0
Корзина пуста
Войти | Регистрация

Добро пожаловать на Книгоман!

Или войдите через:


Новый покупатель?
Зарегистрироваться
Главная » Сердце в клетке » Отрывок из книги «Сердце в клетке»

Отрывок из книги «Сердце в клетке»

Автор: Комарова Марина

Исключительными правами на произведение «Сердце в клетке» обладает автор — Комарова Марина Copyright © Комарова Марина

Глава 1. Начало начал

— Вы хотите замуж? — спросил он.

Да, так и спросил. Просто и со вкусом. К чему хождение вокруг да около? И всё бы ничего, но познакомились мы всего десять минут назад.

Я озадаченно посмотрела на собеседника. Посмотреть было на что. Высокий и статный, явно обеспеченный, если судить по элегантному двубортному полупальто, чёрным брюкам и туфлям, что одни были дороже всего моего наряда вместе с украшениями и телефоном в сумочке.

Ему было где-то от тридцати пяти до сорока, насколько удалось определить возраст, точнее никак не выходило. Волосы едва касались плеч, густые, тёмные с виднеющимся серебром седины. Черты лица правильные, высокий лоб, немного хищно загнутый нос, красивой формы губы. Проницательный взгляд карих, как кофе с коньяком, глаз поверх прямоугольных узких очков без оправы.

Полупальто он не застёгнул полностью, поэтому удалось разглядеть ворот белой рубашки и галстук. Не удивлюсь, если там ещё в придачу баснословно дорогой костюм. И едет его владелец с какой-нибудь деловой встречи, а дорогая машина стоит возле Торгового центра «Афина», в который меня затянула неугомонная Светка.

— Зависит от условий, — наконец-то ответила я.

Знаете, когда тебе уже под тридцать, то гормоны немного притихают, кризис двадцати пяти лет проходит, а родные и близкие машут рукой, и уже не ставишь замужество приоритетом. Ну, или дело было исключительно во мне: вступить в брак во что бы ни стало я не стремилась.

Он хмыкнул:

— Практичный подход.

А потом что-то всунул мне в руки и, очаровательно улыбнувшись, от чего у меня вдруг сердце оказалось не на месте, произнёс:

— В следующий раз не теряйте.

На миг я почувствовала горьковато-свежий запах его парфюма и хорошего табака.

А потом он вышел из бутика, словно и не было этого странного разговора. Оторопело посмотрев вслед, я перевела взгляд на то, что он вложил мне в руки. И тут же почувствовала, что заливаюсь краской. Файлик с распечатанными статьями на тему: «Как выйти замуж?» и «Как соблазнить мужчину мечты?» и прочим в подобном духе, что смотрели на меня сквозь прозрачную плёнку. Укоризненно так смотрели.

Вот Маруся, где я умудрилась забыть его? Это ж Светке несла по большой девичьей дружбе. М-да, надо бы следить за своими вещами. Точнее, за вещами подруги, которая дала мне их подержать. А этот щёголь, получается, заметил и решил отдать пропажу? Однако. Ведь точно: когда я входила в бутик поглазеть на часы и прочую милую женскому сердцу дребедень, моего «помощника» тут не было. Вошёл следом, судя по всему.

Я вздохнула и посмотрела на часы, выставленные за стеклом витрины. Серебристые такие, изящные, с искусственными аметистами на циферблате. Современные женщины не всегда носят часы в эпоху мобильников и прочих полезных гаджетов, но я жила по старинке. Необходимо было чувствовать на руке холодящий металлический браслет и иметь возможность в любую секунду вскинуть левую руку, чтобы взглянуть на время. Только вот цена у присмотренных часиков… впечатляла. До Нового года придётся хорошо так поработать, чтобы собрать нужную сумму. Правда, не до этого, до которого осталось каких-то пару недель, а до следующего. И то при условии жесткой диеты и гардероба в стиле «Конфискат — наш выбор».

Светка влетела в бутик, задорно шурша пакетами и распугивая посетителей. Завидев меня, деловито подошла, цокая каблуками по гладкому скользкому полу, и остановилась рядом.

— Я купила. Можем идти. А ты тут что?

