяся привести в чувство своих подчиненных шлепками крыльев. Бесполезно. Как только горгулы очухивались, то снова попадали под опасное дамское влияние.

- Продолжайте! – велела королева и величественно выплыла к нам из зала.

- Да-а-а-а, - протянула я, глядя на нее с уважением. – Бюст – страшное оружие.

- Особенно в умелых руках, - подмигнула мне названная сестра, включая турборежим «бимбо». Блондинка с длинными светлыми волосами, пухлые алые губки, взгляд утонченной дуры…

- Что это с тобой? У вас теперь в духи что-то добавляют? – нахмурилась я. Но тут проследила, кому она посылает невербальные сигналы и зашипела. Бедный мой брат! У него просто не оставалось шанса устоять перед этой красоткой.

На магнитом притягивающее мужское внимание глубокое декольте Денис старался откровенно не пялиться, но, честно говоря, у него это получалось плохо. Взгляд так и возвращался к «богатству» королевской семьи Лайе.

- Прекрати мне брата совращать! – толкнула я королеву локтем, пока Кондрад с непередаваемым выражением внимательно изучал боевую обстановку, новую тактику сражения и современное оружие, посылающее горгулов в нокаут.

- Дай отвлечься, - шепнула мне Иалона, включая дурочку на полную мощность. – А то одни проблемы: то сражайся, то отбивайся, то решения принимай. А мужчины так и норовят меня от этого избавить, взяв власть в свои руки.

- И как? – полюбопытствовала я, в то время как девушка мужественно выпячивала грудь, совершенно забывая о своих мужчинах-придворных.

А те уже свирепо скалились, подкручивая усы, и явно собирались серьезно осложнить нам дальнейшее существование. Денису, во всяком случае.

- Ну-у-у, - надула губки королева. – Что хотели, тем и получили. Бюстом. Прапрапрадедушки. Благо у меня много поколений предков. И все любили оставлять пятна в истории, хотя бы такие.

- А это кто? – кивнула я на дверь зала.

- Моральная поддержка, - ответила мне Иалона, не забывая томно вздыхать в сторону Дениса и обстреливать его глазами. – И средство воздействия на недовольных. Обычно потом недовольные становятся очень довольными и чаще всего невменяемыми.

- Жестокая ты, - попеняла я девушке, косясь на активировавшихся придворных кавалеров. Те средь бела дня прямо в центре большого зала неприкрыто сговаривались устроить моему брату темную, аутодафе и что-то еще с чесанием кулаков, шпаг и мечей.

Хорошо, Кондрад вовремя уловил кровожадные умонастроения многочисленных конкурентов за место под солнцем - то бишь, жаждущих царского тела, милостей и престола - и одним взглядом поставил их всех на место, да так, что задиры полностью вняли намеку и бесследно растворились в толпе.

- Издержки профессии, - пожала плечиками Иалона. Широко улыбнулась: – Извини, дорогая, но я все же попробую охмурить твоего брата, - и смело пошла на штурм Зимнего!

Ей слегка помешали набежавшие откуда ни возьмись придворные дамы, кудахтавшие вокруг королевы рябыми квочками. Девушка отодвинула их недрогнувшей рукой и…

- Дэннис, вы так мужественны!

Ого! Братца уже повело! Окосел, будто после стакана водки.

- Дэннис, умоляю, будьте моим защитником… - И глазками, как семафорами - блым-блым! Еще и прижалась к нему!

- Да-да! - пыхтел наш старшенький, неуверенно держа в охапке обретенное счастье.

- Вы не против, если я буду вас так звать? - И ресницами хлоп-хлоп. Глазки круглые, рожица наивная, общее выражение я бы охарактеризовала словами «крайне романтичное». И мой брат, прожженный психолог, которого на мякине не проведешь, в конце концов - просто умный мужик, купился. Мужик он и есть мужик. Но чтобы Денька, да так запросто?

Ну да, королевский двор - высшая школа кокетства, а бывшая принцесса окончила ее с золотой медалью. Это они с Кондрадом почему-то фазами луны не сошлись… на мое счастье.

Тем временем Иалона покачнулась как бы от волнения. Вот я, например, ни капли не поверила! Эта аристократка после нашего тесного задушевного общения скорее супостата ножиком для фруктов до нужного состояния обстругает, чем волноваться будет. Правда, в обморок для маскировки свалиться может. Но вряд ли при всех. Советами же замучают!

- Как? - Это Денька все же осмыслил вопрос несмазанными шестеренками подгулявшего разума и постарался поддержать беседу и королеву одновременно.

- Дэннис! - закокетничала Иалона и обрушилась ему на руки всем весом. Жаль, что в этом мире женская вольная борьба не приветствуется. Ее количество… тьфу! - величество могла бы войти в призеры!

Брат зашатался, словно деревце в бурю. Нет, слабаков в нашей семье отродясь не водилось, но двуручники и королев моим братьям таскать в походах до сей поры тоже не приходилось. Поэтому старшенький чуть не уронил наземь привалившее счастье.

- День, - нахмурилась я, потешаясь над разыгравшимся спектаклем. – Ты смотри не надорвись от такой радости. 

- Как вам угодно! - безоговорочно согласился вконец обалдевший Денис, в одночасье ставший Дэннисом, после чего благоговейно заметался по залу с Иалоной на руках, не зная куда пристроить свое сокровище.

В это время из громадного камина, украшающего собой одну из стен зала, горохом посыпались мелкие верткие твари, похожие на летучих мышей-переростков, способных бегать на задних лапках. И вот этот вражеский десант мгновенно рассредоточился по помещению и полез дамам под юбки. Видимо, для маскировки.

- О, боги! – закатила глаза ближайшая ко мне дама и, подобрав подол, продемонстрировала всем ноги, затянутые в кожаные штаны и высокие сапоги. Кстати, из-за голенища она ловко выудила что-то, напоминающее киянку, и начала гвоздить тех тварей, которые проявили исследовательский интерес именно к ней.

- Что это? – пнула я подбиравшегося ко мне мелкого, неопознанного пока объекта.

- Горгулий десант, ваше величество, - улыбнулась дама, делая книксен, и одновременно с этим стукнула по макушке еще одного. Которому очень понравился фасон моего свадебного платья, и он решил изучить его поближе.

После такой ласки горгуленыш рассыпался мелким щебнем. И его замели. Нет, не в ментовку. Мгновенно подбежавшие слуги проворно смели остатки интервента в совок и ссыпали в бочку на колесах, которую катали по всему залу.

Группа воинов в это время законопачивала камин, попутно избавляясь от падавших к дамам горгулят.

- А чего такой мелкий? – удивилась я, отправляя в красивый бреющий полет еще одного, охочего до моего тела.

- Не могу знать, ваше величество, - сообщила мне дама, мастерски прокручивая в пальцах киянку. Пожала плечами: – Возможно, недоедают. Или их принципиально такими выращивают.

- Жуть, - сделала я вывод, после чего сразу попыталась включиться в освобождение территории и помочь мужу, который осатанел от попыток покушения на его вторую половину и теперь, высоко подпрыгивая, давил горгулят ботинками. Но опоздала, женская половина присутствующих справилась и без меня при небольшой, чисто номинальной помощи кавалеров.

- И часто это у вас? – вопросил Кондрад мою защитницу, провожая взглядом знакомую бочку. Ностальгирует по чертенятам в юбочках, что ли?

- Да практически несколько раз на дню, ваше величество, - почтительно присела дама. Пожаловалась: – Как только слуги забудут где заслонку закрыть, так и лезут. Мы уже привыкли, - и она отточенным жестом сунула киянку в сапог и одернула подол.

Я обвела взглядом помещение. После зачистки ничто не напоминало о нападении. Все так же степенно расхаживали по залу гламурные придворные, обмениваясь мнениями и сплетнями. Мда-а-а, а подразумевалось, что аристократия беспомощна и вообще… вымрет как вид. Прямо по Дарвину. Угу. Не хочешь скопытиться, дай по башке другому!

- Кх-х-хм, - обратился нам кавалер, до сих пор державший бесчувственную Светку и внимательно обозревавший все, что подчеркивалось чересчур откровенным для их века платьем, не отвлекаясь на мелочи типа нападения. – А куда леди положить?

- Себе оставить не хотите? – вкрадчиво полюбопытствовала я, наблюдая за беседующим с группой людей мужем. – На память?

- Да я бы… - замялся придворный. – Но жена… - и кивнул на двигающуюся в нашу сторону массивную тетку с внешностью борца сумо и выражением глаз самурая.

- Давай сюда! – рядом с нами нарисовался Кондрад и забрал Светку себе.

- Вы уж нас простите, - покаялась я перед теткой, спасая от расправы несчастного кавалера. – Пристроить было некуда, - кивнула на мужа, руки которого до сих пор были заняты: одна рука сжимала дагу, отобранную у зазевавшегося придворного, другая гибкую шпагу, а на плече подбитой курицей висела Светка. Хлопнула ресницами: - А бросить совесть не позволяет. Ну, вы меня понимаете?!

- Понимаю, ваше величество, - склонилась передо мной в низком реверансе тетка, успевая при этом расчленять взглядом мужа на атомы. – Простите за доставленное беспокойство.

- Идите, - надменно кивнул любимый, прерывая обмен ностальгическими воспоминаниями.

И ушли почему-то все. Не совсем, просто от нас отошли, расчистив вокруг приличное пространство для маневров.

Это они чего ждут? Разбора полетов? Хрен им! Я потом мужу скажу, что я думаю про его рыцарское отношение к дамам. Причем дамам, посторонним нашей семье!

Видимо, справедливо опасаясь за собственную жизнь, свидетельница, сообразив, что дело нечисто, поостереглась брякаться головой без сознания и стекла вниз менее травматично. И правильно. Я ж могу и по-плохому уговорить!

- А ч-что происходит? Г-где м-мы? И ч-что это было з-за окном? – простонала несчастная, в сущности ни в чем неповинная Светка.

- Добро пожаловать в Лайе! - белозубо улыбнулась подошедшая названная сестра, зазывно глядя на моего брата.

- Это ты кому? – на всякий случай поинтересовалась я, подавая руку Светке. Все же подруга.

- Всем, - еще радушнее улыбнулась королева и состроила Денису глазки.

- Всё! – встала рядом со мной Светлана. Проныла тоскливо: – Против этой Барби у меня шансов нет!

- У тебя и раньше их не было, - утешила я свидетельницу на свой лад.

- Зато была надежда, - вздохнула девушка, пытаясь поправить отсутствующую прическу. Кстати, после того, как ее весьма негламурно потаскали и пару раз нечаянно плеснули водой, видимо, приняв за осколки люстры, выглядеть она стала гораздо лучше. На мой взгляд?.. Вкус?.. В общем, лучше!

Уложенные до этого в вычурную прическу белокурые локоны цвета лунного серебра рассыпались по плечам и начали при высыхании укладываться в крупные волны, играя всеми оттенками от снежно-белого до медового.

- Что, совсем страшная? – нахмурилась подруга, поймав мой изучающий взгляд и начиная прихорашиваться.

- Где ты так удачно волосы красишь? – внезапно полюбопытствовала я.

- Свои такие, - раздраженно бросила Светлана, озираясь в поисках зеркала. – Правда, ужас?!

- Ужас – это то, что ты с ними делаешь! – отрезала я, прислушиваясь к возобновившемуся разговору.

- Какого черта здесь творится? – наседал на королеву злющий Кондрад, которого по-родственному удерживал Денис, заслоняя собой Иалону.

- Может быть, мы обсудим сложившуюся ситуацию за обедом? – подмигнула мне названная сестра, благоразумно стараясь не подходить к Черному Властелину ближе, чем на расстояние вытянутой руки, зато чересчур сильно приблизившись к моему брату. 

- Хорошо! - кивнул супруг, убирая оружие и подцепляя меня под руку. Блеснул яркими зелеными глазами и внезапно лукаво улыбнулся: - Надеюсь, обед будет без добавок?

Нам с Иалоной хватило совести опустить глазки и покраснеть.

- Визу оформлять нужно? – влезла Светка. Проверяя потайные карманы, наша «звезда» внезапно занервничала: – У меня заграничного паспорта с собой нет.

- Ёлки-моталки, а то, что ты в другом мире – это ничего? – уставилась я на нее в непритворном изумлении.

- А что такое? – фыркнула подруга, поправляя лиф. – Ты когда за границу выезжаешь, тоже в другом мире оказываешься. Меня больше беспокоит визовый контроль. Не то не успеешь вздохнуть, как таможня…

- Дыши спокойно, дорогая, - обратила на нее опасное царственное внимание Иалона. – Пока есть возможность. А то я визы топором выдаю. По шее. По-другому мою страну трудно покинуть. Так что уж как завизирую…

Половина зала придворных сразу опробовала все знакомые мне методы маскировки и даже несколько незнакомых. Кто-то прикинулся шлангом или фикусом, кто-то шкафом, кто-то трюмо, а кто-то комодом. Были еще чучела животных и манекены. Готовые учителя в школу ниндзя. Лихо!

- Ваше величество, - возвысил голос Кондрад. – Она моя гостья! Прошу не забывать!

- Безусловно, ваше величество, - улыбнулась уголком губ Иалона. Сверкнула глазами: – А вы в гостях у меня!

Вторая половина последовала примеру первой. Так что зал обезлюдел, зато интерьер ощутимо обогатился.

Светка не стала дожидаться битвы титанов и живо юркнула за спину моему мужу. И я ее понимала, хоть и не одобряла.

- Иалона, - окликнула я названную сестру, вызывая огонь на себя. Надо же ее от Кондрада слегка отвлечь. – Скажи-ка мне, дорогая, с каких пор штаны на дамах согласуются с параграфами дворцового этикета? – и сопроводила выразительным похлопыванием по ляжкам.

- Очень просто, - ухмыльнулась королева, приподнимая подол и тоже демонстрируя начищенные ботфорты (для Дениса это был контрольный в голову!) и две киянки под каждую руку. – Согласно семнадцатому тому, параграф одна тысяча девятьсот девяносто девять, пункт «ц», дамам предписывается ношение штанов и сапог в условиях чрезвычайного положения. 

- Ну ты крута! – восхитилась я. – Все же ввела этот пункт в боевой устав аристократки! Как и обещала!

- Я всегда выполняю свои обещания, - заверила меня Иалона и горделиво поправила корону.

- Ваше величество Кондрад! Друг! – в зал на всех парах ворвался Деррик в зеленом бархатном камзоле, таких же штанах и черных ботфортах, и кинулся обниматься. - Илона!

А шатен ничего так… в наше отсутствие заматерел, и даже командный голос прорезался. Выглядит сытым и ухоженным.

- Если скажешь моей жене «подруга» - серьезно пострадаешь! - не то шутливо, не то всерьез прошипел один черноволосый средневековый собственник, отвечая на дружеские объятия и потихоньку оттесняя меня от Деррика.

- Отстань, у нас в стране равноправие! - вылезла я с любимым лозунгом и стала обниматься. Как я по нему соскучилась! Вспомнилось былое. Наше пребывание в нише было незабываемым! Меня по тем временам даже ностальгия замучила. Ненадолго. Минут на пять.

- Ты откуда здесь? - полюбопытствовал муж, бдительно приглядывая за женушкой и потихоньку оттаскивая супругу в сторонку.

- Приехал по делам, а тут все началось… - сообщил нам Деррик, по привычке на каждом слове размахивая рукой. - Застрял. Из дворца выйти практически невозможно. Горгулы загоняют обратно.

- Горгулы?.. Как же вы питаетесь? - встряла я. Сияющее ярким светом будущее внезапно помутнело и даже местами покрылось черными пятнами плесени.

- Большой запас в подвалах, - мрачно ответил Деррик. - Но и он не бесконечен. Еще пару недель такой обороны - и начнется голод. Хорошо хоть тут есть скрытые колодцы, иначе мы бы и недели не протянули. Королева Лайе за тобой уже трижды посылала гонцов, - кивнул Черному Властелину, - но никто здесь не знал, где тебя искать.

- И зачем ей мой муж вдруг понадобился? – остро заинтересовалась я, испытывая новый приступ дежа вю.

- Как выдающийся полководец, - скромно ответил Деррик.

Муж та-а-ак оживился! (Все ясно, попал в знакомую струю... Будем надеяться -  воинского азарта, а не чего либо-другого, что в воде не тонет и в огне не горит.)

- Понятно, - задумчиво протянул Кондрад, очевидно, строя военные планы больших сражений. - А подземные ходы?

- Ты забыл, что с ними в последний раз сделал? - тонко намекнул Деррик.

- А что ты с ними сделал? - Мне стало ужасно интересно.

