Ляпина Юлия " /> Ляпина Юлия " /> Ляпина Юлия " />
0
Корзина пуста
Войти | Регистрация

Добро пожаловать на Книгоман!

Или войдите через:


Новый покупатель?
Зарегистрироваться
Главная » Женские сказки I » Отрывок из книги «Жеснские сказки 1»

Отрывок из книги «Жеснские сказки 1»

Исключительными правами на произведение «Женские сказки I» обладает автор — Ляпина Юлия Copyright © Ляпина Юлия

Пролог

Добрый волшебник тихо гулял по городу. Ему было грустно – совсем перестали люди верить в сказки, дети забыли волшебные слова и уже не мечтали одолеть Чудо-Юдо трехголовое. Старушки вместо добрых сказочек про зайчиков и белочек пересказывали слезливые мексиканские сериалы, а старички вместо повести о Бове королевиче могли подробно поведать внукам, какой футболист в очередной раз дал маху на поле. Грустный волшебник шагал по городу, и вдруг услышал волшебное и любимое слово «сказка».  Поднявшись серым облачком на высоту третьего этажа, он заглянул в не зашторенное окошко.

На креслах и диванах за столом с чаем и тортиком расположились пять девушек – худые и не очень, светленькие и черноволосые, они разговаривали, прихлебывали чай из красивых белых кружек с изображением сказочного замка и смеялись. Девичник, однако, подумал старый маг.

Потом прислушался – девушки вспоминали свои любимые сказки, и магу захотелось сделать для них что-нибудь хорошее, светлое. Пока маг раздумывал, что и как он может сделать девушки перешли на обсуждение желаемых женихов. Тут уж старик не стал раздумывать – наложил на красавиц заклинание, и ласково улыбаясь, отправился домой – завтра можно и поспасть, выходной. А что бы и девушки отдохнули, добавил старый маг заклинанию продолжение – как проснуться девицы красавицы, так и сработает.

Глава 1

Вчера  мы опять собирались у Настюхи, нет ну конечно, в официальных бумагах ее имя звучало как Курчатова Анастасия Семеновна, но мы, с девчонками договариваясь о встрече, кратко сообщали друг другу, сегодня как обычно, у Настьки.

Нас пятеро – Настюха, Лилька, Васька, Машка и я Аленка. Все мы познакомились в уже достаточно зрелом возрасте – в выпускном классе школы, на подготовительных курсах призванных набить наши головы знаниями необходимыми для поступления в университет. Познакомились, подружились и вот уже восемь лет собирались где-нибудь каждую субботу. Попить чаю с любимым шоколадным печеньем, обсудить сначала любимые книжки и мальчиков, потом учебу и парней, потом работу и мужиков.

В общем, наши сборища это  такой маленький клуб женской поддержки и взаимопонимания. Родственники неимоверно удивлялись нашему регулярному совместному времяпровождению, и порой специально удирали из дома на дачу или в кино, дабы не мешать нашей шумной кампании веселиться.

Иногда  мы дружно пытались понять – почему мы до сих пор вместе? И пришли к простому выводу – потому что мы – разные. И нам есть чему поучиться друг у друга. Не верите? Ну, посмотрите же на нас в обычной нашей жизни.

Аленка

Привычка рано просыпаться сработала не хуже будильника – кое-куда захотелось. Не просыпаясь, я принялась сползать с кровати, и тут поняла, что ноги свисают в пустоту. Взвизгнув тихонько, что бы ни разбудить девчонок я постаралась открыть затекшие после вчерашнего ликерчика глазоньки.

И тут же резко села: что это? Где это?

Во-первых, кровать была высоченная, но матрас какой-то слишком мягкий, не пружинный,  весь в пышных складочках грубой ткани. Девчонок вокруг не наблюдалось, зато наблюдалась бревенчатая стена, низкий подкопченный потолок и крохотное оконце затянутое непрозрачной пленкой. На подушке что-то блеснуло. Протянув дрожащую руку, я взяла обычную открытку, яркую, цветастую, из твердого глянцевого картона. Внутри красивыми завитушками расположился текст:

- Уважаемая Алена! Ваше желание исполняется, вы попали в свою любимую сказку – «Иван Бесталанный и Елена Премудрая». Здесь вы будете находиться, пока сказка не будет логически завершена. Приятных вам приключений!