Светка демонстративно покрутила головой, давая рассмотреть серёжки с крупными винно-красными камнями, в которых при попадании света проскакивали фиолетовые искры. Учитывая, что она вообще-то оставалась смотреть нижнее бельё, покупка меня впечатлила.

— Красиво, — выдавила я, отворачиваясь от часов и отдавая ей файл со статьями. — На, а то на меня уже косо смотрят.

— Кто? — озадачилась подруга.

Нужно отдать ей должное: вопросы про замужество, соблазнение и прочие вещи, которые хотят, но не всегда могут сделать женщины с мужчинами, её совершенно не смущали. Поэтому, вероятнее всего, незнакомец бы от неё не ушёл без телефона и назначенного свидания.

Уже спускаясь на эскалаторе на первый этаж торгового центра, я рассказала о небольшом приключении, пока ждала её. Светка присвистнула и посмотрела по сторонам, словно упомянутый мужчина где-то сидел в засаде и готов был выскочить по мановению моей руки.

— Жаль. Я бы посмотрела, — наконец-то изрекла она. — Звучит интересно. Даже вкусно. Кстати, как насчет поесть? Я что-то совсем умаялась с этим шоппингом.

— А нечего облетать половину Одессы в поисках одежек, — буркнула я.

Подруга фыркнула и отмахнулась. Мол, ничего вы, сударыня, не понимаете. А я и не настаиваю. Я вообще неправильная женщина: шопинг производит на меня либо усыпляющий эффект, либо ужасающий (когда вижу цены). Лечить им нервы, как Светка, я совершенно не умею.

Мы вышли на улицу. Одесская зима не радовала и откровенно корчила рожи гостям и жителям города. С неба сыпал отвратительный мелкий снежок, ветер задувал во всевозможные места, а брусчатка под ногами влажно поблёскивала, напоминая, что ещё совсем недавно тут были лёд и снег, которые сошли из-за вчерашнего резкого потепления. Сегодня же зима вновь вспомнила, что она зима, и разгулялась, пусть и не по полной, но вполне мерзко-независимой программе.

— На Дерибасовскую хочу, — заявила Светка.

— Побойся бога, женщина, — поморщилась я. — До зарплаты ещё неделя.

— Нам обещали премию. К тому же никто не заставляет тебя есть за полк солдат. А кофе с пироженкой на много не потянут.

— Смотря какая пиро… — начала было я и резко умолкла, глядя на роскошную чёрную «Ауди», в которую садился мой недавний собеседник.

Светка поняла, что что-то не так. Остановилась и подозрительно покосилась на меня. Мужчина словно тоже что-то почувствовал и обернулся. Наши глаза встретились. По его губам пробежала мимолётная улыбка, будто он знал, что мы встретимся ещё. Но длилось это какие-то доли секунд. Потом он сел в свою невероятно прекрасную, словно хищница-пантера, машину и был таков.

— Это тот самый, что ли? — осторожно поинтересовалась Светка.

Несколько секунд я обдумывала, как бы сказать покрасивее да повесомее, но потом поняла, что выпендриваться тоже грех, поэтому только вздохнула и выдала содержательное:

— Угу.

Светка присвистнула.

— Слушай, в следующий раз, если я ещё раз останусь в магазине нижнего белья — вытягивай за уши. Такие красавцы рядом ходят, а я в барханах бюстгальтеров пропадаю!

***

Дома было тепло и одуряющее пахло фаршированной рыбой. Тётя Сара стояла возле окна и курила. Рыжие волосы с красноватым оттенком были связаны небрежным узлом. Бордовый халат, застиранный, но непобеждённый, скрывал её объёмную фигуру и прелести, которые совсем чуть-чуть не дотягивали до отметки дородных. Растоптанные тапочки с вишневыми бантиками только чудом держались на ногах. Как она умудрялась в них ходить и не спотыкаться, для меня загадка.

Большой рыжий кот Сёма сидел на подоконнике и, щурясь, вылизывал лапу, вымазанную в сливках. Аккуратно есть это чудовище просто физически не способно. Ему требовалось вымазаться с ног до головы, чтобы почувствовать себя счастливым и упитанным. Впрочем, у дорогой тётушки ничего худого в доме не приживалось. Кроме меня.