Муж проглотил рвущуюся на физиономию улыбку и скромно промолчал. Но Деррик сдал его с потрохами:

- Приказал обрушить! Все до единого! Да так хорошо и добротно это проделал… если собрать крестьян всех окрестных селений завалы те разбирать… Через полгода или год - глядишь, управятся…

Кондрад поспешил изменить тему беседы:

- Поговорим за обедом. А сейчас позволь тебе представить Дениса, старшего брата моей супруги…

Денис протянул Деррику руку, на которую тот покосился с удивлением. Ах да! У них же не принято рукопожатие. Возникла небольшая заминка. Но брат сообразил о расхождении обычаев, опустил руку, улыбнулся и доброжелательно кивнул, получив такой же кивок в ответ вместе с оценивающим взглядом.

- …И Светлану, ее подругу! – завершил процедуру представление муж, выуживая девушку из-за спины.

И тут Деррика настиг рок. Или шок. Или капец.  Или все вместе взятое, взбитое и перемешанное душевным миксером и выданное в одном флаконе.

В общем, как только мужчина увидел нашу мегаворожку, так и застыл статуей. Хоть сейчас ставь на пьедестал, смахивай пыль и зови голубей.

- Очень приятно, - промямлила смутившаяся Светка, протягивая ему руку. Видимо, от шока. Честно, я бы противнику в таком состоянии конечность побоялась бы протянуть. Вдруг откусит?

Деррик на секунду отмер, перевел растерянный взгляд с лица на чуть дрожащую изящную ладонь и, побледнев до прозелени, с видом приговоренного к смертной казни стал медленно опускаться на одно колено.

- А?.. – открыла я было рот, чтобы спросить о причинах столь странного поведения нашего друга, но мне на губы мгновенно легла сильная рука мужа.

- Не мешай им, - прошипел мне на ухо Кондрад. – В таких случаях не вмешиваются даже боги!

Тем временем шатен бережно взял Светкину ладонь и приник к ней поцелуем.

И тут ка-ак шандарахнуло!

Такое ощущение, что всем нам от души всадили шокером, чтобы себя не забывали. Электрические разряды пробежались по всем присутствующим и вернулись, сконцентрировавшись на Светлане. Ее окружило синеватое сияние с белыми искрами, проскакивавшими по всему полю. Волосы девушки взметнулись. Не встали дыбом, а именно взметнулись, как от сильного ветра, и упали на точеные плечики мягкими волнами, достигая талии. Лишь на кончиках посверкивали маленькие бело-голубые искорки, образуя сияющий ореол.

Голубые глаза Светки буквально на секунду вспыхнули ярким светом и погасли, поменяв свой обычный цвет на аквамариновый.

Все это произошло настолько быстро, что я даже не успела осознать, что же конкретно случилось.

- Светана, - оторвался от руки девушки Деррик, поднимая на нее обреченный взгляд. -  Мио Светана. Лусе делла вита, фуосо делла мия анима э ла фиама дел мио куоре…

- Как романтично, - всхлипнула Иалона и снова полезла в декольте за носовым платком, убив этим наповал Дениса, прикипевшего взглядом к складу полезных вещей.

- Э? Что он ей сейчас навешал? – мотнула я головой, освобождаясь от руки мужа, зажимающей мне орган речи, и ничего не понимая в словесной абракадабре.

- «Свет моей жизни, огонь моей души и пламень моего сердца», - перевела королева, изящно промокая глаза кружевной тряпочкой.

- Иль мио кавалере, - не разжимая губ, надменно улыбнулась ему моя подруга.

- Чего?!! – окончательно обалдела я. – Что она сказанула? И откуда Светка знает этот язык?

- Она сказала «мой рыцарь», - охотно сообщила мне Иалона, растроганно прижимая руки к груди. – И это нормально - знать язык своего титула и положения!

- Охренеть! – потрясла я головой. – Чего только нет на свете, друг Горацио!

- Пренди ла миа вита э сервире, - заявил шатен с интонацией «убил бы, да свидетелей много», все еще вытирая штанами пол.

- «Прими мою жизнь для служения тебе, Светана», - прошептал мне на ухо супруг. Блеснул глазами, расплываясь в бесшабашной улыбке: – Ничего не скажешь, повезло Деррику. Такая блондинка, и вся ему!

- Конкордаре, - величественно кивнула шатену моя подруга, все еще не отнимая у него своей руки. Тот так ее и держал на весу. Прикольно выглядело! – Саи коса фаре кавалере!

- Да-а? – удивилась я. – А счастливым он не выглядит. Почему тогда не откажется от мероприятия?

- Это большой позор и страшное бесчестье для рода – отказаться быть сопровождающим светоча, - туманно пояснил Кондрад. – Если поступит так – станет среди дворян изгоем. Да он и не сможет. Не получится – это древняя магия.

- В общем, - поежилась Иалона. – Она его захомутала и теперь требует поклонения и обожания. Настоящая женщина и качественная стерва. – Заметила в задумчивости: - Нужно будет наладить дружеские отношения… На всякий случай…

Все-таки общение со мной вредно влияет на лексикон коронованных особ! Даже не то слово!

- Ничего не понимаю, - насупилась я. – Мне кто-то может объяснить, что здесь, помимо всего прочего, происходит? Или горгулы и наш незапланированный отпуск теперь приравнивается к мелочам и обсуждению не подлежат?

- Тут до конца не понимают происходящее почти все, - заверила меня Иалона. – Лично я такое вижу первый раз, - зябко повела плечами. – И чувствую тоже в первый и, дайте боги, в последний! Легенда, арианэ в печную заслонку… - вспомнила о своем титуле. Поправилась: – Это из древней легенды, а язык я учила из-за общего образования!

- Похоже, - встрял в наш обмен мнениями Кондрад. – Мы огребли на наши… -  сделал красноречивую паузу, подыскивая слова, подходящие для аристократического дамского общества.

- Скажите «задницы», ваше величество, - утомленно посоветовала ему королева. – Тут все свои, узкий круг, чего уж стесняться-то?

- Светана, - вновь припал к руке Светки Деррик с бесшабашным видом обреченного на пытки святой инквизиции мученика, которому пугаться поздно, отступать некуда и костер видится избавлением. – Грацие! Саро фелисе ди сервирло куеста нотте есигиддаре иль ностро легаме!

- Сказал, что ночью придет узы крепить, - глубокомысленно просветила меня Иалона.

- Это теперь так называется? – возмущенно фыркнула я. Обратила внимание общественности: – И у него от предстоящего… хм, крепежа что-то особая радость не прорезалась. Может, рассказать ему про сопромат? Лично я против насилия! - Не поняла, и почему после этих слов мой муж так подло ухмыляется?!

- Светана! – приложил к своему лбу руку девушки шатен.

- У него снова фефект фикции? – нахмурилась я, начиная нетерпеливо притоптывать ногой. – Почему он так коверкает ее имя?

- Это не имя, - пояснил Кондрад, обнимая меня за плечи. – Это титул. - И, не дожидаясь следующего вопроса: - Титул для единственной женщины, освещающей твою жизнь.

- А… -  попыталась уточнить я кое-что.

- Не дергайся, - склонился ко мне муж, ласково целуя в шею. От него исходил запах белого мха и корицы, запах желания. – Ты для меня больше, чем Светана. Я без тебя не смогу жить.

- Я тоже тебя очень люблю, - призналась я, слегка покраснев от удовольствия и смущения. – Но хотела спросить о другом: то есть этот, как ты сказал, титул не зависит от имени?

- Нет, - игриво прикусил мне мочку Кондрад. Шепнул: – Ее имя могло быть каким угодно.

- Алзати мио кавалере, - сладким голосочком пропела Светка. Зрачки сужены, радужки настолько яркие, словно глаза не ее. Но следующая фраза имела тон отнюдь не мягкого приказания: – Е мио сервоно ком промессо. Куоре, ланима е ла мита!

- Она будет счастлива принять его, - хмыкнула королева, внимательно разглядывая парочку. Покачала головой: – Ну-ну! Вот нахалка!

- Зная Светку… - начала я.

Играя желваками, лорд Деррик тем не менее покорно кивнул и, выпустив ее ладонь, поднялся на ноги. И как только их руки разъединились, сияние вокруг девушки угасло, будто ничего и не было.

Черты мегаворожки разгладились, глаза приняли хорошо знакомое, чуточку испуганное выражение мелкой шкодницы.

- А что здесь происходит? – вдруг встрепенулась Светка. – Почему все замерли, как перед прыжком? И кто вы такой? – Это уже шатену.

- Зная Светку как свои пять пальцев… - шепотом повторила я для коронованной сестры. – Могу смело утверждать: сия дева привыкла активно охотиться за мужиками, но ненавидит, когда охотятся на нее! Так что, если она чего-то и будет ждать от бедного Деррика, то только одного – когда он поскорее отвалит и оставит ее в покое.

- Тогда это надолго, - тоже шепотом мрачно отреагировал Кондрад.

- Как раз очень даже ненадолго! – хмыкнула я, расцветая злорадной улыбкой. – Для Светы убегать от бабников всех мастей не впервой! Она в этом профи.

- Ваш покорный слуга, - грустно улыбнулся лорд, склоняясь перед Светланой в глубоком поклоне. – Разрешите сопровождать вас, моя богиня?

- Вы издеваетесь? – нахмурилась ничего не понимающая подруга.

- Ухаживает, - влезла я, прекращая этот балаган. Сватать друзей - для меня святое! Не все же только нам с Кондрадом женатиками ходить! – Ты поразила его в самое сердце. – Порадовала «голодающую»: - Пользуйся – он весь твой!

- Странно все это… – Наша Светка опасливо попятилась от Деррика в мою сторону, словно у него отросли рога и вывалились щупальца.

Ну, правильно! Я ж тут самый страшный зверь. Все остальные так… суслики. Кто ж еще заступится? Кондрад меня, как географическую карту, изучает; Денис Иалону гипнотизирует…

Хм, все же чем больше у женщины грудь, тем меньше обращают внимание на характер! Надо подумать… Выход напрашивается один: или характер исправить, или бюст увеличить… Но, по-моему, все же быстрее и качественнее второй вариант.

- Обедать! – призвала нас к порядку королева, вспомнив, что не сексом единым жив человек.

Все молча согласились и двинулись за ней, пока придворные образовывали живой коридор, кланяясь двум монархам.

- Илона, - нагнал меня Деррик, потому что Светка упорно от него пряталась за Кондрадом. – Ты не против, если я…

- Можно подумать, - фыркнула я, скрывая улыбку. – Что от моего желания хоть что-то зависит. Ты уже сам все провернул. Так девушку воспламенил… Заодно и высушил.

- Кстати, - нахмурился друг, наблюдая, как светоч его жизни освещает дорогу его сюзерену. – А почему она была мокрая?

- Слезы разлуки с родиной, - выкрутилась я, не желая рассказывать историю нашего появления. Я и сама еще толком не поняла, почему меня практически постоянно мучило дежа вю. 

- Могла же простудиться, - вдруг всполошился шатен. – Нужно срочно приказать принести что-то теплое… Ее потребности - теперь моя забота…

- Капец, - согласилась я с ним и сбежала к мужу. Пусть сами разбираются.

Вот так, почти без приключений, мы дошли до столовой.

Ну, подумаешь, Денис один раз налетел на колонну, а второй раз на бюст несчастного прадедушки? Так это он на прекрасное засмотрелся.

Или Светка показала мировой рекорд забегов на короткие дистанции? Тоже не от хорошей жизни. Просто девушка смутилась от слишком пристального и чересчур навязчивого внимания кое-кого, которому, судя по всему, за время моего отсутствия по голове несколько раз крепко прилетело. Иначе зачем этот «кто-то» за ней гасал резвым сайгаком?

В столовой все срочно вспомнили об этикете и встали.  А те, кто не вспомнил, просто встали и посмотрели на стол. С тоской. О пещерной жизни. Когда все можно было есть руками и с топора.

- Присаживайтесь, - радушно пригласила Иалона, величественно проплывая к широкому креслу в торце стола буквой «П». Рядом с ней, согласно этикету, посадили меня и Кондрада. По правую руку королевы усадили смущенного Дениса. Светка от испуга оказаться рядом с Дерриком ласково попросила ближайшего к нам придворного поменяться местами, скинув того со стула. Чем окончательно расстроила шатена, и он прикипел к ней тоскливым взглядом.

- Чтоб я с этим трахнутым на голову рядом села, - бухтела подруга, кидая на Деррика неласковые взгляды. – Да я лучше на диету сяду! Вечную! И вообще, он не в моем вкусе!

Дальше по длинным сторонам стола расселись многочисленные гости. Придворные дамы и кавалеры искусно чередовались строго по рангу.

За дверьми раздался дикий грохот. К нам с разбегу ввалился длинный тощий мужчина в белом облачении и высоком колпаке, потрясая громадной сковородкой.

- Ваше величество! – завопил он во всю мощь своих легких, с разбегу падая на колени. – Не велите казнить! Разрешите слово молвить?

- Встань, Перериус! – разрешила Иалона, милостиво кивая. – Что на этот раз тебя так расстроило?!!

- Ваше величество! – пополз на коленях к королеве повар, потрясая предметом кухонной утвари. – Эти бесовские отродья едва не плюнули в монарший суп! Но я мужественно отогнал их своей любимой сковородой, на которой я так бережно жарю вам тончайшие узорные блины!

- И что? – не поняла Иалона, в то время как практически все присутствующие на обеде отодвигали от себя тарелки, подозрительно посматривая на содержимое.

- Ваше величество, - чуть не плакал навзрыд повар. – Вот! – и протянул нам свое орудие производства.

Я буквально захлебнулась смехом. В середине сковороды, пробив толстый металл рожками, болтался мелкий горгуленыш и страшно вращал глазами, пытаясь напугать. Рот под симпатичным пятачком был заткнут большим баклажаном, который мелкий быстро грыз.

- Как это понимать? - Илона подалась вперед, положив руку на камчатную скатерть и обращаясь то ли к горгуленышу, то ли к повару.

Повар скорбно всхлипнул и потряс орудием возмездия.

- Мда! – нахмурилась названная сестра, пряча улыбку. – Придется мне теперь обойтись без блинов. Ибо я, будучи особой королевской крови, не могу пользоваться оскверненной посудой.

- Ваше величество, - впал в истерику мужчина, начиная биться головой об пол. – Прикажите этим пакостникам не трогать кухню! Издайте королевский указ!

- И вот мне интересно, - пробормотала я, не вмешиваясь. – Как они этим указом распорядятся?

Летучий вредитель пакостно хрюкнул.

- Не так, как ты думаешь, - заверила меня Иалона. – Эти гады… извините, горгулы, гадят… пардон… исторгают из себя камни, как итог пищеварения. – Печально вздохнула: - Жалко, что не драгоценные!

- Да, хоть в чем-то была бы от них выгода! – тихонько поддакнула я.

Все заулыбались.

- Нам еще и алмазами срать?!! – возмутился мелкий горгуленыш, который переработал баклажан, словно электромясорубка. – Мало того, что пропитание в муках приходиться добывать, так еще и сра…

Иалона с истинно королевской невозмутимостью достала из-под стола киянку и резко стукнула его по макушке с потрясающим профессионализмом. Мелкий рассыпался щебнем.

- Никому не позволено портить королевский аппетит, - авторитетно заявила названная сестра, деловито пряча оружие. Милостиво: – А ты иди, Перериус. Пока не будет другой сковородки, я блины заказывать не буду!

- Благодарю вас, ваше величество! - Повар горестно обвел пальцем края дыры в середине сковороды и траурно пополз на выход.

Ее величество слабо улыбнулась.

- И вот так каждый божий день, - вздохнула королева, обращаясь к Денису в поисках сочувствия, пока слуги убирали последствия королевского неудовольствия.

- Итак, ваше величество, - развернул белоснежную салфетку Кондрад. – Мне бы хотелось все же узнать, какого черта тут происходит! – У него задвигалась челюсть, словно в мясном блюде попались жилы.

Иалона скользнула взглядом по его мужественному лицу и широким плечам и непринужденно переключила внимание на другой интересующий ее объект.

- Иалона! – Кондрад начал покрываться красными пятнами.

- Вот вы мне и объясните, ваше величество, - нимало не смутилась королева, не забывая зазывно улыбаться Денису. – Почему горгулы настойчиво требуют именно вашего тела!

- Это как?.. - У меня глазки открылись широко-широко. Вместе со ртом.

Кондрад вопросительно поднял левую бровь.

- Просто, - пожала плечиками названная сестра. – Как прилетели и осадили, так и до сих пор вопят, что им срочно по неотложному делу нужны Кондрад и Илона. Прямо сейчас, не отходя от окна.

- И что? – набычилась я, ощущая в животе спазмы.