Подпись: Добрый Волшебник  Мироф.

Несколько минут я еще честно надеялась, что это чей-то подлый розыгрыш, потом принялась рычать и костерить все на свете – от любимых тапочек, до коварного ликера. Но время работало явно не в мою пользу. И  что теперь делать? Рычи не рычи, а кое-куда все равно хочется, будем действовать по обстановке.

Я спрятала открытку под перину, и попыталась осторожно сползти с кровати. О, а тут оказывается, специальная скамеечка есть, на три ступеньки, жаль, раньше не знала. В процессе сползания длиннющая, до самых пят широкая рубаха собралась едва ли не до пояса, и свилась с рыжей косой, свисающей где-то в районе колен.

Нет у меня и раньше коса не плохая была, чуть ниже лопаток, я ее правда редко плела, на работу чаще модный пучок делала, или «улитку», а дома просто в хвост собирала, быстрее получалось. Да уж, подарочек,  это ведь еще и чесать надо!

 Тут дверь скрипнула, явив мелкую девчонку лет десяти. Она тут же склонилась в поклоне:

- Боярышня, доброго вам утречка, умываться подавать?

Я автоматически кивнула и властным жестом отпустила девчонку, а потом с удивлением уставилась на руки. Таак, что это? Память тела? Ну-ка тело топай скорее, пока не взлетело! Прикрыв глаза, я действительно через пару минут обнаружила искомый уголок и с радостью в нем затворилась.

Мдааа, ну и фольклор, Машки на них нет!

Машка

Машка у нас происходила из очень интеллигентной семьи. Папа инженер – дорожник в молодости работал за границей, и сохранил легкий европейский лоск и стильные очки в малозаметной оправе.

Мама, просидевшая часть времени с детьми (у Машки была еще младшая сестра), оставшееся время проводила в должности историографа в местном краеведческом музее.

Мечтой Машки была докторская диссертация. Училась она на немодную профессию историка - этнографа, и после окончания института устроилась работать в областную библиотеку – что бы спецфонд был под руками, и день не слишком занят. Родители доченьку всячески поддерживали в ее стремлении стать профессором, и вот дожила Машка до двадцати шести лет, так ни с кем толком и не поцеловавшись.

Тем временем как младшая сестренка пускалась во все тяжкие, доводя родителей до седых волос.

Мария  неплохо рисовала, и даже окончила в свое время художественную школу, но ее коньком были орнаменты, задумавшись, она, так расписывала поля своей рукописи, что я и Васька замирали от восторга.

Аленка

Потом девчонка принесла таз с горячей водой, я умылась и даже вычистила зубы толченым мелом. Потом уселась на мягкую скамью у окна, и малявка принялась разбирать мне волосы.

- А что, тятенька еще не вернулся? Спросила я задумавшись.

- Нет, боярышня, не видать еще. Завтракать здесь изволите, или в горнице подавать?

Эх, не завтракаю я, талию берегу, но кто его знает, как тут принято?

- Сюда подай, грустно мне что-то о тятеньке волнуюсь.

Закончив плести косу и стянув ее алой лентой, девчонка шустро убежала и вернулась с резным берестяным подносом – хлеб, по счастью грубый, какая-то каша в миске, мед, стакан молока, годится.  Молоко оказалось парным, фу, гадость! Хлеб вроде ничего, но совсем не соленый! Кашу даже пробовать не рискнула, обмакнула кусочек хлеба в мед и на том успокоилась.

Тем временем чернавка вопросила:

- Одеваться изволите, боярышня?