С тех пор как я сюда приехала из Херсона, всё стало с ног на голову. Новая работа, новый дом, новый город. Не то чтобы я ранее не была в Одессе и считала её чужой, но… жить — это всё же не в гости приехать.

— Пришла, голубушка, — констатировала тётя Сара. — Холодная, голодная и с диким взглядом.

Я обеспокоенно посмотрела в зеркало. Да нет, вроде взгляд достаточно цивилизованный. Да и вид вполне подходящий для зимы. Что белый вполне приличный пуховик, что небесно-голубой, под цвет глаз, комплект из шарфа с кистями и беретика в блёстках.

— Быстро руки мыть и за стол.

— Да мы со Светкой…

— …съели гадость в забегаловке и поимели очередной гембель на свои бестолковые головки, — невозмутимо закончила за меня фразу тётя Сара и резким движением затушила сигарету в стеклянной пепельнице. — Ничего не знаю. Марш за стол, Арина.

Благоразумно решив, что спорить с еврейской тётей может только сумасшедший, я быстро разделась и юркнула в ванную.

Ну, допустим, про еврейскую я немного загнула. Несмотря на имя, у тети Сары кровей в жилах было намешано столько, что перечислять их — уйдёт весь вечер. Евреи, русские, украинцы, цыгане, грузины, турки… В общем, страшный коктейль наций. Поэтому лишний раз вступать в перепалку с такой женщиной не стоило. Опасно для здоровья и нервов.

При этом родственников она обожала, поэтому вопрос о моём переезде даже не стоял. Новая работа? Отлично. Племянница? Прекрасно. Поживёт немного, кушает мало? Шикарно. То есть, стоп! Как мало?

Готовила она и впрямь умопомрачительно. Поэтому мне требовалась вся моя сила воли, чтоб не есть на ночь и держать прежнюю форму. Всё же не годится приобретать столь впечатляющие тётины формы, будучи на двадцать семь лет моложе её.

Фаршированная рыба оказалась передо мной ровно в тот момент, когда я с удобством уселась за стол. Как и свежий хлеб, и пиалка с соусом.

Тётя уселась напротив.

— Ну, что? Довольны походом? — спросила она, доставая из под обнаглевшего Сёмы журнал и задумчиво поглядывая на первую страницу, где была изображена полуобнажённая красотка в розовом боа.

Увлечённая вкуснейшим ужином и нежнейшей рыбой, тающей прямо в во рту, я ответила не сразу. И только запив отменным домашним компотом, наконец-то сообщила:

— Нормально. Светка растратила кучу денег и обрела душевное спокойствие.

— Деньги и спокойствие — вещи, которые неразделимо связаны, девочка моя, — хмыкнула тётя Сара. — Многие мужчины, не имея их, упрекают нас в любви к деньгам, но, как по мне, в этом нет ничего зазорного.

— Ну…

Я задумчиво посмотрела на кусочек рыбы, наколотый на вилку.

— Не сказать, что я люблю деньги. Уж больше то, что на них можно купить.

Тётя Сара скептически усмехнулась и пролистала журнал:

— Ну-ну. Расскажи мне, старой и больной женщине, что любовь к деньгам таки не есть хорошо.

— Не есть вообще плохо, — довольно ухмыльнулась я. — Организм страдает!

Сёма приоткрыл желтый глаз, демонстративно потянулся и, потоптавшись на месте, повернулся к нам задом, демонстрируя весь свой немаленький тыл.

— А ещё, — задумчиво протянула я, — мне встретился сегодня мужчина…

***

За окном давно было темно. Снег по-прежнему падал с небес, покрывая белым полотном землю и асфальт. Стало прохладнее, поэтому он не таял сразу же, а задерживался на некоторое время, украшая собой погружённый в вечернюю меланхолию город и радуя глаз любителей настоящей зимы.

Теперь главное, чтобы ночью не упала температура ещё так градусов на пять. Тогда завтра зима будет не только настоящей, но и красивой. С заледеневшими ветвями, которые так и грозят рухнуть вниз при более сильном порыве ветра, песком и углём на скользких дорожках и носками поверх обуви. Все падают, матерятся, но любуются красотой. Это уж у нас так заведено. Прекрасная зима.