- Ничего, - нервно хихикнула Иалона. – Пока отвлекаем. Но я бы, конечно, предпочла, чтобы вас здесь не было. Или были, но с большим отрядом магов и войском. – Легкомысленным тоном великосветской сплетницы: - Не то чтобы я горела желанием устроить горгулам праздник… Но соблазн все же есть, - она посверлила взглядом Черного Властелина.

- Не советую, - спокойно отозвался тот, слегка сгибая двумя пальцами ложку. Пополам. – Проблем будет еще больше.

- Вы мне угрожаете, ваше величество? – хладнокровно спросила королева, сжимая в руке нож и пододвигая ложку. Я даже забеспокоилась – кто ж ее знает, вдруг Иалона тоже ложку сгибать взглядом начнет, как тот мальчик-экстрасенс из «Матрицы»!

- Предупреждаю, ваше величество, - невозмутимо отреагировал Кондрад, кокетливо завязывая вилку бантиком.

- Вот так всегда, - грустно сказала названная сестра. Обвела нас всех несчастным взглядом и припала к широкой груди Дениса. - Только вы, Дэннис, можете понять мое одиночество! – но свой ножик не бросила.

Брательник слегка обалдел, судя по отсутствующему взгляду синих глаз и поглаживанию Иалоны по короне.

- Это вам не поможет, - пожалел ее мой сострадательный муж. И снова сдвинул брови: - Кто же все это подстроил?

- Не знаю, - честно призналась королева и, отодвинувшись… нет, отклеившись от брата, уселась прямо.

- А кто знает? - Это уже был риторический вопрос.

- Я знаю! - раздался громовой голос. И начались театральные эффекты… довольно примитивные, и я их уже где-то видела. Или нет?

Для начала в центре зала образовалось небольшое облачко, по которому в шахматном порядке пробегали молнии. Потом громыхнуло, бабахнуло… из дымовой завесы с фейерверком наружу шагнул мужик в полной броне, слегка винтажной и умело состаренной пробоинами и копотью.

- Ни фига себе! – наблюдала я за явлением. – И много нам еще нахлеб… гостей ждать?

- Тихо! Это бог войны, - шепнул муж, вскакивая и почтительно опускаясь на одно колено: - Приветствую тебя, Рицесиус!

- Здравствуйте, - вежливо поздоровалась я, но вставать не стала. Кто, в конце концов, из нас мужчина? – Чем порадуете? – И гораздо тише, изнывая от плохого предчувствия: - Если вообще порадуете…

- Ну, во-первых, - неодобрительно посмотрел бог на коленопреклоненного Кондрада, - вы как-то не по погоде одеты! – И щелкнул пальцами. Звук получился, будто какой-то космический засланец по стеклу пенопластом поводил. В общем, вроде бы ничего страшного, но прибить хочется!

Колдовство «железного дровосека» сработало. Одежда на Кондраде мгновенно модифицировалась в привычный для него костюм, а в пол перед ним воткнулся любимый меч.

- Вот это сервис! – восхищенно выдохнула я. – А меня тоже можно… переодеть?

- У меня тут бутик, что ли? – непонятно почему возмутился Рицесиус и… переодел моего брата. Тоже в черное и тоже по местной моде. Да что ж за несправедливость! Почему такая гендерная дискриминация?!

-  Это меня наводит на грустные мысли, - сообщила я окружающим, замершим в почтительном молчании. – Если один в белом, а все остальные в черном, то аналогия напрашивается очень неприятная для того, кто в белом.

- Не выдумывай, - оборвал мои рассуждения бог. И сказал вроде как комплимент: – Ты и без того прекрасно выглядишь. Прямо как настоящая женщина…

Как? КАК?! Во мне взбурлила агрессия.

- Мерси за комплиман! Еще лучше, - нахмурилась я. – То есть без платья я не настоящая женщина?!!

- Помолчи, женщина, - качнул своей кастрюлей Рицесиус. Стал в позу великого и могучего: – Дай мужчине слово сказать!

- Мужчина, который так разговаривает с женщиной, - отмер мой старший братец, прекращая рассматривать свои кожаные штаны и ощупывать кружева на рубашке. – Не мужчина!

- Ой! – зажала рот брату Иалона и загородила его грудью, попутно пытаясь заговорить зубы Рицесиусу: – Это он не подумал и сказал! Простите его, пожалуйста! Я возьму его на поруки!

- Главное, чтобы не на руки, уронишь, - пренебрежительно фыркнул бог, но немножко успокоился и перестал скалиться на брата, как хозяйский питбуль на приблудного кота в подъезде. Покровитель всех воинов, почесывая себе бок, небрежно сообщил нам: - Тут такое дело… Я забираю вас двоих по одному неотложному делу. Возражения не принимаются!

Бессовестно проигнорировав мое громкое восклицание:

- А претензии?..

Бог небрежно взмахнул рукой, и мы очутились в странном месте, я и Кондрад. Что-то вроде мрачных подземелий какого-то замка. По углам тускло горели масляные светильники, воздух помещения был тяжелым и затхлым.

Бог разросся и теперь возвышался над нами горой громыхающего железа. Мы стояли перед ним, будто мыши у подножия сочащегося лавой вулкана, или как два кролика перед большим удавом, злым и голодным.

Впрочем, меня его божественные фокусы не проняли. Совсем.

Хотелось посоветовать обратиться в пункт сдачи металлолома или в… гальванический цех. Для приведения в презентабельный вид своих пожеванных доспехов. Но я благоразумно промолчала, совершив маленький подвиг во имя семейного счастья! И сейчас тихо этим гордилась. Кстати, мужа театрализованное представление тоже не впечатлило. Привык, наверное. Или видел уже не один раз.

- Помнишь ли Кондрад, Черный Властелин, о данном тобой обещании? – громыхнула эта свалка металлических отходов.

- Помню, - спокойно сказал Кондрад, не моргнув глазом. Поклонился и твердо спросил: - Каково будет твое желание, Рицесиус?

- Я хочу твою жену! – нагло сообщил нам бог с довольной рожей. Хотя под кастрюлей было не видно, но довольная рожа чувствовалась.

У меня от неожиданности пропал дар речи и даже ко всему готовая природная вредность от этого заявления обалдела и пошла пятнами.

- Что?.. – опешил Кондрад, покачнувшись, словно от сильной боли. Потряхивая головой, с усилием: – Мне, вероятно, показалось…

- Я хочу твою жену! – повторил Рицесиус и для наглядности тыкнул в меня бронированным пальцем. Только это обстоятельство спасло его (палец) от откусывания. Ибо я приготовилась к бою. Кровопролитному. И собиралась довольно милостиво обойтись с побежденным: просто -  хрым! – и нету.

И оцените мой незабвенный подвиг – я ничего в ответ на это беспардонное притязание не сказала! Вообще! Только зубами лязгнула и взглядом убила!

- Нет! – отрубил мой муж. – Ты можешь сделать это со мной…

У меня глаза на лоб полезли от ТАКОЙ самоотверженности. Или я чего-то не поняла?

- Лучше не надо! – прошипела я сквозь зубы. – Мне как-то не нравится мысль о двух мужч…

-…Я не позволю марать честь своей жены! – закончил Кондрад, напружинившись всем телом.

- Это вы о чем подумали? – опешил бог и даже отшагнул назад. – Греховодники! Извращенцы! Я хочу забрать Илону для одного дела. Важного! На небо.

- Да?!! Мысли желательно озвучивать четко. Иначе могут быть нежелательные последствия, – выдохнула я с облегчением и снова замолчала, чтобы не начать использовать кроме слов еще и пальцы. Три. Или один? Возможно, нужно стремиться к максимализму.

- Что?!! - Кондрад крепко прижал меня спиной к своей груди, словно пытаясь облапить всю, закрыть руками и плечами. Стремясь поглотить, чтобы сделать незаметной.

- Ей там будет хорошо, - подпустил елею Рицесиус. Выдал следующую порцию меда: – Прямо как на небесах!

- Она… - У Кондрада во рту явно пересохло, потому что голос ему плохо повиновался. Он нервно повел головой: - Илона умрет?

- А это уж как повезет! – недобро хмыкнул Рицесиус и опять громыхнул своим железом.

- Кому? – вырвалось у меня. Мда-а-а, никак мне не совершить эпохальный подвиг и не промолчать до конца. Чьего-то. Потому что свой я буду оттягивать. Блин, это какие же у меня похабные мысли! Вот что бывает, когда лишают заслуженного медового месяца. – Тому, кого я не уморю?

И получила в ответ небрежное:

- А кому-нибудь…

- Я могу ее заменить? - произнес Кондрад, опуская голову и касаясь губами моей скулы. А глаза виноватые-виноватые.

- Ты что сказал, малахольный? -  подпрыгнула я в тревоге. Вцепилась в мужа, заглядывая в потемневшие глаза: - Нафига вообще соглашаться? Нужно было упомянуть: обещание дано под давлением и поэтому имеет смягчающие обстоятельства! И обстоятельства могут вступить в силу не раньше, чем лет через сто! Или двести!

Бог войны проигнорировал вопрос Кондрада, сложив руки на груди, и разглядывал нас обоих весьма неласковым и хмурым взглядом. Особое внимание уделил мне. Видимо, я слишком резво подпрыгивала от негодования и слишком громко скрежетала зубами от предложенной чести.

И тут плотину прорвало и началось наводнение…

- Я очень извиняюсь за незнание вашего божественного рукоблудства… - По вытянувшейся кастрюле поняла, что сморозила не то. Исправилась: - Рукоприкладства?.. Дуракаваляния?..

- Илоночка, - притянул меня к себе муж, успокаивающе поглаживая по спине и плечам. – Он все же бог.

- Это заметно, - фыркнула я. Почесала левую бровь, лоб и затылок: – Как называется та хрень, когда нужно пилить ножом и накалывать вилкой то, что можно просто взять руками и съесть?

- Этикет? - тихо ответил муж, заметно нервничая.

- Пардон, - выкрутилась я из объятий мужа и снова напала на бога. – Еще раз извиняюсь за незнание вашего, блин, этикета, - Рицесиус благосклонно кивнул, расслабляясь. Это он зря! Потому как я его тут же огорошила: – И хочу спросить прямо в лоб - ты охренел?!!

- Почему? – опешил бог от такого поворота событий. Ну до чего ж знакомые интонации!

- Потому что, - поучительно сказала я, расстреливая его в упор глазами. – Я уже молчу, что женщина на небесах – это хуже макаки с гранатой…

- Куда уж хуже, - пробурчал сзади Кондрад, не рискуя вмешиваться в мое выяснение отношений. Правильно, могут быть несанкционированные потери!

- И даже хуже, чем шимпанзе с гранатометом, - продолжала я убежать Рицесиуса в его неправоте и неправомерных действиях. – И даже… -  запнулась, пытаясь найти сравнение. Не нашла, поэтому сказала откровенно: - Я там – это ядерная бомба. Может, рванет слабовато, но последствия будете разгребать долго!

Пока я не договорилась до еще чего-нибудь, Кондрад начал незаметно оттеснять меня себе за спину. Но я не далась!

- Неубедительно, - фыркнул бог, пытаясь сложить руки на груди. Мешал то меч, то грудь, то руки.

- Ладно, - зашла я с другого бока. – Мое дело честно предупредить, а ваше - честно бояться! Тогда скажи, мне, о лузер из лузеров, положа руку на пошаливающее сердце, а вторую на модифицированную печень: зафигом вам именно я? Давно на самонаводящиеся грабли не наступали?

Кондрад удвоил усилия, чтобы укрыть жену собой от грозной фигуры уже очень злого бога. Уж лучше бы сразу меня на пару метров вглубь закопал. Там точно искать никто не догадается!

Бог скептически хмыкнул. Ах, так!

- Неужели ты хочешь устроить на небесах проблемы? – наседала я на него, уворачиваясь от сильных рук мужа. – Там же все обезбожиет!

- Что сделает?! – не понял Рицесиус. Даже головой потряс, словно его по каске артиллерийским снарядом шибануло.

- Сбегут все, - перевела я свои обещания на нормальный язык. – В ад! Там будет холоднее! Честно! – Сделала невинные глаза: - Ты подумай, на что подписываешься!

- Посмотрим, - все так же хмуро ответил хмырь в железных обносках. И опять, нервничая, передернул плечами и почесал подбородок.

Я пригляделась повнимательней. Что-то очень знакомое было в этих движениях, повороте головы, манере выговаривать букву «р» и некоторые гласные. Мы точно с ним нигде, кроме как в божественном статусе, не встречались?

- И еще, - вытащила из-за спины и показала разодранную в клочья фату (я, психуя, рвала, пока вникала в суть претензий). - У меня нервы! А от нервов я петь начинаю…

При слове «петь» страдальчески поморщились оба. Я не поняла?! А когда этот… кастрюльно-металлизированный мой концерт успел послушать и проникнуться?

Муж рванул вперед.

- Рицесиус… - начал Кондрад, падая на колено и склоняя голову.

Наверно, решил предотвратить коллективное самоубийство от моего ангельского пения. Человеколюбивый он у меня. Просто мечом - ра-а-аз! - и голова с плеч! А мучить - ни-ни! Прям умиляюсь!

Божественное терпение лопнуло со звуком разорвавшейся гранаты.

- И слушать не желаю! - рявкнул местный Марс. - Одно из двух: или она до полуночи пойдет со мной, или ты умрешь, потому что нарушишь данное богу слово. Выбор за вами.

Кондрад окаменел. Его ярко-зеленые глаза стали ледяными. Любимый выглядел жутко уставшим: нос заострился, глаза ввалились.

Я озверела. Страшно озверела, честно, но сдержалась. Из-за мужа. Не хотела, чтобы он опять разгребал последствия.

И в этом момент я окончательно поняла: брак для женщины - это не стайный образ жизни и не пожизненно ущемленный социальный статус. Это почетный боевой орден. Или медаль?.. Предлагаю эту ношу так и называть: «ЗА МУЖЕСТВО!»

Я уткнулась мужу в спину и тихо шепнула, выдыхая в шелк черной рубашки:

- Не поддавайся ему. Ничего он мне не сделает. Все будет хорошо…

И только хотела добавить, что иначе кому-то жизнь покажется малиной… причем, на кустах и в обнимку с медведем, как из невидимых щелей к нам полезли горгуленыши. И все голодные. И грызть они почему-то начали Рицесиуса первого. То ли на пути первый стоял, то ли как самого упитанного, то ли им железа в организме не хватало…

Я аж чуть им не зааплодировала. Молодцы! Как вовремя!

- И тут от них покоя нет! – взревел бог, отлучая от своей груди двух самых шустрых тварей. – Всё! – прихлопнул бронированной перчаткой третьего, пытающегося что-то рассмотреть в щели забрала. Никак там совесть завалялась?..

- А вот мне кажется, - не стала я сопротивляться инстинкту мужа «защитить, спрятать и потом попользоваться». – Что кто-то слишком много хочет, вот и получает!

- Черт! – Рицесиус устал уже отмахиваться от прибывающей толпы горгулят и заявил:

- Пошли отсюда, быстро! Заодно и поговорю с каждым. – Строго выделил: - По отдельности!

 

Илона

 

Этот, не хочу употреблять нехорошее слово «пи-ип!», щелкнул пальцами, и мы мгновенно переместились в узкое, похожее на каземат, помещение, потеряв по дороге Кондрада.

Только и услышала от любимого:

- Я все сделаю сам!

Как же! Уже сделал! Вот, смотрю на последствия!

Кстати, обстоятельство разлуки с мужем и тюремный антураж всколыхнули во мне протест и вызвали сильную аллергию. Все же воспоминания о гостеприимстве Гайно навевали на меня ярость и тоску, не шибко способствуя конструктивным переговорам и радужному настроению.

А еще тут кто-то начал завывать дурным голосом и требовать мифической справедливости. Еще и цепями погремели. Это как дополнительное воздействие на мою неокрепшую психику? Зря! Если я с катушек съеду, то и всех остальных смету нафиг!

- У-У-У! – Продолжался заунывный напев. И вдруг: - Ням-ням!

- В глаз дам! – мгновенно отреагировала я. – Мои кости вам всем поперек глотки встанут!

- Ты кому? – откликнулся местный божественный воитель, нервно почесываясь. У него на местную пыль аллергия, что ли?

- В общем, - обвела я глазами угрюмые стены и набычилась: - Что, Кондрада тоже в такую камеру-люкс определил? - Попрекнула: - Недостаток финансирования? Или отсутствие фантазии?

- Это мелочи! – отмел мои претензии бог. – Что ты мне ответишь?

- Варианты ответов есть? – хмуро спросила я, понимая, что попала не по-детски.

- Есть, - хихикнул Рицесиус. – Да, да и да. Иначе – последствия, несовместимые с жизнью Кондрада, черное платье, мировая скорбь…

- Еще чья-то смерть, - проскрипела я зубами. – Скорая и мучительная… - Выдавила: - Я согласна!