Мне оставалось лишь кивнуть, в надежда, что она знает, что нужно. Так и оказалось – девчонка разложила на сундуке три рубахи. Одну полотняную, тонкую, едва ли не марлевку, длинною чуть ниже колен и без рукавов, это видно нижнее белье здесь. Вторая рубаха была из изумрудного шелка – все верно, глаза у меня зеленые. У этой были длинные рукава, которые полагалось прихватывать широкими  вышитыми манжетами. Третья часть была видимо платьем – сарафан из серебристой парчи с бархатными аппликациями и жемчужной вышивкой. Длинные рукава пришнуровывались и тащились едва ли не по полу. Особенно хороши были пуговицы, украшающие переднюю полочку – дутые, серебряные и в каждой зеленый камушек, похожий на хризолит.

С ловкой помощницей я все это скоренько натянула, оставив безразмерную рубаху на лавке. К платью прилагались вырезные кожаные туфельки, и тонкие длинные вязаные носки. Вдруг издалека раздался шум и гам, девчонку как ветром сдуло, только дверь хлопнула. Я, призадумавшись, осталась на месте – насколько я помнила сказку, Елена Премудрая там появляется уже тогда, когда Иван Бесталанный к ее батюшке в гости заявился, а батюшки дома и нет, значит рано мне пока на сцену. Через пару минут дверь вновь открылась, и давешняя девчонка скользнула в комнату:

- Там батюшка ваш пожаловали, устали очень, сказали сначала в баню, да и обед туда подать велели, а уж потом к себе позовут

Я едва успела  кивнуть – девчонка вновь скрылась с глаз, а я и призадумалась: мне то, что делать? Без дела как-то непривычно, хоть бы книга, какая подвернулась, скучно же! Вот Лилька сразу бы себе работу нашла, и других работать заставила!

Лилька

С Лилькой все было муторно и сложно. Мы познакомились, когда ее родители разводились. Тягостное и нервное это было действие. В итоге Лилька с матерью оказались в комнатке общежития, милосердно предоставленной заводом, на котором мать Лилии работала бухгалтером.

 Поступление в универ было для нее шансом пробиться куда-то самой без помощи отца, которого она стала презирать всей душой. Отучившись на истфаке год,  она перевелась на заочное отделение и занялась бизнесом – сначала пыталась участвовать в сетевом маркетинге, потом перекупала китайские и турецкие шмотки у челноков, потом открыла киоск с подержанными вещами из ближнего зарубежья.

К окончанию института Лилька вполне законно являлась  частным предпринимателем, и владела парой киосков – один был набит разной канцелярией, в нем делали копии и распечатывали курсовые  бедным студентам. Второй перерос в изящное строение красного кирпича с пафосным названием  «Мгновение заботы», и торговал постельным бельем и х/б тканями в розницу.

Мама Лильки наслаждалась уютом маленькой однокомнатной квартирки в историческом центре города, а дочь недавно выплатив последние долги по кредиту, примеривалась к симпатичной квартирке для себя.

Аленка

Оглядела я свою спальню – комната как комната. Кровать высоченная потому, что на приступочке стоит, возле нее трехступенчатая скамеечка.  А вот это уже интереснее – у окна стоит столик покрытый скатертью в два или три слоя, а на нем знакомые по картинкам вещи – стаканчик с гусиными перьями, книга  в кожаном переплете, пузатенькая чернильница и красивое зеркальце в овальной рамке с ручкой.

 Откинув подальше длинные рукава, я уселась к столу на мягкий стул с резной спинкой. Поерзала, вроде бы удобно. Итак, что тут у нас? Открыла плотную светлую обложку и уставилась на непонятные каракули. На старославянский язык не похоже, на русский тем более, вроде бы и знакомые очертания букв, а разобрать не могу. Полистала, картинки есть, но странные - расплываются в глазах, лишь иногда, краем глаза  выхватываются пейзажи  или странные конструкции из колб и реторт.