Я лениво лежала на кровати и переписывалась со Светкой. Сон упорно не шёл, хотя надо бы — завтра рано вставать. Работу никто не отменял, да ещё и грозились, что придётся выходить в праздники. Меня, контент-менеджера средней руки и небольшого рекламного агентства, такая перспектива совершенно не вдохновляла на подвиги. Как и Светку, работавшую там штатным дизайнером. Собственно, там мы и познакомились и крепко так сдружились. Светка, в отличие от меня, родилась в Одессе и прожила тут всю сознательную и не очень жизнь. Мечтала о принце на белом коне, который однажды въедет в маленький дворик и распугает бабулек-сплетниц, сидящих на скамеечке и вечно перетирающих кости молодёжи.

Но годы шли, принц не ехал. Конь, впрочем, тоже. Хотя в жизни каждой женщины наступает момент, когда понимаешь, что конь в наше время куда практичнее принца. На нём хоть ездить можно и в еде не капризничает. А принц… с принцем всё сложно.

Впрочем, у Светки особого настроения на разговоры тоже не было. Поэтому всё покатилось по привычной схеме: одежда, работа, мужчины.

Свет в окне: Это называется не везёт. Не люблю я этот Новый год. Опять встречать не с кем.

Ари: Новый год пройдёт быстро. Важно, чтобы Саныч не додумался устроить новостной марафон. Тогда не выберемся((

Светка прислала очень невоспитанный смайлик, показывавший, что он сделает с шефом, если тот такое надумает. А потом добавила:

Свет в окне: я с юристом проконсультируюсь. Как честный работник имею право на отдых.

Ари (скептично): ну-ну. Где будешь юриста искать?

Такового у нас не было. Точнее, был, но в киевском офисе. Здесь же рабочий коллектив состоял из менеджеров, копирайтеров, дизайнеров, пиарщиков, немножко коммерческого отдела и суровой тёти Стеши, виртуозно гонявшей пыль и сотрудников нашего агентства.

Свет в окне: родственника твоего спрошу.

Я хмыкнула и послала качающий головой смайлик.

Упомянутый родич, мой троюродный брат Олег, и впрямь был юристом. Однажды мы пересеклись в Одессе. Светка тогда закатила глаза и заговорщицким шёпотом сообщила, что это мужчина всей её жизни. Только вот мужчина совершенно не проникся: побеседовал с нами в кафе, выпил кофе и скрылся в неведомом направлении, сославшись на свои исключительно юридические дела.

В целом, с Олегом у меня нормальные родственные отношения, но не настолько, чтобы лезть в его личную жизнь.

Мы ещё немного поговорили о ценах, косметике, украшениях. Похихикали, вспомнив сегодняшнего незнакомца, и попрощались.

Я отключила ноутбук и притянула к себе Сёму. Сёма никаких протестов не изобразил, только зевнул с протяжным мявом, напоминавшим скрип двери, и устроился на моём животе, плавно перетекая на грудь.

В этот момент я поняла, что перекормленного заботливой тётей Сарой котяру лучше на себя не класть, однако было уже поздно. Сёма всегда хорошо понимал «иди сюда» и тут же проявлял чудеса несознанки под «пошёл вон». Бороться с этим было бесполезно. Рыжий нахал, проживая на метрах тети, явно показывал, что понимает только ласку, любовь и котлету.

Поглаживая рыжее чудовище по голове, я прикрыла глаза и сделала глубокий вдох.

Почему каждый раз перед тем, как надо рано вставать, обязательно прокрутишься часа два? Вспоминая события многолетней давности и соображая: тогда надо было ответить по-другому!

То есть, разумеется, существуют люди, которые в любой момент могут ответить остроумно, колко и с блеском на любой вопрос. Но… это не я. Не то чтобы я не в состоянии связать двух слов или испытываю какие-то проблемы с общением, но… реакция частенько оставляет желать лучшего. Вот как, например, сегодня. Можно было бы сказать что-то интересное, того и гляди, разговорились бы. А так…

Я заложила руки за голову. А так ни коня, ни принца. Сейчас, в тишине и покое, под громкое мурчание кота, вполне можно признаться себе, что встреченный мужчина был очень даже ничего. Такой… в моём вкусе. Почему-то с некоторых пор стали привлекать мужчины постарше. Уже состоявшиеся и знающие, чего хотят от жизни.