Рицесиус как-то поднапрягся. Похоже, всей шкурой чуял подлянку:

- Потом не пожалеешь?

- Пожалею! - прищурила правый глаз, останавливая нервный тик.

Воинственный таитель, ой, таинственный воитель подвис, как левая Винда. Бедненький: никак батарейка села, или оперативка глюкнула?

- Но только под гнетом обстоятельств! – разыграла я дурочку. - И из-за шантажа! Иначе бы по кастрюле та-а-ак задвинула!

Мозг Рицесиуса перезапустился: в голове замигали лампочки, зашумел кулер, в глазах - блеснул контрольной панелью биоса и погас разум.

- Но-но! – возмутился шантажист, до этого довольно потиравший руки. – Я все же бог! – и улыбнулся фирменной крокодильей улыбкой.

- И что? – уставилась я на него. – Теперь и тронуть нельзя? Где это написано? Какой уголовный кодекс предполагает ответственность за убийство бога? Даже с отягчающими!

 - Ты сейчас договоришься! – предупредил меня Рицесиус.

- А ты допрыгаешься! – не осталась я в долгу. - У меня День спонтанного проявления доброты! Проявлю - и не замечу, а другие пусть радуются!

- Итак! – торжественно провозгласил вымогатель, выпрямившись во весь свой немаленький рост и пропуская мимо ушей мое последнее высказывание. – Ты согласна! – Опять слегка забеспокоился: - Не передумаешь?

- Что, есть варианты? – ответила я вопросом на вопрос. – Ты ж не отвяжешься! А второго требования «я хочу твою жену!» Кондрад просто не переживет. Или ты не переживешь… а я в итоге буду, как всегда, самой виноватой!

- Ну, как-то так, - не стал спорить со мной Рицесиус. – Лучше быть виновной в том, что сделаешь, чем в том, что пропустишь.

- По своему опыту знаешь? – скривилась я. Призналась: - Вот послала бы я тебя… в дальнюю дорогу… да могу поспорить, Кондрад пойдет на все, чтобы отвечать самому. Не процокает и пяти минут, как этот ненормальный вызовется в покойники, лишь бы взять ответственность на себя. Он так привык. Он иначе не может.

Бог картинно достал секундомер и молча следил за бегом стрелок. Вскоре щелкнул, останавливая отсчет:

- Две с половиной! Ты его недооценила, - щелкнул пальцами, рисуясь, и я услышала… 

Рев Кондрада:

- Рицесиус!!!

- А он недооценил меня! И ты тоже! - отрезала. - Ну так я была права?

- Права! - вздохнула одна давно знакомая и хорошо маскирующаяся коварная личность. Типа он думал, что я его не опознала. Как же!

- Она согласна, ты свободен! – отмахнулся от Кондрада шантажист. – Возвращайся во дворец и жди жену! Она погуляет и вернется!

- И вот кто ты после этого? – возмутилась я, перед тем, как мы вознеслись.

И - нет, не в райские кущи. На какую-то изрядно облысевшую и довольно высокую гору.

Причем, на верхушке этой Лысой горы кто-то особо одаренный в архитектуре среди облаков построил пантеон. Странный такой. Абсолютно без стен. Одни колонны. При взгляде на которые возникало чувство тоски и желание немедленно в них заблудиться и проникновенно поаукать. Или погыгыкать? Может, поорать? А-а-а! Нет! Точно, попеть какие-нибудь хвалебные псалмы! Долго, надрывно и гнусаво. Прямо сейчас и начну!

Бог почувствовал в моем предгрозовом молчании что-то неладное, сделал выводы и быстро спросил по всей форме:

- Соглашаешься ли ты, Илона, принять на себя клятву мужа своего Кондрада и выполнить мое желание?

- Как будто мне дали выбор! - Я уже злилась не по-детски и отчаянно трусила. - Я тут как Иван-царевич. Или Василиса Премудрая из сказки. Направо рванешь - по «тыкве» огребешь, налево пойдешь - по «репе» от мужа огребешь. А прямо двинешься - ваще без мозгов останешься! И где выход?

- Немного грубовато, - попенял бог, вытаскивая свою железяку и облокачиваясь на нее, - но, в общем, суть уловлена правильно и выводы соответствуют действительности.

- Хозяин, - раздалось из воздуха. – У нас гости. Пускать?

- Скажите, чтобы после зашли, - бросил в пустоту Рицесиус. – У меня совещание.

- Уп-с! – закрутила я головой. – Это что? Селекторная связь? Новые технологии.

- Хозяин, - снова сообщил голос. – Их много, и они не хотят ждать.

- А что хотят? – рявкнул кастрюленоситель.

Раздалось многоголосое:

- Жрать! – Шум борьбы, хрумканье, и нам под ноги насыпалась груда щебенки.

Через минуту мягко прозвучало:

– Уже не хотят, хозяин. Сказали, придут в другой, приемный день. Хотели оставить переговорщиков, но мы их хм… уговорили не вмешиваться в ваше совещание. Последствия переговоров сейчас уберем.

- Благодарю за службу! – похвалил селектор бог. Обратился ко мне: - Вопросы есть?

- Масса! – закусила я губу. - А по времени эта клятва как-нибудь ограничена? Или я буду теперь, как рабыня страсти, ой, прошу прощения - долга! - переходить из рук в руки словно полковое знамя?

- Ты к мужу вернуться собираешься? - перебил мои излияния рогатый «кастрюль».

- А пустят? – прищурилась я.

- Если будешь хорошо себя вести, - пообещал мне бог. И нагло заявил: - Останешься вместо меня здесь на месяц!

- «Хорошо» это как? – на всякий случай полюбопытствовала я. – Никого не убивать и не калечить? Или, наоборот, всех положить и закопать?

- По ситуации, - серьезно ответил Рицесиус. Попробовал утешить: – За месяц много не закопаешь. Нужно выделять секунды и на отдых.

- Вот ты добрый, - сделала я ему комплимент. И поинтересовалась: - А чего на месяц? Не на год там или всю жизнь? Чего так мелко плаваешь?

- Сама ж меня в отпуск отправляла, - фыркнул бог. Насмешливо спросил: - Забыла уже?

Я вспомнила синдром похмелья и сообщила:

- Это было под гнетом обстоятельств. А ты, дяденька, большой и умный. Зачем меня, маленькую и глупую, слушать? И что я тут буду высиживать?

- Будешь моей И.О.! - торжественно возвестил бог. - Временно исполняющей обязанности бога войны и верховного бога!

- Не любите вы электорат… - грустно сказала я, тиская в руках блокнотик. – Такую подлянку им в моем лице подкидываете. – Переключилась: – А как же моя семья? Они ж с ума сойдут за это время.

- Не сойдут, - заявил мне один такой весь из себя умный, бряцая железом. Торжественно пообещал: – У них скоро будет слишком много занятий!

Рицесиус махнул рукой и перед нами повис экран с пятью красными линиями. Зажглась надпись: «Загрузка началась!».

- Хозяин, - снова раздался голос из прекрасного далека, прерываемый сильным шумом на заднем фоне. – Тут вторая партия кандидатов нарисовалась. У нас вопрос: требования выслушать или сразу переработать?

- Чего хотят? – полюбопытствовал Рицесиус, внимательно прислушиваясь.

Шум, переходящий в грохот.

- Уже ничего, - грустно сказали по селектору. – Вот только уборки теперь будет много.

- Меня больше не беспокоить, - велел хозяин, потирая забрало. – Все вопросы теперь адресовать Илоне. Понятно?

- Да, хозяин, - гаркнули из невидимого селектора и отключились.

- И вот так каждую божью минуту, - пожаловался мне подлый шантажист. – Никакого покоя или сочувствия! – Приободрился: – Но на ближайшие тридцать дней это теперь твоя головная боль!

- Так опять же, возвращаясь к нашим баранам… - Мы вернулись к исходным статьям переговоров. – Чего на месяц-то? Давайте уж сразу на год! – Я кивнула воителю, рубя воздух рукой: - И похороним ваш мир к чертям собачьим, чего уж мелочиться!

- Я бы с радостью, - вздохнул Рицесиус, нарываясь на жалость, как на выстрел. – Да муж твой таких дел наворотит…

- Что такое? – всполошилась я.- Что с ним не так?

- Да все так, - безнадежно махнул рукой бог. – Но больше, чем на месяц, я тебя тут оставить не могу! Так что с этой секунды принимай мои обязанности на себя! Скажи: «Принимаю на себя обязанности верховного бога войны и обязуюсь заботиться обо всех, кто взывает к моей помощи или связан со мной!»

Я пожала плечами и повторила слово в слово… После «й» меня мгновенно выдернуло из кресла и куда-то потащило. Все, что я успела заметить – это то, что одна из красных линий достигла предела и замигала с надписью: «Первая загрузка завершена! Отправка выполнена! Объект перемещается!»

После дикой болтанки с тошнотой и жуткой головной болью меня переместило на полигон под открытым небом, где в снегу, перемешанном с грязью, Егор доказывал противникам по спаррингу, как они, в сущности, неправы и что им теперь за это будет.

- И что все это значит? – выплюнула я с трудом, приземлившись на четыре кости, очень протестующие против такого хамского обращения.

Егор меня как будто не услышал и начал проводить серию приемов, вооруженный ножом десантника.

- Это твои обязанности, - возник рядом хмырь в камуфляже, но все еще в кастрюле. – Ты теперь будешь за всеми приглядывать и помогать, если нужно. – Помолчал и добавил: - Но не сильно и не открыто…

- Капец, - тоскливо выдохнула я, собирая разъезжающие дрожащие конечности в кучку и рассматривая, как мое свадебное платье стремительно превращается в половую тряпку. Причем тряпку длительного использования. Минимум год.

Надавила на совесть:

– А можно хотя бы побочные эффекты убрать? Голова раскалывается, и желудок просится погулять на свежем воздухе.

Куда там! В мире Кондрада такого понятия нет и не будет!

- Это такие мелочи, - поверхностно заметил Рицесиус. – Привыкнешь.

- Да? – не поверила я. – И что теперь мы будем делать?

- А вот что, – щелкнул пальцами бог.

Нашу троицу: меня на четвереньках, Рицесиуса с кастрюлей и Егора в боевой стойке с задранной для удара ногой - закружило в вихре. И…

Бац! В брата врезалась какая-то зеленая образина с громадными клыками, пока я, все так же в позе «заходите с тыла», рассматривала унылый горный пейзаж.

- Это что? – потрясла я головой, с ужасом замечая, как на заднем плане кучкуются такие же зеленые особи, не так далеко ушедшие от обезьяны. Зеленые, пупырчатые, клыкастые, двухметровые…

- Мир для Егора, - милостиво сообщил мне предатель светлых идеалов медового месяца. – Разруливай! – И свалил со словами: - У меня снова гости… Снова убирать кости!

- Господи, - взмолилась я, с трудом вставая на ноги, опираясь на громадный, поросший красным мхом валун. – Это замена моего свадебного путешествия? Берите экзотический тур – ваша смерть включена?

- Смерть! – взревел противник Егора и снова пошел в атаку.

- Агрессия при нападении, - спокойно заметил мой братец, не реагируя на изменившуюся обстановку. – Только ухудшает ситуацию, - и хорошенько приложил клыкастого. После чего потер лоб и задумчиво сообщил всем, кто был готов слушать: - Странный нынче камуфляж стали выдавать. Такие маск-шлемы прикольные! Тоже себе хочу.

Зеленые как-то после этого заволновались и устроили военный совет, в то время как тот, кому накостыляли, снова поднялся на ноги и настойчиво поковылял к брату навстречу собственной гибели.

- И чего тебе неймется? -  удивилась я такому упорству, подползая брату за спину и прикрывая. Хоть он, видимо, меня не видел. Каламбур!

- Убить! – хором крикнули зеленые особи, щелкнув клыками. – Орк зорк! – стали обходить нас по дуге, рассчитывая взять в клещи.

- Как мне все это не нравится, - сообщила я ближайшему ко мне орку, одетому в кучу меховых шкур и обвешанному костями, амулетами и разноцветными шнурками.

Шаман закрутил головой под черепом какого-то большого животного, разыскивая источник звука. Похоже, что в этом мире череп было принято носить сверху головы, а не внутри.

В это время мой братец успешно дал по роже и другим местам самому настырному и сейчас учил силе притяжения остальных, осмелившихся подойти на близкое расстояние. Я тоже не стала миндальничать и напоминать о пацифизме или разоружении и поставила пару подсечек и три подножки. Пока мы отбивались вполне успешно.

- Убить! – на горизонте нарисовались три громилы, ростом повыше остальных и поперли на нас с разных сторон с занесенными громадными топорами. Сразу стало как-то невесело.

- ГОР! – завизжала я что было сил, привлекая внимание брата к новым противникам. – ГО-О-ОР!

- ГОР?! – шаман закрутился на месте, давая всем отмашку остановиться. – ГОР?!! – шмякнулся перед Егором на колени, взирая на него как на грязное чудо света. – Ты Гор, господин?

- А что, есть сомнения?!! – рявкнула я в сердцах, отбирая у ближайшего замершего гиганта топор и вставая с ним наперевес.

- Макитра?!! – попытался поцеловать мои ноги шаман, подползая ко мне юрким ужом.

Я отшатнулась в сторону и пнула его в бок. Ненавижу подлиз! У меня новые туфли! И острые каблуки.

Но зеленомордый не отставал. И не остывал. От страсти или фетиша к моим туфлям.

- Не тронь! – отпрыгнула я от него и внезапно оказалась на валуне. Тут меня слегка замкнуло и проявило, потому что все присутствующие рухнули на колени и воззрились на меня со всей дебильной тягой неофитов, которые обрели новое божество.

Я как представила себе: стою на камне, в грязном, местами продранном свадебном платье, с топором в руках и в бриллиантах. Точно униформа богини!

- Илона? – нахмурился Егор, шагая в мою сторону. – Ты почему тут? И что вообще происходит?

- Ты только не волнуйся, - смутилась я, кусая губы. – Но не мог бы тут немного побыть их божеством, пока я буду пытаться нас всех вытащить из этой засады?

- Макитра Илона! – взвыли орки и начали долбиться лбами в скалу, заменяя собой барабаны.

- Кем побыть?.. – не понял меня Егор, потихоньку продвигаясь ко мне и старательно выворачиваясь от желающих почистить ему ботинки клыками. – Это кто?

- Судя по всему - орки, - пожала я плечами. Виновато взглянула на брата: - Сама только познакомилась. Но судя по всенародной любви, мы тут самые популярные. Побудь с ними, а?

- Макитра Илона! – скандировал шаман. – Микитра Гор! Боги!

- Вот, - показала я на беснующегося шамана. Топором. – Видишь, ты тут бог.

- А ты? – нахмурился брат, окидывая орлиным взором поклоняющихся.

- А я макитра … - тихонько вздохнула я.

Тот зеленый, который, так активно пытался осложнить Егору жизнь, теперь перемещался от группы к группе и всем показывал с гордостью:

- А меня сюда сам Гор железным мокасином пнул! – разрешая особо доверенным лицам благоговейно потрогать наливающийся зловещим синим цветом синяк.

- В другом месте, правда, принцесса Лайе, и королева Угена, Маэро и… опять забыла, - грустно поведала я брату. Тот молча переваривал эту новость и, по всему вижу, заработал несварение желудка.

– Сейчас еще ИА тире ИО верховного бога подвизаюсь… - еще грустнее закончила я.

- Макитра Илона! – грянул хор голосов.

- Значит, этот хмырь который нам после вашего исчезновения втирал о твоей великой миссии, - потер лоб Егор, - был прав. Он еще пообещал, что нас тоже всех задействуют. Только я не поверил…

- И зря, - фыркнула я, соображая кто подрабатывал этим «хмырем». – А что остальные?

- Мама сказала, что она доверяет Кондраду, - ухмыльнулся брат. – Папа, что он доверяет, но будет проверять. Бабуля пообещала оторвать все и у всех, если они тебя обидят и не позовут ее участвовать в веселье. Тарас полюбопытствовал есть ли там интернет. А все остальные уверены, что ты с мужем отбыла заграницу на медовый месяц.

- Как все интересно, - пробормотала я.

И тут меня снова выдернуло в другое место.

- Ты это, - успела я крикнуть брату. – Слишком не лютуй, ладно?  Если орки будут ходить строем - я переживу, но если они будут прыгать без парашюта, то не переживут уже они!

- Да выживут! – крикнул мне Егор. – Что с ними сделается, вон какие бугаи здоровые! - И уже подчиненным: - Куда поползли без команды и вразнобой!