Утомившись, потянулась к зеркалу, поправить волосы, да заодно и на себя посмотреть – вдруг не только коса переменилась? Лицо в  темноватом зеркальце было знакомым, правда, не накрашенное совсем, но кожа стала белее, словно не лето на дворе. И волосы кажутся ярче, цвет не морковный, а этакий благородный коньяк, с золотистой рыжинкой. Веснушек не видно, а ведь пока не загорю, они у меня весь нос усыпали. И глаза мои обычные – зеленые, но с этакой искрой. В общем, есть на что посмотреть.

 И тут  когда я укладывала зеркальце на стол, собираясь осмотреть хорошенько и фигуру, заметила в нем знакомые буквы. Знакомые? Ну да, оказывается, текст в книге написан зеркально – в зеркале его отлично видно! Обрадовавшись,  я принялась разбирать, что там написано. Незаметно придвинула к себе стопку бумаги, взяла перо, к счастью кем-то уже очиненное и разрезанное, и принялась делать пометки.

Кое – где в тексте встречались малопонятные значки – не картинки, а символы. Помнится, мы еще в школе ребусами увлекались, попробую разобраться, только нужно все аккуратно выписать, систематизировать, возможно тут привязка к страницам в книге, а не к тексту. В общем, я увлеклась.  И когда услышала сзади легкое покашливание, подпрыгнула едва не до потолка. Сзади стоял высокий худой мужик неопределенных лет, но даже под длинной седой бородой я не могла его не узнать:

- Пппапа?

- Что Еленушка, заработалась? Премудрая ты моя! Соскучилась? – проговорил он в ответ.

Я слезла,  как сумела со стула и на затекших от долгого сидения ногах встала покачиваясь. Что делать? Обнять, прижаться щекой, как привыкла дома? Но к счастью все решилась само собой, мужик присел на лавку, и устало прикрыл глаза.

- Устал я доченька, тяжело мудрость по земле собирать, как ты ту хозяйствовала?

Я неопределенно пожала плечами – за пару часов похозяйствовать ничего не успела, даже из комнаты не выходила.

-    А книга мудрая как? Разбираешься?

Вот тут мне было что сказать:

- Ну, кое-что прочитала, основной текст – это советы по хозяйству: домоводство, заготовки, даже список приданого для дочери есть, а вот второй слой пока не прочла, шифр сложный не могу привязку найти.

- Не спеши, Премудрая, не спеши, там еще и третий слой может оказаться.

- Ой, пап, точно! Троическая система, а я то пыталась…

Кинувшись к столу, я стала подбирать пришедший в голову код, и не заметила, как  отец вышел из комнаты.

Лилька.

Хорошо с девчонками посидели, взгрустнулось немножко – на всех родители давят, у всех требуют внуков. У нас компания по всем параметрам необычная – и дружим долго, и не ссоримся. Может потому, что все мы в своих семьях или старшие, или единственные, и у всех столько в жизни понакручено, что и с лопатой не разберешься.

 Вон Аленка, от хорошей ли жизни своего шефа терпит? Ответственная она, сестре учиться надо, братьев тянуть, родителям помогать, ни у кого не просить.

 У Васьки вообще комплекс вины, тщательно взращённый  близкими  – «Ты не оправдала наших надежд»! – называется.

 Ох, Машке, пожалуй, полегче,  у нее родители внуков не требуют, зато и парня рядом с нею увидеть боятся -  сразу положительный пример для младшенькой сестрички пропадет! А то, что Аньке плевать на все примеры, и не успеет школу закончить – замуж выскочит, или просто так родит, их не волнует, главное, что бы Машка себя блюла. 

Вздохнув и поворочавшись, Лиля, наконец, уснула, а проснулась, хлебнув соленой воды.  Забившись в попытке удержать равновесие, услыхала резкий неприятный крик. Глаза открылись, но как-то странно – присмотревшись, девушка поняла, что легче смотреть одним глазом, а почему непонятно. Вдруг плечо рванула боль. Вскинув голову, Лилька закричала:

- Ааааа убивают!

Около 3 лет
на рынке
Эксклюзивные
предложения
Только интересные
книги
Скидки и подарки
постоянным покупателям