— Просто мы с тобой постарели, — однажды заметила Светка, и… была права.

Смотреть на юношей уже не было смысла. Юноши — это либо ты сама юная нимфа, либо имеешь вкусы… специфические. И деньги, много денег.

За размышлениями я и не заметила, как провалилась в сон.

…Где-то играла музыка. Виолончель, рояль и кастаньеты. Странное сочетание, но интересное. Я стояла возле окна и смотрела на освещённую новыми фонарями улицу. Свет купался в лужах и растекался жидким золотом, отражая столбы и проезжавшие мимо машины.

В комнате было темно. Босые ноги утопали в густом ворсе ковра. Белая рубашка, явно не по размеру, расстёгнутая на груди, немного холодила кожу. Рубашка не моя, но сейчас это неважно. А ещё от неё умопомрачающе пахло можжевельником, горьковатой свежестью. Так пахло от встреченного мною мужчины.

Музыка затихла, но не исчезла. Сильные руки обняли меня со спины. Мягкие губы коснулись шеи, а дыхание заставило вздрогнуть. Внизу живота стало горячо, а во рту пересохло. Обернуться? Нет, нельзя, иначе видение исчезнет, словно и не было. И тогда станет невыносимо больно и пусто. Мечту можно сохранить, но смотреть на неё нельзя. Как мифической Психее на Эрота.

Гибкие длинные пальцы скользнули под рубашку, огладили бёдра и живот, скользнули к груди, но замерли. Он стоял позади, прижимая меня к себе: мягко, но сильно. Из таких объятий не вырваться, даже если очень захочется. А хочется ли?

Его язык прошёлся по краешку ушной раковины. Зубы слегка прихватили мочку, руки стиснули так, что воздух исчез из лёгких. Желание медленно поднималось, покоряя себе всё тело.

— Моя… — выдохнул он, и внутри словно натянулась невидимая струна, готовая отозваться на этот зов.

На мои глаза легла шелковая лента, и с губ сорвался еле различимый стон. Одновременно стало сладко и стыдно. Приличные девочки не отдаются ласкам незнакомца, не принимают покорно завязывание глаз и пытаются…

Где-то на краю сознания мелькнула мысль: как такое может быть?

Он потянул длинную деревянную спицу, удерживавшие мои волосы, и они упали на спину шелковым каскадом почти до талии. Моя маленькая девичья гордость и причина зависти многих подружек. Я почувствовала, как он гладит и перебирает пряди. Очень осторожно и нежно, словно прикасается к величайшему на свете сокровищу.

Но потом вдруг резко повернул меня к себе и впился в губы, не дав выдохнуть. Я застонала в его губы, жарко отвечая на каждую ласку губ и языка. Он целовал умело и уверенно, зная в какой момент дать мимолётную передышку, а потом вновь закружить в водовороте страсти.

А потом короткими немного жалящими поцелуями покрыл мою шею и ключицы. Взял в ладони груди, легонько сжал соски. По телу будто прошёл электрический ток, губы вмиг пересохли.

— Я хочу… — шепнула я.

— Знаю, — не дал он продолжить, подхватывая меня под бёдра и тихо посмеиваясь. — Меня все хотят.

Но и он сам хотел тоже. Его возбуждение чувствовалось, мысли путались. Хотелось и самой рассмеялось, только с губ срывалось частое дыхание.

Мы оказались на кровати. Рубашка отлетела в сторону и куда-то на пол. Его брюки — тоже. Поцелуи обжигали мой живот, влажные дорожки, вырисовываемые языком на внутренней стороне бёдер, заставляли разводить ноги и выгибаться похотливой кошкой. Хотя сама кошка никогда не согласится, что она похотлива. Всего лишь фантазия глупых людей.

С каждой лаской, с каждым прикосновением он распалял меня всё больше. Ещё немного — и, казалось, я сорву ленту с глаз и сама кинусь на него. Но меня всегда останавливали, сопровождая действия довольным тихим смехом. Целовали до безумия, обдавая горькой свежестью можжевельника и разгорячённой мужской кожи. И это было правильно и хорошо.