Теперь меня выкинуло в королевский дворец Лайе…

В столовой все еще присутствовали совершенно ошалевшие родственники и друзья, тихо переговаривающиеся и пытающиеся сделать вид, что все в абсолютном порядке. Только нужно слегка подождать, потом еще подождать, и следом запастись громадным терпением, потому что ждать придется долго!

Я попыталась сосредоточиться и проявить себя во всей красе, но тут с потолка свалился мой муж и заорал на еще одном редком языке, не совсем понятном для окружающих, но весьма эмоциональном.

- …! …! …!!! – вопил Кондрад, белый от страха и ярости.

Я быстренько переместилась к нему и попыталась обнять. Мда-а-а-а, а задумка была очень хорошая. Мои руки прошли сквозь него и…

И ничего. Привидение в грязном платье с топором. Который я, кстати, нагло приватизировала у орков взамен за обретенного бога. Пусть наслаждаются жизнью, пока могут ползать строем через полосу горных препятствий.

Муж замер, потряс головой и схватил графин с вином. Покрутил в руках и запулил в противоположную стену. Светло-зеленые шпалеры трапезной украсились багровыми разводами. Следом над головами сидящих, в том же направлении, ласточкой улетел стул. Низко так пошел, к дождичку, наверно. Подтверждая эту верную примету, в ту же сторону с грохотом отправился еще один стул. И еще. И еще.

На пятом заходе на руках Кондрада повис Деррик с криком:

- Успокойся и объясни все с самого начала!

- …! – взорвался Черный Властелин, пытаясь стряхнуть с себя двуногий бронежилет.

- Не нервничай! – взмолилась я, наматывая вокруг любимого круги и волоча за собой топор. – Со мной практически все в порядке. Слегка невидима, чуть-чуть взволнована и капельку тронулась… м-м-м… испугана!

- Финал мы уже поняли, - сжал до белых костяшек кубок в ладони Денис, демонстрируя свою знаменитую выдержку. – Хотелось бы знать итог!

- … … …! – отреагировал Кондрад, намечая себе новую жертву – обеденный стол. Причем мужа абсолютно не интересовало, что за столом все еще сидят люди.

- Нда-а-а, - нахмурилась Иалона, отдавая жестом какой-то приказ. – Никогда не думала, что доживу до лицезрения….

- Где Илона?! - Дениса очень интересовал факт пропажи меня. Можно сказать, весьма и весьма.

- … … … … …! – повторил мой муж, существенно обогатив прежнее высказывание, и поднял меч.

- Нет! – скакнула я ему на спину, бросив топор и закрывая ему ладошками глаза. Прошептала в тщетной надежде на ухо: - Я тут. Все в порядке. Успокойся, пожалуйста.

Кондрад замер и опустил меч. Все перевели дух, кто-то из придворных дам упал в обморок, кто-то очнулся и снова рухнул. В общем, пошла движуха.

- Где моя сестра?!! – одновременно произнесли Денис с королевой, воспользовавшись образовавшейся паузой.

- Она там, - мучительно выдавил из себя Черный Властелин, показывая пальцем в потолок, то есть небо. – И тут… Илона?..

- Вот что с людьми одиночество делает, - покачала головой королева, принимая из рук слуги большой кубок, наполненный чем-то резко пахнущим. Обратилась к брату: - Дэннис, вы в состоянии напоить этого несчастного успокаивающим отваром? Цесариус оставил – сказал, пригодится, когда Кондрад один вернется…

- Где он? – заорал очнувшийся мужчина, закрутившись волчком.

- Кто? – не поняла Иалона. – Отвар? Вот, - протянула она ему кубок. Намекнула: – Кстати, Цезариус просил передать, что если это выпить, то можно увидеть то, что скрыто от людских глаз…

- Цезариус?! Дай! – протянул руку муж к лекарству.

Я тихо слезла с Кондрада, подобрала топор, чтоб под ногами не валялся, и встала в сторонке.

- Пожалуйста, - протянула ему посудину Иалона. – И поверь, я не хочу тебя отравить! Что бы туда не намешал твой лекарь…

- Опасаешься? – сверкнул безумными глазами мужчина, принимая кубок.

- Остерегаюсь, - поправила названная сестра. – Мне своих проблем хватает…

И на этих словах к нам опять полезли вездесущие горгуленыши. Дырку в паркете прогрызли и полезли. Пришлось предотвратить интервенцию топором по рогам. Поскольку дырка была маленькая и в нее одновременно умещались всего два вредных бесенка, то остальные желающие внизу получали каменный душ из осколков.

- Никогда не думала, что божественная профессия такая трудная, - бурчала я, пытаясь одновременно лупить горгулят и наблюдать за мужем. – Это я понимаю – тренировка для семейной жизни? Как модель семейного психоза? Дети в одном месте, муж в другом - и все под контролем…

Кондрад в два глотка выхлебал настой, огляделся и уверенно направился ко мне со словами:

- Неужели трудно было сказать, что ты здесь?

- Это настой содержал галлюциногены? -  флегматично поинтересовался Денис у Иалоны.

- Не знаю, - пожала та плечами. – Но пусть лучше Илону ищет по залу, чем это зал громит.

- Я говорила тебе много раз, - треснула я по макушке особо нахального бесенка. – Ты не слышал!

- И как ты можешь все это объяснить? – попытался обнять меня муж и потерпел неудачу.

- Только одним, - угрюмо отозвалась я, криво улыбаясь. Хекнула пару раз, усиленно работая топором, так, что брызги полетели во все стороны. Почему-то горгулята лезли исключительно в мою сторону, старательно избегая Кондрада. – Я теперь бог, богиня и коза отпущения!

- Капец! – потрясенно сказал муж и свалился на пол. Я в тревоге дернулась к нему и убедилась, что кто-то просто очень крепко спит.

- Это тоже задумал Цесариус? – спросил Денис, кидаясь к зятю и нащупывая его пульс.

- Что с ним? – навис над королевой встревоженный Деррик.

- Видеть то, что не видят другие – это, может, и хорошо, - встала из-за стола Иалона. – Но спать еще лучше. Здесь добавка моего снотворного. Завтра будет, как новенький… со старыми бзиками. Нужно перенести его в спаль…

Меня вновь закружило и выдернуло на Олимп.

- Ты издеваешься? – завопила я во всю мощь своих здоровых легких, приземлившись на троне.

Теперь убранство зала стало с уклоном в готику и хандру. Все черно-белое с красными мазками вымпелов на стенах, заменивших колонны.

- Нет, - спокойно ответил Рицесиус, снова пребывающий в металлическом выходном костюме рыцаря. Он подметал усыпанный каменными крошками пол большой дворницкой метлой.

- Подметать тоже входит в мои обязанности? – со странной смесью злости и бешеного веселья полюбопытствовала я, постепенно остывая. Уселась поудобней в кресле и даже прикрыла глаза, чтобы перебить сумасшедшее желание распустить руки и пустить в ход ноги.

- Это трудотерапия такая, - признался верховный бог, - медитативная. – Вздохнул: -  Нервы успокаивает и в руках что-то есть.

- Хорошая идея, - загорелась я. – Можно я тоже займусь собственной трудотерапией, а в руках у меня будет муж? – Сладострастно мурлыкнула: - Мужья та-ак расслабляют…

- Не святотатствуй! Это священная гора! – Немедленно получила в ответ.

Ответ не впечатлил.

Рицесиус это быстро понял и поменял пластинку:

 - Пойми, кумовство тут исключается. И так родственничков развелось - некуда плюнуть!

Он даже грести… мести перестал, так разнервничался, бедолага.

Я демонстративно усмехнулась: мол, что еще выдумаешь?

Исчерпав все аргументы, убогие и довольно неуклюжие, воитель стал брать напором и грубой силой. Рявкнул зло:

- Поэтому Кондрада - НЕ БУДЕТ! Не хватало мне здесь этого черного воителя и буйного родственничка в своем доме, чтоб хозяина подсидел!

- Да кому ты нужен! – возмутилась я в ответ на необоснованные подозрения. – Сам надумал, сам вляпался!

- В общем, так! – прогрохотал Рицесиус и нагнулся ко мне, пытаясь из своей амбразуры посмотреть в глаза. – Или ты соблюдаешь свою клятву… - Долгая зловещая пауза. -  Или я уничтожу Кондрада!

Так, не будь я Илона, в этом мире сейчас станет одним Демиургом меньше!

- Чего?!! – привстала я, упираясь лбом в его налобник. – Только моего мужа тронь, и я сама тебя уничтожу, хоть и противница открытого насилия!

- Я – бессмертный, - ласково сообщил мне верховный бог, не прекращая бодаться.

- Мне пофигу! - честно призналась я, боднув его в ответ. - Один тут тоже наивно полагал, что он бессмертный, а как за яйца взяли, так и коньки откинул. Кощеем покойника звали. Если ты моего мужа хоть пальцем тронешь, я не только яйцо твое найду! Я «уткой» тебе рай покажу! Зайцем поставлю! И сеанс иглоукалывания пропишу!

- Грубиянка! - заржал бог. - Но ты мне нравишься! С нашим пантеоном так и нужно! Главное, не распускай всех до безобразия!

- Хорошо, - плюхнулась я на трон. – Буду распускать после безобразия. Только одно не пойму, - я показала пальцами в мое засаленное на груди платье, бывшее когда-то белого цвета. – Именно я-то тебе зачем?

- Потому что, - выкрутился бог. После чего срочно стал закругляться: – И вообще, тебе пора, дорогая. Там сейчас самое интересное начнется…

И снова полет по обязанностям и без потребностей…

Я стояла в темном коридоре, освещаемом факелами, и смотрела вслед удаляющемуся Деррику, бурчащему себе под нос с непонятной агрессией:

- И угораздило же меня! За что мне боги послали это блондинистое наказание? Мне вообще никогда… - Он остановился и потряс сжатыми кулаками, обратив лицо к потолку. – Никогда не нравились блондинки! Особенно такие! С выкрутасами.

- И что я тут делаю? – вопросила я сама у себя, поскольку это был единственно доступный мне собеседник, и попыталась слинять. Но не тут-то было. Меня никуда не пустило. Наоборот, повлекло за другом со страшной скоростью и силой, как будто в нем был мощный магнит.

- Ладно, - смирилась я с неизбежным. – Наверняка сейчас должно случиться что-то важное, в чем я должна помочь или быть в курсе.

- И эта тоже, - фыркнул Деррик, потирая лоб. – Фифа! – Передразнил: - Не подходите к ней! Она смущается. – Начал надсаживать глотку, бурно жестикулируя: - А как мне ритуал завершить, если кто-то ломается? Сначала приказывает, а потом прячется! – Шваркнул кулаком о стену: - Что я ей, мальчик для битья, что ли?

- Мда, - посочувствовала я шатену. – Светик – это что-то уникальное. Если есть на свете что-то, что хоть теоретически можно изгадить, то мимо она точно не пройдет. И все с лучшими намерениями.

Деррик подошел к одной из дверей, постоял чуть-чуть, переминаясь с ноги на ногу, словно набираясь мужества. Потом сделал отвращающий скверну знак, вздохнул и воровато оглянулся. С минуту другую помялся, потому что вдали послышалась перекличка горничных, затем открыл створку и скользнул внутрь.

Мне такая осторожность не требовалось, потому что меня просто туда внесло через дверь. Мра-а-ак!

- Ужас! – смотрела я расширенными глазами, как мой друг, о котором я была до этого момента гораздо лучшего мнения, с недовольным лицом раздевается догола и укладывается на кровать ровно посередине.

- А вот без этого зрелища, - бурчала я, старательно пытаясь закрыть глаза, - я могла бы обойтись.

Но глаза упорно не закрывались и таращились на то, что порядочной замужней женщине следует разглядывать у мужа. Кстати, замечу, для мужа состояние этого органа было бы позором. Потому что лично у Деррика его детопроизводитель был в данное время на заслуженном отдыхе.

Не говоря уже о том, что то ли от холода, то ли от нервов Деррика трясло и он громко клацал зубами.

- И как в таких условиях, - тяжело вздохнул мужчина, поднимаясь с постели и начиная шариться в своей одежде. – Можно что-то выполнить?  - достал бутылочку из темного стекла и покрутил в руках с видом обреченного на заклание прямо на первом свидании в кровати.

Я в это время сражалась со своими руками, которые никак, ну никак не хотели закрывать глаза на все это безобразие. Интересно же! Надеюсь, мне не придется докладывать Кондраду все подробности своего пребывания на посту верховного бога? Потому что если боги практикуют вот такое подглядывание…

- И чем приходится заниматься, - возмущался Деррик, пока я тщетно, но честно старалась избежать рассматривания его духовных и телесных мук. – Чтобы выполнить долг рыцаря и соблюсти свою честь!

В итоге: глаза мои не закрывались, руки не поднимались, ноги не двигались. Оставалось лишь смотреть, причем из партера. Молю бога, чтобы друг об этом не узнал. Мы же в глаза друг другу потом смотреть не сможем. Впрочем, я уже не могу… смотреть… ему в глаза… потому что ниже… хм, уже все заколосилось.

- Лучше бы мою соблюл! – выругалась я в сердцах.

Мужчина вернулся в постель и снова улегся, раскинув руки и ноги и обреченно закрывая глаза.

- Ну, чисто порнозвезда, - обозлилась я. – Эй, вы там, наверху! С чего я должна на него глазеть? Если уж мне надо изучать наглядное пособие по анатомии, то почему не на муже?

- И это называется цивилизация! – лиловым вихрем ворвалась в комнату взбешенная Света и ринулась к постели на всех парах. Приблизившись, она упала на колени и полезла под кровать.

- Оригинальный метод маскировки, - фыркнула я. По крайней мере, я сейчас могла смотреть на нее, а не… В общем, могла не смотреть.

- Да где же это, - бухтела подруга, шарясь в темноте. – Сказали, что удобства под кроватью! А, вот! – вынырнула обратно, крепко сжимая в руках фаянсовый ночной горшок.

- Сочувствую, - пожалела я ее.

Подруга начала выпрямляться и тут в поле ее зрения попало то, на что мне как бы не полагалось смотреть, но это не полагалось, а стояло и покачивалось, заманивая.

А теперь представьте себе такую картину…

Большие аквамариновые глаза девушки, очумело уставившиеся из-за края кровати на здоровый мужской член в рабочем состоянии. И эти глаза медленно-медленно сходятся к переносице. После чего в них возникает какая-то мысль…

Светка, мгновенно сориентировавшись, накрыла смущающий ее орган сверху ночным горшком со словами, произнесенными жалобным тоном и вопросительной интонацией:

- И это все?..

У меня прямо от сердца отлегло. На остальные части мужского тела я точно уже смогу глазеть без смущения.

- Вы издеваетесь?! – подскочил затихший до этого Деррик, сбрасывая с себя горшок.  – Вам мало? Теперь уже размер не устраивает?!!

А счастье-то мое недолго длилось…

- Это вы издеваетесь! – вскочила ошпаренной кошкой Светлана и подбоченилась. – С какой стати вы меня преследуете? Я вам что, дала повод думать обо мне как о девушке легкого поведения? И причем тут размер, если вы мне не нравитесь в целом? – и швырнула в мужчину покрывало, буквально выдрав его из-под ног Деррика.

В результате мой друг приземлился на задницу, а сверху его, как паранджой, накрыло узорчатым шелком.

Нет! Есть все же на свете высшая справедливость!

- Ты-ы?! – окончательно вышел из себя шатен, сдергивая покрывало, но, слава богу, не открывая стратегически опасные места. – Драная кошка!

- Хам и подлец! – возмутилась Светка, наставив на него длинный ноготь. – Сначала завалился в мою кровать без приглашения, а потом еще и обзывается, потому что я не соблазнилась предложенными прелестями!

- Что значит «без приглашения» ?!! – заорал на повышенных тонах Деррик. Обвинил: – Сама мне велела прийти! При свидетелях!!!

Я откровенно ржала, благо меня никто не слышал. Никогда не замечала за другом склонности к самоубийству.

- Что?!! – рассвирепела моя подруга. – Ты за обедом мухоморов нажрался? Или испарений нанюхался? А, может, тебе Кондрад по башке съездил? Когда это я тебя приглашала?!

- Он не Кондрад! – бушевал мужчина. – Не смей его так называть! Он – король! Его величество!

- Он-то величество, - мгновенно согласилась Светка, упирая руки в бока и меряя противника убийственным взглядом. Ткнула Деррика пальцем в грудь: – А ты – ничтожество! Вон отсюда!

Деррик побледнел и начал угрожающе сползать с кровати с жаждой крови на свирепой физиономии. Светлана осознала бренность жизни и с молниеносной скоростью схватила ночной горшок, выставляя его заслоном.

- Прошу прощения, молодые люди, - в комнату вплыла дебелая темноволосая дама неопределенного возраста и внушительной комплекции, попыхивая пахитоской в мундштуке, угнездившейся в уголке ярко накрашенного рта. – Но почему такой жуткий шум, а до дела так и не дошли?

Леди далеко за сорок в бордовом бархатном платье с белыми кружевами походила на мощный флагманский крейсер, рассекающие океанские воды. Жесткая складка деловой женщины, круглые карие глаза и широкий разворот плеч. Интересно, какая у нее тут должность?

- Вот! – ткнул пальцем в Светку Деррик, заворачиваясь в покрывало на манер римской тоги. – Полюбуйтесь, леди Мадлен! Сначала она перед всем двором делает из меня безвольного идиота, а потом наедине выставляет круглым дураком!

- Было бы чего делать и выставлять! – ощетинилась девушка. – Это врожденное!

- Лорд Деррик, - нахмурилась дама, выпуская сизую струйку дыма и недовольно вынимая пахитоску изо рта. – Разве вам не помогло средство, которое вы взяли у меня пару часов назад?

- Это средство… - Шатен прошлепал к двери босиком, пытаясь сохранить хоть какие-то ошметки самоуважения и мужского достоинства. Обе дамы проводили его заинтересованным взглядом.

Хотя, на мой взгляд, ему плохо удавалось сохранить вышеперечисленное в покрывале. А фигура у него очень даже…

- …я использовал не по назначению! Мне следовало не пить его самому, а влить весь флакон вот в эту холодную бессердечную даму! – доорал взбешенный Деррик и ушел.

- От импотента слышу! – немедленно отозвалась Светка, слегка запунцовев. – И даже если я выпью литр этой дряни, то тебе это не поможет! – Она подпрыгнула от злости. Крикнула вдогонку: – Я лучше на горгулов брошусь, чем на тебя!

- Согласны! – прокричали снаружи из-за решетчатого окна. – Мы всегда пожалуйста! Можно устанавливать очередь?

- Обломитесь! – Светка прогалопировала к окну и захлопнула приоткрытую створку. Брякнула в сердцах: – У меня на всех мужиков аллергия!

- Как все запущено, - пыхнула пахитоской леди Мадлен. – Похоже вы, леди из другой страны, совершенно не умеете удовлетворять наших мужчин… - Дама на пару минут задумалась, сощурившись и поглаживая черные усики над верхней губой. И выдала итог размышлений: – Кажется, мне придется взять это дело в свои руки, поскольку аристократы не могут и не должны находиться в неудовлетворенном состоянии…

Вот почему-то мне это обещание совсем не понравилось! Но меня никто не спрашивал: мое эфирное тело вышибло из Светкиных покоев и перенесло в спальню Кондрада.

Мой муж, полностью одетый, спал на широком королевском ложе, богато задрапированном лиловым атласом и ярко-синим бархатом. Королевские апартаменты были обставлены с любовью, красивы и роскошны. В глаза бросались высокие напольные вазы цветного стекла, дорогие, шитые золотом драпировки, узорчатые занавеси и бархатные шторы. Сине-золотые тисненые шелковые шпалеры. Даже в мелочах чувствовался Иалонин эстетический аккуратизм, доходящий до фанатизма.

Исключение составляли лишь стянутые кем-то с Кондрада высокие сапоги с отворотами, небрежно оставленные валяться на полу рядом с кроватью.

Мой благоверный широко раскинулся, скованный тревожным, беспокойным сном. Твердая линия подбородка смягчалась посредине ямочкой. Запавшие от усталости глаза осенены тенью густых ресниц. Высокий лоб прорезала глубокая горькая морщина.

Все мое существо устремилось к нему, стремясь поцеловать, успокоить, погладить… хотя бы просто побыть рядом!

Бойтесь своих желаний, а не то они исполнятся!

Хотела прижаться – нате! Какая-то безудержная сила потащила меня вперед, силком уложила рядом с мужем и прижала тесно мою голову к широкой груди мужа. Да так, что оторваться было невозможно. Замечу, не то чтобы я была против, но хотелось бы обойтись без ущемления собственной свободы и личного пространства.

Конечно, я подергалась для приличия, но потом закрыла глаза и…

 

Чужая спальня. Высокое решетчатое окно. В серебристом свете луны хорошо заметно движение на кровати, скрытой прозрачной занавесью балдахина.

А там… На шелковых простынях двое сплелись телами. Красивый черноволосый мужчина и хрупкая светловолосая женщина. И они явно не в шахматы играли! За что мне все это?

Мужчина шептал:

- Люблю! Моя! Люблю!!! – вызывая у партнерши низкие горловые звуки.

Голос, манера двигаться, гордый постав головы - кого мне все это напоминает? Что-то невероятно знакомое в его манере отбрасывать волосы назад, тихом шепоте, в котором слышатся рокочущие переливы… словно мой муж мог взять и раздвоиться.

- Стефа-а-ан… - Простонала девушка.

- Мири, любимая… - Тяжело дыша, мужчина вытянулся рядом с ней.

- Стефан! – положила ему голову на плечо блондинка, прикрывая глаза.

- Мири, завтра я должен буду уехать за разрешением на брак, надо подать прошение королю, – мягко сказал Стефан. – Миреала, наш ребенок не должен родиться бастардом.  А теперь – ум-м-м! Кто у нас тут такой сладкий? – И он приник к ее губам в поцелуе.

 

- Герцог? – неверяще выдохнул Кондрад. – Мама?!

- Ваше величество! – раздался тихий, но настойчивый стук в дверь.

- А?! – подскочили мы с мужем на кровати, стряхивая с себя остатки сновидения. Вернее, он подскочил, а меня снесло в угол.

Вот скажите мне, пожалуйста, на хрена быть заместителем верховного бога, если все равно ничего не можешь делать сама! В чем кайф? В звании?!

- Ваше величество, - продолжали нас настойчиво домогаться из коридора. – Это срочно!

Кондрад устало потер ладонями лицо, вздохнул и поднялся, шествуя на стук почти не разлепляя глаз. Меня тут же потащило за ним. В этом конкретном случае меня все устраивало. Тем более, соответствовало «прилепись к мужу своему».

Честно говоря, я бы не просто прилепилась, я бы вмазалась, вклеилась и вжалась. И еще много чего еще… Но пока мне лишь дозволялось держать его в поле зрения. Ну, Рицесиус, погоди! Будет и на моей улице тележка с гранатами!

- Что случилось? – открыл дверь муж.

В коридоре обнаружилась решительно настроенная леди Мадлен с неизменной пахитоской.

Наша «культуристка» выползла в очень характерном наряде: на голове у нее «фонтанж», головной убор из многоэтажного кружева и алых лент, я такие на старинных портретах итальянок видела. На нижнее узорчатое платье и корсет сверху надето темное-синее, почти черное бархатное платье «мантуя» – по сути своей, распашной капот или накидка; спереди пиджак, с тыла - полноценное платье. Да, забыла сказать: сзади «мантуя» на попе так присборена, что становится похожей на турнюр. Из-под лифа на груди, на рукавах, на подоле из-под кружев – везде выглядывают кокетливые красные бантики. А если вспомнить фигуру дамы и ее размеры… короче, писец!

 На груди Мадлен нацеплена сложная бриллиантовая брошь, похожая на крест без верхней части. Кажется, орден. Неужели эту леди когда-то еще и наградили? Интересно, за что?

- Ваше величество, - перешла она сразу к делу. – Мне кажется, вам кого-то не хватает. – Многозначительный знак глазами себе за спину. - И поскольку ваша супруга манкирует своим супружеским долгом… - (От этого тезиса я начала потихоньку звереть.) То я взяла на себя смелость найти вам ее временную заместительницу…

- Кого вы нашли?.. – удивленно переспросил Кондрад, не совсем хорошо соображая спросонья, да еще и после высококачественного снотворного доброй Иалоны, ничего не пожалевшей для нового родственника.

- Вот! – Леди Мадлен протянула руку, толщине бицепса которой позавидовал бы мужчина-штангист и вытащила из-за двери худосочную мелкую девицу с длинными каштановыми волосами и светлыми глазами. Слава богу, без декольте. Хотя я подозревала, что это было сделано специально. Для того, чтобы дама из платья не выпала. Там просто зацепок спереди не было. Никаких. Ровная доска.

- Кто это? – нахмурился мой муж, начиная подозревать, что ему хотят втюхать что-то непотребное, но все еще не соображая, что именно.

- Эта милая леди…

Невзрачная шатенка захлопала ресницами и закрутила головой, пытаясь найти обозначенную особу.

 – Эта милая леди… - настойчиво повторила Мадлен, видимо, исполняющая здесь роль дворцовой бандерши. - Будет ПРОСТО СЧАСТЛИВА, - Мадлен изогнула свой стан и тихонько, с каким-то намеком, коснулась шатенки своим бедром. Ту снесло на пару метров.

Пока мы с Конрадом коллективно пребывали в глубоком остолбенении и полном офигуе, мадам закончила предложение:

 - Счастлива… - Мадлен зазывно улыбнулась Кондраду. - Помочь вам решить некоторые проблемы.

- Она умеет сражаться с горгулами? – наивно полюбопытствовал Кондрад, прислоняясь плечом к косяку и складывая на груди руки. Повел плечом: – У меня другой проблемы сейчас нет!

- Она умеет сражаться со всем, что еще шевелится, - толсто намекнула бандерша, игриво подмигивая. – Дозволите показать, ваше величество?

- Чего?!! – возмутилась я, просачиваясь вперед и вставая перед мужем. В руке каким-то чудом оказался топор, который я случайно уперла у орков.

- Хотите посмотреть товар лицом? – не отставала леди Мадлен, доставая свою подопечную и начиная ею крутить под носом у Черного Властелина.

- Лично я! – рявкнула я в сердцах, начиная проявляться и исчезать совсем как милицей… полицейская мигалка. – Хочу посмотреть на ваши убегающие отсюда задницы! – и подняла топор.

- Ой! Смерть! – Пискнули обе дамы и рухнули в обморок. Причем, Мадлен по старшинству - сверху.

Я их прекрасно понимаю. Сама бы себя испугалась: грязная, драная и с топором. По шкале нравственности от приличного до распущенного мое сильно декольтированное в неположенных местах гипюровое платье определенно попало в последнюю категорию.

- Илона, - страшно обрадовался муж, протягивая ко мне руки. – Ты здесь?!

- Уже нет, - крикнула я, чувствуя неумолимый призыв. – Но когда я вернусь…

- Главное, - заорал муж в ответ. – Возвращайся! Если я сам тебя найду, то там уже ничего не будет!

- Там и так ничего не будет, - пожала я плечами, перемещаясь на Олимп. – После меня. Ты уж поверь…

На этот раз временные пенаты встретили меня сокровищами Али-Бабы, которые он стыбзил у несчастных сорока разбойников, став при этом народным героем. Типа, если украл у вора, то это героизм. Но это уже отвлечение от действительности и демагогия.

Посреди зала, заваленного золотом, украшениями и всем, что полагается в таких случаях для антуража, на троне, переквалифицировавшемся из нормального кресла в золотой стульчак с торчавшими на сидении во-о-от-такенными алмазами, висела записка.

Вернее, записка стояла, потому что кто-то пожалел дерево и нацарапал на золотом подносе цидулку: «Ушел, но скоро буду. Не забывай выполнять свои обязанности! Риц».

- Поц! – гневно пробормотала я, оглядываясь и выискивая хоть какое-то место, где можно было бы отдохнуть, не опасаясь, что тебе под задницу попадет антиквариат.

Пока я крутила головой, надо мной снова развернулся виртуальный экран и еще одна из красных линий достигла предела, сопровождаясь гнусавым голосом: «Перекидывайтесь, или мы вышвырнем вас сами!»

И кто б меня еще спрашивал! То есть покой нам только снится, а сон только грезится. Бабулины мухоморы уже стали казаться недосягаемым лакомством. И этот лишь первый день на посту. Ужас, это ж до чего я отощаю… Слушайте, может этот верховный свои латы не снимает, потому что внутри уже ничего нет? Все, так сказать, на честном слове держится?

- Мама! – обрадовалась я, оказавшись позади родительницы, которая в этот момент согнулась над требующим оценки экспонатом. Рядом топтался сильно взъерошенный мужичок, постоянно подпрыгивавший на месте от нетерпения.

- Мам! – повторила я, протягивая руку и касаясь ее плеча. Естественно, без подлянки не обошлось, и нас тут же выдернуло из этого измерения и перенесло…

В пещеру Али-бабы, но не того, который все заныкал на Олимпе. Этот был побогаче и, судя по всему, ободрал уже восемьдесят, а, может, и восемьсот разбойников.

- Интересно, - мама, не разгибаясь и не отвлекаясь на посторонние детали, разглядывала в лупу новые поступления. – Какая прелесть! Это, похоже, еще более ранняя работа, чем мы предполагали, Нико…

- Чего? – Из груды золота показалась громадная когтистая лапа и потянулась в нашу сторону.

Я встала в стойку, сжимая неизменный топор. За маму всем мать покажу! И дракона, если надо, на атомы распылю и аннигилирую!

- Хочу все же сделать вам порицание, - рассердилась мама, не отрываясь от побрякушек. – Такие сокровища - и в таком ужасающем состоянии! Сваленные на пол одной кучей, без инвентаризации, без должного ухода. Они же теряют в стоимости!

- Да вы что?!! – Из той же груды высунулась драконья голова, посверкивая изумрудными глазами.

- Вы собрали огромное количество высокохудожественных ценностей…

На очередной мамин выговор открылась пасть:

 – Все так серьезно?!!

- А вы как думали? – возмутилась моя родительница, поднимая одну из металлических ваз, покрытых чеканкой, и повернулась на голос. – Вот смотрите…

Дракон послушно навис над мамой и чуть не ткнулся носом в вазу.

- Не так близко, - отвела мама чешуйчатую голову. – Вы слишком интенсивно дышите и портите климат-контроль.

Дракон перестал дышать. И я вместе с ним.

Как это похоже на маму! До такой степени увлеклась любимым делом, что сейчас кому угодно, даже дракону, лекцию прочитает.

- Видите, - мамуля ткнула пальчиком в поверхность. – Здесь глубокая царапина, которая нарушает целостность чеканки - а, значит, умаляет ее стоимость. Такие вещи следует брать очень, очень осторожно…

Дракон поднял к морде лапу и задумчиво пошевелил когтями.

- А еще, - родительница вскочила на своего любимого конька, и перевернув вазу, показала: - Здесь громадная вмятина!

- Где? – полузадушенно прошептал дракон, стараясь ничего не портить.

- Да вот же! – еще раз указала мама. – Видите?!! Вы ее что, роняли?!!

- Иногда, – сипло призналась рептилия и виновато поджала хвост.

- Вы ее роняли?!! – возмутилась маман, окончательно выходя из себя и поднимая глаза. – Это же преступление перед человечеством!

- А это кто? – отшатнулась большая ящерица.

- Неважно! – взмахнула лупой моя родительница. – Но все равно преступление! Так неуважительно относиться к таким великолепным экземплярам, которых, может быть, и осталось-то всего… - Она оглядела пещеру, забитую почти до свода. – Много!

Мы с драконом облегченно выдохнули.

- Какая прелесть! – Мама осторожно положила вазу и ринулась к набору драгоценных кубков. – Но хранится все в отвратительных условиях!

- А что же делать? – расстроился дракон, стараясь свернуться клубочком и занимать как можно меньше места, в то время, как моя родительница носилась вихрем по пещере и восторгалась предметами старины, матеря владельца.

- Привет, - приблизилась я к замороченной рептилии. – Как дела? Как погода?

- Привет, - грустно ответил дракон, поворачивая ко мне лобастую голову и блестя золотисто-зеленой чешуей. – Какое-то время назад было лучше. А теперь это создание так сильно уронило мое мнение о моих же сокровищах, что я стал сомневаться – а есть ли у меня сокровища вообще?..

- Будут, - заверила я несчастную ящерицу. – Если будешь слушаться эту богиню золота…

- Она сокровище?!! – оживился дракон, начиная алчно сверкать глазами.

- Сокровище, - согласилась я и показала ему топор. – Но мое! Так что только ненадолго и только взаймы! И если кто-то попытается обидеть мою маму…

- А ты кто? – смерил меня придирчивым взглядом хозяин пещеры.

- Я тут Рицесиуса замещаю, - призналась я. Помялась и добавила: - Еще только учусь, но главное же – не делать кровавых ошибок, правда?

- Чем докажешь? – не поверил мне дракон.

- Да мной! – рядом на мгновение возник верховный бог. – Илона мой временный заместитель.