В какой-то момент, уже потеряв контроль над собой, я вскрикнула, что больше не могу. Меня взяли, вырвав ещё более громкий вскрик, однако на этот раз не мольбы, а наслаждения. Всё исчезло, мы двигались в едином ритме, практически не разрывая поцелуя. Хриплые стоны и песня виолончели, доносившаяся из скрытых тьмой динамиков. Мои ногти впивались в его спину и плечи, раздирая до крови, но его это не пугало. Он брал уверенно, властно, доводя до вершины удовольствия, до…

Будильник зазвонил над самым ухом.

Вскочив на постели, я сонно заморгала. Рванула к голосящей заразе, чтобы выключить, наткнулась на спавшего Сёму. Тут же раздался оскорблённый пронзительный вой, так как я случайно опёрлась на что-то чрезвычайно важное и принадлежащее кошачьему организму.

Кот слетел с кровати, я промахнулась мимо будильника и грохнулась на пол. Будильник продолжал звенеть. Шумно сдув прядь с носа, я всё же добралась до этого орудии пытки и выключила его.

«М-да. Вот только приснится эротический сон, так мало того, что досмотреть не дадут, ещё и синяками обзаведёшься!»

Дверь с торжествующим скрипом приоткрылась, и в комнату заглянула тётя Сара. Оглядела картину «дева, возлежащая на полу, и обиженный кот» и хмыкнула.

— Вижу, день обещает быть добрым, Арина. Пошли завтракать.

Всё ещё пребывая в состоянии, далеком от бодрости, я поймала кота за шкирку и уткнулась носом в рыжую шерсть. Сёма обиженно засопел. Однако уходить не спешил.

Тётушка только прицокнула языком и махнула на нас рукой. Сёма махнул хвостом. Я вздохнула и посмотрела на кота:

— Хорошо тебе, обормот. Поешь и опять спать. Выспись тут за меня хоть.

Сёма согласно мурлыкнул и, выскользнув из моих рук, деловито направился на кухню.

«Хочу быть котом, — осознала я. — Им на работу ходить не надо».

Глава 2. Сюрприз на работе

Общественный транспорт — это прекрасно. Пожалуй, одно из тех достижений нашей цивилизации, которое одновременно позволяет выспаться, почитать, поругаться и взбодриться перед работой.

Мне в коем веке повезло: маршрутка оказалась набита не под завязку, а пассажиры удивительно цепко держались за поручни и не стремились навалиться на сидящих, приняв горизонтальное положение.

Даже несмотря на доносившуюся из колонок музыку, на весь автобус, мне относительно неплохо удалось вздремнуть и выйти на улицу уже в более-менее бодром состоянии.

Ветер на улице тут же заставил приподнять шарф. В сравнении со вчерашним днём стало даже теплее, но всё равно погода не радовала. Поэтому, ускорив шаг, я направилась к серенькой неприметной пятиэтажке, в которой находился наш офис.

Рекламное агентство «Раэн» занимало несколько офисов на третьем этаже. Своё название оно получило от первых букв фамилии шефа и основателя. Владислав Александрович Райский-Энгель себя очень любил, поэтому посчитал, что и агентство надо называть в собственную честь.

Взлетев по лестнице, я едва на врезала в жгучую брюнетку тётю Стешу, которая энергично елозила шваброй по полу коридора и пританцовывала на месте. Из приоткрытой двери нашего кабинета доносилась заводная мелодия и периодические вскрики, от которых становилось не по себе.

Когда я вошла, то взору представилась такая картина: Светка стояла на пошатывающемся столе и цепляла на стену синюю гирлянду с блёстками, а Паша, наш копирайтер, придерживал её то за талию, то за ноги, не давая свалиться с хрупкой конструкции. Светка то хихикала, то возмущалась, то издавала и вовсе не классифицируемые звуки. Паша реагировал стойко и панике не поддавался. Впрочем, ему, зеленоглазому красавчику с невероятным бархатистым баритоном, каштановой шевелюрой и удивительно красивыми руками, такая реакция была не внове. Одна половина женщин «Раэна» тайно вздыхала по нему, а другая никак не могла определиться: всё же не вздыхать или не стоит выбиваться из коллектива?

Увидев меня, Паша улыбнулся и подмигнул:

— Привет, Арин.

— Привет-привет, — ответила я, бочком протискиваясь мимо их скульптурной группы и стараясь не нарушить хрупкого равновесия. — Над моим столом, чур, ничего не вешать.

— Тебе не нравится дизайн помещения? — спросила Светка, закрепляя конец гирлянды на гвоздике и после этого умилённо разглядывая дело рук своих.

— С дизайном всё в порядке, но не хочу, чтобы мне что-то рухнуло на голову, — честно призналась я, шустро раздеваясь и вешая пальто в шкаф. Вслед за ним на полку отправились шапка и шарф.

Светка хмыкнула. Краем глаза я заметила, что Паша галантно подал ей руку, помогая спуститься на пол.

— Спасибочки, — проворковала она.

Паша улыбнулся и развел руками. При своей крайне впечатляющей внешности он, что удивительно, не вёл себя как заядлый Казанова и, по сути, был весьма милым парнем. Но при этом достаточно жёстким, потому что ещё ни одной барышне не удалось его окольцевать. Светка не то чтобы старалась, но, вероятно, была бы не против. Но так как объект обворожения хорошенько упирался, не считала целесообразным затрачивать усилия.

Я включила компьютер и устроилась за столом. После выходных включиться в рабочий процесс не так просто. Ладно, сейчас поставим чайник, зарядимся кофейной дозой и вперёд!

От размышлений о нелёгком офисном утре прервал короткий звук в дверь. Я подняла голову, а Света с Пашей резко смолкли и посмотрели на прибывшего. В дверях стоял невысокий молодой человек в красной куртке, кепке и небольшой белой коробкой в руках.

— Здравствуйте, — произнёс он. — Мне нужна Арина Смехова.

Я озадаченно приподняла бровь. Если заказчик, то чего пришёл ко мне? Кабинет Владислава Александровича, нашего шефа, находится в самом конце коридора.

— Это она. — Светка ткнула в мою сторону.

— Отлично, — обрадовался парень и, достав из сумки на плече какой-то бланк, отдал мне. — У меня для вас отправление.

Я недоумённо уставилась на коробочку, этак пятнадцать на пять сантиметров, перевязанную тёмно-фиолетовой широкой лентой.

— Может, какая-то ошибка? — робко уточнила я

Но курьер браво отрапортовал наш адрес и мои паспортные данные, пришлось сдаться и начать заполнять бланк. Происходило это, как ни странно, в полной тишине. На мой робкий вопрос, кто отправитель, он только ответил, что подарок передан анонимно.

Стоило ему покинуть помещение, как Паша и Светка тут же уселись возле меня. Скрываться бессмысленно: на лицах обоих написано, что живой меня отсюда не выпустят, пока не узнают деталей.

— От кого это? — в лоб спросила Светка.

— Не знаю, — помотала я головой, озадаченно крутя коробочку в руках и не решаясь её открыть.

— Может, тайный поклонник завёлся? — предположила подруга.

Я только скептически хмыкнула. Хорошо бы, но тогда бы он стразу стал явным, потому что скрываться точно не от кого.

— Или благодарный заказчик, — дал более дипломатичный вариант Паша.

Я покачала головой. Благодарить контент-менеджера просто так никто не станет. Это вам не коммерческий отдел всё же. Там бы было куда логичнее.

Вздохнув, я затаила дыхание и потянула фиолетовую ленту на себя, распуская красивый бант.

Паша и Света, как жирафы, вытянули шеи, чтобы увидеть, что же принёс мне курьер от анонимного дарителя. У меня же забилось сердце, как у ненормальной. Всего доля секунды, а в голове — бог знает что. Кому понадобилось дарить мне подарки? И зачем? Кавалеров нет, родня таким заниматься не будет, друзья уж лучше сами подарят — не в их стиле придумывать нечто в таком духе.

Однако едва я отложила крышку, и… замерла, позабыв обо всем на свете. На меня смотрели серебристые изящные часики с аметистами вместо цифр. Волнистая стрелочка ритмично тикала, двигаясь по кругу. И пусть я смотрела на неё, отчитывающую секунду за секундой, для меня время остановилось. В голове просто не укладывалось. Кто? Кто это может быть? Я и вслух-то не говорила, что хочу эти часы. Откуда и кто узнал?