- Какой ужас! - Дракон закрыл башку лапами, потому что мама в это время раскопала свалку мечей и сейчас выкладывала их по одному, бурча себе под нос. – Она, надеюсь, тоже временно? А то у нас к нашему врачевателю душ очередь лишь в следующем цикле. А это лет сто с гаком.

- Конечно, - пообещала я, слегка кривя душой. И заорала: - Мама! Я тут! И у меня мало времени!

- Илона? – подняла на меня затуманенные глаза родительница и побежала меня обнимать. Обняла по большей части воздух, но это ее не смутило, потому что мгновенно посыпались вопросы, для ответов на которые я должна была потратить всю оставшуюся драконью жизнь.

- Мамуля! – Я подмигнула дракону, и он нежно обвил маму хвостом. – У нас тут маленькая проблема, и тебе, скорей всего, придется немного побыть здесь. Это… - Я в упор глянула на ящерицу.

- Нико, - смутился дракон и шаркнул лапой.

- Ну вы тут разбирайтесь без меня, - мгновенно сориентировался Рицесиус, наблюдая, как с верхушки пирамиды скатилась пара бесценных блюд. И исчез.

- Это варварство! – заявила маман, решительно растягивая руками кольца хвоста. Повернулась ко мне: - Если это ненадолго, и ты проследишь, чтобы папа ел вовремя и не злоупотреблял жирным, острым и соленым, то я, пожалуй, останусь тут на какое-то время…

Дракон вручил мне ведро.

- Здесь нужно поставить стенды, - завелась родительница. – Там - холодильные установки, вот сюда прекрасно встанут витрины…

Дракон с каждым словом начал насыпать мне в ведро золото.

- Взяток не беру! – попыталась отказаться я.

- Даже родной мамой? – печально спросил Нико, искоса наблюдая за деятельной дамой, уже распланировавшей всю его пещеру, не оставляя места хозяину.

- А ты ее со своим врагом познакомь! - посоветовала я, чувствуя, как меня снова куда-то тянет. Пригрозила: – Но если с ней хоть что-то случится…

- А с нами? – еще печальнее спросил дракон, начиная, впрочем, быстро корябать на полу список своих врагов.

- Это эволюция, - бросив последний взгляд вокруг, успела я ответить Нико. И меня с ведром монет в руках выкинуло к Егору. Топор прилетел следом.

Брательник сидел по-турецки в вигваме, весь замотанный в шкуры. Он смотрел на огонь и рассеянно крошил очень неаппетитно выглядевшую лепешку. С таким лицом он даже кирпичи не крошил, я свидетель!

- Ты чего такой кислый? – полюбопытствовала я, обозревая родственника в поисках ран или еще каких повреждений.

- Понимаешь, Илонка, - поднял на меня грустные глаза Егор. – Я тут вроде бог, а жрать у нас нечего. И помочь я им не могу. Все племя голодает.

- Что случилось? – нахмурилась я, складывая топор и ведро, и присаживаясь рядом.

- Здесь год неурожайный, - признался брат. – Второй подряд. Дождей в сезон совсем не было, все травы и посевы засохли. А скот с голодухи какой-то мор унес.

- А новый скот и хлебушка закупить? – вынесла я предложение, участливо поглаживая широкое плечо Гора.

- Откуда у нас деньги?.. – безнадежно взмахнул рукой Егор, и сунул мне под нос лепешку. – Смотри, что едим? Это ж одна тырса. Может, как заместитель верховного бога ты сможешь нам выбить дополнительные дотации, а?

- Пользуешься родственными связями? – смешливо фыркнул я, вставая. Притащила ведро и вывалила перед братом кучу золота: - Ладно, не тушуйся. Я тут за маму взятку от драконов получила…

- Они еще живы? – набросился на монеты Егор. Поднял голову: – А с мамой что?

- Все в порядке, скоро вернется домой, - утешила брата.

Гор попытался сжать меня в объятиях:

- Спасибо, сестренка.

- Мама там драконам коллекции оценивает, - призналась я. – Меня попросили, чтобы она все их барахло в единый фонд не стащила…

- Нам теперь на все хватит, - счастливо звенел золотом брат. – Скажи драконам, что если они будут мешать маме получать удовольствие, то я их коллекции буду своим как зарплату показывать.

- Грубый ты, - попеняла я брату. – Ладно, мне пора, а ты воспользуйся финансами. Мне еще подумать надо…

Олимп меня встретил баррикадами и революционными знаменами. Около пулемета «Максим» сидел Рицесиус в тельняшке, надетой сверху на латы, и в бескозырке, туго натянутой на рыцарский шлем. Широкую грудь бога пересекали патронташные ленты, и воитель изредка палил вверх из маузера, прикладываясь к бутылке с мутной и вонючей жидкостью.

- И в чем засада? – приветливо помахала я ему сначала ведром, потом топором.

Можно было, конечно, и стукнуть, но уж шибко расстроенным и подавленным выглядел бог.

- Вот знаешь скока я в отпуске не был? – пробурчал Рицесиус вместо приветствия. И сам ответил: - Восемь сотен лет! Понимаешь?!! Восемь сотен!

- Сочувствую, - кивнула я, прикидывая, как бы отобрать у него «Максим» и развернуть баррикады в обратную сторону. – И в чем проблемы? Дуру ты вроде бы уже нашел. Обязанности верховного бога я уже частично уделала… отделала… освоила. Вали себе в отпуск, пока катастрофа не случилась…

- И я ведь в лучших намерениях, - продолжал накачиваться самогонкой бог. – В самых лучших намерениях, - повторил он, стреляя из маузера. – Пошел предупредить твоего мужа, как друга, как воспитанника, как доверенное подлецо… лицо!

- И что?! – встревожилась я за мужа. Бог, вон, целый сидит, а муж - еще неизвестно!

- И вот благодарность! – пожаловался мне Рицесиус. – Никакой благодарности! Совсем!

- Что ты ему сказал? – нависла я над богом с ведром и топором. Взревела: – Быстро признавайся, что ты вякнул?!!

- Я ему сказал, - икнул верховный, взбалтывая самогонку и рассматривая ее на свет. – Что ты слегка занята другими мужчинами и некоторыми проблемами.

- Пипец!!! - ободрила я его, начиная быстро соображать – в какой последовательности бить гада – сначала ведром, а потом топором, или наоборот… ведро использовать для уборки.

- Так и случилось, - кивнул рыцарской бескозыркой бог. – Он сказал мне что-то еще почище и порывался… В общем, все плохо! – Он вытащил из-за пазухи кадуцей и любовно протер его рукавом. – Знаешь, Илона, - обратился он ко мне. – Женитьба как-то плохо повлияла на его состояние. Нервный он какой-то стал. Дерганый….

- Знаешь, ты кто? – вырвала я у него из рук кадуцей и бутылку. – Я, блин, даже сказать не могу, как тебя охарактеризовать. В любом языке вселенной нет столько матерных букв! – Экспрессивно размахивая кадуцеем: – Но я знаю одного человека, который с удовольствием отравил бы тебе всю жизнь! Пока ты бы не стал порядочным человеком! Жалко, что ты не женат на моей бабушке… - И нечаянно долбанула его кадуцеем по макушке: - Я бы с радостью и охотой вас соединила!

Рицесиус исчез.

- А теперь что? – покрутила я в руках палочку-отправлялочку. – Это я справедливость восстановила, или проблем добавила?

Появился грустный-прегрустный Рицесиус в смокинге сверху лат и моя бабуля в свадебном платье.

- Привет, внуча! – заорала Капитолина, крепко держа бога за руку. – Рада тебя видеть, но все же хочу спросить: какого хрена ты мне подсунула этого Железного Дровосека? Он же оттуда не выковыривается!

- Зато он бессмертный, ба! – порадовала я бабулю. – Прикинь, сколько он на огороде вспашет? Вместо трактора!

- Илона! – заорал в ответ верховный. – Имей почтение! Если не как к богу, так как к твоему дедушке!

- Бли-и-и-ин! Кондрад не переживет, - оценила я нанесенный ущерб. – Столько радости на него одного!

- Трактор лучше, - заметила Капитолина. – Он безотказный, а этот уже отмазки ищет! То у меня спина больная, то боится с моим холестерином встретиться!

- Я должен заботиться о своей молодой жене, - заявил Рицесиус, поправляя розу в петличке. – Илона, если ты все же хочешь хоть как-то исправить ситуацию, то разведи нас немедленно!

- Дай бог тебе счастья, бабушка! – обняла я родственницу изо всех сил, злобно оглядывая новоявленного дедушку. – Сил, здоровья, молодости, бессмертия и всего того, чем ты можешь изгадить ему старость! – От избытка эмоций легонько хлопнула бабушку по темечку кадуцеем.

Бабуля хмыкнула, замерцала - и на ее месте уже стояла невысокая, фигуристая рыжая красотка, сияя яркими карими глазами с хитринкой.

- Медовый месяц! – немедленно передумал бог и исчез вместе с рыжей, успевшей мне знакомо подмигнуть.

- А говорят, чудес не бывает, - растерянно села я на пол. – Как я теперь бабулю мамуле покажу? Она же выглядит моложе меня. Кто ж ей теперь пенсию выдаст?

Снова возникли молодожены. На этот раз Рицесиус избавился от своего повседневного костюма и…

 Я узрела довольно симпатичного мужчину средних лет. В обтягивающей накачанные мускулы белоснежной футболке и старых джинсах, облегающих его бедра, как вторая кожа.

Что сказать… выглядел он неплохо даже по нашим земным меркам. Шатен. Симпатичный профиль, как полагается воину, слегка подпорченный длинным вертикальным шрамом на левой стороне лица, который спускался ото лба через глазницу (сам глаз, к счастью уцелел!) до скулы.

Ясные открытые черты лица, умные карие глаза, крупный властный рот с узкими губами. Довольно-таки массивная челюсть. Высокие, скульптурно очерченные скулы. В общем - не красавец, но, как Жан Маре, чисто по-мужски о-очень, очень притягательный. Телосложение отнюдь не хилое, крепкий костяк покрыт хорошо развитой мускулатурой. Широкие плечи особенно подчеркнули узкий таз. Ноги… длинные и стройные, словно у какой-нибудь греческой мужской статуи.

Рядом с ним стояла в белом саронге моя бабуля, которую уже никто даже за мою мамулю не примет, и с недовольством смотрела на мужа. Тот любовно придерживал ее за тонкую талию двумя руками.

- Этот склеротик, - фыркнула Капитолина, протягивая мне шлем. – Забил отдать тебе очень важную вещь…

- Капа, - с намеком сказал бог. – Забыл…

- Сам шляпа, - пожала плечиками бабуля. Обратилась ко мне: - Прекрати на меня пялиться, внуча! У меня вторая молодость и пятнадцатый загул. Если за месяц этого камикадзе до цугундера не доведу, то, может, себе на расплод оставлю.

- Думаешь, он так долго продержится? – удивилась я. – Обычно ты управляешься за неделю.

- Так он мне нравится, - чистосердечно призналась Капитолина. – И в компьютерных играх не безнадежен. В общем, мы пошли выяснять, что он еще может, а ты, если что, меня зови. Сразу приду.

- Не сразу, - плотоядно посмотрел на нее Рицесиус, нагло мне подмигнул и испарился вместе с моей бабулей.

- Мда, - проводила я их глазами и в тоске надела шлем. Потом повесила себе на грудь кадуцей. Схватила свои атрибуты: топор и ведро. В принципе, на экстренный вызов я готова…

Оказалось, почти готова. И хорошо, что большей частью бесплотная. Когда меня переместило в злополучную столовую замка Лайе, то первым меня встретил стул, просвистевший над моей головой.

В общем, там творился форменный кавардак…  С небольшой натяжкой это можно было обозначить как «эмоциональный обмен мнениями». Как всегда, с громадным отрывом солировал Кондрад.

- Не повезло нам, однако! – задумчиво сказал Денис, прикрывая подносом королеву от летящих щепок. - Илона на троне - это…

- А что такое! – возмутилась я, отмахиваясь топором от стульев и собирая в ведро осколки от бюстов родственников. Они же как бы теперь и мои родственники. Пусть и не кровные. Вот так перебежками и продвигалась к беснующемуся мужу, не забывая развешивать уши.

- А связаться с Илонкой можно? – влезла Светка, бросая злобные взгляды на Деррика. - Мужа под бок вернуть, умные советы там по управлению миром передать? У него же больше опыта в таких делах? И он поспокойней будет…

Все посмотрели на Черного Властелина, громящего мебельный гарнитур и вроде как согласились. Молча. Или, скорее, не стали громко протестовать, чтобы не вызвать огонь на себя.

- Можно-можно, почему ж нет? Хоть щас! - мрачно согласился Деррик, нависая над Светкой своим телом и принимая в спину прилетевший в ее сторону снаряд.

- Не используйте чужое горе, - возмутилась свидетельница, успевшая переодеться в платье, соответствующее эпохе пребывания. – Для обретения своей радости!

В качестве отступления, аметистовый цвет наряда изумительно подчеркивал экзотичную красоту девушки, добавляя ей загадочности и таинственности.

- Любимый! – рявкнула я в этот момент, поскольку мне надоело заниматься гимнастикой и захотелось перейти к другим процедурам. И процокала к нему на каблуках свадебных туфель.

Муж замер, покрутил головой и снова устроил атлетическую разминку. Даже с удвоенной энергией. Вокруг свистели градом щепки и обломки и даже временами пролетала шрапнель из родственников.

- А как? – дернул Деррика за рукав мой брат, не забывая оберегать молчаливо сносящую погром королеву.

- Очень просто, - хмыкнул шатен. - Если попадешь к этому сумасшедшему под горячую руку - в тот же день будешь беседовать со своей сестрой на небесах, клянусь богом!

- Не надо о боге! – попросила я, практически добираясь до любимого. – Я тут не знаю, как с насущными проблемами разобраться, а вы мне еще дополнительных хотите подкинуть…

- Это вряд ли, - вступила в беседу Иалона. – Там очередь. К верховному богу не всех допускают, только святых или избранных. - Лукаво спросила: - Как будем писать резолюцию для Кондрада: святой или мученик?

- А вместе нельзя? – на полном серьезе спросил мой брат. – Чтобы наверняка. И потом… рядом с моей сестренкой он эти звания отработает досрочно…

- Нормальная она! – хлопнула по столу ладонью Светлана, другой рукой отпихивая настойчиво прикрывающего ее шатена. – Это вы все специально выдумываете, чтобы нас, женщин, в неполноценности обвинить и стать центром вселенной!

- Какая умная мысль, - скривила губки Иалона, внимательно рассматривая блондинку. – Вы, похоже, небезнадежны. Предлагаю, если выживем - скоротать вечерок в шахматы и обменяться мнениями.

- Да не вопрос! - пожала плечиками, прикрытыми изящным кружевом, моя ветреная подруга. – Только от довеска избавлюсь, - мах головой в сторону Деррика, - и сразу к вам.

Ко всеобщему развлечению дополнительно привлекли стражников. И закипело веселье!

Если Властелин несся за стулом с гнутыми позолоченными ножками или тумбочкой розового дерева… или еще каким предметом интерьера, толпа громыхающих доспехами вояк мчалась за ним. Если служивые не успевали догнать воителя раньше и отобрать, то бежали уже в противоположную сторону.

Часть придворных продолжала стоять на коленях с молитвенно сложенными руками, блаженно пялясь на то место, откуда, как я предполагала, только что усвистало местное божество…

А новое божество на стажировке ползло под обстрелом к высоте под именем Кондрад.

Словом, в малой королевской столовой всем нашлось занятие…

- Он не имел права так ее подставлять! – ревел мой муж, с пеной у рта начиная обстругивать любимым мечом колонны.

- Слушай, - возмутилась я, практически достигая нужной точки для тактического захвата. Или тактильного? Неважно. В крайнем случае, всегда можно добросить ведро. – Тебе что, интерьер не нравится? Так вызови дизайнера! Зачем самому экспериментировать!

Меня никто не услышал. Дебош плавно перешел в погром.

 Я посмотрела на пострадавшую колонну и заметила:

 - Еще и так неудачно…

А тем временем Кондраду, видимо, показалось мало развлечений, и он рванул куда-то, где, по его разумению было гораздо интереснее.

Денис с Дерриком переглянулись и, не сговариваясь, припустили следом за ним, пока этот малахольный весь королевский дворец не развалил. Что сказать - молодец! Классно получается: Кондрад долбит стены изнури, горгулы - снаружи.

И все при деле…

- Куда это он? – нахмурила брови Светка, провожая мужчин недоуменным взглядом.

- К горгулам, - любезно ответила королева и отдала команду прибраться.

- Кошмар! – заорала моя подруга, вскакивая на ноги. Она приподняла подол и бегом понеслась на выход с криком: - Блин! Если с ним что-то случится, Илонка мне не простит!