Светка присвистнула:

— Однако. Радость, всё же ты от нас явно что-то скрываешь. Откуда такая красота? Ты от нас что-то скрываешь?

— Хотела бы знать, что, — пробормотала я.

Действительно, что? Или кого? В личной жизни у меня, знаете ли: ах, не надо меня уговаривать, я давно согласная. Ну, может, не до такой степени, но где-то рядом. Ещё было подозрение, что попросту ошиблись адресом, именем и эпохой, и какой-то барышне всенепременно приглянулись именно эти часики, и…

Светка уселась рядом и осторожно извлекала их коробочки часы. Рассмотрела со всех сторон, удовлетворённо поцокала языком. Я мрачно посмотрела на подругу. Потом осторожно изъяла подарок и принялась разглядывать сама. Они. Точно они. Тут не может быть никаких сомнений.

— Сделай проще лицо, — хмыкнула подруга. — А то у меня ощущение, что ты тут готова всех закусать. Возможно, насмерть.

Паша только покачал головой:

— Девочки, не ссорьтесь.

Ссориться никто не собирался, но после его слов я почувствовала, как раздражение медленно отступает. Злиться на коллег и впрямь не имеет смысла. А вот с таинственным поклонником-шутником стоило разобраться. Правда, как это сделать, я пока в упор не представляла. Особенно, учитывая, что не знаю, кто это.

В кабинет заглянул Владислав Александрович. Внимательно посмотрел на нас, потом на развешенные гирлянды. Судя по выражению лица шефа, он не в восторге. Прокашлявшись в кулак, всё же сообщил нам:

— Декор помещения надо доработать. Раздобудьте где-то ёлку хоть. А то совсем… печально.

Светка возмущённо фыркнула и задрала курносый нос. Паша сделал вид, что его это не касается. Я только вежливо поздоровалась, так как с шефом ещё не виделась, а обговаривать новогодний интерьер настроения не было.

Владислав Александрович кивнул в ответ:

— Арина, зайдёшь ко мне через полчаса. Есть разговор.

Я напряжённо посмотрела на начальника. Что-то мне не нравится, куда дует ветер. Это о чём он? Вроде справляюсь со всем нормально, текущие дела разбираю вовремя, завалов нет. Не хотелось думать, что под новый год он случится какой-нибудь геморрой.

— Да, конечно, Владислав Александрович, — отозвалась я, всем видом показывая, что и в мыслях не было паниковать и думать о чём-то нехорошем.

Шеф выскользнул в коридор. Мы втроём переглянулись, потом Светка и Паша расползлись по своим местам. Мой взгляд вновь упал часы. Красивые всё же — глаз не отвести. Но совесть банально не позволит надеть их на ручку, звонко защелкнуть и щеголять по кабинетам.

Чертик, сидевший левом плече, нашёптывал, что тут нет ничего особенного и так и надо сделать. Однако ангел, находившийся на правом, всячески удерживал от подобного поступка, намекая, что дорогие подарки от незнакомца принимать не стоит. Никогда не знаешь, чем придётся за них расплачиваться.

Откровенно говоря, всё напоминало сценарий какой-то мелодрамы. А мелодрамы я не люблю. Мне или комедии, или все умерли. Промежуточное и непонятное, одновременно печальное и весёлое, мне не по душе.

Вздохнув, я спрятала подарок в сумку, открыла почту и принялась разгребать поступившие письма. Копирайтеры уложились в сроки, молодцы. Теперь посмотреть, что там понарисовывали, и выкладывать на сайты. Так, ну-с… что тут у нас?

— Где мы ему возьмём ёлку? — донесся грустный голос Светки.

— Что-нибудь придумаем, — попытался утешить её Паша.

— Нет, ну мы старались, а он!

— Он такой, — ответила я, не отводя взгляда от статьи про новогодние подарки. — Ангел Райский. Оно и видно.

Около 3 лет
на рынке
Эксклюзивные
предложения
Только интересные
книги
Скидки и подарки
постоянным покупателям