- Я никому не прощу! – пообещала я всем, выскакивая за ней. – В первую очередь мужу!

Ориентируясь на сломанную мебель и порубленные шторы, мы выскочили на крышу. Вот тут-то и началось истинное веселье. Наше.

Для начала с горгулами сражался только Деррик. Потому что от Кондрада они по непонятной причине шарахались, как черт ладана. А Денис шарахался от них сам, потому что схватил двуручник, и теперь брата таскало из стороны в сторону.

- Илона! – бросался на бедных зверюшек мой муж, угрожая мечом.

- Нету у нас такой, -  наотрез отказывались признаваться горгулы.

- Как-то все странно! – орал Деррик, отбиваясь от основной массы желающих отхватить свой фунт мяса. Хотя где у него там мясо? Жилы одни и этот… жертвенный хм, «кадуцей», который Светка не хочет.

- У вас все мечи такие неудобные? – пыхтел мой брательник, удерживая своих противников на расстоянии круга, очерчиваемого мечом.

- Не сметь трогать мужа моей лучшей подруги! – вырулила на крышу Светлана и встала в боксерскую стойку, сжав кулачки.

- Вот это краля! – обрадовались оккупанты и, побросав всех остальных, кинулись к ней. Я тоже к ней рванула – думала, они ее убивать будут. А они представляться начали. По имени-отчеству, званию и заслугам. И все в очередь.

- Света, - занесло к ней сбоку Дениса. Тот воспользовался моментом и подсказал: – Ты потом скажи, что не успела запомнить. Пусть повторят еще раз, пока мы Кондрада вниз утащим.

В принципе всех устраивал такой расклад, но тут освободился Деррик. Он взглянул на мир ясными глазами и увидел светоч своих кошмаров, окруженный любезничающими противниками.

Все пошло по второму кругу!

- Не сметь лапать Светану! – немедленно завелся лорд-наместник и бросился к прекрасно себя чувствующей девушке. – Отойдите!

- Безобразие!  - только и успела сказать Светка перед тем, как шатен схватил ее за руку. И их замкнуло друг на друге. Натурально. Током.

Отошли все! Даже те, кто не планировал.

- Почему ты не пришел ко мне, рыцарь? – надменно сдвинув брови, поинтересовалась девушка, откидывая развевающуюся от невидимого ветра прядь волос.

- Я приходил, моя Светана, - встал на колени Деррик, покаянно наклонив голову, но не выпуская ее руки. – Ты прогнала меня!

- Ты лжешь! – вспыхнул вокруг них яркий белый круг. – Ритуал должен быть завершен!

- Подтверждаю, - закивала я, наблюдая, как Денис с громадным трудом и с помощью стражей утаскивают Кондрада с крыши под радостные вздохи горгулов. – Он приходил, себя предлагал. Ты не взяла. Сказала, что все хорошо, но мало. Чего мало - не уточняла, а он постеснялся спросить…

- Ах так? Да! Хорошо. – Светка в ипостаси этой мымры меня услышала и слегка смягчилась, обращаясь к Деррику: - У тебя будет еще один шанс, рыцарь. Если не придешь сам, я приду к тебе. И ты знаешь, что потом будет! Ты станешь безвольной вещью, игрушкой в моих руках. Не доводи до такого.

- Че-то я с ней уже знакомиться не хочу, - вякнули с задних рядов крылатиков. – Она мужиков совсем не уважает. Мотри, если все бабы такие будут?

- У-у-у! – провыли все и пригорюнились.

- Я не подведу, моя Светана, - безнадежно пообещал Деррик, приникая к ее ладони почтительным поцелуем и потом отпуская.

Свечение мгновенно погасло, и девушка крупно вздрогнула всем телом. Ее глаза обрели осмысленное выражение и…

- Не подходи! – схватилась она за меч, который мой брат аккуратно положил на крышу. Наверно потому, что ему надело за ним мотыляться. Так вот, Светке мотыляться не пришлось. Она просто-напросто с громадным трудом удерживала оружие в дрожащей руке.

- Сладкая, - посмотрел на нее шатен взглядом голодного мангуста. – Это не игла для вышивания. Положи, пожалуйста, клеймор, и мы поговорим…

- Размечтался! – фыркнула Светка. – Стану я с тобой разговаривать без посредников… - Она покосилась на меч. - Или без подручных средств, - кивнула на горгулов.

- Не-не! – сразу отказались те. – Мы не вмешиваемся! У нас этот… трахитет…

- Нейтралитет! – поправил говорившего какой-то грамотей из толпы.

- Это трусость! – сообщила всем Светка. – Я буду защищаться!

- Почему никто не выполняет моих заданий? – накрыло нас тушей начальника горгулов.

- Знаешь, - быстро передумала Светка, уронив клеймор и запрыгнув Деррику на руки. – Я потом позащищаюсь. Когда ты меня спасешь!

И они покинули открытое пространство, не дожидаясь боевых репрессий.

- Бездельники! – забегал по крыше гигант, начиная раздавать «награды» подчиненным ударами колоссальных крыльев.

И тут он увидел меня.

- Илона? ИЛОНА?! – Потряс головой и присмотрелся. Разочарованно простонал: - Илона… - Длинное замысловатое выражение, полный смысл которого доступен к пониманию только среди высших аристократических отбросов.

- И? – подбоченилась я, залихватски заламывая шлем на затылок. Правда, он потом быстренько сполз обратно, но это уже были сущие пустяки по сравнению…

- Как ты могла?  - затрясло моего оппонента от еле сдерживаемой ярости. - Как ты посмела?!!

- Посмела - что? – искренне заинтересовалась я таким душевным излияниям. Или, вернее, изрыганиям. 

- Как ты посмела… умереть? – выдал мне окончание мысли каменный птиц. Этот, который в деревнях рано поет, но называть его нельзя.

- ЧЕГО?!! – смертельно обиделась я. – С чего вдруг такие скоропалительные выводы? И вообще, это мое личное дело!

- Это мое личное дело! – затопал на меня крыльями этот придурочный. Нет, я не ошиблась! А как еще можно охарактеризовать катание по крыше в глубоком экстазе? - Ты должна свою смерть мне! Вместе с Конрадом! Я за это все отдал, последним заплатил!

- Да?.. – не поняла я его логики. – Ну, извини, если разочаровала!

Тут меня потянуло с крыши по срочным делам…

- Куда! – вскочил на когтистые лапы главный истерик. – Куда ты снова убегаешь?

- По делам, - честно призналась я, истаивая в воздухе. – Но ты это… не отчаивайся. Я еще вернусь. Наверное… В общем, жди меня, и я вернусь, только очень жди!

- О-о-о! – выл главный горгул, раздавая своим подчиненным волшебные по силе пендели. – За что-о-о!!!

- Это карма, - вздохнула я, пытаясь объяснить, что невиноватая я и вообще…

Олимп попытался оглушить меня Ренессансом. Не получилось. Я пребывала в печали и мне все эти бархатные тряпочки, позолота, скульптуры и живопись за бешенные деньги были пофигу.

Мне не давала покоя одна мысль: кого мне так напоминал начальник горгулов и почему он к нам так прицепился?

Я уселась на трон - слава богу, без алмазов в заднице! -  и подумала, что стало скучновато и никуда не выдергивают по срочным делам.

Может, устроить себе выходной? Я же все же исполняю обязанности… да-а-а-а, именно обязанности, а не права…

Тут посреди зала громыхнуло, сверкнуло и пошла дымовая завеса. Я на всякий случай залегла под трон. Не знаю, кому как, а мне еще мужа успокаивать…

Из тумана выпал дочерна загорелый «Аполлон» в простыне и с лейкой. Поверх нахмуренного чела рокового блондина с карими глазами болтался нимб золотистого цвета. На стройных волосатых ногах (в боги по этому принципу отбирали?) - белые сланцы. На мощной шее медальон размером с суповую тарелку.

Я из укрытия решила, что опасным он не выглядит, а маньячить в своем присутствии я ему не позволю, и вылезла наружу, представ перед ним во всей красе. И блистая всеми аксессуарами.  Потому что для меня это было важно и ничего кардинально в своем имидже менять не хотелось. К тому же я его где-то уже видела…

Мужчина с лейкой покрутил головой по сторонам, приметил меня, всю красивую и загадочную, и резво потанцевал в моем направлении.

К слову, как бы вы восприняли девушку в грязном свадебном платье с рваным подолом, боевом шлеме и с топором в ведре? То-то! И у него возникли такие же нездоровые ассоциации.

- Ты кто, таинственно-прекрасная дева? - хорошо поставленным рокочущим голосом поинтересовался мужик в шлепанцах, красочно подбоченившись на левый бок.

- А что, девой быть обязательно? – Я аккуратно сняла шлем и ослепила его бриллиантами и тем, что было под шлемом. – А вы кто?

- Вообще-то, - стрельнул в меня глазами бог. – Я первый спросил. Но, так и быть, развею твое невежество и представлюсь. Я - бог Тандер!

- Почему у меня глагол «представлюсь» вызывает какие-то другие ассоциации? – пробурчала я себе под нос. Громко сказала: - Очень приятно. На чем специализируетесь?

- Ты, дева, совсем скорбная на голову? – едко полюбопытствовал лейконосец. – Я – Тандер! Понимаешь, - показал он на лейку. – Тандер!

- Коммивояжером подрабатываете? – попыталась угадать я. Видимо, слегка промахнулась.

- Богом я подрабатываю! – заорал мужик, выпрыгнув из шлепанцев. Набросился на маленькую беззащитную девушку: – Где Рицесиус?

-  В отпуске, - честно ответила я. – Я тут за него отдуваюсь. А то, что вы подрабатываете богом – это хорошо. Только основная специальность - какая?

- Куда катится этот мир?! - возмутился Тандер и мгновенно переоделся в джинсы и голубую рубашку. Для представительности, наверно. – Я бог дождя, грозы и молнии!

Я чуть с ихнего Олимпа не рухнула от неземного счастья.

- Вот тебя-то мне, голубчик, и надо! – радостно заорала я, вскакивая из кресла и устремляясь к оцепеневшему богу. – Ты мне должен!

- Дева, окстись! - попытался увернуться от меня бог. – Я тебя первый раз вижу!

- Дай бог, не последний! – порадовала я божество, вцепляясь в него клещом. – И мы сейчас пойдем оформлять наши отношения!

- Я женат, - мгновенно отреагировал мужчина, напрягаясь в попытке оторвать меня от себя и сохранить себя же целым. Кто ж ему даст!

- Это не помешает, - ласково заверила его я и утащила… к Егору.

- Братан! – завопила я, возникая на месте какого-то сборища орков. – Я тут к тебе с подарком!

- Макитра Илона! – долбанулись все о землю. – И Микитра с железякой!

- Илона, - с глубоким чувством заорал Егор, перескакивая через бьющих земные поклоны орков. – На хрена ты мне учения испортила?

- Я тут тебе мужика в подарок притащила! – радостно поволокла я к нему очумевшего Тандера. – Смотри, какой клевый! Просто лапочка!

- Ты совсем без мужа мозгами двинулась? – нахмурился брат. – Ты серьезно предполагаешь, что мне этот мужик понравится?

- Конечно, - счастливо улыбнулась я. – Он же бог!

- И что? – выпрямился во весь свой гигантский рост Гор. – Это спасет его от мордобития, если он надумает к тебе или, не дай бог, ко мне приставать?

-  Да на кой вы мне! – возмутился очухавшийся Тандер. – Я женат!

- Спасет, не сомневайся! - уцепилась я в него покрепче. – Егор, он бог – дождя, грома и молнии!

- Друга-ан! – мгновенно расцвел брат, распахивая крепкие объятия. – Как мы тебя ждали, совсем измучились! Чего к нам давно не заходил?

- Куда? - начал озираться Тандер, который явно начал что-то соображать. – Вы кто? И что вам от меня надо?

- Так дождя, - ответил Егор, ласково ощерясь и довольно потирая кулаки. – Тут его целую вечность не было!

- И все? – подозрительно уставился на нас бог, прекращая выкручиваться из наших загребущих ручек.

- Ну да, - с честным видом кивнул Егор, показывая мне жестами сматываться.

- Вы тут разбирайтесь, - я всегда была очень-очень понятливой. – Я к вам потом зайду!

И исчезла под крик «Микитра Тандер! Мы тебя любить будем сразу скопом!».

А на Олимпе я попала в натуральный дурдом, где горгулята дрались с чем-то непонятным и пушистым, но весьма настойчивым и достаточно злобным.

- Нам эту бабу очень надо! – неслась на волосатые маленькие клубки с ручками и ножками лавина горгулов, сметая с дороги все. Ренессанс не выжил.

- У нас баб нет! – орали в ответ мелкие, шустро работая кулачками. – У нас есть одна девушка, но она нам самим нужна!

- Что здесь происходит? – грозно поинтересовалась я, сгружая свои манатки.

- Сейчас все уберем! – испуганно пообещали шарики и быстренько выпихали горгулов за пределы зала. Потом так же шустро навели порядок и встали передо мной виновато потупившись. – Мы это… нам того… как бы это…

- Вы кто? – оглядела я неожиданных подселенцев. – Домовушки?

- Ну-у-у-у… - задумчиво протянули пушистики. – Мы как бы спорить не можем… Но мы и как бы выше… И название это нам как бы…

- Понятно, - остановила я словесный поток «как бы». – Давайте тогда думать. Олимпушки мне не нравятся самой. Как бы вас еще назвать?

- Исполняющая обязанности верховного бога Рицесиуса Илона, - поднял ручку один из клубочков, чуть больше по размеру остальных, - дозвольте слово молвить?

- Дозволяю, - кивнула я, забавляясь их комично-серьезным видом.

- Нас когда-то, в другой версии и другом измерении называли парфенушками, - заскреб ножкой клубочек. – Мы как бы к этому привыкли и как бы…

- Все! -  прервала я новый фонтан «как бы». – Возражений не имею! Будете парфенушками. А вы кто?

- Парфенушки мы, служители,- забеспокоился клубочек. – Может, вам, исполняющая обязанности верховного бога Рицесиуса Илона, чего-нибудь холодненького принести или успокаивающего?

- Это бы не помешало, - согласилась я, усаживаясь на восстановленный трон. – Но какие у вас обязанности?

- Мы можем все! – заявили парфенушки и притащили мне громадный ледяной куб. – Вот! Можно так лизать, а и можно головой прикладываться.

- Или стучаться, - не стала я отрицать полезность ледяного куба. – Но мне что-то пока не хочется ни лизать, ни прикладываться. Унесите, пожалуйста, пока он не растаял и не подмочил мне репутацию.

- Слушаемся! – кивнули мохнатики и выкинули ледышку в окно.

- Илона! – раздался оттуда вопль раненого лося. – Ты и за это мне ответишь!

- Кто это там такой громкий? – искренне удивилась я, рванув к окну вместе с основным отрядом помощников. И увидела, как вниз летит начальник горгулов с ледяным кубом на рогах. Пожала плечами: – Чем это он так недоволен? Приложили же ему средство для успокоения.

- Наверное, мало приложили, - решили парфенушки и выкинули второй куб вдогонку. Жалко, мне не удалось посмотреть, как это подействовало, потому что меня выдернуло…

Прямиком на бабу, которая атаковала моего мужа.

- Это как понимать? – разъярилась я, рассматривая, как мой ненаглядный супруг отдирает от себя даму в пеньюаре на босу ногу и с плотоядным оскалом, яркую блондинку с великолепными влажными глазами раненой лани.

- Ваше величество! – верещала эта начинка для крокодила в моем лице. – Ради страны! Ради государства! Я помогу! Я все вам отдам!

- Мне много не надо! Я неприхотливый, – заверил ее Кондрад, решительно выпихивая фрейлину за дверь и запираясь.

- Если я вам не нравлюсь! – завывало за дверью будущее привидение в пеньюаре, беснуясь. – То леди Мадлен подыщет…

- Убью! – рявкнул муж, долбанув в створку кулаком.

- Это у вас, ваше величество, неудовлетворение так сказывается, - уверенно сообщила ему вышеупомянутая леди Мадлен, павой выплывая за его спиной из потайного хода вместе с двумя претендентками на звание «дама без головы». Мадлен была с неизменной пахитоской в зубах и вела себя, как хозяйка дома с уважаемым гостем – не раболепствуя и лучась спокойной уверенностью в правильности своих действий.

Я аж зубами заскрипела. Ну конечно, если снаружи крепость на замке, можно взорвать ее изнутри!

Я взвесила в руке неизменный топор, кровожадно примеряясь к ближайшей красотке.

Около 3 лет
на рынке
Эксклюзивные
предложения
Только интересные
книги
Скидки и подарки
постоянным покупателям